Текст книги "Ведьминский патруль (СИ)"

Автор книги: Анна Литвинова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Глава 28

Неделя прошла как отпуск в филиале моего собственного рая. Антон носился со мной лучше любой няньки. Костыли мне практически так ни разу и не понадобились. Он порывался даже в туалет со мной ходить, но такие порывы я не оценила. Меня вкусно кормили, бегали в магазин за вкусняшками по первому требованию, обкладывали книжками и журналами, а также развлекали разговорами. Он даже в квартире сделал генеральную уборку, от чего у меня мелькнула мысль – а не выйти ли мне замуж за такой ценный экземпляр? И я даже не задавила ее в зародыше, позволив себе минутку помечтать.

Начальник звонил пару раз с дежурным вопросом про здоровье, отчего мне становилось тепло на душе. Как приятно, что о тебе помнят и даже маленько беспокоятся. На этой волне я попыталась намекнуть на премию за страдания и, что удивительно, получила не нагоняй, а обещание подумать.

Через день забегала проведать меня Настя. Она увидела в окно, как Антон нес меня домой из машины, и не смогла сдержать естественное женское любопытство, завалившись в гости, буквально этим же вечером. Подруга долго меня пытала на предмет наших отношений и демонстративно закатывала глаза каждый раз, когда к нам заходил Антон с одним и тем же вопросом – не требуется ли мне чего-нибудь. При этом он готовил что-то мясное на кухне, соблазняя нас вкуснейшими запахами и демонстрируя мой фартучек на своей спортивной фигуре. Короче, ушла подруга под боооольшим впечатлением и теперь навещала меня очень часто. Я не ревновала, ну вот совсем. Во-первых – Настя не раз уже мне показывала, что человек она порядочный и подлостей от нее нужно ждать меньше всего. А во-вторых – ну, не видела я от Антона в ее сторону никакого интереса.

На второй день моего «больничного» произошло событие, которые мы так ждали последние месяцы. Боевая группа с участием Антона (как же он мог такое пропустить то!) произвела захват Аркаши в его собственном доме. Он никуда не скрывался и, похоже, совершенно не ожидал, что его раскроют. Вопреки наивной надежде начальника на совпадения, Аркаша сразу признался во всем и даже показал алтарь, где проводил все магические манипуляции. Алтарь он установил в подвале собственного дома, который, кстати, находился всего через пару домов от того самого заброшенного детского садика. Больше никакой информации мне не сказали. Антон банально ничего не знал – его больше волновало, что преступника схватили и больше подселенцев не будет. А начальник быстро сослался на исключительную занятость и пообещал ответить на все вопросы после моего возвращения на работу. Я в тот момент со злостью отшвырнула от себя телефон и взвыла так, что Тим подпрыгнул и упал с кровати на пол. Оставалось еще пять дней…я ж помру от любопытства…

Был еще один момент, который значительно омрачал мое пребывание дома. Наступил он на третий день моего безделья – Тимофей подошел и виновато прижался ко мне мордой. Я уже давно подозревала, что в ближайшее время это произойдет, но как всегда событие застало врасплох. Тим должен был уйти, чтобы через пару месяцев мир стал чуточку счастливее от появления на свет одного-двух чауров. Понятно, что его отлучки меня не радовали, да и он не любил оставлять меня так надолго, но это был зов крови и от нас с ним ничего не зависело. Я долго обнимала друга и шептала в густую шерсть, что буду очень скучать, уговаривая вернуться поскорее. Тим урчал и порыкивал, будто отвечая. Он обычно отсутствовал от семи до десяти дней, дольше ни разу не задерживаясь. Самцы не участвовали в воспитании потомства, поэтому вопрос состоял только в поиске подходящей пары.

Мы с Антоном очень сблизились за эту неделю. Я с удивлением и непривычным удовольствием принимала его заботу, а он, похоже, получал искреннее удовлетворение от моей беспомощности. По вечерам мы уютно смотрели фильмы, долго препираясь по поводу его выбора. В итоге через пару дней решили смотреть сразу два – на его и на мой вкус. Поэтому сначала он закатывал глаза и отпускал ироничные комментарии, когда смотрел выбранную мной романтику, а потом я вздрагивала и закрывала глаза на особо жутких местах очередного триллера.

Но на фоне этой идиллии тревога нет-нет, но сжимала сердце. Я так надеялась, что о происшествии в зале с ликвидацией окон и дверей он забыл, но, как оказалось, зря. В день ухода Тима Антон завел этот разговор.

– Рада, – я отвлеклась от чтения какой-то ерунды в интернете и подняла глаза от ноута, – я бы хотел задать тебе один вопрос.

Он замолчал, глядя на меня, а я напряглась.

– Какой? – голос был спокойный, но руки, излишне резко захлопнувшие крышку ноутбука, слегка подрагивали.

– Помнишь, тогда, в зале…когда внезапно разлетелись окна и двери…это точно не моих рук дело, поэтому…ты ничего не хочешь мне рассказать?

Между нами повисла долгая и напряженная пауза. Антон вглядывался в мое лицо, оперевшись плечом о дверной косяк, а я молчала, обдумывая возможный ответ и разглядывая свои колени. Рассказывать о своем неконтролируемом даре совершенно не хотелось. Я не понимала, что же конкретно меня останавливает, но срабатывал какой-то внутренний стоп-сигнал и слова не подбирались. Я доверяла Антону больше, чем кому бы то ни было, кроме своей семьи, конечно, но все-таки… Мне нужно было время.

– Антон, я…ты не обижайся, но…

– Но, что?

– Я не готова сейчас об этом говорить. Прости меня, но давай отложим этот разговор… – я выдохнула последние слова еле слышно, не решаясь посмотреть парню в глаза. Я очень боялась, что недоверие испортит то хорошее, что уже было между нами.

Он сел на постель рядом со мной и взял мои ладони в свои руки, заставив поднять глаза.

– Рада, ты самое родное, что есть у меня в жизни, поэтому, если ты не хочешь рассказывать, то я подожду. Я хочу, чтобы мы доверяли друг другу, но это не значит, что я буду на тебя давить. Не надо так напрягаться каждый раз.

А я смотрела в карие глаза и понимала, что люблю…Люблю это рыжее недоразумение вопреки своим обещаниям и здравому смыслу. Вопреки сложившемуся не на пустом месте мнению, что ведьмы не приспособлены для семейной жизни…Вопреки тому, что союз ведьмы и мага это в принципе из разряда чуда…Вопреки всему. Я потянулась к парню и просто его поцеловала, пытаясь вложить в этот поцелуй всю благодарность, всю нежность, всю свою любовь…

Антон все крепче прижимал меня к себе, углубляя поцелуй. Все мысли из головы постепенно испарились, оставив место жгучему желанию. Да и воздержание давало о себе знать – со времени нашего «удачного» дежурства Антон позволял себе только целомудренный поцелуй на ночь и сон в обнимку. Я нетерпеливо потерлась грудью о крепкий торс мужчины и запустила ладошки под его футболку, проведя ноготками по спине и спустившись к ремню джинсов.

– Девочка моя, – парень мягко перехватил мои запястья, – остановись. Мы не можем…

– Все мы можем, – я высвободила свои руки и все-таки победила ремень и пуговицу, – я не стеклянная, не развалюсь. Но если ты не хочешь…

Я сделала обиженную мордашку, чуть надув губы и попытавшись пустить слезу. Получилось, скорее всего, так себе, актриса из меня всегда была не очень. Но попытаться определенно стоило, хотя бы для того, чтобы увидеть выражение лица парня в этот момент – Антон сначала невероятно обалдел, а потом громко расхохотался.

– Ведьма! – опрокинул он меня на кровать и навис сверху, – но любимая…

Дальше сценарий вечера значительно отличался от предыдущих. И нога совершенно не мешала…

Глава 29

И вот наступило это долгожданное утро!

Я с удовольствием потянулась, и хотела было спрыгнуть с кровати, когда крепкая рука притянула меня обратно к теплому телу, а хриплый шепот на ухо вызвал табун мурашек от затылка до пяток.

– Доброе утро, любимая, – Антон прижался губами к моей шее и проложил дорожку легких поцелуев к плечу.

– Доброе утро, – выдохнула я, жмурясь, как кошка. Мурчать тоже очень хотелось.

– Ты же помнишь, что тебе сказали целители? – ну вот, настроение упало на пару градусов.

Накануне целитель приехал ко мне на дом, наверняка вдохновленный моим начальником на этот небывалый порыв трудового энтузиазма, и снял гипс, попутно озвучив миллиард рекомендаций. Я бы забыла их еще раньше, чем целитель вышел за дверь, но Антон отнесся ко всему более чем серьезно. Поэтому в течение вечера мне напомнили весь список минимум два раза, выговаривая за халатное отношение к собственному здоровью. Я умилялась и раздражалась одновременно. Терпеть не могу рамки, ограничения и правила. У меня на них с детства аллергия…

– Да, да, ты же мне еще вчера десять раз об этом напомнил, – ворчливо отозвалась я, продолжая, впрочем, нежиться в объятиях любимого мужчины, – не прыгать, не бегать, каблуки не носить, ногу не перегружать…

– Угу, – Антон оторвался от моей шеи и легонько шлепнул по попе, – будь умницей.

Я демонстративно закатила глаза и фыркнула, аккуратно поднимаясь с постели. Обозвать ведьму умницей, хватило же фантазии. После этого так и тянет вытворить какую-нибудь гадость…

Я собралась в рекордные сроки и нервно притопывала около входной двери в ожидании Антона. А он, как нарочно, совсем не торопился. И только когда я пригрозила, что уйду без него, картинно вздохнул, намекая, что у кого-то нервы ни к черту, и начал обуваться.

По дороге на работу мы плелись как черепахи. Антон бережно обнимал меня за талию и пресекал всякие попытки ускориться. Я страдальчески вздыхала и кидала периодически на него жалобные взгляды, но эффекта не было. Точнее он был, но совершенно не такой, какой требовался. Парень перехватил один из взглядов и решил, что у меня нога болит от нагрузки. Еле отбилась, чтобы меня не донесли на руках.

Смирившись, я решила поговорить с Антоном о том, что меня уже неделю как беспокоило.

– Антон, а ты думал, что дальше?

– В смысле? Ты о чем? – недоуменно ответил напарник. А мне почему-то показалось, что он прекрасно понял, о чем я спрашиваю…и мало того, вопрос ему совершенно не понравился…

– Ну, Аркашу поймали, опасности больше нет. Смысла в усилении патрулей, стало быть, тоже уже нет. Так что нашу тройку, скорее всего, расформируют, – пояснила я, постаравшись списать свое «кажется» на очередное обострение собственной паранойи.

– Меня же не отправят на Северный полюс, в самом деле, – улыбнулся Антон, целуя меня в висок, – я постараюсь решить этот вопрос, не заморачивайся.

Я вздохнула. А напарник остановился и развернул меня к себе.

– Эй! Это же только работа, к тому же в одной конторе. Ты теперь никуда от меня не денешься. И даже не надейся, что я от тебя добровольно сбегу.

Но даже последовавший за этими словами поцелуй не унял тревоги внутри. Я не понимала, почему меня так волнует этот вопрос. Действительно – это только работа, тем более, что живем мы вместе. Ничего удивительно в такой ситуации не было бы. Но что-то не давало мне покоя, изводя изнутри. Весь оставшийся путь до конторы я напряженно размышляла о причинах моей тревоги.

И возле самых дверей я поняла, что же меня беспокоило. В глазах Антона уже не первый раз появлялось чувство вины. И сейчас, разговаривая о работе, он старался не смотреть мне в глаза…

Я так резко обернулась, заглядывая в лицо парню, что споткнулась на входе в здание конторы.

– Осторожнее! – Антон успел удержать меня от позорного падения, – ты как?

Да никак! Я внимательно вглядывалась в его лицо, но кроме заботы, нежности и искреннего волнения за меня, ничего не находила.

– Я в порядке, под ноги просто смотреть чаще надо, – наконец ответила, слегка отстраняясь.

– Что-то случилось? Ты какая-то не такая, – попытался прижать меня к себе парень, но я отступила еще на шаг. Мне надо было подумать, а в его объятиях это было категорически невозможно.

– Да вроде самая обычная, – слегка улыбнулась в ответ, внимательно глядя ему в глаза, – просто мне кажется, что ты мне что-то не договариваешь.

Ну вот, сказала. И даже приготовилась выслушать, что беспочвенные подозрения и мнительность достойны не боевой ведьмы, а банальной истерички. Да я до боли в сжатых кулаках хотела, чтобы он просто беззлобно посмеялся над моими словами!

Но реальность неприятно удивила… Антон не выдержал моего пристального взгляда, отведя глаза, а беззаботный тон ситуацию не спас. И опять это чувство вины…и еще страх. Я ничего не понимала.

– Нет, тебе кажется, – отмахнулся парень, с преувеличенным вниманием разглядывая дверь.

Ну хорошо… Только все тайное обязательно становится явным, рано или поздно. Надеюсь, в нашем случае это будет не второй вариант.

– Ты тогда иди пока к Палычу, я подойду скоро, – я сделала пару шагов по направлению к лестнице в подвал. Наши отношения могут подождать полчаса, сейчас меня чуть больше волновал другой человек.

– Рада, все в порядке? – Антон с тревогой смотрел на меня, не решаясь уйти. Между нами после последних вопросов явно ощущалось легкое напряжение.

– Да, все хорошо. Простоя хочу спуститься и поговорить с Аркашей, пока его не увезли для дальнейшего расследования в столицу, – я сказала чистую правду и действительно собиралась поговорить с этим чудовищем и прояснить для себя некоторые вопросы. Я чувствовала, что мне это просто жизненно необходимо. Тем более, что камеры для задержанных находились тут же, в подвале. Завтра Аркашу уже должны были перевести в столицу, для чего был вызван усиленный конвой, как для особо опасного преступника.

– Может мне пойти с тобой?

– Нет, это плохая идея. Он ведьмак, поэтому наверняка со мной будет более откровенен, чем с тобой. Иди, я скоро, – я все-таки подошла и поцеловала парня в губы, получив крепкие объятия в ответ.

– Не задерживайся, а то начну волноваться, – еще раз прижавшись своими губами к моим, Антон направился к начальству.

А я медленно начала спускаться по ступенькам, раздумывая, что же конкретно я хочу спросить и узнать.

С каждой ступенькой становилось все мрачнее. Здание конторы было довольно старым, поэтому и подвал являлся соответствующим. Воздух казался все более сырым и тяжелым, а свет был неприятно тусклым – факелов на стенах, конечно, не было, но единичные лампочки на потолке давали минимум освещения. Но тут и не библиотека, а для остального света хватало. По пути я встретила с десяток охранников, которые приветственно кивали, узнавая меня.

– Привет, – дружелюбно улыбнулся мне большой рыжий мужчина с густой растительностью на лице, – ты тоже к Аркаше?

– Тоже? – удивилась я, расписываясь в журнале и сдавая кинжал, – он пользуется популярностью?

– А то! – хохотнул рыжий, забирая у меня ручку, – у него уже человек десять побывало точно. Все пытаются выяснить, что и как. А этот гад не колется совсем. Только ржет, как ненормальный. Палыч уже целителя к нему вызывал, да только они говорят в своем уме он. Просто издевается.

Охранник открыл кованые двери в антимагический отсек, запуская меня. Двери неприятно лязгнули за моей спиной, закрываясь. Тут было еще мрачнее. Стены отсырели и давно покрылись плесенью, а единственная лампочка периодически моргала. Здесь располагались четыре камеры для особо опасных особей. Затхлый воздух ощутимо отдавал вонью отхожего места. Три камеры пустовали, а к четвертой – самой дальней – я и подошла, не рискнув приближаться ближе пары метров. В полумраке отчетливо виднелся силуэт железной кровати. В камере, казалось, никого не было.

– Пришла наконец-то? Я уже заждался, – раздалось из дальнего темного угла, а я вздрогнула от неожиданности. Голос звучал весело и беспечно, абсолютно не похоже на обычную заикающуюся манеру ведьмака говорить.

Раздался шорох и в тени показался силуэт человека. Аркаша вплотную подошел к решетке и провел рукой по прутьям.

– Тоже хочешь узнать, как я это сделал? Как бесполезное отродье ведьмы смогло то, что не под силу было никому? – он мерзко расхохотался.

Я молчала. Человека, который стоял передо мной, я не узнавала. От скромного, незаметного моего коллеги у него осталась только внешность. Теперь это было наглое, развязное существо, которое с превосходством глядело на меня. Даже за решеткой он был уверен, что на голову выше остальных.

– А знаешь, пожалуй, тебе я расскажу, – ведьмак смотрел на меня, не моргая, а я с трудом сдерживалась от того, чтобы закрыться хотя бы руками, – и даже отвечу на твои вопросы. Разумеется тет-а-тет. Не будем путать официальное признание с дружеской беседой, да, детка?

– Почему мне? – я проглотила фривольное обращение, желание все узнать из первых уст перевесило, – друзьями мы никогда не были.

– Говори уж прямо, что я тебе никогда не нравился, – ухмыльнулся Аркаша, – а ты у нас вся такая гордая, вся такая независимая, до мозга костей ведьма. Ну как ведьма… Такая же бракованная, как и я. Почему лес тебя не принял, Рада? Думаешь, я не понял, почему ты пришла в патруль и из кожи вон лезла, стараясь доказать всем свою значимость?

Я упорно не произносила ни звука. Растерянность и неприятное удивление сменились раздражением и злостью. Аркаша попал по самому больному – в глубине души нет-нет, но мелькали подобные мысли. Что не было мне места в родном лесу, и поэтому я так отчаянно пыталась вписаться в эту жизнь. Но, как бы я не убеждала себя в обратном, у меня это получалось плохо.

– Вот и встретились мы, два недоделанных создания природы. Поэтому, из чувства солидарности, что ли, я тебе все расскажу. Что ты хочешь узнать? – голос Аркаши стал вкрадчивым, гипнотизируя меня. Логика у него хромала на обе ноги, но сейчас это было неважно.

– Зачем? – я задала самый главный для меня вопрос.

– Зачем? – протянул Аркаша в ответ и задумчиво пошкрябал подбородок грязными ногтями, – это банально, моя дорогая. Бессмертие.

Я вопросительно приподняла одну бровь. Ответ прозвучал так же невероятно, как и находка разумной жизни на Луне.

– Не веришь? Думаешь, что я ненормальный, как и все вокруг, – тут парень злобно сплюнул на пол и опять уставился на меня, – нет, я вполне еще здоров.

– У тебя же нет дара, у тебя бы ничего не получилось… – слова вырвались у меня невольно, и я даже сделала маленький шаг к камере.

– Ошибаешься! – крикнул внезапно Аркаша, ударив кулаками по прутьям решетки, напугав меня, – ты ошибаешься! Вы все ошибаетесь! У меня всегда был дар! Маленький, конечно, но далеко не бесполезный. Просто вы так привыкли считать, что ведьмаки увечные с рождения, что даже не допускаете мысли, что могут быть исключения!

Он визгливо расхохотался.

– Я некромант, Рада. С о-очень небольшим потенциалом, но все же. И даже эта малость позволила мне воплотить мою идею в жизнь. Всю жизнь являясь ущербным, я смирился с этим, но потом…Я довольно рано понял, что это очень удобно – меня никто никогда не воспринимал всерьез. Да что там! Меня порой совершенно не замечали. Поэтому я без проблем ходил везде и всюду, слушая и наблюдая. Я имел доступ даже в особую библиотеку Ковена.

Я не смогла сдержать потрясенного, а если уж совсем честно, то завистливого, вздоха. Меня туда все еще не пускали, считая, что я не готова, а этого недомерка провели без проблем? Это же несправедливо!

– Что, обидно, да, Рада? – Аркаша читал меня, как раскрытую книгу, отчего мне стало совсем уж не по себе, – тебя, как я погляжу, достойной все еще не сочли для нее?

– И что же ты нашел в этой библиотеке? – я намеренно вернула разговор в прежнее русло. Копаться в моей душе я могу и сама, тоже мне психолог доморощенный. А внутри сейчас было довольно муторно от всего происходящего. Еще и Антон…

Он ухмыльнулся, давая понять, что прекрасно распознал мой маневр.

– А там было много чего интересного. Особенно несколько очень старых и пыльных свитков, спрятанных под половицами. Некромантия ведь не всегда была под запретом, всего-то последние лет сто-двести. А этим свиткам оказалось минимум лет пятьсот. И там нашлись очень интересные рассуждения одной полоумной ведьмы о вызове демонов. Особенно впечатляющей была часть о заключении действующих договоров о взаимном сотрудничестве. Создавать подселенцев просто так – какой в этом смысл? А вот договориться с демонами…

Аркаша мечтательно причмокнул и закатил глаза. А я судорожно пыталась осознать всю чудовищность этой затеи…

– А как ты нашел нужного демона? Весь обряд вызова предполагает случайный выбор? – я сама никогда не проводила этих обрядов, бабушка рассказывала в теории, почти на уровне легенд. И существующие на сегодняшний день ритуалы не позволяли вызвать определенного демона! В большинстве случаев на зов являлись низшие, мелкие бесы. Вызов более-менее серьезного демона был опасен тем, что это могло стать последним достижением в жизни. Вот такая лотерея. А уж договоры с демонами были из разряда «кота в мешке». Чаще всего вызвавший был обманут и сам не рад, что провел этот обряд.

– В этих свитках описывался один способ…думаю, тебе я его рассказывать не буду, – парень хитро глянул на меня и отошел к кровати. Он сел прямо на пол, оперевшись на кровать спиной.

– Почему? – извечное женское любопытство засвербело в известном всем месте.

– Потому что, рыбка моя, там требуется жертвоприношение и даже не одно. Кровь девственницы и тому подобное. Рецепт не для твоей ранимой психики.

Меня передернуло от омерзения. У него вообще есть хоть какие-то тормоза и понятия о недопустимом? Похоже, что нет… Я сделала несколько глубоких вдохов, борясь с внезапно накатившей тошнотой.

– И как все прошло? – подтолкнула я его к продолжению рассказа, когда тошнота отступила. На его понимающую ухмылку старалась не смотреть.

– Знаешь, замечательно, – на лице парня расплылось самодовольное выражение. Он явно собой очень гордился, – с первого же раза мне удалось вызвать одного из демонов средней касты. И довольно успешно – мы заключили с ним весьма выгодную для обеих сторон сделку. Я вынашивал эту идею несколько лет, поэтому все прошло без сучка и задоринки.

Аркаша вновь замолчал, вынуждая меня задавать вопросы. А я уже даже не скрывала отвращения.

– И каковы были его условия?

– О, тебе действительно хочется это знать? – парень вызывающе провел языком по зубам, улыбаясь, и резко встал, вплотную приблизившись к решетке.

Я понимала, что ничего приятного, да или просто нейтрального, не услышу, но уверенно кивнула. Знание было необходимо мне, как воздух. Иначе просто не смогу спокойно жить.

– Я должен был вселить сотню низших бесов и выпустить в наш мир. Небольшая цена вечной жизни, не правда ли, Рада?

Я остолбенела от услышанного. Сотня подселенцев? Сотня! От десятка уже созданных была куча проблем и человеческих жертв, а если бы их была сотня…Город был бы, скорее всего, стерт с лица земли. И не один…Вот она, цена вечной жизни одного человека…хотя, назвать его человеком было уже нельзя…

Чтобы взять себя в руки и продолжить, мне понадобилась пара минут, во время которых Аркаша сосредоточенно ковырял ногтями краску на прутьях. Он целенаправленно издевался надо мной и получал удовольствие. Мне было противно находится с ним рядом, тошно от того, что он мне говорил и совсем уж отвратно, что приходилось подчиняться и играть по его правилам. Но надо было потерпеть. Еще чуть-чуть, чтобы навсегда перевернуть эту страницу и сделать все, чтобы такое никогда не повторилось.

– Зачем ты сделал это с детьми? – я еле выдавила из себя этот вопрос. Еще свежи были воспоминания о недавней схватке.

– Детьми? – вскинул недоуменно на меня глаза Аркаша, – аааа, ты об этих. Рада, только не говори, что ты настолько сентиментальна, не разочаровывай меня. Это же нечисть, низшие существа, созданные, чтобы обслуживать нас и наш мир. Они всего лишь расходный материал, не более того.

Я еле сдержалась, чтобы не заорать и не кинуться на эту тварь. Будь моя воля, я бы голыми руками вырвала ему сердце, если оно у него вообще есть в наличии. У меня давно уже закрадывалась мысль, что комплектация у Аркаши с момента зачатия была неполной. А при мне, как назло, не оказалось даже самого безобидного зелья. Все были израсходованы на последнем дежурстве, а пополнить запасы я, естественно, еще не успела.

Аркаша, тем временем, стоял довольный произведенным эффектом и улыбался. Он откровенно наслаждался вниманием к своей персоне.

– Это было условием нашего договора. Демоны хотели задержаться здесь подольше, а для этого необходимо молодое и здоровое тело. А дети оказались так же уязвимы, как и старики. Особенно, когда оставались без поддержки семьи и просидев взаперти пару-тройку дней. Правда и сил для обряда требовалось намного больше. После каждого я с неделю был вынужден восстанавливаться.

– Ты чудовище, – выдохнула я в бессильной ярости, еле сдерживаясь, чтобы не подойти к камере вплотную, – твое место в аду!

– Разве? – парень злобно сузил глаза и уперся лбом в решетку, – я так не думаю. У меня была цель, и я к ней шел. Изо дня в день изображая законченного идиота, наблюдая жалость и презрение в ваших глазах! Глупцы! Мальчику на побегушках удалось добиться того, что не удавалось самому прожженному преступнику! Меня не замечал никто, зато мне было доступно все! А вы, словно стадо коров, шли в нужном мне направлении, даже не подозревая об истинном пастухе! Я оказался, в отличие от большинства, способен воплотить свою мечту в жизнь. А вы просто управляемая серая масса, ограниченная ненужными моральными нормами! Я всегда был выше вас! Жить в вечном болоте не для меня! Я мог бы в дальнейшем создать свой, идеальный мир! Вопрос был только во времени…

– Да пошел ты, выродок… – мое терпение закончилось. Слушать это я больше была не в силах. Резко развернувшись, я направилась на выход.

– А как же последнее желание заключенного? – донеслось мне в спину, – может, хоть поцелуешь на прощание?

– Гори в аду, сволочь! – бросила я через плечо, – хотя даже всех пыток девяти кругов для тебя будет мало!

Лязгнули двери, отсекая меня от мерзкого визгливого хохота. Надеюсь, что это наша последняя встреча. Хотелось в душ и напиться, но меня ждали еще дела. Вечером, – пообещала сама себе я и направилась к кабинету начальника.