Текст книги "Отвергнутая жена Дракона, или Всё познаётся в сравнении (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

Глава 14. Раскол...

– Как твое самочувствие? Стоит ли снова позвать лекаря? – голос Уильяма отчетливо сочился ядом. Наслаждается, гад, своей якобы победой.

– Я... я... нормально... – повторила снова, заикаясь. – Просто... спать хочется… и вообще…

Замолчала, глупо хлопая глазами. Не так уж это трудно – притворяться кем-то.

– Вот и умница, Натали... – промурлыкал Уильям, скаля гадкую улыбку на своей смазливой роже. Лениво поднялся с кресла и направился ко мне.

Остановился вплотную, и мой взгляд упёрся в ремень его широкого кожаного пояса. От муженька повеяло ароматом мёда и каких-то трав. Приятный запах, в общем, если только не знать, от кого он исходит.

Палец мужа скользнул по моей скуле, заставляя напрячься, коснулся подбородка и приподнял моё лицо, вынудив таким образом задрать голову и посмотреть на него. Уильям улыбался, как котяра из «Алисы в стране чудес».

– Страшненькая! Какая же ты страшненькая, Натали! Когда я впервые тебя увидел, чуть богу душу не отдал. Тощая, рыжая веснушчатая... Кажется твоя мать объедалась медом, когда тебя носила. А потом она закусила полынью, поэтому у тебя выросли такие ужасные уши…

Я едва удержала на лице непонимающе-тупенькое выражение. Неужели он меня провоцирует? Но не похоже. Кажется, Уильям полностью убеждён, что я в его власти, а сейчас просто... так сказать... изливает душу.

– Я вообще не представлял, как заставлю себя прикоснуться к тебе. Хоть мешок на голову надевай! – он мерзко хохотнул. – Но потом… потом твои очаровательные глазки задорно блеснули. Иногда мне кажется, что ты специально выводишь меня из себя, что я заинтересовался. Так вот: я заинтересовался! Как истинный дракон, охотник. И даже если на примете у дракона всего лишь пушистый рыжий кролик, он с удовольствием им отобедает!

С этими словами Уильям начал медленно наклоняться, намереваясь, похоже, меня поцеловать, а я… решила дать ему весьма достойный ответ.

Нет, слова мне не понадобились. Я просто скосила глаза, а после этого пустила по подбородку немного слюны…

Уильям вздрогнул и замер на полпути. Несколько мгновений он таращился на мою «преображенную» физиономию, а потом зарычал, грубо меня оттолкнул, так что я с силой завалилась на кровать, и заорал во всё горло:

– Ах ты ж гномья подстилка! Даже сейчас смеешь бунтовать и противиться!!! Если бы мог, убил бы, ведьма проклятая! Ты притворяешься, я же вижу!!!

Но я сжалась комочком и начала громко всхлипывать, как ребенок, которого напугал страшный грозный дядя.

Чем дольше и отчаяннее я выла, тем громче сопел Уильям. Кажется, у него просто чесались руки что-нибудь уничтожить.

Послышался грохот, и столик, на котором я только что завтракала, с шумом улетел в стену. Обломки разлетелись по комнате, а муженёк взревел раненым вепрем и пулей выскочил из спальни...

Топот ног затих довольно скоро, а я уменьшила интенсивность вытья до минимума, пряча в подушке свой немного истеричный, но искренний смех.

Да, слегка перепугалась, чего уж там таить. Такой мужик одним ударом и убить может. Но как же приятно было вывести его из себя!

То ли еще будет, Дракон! То ли еще будет…

***

Обед мне принесла другая служанка. Эта высокомерная дама средних лет вообще не походила на Фиму и в мою сторону даже не посмотрела. Оставила поднос, дежурно уточнила, нужно ли мне еще что-нибудь и удалилась, ни разу не посмотрев в глаза.

Я съела всю еду, запила водой из кувшина. Чай вылила, куда надо, и задумалась.

Возможно, Уильям выместил своё зло на Фиме. Запер где-то или даже уволил. Девочку было жалко, но такова плата за её глупость. Не нужно было столь восторженно браться за исполнение хозяйских зловредных планов.

…На ужин меня пригласили в столовую семьи, изрядно удивив.

Впрочем, даже это где-то было ожидаемо: Уильям хотел понять, до какой степени я превратилась в тупоголовую свинью. Что ж, представление продолжается! Всё идет по плану.

Ко мне заскочила все та же неприветливая дама, помогла одеться и привела в порядок волосы. Перед ней приходилось отыгрывать роль сонной мухи, потому что она точно была хозяйскими глазами и ушами…

***

Кабинет Уильяма…

Молодой человек раздражённо крутил в руках карандаш. Его мать и сестра развалились на диване, поглядывая на него с напряженным ожиданием.

– Или Натали притворяется, или… – Уильям отбросил карандаш, вымещая на нём своё нервное беспокойство, – или мы перестаралась с лекарством…

– Не мы, а ты… – буркнула в ответ леди Сибилл, поджимая узкие губы. – Надо было обхаживать её по старинке: богатствами там, конфетками…

– Да она была невменяемой, мама! – воскликнул возмущенно Уильям. – На твоих глазах происходило! Ты первая начала жаловаться на несносное поведение невестки, а теперь делаешь вид, что вся вина на мне!

– Но именно ты принял решение увеличить дозу лекарства с пяти капель до пятнадцати! – Сибилл оскорблённо поджала губы и опустила глаза.

– Да с чего вы решили, что у нас проблемы? – встряла высокомерно Кэтрин. – Эта дура просто притворяется, чтобы отомстить…

– Именно поэтому я пригласил её сегодня на наш совместный ужин, – молодой человек заставил себя успокоиться и уже больше не кричал. – Следите за ней очень внимательно. Думаю, если это всего лишь попытка нас надуть, Натали где-то проколется.

Никому не хотелось видеть эту рыжую бестию рядом с собой, но выбора не было…

***

Спускалась я на первый этаж в одиночестве, но медленно и неуклюже. Немногочисленные слуги, перед которыми отыгрывала свою роль, шушукались и закрывали рты. Ну да, я выглядела деревянной куклой с безумным взглядом. Теперь семейка драконов получит ещё и ворох слухов на свою голову!

Едва не хихикнула от удовольствия.

В гостиную вошла более мягким шагом, чтобы отыграться на чужих нервах только через пару минут.

Уильям, его сестра и мать уже принялись трапезничать и в мою сторону демонстративно не посмотрели.

Я слегка замешкалась у стола, но служанка, стоявшая неподалеку, поспешила отодвинуть стул, и я… плюхнулась в него, как будто ноги плохо сгибались.

Стол дрогнул, все три головы повернулись в мою сторону, а я жадно всмотрелась в блюда неподалёку.

Итак, самая важная часть представления – свинство. Оголтелое животное свинство без намека на адекватность. А нечего было устраивать тут…

Торопливо накладывала ложками то одно блюдо, то второе, то третье, пока на тарелке не образовалась целая горка... помоев, не иначе. Есть это не очень хотелось, но ради дела на что только не пойдешь. Начала жадно поглощать еду, радостно похрюкивая и совершенно не беспокоясь о том, что пища размазывается по лицу, падает на скатерть и на платье. Чавкала, буквально заглатывала, не жуя, набивала рот посильнее, чтобы надувались впалые щеки… В общем, развлекалась, как могла.

– О боги... – наконец выдохнула маман ослабевшим голосом.

– Мерзость... – с глубочайшим отвращением выдала золовка Кэтрин, а Уильям не выдержал и стукнул кулаком по столу.

– Натали! Прекрати сейчас же!!!

Я вздрогнула и посмотрела на него с откровенным испугом. Пища, прилипшая к щекам, начала сползать вниз, добавляя моменту еще большей экзотики.

Кажется, мне удалось очень натурально изобразить панику, потому что все трое странно переглянулись, и даже у Кэтрин в глазах поубавилось уверенности.

В этот момент очень удачно забурлил в желудке проглоченный в спешке воздух, и я издала совершенно уморительно громкую отрыжку, которая разнеслась по гостиной едва ли не с эффектом эхо.

На несколько мгновений в помещении воцарилась настолько звенящая тишина, что, если бы мимо пролетал комар, он мог бы показаться самолетом.

Однако вдруг Кэтрин запрокинула голову и начала просто откровенно ржать, буквально обхохатываться, как будто выросла не в семье аристократов, а в захудалом кабаке.

– Прекрасно! – выкрикнула она посреди своего конвульсивного припадка. – Такая невестка мне нравится гораздо больше!!! Она же натуральная свинья! Ой, не могу!!!

Уильям уже успел закипеть, как чайник.

– Заткнись! – зарычал он яростно, бросив в сторону сестры уничижительный взгляд. – Ничего смешного! Это катастрофа!!!

Кэтрин перестала смеяться и посмотрела на братца с отвращением.

– Именно твоя женитьба на этом чучеле была катастрофой, – бросила она злобно, вмиг превращаясь в лютую мегеру. – Всегда можно найти кого-то попокладистее и посимпатичнее! Нет, вздумалось вам устраивать танцы с бубнами вокруг этого убожества. Она оскорбила меня! Ей не место в этом доме!!!

Крик Кэтрин сорвался в визг, а Уильям снова стукнул кулаком по столу (большой «начхальник», как я погляжу), да так сильно, что некоторые блюда буквально подпрыгнули, выплеснув из себя часть содержимого.

– Хватит! Приведите сюда Фиму! И чтобы слуг в гостиной больше не было…

Последнее он крикнул прислужникам, и тех мгновенно, как ветром сдуло.

Я по-прежнему изображала испуганного, слегка трясущегося зверька. Есть перестала. Еда на лице неизбежно засохла и покрылась противной корочкой, но вытирать её сейчас было не с руки.

Следить за яростным противостоянием семейства было очень забавно, и я мысленно потирала руки. Значит, назревает раскол. И всё-таки я избрала замечательную тактику войны. Как только узнаю их слабые места, можно будет переходить к более жестким методам. Шантаж, например...

Но когда в гостиную ввели Фиму, моя дурацкая «маска» на лице едва не дрогнула. Потому что служанка выглядела так, словно кто-то её неоднократно ударил по лицу…

В сердце молниеносно вспыхнула ярость, угрожая разбить столь нужное сейчас самообладание.

Наверняка это работа Уильяма, будь трижды проклята эта мерзкая лживая ящерица!!!

Ненавижу!

Маска, на место! Играем дальше, пока кое-кто не потерпит настоящее поражение…

Глава 15. Обнадёживающая... ссора!

Я сцепила зубы, стараясь выглядеть отстранённой. Уильям несколько раз смотрел в мою сторону словно пытаясь понять, насколько я соображаю. Чтобы создать видимость полной неадекватности, я начала строить на тарелке разные фигуры из еды, придавливая их вилкой. Периодически выдавливала из себя глупенькую улыбку и бормотала что-то себе под нос. Только пара капель пота, скатившиеся по вискам, могли выдать моё истинное состояние, но, к счастью, муженек был не особенно дотошен в тот момент.

Так как никого из слуг, кроме Фимы, в гостиной не осталось, Уильям решил спросить её напрямую.

– Я отдал тебе приказание поить Натали отваром с добавлением лекарства. Сколько капель ты добавляла в напиток за один раз?

Я удивилась этому вопросу: Уильям решил создать видимость, что кто-то обошел в своей извращенной изобретательности даже его?

Фима вздрогнула. Я всего пару раз взглянула на неё, не задерживаясь взглядом, но состояние девушки было ужасным. За что этот придурок избил её? Уличил в том, что она не исполняет приказы? Но она наоборот была более чем усердна!

– Я добавляла пятьдесят капель, господин… – проблеяла Фима, готовая в любой момент разрыдаться от страха.

Повисла ошеломлённая тишина, и даже я едва не поперхнулась воздухом. Пятьдесят??? По-моему, кто-то хотел меня убить!!!

Уильям вскочил так резко, что стул под ним покачнулся и завалился навзничь.

– Что??? – взревел он. – Я приказал тебе добавлять пятнадцать!!!

Фима вся сжалась, как от очередного удара, а потом рухнула на колени и начала отчаянно выть, захлебываясь рыданиями.

– На следующий день ко мне пришла госпожа Кэтрин и сказала, что вы передали новые инструкции и что госпоже Натали нужно не меньше пятидесяти капель! Я очень старалась исполнить ваш приказ!!!

Девушка кричала так громко, что у меня звенело в ушах, а я ошеломлённо переваривала услышанное. С огромным трудом удалось сохранить на лице глупое выражение. Разве что поморщилась слегка, словно реагируя на появившийся в комнате чрезмерный шум, но тут же продолжила строить из картофельного пюре снеговика. Кстати, получилось очень даже симпатично…

– Это всё ложь! – истерично вскричала золовка, тоже вскакивая. – Гнусная клевета!!! Да делать мне больше нечего, кроме как бегать за грязными служанками…

Я ожидала, что Уильям отшвырнёт от себя стул, подойдет к Фиме и вытрясет из неё душу, но, к моему огромному изумлению, он сузил глаза и посмотрел на сестру невероятно убийственным взглядом.

– Идиотка! Тупоголовая идиотка!!! Я слишком хорошо знаю тебя! Ты злопамятная стерва, и с тебя станется отравить мою жену просто из мести, не считаясь с последствиями для семьи!

Он не говорил, а кричал, заставляя Кэтрин вздрагивать. На лице девушки всё сильнее проступала отчаянная злость.

Сибилл в ужасе зажала рот руками: наверное, Уильям не часто позволял себе вот так выражаться, да ещё и в сторону сестры. Кэтрин же наконец вспыхнула, вены на её шее надулись, она вся покрылась красными пятнами, и мне отчаянно захотелось прошептать: «Щас рванет!»

Рванула.

Рванула так, что крик ударил по моим барабанным перепонкам, и от этого дёрнулась рука. Неуклюжее движение вилкой разрушило картофельного снеговика до основания, и я совершенно натурально поморщилась от досады. Жаль! Кажется, у меня обнаружился талант скульптора…

– Тупоголовый придурок, не видящий дальше своего носа! Это уродище, – она ткнула пальцем в мою сторону, – позорит нас! Ты не представляешь, какие слухи ходят о нашей семье по всей столице. Тебя называют любителем экзотики и смеются на каждом углу. Со мной перестали общаться подруги, особенно после того, как это рыжее чудовище унизило меня в их присутствии!!! Очнись! Если ты оставишь её, наша репутация будет погублена навсегда!

Уильям, похоже, был не в курсе того, насколько низко его опустили бывшие друзья-товарищи, потому что краснота породистого лица сменилась бледностью жуткого напряжения. Я в очередной раз подивилась тому, насколько некрасивой они считают мою милую мордашку, и мысленно покрутила у виска: идиоты, чего с них взять?

Но соглашаться с доводами обезумевшей сестрицы он не спешил.

– Хотелось бы напомнить, что это «рыжее уродище», – зашипел он угрожающе, кивая в мою сторону, – находится под прямой защитой твоего ненаглядного принца!

Упоминание о Его Высочестве ужасно выбило Кэтрин из колеи. Да, она не забыла о том, как поступил принц и с ней, и со мной. Но напоминание об этом было, видимо, слишком болезненным, а слова Уильяма открыли причину: сестрица муженька была в Его Высочество влюблена!

Это многое объясняло, хотя… никакой отчаянной влюбленностью не оправдать попытку убийства!

А ведь меня действительно едва не убили!

Осознание этого вопиющего факта ударило по разуму несколько неожиданно. Честно говоря, я считала, что никто из них не посмеет причинить мне настоящего вреда, потому что я им нужна. Но у Кэтрин было слишком мало мозгов, чтобы она могла думать хоть о чём-то, что не касалось её прямых интересов.

– Из-за неё Его Высочество унизил меня, – выкрикнула она и вдруг... натуральным образом завыла. Завыла так горько, что Уильям поморщился, а Сибилл задрожала от очевидной жалости. Не выдержав, женщина подскочила на ноги и рванула к дочери, обнимая ее для утешения.

– Вилли, прекрати! – бросила она сыну. – Это твоя сестра!

– Она едва не погубила нас! – попытался муженек оправдать свои жестокие слова. – Если бы Натали умерла, Его Высочество лишил бы нас всего. Вы это понимаете??? Кэтрин, ты могла уничтожить нас!!!

– Его Высочество уже и забыл о ней... – сквозь плач выкрикнула золовка. – Я в этом уверена…

– Принц не разбрасывается словами, а ты действительно идиотка, если до сих пор не осознала, что именно натворила!!!

Уильям снова повысил голос, но Кэтрин не стала больше терпеть и в слезах выскочила из гостиной.

Сибилл обернулась к сыну и жестко произнесла:

– Ты должен быть мягче с сестрой! Она еще совсем юная…

Уильям фыркнул, а Сибилл поспешила вслед за дочерью, неуклюже перебирая ногами.

Мы остались в помещении втроем: я, Уильям и тихо всхлипывающая Фима. Муж скривился и повелел служанке убираться прочь, что та и исполнила с космической скоростью. Когда за ней закрылась дверь, и мы остались с Уильямом вдвоем, я поняла, что настал самый тяжелый момент в моей игре…

Сидела с ровной спиной и тупо пялилась в тарелку. Всеми силами изображала растение, надеясь, что моя игра действительно правдоподобна.

Уильям тяжело выдохнул и опустился на стул. Обхватил руками голову и уставился перед собой, как смертельно уставший и отчаявшийся человек.

Ого, значит, у тебя действительно есть слабые места, дорогой? Ты боишься потерять влияние и власть семьи? Что ж, это очень ожидаемо. Значит, если я смогу пошатнуть землю под твоими ногами, если создам угрозу твоему роду, то смогу… добиться своего?

– Натали, не вздумай сойти с ума… – пробормотал Уильям словно самому себе. – Только не сейчас!!!

Ага, сейчас особенный момент.

Я нарочито медленно подняла на него глаза, а потом по-дурацки улыбнулась.

В глазах Уильяма отразился страх. Как мило!

– Лекаря! – вдруг вскочил он и заметался по комнате. – Срочно лекаря!!!

И выскочил из гостиной, оставив меня в полном одиночестве.

Я стремительно отмерла, схватила кусочек аппетитно зажаренного мяса и сунула себе в рот. Пока жевала, напряжённо думала.

Лекарь – это плохо. Это прямо-таки проблема. Он может меня разоблачить. Нужен какой-то план!

Рука уже привычно легла на грудь, нащупывая под платьем медальон. «Пусть лекарь не сможет приехать в поместье несмотря ни на что…» – прошептали губы и трепетно дрогнуло сердце…

Глава 16. Очередная загадка «хорошего Уильяма»...

Кэтрин покинула поместье утром – обиженная смертельно. Я наблюдала за её отбытием через окно. Пока золовка садилась в карету, кутаясь в меховой плащ, две служанки тащили три увесистых чемодана. Значит, отчаливает далеко и надолго...

Я усмехнулась. Что ж, так-то лучше!

Но не успела карета золовки выехать за ворота, как в поместье появилась другая – черная, с тонкими стенками и без знаков отличия. Из неё неуклюже выбрался знакомый лекарь, придерживая шляпу на голове.

Всё внутри меня похолодело, и рука непроизвольно потянулась к медальону. Не сработало? В чём же дело?

Но когда страх липкими пальцами попытался охватить душу, я решительно его отвергла. Будем считать это вызовом, который мне по плечу. У страха глаза велики и всё такое…

Кто сказал, что этот мужчина достаточно компетентен? К тому же, я весьма искусна в актерской игре. Прорвёмся!

Ободрившись таким образом, я поспешила улечься в кровати, чтобы окончательно расслабиться и отдохнуть перед предстоящей «схваткой».

Но лекарь не явился ко мне ни в обед, ни к вечеру.

Когда служанка – не Фима – принесла вечерний перекус, я прислушалась к доносящимся из коридора разговорам. Мимо шли две служанки и тихо переговаривались.

– Говорят, лекаря искусала бешеная крыса. Вся гостиная в крови. Он наспех перевязал раны и уехал, так и не поднявшись к госпоже…

– Боже, жуть какая! У нас завелись бешеные крысы??? О нет, я же видела две норки в кладовой! Нужно немедленно заложить их камнями...

– Господин лютует. В приступе ярости разбил вазу прошлого столетия, да, ту синюю, что стояла в кабинете…

– Б-р-р.. Боюсь его, когда он такой. Фима до сих пор разукрашенная ходит…

– Не скажи…

Служанка, прислуживающая мне, поспешила гаркнуть на болтушек и прикрыла дверь. Я же постаралась как можно более натурально изобразить безвольный овощ. Женщина расставила пищу на столе, взглянула на меня с плохо скрываемым раздражением и ушла. Наверняка, ее просили накормить меня, но она готова была ослушаться, лишь бы не притрагиваться ко мне лишний раз. Ну да, спесь заразительна. Как вирус, она может передаваться от хозяев к слугам…

Оставшись в одиночестве, я прикрыла дверь плотнее и радостно запрыгала на одном месте, стараясь радоваться беззвучно. Уехал! Лекаришка уехал!!! Наверняка это моя крыска постаралась!!!

Словно почувствовав мою радость, из норки в углу выбрался грызун. Я присела на корточки, приглашая его подойти ближе.

Нет, это не совсем крыса, теперь я вижу. Хвост слишком короткий, морда не настолько узкая, как должна бы быть. Это какой-то зверек, очень на неё похожий, но… удивительно разумный. Настоящий друг.

Я стащила с подноса корочку хлеба и протянула ему.

– Значит, ты – мой спаситель? – усмехнулась я. Животное подбежало и с удовольствием вгрызлось в хлеб. – Спасибо! Это неоценимая помощь!

Поразмыслила немного, слегка улыбнулась и произнесла:

– Назову тебя Серик! Потому что я не знаю, мальчик ты или девочка. Но ты молодчина! Через медальон понял, что именно мне нужно?

Зверек, естественно, не ответил, а я оставила его в покое. Поплелась к столу, чтобы и самой перекусить. Нужны силы, чтобы отразить последующие испытания. А в том, что они будут, я не сомневалась: Уильям так просто не отступится…

***

Еще два дня в поместье царила какая-то суматоха. Во-первых, все искали «бешеную крысу», которая преспокойно отсыпалась в моей комнате. Во-вторых, Уильям ходил злой, как демон, и слуги от него просто стенали. Это рассказала мне Фима, тайно пробравшаяся ко мне в комнату, чтобы... попрощаться. Она решила уволиться, а у меня попросила прощения. Я, конечно, делала вид, что ничего не соображаю, но служанка продолжала изливать душу, не обращая внимания на отсутствие отклика. Кажется, человек просто хотел выговориться…

Когда Фима ушла, я позволила себе удивиться. Значит, моё нынешнее состояние задело Уильяма за живое? Возможно, он просто панически боится принца…

Заснула я довольно рано, решив набираться сил, но в последнюю ночь произошло нечто странное.

Мне снова снился... дракон.

В прошлый раз это были кошмары, вызванные действием лекарства, но этой ночью сон разительно отличался.

Дракон по-прежнему был огромным и довольно ужасным на вид, однако... он страдал. Лежал на груде соломы в тесной темничной камере и порыкивал отболи. Он был слаб и буквально фонил глухим отчаянием.

Я была поражена в самое сердце. Что это? Откуда этот сон??? Ведь сегодня я почувствовала к этому страшному существу... глубокое сострадание.

Через несколько минут картинка перед глазами сменилась, и я увидела... кабинет своего мужа. Нашла себя стоящей перед высоким стеллажом с книгами и потянулась за одной из них. Книга буквально сияла.

Оказавшаяся каким-то древним фолиантом, она раскрылась в моих руках сама собой, и я увидела среди скукоженных страниц... что-то очень ценное. Настолько ценное, что душа наполнилась ликованием…

На этом я и проснулась, испытав в тот же миг глубокое разочарование.

Что было в книге? Неужели это всего лишь глупый сон??? Нет, я должна узнать наверняка!

Всё в душе трепетало от странных чувств. Я почти не вспоминала страдающего дракона, наполненная желанием отыскать ту самую странную книгу в кабинете Уильяма…

То, что это было крайне рискованно, меня сейчас не интересовало. Наспех одевшись, я осторожно выглянула в коридор. Поместье было погружено в сон. Темные коридоры освещались лишь светом луны, бьющим в окна. Как хорошо, что дверь в мою комнату не скрипит!

Осторожно вышла и направилась к лестнице.

Только на первом этаже я окончательно проснулась и ощутила укол страха. Если меня заметят, будут немалые неприятности, да и муженёк может до сих пор торчать в кабинете. Однако… не отступать же! Я должна проверить, существует ли та книга на самом деле…

В крайнем случае притворюсь лунатиком. Ради этого я специально вытянула руки вперед, скопировав заторможенные движения, но у дверей кабинета опустила их.

Приоткрыв дверь, убедилась, что помещение пусто и полностью погружено в полумрак.

Юркнула вовнутрь и облегченно выдохнула.

С некоторым трудом зажгла стоящую на столе свечу, которая почти не давала света. Итак, где же тот стеллаж?

Найти его в полумраке оказалось делом непростым. Я всё время сомневалась, что запоминала расположение правильно, но когда наткнулась на нужный переплет, ощутила, как сердце дрогнуло в груди.

Это она – моя книга!

Отставив свечу в сторону, я осторожно достала фолиант. Он оказался невероятно тяжелым и очень старым. Название было странным, изобилующим непонятными терминами, и я медленно открыла книгу на середине.

То, что внутри этой книги кое-что хранилось, я поняла сразу. Это были слегка пожелтевшие листки бумаги, исписанные несколько небрежным, но весьма знакомым почерком. Почерком «хорошего Уильяма»!

Сердце трепетно забилось. Пролистав всю книгу, я обнаружила около десятка страниц. Присев прямо на пол и придвинув свечу поближе, начала читать.

Придет тот час, когда расправлю крылья,

И ветер станет бурным за спиной,

Драконий дух восстанет из могилы!

Я облекусь его могучей силой,

Я стану им, Дракон же станет мной…

Что это??? Стихи???

Легкое разочарование сменилось нарастающим любопытством. Уильям писал о драконьей силе с такой тоской, что хотелось обнять его и пожелать добиться исполнения мечты. Но почему во сне найденное в книге показалось мне безумно важным? Я ожидала увидеть нечто более… действенное, что ли? Да хотя бы заклинания какие-то, раз уж в этом мире существует магия!

А может это и есть заклинание?

Поспешила пробормотать слова под нос, но… ничего не изменилось.

Не понимаю...

На остальных листках тоже были стихи. Такие же тоскливые и наполненные надеждой. И все – о драконах. Несколько разочарованная, я сгребла записи в стопку, убрала фолиант на место и осторожно возвратилась в комнату.

Целый час я читала стихи Уильяма снова и снова, пытаясь отыскать в них сакральный смысл, но ничего не обнаружила. Зато запомнила почти все наизусть, хотя какой в этом смысл?

Уснула под утро, предварительно спрятав записи в тайник, но на рассвете меня разбудил грохот открывшейся двери (я не запиралась, потому что пару дней назад все замки Уильям повелел снять).

Вздрогнула и притворилась спящей, но, когда муженек склонился надо мной, я поняла, что от него просто разит спиртным!