Текст книги "Горе-наследница (СИ)"

Автор книги: Анна Невер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

– А ты смелая, – отдал он должное незнакомке.

– Не представляешь насколько, – прошептала та, вызвав на его губах улыбку. Давно он не испытывал таких ярких ощущений. А ведь девчонка добилась своего. Он захочет ее найти, чтобы узнать поближе.

Огладив упругую ягодицу, не сказать, что особо пышную, но приятную на ощупь, решил исследовать область груди, желая уже сейчас выжать больше из приятного знакомства, как в следующий миг получил удар в грудь. Обидный и неожиданный. Малышка толкнула его с недюжинной силой так, что он отлетел от нее на несколько шагов и чуть было не сел на половую плитку задницей. В лицо полила вода из душа. Дери тебя тьма! Магия позволила удержаться на ногах. Если бы темнота сама по сроку не развеялась, он бы сам снял ее заклятием, хотя и нарвался бы на осуждение со стороны остальных. В игры такого рода нельзя было вмешиваться.

Стало светло, как прежде. Мягко горели магические хрустальные фонари. Слева, справа прекратили целоваться парочки. Он увидел обиженный взгляд той, которая рассчитывала добраться до него, но не преуспела. Помимо нее свободна оказалась черненькая с хвостом девица из рода рыбы-луны. Смазливая, вот только она была выше той, которую сейчас хотелось удушить…

Оглядел пол, нет, никаких визиток с заклинанием влагостойкости она не оставила.

Новая мысль, что незнакомка могла его бросить и целоваться с другим, вызвало чувство, которое он думал никогда не ощутит в своей жизни. Оно ему очень не понравилось, до скрежета зубов и сжатых в кулак ладоней. Как и то, что какая-то девица вдоволь потопталась на его гордости и безнаказанно сбежала.

Он смерил рост и выявил похожей лишь одну, из рода Барсуковых, в три шага настиг и развернул к себе тонкую блондинку под слабый протест рядом стоящего Дыгайло. Однако, увидев в глазах девчонки искреннее удивление, ощутил ее страх пред его высоким родом, тотчас отпустил. Это не она. Словив на себе удивленные взгляды, заставил себя взять в руки и расслабленно улыбнуться.

Уходя в купальный зал, взял с собой силоглас.

– Красотки сегодня порадовали, господа! Одна обещала на колени передо мной встать! – отпускали привычные похабные шуточки ребята.

– Так чего не встала?

– Родовитые аристократки, к сожалению, не сгибаются, – хохотнул другой.

– Это смотря перед кем.

Хохот общий. На него кидали косые взгляды. Только он не желал сейчас обсуждать «темные поцелуи».

«Пришли список всех девиц, что входили в крыло с Золотой купальней. Нужны имена всех, даже служанок. Собери быстрое досье. Рост, род», – написал своему личному помощнику прежде, чем усесться на водные диваны.

Через пять минут пошлые шутки закончились, и тема разговора перетекла в обычное русло – деньги, власть.

С трудом заставил себя успокоиться. Появление Боровского – дробного парнишки, однако с ершистым характером и умением влипать в смертельные авантюры едва заметил.

Под конец трапезы пришел ответ от помощника, который поставил его в еще больший тупик. В здание входили помимо аристократок, организовавших темные поцелуи, еще две женщины прислужницы, прикрепленные к роду ректора. Обе переносили вещи банящихся и развешивали их на дверцы шкафчиков, одной сорок один год, второй пятьдесят лет.

А теперь он лежал тут в одиночестве в комнате отдыха и понимал, что его ловко обвели вокруг пальца. Как? Неизвестно. Однако, гнев испарился, оставив место невольному восхищению. Эта девчонка сплошная загадка. В чем был ее расчёт? Добилась ли она своего? Одно знал наверняка. Он ее запомнил родовым чутьем. Скорее всего, затейница начала с ним некую игру, и очень даже возможно, что в ближайшие дни, а может, и сегодня вечером, снова выйдет на контакт. Если он снова ее встретит, то без ответов уже не отпустит. И конечно накажет – мучительно ласково. Ощутив, что плоть отзывается на воспоминания о поцелуе, ругнулся.

26. Дела

Герман Лыков удовлетворил потребности, отбросил от себя девицу. Он едва сдерживал раздражение. Никто не знал, чего ему стоило сегодня явиться на эту тренировку с кутежом в купальне с Рюриком и держать лицо. Проклятье! Надо признать, неприятности сыпались на род с начала академического года. Сперва немалая денежная утечка в «Смоляной кости», затем пропажа лучших генобов, которых он кинул на особняк Боровских под руководством Силована, нахальный иск за гарантийный случай дирижабля представителем того же бездарного недомерка Марка, как издевательство, утрата доверия завсегдатаев клуба, и теперь грабеж, учиненный в клубе Юлием Виссарионовичем Свердиловым, уполномоченным магом из сильного и опасного рода, стоящего на военной службе у правящего рода! Как показала силосъемка, «усач» вел себя вызывающе. Что это, как не прямой вызов?

Отец спешно стяжал силы, вызывая родовых силовиков из провинций. Они не будут ждать и нагрянут к Свердиловым сами с вопросом. Если они хотят войны, то Лыковы будут готовы!

***

Мурка принимала в кабинете посетителя, которого дедуля Лопаткин нашел на роль управленца.

– Борис Афонасьевич Кусмякин. К вашим услугам, ваше сиятельство, – моложавый шатен пятидесяти лет с небольшим пузиком и в деловом костюме снял шляпу и учтиво поклонился.

– Мой поверенный сказал, что вы не против работать у меня.

Присев на край письменного стола, она с интересом отметила, что мужчина был слишком серьезен и даже ни разу не улыбнулся при встрече, как подобает этикету. Мелькнула мысль, что слишком чопорный. «Можем и не сработаться».

– Да, граф. К сожалению, рекомендательных бумаг предоставить не могу, поскольку… – тут он слегка запнулся, прежде чем продолжить. – Они сгорели при пожаре. Но я двадцать лет служил почитаемому роду Ладонниковых управляющим, тотем белуга. Как и мой отец до меня, и дед, – прозвучало с достоинством. – Это доказать можно, если опросить свидетелей…

– Погодите, секунду, – Мурка свела брови к переносице. – Уж не тот ли это род, что был поглощен при объявлении войны Прытчиными?

– Верно, – только и ответил Кусмякин, поджав подбородок.

Стал понятен серьезный вид. Возможно он даже кого-то потерял из близких или друзей при ликвидации рода. Однако спрашивать о том не стала.

– Тогда у вас огромный опыт, и я заинтересован в таком служащем.

Она привстала и подошла ближе:

– Но, давайте откровенно. Почему пришли именно ко мне? Уверен, вы в курсе, что я единственный Боровский. И есть такие личности, кто не желают мне дожить до старости.

– Понимаю. Должно быть, это выглядит подозрительно, но поверьте, от меня вам не будет худа. Причина такова, что я не хочу служить Прытчиным. Пусть бы они все провалились во тьму! – Борис смял в крупных ладонях шляпу и тут же спохватился, повинился с хмурым видом. – Простите, сиятельство, не сдержался…

– Так и не служите, в чем проблема?

– Вы разве не понимаете? Отказывать такому роду чревато. Я собирался с семьей уехать из столицы сегодня же, чтобы не дожидаться приглашения этих.

Тут надо читать между строк: «собирался бежать», но передумал.

– Как вы узнали, что нам требуется управляющий?

Да, она рисковала, удерживая его в подвешенном состоянии. Ценный кадр в любой момент мог психануть и уйти, однако лучше перебдеть, чем недобдеть.

– Служебные слухи. Жена узнала от знакомых. У них племянник работает у вас охранником.

Как удачно.

– Хотите сказать, что собираетесь прикрываться договором с моим родом?

– Да.

Честный ответ. Да, Марка Боровского тоже могут в любой момент упрятать в склеп к дедушке Пете, но бегать сейчас по более родовитым домам без бумаг, предлагая свои услуги, тоже тот еще квэст. Хм. Выходит, ей сказочно повезло, хотя и способствовал тому трагический случай? Хотелось бы думать именно так. Ключевой проверкой станет принятие клятвы.

– Почему вы считаете, что Прытчины заинтересованы в ваших услугах?

– Я единственный, кто полностью мог бы восстановить полуразрушенный после магической битвы «стеклянный» завод и наладить все процессы с новым штатом работников.

Вот как. «Да судьба мне уже улыбается! Улыбнемся же ей в ответ!».

– С удовольствием заключу с вами сделку, Борис. Вы же позволите мне вас так называть? И прикреплю к роду вас и тех, кто захочет пойти за вами служить мне. Денежное жалование, что вам предложил мой поверенный, возможно, пока не из самых высоких, но если дела пойдут на лад, будет расти в соответствии с доходом. И один нюанс: родовая клятва.

– Я, моя жена и моя родня в количестве восемнадцати человек готовы принести вам клятвы незамедлительно, Марк Павлович, – кажется он облегченно выдохнул, и поклонился ниже, чем того требовалось.

– Отлично! – кивнул довольный Боровский новичку и щелкнул пальцами. – Дедуля, оформляй! Сегодня мы покупаем силоперную мастерскую. Нужно будет обустроить ее в точности так, как я вам скажу. И сегодня же я выезжаю в родовое поместье.

В полдень она, Аркадий Лопаткин и Борис Кусмякин встретились с хозяйкой мастерской Агнессой Карловной и ее поверенным и заключили в имперской нотариальной конторе сделку. Бумага с серебряными магическими нитями перешла в нетерпеливые ручки Марка Боровского, а приличная стопка денег уместилась в сумочку баронессы. Надо сказать, это рослая жилистая дамочка родом из «Неметчины» уже горела поскорее смыться из империи Росс к своему жениху. Ну так, ветерок ей в подол.

Получасом позже на Бачманной улице в старой силоперной мастерской началось движение. Новый хозяин граф Боровский бодро обходил владения и воодушевленно давал управляющему указания по переделке.

– Бери строительную артель, Борис. Тут, тут и тут ломаем стену. Мне нужно пространство и яркий свет. Эта цепочка потолочных светильников разве что дорогу в мир иной способна осветить. Окна и двери проверь: если труха, меняй все. Отхожее сделай на несколько персон с перегородками, и чтобы прилично и прочно. То, что есть, никуда не годится. Проверь воду и отопление. Чтобы в зиму не было сбоев. Пара комнат будет лично моя. Оформляй тут все по-барски. Диваны, стол для переговоров и мой письменный. Водить клиентов сюда будем.

– Понял, Марк Павлович, – ответил управляющий, степенно делая заметки в своей записной. – А сейф-схоронку ставить желаете?

– А ты молодец! Отличная идея! Вписывай. Сейф тоже. И вот еще что. Сочини мне небольшой кухонный отсек, эм, я хотел сказать, кухню-столовую, – огляделась Мурка.

– Эх, достроить бы второй этаж мансардой, но это позже. Обустраивать ремонтную зону будем, когда мастеров сюда пригласим. Постараюсь решить этот вопрос, как вернусь обратно.

Надо зайти в гости к Григорию Муфте из Покраевки. Теперь, когда мастерская выкуплена, есть куда позвать людей.

На выходе Боровский остановился, глядя на трещины в асфальте с пробившейся травой. Легкий слепой дождь оставил на нем мелкие капли и затих.

– Покрытие двора никудышнее. Закатай заново, чтобы ровнёхонько все было, плати вдвое укладчикам, но, чтобы как яичко! Объекту организуем охрану, повезет, так и родовую.

– Родовую? – удивился управляющий.

Тут он тактично решил не продолжать. Мурка понимала, что знающие люди очень скоро начнут сопоставлять факты. Как у немощного Боровского, единственного в роду, тотем не дремлет, а набирает силу.

– Говорю же, если повезет, – развела руки в стороны.

Позже Борис все поймет сам со временем, пока же по его взгляду видно, что он снисходителен к юному главе. Этого сейчас достаточно.

Выдав указания, она оставила управляющего с поверенным обсуждать нюансы, в том числе и финансовые, еще раз окинула свою мастерскую, и укатила в приподнятом настроении в городской особняк. Где и застала парнишку Люменова уже стоящим у окна. Юноша обернулся, и Мурка поняла, что он стоит на чистом упрямстве, преодолевая боль.

– Приветствую, ваше сиятельство, – парнишка дернулся, заметив ее, и тут же поморщился, побаюкав в ладони свой локоть.

– Просил же, зови меня Марком, – она подошла, оглядывая подранка-жаворонка вблизи. Волосы – пшеничная копна, глаза большие и разноцветные. Этакий хрупкий мальчик с тонкой шейкой, все еще обклеенный повязками. Однако взгляд такой, что ставит в тупик. Какой-то умудренный и наивный одновременно. – И зачем встал?

– Я уже здоров.

– Позволь с тобой не согласиться.

Люменов не стал спорить, вернулся чуть пошатываясь к кровати и послушно присел на край. Мурка присела рядом в кресло.

– Вы сами с порезами, – указал Илий на слегка воспаленную царапину на костяшке руки хозяина дома. Мурка вспомнила, что вчера царапнулась на полигоне. Мелочь и ерунда.

– Позвольте, граф, – парень протянул руку и провел над ранкой. Мурка удивленно поняла, что ее царапина затягивается на глазах. Медленно, но верно.

– О, – настала ее очередь удивляться, – ты можешь лечить. Это дар такой?

– Да. Мой прадед мог лечить, у него даже была своя элитная больница, пока ее отец не продал.

– Интересно. Значит можешь и… – чуть было не сказала «регенерировать», но вовремя спохватилась, – себя лечить?

Юноша покачал отрицательно головой:

– Нет, самого себя никак. Только кого-то. И это хорошо.

– Что ж хорошего? – хмыкнула Мурка. Этому пареньку сейчас не помешало бы умение быстро восстанавливаться.

– Так я еще могу кому-то помочь.

– Мечтаешь тоже о своей больнице, как у деда?

– Да. Хочу открыть лечебницу в южной резервации для безродников.

Эй, мы в империи Росс или нет?

– Все равно меня отлучили от рода, – добавил мальчишка, чем весьма удивил.

Ого. Мурка даже подвисла на секунду, обмозговывая новость. Тут срочно нужен звонок другу!

«Ваше Темнейшество, Великий Секач, и проходит отчисление из рода?».

«Глава рода может отлучить любого подопечного, если он тащит род на дно и никак не содействует его процветанию», – важно пробасил Пумпа.

«А тотем как-то отлучает от магии опального?».

«Лишить подпитки естественно возможно».

«Выходит, если парень еще при силе, то тотем жаворонка от него еще не отрекся? Почему?».

«Нам не выгодно уменьшение рода».

Все понятно, парень мог еще жениться, нарожать тотемных аристократиков тайно или явно и все они бы отошли под крыло тотема. Род бы стал больше, многочисленнее, что при такой высокой смертности среди высокородных особо актуально.

– Расскажи мне, что там в резервациях?

– А вам это на самом деле интересно? – Люменов испытующе взглянул, словно в душу залез, паршивец.

– Ты раздавал листовки, рискуя своей головой. Мне просто любопытно, ради чего такие жертвы.

– Да, я вижу. Вы и сам очень любопытный, граф Боровский.

Люменов улыбнулся. Слишком наивно и открыто.

Мурка еле удержалась, чтобы не поерзать пятой точкой в кресле, а продолжать вольготно сидеть в кресле. Странный этот жаворонок. Что-то в нем есть неправильное, необычное, что и удивляет, и раздражает одновременно.

– Тогда слушайте. – пожал он плечами. – Я был в резервациях. Поверьте, безродники там не живут, а выживают. Гимназии закрываются, лекарей нет, везде упадок и беспорядки. Численность населения уменьшается, а черных тварей наоборот становится все больше и больше. Каждую ночь исчезают люди. В последнее месяцы появились двуногие чудовища, они самые опасные. И никакой поддержки от родов. Наоборот, стоит только наметиться достойным лидерам среди безродников, как их забирают без возврата. В последний раз так Ярему Черного ночью увели, и более никто его не видел.

Мальчишка вздохнул.

– Кто увел?

– Они без гербовых значков, всегда маги. Я ни разу их лично не видел, друзья рассказывали.

О, у него и друзья там есть. Поразительный аристократ.

– Все отчаялись. У пограничной стены уже волнения. Те, кто хочет пройти на белую территорию Росс много, некоторые даже пытаются перелезть без разрешения, но власти пресекают очень жестко такие попытки, часто смертельно.

– Люди чьих родов служат на границе?

– Свердиловы, Лыжко, Прытчины. Возможно есть и другие, о коих мне не известно.

– А как же полки Рюриков для уничтожения генобов? Слышал, что в резервационные земли отправлен был очередной такой.

– Ничего особо не меняют. Я почти уверен, что рода заинтересованы лишь в магическом отлове тварей, чтобы надеть поводки. И только. Они не понимают, что впереди грядет конец света.

– С чего ты взял? Откуда инф… сведения о конце света?

– Я просто знаю. Вот тут, – и Илий ткнул в свой лоб указательный палец. – Я вижу будущее, – уже тише произнес. – Полагаю, это наше будущее.

– И что же ты видишь?

Люменов помрачнел, его глаза затуманились дымкой тревожного воспоминания.

– Я видел у столицы бесчисленную орду генобов под предводительством одного двуного – огромного с шипами на плечах и бедрах. И еще, как с неба на землю падают алые смерчи и равнину заливает кровавое море.

«Ну, дружок. Жаль, что ты себя лечить не способен», – протянула мысленно Мурка с нервным смешком. Большая надежда, что все ему просто приснилось. Темненький сон о темной локации, как у переигравших в войнушки геймеров. А если этот парень действительно видел будущее, то что ж, скоро роботов-душеприемников ждет горячий аврал на работе.

– Вы не верите мне, граф? – буравя взглядом хозяина дома, спросил жаворонок.

Мурка склонила голову и несколько секунд смотрела в его бледное лицо с острыми чертами.

– Я допускаю все, – наконец произнесла она. – Но надеюсь, что ты ошибаешься. Могло причудиться всякое.

Он склонил голову.

– Я просто знаю… – выдохнул едва слышно, словно на плаху собрался.

Мурка положила на его худое плечо руку и ободряюще сказала:

– Ладно, Илий, не заморачивайся. Понадеемся на Бога.

– На кого? – вскинул непонимающий взгляд парнишка с надеждой. – Кто это? А он захочет помочь? Многие на безродников плюют.

Люменов поджал губы. Мурка усмехнулась:

– О, поверь, мне, этот плевать не будет! До него только бы достучаться. Ты главное верь.

Кажется, она загрузила собеседника не на шутку, поскольку Илий замер в раздумьях. Решила сменить тему:

– Давай-ка лучше поговорим о насущном. Я сейчас уезжаю в родовое гнездо. Ты поживи здесь, пока меня не будет. И, пожалуйста, дождись моего возвращения. Высовываться тебе все равно еще рано и опасно. Я же готов взять тебя под крыло рода. Лекаря у меня здесь нет, поэтому предлагаю присоединиться с радостью. А потом мы подумаем, что можем сделать, чтобы решить нависающие проблемки.

Неуверенный кивок в ответ. Ох уж эти глазищи.

– Дождись меня, слышишь? – повторила.

Покинув покои жаворонка, она переключилась на сборы. Наверное, стоило все же купить новый силопер, но она приберегала каждую копейку на свои замыслы в надежде, что в скором будущем ее новая машина появится у нее в мастерской.

Дорога до родовых земель графьев Боровских прошла на удивление спокойно, даже ночная. Никто не нападал, генобы не появлялись. Эх, а Симба так надеялся, так ждал. Враги что ли жадными такими стали?

Наследницу и главу Боровских снова вышли встречать всем штатом. И на сей раз юные бастарды Яков и София не стеснялись, а вышли вперед. Софочка, маленькая красотка в голубом платье, так даже на пару мгновений радостно улыбалась. Рядом с учениками стоял их учитель по магии Михаил Михайлович Гунька. Толстячок кажется раздобрел еще больше на харчах великодушной Гриппы. А вот Яша малость возмужал. В лице его появилась уверенность, плечи расправились. Он уже не смотрел со скепсисом на горе-наследницу. Как бы не пытался это скрыть, тоже был рад ее видеть. И когда Мурка приобняла его и Софу чуть улыбнулся.

– Ну как вы тут? Кажется, я соскучилась по вам, любимые родственнички! – призналась, ощущая и впрямь тепло на душе от общества детей. Глядя на обескураженное лицо Яши, хохотнула. – Ну, рассказывайте, как дела? Как успехи в учебе?

– Я могу показать, – пропищала Софа и тут же стушевалась от собственной храбрости. – Вот.

Ребенок раскрыл ладошку, и меж ее пальцами проявилась коричневая дымка магии Боровских, которая вытянулась в плоскость, диной в десять сантиметров. Мурка заметила, как ободряюще кивнул девочке маг Михаил.

– Это малый защитный щиток, – пропищала с волнением София.

– Вот это да! – охнула Мурка так, что ребенок расплылся в радостной улыбке. – Не ожидала. Это здорово! Умница.

Яков с гордостью глядел на сестру, но и у него тоже припасен сюрприз.

– Пройдемте с нами, ваше сиятельство. Яков, сбегай! – предложил Михаил, и Мурка двинулась со всеми в обход здания, раздумывая, что же хотят ей такого показать. Бастард поспешил вперед и вскоре исчез за поворотом первый, а потом Мурка увидела его, да не одного, у ног парня сидел знакомый геноб уже более-менее бодренький.

– Да ладно! – воскликнула, улыбаясь от уха до уха. – Братец, да ты красавчик! Смог навязать на кузнечика поводок! Да еще подлатать. Ну-ка рассказывай, как ты это сделал?

И парнишка принялся рассказывать, что первым делом вливал крохи магии на восстановление существа, а потом действовал по указке своего наставника Михаила. Он был невероятно горд.

В тот день Гриппа устроила праздничный ужин в честь приезда графини. И на сей раз Мурка вновь решила пригласить бастардов за стол, для чего прибыла сама в их покои.

– Ваше сияте…

– Мария, давай, просто Мария, – оборвала Боровская. – Сиятельства оставь для официальных приемов, дорогой.

– Нам не положено сидеть за столом господами, вы же знаете, – снова начал занудствовать Яша.

– Ерунда, – отмахнулась Мурка, прогуливаясь по комнатам детей и разглядывая убранство. – Где не положено, там положим сами! Я прошу вас присоединиться к трапезе, и уверяю, есть маленьких детишек у меня в планы не входит. Клянусь, даже кусаться не буду!

София не удержала смешок, глядя во все глаза на Марка Боровского. Кстати у малышки появились симпатичные куклы в пышных платьях, а Яша завалился книгами по разным дисциплинам и, похоже, занимался макетированием. По крайней мере на столе он собрал интересную конструкцию из деревянных маленьких дощечек, похожую на птицу. Узлы скреплял магией. Чудная птичка получилась.

– Что это? – спросила его, ткнув пальцем.

Яков дернул плечом смущенно:

– Да ничего особенно, ваше… эм, Мария, – имя едва выдавил. – Так, балуюсь на досуге.

– Любопытная.

– Вот здесь дверца, – парень щелкнул и в груди птички отворилась окошко. – Сюда мог бы залезать водитель.

– Пилот, – поправила она.

– Почему пилот? – вздернул он брови. – Странное название. Впрочем, не важно. Он бы и поднимал силолет в небо, управляя поворотом крыльев. Скажете, глупость, да?

Мальчишка застыл, ожидая ее вердикта.

– Совсем не глупость. Я уверена, что со временем человек научится подниматься в небо на подобных птичках, братик.

Какой прогресс, уже не дергается от ее родственных притязаний, выраженных в словесной форме. Просто стоит и смотрит, серьезно так. Как же дети быстро растут. И снова в голове завертелась мысль, что надо как-то принять в род эту парочку. И для этого необходимо еще раз растрясти Великого Секача на откровения.

– Ну что, идем отведаем вкусностей Гриппы? Некоторые устои нужно ломать, и устанавливать новые правила.

– Все же вы странная, – ответил Яков. – Вроде бы немногим старше меня, а впечатление такое, что намного.

Сказал и снова смутился. Ну да, говорить графине, что она кажется старше своего возраста – сомнительный комплимент.

– У меня была очень насыщенная жизнь на ферме, где меня прятали. Невольно станешь философом, когда вокруг одни козлы, – хохотнула Мурка, отчего-то вспоминая лица приятелей из звездного десанта в сборных рейдах, когда приходилось отшивать их ежедневно. – Возможно, позже расскажу больше, а пока, все. Там остывает окорок с картошечкой.

И Яша дрогнул, взглянул на сестру, смотрящую с тихой мольбой, кивнул ей и сделал неуверенный шаг к выходу из комнат. И вскоре они пировали в роскошной столовой. Мурка вгрызалась от души в сочное мясо и только не мурлыкала от удовольствия. Дети по началу вели себя, как на королевском обеде, держали спину прямо, стараясь лишний раз молчать, а потом Мурка все же растормошила детвору, и завязалась нормальная беседа. Из нее она узнала, что мама этих детей живет в резервации, а именно в городке Лощинске со старшей дочерью Таей, которая значилась сводной ребятам. И если раньше в городе было относительно спокойно, и неприятности могли доставить разве что распоясавшиеся стражники со стены, то сейчас генобы стали наводить страх на всю округу.

– Мы вытащим вашу маму оттуда, – с уверенностью произнесла Мурка. – Не волнуйтесь, по возвращении в столицу я попрошу Аркадия Емельяновича подготовить все бумаги и пропуск на нашу территорию для вашей мамы и сестры. Не подскажете, почему мой батюшка этого ранее не сделал?

– Он приглашал маму, – ответил Яша, блестя глазами от волнения. Софа сложила ладошки и замерла, боясь перебить разговор старших. – Но только ее одну, и селить собирался далеко от родового гнезда. А мама без Таи ехать отказалась.

– Понятненько.

– Ваше с… Мария, мы будем очень благодарны, – он даже вскочил с места. – Я ничем не могу пока вас отблагодарить. Но обещаю, что буду изо всех сил стараться стать полезным вам. Пожизненно готов служить, – тут он нахмурился, став совсем серьезным. – Только заберите оттуда нашу мать, и сестру!