Текст книги "Провалы. Книга первая (СИ)"

Автор книги: Анна Данилова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Чёртовы экспедиторы! – зло сказала Верен. – Есть какие-то идеи, предложения, кроме варианта «идти напролом»? Нет? Вот и прекрасно.

– Майор, подождите! – Алия помахала руками, привлекая внимание, – я читала и видела, что Водные сообщаются со Снежными провалами. Что если попробовать сначала войти в Водные (на них сейчас вообще внимания не обращают), а потом пробраться в Снежные?

– Маноку права, – заметил Прескотт, – если эти проходы существуют, то это наш последний шанс. Браво, Алия!

– Кстати, Лисс заметил наше отсутствие, – сообщил Сиф, – советую поторопиться.

– Ну, вы отправляйтесь, – улыбнулся Эрик, – а я поработаю на общее дело здесь, на поверхности, – и, обменявшись прощаниями, биологи тронулись в путь.

Как и Дика, Верен удивило то обстоятельство, что плиты, которыми был выложен пол, были отполированы. Но она решила не задумываться об этом сейчас. Нужно было сосредоточиться на успехе экспедиции.

Когда учёные проходили мимо выхода в Водные, Верен на секунду остановилась – из прохода открывалась потрясающая панорама: глубокое, прозрачное море, с колышущимися водорослями. Почти у самого берега плеснула хвостом огромная рыба и вновь скрылась в глубинах Великого Океана, оставив на поверхности расходящиеся круги. Но она любовалась этим зрелищем недолго. Впереди был холод Снежных и неминуемая встреча с экспедицией. Альма догнала свою группу, и вскоре они вышли к занесённому снегом неизвестному выходу в Снежные провалы.

Вскоре Эми уже прилежно уминала снег для постройки временной хижины. Мию отправили на поиски хвороста. Дик разбирал карты, защищая их от снега, а Сиф и Верен пошли на разведку, чтобы вовремя заметить приближение экспедиции, её состав и вооружение.

Миа, вернувшись с пустыми руками, забралась в хижину, чтобы погреться и просмотреть карты и книги, разложенные перед Диком. Он охотно объяснял непонятные значки и термины. Экспедиция всё не появлялась на горизонте, а метель становилась всё сильнее и сильнее.

– Как бы Верен и Сиф не заблудились, – мрачно сказала Эми, – от раций в такую погоду толку мало, верно?

Но вскоре вдалеке появились два человека с винтовками.

– Экспедиция идёт! – крикнула Верен, проваливаясь в снег по колено. Она с Сифом шагали к лагерю.

Вдалеке под гусеницами странной, почти пугающе-неправдоподобной машины заскрипел сверкающий снег. Верен проводила взглядом длинную вереницу двухъярусных машин, которые быстро ползли среди холмов. Метель почти заслоняла их очертания, но стальные корпуса ещё долго было видно сквозь плотную завесу снега, а грубое механическое жужжание, которое они издавали, доносилось сквозь шум метели. Жизнь в Снежных провалах как будто замерла.

Альма в который раз подозрительно окинула взглядом горизонт, словно ожидая какого-то подвоха, но всепоглощающая тишина, нарушаемая лишь воем ветра, не оставляла никаких зацепок. К этому времени лагерь уже свернули и почти бегом ринулись догонять странные машины.

Алия указывала дорогу. Она добросовестно изучала книгу, поэтому прочитала, что проходы зачастую тянутся вдоль всего провала.

Они долго пробирались по коридорам, которые с каждым поворотом становились всё более и более запущенными и запутанными. Когда учёные выбрались через один из люков, то вдалеке увидели серую, тускло поблёскивающую громаду металла – это были машины делегации. Экспедиция остановилась. Начиналась метель, но вскоре биологи увидели долину, окружённую со всех сторон снежными холмами. На дне её располагались железные машины экспедиции, которые с каждой секундой всё больше и больше засыпало снегом.

Верен разглядела их как следует только сейчас – большие, грамотно установленные на удлиняющиеся, в случае надобности, гусеницы. Их широкая ребристая поверхность не давала машинам проваливаться в снег, а прочная обшивка стойко встречала порывы ветра.

– Прекрасная техника, – восторженно сказал Дик, – чудо инженерной мысли. Жаль у нас таких не было, а, Верен?

– Так прямо и «чудо»? – недовольно спросила Альма, – настоящее вторжение в жизнь провала.

– Ну, посмотри на это со стороны человека, а не со стороны ярого учёного, – Шаррат пожал плечами.

Метель, тем временем, настолько усилилась, что машины экспедиции не могли двинуться дальше. Биологи подобрались к ложбине максимально близко и, скрывшись за сугробами, наблюдали за этим временным лагерем. Наконец Верен резко встала во весь рост и отряхнула с себя снег.

– Это просто невозможно, – сказала она, – прятаться, как насекомым. Нанесу дружеский визит коллегам, – и она решительно зашагала вперёд.

– Майор, – прошипела Эми, – вы ставите под угрозу секретность нашей вылазки.

– Да пусть уже идёт, – хмыкнул Дик, – может, переговорит с их начальником, который Дублус.

Лагерь был образован стоящими кругом машинами. В центре стояло несколько прожекторов, патруль вяло ходил от ящика к ящику, которые обозначали границу территории лагеря. Верен уверенно прошагала к стоящему на морозе полному мужчине, который запомнился ей ещё в их первую встречу.

– Здравствуйте, – отчеканила она.

– Здравствуйте, Верен, – казалось, Дублус ни капли не удивился такой встрече, – чем обязан?

– Нужно обсудить кое-что. Желательно очень быстро.

Дублус передёрнул плечами и, сделав приглашающий жест рукой, поднялся вверх по откидной металлической лесенке. Альма легко взбежала по ступенькам вслед за ним, и вот, они уже оказались в достаточно просторной комнате. Верен на секунду остановилась, удивлённая царившей в кабинете атмосферой. Казалось, они находятся не в самом центре Луны, а в рабочем офисе преуспевающего бизнесмена. Альма окинула взглядом просторное кресло, большой стол и календарь на стене, и остановилась на хозяине кабинета. Дублус снял тёплую куртку и сел за стол, а потом поднял на Верен добродушные глаза.

– Вы хотели поговорить со мной? Можете начинать.

– Спасибо, – Альма кивнула и остановилась перед рабочим столом, игнорируя кресло, – тогда начну с самого главного: я прошу вас, – «но скоро буду требовать», – зло подумала она, – одуматься и прекратить эту экспедицию. Её главной целью является, как я уже говорила однажды на Конгрессе, уничтожение провалов. Не стоит так смотреть на меня, маски сорваны, мы сейчас в недрах Луны, ваш проект на финишной прямой.

– Вы правы, Верен, – задумчиво кивнул Дублус, рассеянно смерив её взглядом, – возможно, это будет уничтожением. Но, увы, у нас сейчас есть только одна дорога – к центру Луны. Экспедиция не повернёт обратно, как бы вы этого не желали. У вас, кстати, тоже только одна дорога – назад, на поверхность, а оттуда кораблём до Земли, потому что после такой выходки вас точно не оставят в проекте.

– Есть и другой, – ощетинилась Альма, – вслед за вами, пешком к вашей цели. Там уж на месте разберусь, как мне поступить.

Дублус пожал плечами.

– Не хотите прогуляться недалеко? – неожиданно мирно спросила Верен, – пока ещё темно. Покажу вам кое-что из жизни провала.

Дублус снова пожал плечами, но встал и проследовал за Верен наружу. Лисс нервно вышагивал взад-вперёд по центру лагеря, увидев начальника экспедиции и Верен, он лишь поднял брови, пожал плечами, словно говоря «сумасшедшие люди». Альма взобралась на гребень заснеженного холма и внимательно всмотрелась в тёмную до самого горизонта снежную пустыню. Но вот в её глубине показалось слабое свечение, и стадо лунных оленей обогнуло высокий холм и рассеялось по равнине. Фосфорическое свечение их шкур мгновенно осветило равнину, снег заискрился под их копытами, и всё превратилось в сказочную игру бликов и тени.

Верен возвращалась в предутренних сумерках, когда метель уже закончилась. В лагере экспедиции постепенно закипела жизнь, и учёные начали откапывать глубоко увязшие в снегу машины, небо светлело, а Эми Рейл, расхаживая настороже возле временного укрытия биологов, уже начинала клевать носом.

Они снова тронулись в путь, постепенно отдаляясь от машин экспедиции. Изредка Алия сверялась с картами в своей книге и указывала более короткий путь по бесконечной сети туннелей. Несколько из них были настолько узкими, что приходилось протискиваться боком, мелкими семенящими шагами, а спиной чувствовать, как сзади нависают многотонные глыбы лунной породы. Учёные шли весь день, на ночь разбивали лагерь, если повезёт – то где-нибудь в тоннелях, если нет – искали небольшие ложбинки и рыли снежные хижины.

У Маноку оставалось много времени для изучения её драгоценной книги, и однажды, сидя часовой под неярким фонарём и шерстя информацию, она нашла бумажку: «.как же я жалею, что мы начали всё это дело… думаю, спрячем этот бутафорский эллиолит».

– Гэб, – сказала она следующим утром, демонстрируя подруге записку, – что бы это значило?

– Чью-то аферу по подделке минерала, – пожала плечами блондинка, – больше у меня вариантов нет.

– Ну, у меня, положим есть парочка мыслей о всемирной теории заговора… – начала было Маноку.

– Нет-нет, избавьте, – помотала головой Сьюго, – нам пора.

Биологи шли дальше, и перед их глазами, один за другим, развёртывались фантастические пейзажи. Белоснежный покров многолетнего снега мягко сглаживал невысокие холмы, деревья с остро изломанными ветвями рощицами громоздились где-то на их склонах. Голубой лёд промёрзших водоёмов отражал ослепительный блеск снега. Как-то раз вдалеке они увидели забавляющихся животных – одного побольше и двух поменьше. Те, что поменьше, увлечённо кувыркались в снегу и, падая на спину, размахивали в воздухе лапками. Старший ставил их на ноги и зло хлестал себя хвостом по бокам. Эми узнала животное, которое напало на неё в первую экспедицию и похолодела.

Наконец, впереди замаячила стена пещеры.

Экспедиция на машинах пришла днём позже, попав в сильный буран. К этому моменту Верен, Дик и курсанты уже успели обследовать небольшую пещеру, которая углублялась в стену провала на несколько десятков метров, обследовать её, разбить временный лагерь и измучать себя сомнениями. Зато, увидев машины экспедиции, которые медленно продвигались по снежной равнине, Верен восторжествовала.

Экспедиция расположилась по соседству с лагерем биологов, снова поставив машины кругом. В широкие зазоры между этими машинами выносили сборные детали буров, рабочие устанавливали их возле стены провала. Это странное соседство побудило Верен поглубже вникнуть в жизнь лагеря конкурентов. В очередной раз парируя какую-то шутку Дублуса, она увидела среди рабочих Актавию.

– Это ваша старая подруга? – спросил Дублус, перехватив взгляд Альмы.

– Да, – кивнула Верен.

– Привет, – Сиркл обратила внимание на пристальный взгляд подруги и помахала ей рукой, – вот я и снова в Снежных, верно?

– Конечно, – натянуто улыбнулась Альма, – вместе с этой экспедицией.

– Я никогда не была за уничтожение провалов, ты же знаешь, – со свойственной ей проницательностью серьёзно сказала девушка, – но за участие в этом проекте – пусть и номинальное – платят большие деньги. Деньги, на которые я смогу наконец-то выбраться из этой подводной «Сферы» и вернуться в науку, закончив образование. Извини, если разочаровала.

– Да нет, – качнула головой Верен. Хотя сама она чувствовала, что разочаровалась.

И вот, сборка буров была закончена, и огромные машины начали вводить в пещеру.

– Пойдёте с нами? – вежливо спросил Дублус.

– И без вас тошно, – огрызнулась Альма и, – зачем мы только шли сюда? Что я сделала для провалов?

– Мы уже сделали всё, что могли, – пожал плечами Дик.

Не сговариваясь, они пошли вслед за рабочими. Тишина и сырость коридора подавляла всех, стихли весёлые шутки и разговоры. Наконец, вот она, конечная цель их путешествия, тонкая прослойка горной породы, за которой находится сверкающий эллиолит.

– Мне думается, – произнёс один из рабочих, – первый по залежам удар должен сделать начальник.

Дублус кивнул и прошёл вперёд. Повисла такая тишина, что можно было услышать жужжание мухи, будь здесь она. Торжественные ряды рабочих и учёных и сникшие курсанты выстроились по обеим сторонам. Дублус подошёл к установке и взялся за рычаги, приготовившись рубить твёрдую породу, когда в боковом коридоре раздался звук тихих шагов.

– Стоять, – коротко сказала Верен. Эми не знала, какие аргументы у неё есть, но надеялась, что весомые.

Но на следующие пять секунд воцарилась неразбериха: Верен почти бегом ринулась к Дублусу, Миа и Сиф перехватили тех, кто пытался остановить майора, а Дублус одним движением дёрнул рычаг.

Кусок лунной породы с грохотом обвалился вниз и мужчина резко остановил бур, потянув на себя один из рычагов.

В наступившей тишине голос Эми прозвучал очень ясно и звонко:

– Это не он! Не эллиолит! Его нет!

========== Глава XII. За дело берётся Майор ==========

– Смогу ли я прибить

ещё одного?

– Курсанта, что ли?

Из диалога Верен и Дика

Свободного времени у Верен было предостаточно: теперь она была занята только один день в неделю, тем более он длился лишь семь часов. Проведя в уме нехитрые вычисления, можно было понять, что это чуть больше одной третьей ото дня. Все остальные семь часов (вычитая время на еду и сон) она либо маялась от скуки, либо размышляла. Мысли были невесёлые: она хотела выяснить, кто же хочет гибели провалов, но как она ни напрягала мозги, ответ не хотел находиться. Даже наоборот, тьма ещё больше сгущалась. Изредка луч озарения выхватывал из тьмы какую-то деталь, но вокруг из-за этого всё казалось ещё темнее.

Анаит не умела действовать по плану, поэтому металась по всему куполу, собирая разрозненную информацию. Изредка она забегала к Актавии, чтобы выпить чаю и посудачить о прежних временах. После таких разговоров на сердце становилось теплее, но как только она уходила, грусть и усталость казались ещё более нестерпимыми. Она скучала по провалам. И вот, к ней в голову пришла мысль, которая показалась ей гениальной, но оказалась практически неисполнимой. Девушка решила обзвонить всех тех, кто обучался с нею. Те, кто не прошёл вступительные экзамены, но был взят на Луну.

Хотя таковых было не очень много: ещё человек пять, выяснилось, что большинство из них сейчас очень-очень далеко. Разбросало бывшую дружную компанию по Вселенной. Кто-то вырвался на Энцелад*, сейчас летел куда-то в синюю даль на космическом корабле, кто-то сейчас был в Сахаре – бурил скважину, кто-то участвовал в постройке купола на Марсе, кто-то изучал Венеру, а кто-то улетел на Международный Конгресс, доказывать существование Нибиру**.

Всё это Анаит узнала от Актавии: та почти постоянно держала связь со старыми друзьями. Она же и сообщила подруге предполагаемое место нахождения каждого из несостоявшихся студентов, теперь уже знаменитых биологов. «Сейчас все уже мировые знаменитости, – вздыхала девушка. – Никого не соберёшь, Ана». Бывшая Майор, которая славилась своим упорством, и теперь не собиралась бросать дело так быстро. Трое из пятерых сейчас были на Земле. Поэтому «достать» их было вполне возможно, по крайней мере, так думалось Верен. Трудности, связанные с наведением справок, а также большие суммы за звонки куда-то на другой конец света её не остановили. Наконец, один отозвался: Вольф Чендер взял трубку и явно удивился, услышав голос старой знакомой, но к предложению собраться отнёсся холодно, сообщил, что занят, и бросил трубку телефона. Примерно так же поступили и другие двое: после бурных радостных излияний начинали объяснять Анаит о том, что это очень сложно и не стоит таких трудов и затрат.

Это подорвало веру девушки в человечество в целом, а также в дружбу. Она бы примчалась куда угодно по зову старого друга, но, как объяснила ей Актавия, не все сохранили детскую наивность и верность. Анаит молча оделась и ушла. Она долго бродила по кипящим жизнью большим улицам и маленьким тенистым закоулкам, думала о смысле жизни, философствовала. Раньше она не замечала в себе склонности к высоким размышлениям, да и судьба оберегала её от ситуаций, в которых нужно размышлять о высоких материях. Но теперь предъявила счёт. И Верен окунулась в мир мыслей целиком, захандрила. И так могло бы продолжаться до бесконечности, если бы Ако не записала её в клуб стрельбы.

Девушка стряхнула с себя апатичное настроение и вновь стала фонтанировать энергией: она резво прибежала в клуб и, выслушав инструктаж, нетерпеливо схватила в руки ружьё. Хотя она уже недели три не брала в руки ружьё, всё же рассчитывала поразить всех своим искусством. Первый выстрел попал лишь в краешек цели, вторая пуля улетела куда-то вбок. Дальше стрелять девушка не стала – она молча положила оружие и тихо скрылась. Ако, которая наблюдала эту сцену, слегка улыбнулась, но поспешила за своей подругой, чтобы постараться утешить её. Когда она вошла в небольшое обиталище, то увидела Верен, которая сидела, устало опустив голову на руки.

– Послушай, это же не конец жизни! – начала она утешительные речи. – Всё ещё впереди! Тебе двадцать два! Давай смотаемся куда-нибудь в отпуск! Верен! Молодость – это лучшая пора жизни, наслаждайся!

– Если бы ты знала, – раздался глухой голос бывшего Майора, – какой я себя иногда чувствую старухой.

Ако тихо ушла, справедливо рассудив, что сейчас подругу лучше не трогать. В такой позе Верен сидела до вечера. Наконец, она встала, расправила плечи, умылась и строго посмотрела на себя в зеркало. «Тряпка», – презрительно сказала девушка сама себе и торопливо ушла в комнату. «Никому не сломить Верен. Майора Верен!» – горделиво подумала она. До самой ночи в её комнатёнке не гас свет. Девушка бегала по комнате с сантиметром и карандашом в руках, время от времени что-то отмечая на разложенном на столе. Рассвет застал её уже на ногах. Она стремительно бегала по комнате, натягивая на себя тренировочный костюм. Девушка вышла на улицу. Где-то над океаном зарождался новый день. Яркие лучи проникли даже сюда и окрасили стену дома в розовато-серый цвет. Анаит подставила свету солнце и счастливо, искренне, впервые за много дней рассмеялась.

Девушка бежала по упругому асфальту. Он был тёплым, пружинил под ногами, словно подталкивая бегущую. Вчерашнее полное опустошение и в мыслях, и в чувствах оказало на Верен благотворное влияние: она твёрдо решила не бросать спорт, серьёзно заняться стрельбой, а ещё… А ещё перешить обычные синие жакет и брюки в форму провалов. Как-то это было и вправду очень наивно, даже немного смешно – носить такую неизящную одежду исключительно отдавая дань любимому делу. Но для Верен, твёрдо вбившей это себе в голову, всё было совершенно естественно.

Затем в её голове родился более смелый и точный план действий. Девушка уже давно подозревала, что ключ к отгадке мучившей её тайны следует искать не здесь, не под куполом. На твёрдой земле, на одном из крупнейших материков стоит проводить «расследование». Кто хочет уничтожить провалы? Этот человек сейчас затаился, а значит, время у неё есть. Наверное. Затем первоначальный план превратился в голове учёной в совершенную кашу, и она решила импровизировать. Одно было совершенно ясно – надо выбираться на землю. Возникли одна за другой много сложностей: где жить, где работать, а главное, как проводить поиски? Но бывшему Майору было уже всё равно. Она привыкла бросаться в дело очертя голову. Так легче, да и ни о чём не сожалеешь и не думаешь. Иначе сама незаметно для себя превратишься в нудную, зудящую старуху.

***

Верен в последний раз проверила рюкзак, попрощалась с хозяйкой квартиры, клятвенно пообещав каждый раз останавливаться только в её комнатах, вышла из дома и направила свои стопы к прозрачному шару охранного пункта. Ако сидела на своём месте, подперев голову руками. Ей одной Верен доверила абсолютно все свои планы, которые приняли в её воображении более-менее чёткое очертание. Она же (Актавия Сиркл) обеспечила подругу пропусками, справками и другими необходимыми документами.

Учёная легко вскочила в пассажирский батискаф и в неё упёрлось около пяти пар глаз. Все её соседи смотрели на Верен, словно на неведомо откуда появившееся чудовище. Потом начали перешёптываться. И наконец, один из них неуверенно, но с какой-то скрытой насмешкой спрашивает:

– Вы ведь… Майор Верен?

Ана недовольно нахмурилась, подёргала за отворот перешитого синего пиджака и ответила:

– Да.

– А что, собственно, вы делаете на Земле? – несколько удивлённо гнул свою линию юноша, подгоняемый нетерпеливыми взглядами других пассажиров.

– Да как же… – собиралась тоже удивиться, но несколько более несдержанно, чем собеседник.

И тут для учёной, Майора, с позором изгнанной с Луны, начинает понемногу что-то проясняться. «Никто не знает о том, что я вылетела из провалов. Никто, кроме наших, Актавии и… Роба. Но он-то тут каким боком?»

– Так что произошло? – продолжает донимать назойливый юноша, едва не тряся учёную за плечи, дабы та поскорее очнулась.

– Меня послали на Конгресс, – бесцветным голосом отвечает она. И девушку совершенно не заботит то, что Конгресса может и не быть, что сейчас её могут разоблачить, а это крайне нежелательно.

К крайнему её удивлению, собеседник удовлетворённо хлопает себя по коленям и улыбается:

– Я так и знал! Майор, это просто…

Верен не дослушивает. Небольшое судёнышко уже покачивается на поверхности воды, а когда люк открывается, она быстро вылетает наружу. После проверки документов, справок и прочего она быстрым шагом выходит в Стелинн. Этот город – плавучий. Он прочно и твёрдо стоит на множестве пластмассовых шаров, наполненных воздухом. Время от времени один или два из них трескаются, тогда их заменяют. Он почти никогда не колышется, даже в самые сильные бури сохраняя равновесие, лишь изредка подрагивая от особенно сильных валов.

Батискаф обратно отходил через пятнадцать минут. И за это время, путём сверхъестественного напряжения сил и энергии, девушка добыла все документы, необходимые для проезда до Купола, а также ещё миллион всяких мелочей, которые могли бы понадобиться. Словом, небольшое судёнышко приняло на борт её на вполне законных основаниях.

***

Сиркл привыкла к подобным выходкам своей подруги, но сейчас, увидев полчаса назад уехавшую с твёрдым намерением не возвращаться сюда по меньшей мере месяц подругу, она, мягко говоря, растерялась.

– В-верен, что, собственно, происходит?

– Ничего. Просто я возвращаюсь.

– А с какой, позволь узнать, целью?

– Я пробьюсь на Конгресс и…

– Нет! Ты же всё испортишь! Ой… То есть… Ладно. Я не хотела рассказывать тебе, но теперь придётся, – на лице у Актавии написано неудовольствие, её руки теребят какую-то бумажку, но она быстро опускает кисти под стол. – Мы хотели вернуть тебя на пост Майора. Я уже договаривалась со многими, и Роб тоже… помогал. Эстелла ради этого пошла в провалы… Ну вот. Так что своим визитом на Конгресс ты только всё испортишь.

Верен глядит на подругу исподлобья.

– Хорошо, – наконец отвечает она. – Сколько времени это займёт?

– Н-не меньше месяца, – подумав, отвечает Сиркл. – Даже двух.

Верен взяла рюкзак и идёт в тот самый маленький домик – снова снять комнату. Удивлённая хозяйка пропустила её, и девушка, бросив вещи, бесшумно выскальзнула на улицу. Хоть какая-то нить появилась в её руках. Теперь самое главное – это не потерять её, а держать. Она решила установить слежку.

Объектом стал Роб. Правда, следить за ним оказалось трудным делом – о пропуске в некоторые места, куда он входил, Верен могла только мечтать, а это очень затрудняло процесс. Но всё то время, что Лайс-младший проводил на улице, за ним наблюдала пара внимательных глаз.

Натренированная многочисленными лишениями, девушка отлично справлялась со своей задачей.

И однажды вышла на улицу поздно вечером: у Лайса в этот день был какой-то приём, поэтому Верен пошла туда же.

Где-то угадывались очертания полной Луны.

– Не бойтесь. За дело берётся Майор Верен, – сказала она и быстро и бесшумно зашагала по улице. Её провожали чьи-то внимательные глаза.

_______________

*Энцелад – шестой по размеру спутник Сатурна. Почти полностью состоит из водяного льда. Под ледяной коркой, видимо, существует океан жидкой воды, в котором есть все условия для возникновения жизни.

**Нибиру – «не открытая» планета, существование которой не доказано. Огромное небесное тело, находящееся за Плутоном. Единственная неизученная планета в Солнечной системе.

========== Глава XIII. Тропические провалы. Экспедиция вторая ==========

Тропические провалы.

Огромное разнообразие насекомых

и мелких млекопитающих

делает их одними из самых

интересных с точки зрения

биологии.

Из лекции Лисса

Габриэль вышла в коридор, и на неё тут же сел огромный мохнатый жук.

Она смахнула его рукой и пробормотала: «Ох! Ну вот опять!» Ей очень надоели насекомые, особенно те, что покрупнее. Они были совсем уж «наглыми», даже пробирались по ночам в палатки и бессовестно ползали по их обитателям.

Где-то послышались глубокие вздохи, видимо, не одной Габриэль надоели эти существа.

Весь день прошёл довольно однообразно. Экспедиция шла молча, Габриэль любовалась видами. Действительно, было на что посмотреть. Вдали виднелись очертания холмов, на которых произрастали огромные деревья с очень жёсткими листьями. Дальше виднелась узкая полоска озера, в которое впадала широкая река. А ещё дальше всё терялось в дымке.

Экспедиция основную часть пути шла по «лиановому лесу», так называла его одна из курсанток. Стволы деревьев обвивали толстые лианы, усыпанные огромными оранжевыми, розовыми, голубыми цветками, очень редко встречались зелёные, они произрастали в основном наверху. Бутоны обладали дурманящим сладким ароматом, именно поэтому возле лиан всегда вертелись насекомые. Туда-сюда шныряли маленькие зверушки. Они все были давно изучены и не привлекали почти ничьё внимание. Поэтому когда мимо прошагала на птичьих ногах рыба, никто не удивился.

Синта – пепельноволосая невысокая девушка, которая ещё на экзаменах удивила всех хладнокровием и меткостью, шагала первой. Далее устало топали несколько десятков курсантов.

Красивое голубое небо, ярко-зелёная растительность, над ухом жужжат насекомые. Что ещё нужно для счастья? Габриэль считала, что какое-нибудь неизученное животное разнообразило бы однообразный, немного скучный поход… Не успела Габриэль закончить свою мысль, как по небу пролетел кто-то. И этот «кто-то» двигался с изумительной быстротой. Габриэль заметила это «что-то», но точно не знала, то ли это было новое животное, то ли у неё уже начались галлюцинации.

– Наверно показа… – не успела Габриэль закончить, как кто-то снова пролетел прямо над её головой.

Она подняла глаза и увидела, как большая… нет, не просто большая, огромная птица парила в воздухе. Птица была синего цвета, размах крыльев достигал (как на глаз прикинула девушка) около четырёх метров. Летало существо настолько бесшумно, что, похоже, её заметила только Габриэль. Птица спустилась ниже, и только теперь блондинка разглядела, что это вовсе не птица. Существо очень походило на рамфонинха*. Лапы у него были перепончатые, оно имело плоский, длинный мохнатый хвост, с помощью которого отлично маневрировало.

Это существо давно уже улетело, как вдруг с неба прямо под ноги Габриэль спустилось перо. Сьюго была в восторге! Она шла, разглядывала перо, всё думала о нём. Птица и её перо настолько вдохновили её, что девушка чуть не врезалась в дерево.

Для Габриэль поход прошёл незаметно, оглянуться она не успела, как Лисс уже орал на курсантов, чтобы они быстрее разложили палатки и приготовили ужин. Отужинав, девушка убежала в палатку, откопала на дне рюкзака блокнот и карандаш, присела и зарисовала механизм полёта птицы, а также записала все свои наблюдения о необычном существе. Командир не очень благосклонно относился к Сьюго из-за её недавней выходки, а сейчас он ещё и был раздражён сверх меры тем, что его подопечные не могли как следует поставить палатки, поэтому Габриэль решила отложить доклад на утро.

Засыпала Габриэль, мечтая увидеть птицу и изучить её. Она сама не заметила, как погрузилась в глубокий сон.

Ночь была великолепна. Даже жалко было, что никто из людей не увидит её. С неба не светили ни Луна (естественно), ни звёзды, но всё вокруг было освещено мерцающим, мистическим светом, который лился, казалось, со всех сторон. Внимательный наблюдатель заметил бы, что свет исходит от белых цветов, которые были незаметны при дневном свете, но ночью мягко светились электрическим светом.

Проснувшись поутру, Габриэль вышла из палатки и решила пройтись. Лагерь ещё спал, даже Лисс не поднялся со своей койки, что было удивительно – он обычно просыпался первым в лагере. Следовательно, было ещё очень-очень рано. Так как единственные в экспедиции часы были у её командира, а лезть к нему в палатку девушка не испытывала ни малейшего желания, то пришлось ограничиться приблизительным «около шести». Ужаснувшись этой цифре, Сьюго влезла в палатку и попыталась проспать ещё немного, но сон никак не шёл. Тогда она решила предпринять небольшой поход в сторону леса.

Сборы были недолгими: она подхватила рюкзак, совершенно не обращая внимания на то, что больше половины вещей было раскидано по полу палатки. Затем, порывшись в продуктовых запасах, достала пару консервных банок (на всякий случай), прихватила ружьё и двинулась к тропическому лесу. В этот час он умолк. В чашечках листьев переливались блёстки росы, которые сверкали при неярком свете. Небо стремительно светлело. Внезапно где-то в глубине лесов кто-то начал дико завывать. Желание пойти поискать приключений поослабло, но самолюбие буквально закричало: «Нет! Иди и открой кучу новых животных, растений и минералов!» Поэтому, взяв для верности ещё и какой-то доисторический нож (его подарила девушке Алия, когда студенты были в Индии – обучались премудростям управления слонами), она двинулась в путь.

Огромные деревья заставляли учёную подумать о том, что она очень маленькая и беспомощная. Эта мысль ей не понравилась. Поэтому она тряхнула головой, словно прогоняя их.

Перед учёной открылась широкая гладь озера. Лес резко перешёл в песчаный берег, словно и не было этих величественных деревьев. На берегу прогуливались странные существа, похожие на очень жирных индюков. «Дронты**?» – пронеслась в голове блондинки мысль. Она тут же попыталась поймать одного, но птицы, видимо, были гораздо быстрее и увёртливее, чем их вымершие земные собратья, поэтому после минут пяти бесполезной погони девушка отказалась от мысли поймать такое существо живьём.

В воздухе стало чувствоваться тепло. Листья буквально на глазах расправились и потянулись к небу, ночные цветы сникли, закрыли бутоны, а дневные засияли своей яркой красотой. Побродив ещё минут пятнадцать, Габриэль решила, что пора возвращаться. Она повернула назад и пошла по зарубкам. Вскоре они стали попадаться всё реже. Девушка подошла ближе к стволу с значком и вскрикнула от удивления. Это была явно не её отметка. Она была старой, видимо, сделанной не меньше двух месяцев назад. Сначала Сьюго чувствовала лишь изумление, но потом кольнула страшная мысль: «А где мои зарубки?» Следующие полчаса прошли в бесполезных и беспорядочных метаниях по лесу, криков и истерик. Она заблудилась. А если учитывать величину тропических, можно было предположить, что искать её будут не меньше нескольких месяцев, а то и лет. Но будет ли ей нужна помощь спустя такое время?