Текст книги "Огненное недоразумение в Академии Драконов (СИ)"

Автор книги: Анна Драко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

11. Щит и тюль

Как завороженная смотрю на взмывающего в небо дракона. Черная чешуя под светом огненного шара отливает красным золотом. Большой, невероятно красивый, грациозный, он поражает своей могущественностью. Одного только взгляда на этого ящера хватает, чтобы понять, насколько он силен и увериться в том, что у него все получится.

Дракон ловко уклоняется от пары смертоносных лучей и облетает шар сначала вокруг, а потом поднимается еще выше, скрываясь в оранжевом тумане. Слышен только гул от псевдо-солнца и звуки ударов от летающих каменных осколков. Все замерли и кажется, что даже перестали дышать.

Еще один разрушающий луч тянется от шара к стенам академии, моргает, истончается, а потом огненный шар будто бы начинает схлопываться внутрь. Он резко уменьшается в размерах, а потом наоборот стремительно увеличивается, поглощая своим светом метр за метром вокруг.

Декан и магистры шокированно что-то обсуждают между собой, но я не могу расслышать ни звука – все заполонил собой гул от шара. Страха почти нет, есть ощущение неотвратимости и безысходности. Не погибли от лучей, погибнем от самого шара. Где-то на окраине сознания мелькает мысль о том, что Рэйнхард был ближе всех к поверхности этого убивающего псевдо-солнца. Неужели…

Чувствую жжение в груди, растекающееся от сердца к рукам, а потом к кончикам пальцев. Яр рядышком тихо рычит и начинает усиленно хлопать крыльями. В глазах яркая вспышка, а потом кажется, будто я взрываюсь изнутри.

Прихожу в себя уже сидя попой на земле. По рядам адептов и преподавателей пробегается громкий облегченный “ох”. Расширяющаяся поверхность шара будто наталкивается на прозрачную непробиваемую стену и растекается по ней, постепенно угасая. Летающие осколки один за одним падают с глухим стуком на землю, воздух наполняется пылью и гомоном голосов.

– Господин Арвен, – восхищенно бухтит магистр по защите от стихийных атак. – Это было великолепно! Я очередной раз восхищен вашей силой и собранностью! Мы все растерялись, а вы создали такой потрясающий и мощный воздушный щит!

Декан хмурится и наклоняет голову:

– Я думал это вы, магистр Стилг, – говорит он и оглядывается.

Повисает неловкая театральная пауза. Я стараюсь держаться как можно более незаметно, хотя руки все еще горят, а голова кружится все сильнее.

– Кто-нибудь видел господина Кэннета? – озабоченно спрашивает магистр Фоган. – Он успел улететь подальше от шара? Или…

От мысли, что этот невыносимый темный маг мог не успеть спастись, становится не по себе. Я высматриваю сначала в небе, которое окрашено в ядовито-оранжевый после взрыва, а потом и на земле фигуру огромного черного ящера. Ну уж его-то должно быть хорошо видно!

Но его все нет. В горле начинает саднить и я расстроенно смотрю на дракончика, который очень недовольно фыркает и улетает куда-то назад. По рядам адептов проносится удивленный шепоток, и девчачьи ахи.

Взгляды всех обращены в одну сторону – из пыльной дымки появляется Рэйнхард. Я даже вздыхаю с облегчением, пока до меня не доходит. Он абсолютно спокойный, даже равнодушный, абсолютно неотразимый и абсолютно… голый!

Мамочки мои родные! Не смотреть вниз, не смотреть вниз! Повторяю себе это как мантру, сосредотачивая свое внимание на красивых рельефных грудных мышцах, кубиках пресса, v-образных мышцах… Ох-ох! Не смотреть!

Конечно, глупо было ожидать, что на нем из ниоткуда появится одежда, после того, как тут земля была усыпана ошметками его рубашки и брюк. Но все же…

Я краснею так, что даже мои и без того огненные волосы меняют оттенок, зажмуриваюсь и как-то неловко взмахиваю руками, а потом слышу недовольное и почти настолько же неприличное, как вид самого ругающегося голого мужчины, ругательство. Едва-едва приоткрываю один глаз.

На Рэйнхарде висит тюль, закрывающий лицо и всю верхнюю половину тела и совсем не прикрывающий самое стратегически важное место, на которое я все еще целомудренно стараюсь не пялиться.

– Ой, – вырывается у меня, когда ткань потихоньку сползает вниз, открывая пронизывающий и бьющий наповал темный взгляд Рэйнхарда.

– Адептка Орто! – он практически рычит с явным обвинением в голосе. А ведь до этого у меня получалось быть незаметной…

Он делает несколько шагов ко мне, но я чувствую, что волнение и напряжение переваливает за какой-то предельный порог. В глазах темнеет, по верхней губе стекает теплая струйка, отдающая металлическим запахом. Мир гаснет.

***

– Я, как попечитель академии, должен знать, что с адепткой Орто, – с неприкрытой угрозой в голосе говорит Рэйнхард.

– Глубокое магическое истощение, наложенное на нервное потрясение, – дребезжащим старческим голосом без единого признака того, что он испугался, отвечает кто-то. – Она может очнуться хоть в любую минуту, хоть через неделю.

Разговор едва слышно, как будто сквозь толщу воды. С трудом разлепляю глаза, рассматривая белоснежный потолок с тремя дрожащими солнечными зайчиками. Один быстро пересекает потолок от стены к стене и исчезает. Пахнет лекарственными настойками и свежим бельем.

В горле першит – пересохло так, что я закашливаюсь. Рядом со мной мгновенно материализуется Темный. Подает мне стакан с водой, а смотрит так, что я понимаю – я опять что-то сделала не то.

12. В лазарете

Рэйнхард опускается на чёрный стул рядом со мной.

– Ты проспала первую пару, – произносит глухо.

Приподнимаюсь на локте под скрип кровати. Смотрю на него вопросительно. Он сейчас шутит? Ведь да? В голове манная каша, даже не могу придумать ничего остроумного в ответ. Все мысли заняты единственным желанием – пить.

Правой рукой тянусь к стакану. Пальцы будто онемевшие и слушаются плохо.

Принимаю из мужских рук стакан. Обхватываю прозрачное гладкое стекло, вот только стакан оказывается слишком тяжёлым. А может быть, это я настолько слабая, что не могу даже удержать его. Миг, и вода оказалась бы у меня на кровати, а не во рту, но реакция Рэйнхарда молниеносна.

Он накрывает мои холодные пальцы своей огромной горячей рукой, надёжно удерживая стакан.

– Я помогу, – произносит сухо.

Не спрашивает. Просто ставит меня в известность.

Чувствую, как его вторая рука зарывается мне в волосы, фиксируя затылок. Продолжая накрывать мои пальцы своими, он подносит стакан к моим губам.

Делаю глоток. Боже, я никогда не пила ничего вкуснее этой чистой, свежей и прохладной воды! Ммм, восхитительно!

Закрываю глаза от наслаждения, когда живительная влага разливается во рту, гасит в нём противную сухую пустыню.

Жадно пью, и всё никак не могу напиться. Ещё. Сильнее наклоняю стакан, и несколько капель проливается мимо рта, стекают тонкими струйками с уголков губ.

Всё! Теперь можно жить!

Распахиваю глаза и натыкаюсь на потемневший взгляд мужчины напротив, про которого я и думать забыла, когда набросилась на воду.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга. Мне непривычно видеть его так близко.

Чувствовать его запах. Терпко-пряный аромат сандала и чёрного перца. Очень мужской.

Губы Рэйнхарда плотно сомкнуты. Он нахмурен, между бровей залегла вертикальная складка, на скулах заметная небритость.

Кончики пальцев начинает покалывать от навязчивого желания коснуться его щеки, чтобы проверить, колючая ли? Никогда не хотелось ничего подобного, тем более со взрослым мужчиной!

И вообще, что за мысли?! Злюсь на себя. Сколько ему лет, и сколько мне! Да он старше на целую жизнь! Или лет на пятнадцать? А разве это мало?

Куда он смотрит? Чувствую, как по подбородку стекает струйка воды, которая пролилась из стакана.

Высвобождаю руку из его захвата. Почему-то сразу становится неуютно и холодно. Большим пальцем провожу от уголка рта и вниз, слегка оттягивая губу. Вытираю воду.

Замечаю, как нервно дёргается кадык Рэйнхарда, после чего он резко отворачивается и встаёт. Ставит пустой стакан на столик у стены, заставленный бутыльками и склянками разных форм и размеров: пузатых из зелёного стекла, высоких с узким горлышком из коричневого.

Моргаю и облизываю губы. Откидываюсь на подушку и смиренно пристраиваю руки поверх одеяла перед собой.

Рэйнхард стоит у окна спиной ко мне, убрав руки в карманы брюк. Ноги расставлены в уверенной позе.

Отмечаю его широкую ровную спину, чёрный камзол из плотного сукна, чётко скроенный по фигуре. Явно стоит как весь наш с родителями домишко.

От всего его силуэта веет могуществом и силой. Он заполняет своей энергетикой всё пространство комнаты. Даже когда стоит спиной и не смотрит на меня, вот как сейчас.

Длинные угольно-чёрные волосы лежат на спине и плечах.

Комкаю пальцами грубый белый хлопок простыни, гася внутри себя безотчётное желание пропустить сквозь пальцы чёрные как ночь, мужские волосы. Интересно, какие они наощупь? Жёсткие, как грива пегасов, или мягкие, как…

Проклятье, да что это такое?! Зеваю. Снова хочется спать. Сознание уплывает. Наверное, поэтому в голову лезут странные мысли.

Глупости! Ведь это Рэйнхард!

Грубый бесчувственный мужлан, способный только язвить и приказывать!

Веки становятся тяжёлыми, тело погружается в уютный белый туман, сознание делается вязким, а мысли тягучими, и я засыпаю.

Мне снится, как по моей щеке проводят тыльной поверхностью пальцев. Легко, едва касаясь, почти невесомо. Аромат сандала и чёрного перца успокаивает. Я чувствую себя в безопасности.

Определённо, это сон. Потому что с чего бы магистру теней касаться меня?

Просыпаюсь от дзиньканья склянок и тихо ругнувшегося женского голоска.

Разлепляю веки. За окном поздний вечер или глубокая ночь. Знакомая больничная палата тонет в темноте. Единственный свет исходит от круглого магического светильника на моей тумбочке.

Метрах в трёх от меня у столика, заставленного лекарствами, молоденькая девушка в белой мантии с забранными в высокий хвост гладкими русыми волосами суетливо вытирает пролитое.

Потягиваюсь и сажусь на скрипучей кровати. Озадаченно чешу затылок.

– Привет! – шепчу, зевая. – Не знаешь, где туалет?

– Ой! – та вздрагивает и опять что-то разливает. – Там.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Показывает рукой на неприметную серую дверь с облупившейся краской в стене. Таращит на меня глаза, после чего поворачивается на каблуках и, не говоря ни слова, выбегает в другую дверь.

Эээ… Ладно. Разминаю затёкшую шею, спускаю босые ступни с кровати. Осматриваю себя. На мне ночная рубашка из плотного белого хлопка с воротом под горло и длиной до пят. Рукава наполовину закрывают запястья. Тут же их закатываю, чтобы не мешались.

Слезаю с кровати. Шлёпая босыми ногами по холодному каменному полу, иду к серой двери. За ней уборная. Вполне приличная, чистенькая и пахнет хлоркой. Унитаз, крохотная ванна, даже мыло и зубной порошок на рукомойнике. Красота!

Умываюсь, чищу зубы. Порошком и пальцем, ну а что поделать, хоть так! Кое-как приглаживаю воронье гнездо на голове. Бледная, конечно… Краше в гроб кладут. Такое чувство, что даже немногочисленные веснушки, и те побледнели. Только волосы горят рыжим огнём. А может, мне просто так кажется на фоне белой кожи.

Закончив рассматривать себя, толкаю дверь и возвращаюсь в палату.

На тумбочке у кровати под единственным светильником обнаруживается поднос с золотистым куриным бульоном, парой ломтиков серого хлеба и травяным отваром в жестяной кружке. Как умопомрачительно пахнет! Ммм…

Живот требовательно урчит. Вмиг оказываюсь рядом. Плюхаюсь на кровать, пододвигаю поднос. Набиваю полные щёки хлеба. Набрасываюсь на бульон. Боже, какая я голодная! Как всё умопомрачительно вкусно!

Закончив с едой, обхватываю кружку с отваром двумя руками и даже успеваю сделать глоток, когда вдруг слышу знакомый голос.

– Я смотрю, идёте на поправку, мисс Орто.

Чуть не давлюсь отваром. Оборачиваюсь всем корпусом к окну, вскидываю глаза и заливаюсь краской. Я так увлеклась едой, что совсем не заметила: в комнате я не одна.

13. Ночь в лазарете

Бездна! У него что других дел нет, кроме того, как постоянно пугать меня до полусмерти. Он только вошёл? Или был тут всё время, пока я руками запихивала хлеб в рот?

Очень неловкая ситуация. Но в конце концов, сколько можно меня смущать? Краснеть мне надоело, и я выпаливаю с вызовом:

– Магистр Кэннет, неужели нет другого времени для этого разговора? Сейчас ночь и я хочу… спать.

На слове «спать» мой голос сорвался, потому что в этот момент я встретилась взглядом с темными как ночь глазами магистра.

Бездна! Что я творю? Он меня и так не переносит, а я, кажется, сейчас ему надерзила.

– Не сомневаюсь адептка Орто, – вкрадчиво начинает Тёмный. – Что вы хотите спать. И, представьте себе, весь преподавательский состав Академии мечтает о том же.

– О чём? – шёпотом спрашиваю я. – Чтобы я спала?

Магистр презрительно хмыкает, а потом неожиданно рычит:

– Вы, правда, не понимаете, что именно вы сделали?

Я едва не подпрыгиваю на кровати.

– Я? Но я ничего не делала. Вы же не думаете, что этот жуткий шар создала я?

Магистр Кэннет закатывает глаза:

– Пожиратель пространства создаётся как минимум несколькими сильными магами. Нет, адепт, вы пока не в состоянии это сделать, к тому же у вас алиби. Вы были рядом со мной. Но знаете, я бы не удивился. С первого дня знакомства с вами я говорил, что вы опасны для окружающих. Самый простой способ борьбы с такими как вы, был бы надеть на вас блокаторы магии на всю жизнь.

Судорожно выдыхаю, чувствуя, как страх перед этим опасным мужчиной сменяется злостью. Поднимаюсь с кровати и, сжав кулаки, высоко вскидываю голову:

– Вы, магистр Кэннет, сторонник лёгких путей? Вам проще всего стереть человека, превратить в пустышку? Я думала Академия на то и Академия, чтобы учить контролировать магию. Но да, для вас проще надеть блокаторы.

Отчётливый зубовный скрежет в ответ. Ну вот, опять хамлю. Ну так довёл же, гад. Спрашиваю, глядя ему в глаза, потому как терять мне, похоже нечего:

– Меня отчислят?

Глаза магистра медленно проходятся по моей фигуре сверху вниз и обратно. Только теперь я вспоминаю, что стою перед мужчиной в одной ночной рубашке, пусть и полностью закрытой. Но ойкать и закрываться поздно.

Неуловимо быстрое движение, и магистр оказывается рядом. Нависает надо мной. Меня окутывает аромат сандала и чёрного перца. Мужские пальцы требовательно касаются моего подбородка и заставляют поднять лицо вверх.

– Откуда в этой мелкой пичужке столько дерзости? – цедит он, останавливая взгляд на моих губах.

Именно пичужкой в лапах огромного хищного кота я себя сейчас и ощущаю. Голос магистра вызывает вибрацию у меня в позвоночнике. Чувствую, как слабеют ноги. Он слишком близко, давит на меня своей энергетикой.

– Не в этот раз, адепт Орто, – продолжает он. – Так уж случайно получилось, что ваша неконтролируемая стихия спасла жизни нескольким десяткам адептов.

– Эт-то как? – осипшим голосом спрашиваю я, и не в силах справиться с нарастающей слабостью и головокружением, начинаю оседать.

Пол уходит из-под ног, сильные мужские руки подхватывают меня и опускают на кровать.

Когда в голове проясняется я снова вижу магистра, сидящего на стуле рядом с моей кроватью с холодным выражением лица.

«А руки-то у него горячее, чем душа, – мелькает неуместная мысль. – Кто-то же сказал, что у него нет сердца».

– Ваша слабость, Агния, – устало говорит он. – Вызвана тем, что вы неосознанно продолжаете держать щит.

«Второй раз он называет меня по имени», – мелькает у меня в голове, и только потом доходит смысл его слов.

– А? Что? Какой щит?

– Тот, которым вы прикрыли Академию. Именно поэтому преподавательский состав сейчас решает созданную вами проблему. Если щит снимет кто-то посторонний, то вы получите мощный магический откат. А это вряд ли улучшит ваше здоровье.

– И что же делать? – растерянно спрашиваю я.

– Снимать защиту, и делать это придётся именно вам.

– Но я же не умею.

– Повторяю, купол, который вы установили над Академией, тянет из вас силы. Я вообще удивлён, что вы ещё живы. Поэтому предлагаю сделать это прямо сейчас, – и добавляет после паузы: – Я помогу.

– Сейчас? – автоматически уточняю я, начиная подниматься. – Но мне нужно одеться.

– Я подумал об этом, – говорит магистр, глядя мимо меня.

Повернув голову, только сейчас замечаю плащ, висящий возле входной двери.

Ну да, все порядочные люди понимают, что одеваться надо. Только я способна бегать в неглиже перед посторонним мужчиной. Странно, что я вообще об этом вспомнила. Осталось ещё по всей Академии продефилировать призраком в ночной рубашке.

Через несколько минут, завёрнутая в просторный чёрный плащ, в сопровождении магистра я выхожу на лестницу. В том, что это именно его плащ ни мгновения не сомневаюсь. Дорогая ткань настолько приятна на ощупь, что я невольно сожалею, что не могу прочувствовать её всем телом из-за грубоватого полотна рубашки. От запаха сандала и горчинки чёрного перца кружится голова.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Из-за этого, или из-за общей слабости я ставлю ногу мимо ступеньки. Но полететь вниз не получается, потому что я меня опять подхватывают сильные руки. От испуга я зажмуриваюсь и судорожно вцепляюсь в своего спасителя. Кажется, даже треск ткани раздаётся. А когда решаюсь открыть глаза, лицо магистра оказывается слишком близко. Это я его притянула с перепугу? Пытаюсь ослабить хватку. Но он вместо того, чтобы отстраниться, наклоняется ниже так, что я чувствую на своих губах его дыхание. Сердце пропускает удар.

14. Снять щит

Время застывает, перестает существовать, как и лестница, академия, все вокруг. Остались только мы вдвоем, здесь и сейчас, и только это реально. Ни он, ни я так и не разжимаем рук, держимся друг за друга, как будто это единственное в мире, что имеет значение. Мы так близко, что я ощущаю жар, исходящий от его тела, не вижу ничего, кроме его глаз, почти черных из-за расширенных зрачков.

Что я делаю?..

И почему он не отпускает меня?..

Сейчас мы вовсе не похожи на магистра и студентку. Я больше не ощущаю эту грань, разделяющую нас. Я вдыхаю его запах, и изнутри поднимается огонь, вихрь чувств, эмоций, совершенно неуместных и неправильных. Только не сейчас. Не к нему.

Как же хочется коснуться его губ…

Я чувствую, как его пальцы дрогнули, чувствую тепло даже сквозь ткань. Появляется нестерпимое желание ощутить его руки на своей коже. Голова кружится всё сильнее, но я не могу понять, почему. Это из-за щита или потому что он так близко?

Магистр поднимает руку и касается моих волос. Медленно и тщательно убирает выбившуюся прядь обратно под плащ. Так, как будто старается отвлечься, сосредоточиться на чем-то кроме моего лица.

– Нужно снять щит. Он убивает тебя, – тихо произносит он.

Ага, точно. Щит. Да.

Рэйнхард делает глубокий вдох, выдох – и отходит от меня. Тут же вновь подхватывает, потому что я покачиваюсь, теряя опору, но уже под руку, отстраненно, как будто ничего и не было.

Совсем не лишнее, у меня перед глазами все плывет, и с лестницы я бы точно сама не спустилась. Ну то есть спустилась бы конечно, но быстрее и неприятнее, чем хотелось бы.

К моменту выхода на свежий воздух, я немного прихожу в себя, и прохладный ночной ветер остужает мои пылающие щеки. Я внезапно начинаю осознавать, что только что чуть не произошло, и в голове творится настоящий хаос. Ужасно неловко.

Украдкой бросаю взгляд на Рэйнхарда, который продолжает вести меня под руку. Он выглядит так невозмутимо спокойно, что мне начинает казаться, что все, что было на лестнице – мой бред и галлюцинации, порожденные слабостью.

И правда, хватит фантазировать невесть о чем! Что он там говорил? Преподаватели могут снять щит, но боятся ещё больше навредить мне?

О, а вот, кстати, и они.

Нас встречают во внутреннем дворе академии с такими мрачными лицами, что у меня возникает твердое ощущение – если кто-то на экзамене и поставил мне высокие баллы, сейчас он об этом очень сильно жалеет.

Хотя магистр ведь сказал, что мой щит много кого спас…

– Не подозревал в вас таких талантов, адептка Орто, – произносит декан Арвен, меряя меня внимательным взглядом, как будто впервые видит.

– Извините, я… Кхм… Случайно… – смущаюсь я, мечтая только о том, чтобы все поскорее закончилось.

Арвен взмахивает рукой, будто отгоняет муху.

– Извиняться не за что, адептка. Даже наоборот… Но это все позже, сейчас важнее привести обратно в норму. И академию, и вас.

Рэйнхард отпускает мою руку, переставая меня поддерживать, и я тут же вновь ощущаю, как ноги начинают подгибаться подо мной. Темный магистр вздыхает и кивает Арвену, демонстративно возвращаясь на роль моей опоры.

– Я проконтролирую.

– Если готовы, можете приступать, – говорит магистр Стилг, одновременно делая несколько сложных пассов в воздухе.

Воздух на мгновение будто наполняется мерцающими блёстками, затем все пропадает. Понятия не имею, что он сделал, и очень хочется узнать, но расспрашивать магистра защиты от стихий я не рискую. Наверняка что-то полезное.

Преподаватели, один за другим, отходят подальше, и я начинаю паниковать. Я понятия не имею, что делать! Оглядываюсь на Рэйнхарда.

– Закрой глаза, – командует он.

Я так и делаю. И остаюсь наедине с темнотой. И ночными звуками.

Ветер шелестит травой и листвой деревьев. Где-то совсем близко стрекочет сверчок. Издалека, приглушённые окнами, доносятся чьи-то голоса, кто-то и в этот час ещё не спит, нарушая внутренний распорядок академии. Пахнет ночными цветами и почему-то мокрой землёй.

На всём этом я сосредотачиваюсь, чтобы игнорировать тот факт, что мы с темным магистром опять стоим одни, все ещё, на мой взгляд, слишком близко друг к другу, но теперь за нами с безопасного расстояния наблюдает половина преподавательского состава.

– Постарайся почувствовать щит. Это ведь ты его создала.

Его голос, низкий, чуть хрипловатый, вновь отзывается в моем теле, но теперь он ведёт меня, поддерживает, как и его руки.

– Это твоя магия, она подконтрольна тебе, ты слышишь её. И ты сможешь найти эту связь.

Я честно стараюсь дотянуться внутренним чутьем как можно дальше. И едва не подпрыгиваю, когда внезапно получается! Я словно начинаю видеть, все ещё не открывая глаз, но отчётливо воспринимая всем телом оттенки и переливы. Вокруг нас, на очень большое расстояние, действительно раскинулся мерцающий, завивающийся вихрями купол. И отблески, которые отражаются от него, даже дают мне "увидеть" смутные контуры стен академии и преподавателей.

Это что, все я сделала? Как?!

– Не отвлекайся, – руки темного сжимают мои плечи, усложняя эту задачу. – Ты – центр, источник щита. И ты должна увидеть это.

Когда он успел оказаться передо мной? Я недовольно встряхиваюсь, прогоняя лишние мысли, и вновь сосредотачиваюсь на внутреннем чутье.

Да, так и есть, через какое-то время я действительно начинаю понимать, что во все стороны от меня течет энергия. Щит впитывает её, тянет из меня, капля за каплей, струйка за струйкой… По спине пробегает озноб, когда я осознаю, что ни в коей мере не контролирую этот процесс. И возможно магистр прав, рано или поздно это действительно вытянет из меня не только магию, но и жизнь.

Но как разорвать эту связь? Мой мысленный взгляд мечется, пытаясь найти хоть какую-то лазейку, уязвимость…

– Не торопись. И не нервничай. Знаешь притчу про трёх сыновей и веник? Не пытайся убрать все сразу, у тебя не хватит способностей, и это может навредить тебе. Закрывай связь пошагово, сектор за сектором… А, этому вас ещё не учили… Тогда просто представь, что постепенно отрезаешь себя, источник, от щита. Поэтапно, виток за витком.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я послушно представляю, как будто бы мысленным ножом начинаю отсекать себя от окружившего нас купола. Спина холодеет от выступившего пота, когда я осознаю масштабность задачи. И я до сих пор даже не могу понять, как сотворила что-то настолько мощное, что сама не могу с этим справиться!

– Все получится, – его голос вновь вселяет в меня уверенность. – Впусти меня, я помогу.

Я непроизвольно дергаюсь, когда меня касается неприятное и леденящее ощущение чужой магии. И чистые, хаотичные вихри света вокруг меня начинает мягко окутывать чернота. Сразу становится заметна разница, Рэйнхард действует хоть и в разы аккуратнее, стараясь не вмешиваться, но куда лучше и опытнее меня.

Я расслабляюсь, действительно позволяя ему помочь, и мы продолжаем уже вместе, я почти физически ощущаю, как мне становится легче. Но это капля в море, и я вновь начинаю паниковать, понимая, что даже с помощью магистра я не справляюсь, что слишком сильный поток магии исходит от меня, осушая меня до капли и питая такой мощный щит. Ноги опять начинают подгибаться, дыхание учащается.

– Агния, соберись! – рявкает Рэйнхард, почти встряхивая меня. – Ты справишься!

Справлюсь? Я? Даже не смешно, я всё сильнее ощущаю свою ничтожность, как поток магии захватывает меня, и я барахтаюсь в нем, как маленький глупый котенок.

– Вот ведь… – магистр бросает короткое ругательство и резко прижимается своим лбом к моему.

Меня как будто подхватывает поток его магии, он накрывает и успокаивает, вновь направляя меня.

И в этот момент происходит нечто странное. Его сила и моя как будто переплетаются вокруг нас, начинают действовать в унисон. Не как чуждые, стихийная и темная, принадлежащие совершенно разным людям, но как если бы их сотворил один-единственный человек.

Я сжимаю зубы, и стараюсь как можно быстрее закрыться, отсечь себя от проклятого щита, уже не думая о том, кому там и как навредит спешка. И, повинуясь общему порыву, наши силы действуют почти синхронно, облегчая задачу.

Я не знаю, сколько это продолжается, кажется, что целую вечность. Но когда я вновь открываю глаза, то понимаю, что вокруг все ещё ночь.

И щита над нами больше нет.

А напротив меня стоит темный магистр Рэйнхард, и на его лице четко читается крайнее удивление.