Текст книги "Моя летняя зима (СИ)"

Автор книги: Анна Баскова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

– Жду поступления на счёт!

– Перечислю, как сядем в машину.

Теперь Максик берет меня за руку. Крепко. Неужели опасается, что слиняю от причитающейся суммы и не возвращенного им имущества? Говорю – подвижки в психике, на почве обещанного папой вихрастого отпрыска контракта…..

Минут десять, пробирались сквозь толпу туристов к автостоянке, по пути, Максимка получил травму: пытающаяся сфотографировать бастион тучная пожилая дама, пятясь задом, умудрилась наступить на ему ногу, в общем до серебристого Мерседеса, остановившись возле которого, Макс достал из кармана ключ на брелке, он можно сказать: доковылял.

Мне даже жалко его стало.

На переднее сидение рухнула исполненная сочувствия к травмированному Зимину, предложила заскочить в какое-нибудь медицинское учреждение, гипс на конечность наложить, и приобрести костыль.

Макс наотрез отказался.

Потом у меня вся жалость прошла, как только он мне денежные средства не перечислил. Ровно половину озвученной ранее суммы.

– Остальное Таисия получишь по окончании. Мне так спокойнее будет.

– Необходимо составить договор о намерениях, я помогу. – пискнула Настя с заднего сидения.

– Поможет. Настя в этой области специалист, помню мы с ней подобный договор подписывали, от некоторых пунктов, до сих пор волосы дыбом. – иронично поддакнул супруге Сергей.

Мы ехали вдоль побережья, запах хвои смешался с запахом неизвестных мне южных цветов, море пестрило яхтами и рыбацкими лодками, билось волнами о красные скалы, набегало прибоем на золотой песок, Макс как-то странно на меня косился, как будто первый раз видит….

Дорога вильнула огибая скалу, пробежала вдоль небольшой оливковой рощицы, и вот мерседес сбавив скорость катится по какому-то населенному пункту, утопающему в зелени. Заборов не вижу, вижу крыши домов спрятавшихся за буйной растительностью. Реликтовую сосну и пальму можно к растительности причислить? Будем считать, что можно, я причислила.

– Макс, навигатор тебя в объезд повел, проще сейчас повернуть налево, – Сергей подается вперед, вытянув шею смотрит в лобовое стекло.

Максимка следует указанию, выруливает влево, под колесами автомобиля зашуршал грунт, спустя пять минут, добрались таки до дома Игнатовых.

Белоснежное строение с широкими, прикрытыми жалюзи окнами, с просторной верандой по периметру, скорее можно назвать коттеджем, нежели виллой. Неподалеку от коттеджа имелся небольшой бассейн наполненный голубой водой. Но дело не в этом. Дом находился в окружении высоких сосен с густыми широкими кронами, в просветах между соснами искрилось лазурное море, казалось его тихое дыхание до моих ушей доносится. Необыкновенная красота! И над всей этой красотой – ярко – васильковый небосвод! У меня на карточке куча денег! И еще такую же кучу мне должен Максик! Не отдаст – утоплю.

– Бассейн без подогрева, предупреждаю заранее. Насть, мы с тобой займем белую спальню, ребят разместим в желтой. – Сергей берет Настю за руку, ведет нас к дому по мощеной дорожке,

– Спасибо Сергей, мы не станем вас напрягать, дождусь Артема, а после, мы с Таисией уедем, номер в отеле я зарезервировал, – за двоих отвечает Макс.

Пусть поговорит, спорить не собираюсь, размещусь там, где посчитаю нужным.

– Вы ничуть нас не напряжете, места хватит на всех, – продолжая движение заверяет Сергей.

Максик свой пристальный взгляд на меня направляет.

– Таисия. О чем задумалась?

Состояние мое умиротворенное ему покоя не дает, что ли?

– Думаю о возвышенном. – отвечаю задрав голову к васильковому небу, естественно спотыкаюсь.

– Под ноги нужно смотреть, а не думать о всяких смазливых типах, – хмыкнул Максик, успевший меня схватить за локоть, удержать от падения.

Типы какие-то. Единственный тип, о котором я беспрестанно думаю – это сам Максик. Ещё бы не думать, должник как никак.

– Покуда ты моей как бы невестой являешься, глазки строить непонятным личностям запрещаю. – шипит должник мне на ухо.

– Ладно. Буду строить понятным. – покладисто обещаю.

Не знаю, какого рожна он до меня докапывается, но раз докапывается, меня подмывает поддразнить.

Настя с Сергеем поднялись по ведущим к дому широким ступеням, Сергей в сумке роется, по-видимому ищет ключи.

Макс остановил меня на подходе к лестнице. Достал из кармана джинс кольцо с булыжником.

– Тай, разреши вернуть кольцо на твою руку, пожалуйста. – попросил глядя мне в глаза.

Вот прямо, честное слово – попросил.

Мне от подобного просительного тона, стало очень не по себе. Настолько, что даже обеспокоилась, уж не удар ли у него солнечный часом?

Макс замешательством воспользовался, кольцо с булыжником надел мне на палец.

– Это на случай, если вдруг Герман с подачи своего отпрыска, засомневался в наших намерениях. – пояснил продолжая смотреть мне в глаза.

– Я лично сразу поняла, что это именно тот самый случай! – весело выкрикнула наблюдающая за нами от входных дверей Настя.

– Я еще на причале догадался – случай тот самый, – вторит супруге, наконец разобравшийся с ключами Сергей.

– Классный случай! Сереж, как ты думаешь, это случится раньше, чем через месяц?

– Раньше Насть, от силы через неделю! Здесь, на побережье случится.

– Круто! Я согласна стать свидетельницей!

Еще одни солнцем ударенные. Случится что-то должно. Что еще может случиться?

Впрочем, углубляться в раздумья по поводу массового помешательства обусловленного воздействием дневного светила на ряд индивидуумов, мне стало некогда. Потому как, мы вошли в коттедж, быстро переоделись в пригодную для купания одежду и отправились к морю, по каменистому спуску. Вблизи вода оказалась не голубой, а бирюзовой, я в эту бирюзу, не раздумывая прыгнула с каменного выступа. Класс!

Вода приятная. Макс Зимин в черных боксерах, отпадно смотрится. В миллион раз отпаднее, чем в полотенце на бедрах.

Что? Ни фига, о чем я подумала. Не иначе дневное светило и до моей головы добралось. Шарахнуло ударом.

12

Незадолго до Сашкиного отъезда на медовый месяц, мы с ней сидели на моем балконе, пили какао и рассуждали о признаках любви. Вернее рассуждала Александа, а я слушала и примеряла к себе перечисленные ею ощущения.

Например:

– Знаешь, в какой-то момент я посмотрела на Игната, и что-то внутри рухнуло, как будто на скоростном лифте вниз едешь. – сказала Александра задумчиво.

Было со мной такое, когда рухнуло. Ага. В меня мяч летел, со всей дури физруком запущенный. Увернулась от мяча и все прошло.

Или вот:

– Тай, он мне улыбается, и сердце мое, начинает напоминать стиральную машинку при отжиме на высокой скорости! Он у меня самый – самый! Осталось дожать, чтоб автопарком разрешил пользоваться! Пусть не всем, хотя бы вездеходом на воздушной подушке. И внедорожниками. И вертолетом разок. – мечтательно сощурившись тянет подруга.

Не. Таких ощущений я отродясь не испытывала, чтоб как при отжиме. Даже не знаю, чем в меня кинуть надо, чтоб сердце такие кульбиты выделывать начало.

Н-да. Женька мне нравился, но наверно это любовью не было, ни с моей, ни с его стороны. Он последнее время только и возмущался, что я каждый вечер на работе пропадаю. А как не пропадать? Деньги с неба не сыплются.

К чему это я….

Переворачиваюсь на спину, расставляю руки, покачиваясь на волнах. Солнце слепит, но это не страшно, в глаза не ударит.

Это я вот к чему: ненужные мысли а меня пролезли, нельзя думать про Максика в плавках – боксерах. Кто его знает, вдруг влюблюсь на почве солнечного удара, в непригодного для влюбленности Зимина. Как ни крути, Максик прав – мы с ним из разных систем координат. Невозможно представить, как он меня вечером с работы в кофейне, встречает на Астон Мартин.

Работа! Здесь же скоро Мила Салтыкова появится! Нужно с ней насчет вечерних подработок поговорить!

Осенило меня настолько своевременно, что я непроизвольно наверх подлетела, как дельфин! Вода морская, сама меня вытолкала!

Восторг от воспарения над гладью морской, закончился как только осознала, что в воздухе как-то надолго зависла. И почувствовала на своей талии чьи-то конечности.

Мама дорогая. Меня сцапало морское чудище. Дышит в ухо…

Максик гад, нырнул с выступа и не выплывает, Настя с Сергеем ржут как кони усевшись на песок в тени скалы, а на меня Русал напал!

Начала как могла отбиваться. Ногами задрыгала, спину изогнула, а рукой, в общем рукой я полезла искать чешую на хвосте Русала. Рука скользнула по чему – то вроде шелкового нижнего белья и ударилась обо что-то твердое. Бельем прикрытое.

Чудище явственно застонало. У меня мороз по коже пробежал. При температуре воздуха двадцать восемь по Цельсию.

Чтоб привлечь внимание к постигшему меня бедствию, хотела крикнуть: помогите!

Почему-то заорала:

– Хватайте чудище!

– Таисия! Что ты творишь?! – цедит Русал голосом Макса Зимина….

– Прекрати! И лягаться тоже! Здесь неглубоко, можно стоять!

Мама родная, это я….

– Мне показалось Русал, – бормочу извиняющимся тоном, руки Макса от себя отлепляю, отплываю в сторону.

Разворачиваюсь лицом к Зимину. Чёрт побери, всё-таки он самый привлекательный парень из всех с кем я в этой жизни сталкивалась. Никакие красавцы синеглазые рядом с Максом не стояли. Кранты. Еще чуть-чуть и сердце рванет в скоростной отжим. Нужно срочно что-то с этим делать, иначе вляпаюсь в курортный роман и начну потом страдать как дурочка.

Гребу изо всех сил к берегу. На расстоянии буду от Зимина держаться. Насколько возможно. Панаму куплю, прикрою голову от воздействия солнечных лучей, а там глядишь и блажь постепенно пройдет.

Максим будто тоже решил контактировать со мной по-минимуму, выходить из воды не спешил. Обсохнуть успела, с Серегой и Настей поболтать, а он все брассом плавает.

– Наши вот-вот подъедут, пора Максима на сушу вытаскивать.

Сергей поднялся, стряхнул с себя песок. И тут, у нас над головами, раздались женские голоса. Неразборчивые. Встаю с песка вслед за Сергеем, задираю голову. Мать моя женщина! Придерживаясь за каменные выступы, к нам спускается Марго Сергеевна. С ней какая-то тетка с зеленом платье.

Я в шоке. Откуда Марго взялась? Как она узнала, что мы здесь?

– Опа на! Кто в голубой тунике не знаю, в зеленом – Амалия. Сотрудница консульства. Весной нашу соседку браком сочетала. – поведал Сергей…

– Вы про кого? – Настя вскочила на ноги, развернулась в направлении наших с Сергеем взглядов. – Фига себе. – охнула поразившись открывшемуся зрелищу.

Нет, ничего там особенного ей не открылось, увидела она то же самое, что и я: Аномалию по ступенькам вырубленным в горной породе спускающуюся, и Марго Сергеевну, скользящую вниз по склону в полуметре от ступенек. Так обычно спецназовцы в фильмах передвигаются.

– В голубом мама Макса. – поясняю Сергею с Настей, ноги получают приказ от мозга: отходить к морю. Пячусь задом, врезаюсь в мокрое тело. От неожиданности подпрыгиваю, в прыжке разворачиваюсь. Не знала, что так умею. Развернувшись, лицезрю сосредоточенного Зимина. На сушу соизволил выбраться.

– Таисия! Намажь плечи защитным кремом и не бегай под прямыми лучами солнца. – заворчал на меня сходу.

– Макс! Не до крема, выясняй, как и с какой целью, мама твоя нас нашла.

– Как нашла вряд ли скажет, да и не особо это важно. Ну, а зачем мы ей понадобились, это она изложит в подробностях. А я, приму решение, позволить родительнице дальше развлекаться, или пресечь уже её бурную деятельность.

Не убедительно прозвучало. Про пресечение деятельности.

Меж тем, Марго Сергеевна, закончила спуск. В отличие от пыхтящей на всю окрестность Аномалии, та на нижних ступенях застряла.

– Добрый день! Вы Сергей? Это ваша супруга Настенька? Простите за вторжение, возникли вопросы не терпящие промедления в решении! – мадам Зимина скинула обувь, перепрыгнула камень– валун и помчалась вприпрыжку по горячему песку – к нам с Максиком.

Сколько ей всё-таки лет? Чтоб так скакать?

– Таечка, как ты себя чувствуешь? Что-то бледненькая. Макс! За питанием Таи следишь? Смотри у меня! И уйдите с открытого солнца, прямые солнечные лучи небезопасны, в Таином положении тем более! – стрекочет как из пулемета, подбежав.

Как сговорились они с Максом, с этими прямыми лучами. Марго еще положение какое-то придумала. Черт! Она же считает, что я беременна.

Необходимо немедленно уладить недоразумение.

Поправляю волосы спутанные после заплыва. Во весь рот улыбаюсь Марго Сергеевне.

– Здравствуйте! Чувствую себя сносно, некоторые спорные моменты уладим, самочувствие станет еще лучше.

Н-да. Сказала не то, что хотела. И посыл адресовала не Сергеевне, а Максику.

Прозрачно намекнула на задолженность в размере семидесяти семи тысяч, двухсот пятидесяти евро намекнула. И прочее имущество включая насос. Видимо подсознание сочло данный вопрос более актуальным, чем глупые домыслы о несуществующей беременности.

Максик сделал вид, что не понял намека, окинул меня долгим взглядом неопределенного характера. С задержкой взгляда в области грудной клетки.

А Марго в этом момент, углядела кольцо с булыжником на моей руке. Схватилась за сердце. Выражение лица стало….. С чем бы сравнить…. С нашей сборной по футболу! Если бы вдруг они Чемпионат Мира с дуру выиграли. Да. Весь состав команды, выглядел бы так, как Марго при виде кольца с булыжником.

– Ребятки! Вы уже! Чувствовало мое сердце, что зря я помолвку затеяла! К чему она эта помолвка, кольцо и без свидетелей можно подарить. Свадьбу отпразднуем! Амалия брак зарегистрирует. – громогласно провозгласила Сергеевна. Торжественным тоном.

Я опешила. Брак? Ни на какие браки, не подписывалась! Правильно Настя говорила, договор нужно было заключить! Мне заплатили за прикинуться невестой – я прикидываюсь. Не взирая на задолженность в крупном размере!

– Протестую! – выдохнула оглядываясь по сторонам в попытке определиться, в какую сторону бежать.

Максик хватает меня за руку.

– Все, хватит! Мама, свадьбы не будет. По крайней мере, у нас с Таисией. Но, ты же гостей пригласила и по всей видимости развила активные действия по организации мероприятия, так вот, чтоб усилия даром не пропали, займись вплотную устройством личной жизни Родиона. Он жаждет жениться. На рыжей журналистке – блогерше, той, которая на Никольской интервью у него брала. Я в тебя верю, ты найдешь способ помочь Родиону в непростой задаче обретения семейного счастья. А теперь извини, нам с Таисией пора собираться, мы на ужин к Герману Свиридову приглашены.

Марго впадает в задумчивость, остается стоять где стояла. Меня, Максик тянет к ступеням, мимо Сергея с Настей оживленно беседующих с Аномалией. И мимо пляжного платья на камне брошенного!

– Платье возьму! – упираюсь двумя ногами, пытаюсь высвободить руку.

– Некогда. Сваливаем отсюда, пока родительница не опомнилась, и не придумала две свадьбы в одной совместить. – это он мне

– Сергей! Мы войдем в дом, заберем документы и вещи! Передай Артему: сожалею, что не получилось с ним встретится! – это изумленному Сергею.

– Хрен с ним с контрактом, обойдусь. На ужин к Свиридовым не идем, уезжаем к чертовой матери с побережья! – это снова мне…

Вот приду в универ, меня кто-нибудь спросит:

– Как провела лето, Таисия?

Често отвечу:

– Была проездом на французской Ривьере. И пробегом – в Париже. Босоножки ручной работы оставила рядом с камнем– валуном! И платье пляжное! По всей Французской республике мои вещи разбросаны! Включая насос! И все из-за Максика!

Запудрил мне мозги, опомнилась, что осталась без обуви, только когда в дом прибежали! На грань инфаркта миокарда меня толкнул! Да еще в ответ на мое обоснованное возмущение, плечами пожал и заявил:

– Вот же, вторая пара – в пакете. Надень. – пакет с коробкой схватил и мне сует.

– Это подарок для мамы! Нужно вернуться на пляж, забрать мою обувь! – поясняю невозмутимой морде, пытаясь к дверям подтолкнуть.

Не подтолкнулся. Руки мои перехватил. И знаете, что ответил?

– Таисия, оденься уже, твой купальник меня с толку сбивает. Подарок для мамы, купим новый.

Как с этим Максиком конструктивный диалог вести? Освободила руки, побежала в ванную, одеваться. Зимин меня поторапливал, крикнул в спину:

– Три минуты на сборы!

Хех! Я за две управилась. Максимка собственно тоже, он еще помимо того, что успел натянуть футболку и джинсы, умудрился обчистить холодильник: спер четыре сэндвича и две бутылки апельсинового сока.

И да, панаму чью-то в прихватил, бесхозно лежащую на комоде в ванной. Жулик.

Скрепя сердце, надела сандалии купленные маме. Правда сначала Максимкины примерила, но очень уж сильно велики, иначе бы точно отобрала и в них поехала. А что? Чтоб в другой раз знал, как чужими вещами разбрасываться!

В общем, я понесла потери при беспорядочное отступлении с виллы Игнатовых, Максик остался при своем, и чужой панаме. Сок и сэндвичи я поделила поровну.

Н-да. Посчастливилось искупаться в море, кто его знает, когда еще раз сподоблюсь.

Дорога петляет по сосновому лесу между красными скалами, гляжу как над скалами волнуется знойная дымка.

– Таисия, не грусти. Я передумал, останемся на Лазурке, остановимся в Жуан – ле – Пэн, подберем небольшой частный отель, там нас никто не найдет. – Максимка сдвигает на затылок присвоенную панаму, возвращает руку на руль, умудряется рулить и по оплётке ладонью выстукивать.

Что-то он подозрительно развеселился.

– Если рассчитываешь, что верну деньги, по причине ненадобности фиктивной помолвки, зря рассчитываешь. Не верну. Что мне на карту попало, то мое, окончательно и бесповоротно, еще и остальную сумму потребую выплатить, – на всякий случай, расставляю точки над и.

– Я кажется уже говорил, что ты Таисия – особа меркантильная.

Хмыкнул Максик, вырулил на обочину, заглушил автомобиль. Развернулся ко мне в полкорпуса, сморит с хитрым прищуром.

Я нахмурилась, потому что не запланированная остановка в скалистой местности, мне не понравилась.

– Что? – клатч с документами и банковской картой перемещаю под себя. Привычный маневр, какой раз клатч на сидении, под моей пятой точкой оказывается.

– Ничего. Ты свои сэндвичи схомячила, а я нет. Перекушу на воздухе. – беззаботно проговорил Макс.

Я следом за ним из машины выбралась. Максик футболку с себя стянул, постелил на траву.

– Присаживайся. Так и быть, поделюсь провизией.

Надеялся что откажусь? Даже не подумаю.

Сэндвич взяла. Футболку перетащила в более подходящее на мой взгляд место для пикника. Уселась.

В общем, по трассе проносились автомобили, в траве трещали сверчки, мы с Максимкой сидели в тени раскидистой липы, среди диких цветов. Я на футболке, Макс – на муравьиной норе. Знаете, как запрыгал, когда по нему муравьи поползли! И тут же меня обвинил.

– Таисия! Ты специально это место выбрала? Что меня обглодали?

– Конечно. Пусть обглодают. В следующий раз не захочешь голым торсом светить, чтобы всякие проезжающие девицы на тебя пялились….

13

«Обглоданный» муравьями Максик, прежде чем место пикника покинуть, ручищи свои положил мне на плечи, заглянул в глаза и очень серьезно проговорил:

– Следующий ход за мной Таисия. Я предупредил.

– Это ты мне сейчас угрожаешь? – фыркнула поведя плечами, давая понять, чтоб ручищи свои убрал.

Он не убрал. Он нагло и бесцеремонно обнял меня и крепко прижал к себе. У меня от такой наглости во рту пересохло. Коленки слабеть начали.

– Предупреждаю. – шепчет Максик приближая свое лицо, к моему.

На опасное расстояние. Для меня. От такой непосредственной близости, возникло обострение последствий солнечного удара Волнение нездоровое в организме поднялось, вкупе со слабеющими коленками. В голову лезут воспоминания о нашем с Максом поцелуе и желание тот поцелуй повторить, успешно вытесняет разум из черепной коробки.

За долю секунды до окончательной потери рассудка, какой-то добрый человек проносившийся по трассе на спортивном автомобиле, нажал на клаксон. Раз пять.

Резкий звук резанул по ушам, разум через уши вернулся на место. Вырвалась из объятий Зимина, нырнула в мерседес.

Мама дорогая, что это было? Чуть не растаяла в руках у Зимина…. Это все солнце. Оно. Максимка хитрый, панамой прикрылся, а я с не покрытой головой. С этим нужно что-то делать.

Макс не сразу уселся за руль, несколько минут постоял возле капота, глядя на розовый вереск, растущий в расщелине скалы.

Я успела отдышаться и окончательно придти в себя, пока он местной флорой любовался, а как только налюбовавшись загрузился в машину, стянула с его головы панаму.

– Поносил и хватит. Теперь я поношу. – отрезала безапелляционно. Водрузила головной убор себе на голову.

Судя по брошенному на меня взгляду, Макс удивился, но, панаму отбирать не стал. Понял наверное, что не отдам ни под каким видом.

Дальнейший путь до Жуан ле Пэн, прошел без происшествий, ехали себе и ехали, музыку слушали. Органный концерт Баха. Ничего против Баха и органа не имею, но когда во всю дурь звучит в салоне автомобиля, это…. Терпела и восторгалась громче органа! Все оставшиеся полтора километра! Голос от выражения восхищения сел.

Подъехав к кованым воротом, Максик музыку выключил. И достал из ушей беруши. Где он их взял? Когда успел заткнуть уши?! Гад!

– Спасибо за наслаждение! Я в экстазе! – шиплю, закатив глаза в потолок Мерседеса.

Острое желание придушить Зимина, подавила, напомнив себе, сумму его задолженности. Меркантильность пересилила жажду мести.

– Можно твой паспорт? – Максик тянется… Как бы сказать…. Клатч из-под меня вынуть.

– Нельзя. Документы только лично предъявляю. – шиплю хриплым голосом.

В общем, охрипшая и слегка оглохшая, выбираюсь из машины, топаю вместе с Максом к двухэтажному дому бледно – желтого цвета.

Живописное место: пальмы, кипарисы, разноцветные вьющиеся растения. Бассейн большой, вокруг бассейна шезлонги под белыми зонтами.

– Частная вилла, переоборудованная под гостевой дом. Раз позволили заехать на территорию, значит есть свободные номера. Извини, все, что премиум класса давно забронировано, придется воспользоваться тем, что есть в наличии. – на ходу поясняет Макс.

– Извиняю. И сколько стоит проживание в том, чем придется воспользоваться? – интересуюсь свистящим шепотом.

– Недорого, – равнодушно отвечает Зимин. И называет сумму. Не стану её повторять.

У меня хрипота прошла! У меня вообще все прошло, даже то, чем не болела! Заплатить за ночлег выше среднестатистической месячной зарплаты, я не готова! Даже если это не мои деньги!

– Стоять! – двумя руками хватаюсь за руку Макса в районе локтевого сгиба. – Мы едем дальше! Здесь слишком дорого! Грабеж средь бела дня, а не цена за номер! А если умножить на два, то….

– Таисия прекрати. Нормальная, бюджетная стоимость проживания. Бред! Бывает, что девушек что либо не устраивает в отелях: фен не той марки, зеркало не того размера, но чтобы по поводу высокой цены за номер возмущались….

– И много их было? Девиц недовольных феном и зеркалом? – зачем-то спросила. Прицельно расстреливая Зимина взглядом.

И в этот момент, из дверей виллы – гостиницы, вышел загорелый парень, за собой тащил чемодан на колесиках. Мы посторонились пропуская. Парень с чемоданом проходя мимо, белозубо улыбнулся в знак благодарности. Мне.

У секунду назад невозмутимого Зимина, лоб нахмурился.

– Таисия. Я просил не строить глазки кому ни попадя?

– Создается впечатление, что ты ревнуешь. – в шутку подколола. Безо всякого умысла.

Ждала, что отнекиваться будет.

– Да ревную. Сам не понимаю почему, но так получается. Мне не нравится когда всякие мимо проходящие, пытаются привлечь к себе твое внимание. – ответил Макс, не отводя глаз.

Я растерялась. Настолько, что сказала:

– Это из-за солнечной активности. Ты смотри, панамой прикрывался и все равно последствия остались. Ладно. Давай остановимся в этом отеле, раз уж тебя так сильно припекло. Я сама под воздействием, знаешь, как боюсь в тебя влюбиться. Держусь изо всех сил. Нам надо объединиться и противостоять натиску светила. Вместе легче будет справиться.

– Вместе да. С чем нибудь справимся. Объединится необходимо. Объединимся в номере. – промурлыкал Макс внимавший мне, с непонятным выражением физиономии…

Приветливая девушка за стойкой, просияла улыбкой, вручая нам ключи.

Одни на двоих. Номеров в отеле всего четыре, как выяснилось, три из них – заняты. Мне данный факт растолковали при помощи мимики и жестов, хотя я никакой лишний номер не требовала, я что псих, два номера по грабительской цене занимать? Я просто уточняла, нельзя ли для Макса поставить палатку? В кустах, за бассейном.

Зимин сжав зубы и слегка подергиваясь, мычал, что – нельзя!

Параллельно с разъяснениями о невозможности проживания в красивом кустарнике, Макс успевал возмущаться.

– Таисия! Какого… Ты устраиваешь? Минуту назад договорились – объединиться. – и что-то про начинающийся нервный тик. Не очень разобрала, что именно, я как-то больше членораздельную речь понимаю, нежели мычание.

Ладно.

– Я имела ввиду объединение духовное. Практики какие нибудь поискать в интернете, чтобы вместе пагубному влиянию солнца противостоять.

– Практики?! – мычание сменилось рыком – зубы у Максимки разжались. Глаза расширились.

– Ну да, практики. Стопудово какие-нибудь есть, раз уж по раскаленным углям босиком ходят, голову от воздействия солнца защищать научились.

Ой, надо было видеть ошарашенного моими речами Макса. Хех. Изумило его мое видение объединения, явно другого ожидал. Ну что ж, ожидания не всегда оправдываются.

Ладно. Ключи получили, поднялись в апартаменты, я немедля приступила к осмотру помещений.

Прикидывала, Максик спать будет. Гостиная не подойдет, там телевизор большой, вдруг мне посмотреть что-нибудь приспичит, спальня с огромной постелью, сама собой отпадает, крошечная кухня тоже, вдруг посреди ночи я есть захочу, не готовить же, перешагивая через Зимина лежащего посреди кухни. Короче, самым оптимальным вариантом, остается балкон. Туда я и последовала. Максик наблюдающий за моими передвижениями с подлокотникам кресла, озадачился несвоевременным вопросом.

– Таисия, ответь, только честно, то, что боишься в меня влюбиться, было сказано тобой с какой целью? Я ошибся, расценив твои слова как заигрывание?

Чуть в балконную дверь не врезалась.

– Вообще-то я с тобой опасениями поделилась, а ты какое-то заигрывание приплел!

– Таисия, ты бываешь хоть когда-то серьезной?

Скрестив на груди руки, разворачиваюсь к Зимину.

– Бываю. В зависимости от сложившейся ситуации. Историю нашего с тобой знакомства, а так же последующие события, включая: отлипание от Родиона, отваживание от вас Ку-ку цаплей, забеги по Парижу и Лазурке – серьезно воспринимать не могу. Даже за те деньги, которые мне за этот паноптикум причитаются.

– Ясно. В целом с твоими доводами трудно не согласиться. – Зимин соскочил с подлокотника, – предлагаю поехать на Променад – дю – Солей. Восполним твой гардероб, поужинаем на берегу. Как раз, пока по бутикам прошвырнемся, платные пляжи закроются, на их месте откроются вечерние кафе.

От предложения не смогла отказаться. Ибо пополнение гардероба – актуально, поужинать на морском берегу – заманчиво. Изучение балкона, на предмет обустройства ночлега для Макса, отложила до возвращения с Променад. Или как там его правильно.

– Далеко ехать? – уточнила усаживаясь в мерседес.

– Променад – дю Солей – это название набережной в Жуан. – удивленно ответил Максик, как будто я обязана знать название всех набережных в округе.

Проехали мимо оливковой рощи, обогнули несколько скал, и спустя минут десять подъехали к набережной.

Автомобиль бросили в ближайшем переулке, пошли пешком.

Я ввергалась в шок. Н-да. Утром, когда мы Жуан проезжали, все, что я видела – это безбрежное море, синее небо, пальмы, домики в черепичными крышами. На пляж я тогда внимания не обратила. Или обратила, но увидела только золотой песок? Не знаю. Сейчас я смотрела на узкую полосу пляжа, ввергаясь в шок. Представьте картину: лежаки к друг другу впритык в три ряда. Все лежаки заняты загорающими – отдыхающими. Над лежаками полосатые зонты. Фиг с ними с зонтами, суть не в них. Как? Как пробираются к морю люди из третьего ряда? Это какой-то Ад и Анапа…

– Таисия, мы собирались заняться покупками, а не на инструктора по плаванию любоваться! – Макс решительно тянет меня от парапета разделяющего набережную с пляжем.

Даже не стала спрашивать, как он среди такой толпы вычислил инструктора?

Как-то вдруг, стало лень спорить. Захотелось провести остаток дня, как нормальные люди, находящиеся в отпуске. Безмятежно – умиротворенно. Получить удовольствие от шоппинга, далее от ужина. Надеюсь так и будет, уж в этой рыбацкой деревеньке, набитой людьми как метро в час пик, ничего экстраординарного, не должно случиться…

Макс потащился по бутикам вместе со мной. Ну в принципе, время ему как-то нужно было убить. И меня сбить с настроя блаженно – умиротворенного. В первом же магазинчике, он мне заявил:

– Таисия, ты языка не знаешь, поэтому, подбором одежды и переговорами с продавцами, я займусь сам.

Я было вознамерилась вежливо, без употребления ненормативной лексики, объяснить, в каком направлении ему пойти, но, напомнила себе, что человек погруженный в атмосферу куртуазности и курортной неги, должен от всего происходящего получать удовольствие. Вот я его и получу, измотав Максика безжалостным и беспощадным шопиногом.

– Хорошо, занимайся подбором и переговорами. Мне нужны босоножки и платье – сарафан, но хотелось бы перемерить все, что есть в наличии подходящего мне по размеру. – улыбнулась всеми зубами и пошла вдоль витрины с аксессуарами. Хех. Посмотрим насколько Максимку хватит, сейчас как начну все подряд примерять! Взвоет! А мне, спешить некуда.

Макс кивнул девушке – администратору, что-то ей бегло прокурлыкал по французски и понеслось. Вернее – понесли: платья, кофточки, юбки, шелковое белье, легкие брюки. Меня затащили в примерочную….

В общем, в результате, если кто-то и измотался шоппингом, так это – я.

Зимин сидел в мягком кресле, потягивал кофе, пялился в экран айфона. Но, когда я из примерочной, в очередном наряде выходила, отрывался от гаджета и смотрел на меня таким взглядом…. Как бы правильно выразиться…. Неравнодушным – вот. У меня закралось подозрение, что Макс, получает удовольствие от происходящего, в отличии от меня. Пришла к выводу: с примерками пора заканчивать и возвращаться к погружению в атмосферу курортной неги. О чем незамедлительно сообщила Максиму Зимину:

– Берем желтый сарафан и бежевые босоножки. Ни в какие другие бутики – .не пойду. – рухнула в освобожденное Максом кресло.

– Хорошо. Пойду оплачу, распоряжусь чтоб доставили покупки в отель и двинемся на пляж, ужинать. – направился к кассе в сопровождении девушки – администратора.

Уф. Святой мох, я б никогда не смогла работать в модельном бизнесе!