Текст книги "Хочу ребенка от Деда Мороза (СИ)"

Автор книги: Анна Леманн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)

Глава 4

Немного ранее…

Глеб

– Где ты, мать твою? – раздраженно рычит друг в трубку. – Что за подстава⁈ Я уже час торчу в этой бане! – не сдерживает он своего гнева.

Мгновенно вспоминаю о том, какие планы у меня были на этот вечер. Маскарад, баня, друг, девочки, прощание со старым годом и… приятные душе игры.

Черт!

Я же сам Артема уговорил на эту баню и в итоге не пришел.

И не приду!

Не оставлять же Марфушу одну.

Точно сбежит.

За ней глаз да глаз нужен.

– Слушай, давай позже, – прошу его с мольбой в голосе. – Мне тут одну ненормальную нужно угомонить, – тяну, тяжело вздохнув.

Оглядываюсь назад, отметив, что моя беглянка так и не выбралась из окна. Ни назад, ни вперед. Придется помогать, иначе замерзнет, простудится и не дай бог поранится.

Издевательства издевательствами, но без вреда для здоровья.

– Не понимаю…

– И какого чёрта я её в свой дом притащил? – до сих пор не понимаю. Осознаю, что всему виной мама с загаданным на Новый год подарком. А также мое желание всем вечно помогать, но тащить незнакомку в свой дом с намерением оставить ее здесь навсегда… Может, я тоже болен? Мозг без шапки отморозил? – Сидела бы себе и дальше ревела, но нет. Решил помочь! Теперь мучайся!

Мучайся со своими чувствами, мыслями и целями.

И самое ужасное, что еще пару часов назад я и не думал заводить детей и жениться. А сейчас…

Точно мать что-то сделала.

Я во все эти привороты не верю, но вдруг?

– У тебя там все хорошо? – спрашивает Артем настороженно.

– Все шикарно, не считая того факта, что я решил жениться, – признаюсь ему. – Ребенка завести.

Троих…

Его ответа не слышу. Голова другим занята. Мыслями о том, что я встрял. Крупно и по самое горло.

Нет, это точно мама что-то наколдовала!

Еще вчера я не чувствовал и не испытывал желания завести семью ни с одной девушкой. Считал, что после как-нибудь женюсь, когда время подойдет. И со временем до ребенка дорасту.

Но… сейчас…

Я, конечно, искал любовь и не мог найти. Но стоило матери сказать о своих желаниях – и уже через несколько минут я нахожу свою будущую жену.

Не верю я в такие совпадения!

Может, мама что-то подстроила?

С нее станется!

– Да, все серьезно… – тяну я. – Сразу после Нового года женюсь! Или, может, до… Думаю еще. Если, конечно, мы выживем оба, – последнее бросаю в трубку ровно в тот момент, когда оборачиваюсь и вижу, что Марина все же справилась с окном и с грохотом падает на землю. – Артем, потом! – кричу в трубку.

Бросаю телефон и лечу к ней, испугавшись до безумия.

В доме обрабатываю ей все раны, а после заставляю сидеть со мной рядом, пока я рублю дрова.

Истинно девочка-беда!

И что мне с ней делать? Что, если она убьет себя раньше, чем я смогу ее в себя влюбить?

И как вообще ее влюбить в себя, если она боится меня? Считает маньяком?

– Пойдем в дом, – командую, подхватив охапку дров.

На первое время хватит. В доме еще есть небольшие запасы. Согреемся.

– Ага, – кивает она и послушно следует за мной. Что немного странно, ведь я каждую минуту жду от нее очередной выходки и попытки бегства. – Глеб, а ты мне документы уже начал восстанавливать?

– Наберу, как только вернемся в дом, – отвечаю ей, осознавая, что здесь она права. Нужно заняться этим.

– Хорошо, – вздыхает она. – А то я решила, что забыл…

Забудешь здесь про документы!

Без паспорта нас не распишут!

– Что-нибудь еще болит? – интересуюсь у нее уже дома, чтобы немного сбить тему с документами.

– Нет, – качает она головой и садится на диван. – Я в порядке! Все двигается.

– А чего сбежать-то решила? – спрашиваю, занявшись огнем.

– Боюсь тебя.

– Боишься меня? – хмыкаю, обернувшись к Марфуше и заметив на ее лице стеснение и неловкость от собственных слов.

Решаю оставить камин на пару минут. Нахожу пульт и включаю телевизор. Проверяю подключение к интернету и, найдя поисковик, вбиваю свое имя.

– Я пока камином займусь, а ты читай, – кидаю ей пульт. – Я обычно ничего не скрываю от прессы. Так что многое можно узнать обо мне. Я обычный человек. Не без странностей, но все мы иногда чудим.

– Ладно, – важно берет пульт в руки и, включив первую вкладку, вчитывается в строки, переходя от одной статьи к другой.

Успеваю за это время разжечь камин, заказать доставку некоторых продуктов и даже переодеться.

Спускаюсь вниз и встречаюсь с ее заинтересованным и чуть расслабленным взглядом.

– Благотворительные акции? – спрашивает она меня, когда я оказываюсь рядом с диваном. – Бизнесмен, спортсмен и бабник.

– Последнее лишь до того момента, пока не встречу ту самую, – отвечаю ей с улыбкой и, поиграв бровями, добавляю: – Или, может, я уже ее встретил… – загадочно тяну, намекая на нее.

– Ага, конечно! Так я и поверила! – фыркает она на мои слова. – У меня не хватит сил, чтобы переделать второго такого же. Это около года работы!

Решаю ее не расстраивать насчет Кирилла. Пусть думает, что у нее вышло.

Зачем разбивать ей сердце еще больше? К Кириллу я не дам ей вернуться. А значит, правду она не узнает. Да и не нужна она Марфуше.

– И как мне перестать быть бабником? – сажусь на диван, но так, чтобы Марина чувствовала себя в безопасности. Немного поодаль от нее.

– Это полностью задача девушки, – произносит она, пожав плечами. – Она должна окружить любимого вниманием, заботой и всем, что ему нужно. Удовлетворять его настолько, чтобы ему хватало ее во всех сферах их совместной жизни!

– Наивно, – хмыкаю.

– Нет, это так! Поверь мне! – восклицает она и неожиданно сама пододвигается ближе. – Я знаю, о чем говорю! Только таким путем можно получить любовь!

Пряди ее волос завораживают. Не отвести взгляда от того, как они струятся по ее плечам и спинке моего дивана.

Дикое удовольствие испытываю от мысли, что несколько ее волосков, возможно, так и останутся на ткани дивана. Она клеймит все вокруг себя. И это вызывает у меня восторг и непонятное счастье.

– Не так, Марфуш, – понимаю, что в какой-то момент один из ее локонов оказывается на моем пальце. Не отдергиваю руку, но поднимаю глаза на ее лицо. – Чтобы перестать быть бабником, девушка должна быть любимой. От девушки ничего толком не нужно. Просто быть в жизни мужчины – и все. Хотя главное в этом то, чтобы он ее любил. Понимаешь? – ловлю ее взгляд. – Чтобы исправить бабника, нужно, чтобы он был в тебя влюблен. Твое внимание, забота и прочее необходимо, но это лишь как бонус.

– А как он в меня влюбится, если я не буду заботиться? – недоумевает она.

– Просто посмотрит на тебя, немного узнает тебя и поймет, что ты та самая… – пожимаю плечами, глядя в ее прекрасные глаза.

Я улетаю от ее красоты.

Приворот какой-то!

– А вдруг он решит обмануть меня? – спрашивает Марина уязвленно. – Воспользоваться? Как Кирилл?

Ее вопрос остро ударяет в сердце. В самую больную точку.

– Никто не застрахован от такого, – пожимаю плечами и опускаю взгляд вниз. – Никто…

– Даже ты?

– Даже я, – хмыкаю.

– И кто она? – Марина оказывается еще ближе. – Что она сделала? Бросила тебя? Изменила? Или…

– Я приготовлю ужин, – поднимаюсь на ноги. – Ты будешь рыбу?

– Буду, – отвечает она и поднимается вслед за мной. – Ну так что? Что она сделала? – не унимается, и, глядя на ее улыбку, я понимаю, на какой вид женщины я нарвался. Любопытная Варвара.

– Я не хотел бы об этом говорить, – сухо отвечаю ей.

– Ты о моей драме знаешь, – напоминает она мне. – Расскажи о своей! Интересно же. Я же не стану судить. Наоборот, почувствую родственную душу. То, что я не одна так несчастлива в отношениях.

– Марин, не сейчас, – прошу ее.

– Значит, она натворила что-то ужасное, – хмыкает девушка. – Еще интереснее. Но я потерплю. До ужина!

– Терпи, – бросаю ей и иду наверх. В спальню. Доставка еще не пришла. А оставаться с это й любопытной не хочу. Только вот она не отстает. – Ты со мной собралась? – оборачиваюсь к своему хвостику лишь в дверном проеме.

– Ну да! – восклицает она. – Рыбу готовить.

– У меня в спальне? – уточняю.

– А ты в спальню? – удивляется она.

– Кухня внизу, – напоминаю ей. – А за моей спиной кровать, если ты не заметила.

– Точно, – делает шаг назад. – Просто ты сказал про рыбу и пошел. Я даже не подумала…

– Но если хочешь ко мне в спальню, я не против, – поигрываю бровями, но притворно.

Не хочу, чтобы она шла со мной в комнату. Настроение пропало.

– Ну нет, – отступает Марфуша назад. – Я пока почитаю еще о тебе в интернете, – отвечает и быстро убегает.

Вхожу в спальню и закрываю дверь.

Не люблю вспоминать о бывшей. Слишком болезненный шрам в моей памяти.

Девушка, которая сделала из меня бабника. Так было проще жить. Не чувствовать такой сильной любви. Перебиваться мелкими вспышками симпатии.

Ты не привязан ни к кому. Не любишь. Не терзаешь себя чувствами и страхами.

Шрам на бедре начинает ныть от воспоминаний, но я тут же выкидываю их из головы.

Нельзя давать слабину!

В моем доме другая девушка. Порядочная, чистая и наивная.

С ней я ошибок не совершу.

С ней все будет иначе!

Марина

И к чему эти секреты⁈ Не понимаю! Разве я о многом прошу? Утолить мой интерес! Он-то про меня почти все знает.

Хотя, может, еще не пережил. Да и мозг у мужчин иначе устроен.

Просто я искренне не понимаю, как кто-то мог обидеть такого красивого и заботливого мужчину. У него ведь и с чувством юмора все в порядке.

Как можно было обидеть такого⁈

Как у какой-то гадюки рука поднялась⁈

Я перестала считать Морозова маньяком. И признаться честно, когда он был маньяком, мне было проще. А сейчас мне он начинает нравиться. Как человек. Как друг.

Да и про ребенка я поспешила подумать. Это был мимолетный импульс.

С таким, как Морозов, лучше дружить. А не отношения заводить.

Прохожу на кухню и заглядываю в холодильник без зазрения совести.

Проголодалась.

Бутерброда хватило лишь на час.

Оглядев содержимое холодильника, нахожу кусок сыра, помидор и огурец. Собираюсь из этого сделать салат. Нахожу в другом шкафу оливковое масло, соль и заварку.

Завариваю чай, разливаю в две чашки и делю салат на две порции. Одну себе, вторую Морозову.

– Ты чего здесь? – Морозов спускается по лестнице и сразу же замечает меня.

– Перекус перед рыбой. Угощайся, – указываю на тарелку с салатом с другой стороны.

– Угощусь, – произносит он и садится напротив. Накалывает огурец. – А ты всегда так ешь? – указывает он на мою порцию, которую я уже наполовину съела.

– В каком смысле? – уточняю, хрустя огурцом. – Ты о салатах? Да, я люблю салаты! Такие простенькие особенно!

– Я про размер порции, – уточняет. – Это ведь даже не перекус для организма. Дразниловка какая-то.

– Перекус! – настаиваю на своем. – Я привыкла к такому, поэтому для меня это нормальный перекус.

– Ничего. Я тобой займусь, – обещает он, взяв чай. – Салат мне не нужен. Я рыбу приготовлю и поем. Ты ешь мою порцию перекуса тоже. А то уже прозрачная.

– Хватит! – восклицаю. – Я не тощая! Я просто худенькая!

– Марин, худенькая – это когда ты правда худенькая, а у тебя кости видны! Это нездоровое отношение к своему телу, – недовольно тянет он.

– Я привыкла так жить…

– А у тебя социальные сети есть? – перебивает он меня, резко сменив тему. – Фотографии? Ты всегда такой была или…

– У меня были раньше, – отвечаю смущенно. – Но я забросила в какой-то момент.

Раньше я и правда весила чуть больше. Даже участвовала в фотосессиях. Рекламировала мамину продукцию в интернет-магазине домашнего текстиля.

– Найди свой профиль, – протягивает он мне свой телефон. – Глянуть хочу.

– Не надо!

– Давай уже! – цокает он языком и одаривает меня такой улыбкой, что сопротивляться сложно. – Все равно ведь найду потом.

– Ладно, – сдаюсь и включаю свою старую страничку, которую вела, когда еще жила с родителями.

Отдаю телефон Морозову, спрятавшись в тарелке с салатом. Волнительно все это.

И почему его мнение для меня сейчас так важно? Он всего лишь спас меня! Случайный человек. А мне волнительно, что он скажет.

Глеб долго разглядывает мои фотографии, попивая чай. Улыбается, и кажется, тем, что видит, очень доволен.

– Хм-м… а ты была очень милым ребенком, – поворачивает ко мне экран, чтобы продемонстрировать понравившуюся фотографию. Мне там четыре, и я в поле ромашек.

– Мама любит эту фотографию, – признаюсь ему с улыбкой. – Она вся солнечная и теплая. Поэтому оставила ее в своем профиле. Но да! Малышом я была милым.

– И выпускницей ты была очень даже хорошенькой! – выключает телефон. – Вот как раз-таки худенькой! Зачем после себя извела? Зачем вообще мужика слушать на этот счет?

– А ты сейчас не делаешь то же самое? – колю его в ответ. – Кириллу нравились худенькие, тебе полненькие. Тот хотел, чтобы я меньше ела, ты хочешь, чтобы больше.

– Мне лично плевать, какая ты, Марфуш, – пожимает он плечами. – Но я переживаю. Я периодически участвую в одном проекте. Видел анорексию и тебе такого не желаю! Из нее сложно выйти, поэтому лучше ее на данном этапе оставить, когда ты еще можешь. Я лишь рекомендую тебе не ограничивать себя! Не заставляю есть через силу! А просто прошу, чтобы ты нормально питалась.

– Я подумаю…

И чего пристал?

Накормить меня все хочет!

Бабушку мне мою напоминает!

Вскоре привезли доставку. Морозов сам ее принял, не дав мне даже маленький пакетик на кухню отнести.

Заявил, что не для моих слабых ручек эти тяжести. Еще и улыбнулся так, что я не смогла сопротивляться его обаянию.

Однако приятно его такое отношение ко мне. Он все больше и больше мне нравится как человек. И собеседник хороший. Болтает без остановки во время готовки. Даже не заметила, как время прошло.

Пока я делала салат по его наставлениям, Морозов готовил рыбу сам.

Невольно сравнивала его и Кирилла. Мы готовили вместе иногда, но это было что-то в стиле: «Подай мне соль! Перец! Почисти лимон! Выдави мне лимон!». Глеб же все делал сам. И хоть это его кухня, и, естественно, он вел себя как хозяин, но ощущалось это иначе.

Я словно бы на кулинарном шоу побывала, где я гость программы. Мне самой хотелось ему все подавать. Только он не просил. Но со мной советовался.

– На Новый год какие планы? – спрашивает он меня, заправляя салат соусом, который мы полчаса на огне готовили. – Какой салат любишь в этот праздник?

– Чего?

– Какой салат тебе приготовить на Новый год? Моя мама готовит по одному любимому салату каждого члена семьи или гостя. Поэтому какой твой любимый салат? Я должен сказать маме, чтобы она заранее купила продукты, – так спокойно и естественно это говорит, словно вопрос моего присутствия около него в этот день не обсуждается. – И не надо мне про листья! Назови такой, где много майонеза и вредностей. В праздники можно!

– Оливье? – бросаю первое, что в голову приходит.

– Банально, – хмыкает он. – Но я тоже его люблю! Скажу маме, чтобы его приготовила побольше.

– Глеб, я не буду справлять Новый год с твоей семьей, – решительно заявляю. – Я планирую уехать к родителям!

Как-нибудь признаюсь папе во всем. Напьюсь успокоительного чая и буду смиренно выслушивать все его нотации и речи. Может быть, тот, кого он мне выбрал в мужья, не так уж и плох? Вдруг он моя судьба?

– Почему? – не понимает он, что я не хочу ему мешать. – Я лично не собираюсь тебя отправлять куда-то в канун Нового года! Это будет ужасно – встретить праздник в поезде или самолете! – кривится он от такой возможности. – Документы будут готовы, но не так скоро, как ты думаешь, Марфуш. Я взял на себя роль твоего спасителя. Поэтому буду играть ее до конца! Спасу и твой Новый год тоже!

– Глеб, я…

– Марфуш, не начинай, – подходит он ближе и, явно догадываясь о моей реакции на его улыбку, улыбается мне. – Ты будешь праздновать со мной и моими родителями! И это стопроцентная установка на этот праздник. Я им скажу, что ты моя невеста! Под елочку даже тебя поставлю! Бантиком украшу! Моя мама тебя загадала! Точнее, она загадала хоть кого-то, а я приведу красивую и невероятную Марфушу!

– Это как-то все слишком быстро! – тяну я. – Они не поверят, что я твоя невеста! Думаю, они знают, что у тебя еще утром девушки не было! Ты всех невест с родителями приводишь знакомиться через день?

– А через сколько знакомство происходит, по твоему мнению?

– Ну… с родителями Кирилла я так и не познакомилась…

– Пф-ф! – фыркает он. – А с моими познакомишься совсем скоро! В этом нет ничего такого!

– Чего ты от меня хочешь, Глеб? – решительно вздыхаю, решив положить конец этим играм. – Какова твоя итоговая цель? Я думала, что ты хочешь затащить меня в кровать, но ты лишь шутишь на эту тему и ничего не делаешь. Поэтому спрашиваю: чего ты хочешь от меня?

– Честно?

– Честнее честного!

– Я планирую влюбить тебя в себя, затем взять в брачное рабство и завести с тобой двоих детей, – вылетает у него ровно и без запинки, словно бы он репетировал эту речь перед тем, как мне ее выдать.

И даже секунду себе на репетицию в голове не дал.

– Ха-ха-ха, – притворно смеюсь. – Я же просила серьезно!

– А я разве шучу? – восклицает он. – Честно и как на духу тебе признался!

– Шутишь! – заявляю ему. – Такие желания за пару часов знакомства не возникают!

– Как это не возникают? – возмущенно спрашивает он. – Возникают! Еще как возникают! Скажу тебе даже больше! – подходит ко мне. – Такое желание даже через несколько минут может возникнуть!

– Но это дико!

– Марфуш, для примера я могу тебе предъявить случаи столетней давности, когда мужчины, раз увидев женщину, влюблялись и предлагали выйти замуж через пару дней! – хмыкает он. – Это в нашем современном мире надо пару лет «узнавать» человека, а потом решать, хочешь ты с ним всю жизнь провести или нет. А опыт прошлого доказывает, что узнавать человека надо в союзе. Ты его узнаешь, а штамп в паспорте не даст уйти просто так. Ты не бросишь человека из-за какой-нибудь мелкой ерунды, – разводит руками.

– А из-за крупного косяка бросить можно?

– Да! – кивает он. – Я же не говорю, что уйти нельзя. Можно! Просто из-за того, что я очередной шкаф не закрыл или вновь сотню чашек в кабинете забыл – не уйдешь! А я не уйду, потому что ты… – оглядывает меня. – Ну, не знаю. Например, из-за того, что ты чавкаешь или там… храпишь!

И все же логика в его мыслях есть.

Согласиться можно, потому что все мои бабушки и дедушки рассказывали о такой любви. У одних я даже на золотой свадьбе побывала. А вторые, к сожалению, пару лет до нее не дожили.

– Моя бабушка по маме вышла за дедушку на второй день знакомства, – вспоминаю с улыбкой. – Всю жизнь прожили в любви и достатке. Бабушка была ворчливой, а дед молчаливым. Она на него постоянно ругалась, а он, опустив голову, слушал. И всегда извинялся первым, когда даже не он был виноват. А бабушка его блинчиками всегда баловала по первой просьбе, потому что он очень их любил. Особенно ее блинчики.

– Такие браки чаще всего самые крепкие, – хмыкает он, улыбнувшись. – Отчасти я завидую тем, кто жил в те времена. У людей мозг тогда иначе был устроен. С тобой я испытал то же самое, что они тогда. Посмотрел на тебя и понял, что хочу с тобой семью! Детей! Общий быт! И… и совместный отдых. Особенно если ты опять будешь так же чудить и вместо двери выходить в окно.

– Но я не идеальна! Зачем я тебе?

– Ты про то, что ешь свои листочки? – уточняет он. – Это я поправлю!

– Да что ты прицепился к моим салатам⁈ – восклицаю, не выдержав этого. – Ты просто никогда не пробовал мои салаты! Я их готовлю так, что любой пальчики оближет!

– Хорошо! – соглашается он с моими словами – Приготовишь один на Новый год! Я куплю тебе все необходимое! Докажешь мне, что твои листочки вкусные – обещаю, что лично тебя буду ими снабжать всю жизнь! Даже огород тебе готов организовать, где ты все это будешь выращивать!

– Я не могу выйти за тебя! – заявляю.

Он дает мне такие обещания, словно уже уверен, что мы будем вместе. Планы строит.

Ненормальный какой-то.

– Почему не можешь? – изображает он шок на лице. – Мы брат и сестра? Тебе не позволяет религия? Ты уже замужем?

Каков идиот!

– Не издевайся! – прошу его. – Я только закончила старые отношения! Не хочу новые пока!

– Так и быть, – сдается он, но рано радоваться. – Отношений у нас не будет! Будет брак, дети и любовь!

– Какой же ты упертый! – рычу на него. – И что с тобой делать⁈

– Любить, лелеять и обожать! – бросает с улыбкой.

– Невыносимый!

– Твой будущий любимый!

Какой же невыносимый тип! Упертый, хуже моего отца!

До сих пор с ужасом вспоминаю, как папа меня отпустил в Москву. Кричал, что я ему больше не дочь, если меняю семью на мужчину. Месяц со мной не разговаривал.

А этот… Поженимся-поженимся! Я ему «нет», а он о своем! Не в дверь, так в окно прет.

Внезапная мысль вызывает у меня смех. Мы с Морозовым идеальная парочка. Оба в окна прем, когда не видим выхода через дверь.

Закончив с ужином, садимся за стол. Мне на тарелку заботливо накладывают рыбку, сказав, что, пока не съем, из-за стола не выйду. Благо кусочек кладет небольшой, и у меня есть надежда, что я справлюсь и не переем.

– Кстати, моей маме ты очень понравишься, – бросает самовыдвиженец в мужья.

– А ты моему папе – нет, – угрюмо бросаю ему.

– Почему это? – фыркает он и, отложив вилку, демонстрирует себя. – Красавец, спортсмен, бизнесмен.

– Папе не нравятся все, кто не из Владивостока, – признаюсь ему. – Он у меня… очень суровый, – слегка преуменьшаю. – Отец настолько не любит чужих людей, что купил остров и поселил свою семью там. Мама совсем не выезжает с острова, а вот нам с сестрами повезло больше. Мы хоть в школу ходили… Мир видели.

– Он у тебя…

– Странный? – заканчиваю за Морозова. – Знаю! Папа считает, что он во всем прав, и поэтому я не хотела бы возвращаться. Не с пустыми руками, – признаюсь ему. – Точно на острове запрет и выдаст меня за какого-то своего помощника, который перед ним стелется, и если папа прикажет ему жить на острове – мы будем жить на острове.

– Поэтому мое предложение о браке – самое то! – восклицает упрямый. – Обещаю на острове не запирать!

– Если мы поженимся, а после разведемся… – тяну я, – папа еще больше не поймет!

– Так мы не разведемся! – эту скалу ничто не исправит. – Ну и если быть серьезным, то год мы точно продержимся. И за этот год у нас получится малыш. Я здоров. Ты, вероятнее всего, тоже. После развода мой ребенок будет получать хорошие алименты. И это не считая того, что я буду лично для него делать. Квартира у вас будет. Тебе не придется никуда уезжать. Жилье будет, деньги на вашу жизнь с малышом тоже.

– То есть ты после развода ребенка бы отдал мне? – спрашиваю его, прищурившись и заинтересовавшись данной возможностью.

– Будем объективны, – откладывает он приборы в сторону. – Ребенку лучше с матерью. Я много работаю и должного внимания ему дать не смогу. Женщины дают ребенку заботу, любовь и тепло, а отец – финансы, – пожимает он плечами и откидывается на спинку стула. – Может быть, здесь ты не согласишься с моим мнением, но я считаю, что так правильно! Я могу пахать, чтобы у моего ребенка было все. Ты можешь сделать нашего ребенка счастливым.

– Я бы не отдала тебе своего ребенка! – признаюсь ему.

– Я понимаю, – отвечает, хохотнув. – Ну, значит, все вопросы обсуждены? Как восстановят документы – распишемся? – интересуется с натянутой улыбкой.

– Выглядит все подозрительно! Ты словно бы в секту меня заманиваешь!

– Я не тороплю, Марфуш, – говорит тот, кто еще сутки меня не знает, а уже замуж позвал. – Ты подумай! Но тебе нужен брак и ребенок, мне то же самое. Мы с тобой хорошо друг друга понимаем. Все складывается удачно! Из нас получится шикарная пара! Так еще и красивая!

С последним не поспоришь…