Текст книги "Измена. Свадьбы не будет! (СИ)"

Автор книги: Анна Королёва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Глава 5 – Всё серьёзно

– Здравствуйте, Кира Николаевна.

Я с неожиданным трудом шевелю внезапно пересохшими губами.

Всë плохо. Ужасно.

У Артëма замечательная мама. Она очень расстроится.

Мне так не хочется делать ей больно.

Нарочно медленно разуваюсь, пытаясь собраться с мыслями и главное силой духа.

– Свет, – подбегает мама, но тут же хмурится. – Что с тобой? Такая бледная? Плохо себя чувствуешь?

– Нервы, – вздыхает Кира Николаевна. – Светочка, детка, я тебя так понимаю. Весь этот стресс, приготовление к свадьбе. Ты столько делаешь. Иди, тебе нужно прилечь и хоть немного отдохнуть. Наверняка давление упало. А я тебе сейчас кофе с шоколадкой принесу.

Боже мой, как ужасно.

Почему моя будущая свекровь не монстр, как обычно все мои знакомые, а замечательная, очень добрая и отзывчивая женщина.

Как же это всë усложняет.

Я делаю глубокий вдох и решаюсь наконец начать:

– Дело не в давлении, Кира Николаевна. И не в усталости.

– А в чем же? – Удивляется она.

– Вам лучше присесть, – говорю как можно серьезнее. – Мама, тебе тоже.

– Света, ты меня пугаешь, – мама тоже начинает хмуриться. – Что-то случилось?

– Случилось, – прямо говорю я, но на всякий случай добавляю, чтоб немного успокоить. Зная, что обе мамы сейчас могут придумать. – Сразу говорю. Никто не умер и не заболел. Впрочем, это единственная хорошая новость.

Мы проходим в гостинную. Кира Николаевна садится на диван, мама сначала застывает в центре комнаты, а после располагается на диване рядом с ней.

Я встаю перед ними.

Ужас, ощущение будто пришла на эшафот и меня сейчас казнят.

– В общем, новости вас шокируют. Но поверьте, я нахожусь в точно таком же состоянии. Даже хуже.

– В общем, – я опускаю взгляд в пол и нервно закусываю губу. – Свадьбы завтра не будет.

Обе мамы переглядываются в полном молчании, потом смотрят на меня.

И… одновременно заливаются громким смехом.

– Ой, – мама вытирает слëзы. – Ну, напугала, юмористка. Ты что, так можно и инфаркт схватить.

– Это сейчас называется пранк, – тоже веселится Кира Николаевна. – Артëмка со Светочкой меня уже разыгрывали. Помнишь, как вы специально сделали такие конынты, похожие на стекло и начали их есть? Я ругалась, а потом вы меня каким-то образом убедили их попробовать и я поняла, что это шутка?

Кира Николаевна смотрит на меня, а у менч сердце сжимается.

Помню как мы с Артемом готовили вместе этот первоапрельский розыгрыш. Искали мастера, который сможет сделать такие мармеладно-карамельные конфеты, я волновалась, чтобы Кира Николаевна не обиделась.

Артем в свою очередь успокаивал и при этом ел конфеты для шутки в угрожающем количестве.

Я возмущалась и пыталась отобрать.

Было весело и так… нежно.

Я не могу поверить. Неужели Ромка говорит правду и Артем уже тогда спал с Жанной?

Нет. Не могу поверить. Просто не могу.

Становится так больно, что глаза снова наполняются слезами.

Это замечает мама и серьезнее мгновенно:

– Света, солнышко…

– Это не пранк и ничего похожего, – я пытаюсь говорить спокойно, но голос предательски дрожит. -Свадьбы действительно не будет. Потому что Артëм… Артëм… , – я задыхаюсь и захлëбываюсь воздухом и сдерживаемыми всхлипами. Но всë же выдавливаю. – Артëм мне изменил. С Жанной.

Мои слова производят эффект разорвавшейся бомбы.

Мамы смотрят на меня и кажется, просто не находят слов.

– Ты уверена? -Наконец прерывает паузу Кира Николаевна. – Кто тебе сказал? Просто, если Роман, то его словам не нужно верить. Он влюблен в тебя чуть ли не с первого дня знакомства. Артëм с ним даже пару раз дрался. В самом начале. Ну, не прямо жестко. Скорее легкая потасовка и угрозы.

Забавно. Мне Артëм об этом ничего не говорил. Видимо не посчитал нужным.

И по итогу об истинных чувствах Ромки я узнала только сегодня. Самой последней и в просто отвратительной форме.

– Уверена, – я нервно стираю слезы, стекающие по щекам. – Я сама видела.

– Видела? – Потрясенно выдыхает Кира Николаевна.

Я киваю.

– Когда зашла в квартиру. Не могла найти его после мальчишника.

– Мальчишник, – закивала Кира Николаевна. – Точно, это всë Рома – мерзавец подстроил.

Он ведь и мальчишник организовал. А Артем ведь не хотел. Наверняка напоили его, а Жанка – вертихвостка эта и рада случаем воспользоваться.

– Да это утром было и вообще… какая разница? Он всë равно это сделал. Это случилось!

Я всë же не выдерживаю и рыдания прорываются наружу из груди.

– Светочка, маленькая моя, – мама тут же вскакивает.

Берет меня за плечи, усаживает на диван и обнимает.

– Сейчас, – Кира Николаевна вскакивает и убегает.

Но очень скоро возвращается со стаканом.

– Держи, Светочка, попей водички. И вот, успокоительное, – дает мне три таблетки. -Положи под язык. Полегче должно стать.

Я послушно сначала делаю пару глотков, а после беру таблетки.

Во рту сразу распространяется прохладный вкус мяты и валерианы.

Вряд ли мне это поможет, но с рыданиями я все же справляюсь.

– Кира, – мама смотрит на Киру Николаевеу. – Ну, как же так?

Та горько вздыхает. И мне снова становится еë жалко.

– Сама не знаю. Светочка, – она протягивает ладонь и тоже гладит меня по спине. – Это невероятные боль и обида. Я понимаю. Но прошу, не пори горячку. Артëм тебя любит. Я точно это знаю. Поверь, это очень важно. Не факт, что другой мужчина будет лучше.

А ошибиться может каждый. Дай ему шанс, прошу. Отгуляете свадьбу, попутешествуете. Постепенно всë пройдет. В конце концов, развестись вы всегда успеете.

Я прикрываю глаза.

Слова Киры Николаевны звучат разумно. Но я сомневаюсь, что смогу когда-то забыть и простить измену.

Или всë же стоит попробовать?

Глава 6 – Покупка

Я закрываю глаза руками.

– Не знаю. Простите, я просто не знаю.

И тут включается моя мама.

– Кира, ты уж конечно извини. Сама знаешь, я очень тебя люблю. Но то, что вытворил Артем. Да еще и накануне свадьбы – это просто мерзость. Если он сейчас такое себе позволил то, что будет дальше? Нет, Кира. Это будет не семья. И любви здесь не будет.

Кира Николаевна – высокая подтянутая женщина. В прошлом балерина, что было заметно по грации и до сих пор потрясающей фигуре, поджимает губы.

– Наташ, я прекрасно понимаю, что ты защищаешь своего ребенка. Более того, Светочка, я полностью на твоей стороне. И с Артëмом я очень серьезно поговорю. Но вот именно потому что я на твоей стороне, я и говорю – успокойся. Пойми, это была глупость. Да и женщина должна быть мудрей. Саша – Тëмин папа, – зачем-то поясняет Кира Николаевна. Будто я не знаю своего свëкра. – Он вообще ходок знатный. Сама понимаешь. И внешность, и харизма, и влияние с достатком.

Согласна. Но учитывая, его должность – глава корпорации связанной с тяжелой металлургией вполне хватило бы и достатка.

Для охотниц за толстыми кошельками и "папиками".

Остальное уже приятное дополнение.

– … и ничего, – Кира Николаевна развела руками. – Где-то закрывала глаза, где-то наоборот грозилась разводом. После чего получала больше подарков и внимания. Знаешь, как говорят: " Хороший левак укрепляет брак". Доля правды в этом есть.

– И что? Требовать от мужа справку о здоровье перед каждой совместной ночью? : Я не сдерживаю сарказма. – Простите, но видимо женской мудростью меня при рождении природа обделила. Потому что я и сама собираюсь хранить верность любимому человеку и хочу получить от него того же.

Мне противно даже думать о том, что мой муж будет возвращаться ко мне после очередной любовницы.

– Это юношеский максимализм, – снисходительно улыбается Кира. – Весьма очаровательное явление, но увы, часто губительное для самого человека. Хорошо, – она склоняет голову к плечу. – Допустим, всë так и происходит. Ты сейчас поддаëшься эмоциям. Сбегаешь и… что? – Она склоняет голову к плечу. – Свадьба, радость моя, не бесплатная. Все расходы оплатил Саша. И пригласил очень влиятельных людей. Что с ними будем делать?

– А это уже не наши проблемы, – опускает подбородок мама. – Это Артëм начал по койкам прыгать еще до того, как женился даже. К нему претензии и предъявляйте. Света в чем виновата?

– Я в который раз говорю, – все тем же – спокойным и вкрадчивым тоном произносит Кира Николаевна. – Светочку никто не обвиняет. Вся наша семья очень тебя любит, Солнышко.

Она мне улыбается. Но кажется впервые мне от этой улыбки становится не по себе.

Я будто рассмотрела за ней что-то совершенно новое. И это открытие мне не понравилось, потому что за маской доброжелательности и заботы, я внезапно обнаружила – лицемерие, хитрость и расчет.

Вот только какую выгоды можно с меня взять?

Да, мы не бедствуем. Мама преподает в университете экономику.

А я – парикмахер-колорист.

Обе зарабатываем неплохо. Но само собой сравнивать наш достаток с доходами главы корпорации мягко говоря глупо.

– Ну, так тем более, – продолжает настаивать моя мама. – Даже ты признаешь, что виноват Артем. Значит, с него и спрашивайте все расходы. Свадьба не состоится по его вине.

Лицо Киры Николаевны становится более холодным, отстраненным. Почти не живым.

Девочки, я понимаю. Вы плохо представляете насколько влиятельные люди приглашены на свадьбу. И какой удар по репутации нанесет ее отмена.

Поэтому, говорю как есть – если ты, Светочка, всë же решаешь свадьбу отменить, то мы с вас стребуем через суд не только полное возмещение всех расходов непосредственно на саму свадьбу. Но и возмещения морального ущерба. И всë это поверьте, не одна сумма с шестью ноликами.

К тому же вы сами понимаете, суд мы выиграем однозначно. Учитывая нашу возможность нанять высококлассных юристов.

Мы с мамой замираем.

– Кира, – наконец, нарушает тишину моя мама. – Разве так можно? Это просто не по человечески.

– Понимаю, – вздыхает Кира Николаевна. – Поэтому, абсолютно не хочу к этому прибегать. Это крайние меры. Просто подумай, Свет. Или сейчас вы с мамой влетаете на такую сумму, что даже продажа квартиры не сможет еë покрыть. Или ты выходишь замуж, живешь в абсолютном шоколаде как говорится. Без необходимости работать. И абсолютно без каких либо стеснений в средствах. Если все же решишь разводиться, тогда тебе отойдет двухкомнатная квартира, загородный дом и машина. А если еще и родишь ребенка. То получишь не только огромные выплаты на него. Но собственное пожизненное обеспечение, на которое ты сможешь безбедно и свободно жить до конца своих дней. Вот и подумай, что выгоднее.

Я смотрю в карие глаза Киры Николаевны. Точь в точь как у Артема.

Мелькает у меня в голове. В маму пошел.

И спрашиваю:

– Зачем всë это? Почему вам так важно, чтобы Артем женился на мне? Неужели только из-за приглашенных влиятельных лиц.

Кира Николаевна смеëтся.

– Ну, конечно нет, Светочка. Просто Артëм в тебя влюбился. Выбрал тебя. А он всегда получает то, что хочет. Если через гол ему надоест играть в семью, что ж, так тому и быть.

Я медленно качаю головой.

– Играть в семью. Надо же. Значит, для вас я кукла. Просто кукла, которую вы хотите купить для любимого сыночка.

Глава 7 – Актрисы

Кира Николаевна прижимает тонкие изящные пальцы ко рту.

– Светочка, ну что ты такое говоришь. Вероятно я неправильно выразилась. Тоже ведь на эмоциях. Ну или ты как-то превратно меня поняла. Конечно, ты не кукла. Разве что по красоте такая же яркая. Ты для нас стала как родная дочка.

– Не сомневаюсь, “мама”, – не сдерживаю я сарказма. И снова предпринимаю попытку выкрутиться.

Иметь хоть что-то общее с этой семейкой ползучих гадов и козлов необыкновенных мне уже не хотелось от слова “совсем”.

Более того, я уже не могла находиться с любимой “мамочкой” в одной комнате.

Мне казалось она отравляет воздух одним своим присутствием.

– Жанна Артёму судя по всему нравится куда больше. В особенности её оральные умения,– фыркаю я. – Так давайте сделаем свадьбу, которая принесет радость для абсолютно всех. Артём и Жанна – идеальная пара. А я лично пришлю поздравительную открытку с голубками, сердечками и надписью: “Совет да любовь”.

– Жанна – это ничто. Ноль, – повторяет Кира Николаевна. – Они нужны лишь для ублажения мужчин. Не более. Глупые пустышки, да еще и со склонностью к распутной жизни. Ни я, ни тем более Саша никогда бы не разрешили Артёму сделать подобную глупость. Вроде той, чтобы он взял Жанну в жёны. Впрочем, и Артёму она интересна исключительно в роли безотказной девицы. А ты, Светочка, другое дело. Умная, красивая, интеллигентная, чистая, всесторонне развитая. Еще и Артёмочка от тебя без ума. В его жизни много девушек был. Сама понимаешь с его-то внешностью, харизмой, достатком – это само собой разумеющийся факт. Даже аксиома. Но то каким он стал с тобой. Насколько влюбился. Это нечто совершенно другое. Да и мы увидев тебя немедленно одобрили твою кандидатуру.

– Надо же, какая честь, – фыркаю я.

– Ты права. Это честь. – Царственно кивает Кира Николаевна. – А еще и огромный шанс для тебя взойти вверх по социальной лестнице. Я бы даже назвала это взлетом. Шансом. Который выпадает раз в жизни. И о котором тысячи девушек могут только мечтать. А ты собираешься его упустить всего лишь из-за неуместной гордости и наивного юношеского максимализма.

– Да, вот такая я странная. – Развожу я руками.

– Ну, для этого и есть старшие товарищи так сказать, которые куда больше умудренные жизненным опытом. Которые могут направить в нужный момент. Уберечь от ошибки. Мягко или жестче, если потребуется. Но ты должна понимать. В любом случае это будет продиктовано исключительно благими намерениями и любовью.

– Вам напомнить известное изречение о том, что благие намерения ведут в ад? – Усмехаюсь я. – Ситуация, которая происходит прямо сейчас идеально подходит под него.

– Ну, хватит, – резко обрывает меня Кира Николаевна. – Всё это забавно до поры до времени. Но я тоже человек и у меня тоже есть моральные силы и предел терпения. А уговаривать тебя мне уже просто надоедает. Поэтому, говорю прямо – у тебя. Точнее у вас двоих всего два пути. Свадьба, уважение, шикарная, беззаботная жизнь или полное разорение. С судом или через другие рычаги, но Саша и Артём добьются того, что вы потеряете абсолютно всё. Тебе, Света, всё равно придется вернуться к Артёму, но будет это уже на совершенно других условиях.

– Знаешь, что Кира, – моя мама вскакивает.– Пошла вон. Катитесь к черту, вместе со всем своим семейством. Вы растоптали моего ребенка, а теперь еще смеете угрожать и шантажировать? “Выбрали, разрешили, одобрили”. Говоришь о Свете как о каком-то товаре. И знаешь, я тоже мать. И я точно так же могу рассматривать выбор своего ребенка будущего мужа . Так вот – я категорически против Артема! Он показал себя как избалованный, аморальный мальчишка. Не более того. Вы пользуетесь тем, что мой муж умер. Нас по сути и защитить некому. Но это не значит, что нас можно запугивать и вытирать об нас ноги..

– Что ж,– Кира Николаевна поднимается.– Теперь понятно, откуда у Светы такой характер. Я ошиблась. Это не юношеский максимализм. Это необоснованный гонор. С возрастом такая особенность характера не проходит. А лечится она исключительно трудностями и жизненными трудностями. Именно их мы вам и предоставим.

– Единственный человек в нашей квартире с необоснованным гонором и чувством собственной важности – это ты,– опускает подбородок мама.

Мне очень приятно, что она настолько обо мне заботится, но в глубине души слова Киры Николаевны меня пугают.

Я прекрасно знаю насколько большое влияние у Александра Викторовича – отца Артёма. Да собственно у Артёма тоже. И мне крайне не хочется, чтобы з-за меня пострадала мама.

Но и представить жизнь с предателем я просто не могу. Артём сделал мне слишком больно. Мама правильно подобрала слово – растоптал.

Это именно то что он сделал с моим доверием и чувствами.

Благодаря ему, мне кажется я уже вообще никогда не смогу верить мужчинам. И сомневаюсь, что впринципе выйду замуж. А о браке с Артёмом речи и вовсе не идёт.

Но что делать? Как мне вывернуться из этой ситуации?

Мне нужно подумать. Просто время, чтобы подумать. Значит, его нужно выиграть.

– Мама, нет, – я придерживаю её за руку и выразительно смотрю в глаза. – Думаю, что нам всё же не стоит рубить сгоряча. Понимаю, что тебя захлестывают эмоции. Поэтому, лучше приляг и отдохни. Сама знаешь. У тебя сердце. Тебе опасно волноваться.

Мама сначала явно собирается спорить, но всё же знаем друг друга мы очень хорошо. И она быстро понимает, что я прошу её довериться и разрешить мне поступать на собственное усмотрение..

– Да, – она трет виски.– Пожалуй, ты права. Это слишком большой удар. А ты знаешь, я человек эмоциональный.Кира…

– Всё впорядке,– Кира Николаевна мгновенно реагирует на смену тона и тоже включает свою обаятельную теплую улыбку, на которую я уже больше никогда не поведусь. – Я понимаю, Наташ, Светочка. Правда понимаю. И честное слово, совсем не хочу не давить, ни ругаться, ни тем более переходить к крайним и жестоким мерам принуждения. Ведь все мы – я, Саша и конечно же Артём, уже считаем вас частью нашей семьи.

Ну, да. Конечно. Хорошо поёшь. А правдиво-то как. Настоящий актёрский талант.

– Я пока пойду. Понимаю, что вам нужно прийти в себя. Мне между прочим тоже,– Кира вздыхает. – И повторяю– я обязательно серьезно поговорю с Артёмом. Не только я, но и Саша тоже. То, что Артём вытворил чудовищно и недопустимо. Хотя я уверена, что это всё подстроено Ромкой.

Ну, да. Виноват кто угодно, но не ваш сын.

Я едва сдерживаюсь от того, чтобы не закатить глаза.

– Хорошо. Кира, А я и правда пойду полежу. До встречи.

Мама, впрочем, тоже в актерском мастерстве не уступает и мастерски изображает усталость, апатию и слабость. надеюсь, что только изображает.

Насчет сердца я не придумывала. У мамы и правда с ним хронические проблемы. Не хочу, чтобы из-за всего этого кошмара у неё ухудшилось здоровье.

– Да, конечно, Наташ. Отдыхай, не рискуй. И если станет хуже. Не дай, Бог, конечно. Сразу же звони. Я направлю тебя к кардиологу. Лучшему в городе.

– Спасибо, Кирочка, – мама даже умудряется выдавить из себя пусь слабую, но улыбочку.– Надеюсь, не расклеюсь окончательно.

Она смотрит на меня. Кивает Кире Николаевне и выходит из комнаты.

Кира Николаевна разворачивается ко мне.

– Я тоже, пойду, Светочка. Мне неловко, что я так на тебя надавила. Это было очень грубо с моей стороны.

– Мне очень больно, Кира Николаевна,– в этом я совершенно искренняя с ней.– И я правда не знаю как мне жить с Артёмом после того, что он сделал.

– Я просто прошу, дать моему сыну шанс, – мы оказываемся у входной двери, где Кира Николаевна обувается в белоснежные туфли на высокой шпильке.

Дорогие, строгие, элегантные какой она и сама хочет казаться.

– Я попробую. Но мне будет невероятно сложно. Даже не представляю как мне произносить свадебные клятвы, обмениваться кольцами и целоваться под крики “Горько”, зная, что мой новоиспеченный муж уже предал меня. Я ведь и смотреть на Артёма нормально не смогу.

лучшая и самая достоверная ложь та, которая основана на правде. И я использую это правило по полной.

– Пересиль себя, Светочка, – Кира Николаева гладит меня по плечу.– Поверь, оно того стоит. Тем более, Артём действительно тебя любит.

– Верится с трудом, но попробую, – я горько усмехаюсь. – Тем более, что выхода у меня другого нет, по вашим словам.

– Боюсь, что так, – разводит руками Кира Николаевна.

– Что ж, – я открываю дверь и выпускаю сначала её, а после выхожу следом. – Буду учиться переступать через себя. И бороться с гордыней.

– Я говорила жестокую, но правда, – Кира Николаевна поджимает губы и нажимает на кнопку лифта, пока я закрываю дверь. – Сейчас всё это слышать тебе неприятно. Но через время ты оценишь.

Мы заходим в лифт вместе.

– Решила прогуляться?– Интересуется она.

– Частично. Нужно сходить в аптеку за успокоительным. И мне и мае оно сейчас необходимо.

– Понимаю, – вздыхает Кира Николаевна. – Я наверное себе тоже куплю. Но уже возле дома.

Мы выходим во двор и она подходит к своему ярко красному “мини-куперу”.

– Ну, что ж…, – начинает она и вдруг, улыбается непривычной дя меня заискивающей улыбкой. Глядя мне за спину. – Ой, Владимир Витальевич. Какая встреча!

Я оборачиваюсь и вижу выходящего из парадной своего нового знакомого.

– Мы знакомы? – Он выгибает тёмную бровь.

– Ну, лично конечно нет. До этого момента.– Кира Николаевна полностью забывает обо мне и сосредотачивается на Владимире.

Меня даже интригует такая реакция. На всегда держанную, с чувством собственного достоинства Киру Николаевну это совершенно непохоже.

– Но мы вполне могли знать друг о друге заочно. Я так совершенно точно. – Снова льстивая, заискивающая улыбка.– Назначение и приезд нового судьи округа всегда большое событие. Тем более, такого уровня как знаменитый – Антонов.

Владимир выслушивает эту речь с откровенно скучающим видом. Будто он слушает подобные речи по сто раз на дню.

Впрочем, кто знает. Вполне возможно всё так и есть.

– А я Кира Стрельникова, – протягивает она руку и Владимир отстраненно пожимает её. – Мой муж Александр Стрельников. Глава корпорации “Трэйд”.

– Ясно, – сухо отвечает Владимир.

В отличии от Киры, он почему-то смотрит на меня и я сама не знаю почему, смущаюсь под этим пристальным взглядом взрослого состоявшегося мужчины.

– А вы здесь живете?– Продолжает пытаться завести светскую беседу с судьей Кира Николаевна.

– Да,– он улыбается лишь уголками губ. – Я сосед очаровательной Светланы. Которая к сожалению для меня уже выходит замуж. Поздновато я приехал. – Он смеётся. Но глаза остаются серьезными.