Текст книги "Отвергнутая жена Дракона, или Всё познаётся в сравнении (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 23. Рыжая бестия с замашками нечистой силы...

Поужинала я в комнате своими припасами и улеглась в холодную кровать. Камин топить не стала, решила заняться этим завтра, поэтому куталась в одеяло, пытаясь согреться: ночи были всё ещё довольно холодными, хотя весна с каждым днём всё более весело заглядывала в окно.

Анализируя прошедший день, я недоумевала. В этом поместье творится что-то весьма странное. Знает ли об этом Уильям? Намеренно ли он послал меня именно сюда? Может, таким образом хочет припугнуть?

Фыркнула, представив его самодовольную физиономию.

Не дождётся! Страха я реально не испытывала от слова совсем. Может быть, это было плохо: типа, инстинкт самосохранения не работал, но зато я была полна решимости разобраться во всём.

К тому же... у меня есть магический медальон. Его наличие неизменно согревало душу и давало надежду на то, что в опасный момент он поможет мне защититься, как это было уже не раз.

Уснула после полуночи, когда яркий лунный свет прочертил дорожку в комнате на полу.

А вот сон, заполнивший мое сознание, оказался невероятно трагичным. Я снова видела дракона, томящегося в каком-то жутком месте. Его глаза были налиты кровью, дышал он тяжело, а рана на груди всё не затягивалась. Было заметно, что страдания его невыносимы, но у него уже не было сил даже на то, чтобы порыкивать от боли.

Проснулась под утро... со слезами на глазах. Душа просто рвалась на части: кажется, я пропустила страдания диковинного существа в полном смысле через себя.

Долго не могла освободиться от тягостного осадка, но когда выглянула в окно и полюбовалась восходом солнца, немного успокоилась.

Наступает новый день, в котором я буду всеми силами искать торжества справедливости, и да поможет мне Бог!

Кстати, вспомнила о своём хвостатом друге Серике. С тех пор, как я вошла в это поместье, его и след простыл. Наверное, обживается где-то в подвалах, роет норки, устраивает себе дом.

Улыбнулась. Уверена, что с ним будет всё хорошо. Как и со мной….

***

Старая Двина вздрогнула от жуткого грохота, раздавшегося со стороны кухни. Нахмурилась, угрожающе выдвинула вперед беззубую челюсть и… услышала шум опять.

– Да что там такое творится??? – пробурчала она и поковыляла с заднего двора в сторону черного входа.

Кухня была отсюда неподалеку: всего один поворот, и ты уже там. Звон металлический посуды сменился треском разламываемого дерева, и старуха в гневе припустила вперед, хотя едва ли могла ускориться. Когда она свернула в узкий грязный коридор, под ноги ей прилетела жестяная кружка, которая от удара смялась с одной стороны.

Двина изменилась в лице. Ее затрясло от негодования, ведь это была ЕЁ кружка!

– Что здесь творится??? – буквально зарычала старуха, влетая в кухню на негнущихся ногах.

Увидев же, что юная рыжая служанка – наглая, противная и совершенно неуправляемая – бесцеремонно и жестко выбрасывает на пол всю посуду из буфета, все тряпки, которые благополучно пылились там не один год, все сгнившие запасы, о которых Двина уже и позабыла в связи со старческими немощами – старуха едва не получила удар.

– Ты! Ты!!!! – завопила она, но голос её предательски охрип, а рука, которой она хотела тыкнуть в сторону ненормальной девки, начала неистово дрожать. – Какого беса ты тут творишь, карнаухая!!! Рыжая собачья дочь! Конопатая лахудра!!!

Девчонка медленно развернулась с лёгким удивлением на лице, после чего лучезарно улыбнулась.

– О, Двина! Заходите, коли не шутите! А я решила немного прибраться в вашем свинарнике. Вы ведь не возражаете? Что? Реально возражаете??? А зря! Я ведь только помочь хотела. К тому же, выполняю ваше поручение: РАБОТАЮ, чтобы не даром есть хлеб! А работы тут, я посмотрю, не меряно! Грязище, вонище, на скотобойне и то чище…

– Прекрати! – рявкнула старуха, сверля девчонку взглядом лютой ненависти. – Какого демона ты тут хозяйничаешь, пустая утроба??? Кто тебе позволял трогать мои вещи, выродок лешего и водяного???

Девчонка скривилась, забавно сморщив нос.

– О, как богат и могуч ваш словарный запас! Заслушаться можно…. Но вы садитесь, садитесь, в ногах правды нет…

– Убирайся! – разошлась Двина не на шутку и начала оглядываться в поисках какой-нибудь палки, которой можно было бы наглую девчонку огреть. Палок не нашлось, поэтому старуха схватила первое попавшееся – ту самую многострадальную кружку – и запустила ею в рыжую бестию.

Естественно, силы в руках Двины было совсем немного, поэтому бросок вышел весьма жалким.

Девчонка рассмеялась.

– Вы так забавно злитесь! Но поверьте, это не поможет. Я решила, что свинарнику здесь не бывать, значит, будет так, как я решила!

И с этими словами рыжая отвернулась, чтобы и дальше выбрасывать залежавшееся, но такое драгоценное старье из видавшего виды буфета…

***

– Жун!!! Побей ее! – старуха буквально ворвалась в грязную тёмную спальню на первом этаже. Храпящий на проваленной кровати старик испуганно хрюкнул, проснулся и с кряхтением присел.

– Ты чего кричишь, карга старая??? – проворчал он. – Голова и так раскалывается...

– Щас двину тебе палицей по башке, и она вообще расколется надвое!!! – проскрипела Двина угрожающе. – Поднимайся, боров, и иди поколоти ту рыжую бестию, которая вчера приехала. Она всю кухню мне разнесла, всю посуду испортила…

Старик несколько мгновений непонимающе хлопал глазами и сидел на месте, потому что в его голове не укладывалось, что кто-то может устроить такой акт вандализма прямо на их территории. Те слуги, которые так или иначе оседали в этом старом поместье, всегда боялись ослушаться стариков. А тут вдруг…

– Не пойду... – вдруг заупрямился Жун. – Эта девка больно языкатая…

– Что??? – взревела Двина. – Да я тебя…

И начала бросаться в мужа огрызками яблок, которые зачем-то таскала в своем потертом фартуке. Ела фрукты на досуге, обглоданные останки в карман кинула и забыла о них, а тут вдруг пригодились…

Старик засопел и попытался отбиться от засохшего колючего мусора, но потом не выдержал и закричал:

– Да прекрати же! Ладно, я схожу. Ладу с вами нет, бабы треклятые! Чтоб вас подняло та бросило!!!

Накинув на плечи замызганный пиджак, старик поплелся в кухню, откуда действительно доносился пронзительный шум.

Переступив порог, Жун замер, медленно открывая и закрывая свой рот в бессильном ошеломлении. В помещении творилось что-то невообразимое. Все вещи вместе с посудой, тряпками и ведрами валялись посреди, а рыжая сгружала всё это добро в мешки и оставляла у стены.

Увидев заспанного старика, она ничего не сказала и молча продолжила своё дело.

Болезненный тычок в спину заставил Жуна отмереть, а голос жены угрожающе прохрипел:

– Ну чего стоишь, старый дурень??? Поколоти её, ведь обнаглела похуже болотной ведьмы…

Но Жун вдруг смутился. Отчего-то он был уверен, что эти мелкие ручонки, которыми девчонка весьма ловко орудовала, могли оказаться не столь безобидными, как хотелось бы. Ведь не девка-то, а огонь в юбке. Взгляд горящий, предупреждающий, движения резкие, ловкие, сама матёрая, даром что мелкая и худая, как глист…

Но когда Жуна в спину болезненно уколол острый ноготь, он наконец-то сделал шаг вперед.

Двину он боялся, наверное, ещё больше, чем эту наглую пигалицу, поэтому не послушаться жену не решился.

Придал своему лицу угрожающего вида, засопел и начал надвигаться на девчонку, выкрикивая басом:

– Пошла вон отсюда, крыса подвальная! Как посмела без спросу чужое взять??? Не знаешь, что ли, что за воровство хозяева руки рубят? А я и без хозяев могу: будешь у меня калекой до конца жизни ходить!

Девчонка замерла, подняла на него взгляд и... громко рассмеялась.

От этого дикого смеха Жуну стало жутко. В её глазах сверкало столько уверенности и внутренней силы, что дед реально струсил. Уж не ведьма ли? Ручки, ножки тоненькие, а взгляд, как у нечисти, не иначе! Смех, как у утопленницы на болоте, глаза сверкают, как у колдуньи трехсотлетней...

– Н-не могу... – сдулся он в тот же миг, ощутив, как по спине побежали капли пота. – Пошёл я…

Развернувшись, он так резво выскочил из кухни, что свою бабку едва не затоптал.

Та начала грязно ругаться и бросила вслед мужу несколько поленьев, которые до этого мирно лежали у стены. Поленья не долетели, а лишь упали на пол, разлетевшись в щепки.

– Да, уважаемые, – издевательски протянула рыжая бестия со смешком. – Вот… почему, спрашивается, вы до сих пор злые были? А это потому, что у вас МЕНЯ не было. С этого же момента вы добреть начнёте! Чистота, как и труд, облагораживает!..

Двина зыркнула на расшалившуюся девчонку злющими глазами и поковыляла прочь, клятвенно обещая, что сегодня же натравит на эту гадюку сумасшедшего Гоши. Поделом ей будет, поделом! А в основное поместье можно будет передать, что девчонка сбежала, прихватив какие-нибудь ценные хозяйские вещи. Чай, не будут по дрянной служанке горевать…

***

Когда старуха покинула кухню, я выдохнула с облегчением. Дело сделано, курятник разграблен! Я не оставлю от прежних порядков здесь камня на камне!!!

И пусть только попробуют не послушаться…

Вдруг медальон под платьем резко потеплел, а через мгновение он накалился до такой степени, что стало больно.

– Предупреждение... – прошептала я, каким-то внутренним чутьем определив значение этого явления. – Магия предупреждает меня о чем-то…

Немного забеспокоившись, я призадумалась, но в тот же миг в углу помещения послышался шум, и из вороха тряпок показалась очень знакомая мордочка.

– Серик! – радостно воскликнула я. – Ты вернулся!

Бросилась к своему другу и присела на корточки, аккуратно почёсывая у него за ушком.

Серик фыркнул, но остался доволен, а я широко улыбнулась и произнесла:

– Теперь мне ничего не страшно! Ты ведь за меня горой, правда?

Зверек фыркнул еще раз, выражая одобрение, а я в очередной раз поняла, что между медальоном и этим удивительно разумным существом точно есть невидимая связь…

Глава 24. Некая правда о прошлом...

Через полдня кухня преобразилась. Во-первых, я избавилась от застарелой грязи. Это было непросто. Под рукой не было ни чистящего средства, ни моющего, а местами жир в поверхности въелся намертво. Пришлось вспоминать старинные рецепты из земной истории.

Во дворе нашла парочку брошенных кирпичей. Камнями раздробила их на куски и в крошку, завернула в клочок очень тонкой тряпицы и, вооружившись вот таким необычным «скребком», отправилась драить кухню.

Хорошо, что Натали всё-таки не неженка. Наверное, дома её держали в ежовых рукавицах, потому что сила в тонких руках была, да и кожа не казалась тонкой, как бумага. В общем, я хоть и устала до невозможности, но смогла избавиться от грязи.

Посуду вымыла щелоком (водным раствором золы). Уж чего-чего, а золы тут было немеряно. Конечно, стены нуждались хотя бы в том, чтобы их отбелить известью, но я решила, что сегодня подобного просто не потяну.

Мешки с мусором вынесла на задний двор и сложила в какой-то покосившийся пустой сарай, а со второго этажа притащила совершенно новую посуду, случайно найденную мною неподалеку от моей новой спальни.

С окна сняла «кружевную» паутину и отправила её создателя в сад. Паук смотрел на меня с явным укором, когда я усаживала его на ствол старого дерева. Вцепился лапками в жесткую кору и замер, раздувшись от негодования. Ну да, в доме ж тепло, там мухи, а здесь... ветер да голодуха.

– Хватит с нас квартирантов... – произнесла я, шутливо погрозив пауку пальцем. – Не вздумай вернуться, а то устрою тебе свидание с подошвой моих сапог!!!

Рассмеявшись собственной шутке, я возвратилась обратно. Кажется, настроение у меня взлетело до небес.

В итоге, когда ближе к вечеру в кухню вошли Кама с Гойко, у них на лицах появилась такое ошеломление, что я едва не захлопала в ладоши от удовольствия. Люблю приятно удивлять людей. А так как дед с бабой очевидные нелюди, то их мнение не учитывается…

Мать с сыном шокировано оглядели окна с прозрачными стеклами (раньше они были мутными, как проклятое болото), чистый каменный пол, выдраенную мебель, буфет, заставленный сияющим фарфором, очищенное от пыли и копоти подобие печи и сравнительно белые стены. Комната стала больше по размеру, потому что в ней не осталось ничего лишнего. Я пожалела, что нигде не нашла даже захудалого половика, который отлично бы смотрелся на полу.

– Правда, здорово? – спросила я с улыбкой, но Кама не разделила мою радость, а вместо этого помрачнела.

– Двина отомстит вам... – прошептала она, и в глазах женщины совершенно неожиданно заблестели слезы. Выскочив из кухни, она вынудила сына рвануть вслед на ней, а меня шокировано замереть.

Что происходит? Отчего такая непонятная реакция?

**

Два часа спустя. Спальня…

Кто-то тихонько поскребся в дверь, но я уже догадалась, кто пришел.

– Проходите, Кама, – крикнула громко. – Открыто...

Женщина вошла в комнату крадучись, словно вор. Она чувствовала дикое смущение, когда находилась здесь. Я пригласила её присесть в кресло и сразу же решила переходить к делу.

– Я готова выслушать…

Кама вздрогнула. Потупила взгляд, но потом вдруг сползла на колени и с отчаянием вцепилась мне в юбку.

– Вам нужно бежать!!! – зашептала она с неприкрытым ужасом. – Немедленно! Вы не представляете, какое осиное гнездо разворотили! Двина не остановится ни перед чем! Она уже приказала Гоши навестить вас сегодня ночью. Он надругается над вами и убьет, а тело выбросит в канаву…

Я смотрела на женщину с недоумением и не могла воспринять ее всерьез. Больше всего на свете Камилла сейчас напоминала сумасшедшую.

– Подождите! – прервала я ее словоизлияния. – А теперь по порядку! Кто такой Гоши? Почему вы решили, что он настолько опасен? И вообще, вернитесь в кресло!

Камилла неохотно возвратилась на место и начала свой трагичный рассказ:

– Я попала сюда пятнадцать лет назад ещё девчонкой. В то время здесь было два десятка слуг, хотя хозяева приезжали крайне редко. Чаще всего наведывался Фабиан Диери – отец господина Уильяма. Сам господин Уильям в то время был еще мал. Это был добрый светлый мальчуган, который любил животных и частенько играл с детьми слуг. Никто не думал, что однажды он станет настолько... – Кама запнулась и поспешно прикрыла рот. – То есть… не важно. Простите. Постепенно визиты хозяина прекратились. Штат слуг был сокращён, денег на содержание поместья выдавалось всё меньше. В те времена род Диери переживал какие-то затруднения. Потом умер хозяин, и поместье окончательно пришло в упадок. Осталось всего несколько слуг – Двина, Жун, я, еще две девушки и парень по имени Антонио. Двина и Жун всё чаще наказывали нас, душили своими правилами, начали выпивать. Со временем им передали настолько полную власть в этом месте, что они загнобили моих подруг до крайности. Одна повесилась в сарае, другая сбежала. В то время Антонио... начал ухаживать за мной. Он говорил, что через несколько месяцев, когда срок его службы подойдет к концу, он заберёт меня отсюда, и мы поженимся. Но Двина узнала о нашем романе и избила меня. Я тогда разозлилась и прокляла её. Высказала всё, что о ней думаю, но… она пообещала, что отомстит мне, а на следующий день…– Кама замолчала и вдруг зарыдала, отчаянно сжимая кулаки. Я была шокирована ее состоянием и начала догадываться, что всё гораздо серьезнее, чем казалось. Подала ей травяного напитка, который она ещё утром принесла мне в знак своего расположения. Отпив немного, женщина промокнула красные глаза фартуком и продолжила рассказ:

– К тому моменту у нас уже некоторое время жил Гоши – нелюдимый и неразговорчивый мужчина, который всех сторонился. Старуха как-то упомянула, что его наняла леди Сибилл – жена покойного хозяина. Так вот… эта ведьма… Двина... она приказала Гоши… – Камилла снова запнулась, словно не имея сил выговорить дальнейшее, но потом пересилила себя и наконец-то произнесла: – Мой Антонио... пропал в тот же вечер. Его тело нашли в канаве неделю спустя. Я уверена, что это Двина приказала Гоши убить его…

Камилла заплакала снова, а у меня перехватило дыхание от накатившего ужаса.

Неужели это правда? Неужели всё НАСТОЛЬКО страшно и серьезно? Впервые мне стало крайне неуютно от мысли, что я всё еще нахожусь под этой крышей….

– А Гойко? – уточнила спокойным голосом, стараясь не выдать своего смятения.

– Сын Антонио. К моменту его смерти я уже была беременна. Старуха прокляла меня, и мальчик родился… уродцем.

– Нельзя так говорить! – вырвалось у меня несознательное. – Ваш сын – замечательный милый ребенок! Самый лучший! Цените и любите его! Какая разница, как он выглядит???

После моей отповеди Кама ещё некоторое время смотрела на меня распахнутыми от изумления глазами, но потом всхлипнула и уже с совершенно другим чувством произнесла:

– Спасибо… Я ещё никогда не слышала таких слов в адрес моего Гойко…

– Запомните их! – произнесла я строго. – Вы мать – самый близкий для него человек! Если будете считать его красавцем, он будет чувствовать себя таковым. Если будете видеть его сильным, он станет сильным! Восхищайтесь им, говорите, что он особенный, и ваш сын вырастет уникальным человеком, которому будет по плечу буквально всё! Поверьте мне! Я знаю, о чём говорю…

Да, я конечно же проецировала на мальчика свой опыт. У меня так и не нашлось родных, кто стал бы за меня горой, но Бог послал Ангела, который наделил меня силой. Теперь я хотела поделиться этой силой с юным героем по имени Гойко…

– Теперь вам понятно, почему вы должны бежать отсюда?!! – вдруг переключилась на старое Камилла. – Уходите немедленно, потому что Двина и Гоши вас не пощадят!

– Подождите! – остановила я её. – Почему ВЫ до сих пор здесь? Почему не ушли из этого ужасного места?

– Мы не можем, – ответила Кама горько. – Могила Антонио в этом месте, да и мне некуда идти. Пока я слушаюсь, меня никто не трогает. Есть крыша над головой, еда. Если мы с Гойко уйдем, то придется просить милостыню. Мы не выживем…

– Вот что… – начала я, потянувшись к подушке и доставая оттуда свою сумку. – Я дам вам средства. Уходите отсюда, найдите себе лучшее месте, где вы сможете устроиться на нормальную работу. Не нужно оставаться в этом гадюшнике!

И достав мешочек с монетами, я отсыпала ошеломлённой Камилле половину.

Она подняла на меня ошарашенный взгляд.

– Откуда это? – прошептала она со страхом.

Я ухмыльнулась.

– Что, до сих пор не догадались? Конечно же, я не служанка! Я… хозяйка этого поместья – жена лорда Уильяма Диери!

Кама с ужасом распахнула глаза и уставилась на меня, как на привидение.

– Хозяйка?? Но… почему вы здесь???

Я хмыкнула.

– Не важно! Небольшие разногласия с мужем. Так что... обо мне не беспокойся: у меня есть способ ударить зажравшимся слугам ниже пояса. А теперь иди, уходите оба из этого ада!!!

Камилла подскочила на ноги, сжимая драгоценные монеты в дрожащих руках, но потом всё-таки плюхнулась на колени, благодаря меня, подскочила снова и умчалась прочь, словно боясь, что всё происходящее окажется всего лишь сном.

Я решительно выдохнула и повернулась к окну.

Да, у меня действительно был план. Может, не самый идеальный, но… уверена, что действенный. Двина решила мне отомстить? Что ж, пусть попробует навредить жене своего лорда!!!

Глава 25. С высоты истинного статуса...

Как всегда, мне пришлось мгновенно перевоплотиться. Перевоплотиться в аристократку, которой я как бы и была на данный момент.

Так как особенно вычурной одежды у меня с собой не было, я просто накинула на плечи свой плащ, распустила волосы, нацепила на пояс позвякивающий мешочек с частью оставшихся денег и сделала идеальную осанку. Как говорится, не одежда красит человека, а человек одежду. Даже в тряпье можно выглядеть королевой.

Вышла из своей спальни уже в сумерках с ощущением вершителя судеб. Кстати, хорошее ощущение, полная уверенность в своей силе. Но не потому, что я считаю себя особенной, вовсе нет. А потому что верю: за мной правда и Бог!

Начать я решила с самого слабого звена в нынешней противоборческой коалиции – со старика Жуна.

Найти его не составило труда – он как раз громко ругался в том самом сарае, куда я сплавила весь кухонный мусор. Кажется, жена вынудила вернуть старую посуду обратно, и он очень витиевато поминал меня нелестными словами.

– Добрый вечер! – произнесла громко, став у него за спиной. Жун аж подскочил и, хватаясь за сердце, обернулся ко мне. Надо было видеть его лицо! Старик побледнел, как сама смерть, дышал рвано, испуганно, словно я была полицейским, заставшим вора на месте преступления. Что ж, отличная реакция! Как раз такая, как мне нужно…

– Итак, вы здесь... – начала я высокомерным тоном, поглядывая на старика свысока. – Игнорируете мои решения, злословите меня за спиной, загадили всё поместье, превратив его в свинарник…

Похоже, мой упрек задел Жуна за живое, потому что он вдруг обижено выпятил нижнюю губу, расправил полечи, отчего его живот стал казаться еще больше, и раздраженно произнес:

– Чего ты прицепилась к нам, как репьях к собачьему хвосту??? Коли прислали сюда, так делай своё маленькое дело и не мешай честным людям делать своё! А будешь и дальше вмешиваться в нашу жизнь, управу на тебя мы всё равно найдем!!!

Это была неплохая попытка задавить меня очередной угрозой. И после слов Камы я понимала, что эта угроза не является беспочвенной. Но старик просчитался в одном: я не служанка и никогда ею не была!

Ухмыльнулась, намеренно звякнув деньгами в мешочке, отчего на лице Жуна появилось удивленное выражение.

– Боюсь, всё не так просто! – начала я, переплетая руки на груди. – Я-то как раз занята СВОИМ делом, а вы всячески препятствуете его выполнению. Я не просто так отметила, что вы превратили богатое поместье в вонючую дыру: это ведь не ваша собственность! Какое вы имеете право настолько портить его???

На последней фразе мой тон наполнился гневными нотками. Это задело старика еще больше, потому что он весь затрясся и выплюнул мне в лицо вместе с брызгами слюны:

– Будет ещё меня сопливая баба учить! Поди, не твоя собственность тоже! Меня сам лорд Уильям поставил здесь управляющим, так что имею все права!

– Да неужели??? – прервала я его саркастически. – Имеете право превращать кухню в отстойник? А кто не позволяет единственной служаке прибираться на втором этаже? Почему до сих пор не поменяны разбитые окна? Почему на территории поместья свободно разгуливают банды местных мальчишек и портят имущество лорда Диери????

Кажется, я уже кричала, и от каждого моего слова Жун бледнел всё сильнее. Еще бы! Я ведь выведала едва ли не все его грехи.

Однако… какая-то светлая и непонятная мысль вдруг осветила его лицо, заставив тут же успокоиться.

– Если хозяева оставили нас здесь, значит, именно так и нужно! А если им что-то не нравится, пусть приедут и дадут новые указания! А от всяких там распущенных девок выслушивать нотации я не собираюсь! Марш отсюда, ведьма треклятая! Смотри, управу найти не трудно даже для шибко языкатых!

Ага значит, чувствует свою безнаказанность. Но почему? Что ещё скрывает старое заброшенное поместье?

Ладно, пора раскрывать основные козыри, пока Жун не слишком оправился от моего напора.

Повыше вздернула подбородок и с королевским достоинством произнесла:

– А с чего вы вообще решили, что я служанка? Отчего такая уверенность в том, чего вы знать не знаете? Я вам больше скажу: вы слепы, как кроты подвальные, и эта слепота никак не спасет вас от последствий. Я приехала сюда с особой миссией и застала здесь вопиющие условия. Говоришь, не мое имущество? Ха! А если мое!? А если я – хозяйка этого места, а вы безбожно уничтожаете его, а???

Да, играть полутонами в голосе было моим излюбленным приемом. Это когда каждое предложение звучит всё более возбужденно, торжественно, угрожающе и пугающе, а в самый пик, когда вот-вот должно разразится что-то особенное, ты выдаешь свой безумный козырь:

– Я – владелица этого поместья, неуважаемый Жун Как-Вас-Там! Моё – Имя Натали Диери, и я супруга лорда Уильяма!

Старик замер, смотря на меня ошеломленным взглядом. Нет, не поверил. Слишком невероятно? Или страшно допустить подобную мысль?

Потянулась к мешочку и достала оттуда намеренно приготовленную золотую монетку. Показала ее старику, раскрыв ладонь, и монета блеснула драгоценным металлом во свете заходящего солнца.

– Это – не единственное с моей стороны поощрение для вас и вашей жены, управляющий, если, конечно, вы начнете вести себя, как подобает! Вы должны немедленно переговорить с Двиной и донести до нее правду о том, кто я такая. Более того, с этого момента я требую мне не мешать! Я прибыла сюда привести в порядок собственное имущество и хочу наслаждаться процессом, а не бодаться с сумасшедшими стариками! Вопросы есть? Предупреждаю сразу: если мне будет нанесен малейший вред или же будет и дальше причиняться ущерб, я лишу вас насиженного места в тот же миг! Мне непокорные слуги не нужны! Найду кого посговорчивей. Вам всё понятно???

На Жуна было страшно смотреть: похоже, наличие золотого доказывало, что я не прохвостка и не лгунья. Да и ста́тью я явно соответствовала, чего уж там скромничать. Несмотря на свою субтильность, осанка у меня была идеальная, а выражение лица убийственно аристократическое.

– Но... почему вы без слуг? – испуганно проблеял старик, сразу как-то сжавшись. – Где это видано, чтобы госпожа своими руками отдраивала дом???

Я презрительно хмыкнула:

– В моей семье существует легенда: кто руку к делу приложил, тот с этого дела всю удачу и пожал! Я намереваюсь восстановить поместье и снова сделать его великим! Оно того стоит. Но для этого я должна вложить в него свой личный труд. А инкогнито я явилась по одной простой причине: хотела проверить вас!

– И как? – дрогнувшим голосом уточнил Жун.

– Проверила! – ухмыльнулась я. – Результатами крайне недовольна! Но… всё ещё можно исправить! Кстати, Кама и ее сын покидают поместье. Я отправляю их на другую работу…

Бросила последние слова с легкой небрежностью, используя их для того, чтобы показать свою реальную власть. Похоже, Жуна это впечатлило, ведь Кама и Гойко уж точно не сорвались бы с места без хозяйского благословения. Это закрепило мой успех, и на лице старика появилось заискивающее выражение.

– Спасибо, госпожа! – произнес он и с жадностью потянулся к золотому в моей руке. – Я обязательно переговорю с Двиной, и мы всё-всё исправим!

Когда монета оказалась в загребущих лапах старика, его глаза алчно засверкали. Ну да, для такого, как он, это было целое состояние.

Жун откланялся и уж было поспешил прочь, как вдруг мне в голову пришла одна мысль. Точнее, смутная догадка, которую я поспешила озвучить:

– Постойте! – старик обернулся, я же напустила на себя максимально отстраненный вид, словно спрашивала о чем-то, не слишком существенном. – А скажите… Гоши по-прежнему исполняет здесь ОСОБОЕ поручение?

Глаза Жуна испуганно расширились, а я замерла. Почти не дышала, дожидаясь его ответа. Ведь моя логика выдвинула предположение, что таинственный мужчина, так много лет живущий в поместье и не занимающийся чем-то конкретным, может быть нанят для секретной миссии. Плюс, он явно шарахается от меня, а это признак того, что он что-то скрывает. Ответ Жуна должен был или разрушить подобную версию, или утвердить меня в ней.

– Д-да, госпожа! – кивнул Старик с лёгким испугом. – Гоши усердно исполняет то, что ему велела госпожа Сибилл Диери! Не пропускает ни дня, ни часа! Будьте спокойны! Никто ничего не узнает, госпожа!

Я буквально заставила себя одобрительно улыбнуться.

– Что ж, вы порадовали меня, – произнесла я притворным облегчением. – Этот вопрос беспокоил меня больше всего. Очень важно, чтобы это дело и дальше оставалось тщательно скрытым от кого бы то ни было, но с вами мы об этом ещё поговорим…

Мне хотелось добавить многозначительную фразу типа: «Супруг послал меня в первую очередь проследить за исполнением этого вопроса...», но резко проснувшаяся интуиция и вдруг нагревшийся медальон на груди остановили меня. Нет, неправильная фраза. Что с ней не так???

Ах да, снова и снова звучит тот факт, что Гоши наняла именно леди Сибилл, а не Уильям. Неужели... мой муженёк ничего об этом таинственном деле не знает???

Подобное казалось невероятным, но было очень похоже на правду. Поэтому я добавила:

– Леди Сибилл просила меня проверить, как выполняется именно это её поручение. Передайте Гоши, что завтра я переговорю с ним лично и что меня сторониться не стоит. А теперь всего доброго, Жун! Надеюсь на ваше благоразумие!

Старик раскланялся и поспешил прочь. А я только в тот момент поняла, как сильно была всё это время напряжена.

И что же мы имеем? Выходит, некий Гоши – потенциальный убийца и насильник – вершит тут особенную миссию, для которой его наняла свекровь и о которой, возможно, совершенно не ведает Уильям. Что это может быть?

Вспомнилось странное землетрясение и крики во дворе.

Я обязательно узнаю, что за дичь здесь творится так много лет…

Медальон снова охладился, доказывая, что всё в порядке. Я погладила его через одежду и, почувствовав воодушевление, поспешила возвратиться в свою комнату…