Текст книги "Академия Теней: Исповедь лисьего проводника (СИ)"

Автор книги: Анна Рия

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

Глава 4.1.

Подвал, в котором проходило занятие по основам некромантии, пах плесенью, сыростью и чьими-то несбывшимися надеждами. Стены сочились влагой, факелы чадили, а воздух был таким спёртым, что каждый вдох казался одолжением у смерти.

Магистр Горм – тот самый бородач с лицом человека, который завтракает исключительно прахом и разочарованием, – обвёл нас взглядом. Под его глазами залегли такие тени, будто он лично хоронил каждого своего студента. Возможно, так оно и было. Просто мы ещё не знали.

– Сегодня, – начал он голосом, способным усыпить даже бодрствующего зомби, – вы познакомитесь с основами ремагии. Не ждите чудес. Ваша задача – заставить эту груду костей совершить одно простое движение.

Он мотнул головой в центр зала. Там, на каменном полу, валялась куча старых, пожелтевших костей. Выглядело это так, будто кто-то вытряхнул содержимое мусорного ведра и назвал это учебным пособием.

Моё сердце забилось где-то в горле. Базовая ремагия. Нужно наполнить кости тёмной энергией, подчинить их своей воле, заставить двигаться. А я умела только залечивать порезы и заставлять чахлый кустик радоваться жизни. Полезные навыки для некроманта. Просто незаменимые.

Я украдкой глянула на остальных. Они уже вовсю шептали заклинания, их пальцы оплетали чёрные, маслянистые жгуты энергии. Кости в их кучах подрагивали, потрескивали, кое-где даже пытались сложиться во что-то осмысленное. У кого-то получалось. У кого-то – почти.

Я шагнула к своей куче и тут же почувствовала на себе взгляд. Тяжёлый, давящий, как могильная плита. Каэлан. Стоял поодаль, прислонившись к стене с видом человека, которого всё это смертельно утомляет. Но его ледяные глаза были прикованы ко мне. Личный надзиратель. Кто бы сомневался.

Ну что ж, Элиана. Пора творить чудеса. Или хотя бы начать их убедительно имитировать.

Я закрыла глаза, вытянула руки над костями и глубоко вдохнула. Представила не тьму, не холод могилы, а… росток. Да, маленький зелёный росток, который упрямо пробивается сквозь толщу земли к солнцу. Только пробиваться будут кости. Вверх. Медленно. Нежно.

По кончикам пальцев побежало знакомое тепло. Золотистое, живое, совершенно здесь неуместное. Я стиснула зубы и попыталась мысленно заляпать его грязью, представить, что это свечение – гнилое, трупное, кладбищенское.

«Думай о могиле. Думай о сырой земле. Думай о… Нет, бесполезно. Светится, зараза».

На костях вспыхнуло слабое желтоватое сияние. Они дёрнулись, подпрыгнули – так, словно на них плеснули кипятком. Раздался смешок. Сдержанный, но от этого не менее унизительный.

– Ну, это тебе не кости дракона сращивать, – раздался позади голос Крипа. – Или та акция была разовой? Помог кто-то?

Магистр Горм вздохнул. Так тяжело и протяжно, будто у него самого кости ныли от вселенской несправедливости. Мои щёки запылали. Провалиться бы сквозь землю. Хотя куда уж дальше – я и так в подвале.

И тут у моих ног что-то шевельнулось.

Киро, которого я уже считала навеки уснувшим в позе «мне всё равно», лениво поднялся, потянулся и неспешно подошёл к моей куче. Зевнул, демонстрируя острые белые зубы, и ткнулся носом в самый крупный позвонок.

По костям прокатилась волна того самого, правильного, леденящего душу зеленоватого свечения. Они взлетели в воздух с треском и скрежетом, на мгновение сложились в нечто, отдалённо напоминающее скелет мыши, а затем с жалобным стуком рассыпались обратно.

В зале повисла тишина. Такая, что слышно было, как у кого-то за стеной стучат зубы. Или это мои?

Магистр Горм поморгал. Медленно, как сова, которую разбудили среди дня.

– Любопытно, – произнёс он наконец. – Снова нежить. Необычно, но… цель достигнута. Каким образом кость двигалась, мне, в принципе, безразлично.

Я чуть не рухнула от облегчения. Ноги стали ватными. Киро уже снова улёгся у моих ступней, всем своим видом изображая невинную пушистую игрушку, которая случайно оказалась не в том месте и не в то время.

«Спасибо, – мысленно прошепталая. – Я уже думала – всё, конец. Сейчас схватят и на костёр.

Считай это платой за вчерашние водные процедуры, – раздался в голове ленивый ответ. – Ты мне всю шерсть мылом выдраила. Теперь мы квиты.

Я едва сдержала нервную улыбку.

– Кажется, кто-то вновь не может ничего без своего зверька, – раздался насмешливый голос прямо у меня за спиной. Близко. Слишком близко.

Я резко обернулась. Каэлан стоял так, что я могла разглядеть серебристые нити в его мантии и собственное отражение в его ледяных зрачках.

– Он просто… помогает концентрировать энергию, – выдавила я.

– Помогает? – Каэлан приподнял бровь. – Или делает всё вместо тебя? Я не почувствовал от тебя ни капли магического всплеска. Ни единой. Только от него. Странно для адепта, пусть даже начинающего. Очень странно.

Меня бросило в холодный пот. Он не просто наблюдал – он анализировал. Сканировал. Искал трещину в моей лжи.

– Это… симбиоз, – залепетала я. – Мы с ним как одно целое. Его сила – это моя сила!

Он склонил голову набок, разглядывая меня, как редкое насекомое под лупой.

– Симбиоз? – повторил он, растягивая слово. – Больше похоже на паразитизм. Ты живёшь за его счёт. Не очень-то достойно для некроманта, тебе не кажется?

Его слова ударили под дых. Потому что это была правда. Чистая, неприкрытая, обжигающая. Я сглотнула ком в горле и попыталась удержать остатки достоинства.

– Главное – результат, – я указала на развалившуюся кучу костей. – Задание выполнено.

Я развела руками и натянула самую невинную улыбку, на какую была способна. Он ухмыльнулся. Медленно, хищно. И шагнул ещё ближе.

– Конечно. Результат.

Он наклонился к моему уху. Его дыхание было холодным, как сквозняк из склепа.

– Но я очень жду, когда ты наконец покажешь нам свой результат.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и направился к Крипу. Что-то шепнул ему, и оба посмотрели в мою сторону. Я закатила глаза и перевела взгляд на Киро.

Глава 5. Одержимость наследника.

Дверь в мою комнату стала единственным, что отделяло меня от безумия этого дня. После лекции магистра Горма – этого бесконечного заунывного бубнежа, от которого, кажется, даже плесень на стенах начинала зевать, – я мечтала только об одном. Скинуть ботинки, рухнуть на кровать и хотя бы на десять минут притвориться, что я не Элира-восстановитель, не самозванка в логове монстров, а просто Элиана. Ведьма. Живая. Пока ещё.

Я уже достала ключ, уже почувствовала холод металла в пальцах, уже почти услышала спасительный скрип замка, как от стены напротив отделилась тень.

Высокая. Слишком знакомая.

– Ну что, Элира, – раздался голос, от которого у меня внутри всё сжалось в тугой узел, – как тебе творчество нашего дорогого Горма? Познавательно?

Я медленно обернулась. Каэлан стоял, прислонившись плечом к каменной кладке, скрестив руки на груди. Он выглядел так, будто этот мрачный коридор – его личная гостиная, а я – случайная гостья, которую не звали, но почему-то решили потерпеть. И почему, Тьма его раздери, он всегда появляется именно тогда, когда я меньше всего готова к бою?

– Познавательно, – буркнула я, пытаясь вставить ключ в скважину.

Пальцы вдруг стали деревянными. Железка не поддавалась, словно издеваясь.

– «Познавательно», – повторил он с такой интонацией, что мне захотелось запустить в него ботинком. – Для кого? Для тех, кто вчера из пещеры выполз? Горм жуёт материал для полных идиотов.

Замок наконец щёлкнул. Я толкнула дверь, готовая нырнуть внутрь и захлопнуть её перед его носом.

– Ну, видимо, я и есть тот самый идиот. Спасибо, что просветил. Доброй ночи.

Но он уже упёрся рукой в косяк. Дверь замерла, не дойдя до спасительного щелчка каких-то пары дюймов.

Вот же Тьма.

Он наклонился ближе. От него пахло холодным ночным воздухом, дымом и чем-то металлическим – как от старых монет. Дорогой одеколон? Или запах силы?

– Вот в этом-то и загвоздка, – произнёс он тихо, и его серые глаза впились в меня, как ледяные иглы. – Я не уверен, что ты идиотка. С идиотами проще. Они либо тупят, либо умничают не по делу. Ты же… другое.

Пауза. Тяжёлая, как камень на груди.

– Что ты скрываешь? Откуда ты на самом деле? Ты не принесла бумаг ректору. Никто не знает, из какого ты дома. Есть ли он вообще. А твой зверёк…

– Обычный питомец, – прошептала я, отступая на шаг.

Он переступил порог. Дверь за его спиной закрылась с мягким, почти нежным щелчком. Мы остались вдвоём в моей крошечной комнате. Воздух сразу стал гуще, тяжелее.

Киро, который прошмыгнул между ног, поднял голову. Его зелёные глаза сузились в две опасные щёлочки.

– Ты чего себе позволяешь? – выдохнула я, стараясь звучать грозно.

Получилось жалко. Испуганно.

– Позволяю себе интересоваться, – он медленно оглядел комнату. Взгляд скользнул по узкой кровати, по голому столу, по умывальнику и остановился на мне. – Интересно, что ты так яростно защищаешь. Свою тайну? Или себя?

Он сделал ещё шаг. Я отступила – и упёрлась спиной в край стола. Отступать больше некуда.

– Может, тебе просто признаться? – его голос стал мягче, обволакивающим. – Я могу сделать так, что тебе будет гораздо проще. Со мной.

Он наклонился. Его дыхание коснулось моей шеи – холодное, но почему-то обжигающее. Что-то сдавило грудь. Не страх. Хуже.

«Что со мной? Почему мне хочется согласиться? Почему его голос звучит так… убедительно? Как мёд. Ядовитый мёд, от которого не отказаться».

Из горла вырвался нервный смешок.

– Что, предлагаешь стать твоей личной ассистенткой? Для особых поручений?

Я попыталась вложить в голос яд. Получилось не очень.

Он отклонился назад. На губах играла улыбка – медленная, хищная, обещающая.

– Можно и так это назвать. Я обеспечу тебе защиту. А ты покажешь мне, что ты такое на самом деле. Без этих жалких уловок и притворства.

Его пальцы коснулись пуговицы моей мантии. Лёгкое, почти невесомое прикосновение. Но я почувствовала его всем телом.

– Думаю, это более чем справедливый обмен.

В ногах зашипело. Шерсть Киро на загривке встала дыбом. Его беззвучный рык ударил мне прямо в голову.

Скажи этому чмырю, что он сейчас останется без пальца. Или я сам скажу. Действием.

Легко сказать. Я стояла, парализованная – страхом, гневом и чем-то ещё. Чем-то тёмным, притягательным, от чего внутри всё переворачивалось.

– Я… подумаю, – прошептала я, ненавидя себя за эти слова.

За то, что часть меня хотела согласиться. Хотела подчиниться. Слабачка. Тряпка. Ведьма безвольная.

Каэлан медленно провёл пальцем по моей щеке. Прикосновение ледяное, но внутри разлилось тепло. Предательское, подлое тепло.

– Не думай слишком долго. Моё терпение не безгранично. А твои фокусы рано или поздно выведут из себя не только меня.

Он развернулся и вышел так же бесшумно, как появился. Дверь закрылась с тихим щелчком. Я осталась стоять, вцепившись пальцами в край стола, пытаясь унять дрожь в коленях.

Рухнула на стул, обхватила голову руками. Пальцы всё ещё дрожали. И не только от страха.

«Что это было? Почему я не оттолкнула его сразу? Почему его голос звучал так, будто я должна слушаться? Это не я. Я не такая. Он что-то сделал. Должен был».

Надо было его укусить, – раздалось в голове возмущённое шипение. – Или наложить в тапок. Я бы помог. С удовольствием.

– Я не могла. Понимаешь? Не могла оттолкнуть его. Словно он держал меня. Невидимой рукой. За горло.

А ты думала, он будет шутки шутить? – фыркнул лис. – Ты чуешь, как дорого от него пахнет? Он явно чей-то сыночек из знати. И у него есть какая-то сила. Поверь, он привык брать то, что хочет. А хочет он тебя.

– Сила? – я подняла голову. – Ты имеешь в виду магию?

Слабая, но есть. Ты не заметила, как все вокруг него ходят на цыпочках? Даже Крип скулит тише, когда этот рядом.

Глава 6. Трещина в маске.

Прошло четыре дня. Четыре бесконечных, выматывающих дня, когда я притворялась тенью. Тихой, незаметной, сливающейся с каменными стенами Академии. Получалось не то чтобы блестяще, но по крайней мере меня до сих пор не убили. Уже прогресс. Маленькая победа в мире, где каждая секунда может стать последней.

Предложение Каэлана висело надо мной, как дамоклов меч. Я чувствовала его даже во сне – холодный взгляд, властный голос, палец на моей щеке. Голова кричала: «Соглашайся, дура! Это шанс выжить! Узнать хоть что-то об охотниках!».

Но внутри всё скручивалось в тугой узел от одной мысли: добровольно отдать себя в руки того, кто смотрит на меня как на нежить, которую пытаются приручить. Лучше умереть свободной, чем жить в золотой клетке. Наверное. Проверять пока не хотелось.

К счастью, наши потоки не пересекались. Я могла дышать. И даже попыталась наладить контакт с Крипом – вдруг пригодится как источник информации или, на худой конец, как живой щит. Идея была так себе, но других союзников я здесь не имела.

Утром я застала его в столовой. Он сидел один, ковыряясь в тарелке с чем-то серым и безжизненным, а на его плече восседало существо, которому я затруднялась дать определение. То ли скелет вороны, обтянутый лоскутами кожи, то ли недолетопырь с костяными крыльями и горящими красным глазницами. Тварь щёлкала клювом, медленно поворачивая голову, и в этом движении читалось: «Я выбираю, кому первому выклевать глаза».

Я присела напротив. Крип даже не поднял головы.

– Красивый, – сказала я, глядя на существо. – Благородный профиль. Чувствуется порода.

Крип замер с ложкой у рта. Его взгляд медленно поднялся на меня – такой, будто я предложила ему станцевать вальс на могильной плите.

– Ты про кого?

– Про птичку. Орлиный взгляд. Осанка. Сразу видно – аристократ.

Существо издало такой звук, что у меня заложило ухо. Не карканье – скрежет костей по стеклу.

– Это ворон-падальщик, – процедил Крип. – Он жрёт гнильё и живёт в выгребной яме. Аристократ. Тьма, Элира, у тебя с головой всё в порядке?

Я не моргнула. Дипломатия – искусство возможного. Или искусство терпеть.

– Ну, в каждом есть что-то хорошее. Вот клюв, например. Блестит. Сам чистишь или он у тебя самородок?

Он медленно, очень медленно отложил ложку. Металл звякнул о край тарелки, и в этом звуке мне послышался похоронный колокол.

Ой. Кажется, переборщила.

– Ты чего хочешь, Элира? – его голос стал тихим и каким-то скользким. – Говори быстро. Пока я не попросил его выклевать тебе глаз.

– Да ничего! Просто поддерживаю межфакультетские связи. И вообще, птичка милая.

Ворон зашипел и рванулся к моей руке. Я отдёрнулась так быстро, что едва не свалилась со скамьи. Крип даже не шевельнулся – только уголок его рта дёрнулся в подобии улыбки.

– Ладно, я пойду. Приятного аппетита.

Так моя дипломатическая миссия провалилась с треском. Я не создана для светских бесед с любителями чумы. Буду знать.

* * *

А потом настал четверг. И нас снова собрали на общей тренировочной арене. Отработка «командного взаимодействия». Боевики атакуют, мы, восстановители, латаем их нежить прямо под градом ударов. Идеальный полигон для катастрофы. Моей личной катастрофы.

Каэлан, конечно, был здесь. Стоял со своей элитной сворой, даже не глядя в мою сторону, но я чувствовала его внимание каждой клеточкой кожи. Как зверь чует взгляд охотника.

Хаос начался мгновенно. Скелеты рубились на мечах, зомби рвали друг друга, кости летели во все стороны. Мы метались между ними, пытаясь латать то, что ещё минуту назад было целым, а теперь превращалось в труху.

Один из боевиков – видимо, решив блеснуть талантом, – бросил в гущу схватки своё новое творение. Здоровенный, раздутый зомби-бугай, который принялся крушить всё подряд, не разбирая, где свои, а где чужие.

Я не сразу заметила опасность. Уворачивалась от летящего обломка кости, пригибалась, и вдруг – тень. Огромная, зловонная, падающая прямо на меня.

Время замерло. Я увидела, как эта туша рушится вниз, и в голове мелькнула только одна мысль: «Меня раздавит тухлым мясом. Достойная смерть для ведьмы. Просто великолепная».

Где-то на грани слышимости – предостерегающий рык Киро. И ещё – взгляд. Холодный, серый, устремлённый на меня из-за костяного крыла дракона. Каэлан смотрел. Ждал.

«Чего он ждал?!».

Инстинкт сработал быстрее разума. Я вскрикнула, выбрасывая руки вперёд, – и хлынул свет.

Не чёрная вязкая энергия некромантов. Не зеленоватая подделка, которую подсовывал мне Киро. Чистейший, золотой, тёплый поток живой магии. Он ударил в падающего зомби, и тот отлетел в сторону с оглушительным визгом, словно ошпаренный кипятком. На его груди, куда пришёлся удар, кожа обуглилась и задымилась.

Тишина. Оглушительная, звенящая. Все замерли. Зомби дёрнулся в последний раз и затих окончательно. А я стояла с раскинутыми руками, дрожа, и с моих пальцев ещё стекали золотые искры.

– Что это было?! – взвыл Крип. – Что ты сделала?! Это какое заклинание?!

Я открыла рот. Слова застряли в горле. Врать бесполезно. Все видели. Золото. Золото, Тьма побери!

– Успокойся, Пестис.

Голос Каэлана прозвучал спокойно, почти лениво. Но в нём было столько стали, что Крип осёкся на полуслове.

– Это была вспышка негативной энергии. Редкое, но известное явление при перенасыщении некротической материи.

Все повернулись к нему. Он говорил с такой уверенностью, что даже я на секунду поверила. На секунду почувствовала себя не разоблачённой ведьмой, а могущественным некромантом, чью силу просто неправильно поняли.

Преподаватель у края арены нахмурился:

– Но свечение было золотым, лорд…

Каэлан медленно повернул голову. Его взгляд стал ледяным, тяжёлым, как могильная плита.

– Вы сомневаетесь в моих словах, магистр?

Тишина. Преподаватель побледнел и отвёл глаза. Никто не спорит с Вальтарами. Даже когда они несут чушь про золотую негативную энергию. Даже когда эта чушь противоречит всем законам магии.

Глава 7. Охота на разносчика чумы.

Я прошла мимо него, даже не поздоровавшись, но спиной чувствовала этот взгляд – тяжёлый, прожигающий, как клеймо, которое ставят на лбу у преступников. Интересно, у всех Вальтаров такой взгляд или только у этого шантажиста, который решил сделать меня своим личным развлечением?

Если честно, сейчас я ощущала себя злобным гением, который вот-вот совершит своё первое настоящее злодеяние. План был. Авантюра – так себе, на грани провала. Но выбора не оставалось. Либо я достаю лунный камень и прячу рыжую шерсть Киро от посторонних глаз, либо нас обоих рано или поздно раскроют. И тогда – костёр. Или что-то похуже костра, во что меня пока не посвятили.

Первым делом я направилась к Леми. Мне нужен был не мой мешковатый казённый балахон, в котором я сливалась со стенами, а что-то… другое. Что-то, от чего у Крипа глаза на лоб полезут и мозг временно отключится. Или хотя бы перестанет работать в режиме подозрительности.

– Привет, – я заглянула к ней в комнату, стараясь говорить непринуждённо. – Одолжи что-нибудь… ну, такое… чтобы произвести впечатление. На одного… человека.

Леми просияла так, будто я попросила её стать подружкой на свадьбе. Через минуту она уже совала мне в руки платье. Чёрное, разумеется – в Академии Теней других цветов не признавали, – но с таким глубоким вырезом, что я инстинктивно прикрыла грудь ладонью.

Тьма всемогущая. Это платье или оружие массового поражения?

– Это… немного слишком, – пробормотала я, разглядывая ткань, которая, кажется, состояла из воздуха и дурных намерений.

– Это для Каэлана? – Леми подмигнула с видом заправской свахи. – Пойдёт как нельзя кстати. Он точно оценит. У него вкус на такие вещи, поверь.

Я не стала её разубеждать. Пусть думает, что для наследника. Меньше вопросов – крепче сон. Распустила волосы, позволив им упасть на плечи мягкими волнами, смахнула невидимую пыль с выреза и двинулась в сторону мужского общежития.

Чувствую себя абсолютной идиоткой. Но идиоткой в красивом платье. Это уже прогресс.

В голове крутилось заклинание – короткое, но требующее идеальной точности в произношении. Одна ошибка в интонации, и вместо внушения я получу разъярённого некроманта с крысиным черепом на плече. Прекрасная перспектива.

И вот удача. Недалеко от входа в мужское крыло, на большом замшелом валуне, сидел сам объект моих манипуляций. Крип. Один. Ни крыс, ни воронов-падальщиков, ни дружков с боевого факультета. Он увлечённо читал что-то в потрёпанном фолианте, обложка которого была испещрена символами, подозрительно напоминавшими предупреждения о ядах.

Идеально. Не придётся врать – можно обойтись внушением. Чистая работа.

Сердце колотилось так, что заглушало мои мысленные повторы заклинания. Я сделала глубокий вдох, приложила нечеловеческие усилия, чтобы натянуть на лицо сладкую, как патока, улыбку, и двинулась вперёд. Слегка покачивая бёдрами. Как, по моим представлениям, ходят роковые женщины.

– Привет, милый, – мой голос прозвучал так сладко, что у меня самой заныли зубы. – Сегодня ты просто замечательно выглядишь.

Крип медленно поднял взгляд от книги. В его глазах плескалось ожидаемое недоверие, смешанное с чем-то, похожим на панику.

– Ты… это мне? – он огляделся по сторонам, будто искал кого-то.

– Конечно тебе, – я рассмеялась, подходя ещё ближе. – Ты же сам меня приглашал. Вот я и решила – пора. Ждал, сладкий?

Пока его мозг переваривал эту чудовищную ложь, я тихо прошептала слова заклинания, прикрывая движение губ жестом – словно поправляла выбившуюся прядь. Пальцы подрагивали. Магия потекла тонкой струйкой, обволакивая его сознание.

В его глазах на мгновение промелькнул тусклый отблеск – как гаснущая свеча. Затем они снова обрели ясность, но в них застыла странная, неестественная покорность. Как у собаки, которую только что пнули, а она всё равно виляет хвостом.

Я наклонилась ближе к его уху, отбросив слащавость, как ненужную маску. Теперь мой голос звучал иначе – твёрдо, властно, с металлом.

– Мне нужен лунный камень. Принеси его из Кабинета Теней. Сейчас. Это приказ от самого Каэлана.

Отстранилась, снова натягивая пустую улыбку. Внутри всё замерло, превратилось в натянутую струну.

Сработает? Или нет?

Крип пару раз моргнул – медленно, как сова на солнце. Потом кряхтя слез с валуна.

– Ладно… – пробурчал он безжизненным голосом. – Раз нужно Каэлану…

И устремился прочь, к административному крылу. Его спина удалялась, а я стояла с бешено бьющимся сердцем и странным, липким осознанием: я только что сделала что-то ужасно зловещее. И при этом поразительно удачное.

Из-за угла бесшумно выскользнул Киро. Опустился на землю, обернул хвост вокруг лап и уставился на меня своим непроницаемым зелёным взглядом.

Неплохо. Хотя переигрываешь с томными вздохами. Слишком наигранно. В следующий раз добавь естественности.

– А ты как хотел? – огрызнулась я шёпотом, всё ещё приходя в себя. – Я не профессиональная искусительница! Я ведьма, мне положено внушать страх тишиной, а не флиртовать с одарёнными, но не очень, парнями!

У тебя получается… с оттенком зловещей кокетливости. Новое слово в искусстве обмана.

Я закатила глаза. Время тянулось бесконечно. Каждая минута ощущалась как вечность. Я уже представляла, как Крипа поймали с поличным, как он указал на меня, как за мной приходят – алые плащи, арбалеты, гончие…

Из переулка вынырнула его худая фигура. Крип оглядывался по сторонам, нервно дёргая головой, как птица. Подошёл вплотную и сунул мне в ладонь что-то ледяное, гладкое, слабо светящееся серебристым светом.

– Держи, – прошипел он, и в его голосе на мгновение прорезалась прежняя злость. – И чтоб я больше не слышал об этом! Поняла?

– Конечно, милый, – защебетала я, пряча камень в складках платья. – Больше не услышишь, дорогой. Слово леди.

Сердце уже валялось где-то у ботинок, оставалось только раздавить его каблуком. Я развернулась, готовая бежать, и…