Текст книги "На хрустальных осколках. Исцели мое сердце (СИ)"

Автор книги: Анна Осокина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

Я недоуменно посмотрел на директора.

– Почему? Я уже прочитал, что один родитель имеет право на усыновление.

Моя собеседница вздохнула.

– Видите ли, Алексей… Случаи, подобные вашему, довольно редки. Обычно одиноким родителем оказывается женщина. И даже в этом случае система более тщательно рассматривает заявление.

Я понимал, к чему она клонит, но не понимал, почему так происходит.

– И чем же одинокий мужчина отличается от одинокой женщины?

– Одинокий мужчина вызовет слишком много подозрений. Вы можете попытаться, у вас хорошие шансы, но должна предупредить, что если появится семейная пара или даже одинокая женщина, которая изъявит желание взять этого ребенка, суд, вероятно, отдаст предпочтение им.

Я смотрел на директора и не чувствовал ног от потрясения. Я любил этого малыша и готов был сделать для его будущего все, что в моих силах! Я хотел дать ему дом и семью, но мои мечты разбивались о жестокую реальность. Теперь, когда у Егора здоровое сердце, ничего не будет препятствовать его усыновлению. Нужно отступить и не питать бесплодную надежду, не бередить сердце зря…

Я поднялся и собирался развернуться к выходу, как услышал голос Майи позади меня:

– Алексей не одинокий мужчина, – сказала она ровным тоном. – Добрый вечер. – Майя вошла в кабинет. Извините, дверь была открыта и я невольно подслушала часть вашего разговора.

Я смотрел на нее с недоверием и удивлением. Что она здесь делает?

– Вот как? – глянула на Майю директор, кажется, она тоже ничего не понимала.

– У Егора будет полная семья: папа и мама.

Майя уже не смотрела на директора, все внимание она сосредоточила на мне. На расстоянии нескольких метров от нее я ощущал, сколько эмоций сразу исходит от девушки. Не мог распознать все, на ее лице проступал целый коктейль: тоска, сожаление, но вместе с тем затаенная радость, надежда и… неужели мне не показалось?.. В ее глазах было столько нежности!

Майя на миг замолчала, опустила глаза, а потом снова посмотрела на меня и закусила нижнюю губу:

– Если ты согласен… – Она робко улыбнулась. – Знаю, все так спонтанно… Но этот малыш…

У меня сердце готово было выскочить из груди. Сбив стул, но не ощущая боли, я подлетел к Майе и нежно взял ее за плечи:

– Ты что, делаешь мне предложение?.. – Не смог сдержать радостный смешок.

Она смущенно улыбнулась в ответ и опустила голову.

– Знаю, это так странно выглядит…

– Май. – Я поднял ее подбородок пальцами и заглянул в глаза. – Это очень серьезный шаг. Ты уверена, что готова к этому? Мы знаем друг друга меньше двух месяцев, к тому же ты все еще официально замужем.

– Это и был мой сюрприз. – Она вытащила из сумки большой конверт. – Открой.

Я заглянул внутрь.

– Свидетельство о расторжении брака? – удивился. – Значит…

– Значит, теперь ничто не мешает нам быть полноценной семьей. Если ты, конечно, согласен. – Она снова потупила взгляд.

– Нет, так дело не пойдет! – Я нахмурился.

Майя встревоженно на меня посмотрела, как бы спрашивая: неужели все зря?

– Милая! Любимая моя! – не обращая внимания на то, что за этой сценой наблюдает директор дома ребенка, я опустился на одно колено перед Майей и взял ее за руку. – Ты согласна стать моей женой? У меня пока нет кольца, но рука и сердце к твоим услугам. – Я широко улыбался, глядя на растерянную и сбитую с толку девушку.

Несколько секунд она молчала, как будто впала в ступор, я шепотом подсказал:

– Ты должна сказать: «Согласна».

Она вдруг «отмерла» и засмеялась:

– Конечно, согласна!

Расцеловал обе ее ладони и со стоном, потому что нога еще давала о себе знать при таких движениях, поднялся и заключил Майю в объятия.

– И согласна стать мамой для Егора? – прошептал уже ей на ухо, крепко прижимая к себе, как драгоценность.

– Хочу этого больше всего на свете, – так же шепотом откликнулась она.

– Ну что ж. – Директор поднялась, и мы оба на нее уставились. Сказать по правде, я забыл о том, что она все еще в кабинете. – Тогда давайте я дам вам список необходимых документов, чтобы вы как можно скорее начали процесс усыновления. – Женщина лучезарно улыбалась.

Эпилог

Майя

Как и обещал следователь, дело закрыли. Как будто не было этой драки, как будто не было Лешиной операции. Что стало для меня настоящим сюрпризом, так это то, что Роман попросил нас обоих о встрече. Я боялась ее, но все же поехала. Бывший муж извинился перед Лешей, и я видела, что он говорит от сердца. Не знаю, поверил ли сам Леша в его искренность, но извинения принял, и они даже пожали друг другу руки. На этом наше общение с Романом закончилось. Я больше не хотела иметь с этим человеком ничего общего. Радовалась, что мы рассталась не врагами, но больше ничего знать о нем не желала. Кажется, Роман понял это, потому что больше ни разу не объявился.

Расписались мы с Лешей уже через несколько недель после моего спонтанного предложения. Церемония без всякого торжества, на нее никого не пригласили. Но после этого Леша отвез меня в дорогой отель, где заранее снял президентский люкс. Мы провели там ночь в лучших традициях романтических фильмов. Ванна с лепестками роз тоже была. Со всеми вытекающими…

Директор детдома помогла нам с документами и, проникшись нашей ситуацией, как могла, ускорила процесс усыновления. Уже через два месяца после свадьбы детская, которая стояла без дела больше года, наконец обрела маленького хозяина. Я решила выйти в декретный отпуск, а Леша теперь брал меньше смен в больнице, чтобы проводить с нами время.

Я полюбила этого маленького мальчика всем сердцем. Теперь даже подумать не могла, что когда-то сомневалась в том, что не смогу принять усыновленного ребенка. Не знаю, кто там, наверху, так решил, но впервые Егор ночевал в своей колыбельке именно в ту ночь, когда у меня была назначена предполагаемая дата родов. Это еще раз подтвердило мои мысли о том, что все в этой жизни не случайно.

Часами могла сидеть рядом с малышом или держать его на руках, играя с ним или укачивая. Еще через несколько недель Леша предложил переехать в другую квартиру. Нашу квартиру. В которой мы начнем все с чистого листа. Знакомая агент по недвижимости помогла устроить обмен быстро, и через несколько месяцев я выбирала мебель в новое жилье.

Мы были настоящей полной семьей, в которой царило столько любви и нежности, что мне иногда не верилось в то, что это все по-настоящему!

Егор оказался невероятно спокойным и умным мальчиком. Врачи обещали, что врожденный порок сердца больше никогда не даст о себе знать, что малыш полностью здоров. И я радовалась каждому его новому навыку, каждой улыбке или лепету.

Омрачало бесконечную радость только мое самочувствие. Мне стало очень трудно подниматься по утрам, кружилась голова, все время хотелось спать. Я начала пить витамины, думая, что это авитаминоз, однако от них меня только начинало тошнить. Леше ни о чем не говорила, не желая волновать его. Мы оба слишком многое пережили.

И все же все тайное рано или поздно становится явным. Мы с Егором пришли к Леше в больницу, чтобы пообедать вместе. Пока муж переодевался после операции, я, покачивая коляску с засыпающим малышом, разговаривала с Ильей. Лучший друг Самойлова стал хорошим товарищем и мне, Леша даже иногда в шутку ревновал меня.

Внезапно я почувствовала дурноту и покачнулась. Гуляев придержал меня под руку.

– Что случилось? Ты побледнела, – встревожился он.

– Ничего, просто позавтракать не успела. – Я попыталась отмахнуться, увидев, что ко мне по коридору идет любимый. Но головокружение не отступало, и я, как в каком-то глупом фильме, потеряла сознание ровно в тот момент, когда он подошел ко мне, чтобы поцеловать.

Очнулась в обычной одноместной палате. Рядом сидел такой довольный Леша, что я растерялась. Да, наверное, ничего серьезного, но все же когда твоя жена падает в обморок, это не повод для такой радости.

– Где Егор? – напряглась я.

– Не беспокойся, я попросил медсестер из детского отделения за ним присмотреть пару часиков.

– А что случилось? – Я приподнялась на кровати.

Улыбка мужа стала еще шире. Еще чуть-чуть – и до ушей дойдет.

– Леша! – воскликнула я. – Ты странно себя ведешь!

– Ничего в последнее время в своем самочувствии не замечала? – задал он наводящий вопрос.

– Замечала, – неохотно призналась я, понимая, что придется в любом случае сказать правду. – Слабость, головокружение.

– Тошнота? – уточнил муж, и я поняла, к чему он ведет.

– Только от витаминов. Нет, Леш, нет, этого не может быть!

– Может. – Его глаза блестели от непролитых слез, а улыбка так и не покидала лицо. – Может, милая. Примерно шесть недель.

Я закрыла рот ладонью.

– Но… как же так? Все эти неудачные попытки в прошлом… Мне говорили, что я не смогу сама…

– Строго говоря, ты в этом участвовала не совсем одна, – притворно обиженно заметил он.

Все еще не веря в это, кинулась ему на шею.

– Лешенька! Я тебя так люблю! – покрывала все его лицо мелкими поцелуями от лба до подбородка, а он хохотал и крепко прижимал меня к себе.

– И я тебя люблю! И Егорку, и нашу маленькую девочку.

Муж усадил меня к себе на колени и погладил плоский живот.

– А если мальчик? – Я заглянула ему в глаза.

– Тогда у нас будет два любимых сына, – серьезно ответил он.

И никакой другой ответ не смог бы сделать меня счастливее.