Текст книги "Измена. Цена твоей лжи (СИ)"

Автор книги: Анна Ковалева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

Глава 18
Голая правда

Мда. Сабина не была бы Сабиной, если так легко бы приняла мои условия. Чувство осторожности и предусмотрительности у нее, видимо, атрофировалось напрочь.

Поняв, что дело пахнет керосином, она решила идти до конца, испробовав на мне все методы давления.

Ну а что? Вдруг хоть один да сработает? А если нет – то гори все синим пламенем.

Видимо, этим соображением она руководствовалась, когда решила натравить на меня своего отца.

Квартиру мою не освободила, конечно. И подписывать документы на развод отказалась. Просто дождалась родителей и начала им жаловаться. Что я ее с ребенком выгоняю из дома.

Ну а взбешенный тесть (что-то много их стало в моей жизни) решил вправить мне мозги и вернуть в лоно семьи.

Поняв, что Сабина утаила от родителей правду, я решил действовать жестко. Жалеть эту суку было бессмысленно. Даже ради ребенка.

По-хорошему она просто не понимает.

Вот и поговорил с ее отцом по душам. Начал с того, что предъявил ему результаты теста ДНК и рассказал кто является отцом его внука.

В подробностях рассказал и о том, как его ненаглядная дочурка сорвала мою свадьбу, разрушила мои отношения с любимой женщиной. Как при помощи моих же родителей женила на себе.

Ну и на десерт оставил причину нашего с ней расставания. Чтобы знал Юрий Иванович какую дочь вырастил.

– Так что извините, Юрий Иванович, ни о каком сохранении семьи не может быть и речи. Да и не было у нас семьи. Фикция одна. А вашу дочь я не только не люблю, а напротив – ненавижу. Нагадила она везде, где только могла.

– Что ж, понимаю. – к концу моего рассказа Смолов сменил гнев на милость. И судя по покрасневшему лицу, за выходки дочери ему было стыдно. – Ситуация отвратная, Алексей. Поверь, не такой хотел я вырастить дочь. Упустили мы девку с женой. Теперь уже и не определить когда именно. Печально слышать, что она наворотила столько мерзости. Но внука жаль, конечно. Он-то ни в чем не виноват.

– Не виноват. – кивнул я. – Но сажать на свою шею я его не собираюсь. У Илюши есть свой папаша, пусть несет ответственность.

– Ничего, – хмыкнул Смолов. – Доберемся до этого Громова. Потрясем его хорошенько.

– Правильно. – нравился мне все-таки Юрий Иванович. Жаль лишь, что не смог из дочери нормального человека вырастить. Сам-то адекватный, правильный по жизни. Настоящий мужик, одним словом. – А если так и не признает сына, сами вырастите. Только получше, чем дочь, пожалуйста.

– Да уж постараюсь, – Смолов тяжко вздохнул. – Так. Что еще я могу сделать?

Говорю же, нормальный, деловой мужик. Все у него чётко и по делу.

– Повлияйте на дочь. Пусть без проволочек подпишет документы на развод. Ну и квартиру нужно будет освободить в ближайшее время.

– Хорошо, – Юрий поднялся. – Давай закончим со всем этим прямо сейчас.

* * *

В квартире Смолов церемониться с дочерью не стал. Просто кинул на стол папку с документами и ручку.

– Подписывай. Живо!

– Юрочка, – запричитала маманя Сабины. – Что происходит?

– А происходит то, – рыкнул Юрий, – что мы с тобой, душа моя, вырастили настоящую шлёндру. У которой настолько не осталось стыда, что она даже нас обмануть не постеснялась.

– Юра, —охнула женщина, но тут же скисла под взглядом мужа.

– Да, женушка, – я с улыбкой ответил на убийственный взгляд почти бывшей жены. – Я все рассказал твоему отцу. Все до последней детали.

– Ну ты и сволочь, – прошипела Сабина. Минут пять она еще пробовала огрызаться и упираться, но под нажимом отца все же подписала документы. – Доволен???

– Не совсем. Юрий Иванович, посидите пока с внуком. Мне нужно поговорить с вашей дочерью напоследок. Наедине.

– Хорошо, – кивнул он и быстро вывел свою жену из комнаты.

– И зачем ты это сделал? – Сабина сразу же перешла в наступление, как только мы остались одни. – Зачем ты опозорил меня перед папой?

– А чего ты хотела? Ты чем думала вообще, когда родителям врала? Думала, что я промолчу и оставлю всё как есть? Буду жить с тобой до старости и ходить, пробивая рогами потолок? Воспитывая неродного ребёнка?

– Да ни о чем я не думала, – психанула Сабина.

– Оно и заметно. Решила пойти ва-банк с двумя шестерками за душой? Глупо. Я же предлагал расстаться по-хорошему. Ты не послушала. Теперь пожинай плоды и разбирайся с отцом.

– Да пошел ты, – с ненавистью бросила мне Сабина и начала нервно расхаживать по комнате.

– Нет, дорогая. Пойдешь как раз ты. И из моей квартиры, и из моей жизни. Но сначала я хочу услышать от тебя правду.

Пока мы с тестем ехали на квартиру, я вдруг понял, что в разговоре с женой упустил кое-что важное. Весьма существенную деталь. Я бы даже сказал – несущую.

Я понимал, что цепляюсь за воздух и ищу призрачные шансы на оправдание себя. Но… Если Сабина проделала такой фокус с беременностью, то она могла создать и видимость того, что мы с ней переспали…

– Сядь, —рявкнул я, устав от ее мельтешения. Сабина хотела было огрызнуться, но вовремя поняла, что не стоит этого делать. Не в той она ситуации, чтобы язвить и качать права.

Поэтому просто уселась на диван и уставилась на меня со злостью в почти кошачьих глазах.

Я же подался вперед, сцепив ладони в замок на своих коленях. И спросил то, что глодало душу в последние полчаса:

– Между нами был секс той ночью? Или все-таки нет?

Сабина скривилась и плотнее сжала губы. Но я сдаваться не собирался. Мне позарез нужен был ответ.

– Сабина, ты проиграла, смирись. Твоя ставка бита. Так что хорош играть в молчанку. Она тебе не поможет. Найди в себе хоть каплю совести и скажи правду… Мы переспали с тобой той ночью?

– Частично, – наконец выдает она, а мне люто хочется материться. Ведь я уже успел понадеяться, что чист на самом деле. Что не изменял Ритке. А все остальное лишь постанова Смоловой.

– Что значит частично? – цепляюсь за слово, царапнувшее сознание.

– Это значит, что мы целовались. И засосы тоже были твои. Ты мне сам их наставил. Как с цепи сорвался.

Сука! Головой хочется пробить ближайшую стену. Но очень стараюсь не подать вида этой гадине.

– А дальше?

– А дальше порожняк. Ты же нажрался так, что даже для секса был непригоден. Попыхтел минут пять, потискал меня. А потом просто упал и захрапел как свинья. И как я ни пыталась тебя растормошить, толку не было.

– А сперма тогда чья? – прорычал я. – Не из меня же ты ее нацедила?

– А тут мне парень Влады помог, – усмехнулась Сабина. – Они как раз с ней поцапались. Она его с сексом бортанула и из спальни выгнала. Вот и догонялся парень алкоголем. Тоже пьяный был, но хотя бы кончить смог. Хоть и долго мне возиться пришлось, чтобы довести его.

– Тьфу, – от ощущения гадливости и омерзения начало тошнить. Как я мог когда-то запасть на эту шалашовку? Да проститутки с Тверской почище нее будут. – Есть ли такое дно, которое ты не способна пробить, Сабина? Что ты за человек такой? Влада тебе помогла попасть на вечеринку, а в благодарность ты ей рога наставила? Нигде ничего не ёкнуло при этом?

– Ну а что мне еще оставалось делать? – Сабина мерзко скривила губы. – Это был единственный доступный мне вариант. Глупо было от такого шанса отказываться. Да и не сделала я ничего такого. Помогла парню напряжение сбросить. Подрочила ему да ртом обработала. Считай, и не измена.

– Ах ты ж…– не выдержав, я схватил стоящую на столе в вазу и бросил в стену. Эмоции хлестали через край, грозя разорвать на части.

Гнев и ярость терзали сознание двумя безумными зверями. Им срочно нужна была жертва, которую можно разорвать на части.

Я смотрел на Сабину и понимал, что ещё немного – и её не спасет даже ребенок. Я просто возьму и сломаю ей шею.

И рука у меня не дрогнет. Наоборот. Буду действовать смелее, зная, что эта тварь больше никому не испортит жизнь, если сдохнет.

Господи, какая же мразь. Так разыграть по нотам этот дебильный сценарий. Пойти буквально по головам, уничтожая даже тех, кто протянул ей руку помощи.

И ладно Влада, её Паша и так был кобелина. Они расстались спустя две недели после тех выходных, когда она застала его в объятиях очередной шлёндры. Такие верность хранить не умеют, просто путешествуют от одной юбки до другой, меняя баб как перчатки.

Но у нас с Риткой все было по-другому. Даже в мыслях не было изменять ей. Да и не изменил ведь, по сути. Отрубился.

Только это уже ни хера не изменит. Слишком поздно вскрылось все дерьмо. Рита мне уже никогда не поверит.

Ну вот что я ей скажу? Что измены не было, и ребенок не мой? И брак был фиктивный и ненавистный до зубовного скрежета?

Сам бы я тоже в такое объяснение не поверил. И тут даже результаты теста ДНК не помогут.

Да, вот так бывает, что иногда правда кажется стопроцентной ложью. Слишком тяжело в такое верить. Особенно глубоко обиженному человеку, чувствующему себя преданным.

Так что наши отношения уже не воскресить. Рита не вернется ко мне. А эта тварь, не умеющая любить, прекрасно устроится в жизни.

Наверняка скоро отобьет у другой женщины мужика, которому своего нагуленыша навяжет.

– Лёш, ты чего? – не знаю, что увидела в моем лице Сабина, но она вдруг начала отходить от меня в сторону. А потом и вовсе завизжала дурным голосом. – Помогите!!!

Дальше плохо помню. Все будто туманом заволокло. Очнулся только на улице, куда меня вытащил тесть.

– Эй, в себя-то пришел? – потряс он меня за плечи. По мордасам еще надавал для эффекта.

– Да, – прохрипел я. – Но дочь свою увезите к себе в Самару. И чем быстрее, тем лучше. Иначе я точно её убью. Поверьте, Сабина это заслужила.

– Понял, – кивнул Смолов. – В течение часа выдвинемся.

– Детскую мебель и все остальное отправлю через грузоперевозки. Адрес точный только скиньте сообщением. А то я уже не помню.

– Без проблем. – Юрий помялся, а потом протянул мне руку. – Мне жаль, что так вышло. Прошу прощения за Сабину, это моя вина, что из нее выросла такая дрянь. Надеюсь, сможешь еще вернуть свою женщину.

– Это вряд ли. Ритка никогда меня не простит.

– Никогда не говори никогда, – хмыкнул Юрий. – Жизнь прожить – не поле перейти. Такие фортели она выкидывает порой, что мама не горюй. Никогда не знаешь, что случится завтра. И какой шанс подкинет судьба. Главное, не облажайся снова, если такой все же представится.

– Да я зубами вцеплюсь, если этот шанс будет. Пушкой не отгонишь.

Смолов одобрительно хлопнул меня по плечу и ушел. Я же постоял еще немного, пока не начал дубеть на морозе, а потом забрался в машину и уехал.

Мне нужно было остыть, чтобы не спалить от злости эту проклятую квартиру. И я даже знал место, где можно выпустить пар.

Туда я и направился.

Глава 19
Старый знакомый

В нескольких кварталах от нашей «семейной» квартиры располагался большой фитнес-центр. У меня там был постоянный абонемент уже несколько лет.

Тренажерка, кардио-нагрузки, бассейн. Все, что душе угодно. И мне в данный момент больше всего хотелось поколотить боксерскую грушу.

Если уж Сабину прибить нельзя, то хотя бы так пар выпущу.

Поскольку в центр я ходил часто, то сумка со спортивной одеждой постоянно торчала в багажнике. Вот сегодня она мне и пригодилась внепланово.

– Добрый день, Алексей Егорович, – прощебетала девушка на ресепшене, протягивая номерок от шкафчика.

– Здравствуйте, Аля, – хмуро бросил я в ответ и отправился в раздевалку.

Быстро переодевшись в майку и шорты, поднялся на помост и начал с остервенением лупить несчастную грушу.

Даже перчатки надевать не стал. Лупил так, голыми руками. Сбивая костяшки в кровь.

Только когда полностью выдохся, смог остановиться. Дыхание стало рваным, по лбу и спине ручьями стекал пот, ладони были все в крови.

Жаль, что почти не полегчало. Только желание убивать немного поутихло.

– Эй, Лёх, ты там в порядке?

Ко мне с широкой улыбкой на лице подошел Руслан Васильев, бывший одногруппник и просто хороший парень. Как-то так получилось, что в нашу с пацанами компанию он не влился, но в стенах университета мы общались хорошо.

На третьем курсе он покинул нашу группу и перевелся в зарубежный ВУЗ, там закончил обучение, прошел стажировку.

Прошлой осенью он наконец вернулся в столицу и мы пересеклись с ним в этом самом центре, в тренажерном зале.

С тех пор периодически тут и встречаемся, иногда проводим спарринги на ринге. Приятно все же общаться со старым приятелем.

– Здорово, Русь, – выдаю я, разгибаясь. Протягиваю разбитую ладонь, которую Васильев без раздумий пожимает.

– Что тебе сделала несчастная груша? Что ты на нее накинулся как тузик на грелку? Аж ладони все сбил.

– Да пар надо было выпустить. Чтобы не убить бывшую жену.

– Ого, – присвистнул Руслан. – И как оно, помогло?

– Да ни черта.

– Как насчет спарринга тогда? Побегаешь по рингу, пар выпустишь. Всяко интереснее, чем мутузить несчастную грушу.

– А давай, – соглашаюсь я и начинаю разминаться. Ринг и правда будет сейчас вполне к месту.

* * *

Да. Вот теперь то, что надо. После получаса на ринге лишняя дурь вышла из меня, и стало значительно легче.

Руки, правда, болели, но это так. Даже приятная боль. Она дает знать, что я еще живой.

– Не хочешь поговорить? – неожиданно предложил Рус, когда мы выходили из раздевалки. – От чего тебя так накрыло-то? Тут как раз отличный стейк-хаус рядом. Там тихо и спокойно, никто не галдит. Сервис высший класс. Я как раз туда собирался, жрать хочу как волк. Присоединяйся.

– С радостью. Сам голодный как сто тысяч чертей.

Вот так и получилось, что пока мы ждали наши стейки из мраморной говядины, я поделился с Васильевым подробностями своей семейной драмы.

Надо было хоть кому-то выговориться. С друзьями в последние месяцы особо не виделся. Не очень хотелось. Да и парням не до меня было. У всех свои семьи, дела.

А у меня были только работа и головная боль в виде Сабины, которая умудрялась отравлять мою жизнь даже на расстоянии в несколько километров.

Какое счастье, что это все наконец закончилось. Пусть торчит в своей Самаре и носа оттуда не кажет.

– Да, Лёх, – озадаченно протянул Руслан. – Сочувствую. Ситуация действительно хреновая.

– А то я не знаю.

– Что делать дальше думаешь? Пойдешь у своей Риты прощения просить?

– Да какой смысл? – поморщился я. – Ладно если бы сразу правда всплыла. Только я позволил развести себя как лоха и потерял целых полгода. Успел жениться и развестись. Как к ней после всего этого идти? Ну вот как?

– Твоя правда, конечно. – почесал Васильев затылок. – Но полгода это не десять лет все же. Когда действительно все быльем уже поросло. Если у вас были прям такие сильные чувства, то думаю и у нее раны еще свежи. По любому вспоминает тебя. Пусть и с матами и проклятиями. Так что тебе стоит с ней увидеться, как по мне. Хотя бы для того, чтобы поставить точку в ваших отношениях. Ну и рассказать как было все на самом деле. И даже если зазноба твоя не вернется, то может хотя бы простит. От этого разговора вам обоим легче станет. Поверь, я как никто знаю как жгут душу застарелые обиды. Так что дерзай, пока действительно не стало поздно. А там чем черт не шутит. Глядишь, и вернется к тебе твоя красавица.

– Твои слова да Богу в уши, – произнес я, чувствуя как в груди снова оживает надежда. Слова Руслана позволили взглянуть на ситуацию с другой стороны. Может, и правда все не так безнадежно как мне кажется? – И да, спасибо за совет. Пожалуй, все же рискну сунуться в Ритке. Надеюсь, она не разобьёт мою голову сразу, а хотя бы выслушает сначала.

– Удачи, друг, – улыбнулся он мне. – О, а вот и наш заказ.

Некоторое время мы молча ели, думая каждый о своем. Я всеми мыслями устремился к Ритке. Представлял, во что она одета сейчас, что делает, как себя чувствует.

Лишь одного не мог представить – другого мужчину возле нее. Это неправильно, противоестественно и очень больно.

Рита моя. Душой и телом. Была ею полгода назад, и я хочу, чтобы так оставалось и впредь. Навсегда.

Эгоизм? Чистой воды. Но я ничего не могу с собой поделать. Эгоистично хочу счастья для нас двоих.

Сдохну, наверное, сразу, если узнаю, что она спит с кем-то другим. Так что старательно гоню от себя худшие мысли. Чтобы не психовать раньше времени.

– Лёх? – голос Руслана тем временем возвращает меня к реальности.

– Да?

– Слушай, а с отцом что? Думаешь, и правда наследства лишит?

– Знаю, – усмехнулся. – Если батя закусил удила, то его уже ничто не остановит. Ему нужно, чтобы я плясал под его дудку. Но ничего не получится. Только не в этот раз. Как только он узнает, что я разведен, то сразу же вычеркнет меня из завещания.

– Неправильно это как-то. Кому он тогда всю свою империю оставит? В могилу не заберет же с собой.

– Он об этом просто не думает, – скриплю зубами. – Считает, что я сломаюсь через пару месяцев и прибегу к нему как песик, держа тапки в зубах. Послушный и на все готовый. Уверен в этом на сто процентов.

– А ты что?

– Да не беспомощный, слава Богу. У меня уже давно отдельные счета. Батя заблокировать их не сможет. Средств там достаточно, плюс сейчас еще квартиру эту треклятую продам. Солидное пополнение будет. Осталось придумать, куда себя пристроить.

– Кстати, об этом. – Руслан оживился. – Я же не просто так вернулся. Создал проект, теперь воплощаю в жизнь. Хочу открыть свою сеть автосалонов. Работаю как проклятый, ищу инвесторов, помещение для аренды либо покупки.

Дальше Руслан начал жестикулировать, рассказывая мне свою задумку. Признаюсь честно, говорил он грамотные вещи. Даже у меня загорелся огонек в глазах. При должном старании и финансировании Васильев должен раскрутиться. Конкуренция, конечно, на этом сегменте рынка немаленькая, но… тем интереснее же.

– Так что у меня к тебе деловое предложение. Если тебе интересно и ты готов вложиться, то я с радостью возьму тебя партнером. Вдвоем тянуть бизнес всяко проще, чем одному.

– Давай так, – я задумался, прикидывая варианты. – Ты мне скинешь на почту свой проект. Хочу точно знать во что ввязываюсь. Я просмотрю его, подумаю и дам ответ, как приму решение.

– Договорились, Лёх. Буду очень рад, если ты согласишься влиться.

– А уж как я буду рад, если все выгорит…

Покидал ресторан я весьма воодушевленным. Идея Руслана мне зашла, главное, чтобы бизнес-проект был стоящий. С которым не грех будет пойти на риски.

Но это может и подождать денек-другой. Сейчас главное – увидеться с Ритой. А это будет ой как нелегко…

Придется хорошенько пободаться с Полянскими, чтобы добиться этой встречи.…

Глава 20
Трудное решение

Алексей

Как и ожидалось, теплого приема у Полянских я не получил. Инесса Александровна даже на порог не пустила.

– Нечего тебе здесь делать, Алексей. Совести хоть капля есть у тебя? Девочка только оправилась после всего, а ты тут приперся. Зачем? Добить, что ли? Так только через мой труп.

– Инесса Александровна, я понимаю ваше негодование. Во многом я виноват. Но я ничего плохого для вашей дочери не хочу. Мне просто нужно с ней поговорить.

– О чем? О твоей счастливой семейной жизни?

– Да нет у меня семьи, – в отчаянии выкрикнул я. – И не было некогда. Мы с Сабиной разводимся.

– О как, разводитесь. – недобро усмехнулась она. – И ребенок не помеха для закона, я смотрю? А сюда зачем явился? Рита тебе не запасной аэродром.

– Инесса Александровна, – вздохнул я. – Вы многого не знаете, как и Рита. О том, что было на самом деле. Если мы поговорим с ней, многое может измениться. Пожалуйста, пропустите.

– Убирайся, бессовестный. Я не позволю вешать моей девочке лапшу на уши.

– Послушайте, я не буду преследовать вашу дочь. Давить на нее или принуждать к чему-то. Мне нужен один только разговор. Если после него Рита выставит меня вон, то я её больше не побеспокою. Клянусь.

– Знаешь, даже если бы я захотела помочь, – ядовито процедила женщина, – то не смогла бы. Рита здесь больше не живет. Так что не обивай напрасно пороги. Все равно её не увидишь.

– Как это не живет? А где она тогда? – оторопел я.

– Уехала. А куда – не скажу. Ты сделал свой выбор, так что не надо теперь ужом извиваться с какими-то непонятными объяснениями. А теперь уходи, пока полицию не вызвала.

Инесса Александровна бросила на меня полный неприязни взгляд и с грохотом захлопнула дверь.

Я же остался в полной растерянности. Не понимая, куда могла уехать Рита. Она ведь всю жизнь прожила в столице и намерена была здесь остаться. У нее был список издательств, куда она хотела бы устроиться, и большие планы на будущее.

Так куда же ее понесло?

Немного помаявшись разными вопросами, я решил поехать в агентство к полковнику. Может, хоть он меня выслушает. Мужская рациональность и военный опыт должны взять вверх над эмоциями. С которыми как мать и женщина не смогла справиться мать Ритки.

* * *

– А ты, я смотрю, бессмертный? – пророкотал Полянский, как только я показался на пороге его кабинета. – Мало я тебе тогда по шее дал? Добавить? Какого черта ты сюда приперся?

– Владимир Антонович, – я плотно прикрыл за собой дверь и прошел вперед. – Я пришел поговорить с вами о Рите.

– А с чего ты взял, что я тебя буду слушать? Да еще спустя столько времени? Спущу с лестницы – и вся недолга.

– Владимир Антонович, – покачал я головой. – Вы же большую часть жизни отпахали в Системе. Разве суд выносит приговор обвиняемому, не дав ему слова?

Тут я Полянского уел. Он заскрежетал зубами, помрачнел, но в итоге махнул рукой, приглашая меня сесть в стоящее напротив его стола кресло

Естественно, приглашением я сразу же воспользовался.

– Ну давай, выкладывай свое «последнее слово», – хмуро произнес полковник, откинувшись на спинку кресла. – Я слушаю. Только не тяни кота за яйца, у меня клиент через полчаса.

Я минуту собирался с духом, а потом выложил отцу Ритки все, что успел узнать от Сабины. И про подставу, и про неродного ребенка, и про фиктивный брак, который распался.

– И ты думаешь, я поверю в эту сказочку? – хмыкнул он.

– Сами смотрите, – я положил перед ним сложенный листок с результатами теста ДНК. Да и Сабина подтвердит свои слова. Если понадобится, я ее притащу сюда, сами допросите.

Воцарилось долгое молчание. Полянский просмотрел бланк, о чем-то задумался, долго смотрел в окно, а потом повернулся ко мне.

– Ну что я могу сказать. Если все это правда, то развели тебя как лошка дешевого, Алексей. А ты охотно им в этом помог.

– Каюсь, виновен. Должен был контролировать все, в нескольких лабораториях тест провести. Но не в том я был тогда состоянии, не мог трезво рассуждать. За Ритку переживал очень, да и просто весь на нервах был. Да и подумать не мог, что у Сабины хватит длины рук на то, чтобы подделать тест.

– Ну а женился зачем? Раз тебе с ней тошно было? – хмыкнул полковник. – О ребенке можно было и без брака позаботиться. А ты мало того, что женился, так еще и шоу из этого устроил.

– Тут оправдать мне себя нечем. – нервно сглотнул. – Моя вина на сто процентов. Отчаялся я, понимал, что Ритка ребенка от Сабины не примет, вот и решил «раз сгорел сарай, то пусть горит и хата».

– Ага, – Полянский презрительно сплюнул. – И поэтому закатил пир на весь мир? Так, что вся столица две недели эти новости обсуждала? Ты хоть представляешь каково Рите было это все видеть и читать?

– Сука, – простонал я, обхватив голову руками.

– Вижу, что не думал. А стоило бы. И что теперь ты хочешь? С этой исповедью пойти к Рите? На кой черт это ей теперь далось? Спустя столько месяцев?

– Но она должна знать…

– Знаешь, Алексей, – мужчина сложил руки на стол и вперился в меня мрачным взглядом. – Когда поезд трогается, то никто не будет смотреть на опоздавшего пассажира. Сколько бы он ни бежал вслед за составом. Аналогия, надеюсь, ясна? Ты упустил свой поезд еще осенью, когда женился. Куда теперь рвешься? Рита только-только оправилась, в себя пришла. Переехала, чтобы получить работу. У нее только жизнь снова начала налаживаться, а ты хочешь снова все разрушить.

– Я не хочу ничего разрушать, – я громко хрустнул пальцами и с отчаянием посмотрел на Полянского. – Я хочу объясниться. И попросить у нее прощения. За все.

– И, конечно же, ты хочешь, чтобы моя дочь все простила и с радостным визгом бросилась в твои объятия?

– Врать не буду, – грустно улыбнулся. – Надеюсь на это. Хоть и знаю, что шансы на прощение у меня маленькие.

– Хм, – Полянский побарабанил пальцами по столу. – И что делать будешь, если Рита даст тебе от ворот порот? Категорический, без всяких этих женских «мне нужно время подумать»?

– Тогда я просто уйду из ее жизни. Навсегда. – слова дались мне с трудом, но были полностью правдивыми. Если Рите я стал настолько отвратителен, если у нее действительно все перегорело, то я действительно уйду.

Нельзя силой удержать любимого человека. Силой можно только сломать.

– Ага, разворошит улей и уйдет. А Рите опять себя собирать по кусочкам? – рыкнул Полянский. – Я тебе не скажу, где Рита. Найти сможешь и сам, но… Хорошенько подумай, стоит ли оно того. Если ты уверен, что она тебя не простит, зачем к ней соваться. Она только начала нормально жить и вычеркнула тебя из своей жизни. А тут снова ты как явление Христа народу. Вот зачем моей девочке эта головная боль?

– У нее кто-то появился? – внезапно меня посетила страшная догадка. Неужели Ритка так быстро нашла себе мужика?

– Нет, – Полянский прищурился. – Но со временем появится обязательно. И скажу честно, надеюсь, что этот кто-то будет достойнее тебя. Моей дочери нужен настоящий мужчина рядом, способный поддержать и защитить, а не телок, которого на веревочке можно отвести куда угодно. И да, Алексей, если ты хоть немного любил или любишь мою дочь, то ты к ней не сунешься… Не порть ей жизнь из-за короткого разговора, который уже вряд ли что-то изменит.

– Я вас услышал…

Из офиса Полянского я выходил в расклеенном состоянии. Мысли метались в мозгу, буквально разрывая его на части.

Был ли я обижен на слова полковника? Нет, он ведь правду сказал. Меня развели как лоха, а я радостно побежал на «убой». Дебила кусок.

И еще эта свадьба чертова… Повелся ведь. Полянский в таких красках мне описал состояние Риты после этого известия, что я почувствовал себя конченной мразью.

Я маялся долго, решая стоит ли искать Риту. Проматывал в голове мою жизнь за эти полгода, потом разговор с Полянским…

Не выдержал в итоге, все же начал искать. Звонил сначала Оле, но был послан на хрен с высокой колокольни. С напутственным пинком к Рите больше не приближаться.

Потом подключил кое-какие связи и выяснил, что она теперь живет в Питере, работает в журнале.

Попросил помощи у жены Толика, она до сих пор осталась у Риты в друзьях. И через ее профиль начал наблюдать за любимой.

Рита улыбалась, Рита была здорова и довольна, что грело мне душу и сердце. Она получила возможность заниматься любимым делом и я был уверен, что она добьется многого.

Рита у меня умничка.

Только вот нужен ли я ей при таком раскладе? Я с жадностью следил за каждым ее постом, рассматривал каждую фотографию и понимал, что она счастлива. Действительно счастлива без меня.

Как и сказал полковник, у его дочери все наладилось, она вычеркнула меня из жизни.

Наверное, я заслужил. Было больно осознавать это, но врать самому себе глупо. А еще больнее ощущать собственное бессилие.

Я виновен с самого начала. Пусть не изменил физически, но предал и растоптал ее доверие ко мне.

Я должен был землю грызть осенью, перепроверить эти чертовы тесты. Должен был послать родителей в задницу со свадьбой, но не сделал и этого. А послушно изображал счастливого мужа для прессы. И Рита, мать ее, все это видела.

И как к ней теперь соваться после такого? Оправдать себя нечем. Да и нужны ли ей мои оправдания? Думаю, нет.

Трушу ли я? Нет, я готов встретиться, готов получить пару пощечин от любимой женщины. Только дальше что?

Снова слезы, горечь и боль? Рита не простит, я это понимаю. Слишком хорошо ее знаю. Цирк со свадьбой точно не простит и не поймет.

Так зачем мне рушить ее едва обретенное спокойствие и новую жизнь? Ради чего? ЧЕГО РАДИ???

Чем больше я об этом думаю, тем больше прихожу в полное отчаяние. Поскольку понимаю, что ситуация безнадежна.

Я метался в собственной агонии бесконечно долго, и после долгой мучительной борьбы с самим собой решил, что мой поезд и правда ушел.

Раз Рита счастлива без меня, то пусть так и будет… Я действительно её недостоин. А правда… Да кому она нужна, если от нее любимая снова будет страдать. Если ей легче жить, считая меня полным мудаком, что ж… Я готов на это…

В этой жизни каждый должен получать по заслугам. Вот и я получил свое. Моя расплата – это жить вдали от любимой женщины…

Тем же вечером, немного переварив свое решение, я наконец позвонил Руслану.

– Привет, Русь. Знаешь, я тут подумал и решил: я войду в дело…