Текст книги "Белая вуаль"

Автор книги: Анна Смолякова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

11

Около полудня в вестибюль московской гостиницы «Космос» вошла худенькая девушка – в легком платье с небольшой сумкой через плечо. Она окинула взглядом просторный холл и, вполне удовлетворенная увиденным, направилась к окошку дежурного администратора.

– Мне нужен номер дней на пять-шесть.

Вряд ли девушка была состоятельной: одежда приличная, но без шика, весь багаж – одна сумка. Администраторша чуть слышно вздохнула:

– Вы хорошо представляете себе стоимость?

– Я не думаю, что она меня испугает.

– Ну что ж, – женщина за стойкой на секунду опустила глаза к бумагам, – обычный номер – двести пятьдесят долларов в сутки, «люкс» – четыреста. Вас устраивает?

– Вполне. – Девушка мило улыбнулась. – Пожалуйста, «люкс».

Получив ключи от номера, она направилась к лифту. Администраторша еще раз окинула взглядом легкую фигурку: кто знает, может быть, это взбалмошная дочь богатеньких родителей. Только вот почему, имея деньги, она не избавится от этого пятна на щеке? Хотя, в конце концов, это ее личное дело.

Ключ легко повернулся в замочной скважине, и Виолетта оказалась на пороге роскошного номера. Первый раз в жизни она видела настоящий камин, жаль только, что в такую жару им явно не придется воспользоваться. Возле каминной решетки в каменной напольной вазе разместилась причудливая композиция из экзотических цветов, на полочке – часы и две витые свечи в подсвечниках из какого-то зеленоватого камня, а сверху на стене – картина в тяжелой бронзовой раме. Виолетта легонько провела ладонью по мягкой обивке кресла, сняла с плеча сумку и, чуть не по щиколотку утопая в нежном ворсе паласа коньячного цвета, направилась в спальню.

Номер считался одноместным, но огромная кровать вполне могла обеспечить достойный отдых трем-четырем индивидуумам средней величины. Виолетта откинулась на подушки и сладко зевнула: определенно, в такую жару утомляет даже путешествие в такси, совсем неплохо было бы вздремнуть, но сначала – прохладный душ! Виолетта, повозившись некоторое время с кондиционером, все-таки включила его, достала из сумки халатик и скрылась в ванной. Спустя полчаса она уже сидела на пуфике перед трюмо и неторопливо расчесывала длинные черные волосы. Зеркало в номере ничем не отличалось от тысяч своих собратьев, оно не изменяло и не приукрашивало действительность, но теперь Виолетта не старалась побыстрее отвести взгляд от своего отражения: ненавистному родимому пятну совсем недолго оставалось омрачать ей жизнь.

Виолетта потянулась было к телефону, стоявшему на тумбочке, но, подумав, убрала руку. Времени впереди предостаточно, делами лучше заниматься с утра, а остаток сегодняшнего дня вполне можно посвятить разбазариванию денег. Девушка вспомнила удивление на лице администраторши: в общем-то, дама за стойкой права – незамысловатые платьица преподавателя музыки никак не подходят обладательнице трехсот тысяч долларов. Пожалуй, пора основательно подновить гардероб. Виолетта тщательно уложила челку, слегка коснулась губ помадой и, облачившись в сарафанчик цвета спелой вишни, выпорхнула в коридор. Она бывала в Москве всего пару раз и потому с радостным нетерпением бросилась в манящий водоворот улиц.

Вернулась она под вечер. Жаль, что за стойкой администратора сидела уже другая женщина, иначе та, что оформляла номер для Виолетты, была бы очень удивлена, увидев вместо легкомысленной девчонки с сумкой через плечо элегантную леди в изящных «лодочках» и жемчужно-сером шелковом брючном костюме от «Рина Росэ».

Несмотря на усталость, Виолетта не стала вызывать лифт и поднялась на третий этаж пешком. Впечатления переполняли ее. После спокойного и размеренного существования в Михайловске голова с непривычки шла кругом. Виолетта разложила по кровати ворох ярких свертков и пакетов: и абрикосового цвета купальник с парео, и такой миленький и простенький на вид льняной костюмчик, стоящий, ни много ни мало, 700 долларов, и изумрудно-зеленое вечернее платье. Только для кого все это? Она вздохнула, надела халат и, достав из холодильника баночку с соком манго, опустилась в мягкое кресло. «Ничего, Виолетта, жизнь только начинается, – сказала она сама себе, – главное, не торопить события».

12

Утром горничная принесла завтрак: воздушный омлет, поджаренные ломтики хлеба, джем в хрустальной вазочке и кувшинчик с кофе, какой-то сок в высоком запотевшем стакане. Завтрак на подносе выглядел очень аппетитно, но, прежде чем приступить к трапезе, Виолетта заглянула в блокнот и набрала телефонный номер. После трех или четырех длинных гудков в трубке послышался приятный женский голос:

– Клиника профессора Черняховского.

– Алло, – Виолетта присела на краешек кровати, – скажите, пожалуйста, каким образом можно попасть на прием к профессору?

– Вы хотите проконсультироваться лично у Алексея Васильевича или…

– Да, желательно.

– Ну что ж… – Голос в трубке пропал и через минуту появился снова: – Сегодня у профессора есть свободное время с тринадцати часов пятнадцати минут до четырнадцати часов. Вас устраивает?

– Конечно.

– Назовите, пожалуйста, ваши фамилию, имя и отчество.

Виолетта представилась.

– Хорошо, Виолетта Алексеевна. – Тогда постарайтесь не позднее двенадцати часов подойти ко второму окошку регистратуры. Перед консультацией у профессора необходимо пройти предварительный осмотр и завести карту. Ждем вас.

…Такси остановилось у ворот загородного дома, и Виолетте показалось, что она попала в сказку. Внешний вид клиники Черняховского совсем не вязался с традиционными представлениями о том, как должен выглядеть современный медицинский центр. Двухэтажный белый особняк с колоннами в конце аллеи казался воплощением спокойствия, надежности и какого-то домашнего, семейного уюта. Виолетта открыла калитку и по дорожке, мощенной красной плиткой, направилась к дверям особняка. Невысокая женщина в крахмальном белом халате вышла из-за стойки регистратуры:

– Вы на консультацию к профессору?

– Да.

– Профессор готов принять вас после предварительного осмотра. Не могли бы вы несколько минут подождать, пока готовится диагностическое оборудование?

При словах «диагностическое оборудование» по спине девушки побежали мурашки. Виолетта с детства боялась больниц, вид бормашины в кабинете стоматолога просто приводил ее в полуобморочное состояние, но женщина в белом халате так мило улыбалась, а все вокруг казалось настолько безобидным и веселым, что она невольно успокоилась. Узнав, что у нее в запасе еще около пятнадцати минут, Виолетта снова вышла в парк, присела на деревянную скамеечку у входа и огляделась: аллеи не пустовали, среди деревьев неспешно прогуливались пациенты клиники, в основном женщины. Лица некоторых были закрыты плотными марлевыми повязками, другие же выглядели вполне здоровыми и привлекательными.

Рядом на скамейку присела кареглазая блондинка лет сорока.

– Наверное, вы приехали на первый прием? – спросила она.

– Да.

– Волнуетесь?

Виолетта кивнула.

– Ничего, все у вас будет отлично. Я такая же пациентка, как и вы, и так же переживала перед первой консультацией, вот и решила поговорить, успокоить, что ли… Как вас зовут?

– Виолетта.

– Редкое имя! А меня – Лариса Павловна, можно просто Лариса.

Девушка вглядывалась в лицо собеседницы и никак не могла заметить ни косметических дефектов, ни операционных шрамов.

– Вы совершенно не похожи на пациента клиники пластической хирургии.

Лариса Павловна удовлетворенно улыбнулась.

– А ведь еще месяц назад на мое лицо невозможно было смотреть без содрогания. Мне приходилось пользоваться вот этим. – Она достала из кармана шелкового халата плотную полумаску. – Теперь эту тряпочку я храню как талисман… Надеюсь, она больше мне не понадобится.

– А что с вами было?

– О-о-о! Мои проблемы были куда серьезнее ваших. Вы ведь здесь из-за этого? – Лариса Павловна легонько прикоснулась пальцами к левой щеке Виолетты. – Родимое пятно – ерунда. Алексей Васильевич разделается с ним в два счета. А вот когда все лицо покрыто язвами… Знаете, последствия химиотерапии и облучения…

– Вы лечились от рака?

– Не просто лечилась – спаслась. Все врачи уже махнули на меня рукой, а один, самый откровенный, даже посоветовал провести последние два месяца жизни в бурных развлечениях, чтобы на смертном одре было что вспомнить. Так и сказал: последние два месяца… В общем, лицо уже было испорчено, и я обзавелась вот этим, – женщина покрутила на пальце полумаску, – и махнула за границу. Видимо, у меня есть ангел-хранитель, иначе кто бы надоумил меня лететь на Филиппины? Не в Англию, не во Францию, а в Манилу. Кто знает, может быть, захотелось вырваться из этого мира, увидеть что-то совсем необычное… Конечно, там мне было не до романов и развлечений, я так и ходила, опустив глаза в землю, и все представляла себе собственные похороны. Пыталась лечиться у хилеров, но безрезультатно. А потом разговорилась с работницей отеля, она свела меня с одним местным знахарем, я заплатила кучу денег, но чудо все-таки произошло: болезнь перестала прогрессировать. А еще через месяц никто из медиков и поверить не мог, что мне был подписан смертный приговор. Вот только лицо… Но тут нашелся Алексей Васильевич. Что, похожа я сейчас на умирающую?

Виолетта не успела ответить, медсестра в белом халате пригласила ее войти в дом.

– Удачи вам, – ободряюще кивнула Лариса Павловна.

Девушка улыбнулась в ответ и поспешила вслед за медсестрой.

У стен кабинета, оборудованного по последнему слову современной техники, мигали разноцветными огоньками загадочные приборы, а за терминалами сидели люди в голубых халатах. Виолетте предложили лечь на белую кушетку с приподнятым изголовьем. Она почувствовала, как к ее запястьям прикрепляются холодные датчики, а на лицо опускается прозрачная маска. Девушка закрыла глаза, но боли не ощутила, лишь легкое покалывание в области родимого пятна, которое, впрочем, тоже скоро прекратилось.

– Ну, вот и все, – сказала медсестра. – Мы сняли все необходимые показания, через полчаса расшифровка будет готова. А пока регистратор заполнит карту и проводит вас в кабинет профессора.

Виолетта поднялась с кушетки, на сердце у нее было удивительно легко. Она верила в то, что здесь ей помогут. Пока регистратор заполняла бланк, Виолетта незаметно раскрыла сумочку и нащупала на дне кусочек плотного кружева. Жаль, что она не успела толком побеседовать с Ларисой. Наверное, женщина была бы удивлена, услышав ее рассказ о свадьбе и о том, что она до сих пор, сама не ведая зачем, носит с собой вуаль от подвенечной фаты. Тоже талисман? Девушка расправила кружево на коленях. Что ж, пускай, если и он может принести счастье.

Профессор Черняховский оказался совсем еще нестарым человеком. Приятное круглое лицо, небольшие залысины на лбу, некоторая вальяжность в движениях. Его пальцы – длинные, сильные, красивые – были словно созданы для того, чтобы творить чудеса хирургии.

– Садитесь, Виолетта Алексеевна. – Доктор указал на кресло. – Я ознакомился с вашей историей болезни. Жаль-жаль, что до двадцати трех лет вы вынуждены были мучиться с таким «украшением». Анализы, сделанные в детстве, говорят о том, что это обычное пигментное пятно. Крупное, конечно, ну так что с того? Надо было давно от него избавиться.

– Понимаете, Алексей Васильевич, в то время говорили, что нужно подождать, пока не окрепнет организм, а потом так сложились семейные обстоятельства, что…

– Да все я понимаю, – добродушно усмехнулся Черняховский, – повернитесь-ка к лампе, я на вас посмотрю. Та-а-ак. А вы что же, голубушка, кремами или мазями какими-нибудь пользовались?

– Нет, а что?

– Страшного особенно ничего, но вот поверхность нашего пятнышка мне не очень нравится. Скажите, у вас с самого рождения вот эти бугорки?

Виолетта достала из сумочки пудреницу и взглянула в зеркало: странные узелочки, появившиеся около месяца назад, теперь были хорошо заметны. Она положила пудреницу в косметичку.

– В начале мая я попала в больницу, случайно отравившись лекарством, у которого истек срок годности. Почти сразу же появились эти бугорки.

– Ладно, – Алексей Васильевич посерьезнел, – посмотрим, что покажут наши анализы.

Он нажал кнопку на столе, и через минуту медсестра внесла в кабинет тонкую картонную папку с фамилией Виолетты. Доктор перелистнул несколько страниц и помрачнел.

– К сожалению, я не могу заняться вашим лечением. Пока не могу. Вы – не наш пациент. Вам нужно обратиться к хорошему онкологу, и не затягивайте с этим делом…

– К онкологу? – Виолетте стало трудно дышать. – Вы хотите этим сказать?..

– Виолетта Алексеевна, мой принцип – не скрывать правду от больного, тем более если можно потерять драгоценное время… Вы нашли приемлемой сумму моего гонорара – значит, располагаете значительными средствами. Сейчас деньги вам очень понадобятся. Я не хочу вас пугать, но результаты анализов говорят сами за себя. Возможно, отравление лекарством сыграло роль катализатора: раковые клетки, дремлющие в организме, начали активно размножаться. Так случается часто: теперь вместо обычного родимого пятна образовалась меланома, и процесс продолжается. Нет-нет, это еще не смертный приговор, но операция небезопасна. Я не возьмусь. – Черняховский развел руками и замолчал.

– Спасибо. – Виолетта встала и, прямая как струна, направилась к двери.

– Возьмите карту. – Алексей Васильевич озабоченно взглянул в глаза девушки. – Вы уверены, что доберетесь без посторонней помощи?

– Да-да, конечно.

Виолетта чувствовала, как в такт шагам гулко ухает сердце. Бледная, но внешне спокойная, она села в такси и назвала адрес гостиницы. Шофер попытался было завязать разговор, Виолетта пару раз ответила невпопад, и беседа угасла.

Мир вокруг мгновенно утратил все свои краски. Теперь ее не привлекали ни яркие витрины, ни шумные улицы, администраторша в гостинице показалась любопытной, а обстановка номера чересчур помпезной. «Неужели я должна умереть? – неотвязно звучало в голове. – Умереть, умереть, умереть…»

Она распахнула дверцы бара, достала бутылку шотландского виски и наполовину наполнила стаканчик из толстого матового стекла. Жидкость обожгла горло, Виолетта поперхнулась и закашлялась. Нет, это не выход. Нужно что-то делать, но что? Где, у кого искать спасения? Неужели операция, потом облучение… Виолетта почувствовала, что вот-вот разрыдается. Маленькая и одинокая, она сидела посреди огромной кровати, обхватив колени руками. Скоро виски начал действовать, Виолетта ощутила приятное тепло и слабость во всем теле, глаза начали закрываться, и она не заметила, как заснула.

Лариса! Мысль, явившаяся во сне, заставила Виолетту мгновенно вскочить на ноги. Ну конечно, Лариса, обреченная, умиравшая, а теперь здоровая и полная сил. Как же она могла забыть?! Девушка лихорадочно застегивала блузку, пытаясь одновременно подцепить ногой узенькую туфлю, ведь не случайно же она встретилась на пути. Почему подошла, заговорила? Наверное, это знак свыше. А она даже толком не успела расспросить ее ни о чем.

Виолетта вихрем вылетела из отеля, остановила машину и спустя десять минут уже мчалась по подмосковному шоссе в направлении загородной клиники.

Медсестра узнала вчерашнюю посетительницу, но была весьма удивлена ее взволнованным видом и неожиданной просьбой.

– Смолина Лариса Павловна. Да, это та больная, которая вас интересует, но вчера она покинула клинику, курс лечения закончился.

– А она не оставила свои координаты?

– К сожалению, ничем не могу вам помочь, – покачала головой медсестра. – Без разрешения пациента мы не можем дать его адрес.

– Ну что ж, извините за беспокойство. – Виолетта повернулась и по аллее направилась к машине, ожидавшей у ворот.

Она не знала не только имени женщины, познакомившей Ларису со знахарем, но даже названия отеля в Маниле. Шансы попасть именно к этому лекарю были ничтожны.

13

Третий день в Макати лил дождь, и не просто дождь, а настоящий тропический ливень. Даже местные жители, привыкшие к причудам влажного лета, старались как можно реже появляться на улицах. Впрочем, коренных филиппинцев в Макати было не так уж много. Город-спутник Манилы, состоящий в основном из современных небоскребов, банков и роскошных отелей, привлекал туристов со всего мира, а традиционный английский язык соседствовал здесь с французским, немецким, испанским и итальянским. Вот уже три дня не было слышно веселого гомона уличных торговцев, вода тонкими струйками непрерывно стекала по узким листьям кокосовых пальм, а океан за стеклянной стеной ресторана казался похожим на огромную серую губку.

Загорелая блондинка лениво отправила в рот небольшой кусочек манго, томно вздохнула и, прикрыв глаза, обратилась к соседке по столику:

– Ну, и как тебе это нравится? Три дня из десяти просидеть в номере, разглядывая картинки в журналах и пялясь в экран телевизора!

– Кто тебе не дает выйти на природу? Облачись в скафандр и можешь смело шагать по лужам. По крайней мере, смена общества обеспечена: все дети-аборигены побегут за тобой следом…

– Не смешно. – Блондинка потянулась за высоким бокалом с мартини. – Я плачу бешеные деньги и хочу отдыхать на полную катушку.

– Потому ты и злишься.

– Почему?

– Ну, отдыхать на полную катушку не получается. Охота не приносит результатов. Наш загадочный принц так же неприступен и холоден, как и десять дней назад. Я права? – Подруга устремила на блондинку жесткий взгляд искусно оттененных глаз, однако та не смутилась.

– Я вот что думаю, Рита. Он, наверное, или импотент, или голубой. Заметь, за все время мы ни разу не видели его с женщиной.

– Брось! Ты же собрала все сведения: богат, разведен.

– Вот потому и развелся, что ориентация не та… Он же ни разу даже не взглянул в мою сторону, а я себя уродом не считаю.

– Дело в том, что у тебя есть серьезная конкурентка.

– Кто? – Блондинка даже привстала со стула, но, увидев, что подруга смеется, облегченно вздохнула: – А-а-а, ты про эту?

– Про эту, про эту, про нашу красавицу. А что, она совсем недурна собой, только вот лицо почему-то двухцветное…

Подруги громко расхохотались.

– Нет, кроме шуток, Рита, почему он за ней так внимательно наблюдает?

– А ты бы не наблюдала за диковинной мартышкой, например? – Рита неторопливо потягивала коктейль через соломинку. – Не ищи себе оправдания, просто в данном случае твои чары не подействовали.

– Предлагаю пари, – прищурила желтые кошачьи глаза блондинка. – Через пару недель он будет бегать за мной, как собачонка.

– На что спорим?

– Да хоть на один доллар, важен интерес!

– Идет! – Рита легонько хлопнула подругу по руке. – Помни, у тебя в запасе всего четырнадцать дней.

– Не волнуйся, мне хватит и… – Блондинка хотела еще что-то добавить, но вдруг умолкла на полуслове. – Рита, смотри, опять…

Черноволосая девушка в открытом желтом платье спустилась в зал и устроилась за столиком у стеклянной стены. Молодой мужчина в пестрой рубашке и светлых слаксах оторвался от чтения, сложил газету и подозвал официанта. Через минуту на столе перед ним появилась великолепная белая орхидея. Темнокожий официант, поклонившись, ушел, а мужчина встал и направился к столику у стеклянной стены.

– Послушайте, вы когда-нибудь видели живого долгопята?

– Кого? – Виолетта вздрогнула от неожиданности. Она подняла глаза. Мужчина в светлых слаксах облокотился на стул по другую сторону столика. Пожалуй, его даже можно было назвать красивым: чуть длинноватые черные волосы с синим отливом, прямой нос с глубоко вырезанными ноздрями, огромные карие глаза и непонятная полуусмешка.

– Я сказал, долгопята. Право, вы зря так разволновались, это совсем нестрашный зверек. Живет себе мирно в бамбуковых зарослях, кушает сахарный тростник и вот эти штучки, – мужчина протянул Виолетте орхидею, – нет, я не предлагаю вам ее попробовать, лучше украсьте цветком прическу… Так вот, вернемся к нашему долгопяту.

– И что же с ним случилось? – Девушка уже опомнилась и теперь с удовольствием поддерживала забавную беседу.

– К счастью, ничего. Он спокойно сидит в клетке у местного мальчишки – здесь, за углом. Хотите посмотреть?

– Но там же такой дождь! – Виолетта округлила глаза.

– А вы думаете, долгопяту нравится быть мокрым? И он, и мальчишка развлекают посетителей под крышей овощной лавки. Ну что, посмотрим?

– Посмотрим, – согласилась Виолетта и поднялась.

– Кстати, меня зовут Олег, а вас?

– Виолетта.

– Дивное имя, почти такое же редкое, как долгопят.

Мужчина подал девушке руку и, раскрыв над ее головой зонтик, вышел на улицу. Впрочем, от дождя можно было и не защищаться. Вернее, все меры предосторожности оказались бесполезными. Резкие порывы ветра метали зонт из стороны в сторону, упругие струи били в лицо, попадали за шиворот, и до лавки зеленщика Виолетта добралась уже насквозь мокрая.

– И где обещанное чудо природы?

– А вот оно! – Олег, улыбаясь, указал на клетку из толстых прутьев, стоявшую у стены. Унылое существо устремило на девушку изучающий взгляд, предпочитая не покидать облюбованный угол.

– Обезьянка! – восхищенно ахнула Виолетта и просунула палец между прутьями. Существо резко моргнуло огромными выпученными глазами и, проявив недюжинную проворность, ухватило палец тоненькими цепкими лапками.

Мальчишка в ожерелье из разноцветных ракушек, до этого спокойно стоявший у двери, подошел к клетке и что-то произнес на местном наречии. Либо зверюшка оказалась непослушной, либо слова мальчишки вообще предназначались не ей, но Виолеттин палец она не выпустила.

– Что он говорит? – повернулся к пожилому хозяину лавки Олег.

– Он просит, чтобы эту мерзкую тварь угостили бананом, иначе она не отцепится. Если хотите, можете купить банан у меня. – Торговец провел рукой над прилавком, щедро заваленным зеленью и экзотическими фруктами.

– Да, пожалуйста, взвесьте вот эту гроздь. – Олег просунул угощение в клетку, долгопят тут же отпустил палец девушки и принялся засовывать кусочки лакомства за щеки.

– Ох, наконец-то я освободилась! – Виолетта потрясла в воздухе рукой. – Похоже, они тут вместе неплохо зарабатывают…

– Да-а-а… Неважное развлечение я вам устроил, – виновато улыбнулся Олег, – примите мои извинения.

– Хорошо, вы прощены, – кивнула Виолетта с нарочито важным видом и, не выдержав, рассмеялась: – Я правда совсем не сержусь.

– Тогда разрешите вечером пригласить вас в ресторан. Но, конечно, не в отеле «Глория», а в маленькое уютное заведение на берегу. Там подают безумно вкусную рыбу и вино из пальмовых листьев.

– А редкие животные там не водятся? – Виолетта подозрительно прищурилась.

– Обещаю, что сумею защитить вас от долгопятов, капуцинов, бабуинов и прочих крокодилов… И, может быть, перейдем на «ты»?

– Я не против, – согласилась Виолетта. – Где мы встречаемся?

– Если можно, я зайду к тебе в номер часиков в пять.

– Вероятно, лучше на нейтральной территории…

– А я все равно знаю, где ты живешь. – Олег с притворным смущением опустил глаза. – Номер девятьсот двадцать восемь, правильно? И что зовут тебя Виолетта, я тоже знал.

– Вот как?

– Да. И не вижу в этом ничего криминального. До вечера! – Олег слегка прикоснулся губами к щеке Виолетты и, не дав ей опомниться, скрылся за углом отеля.