Текст книги "Профессия: королева (СИ)"
Автор книги: Анна Стриковская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 37 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
От Эстерса пойдем на юг и осмотрим южную половину Ремирены, благо сейчас еще нет жары. А потом вернемся и пойдем на север, где к тому времени будет попрохладнее. Хотя я уже представляла себе маршрут, сейчас с удовольствием выслушала короля.
Вид реки, набережной, галер и всего остального соединились в моей голове с планами, которые мы строили в закрытых комнатах и заставили поверить, что все происходит на самом деле. Путешествие! Существует ли более восхитительное слово?! Я еду путешествовать по стране, причем так, как привыкла: с максимально возможным комфортом.
Подтверждением этой мысли стала каюта на галере, большая, удобная, с отдельным санузлом, ничуть не хуже чем моя спальня во дворце, может, чуть поменьше. Ну вот и отлично, можно будет ничем себя не стеснять. Кроме нас с Таргом на галере разместились только мои нянюшка и горничная, маг, камердинер короля, пара слуг и охрана. Весь остальной двор плыл на двух других.
Изучив убранство каюты, я устроилась на палубе в удобном шезлонге. Надо рассмотреть красоты здешней природы, благо этого добра тут хватает. Нетронутые человеком пейзажи, вписанные в них замки и деревеньки, величественные развалины и новенькие хозяйственные постройки, спускающиеся к воде леса и луга с пасущимися на них стадами радовали глаз.
Расстилающиеся по берегам Зенты ландшафты говорили о мирном процветании. Таргелен играл роль ненавязчивого экскурсовода. Сидя рядом в таком же шезлонге, он явно наслаждался отдыхом, и при этом не забывал просвещать меня. Пока мы плыли по центральной провинции, которая считалась личной вотчиной королей. Таргелену здесь все было знакомо, и он с увлечением рассказывал. Почти каждое селение было связано с какой то историей, забавной, страшной или героической, и я с наслаждением слушала эти старые сказки, в которых быль смешивалась с выдумкой так, что уже нельзя было отделить одно от другого.
В середине дня мы пристали в очень симпатичном городке. Нас там ждали с обедом. На главной площади были накрыты столы, вокруг толпились местные граждане, не смея сесть и угоститься. Король шепнул мне на ухо:
– Привыкай, Лиена, так теперь будет везде. Сейчас градоначальник толкнет речь, а потом все сядут за стол. И не вздумай съесть что-нибудь раньше, чем это блюдо попробует здешний глава. А вдруг отравлено? Он отвечает за нашу безопасность за столом. Таков закон.
Я покивала, показывая, что мне все ясно. Что ж, неплохо придумано, разумный закон. Не помню, читала ли я его раньше, но если главы городов лично ответственны за наше здоровье, то я могу быть спокойна. В их интересах чтобы нас никто не попытался отравить.
Торжественный обед прошел отлично. Еда была выше всяких похвал, даже во дворце так вкусно не готовят. Или это обстановка на меня подействовала? Говорят, свежий воздух и хорошее настроение – лучшая приправа.
После обеда мы вернулись на галеру и тронулись дальше. Ничего осматривать не стали, да я и не настаивала. Все вокруг являло вид процветания, а вот верить этому или нет? В любом случае нам не покажут ничего, что могло бы навести на мысль, что дела не так хороши, как кажутся. Вот если бы прибыть сюда внезапно... Но об этом приходится только мечтать. Таргелен, усаживая меня обратно в шезлонг, спросил, как мне все понравилось. И я озвучила ему свои мысли.
– Вы опытный начальник, Лиена. Наверняка все не так радужно, но понять, что плохо, при поверхностном знакомстве мы все равно не сможем, тут вы правы.
Он хочет получить подробную и достоверную информацию не меньше меня. Но как?
– Не вижу выхода. Наш маршрут расписан и известен заранее. Все готовы к встрече. Мы увидим только то, что они захотят.
– Дорогая, я не так глуп, как вам кажется. Вместе с извещениями о нашем маршруте по всей стране разосланы шпионы. Первого из них мы увидим завтра в Зентаре. Это город на границе моих владений и графства Эстерс. Послушаем его донесение и будем знать, на что обратить внимание.
Я решила погладить короля по шерстке.
– Тарг, вы просто прелесть. Обо всем позаботились. И вовсе я не думаю, что вы глупы, нечего прибедняться. И ума вам хватает, и знаний. А еще жаловались, что как король неопытны.
– Я не прибедняюсь, Лиена, это действительно так. Мой отец не планировал умирать так рано, он был совсем не стар. Надо сказать, он никогда не готовил меня к тому, чтобы занять его место. Меня учили воинскому искусству, морскому делу, и это все. Я отличный воин и неплохой моряк, но король из меня постольку-поскольку. Подозреваю, отец побаивался конкуренции с моей стороны, потому и не пытался научить вести интриги и с ними бороться. А матушка моя умерла когда мне было двадцать восемь. Мальчишка. Что я тогда мог понимать?
В двадцать восемь я уже кандидатскую защитила и очень много чего понимала, но не говорить же об этом тому, у кого совершеннолетие наступает в сорок пять? Король продолжал:
– Поэтому неожиданная смерть моего отца стала для меня страшным ударом. Ведь я не планировал садиться на трон. У меня были совершенно другие интересы. Хотел совершить кругосветное путешествие, посмотреть, как в других землях люди живут. А пришлось в спешном порядке осваивать ремесло государя. Я не знаю толком дипломатии, законодательства, налогообложения и других таких же необходимых вещей. Изучаю их вместе с вами. Мне очень с вами повезло, Лиена. Поначалу я вас боялся.
– Я такая страшная? Чего именно вы боялись?
– Что я покажусь вам лишним в раскладе, и вы решите сами занять трон. Без меня в качестве бесполезного довеска. Кстати, вы вполне можете это сделать, сил и ума вам хватит.
Ни фига себе у него обо мне мнение! Можно подумать, я монстр какой-то.
– Спасибо за комплимент. Но я на вашем месте не стала бы говорить о себе так уничижительно. Вы умный человек и все схватываете на лету. Учитесь, несмотря на возраст и статус. И много знаете о своей стране. Без вас я за полгода успела бы наделать столько ошибок, что меня бы уже в землю закопали. С другой стороны, откуда вы знаете, может, это я так ловко шифруюсь, а в душе лелею коварные замыслы?
Король тихонько рассмеялся.
– Нет, дорогая. Я за вами наблюдаю и могу сказать: по большому счету вы честный игрок. Пока я играю по правилам, вы не нарушите наших договоренностей.
Приятно такое услышать от того, кто имеет право тебя подозревать в самом черном коварстве. Но с теми, кто со мной поступает по совести, я не могу вести подлую игру.
– Я когда-то сказала вам, что мы союзники? Могу повторить. Вы оценили мой потенциал, дали мне возможность реализовать его в деле, предоставляете защиту своего имени и статуса. вы ни разу мне ничего не запретили без объяснения. Вы представить себе не можете, как много это для меня значит. Поверьте, я знаю, что это такое и никогда не отплачу вам черной неблагодарностью. Трон ваш, он вашим и останется. Позвольте только быть с вами рядом и помогать во всем.
– Лиена!
Тарг не сказал больше ни слова, просто взял и поцеловал сгиб запястья. Его пальцы соприкоснулись с моими, волосы мазнули меня по плечу, нежно и вместе с тем уверенно его губы нашли место, где под кожей бьется голубая жилка. Страх? Страха не было. Появилось какое-то новое томительное чувство, и осталось даже тогда, когда он отпустил мою руку. Меня гложут смутные сомненья. Премьер-министрам ТАК руки не целуют.
Мы провели на палубе весь вечер, любуясь видами, угощаясь фруктами и вином и тихонько разговаривая. Тарг рассказывал мне о своей жизни, а я не уставала задавать вопросы и поражаться своему неведению. Поразительно, как мало я знаю об этом мужчине! Например, сегодня я услышала о том, что он опытный моряк и любит это дело больше всего на свете. Оказывается, каждое утро он тренируется во владении оружием, а я представления об этом не имела. Вот бы посмотреть! Он знает наизусть кучу стихов, гораздо больше чем моя учительница литературы. В доказательство он не поленился зачитать несколько мне наизусть, к счастью, далеко не все. Сама-то я к поэзии равнодушна.
Он любит музыку и умеет играть на нескольких инструментах, но не поет, стесняется. А больше всего он любит читать, но не романы, а что-нибудь познавательное, совсем как я. Если вдуматься, то вот он, идеальный мужчина, а вовсе не граф Брезенг. Был бы еще блондином... Но и брюнетом он вовсе не плох, если брать в расчет внешность. К его острому длинному носу и подбородку я уже привыкла. А если еще вспомнить его сильное стройное тело, и забыть обстоятельства, при которых я его увидела, то это просто мужчина моей мечты.
Расслабившись, я тоже рассказала ему о себе. Как потеряла всех родных, как трудно пробивалась в жизни, как пришла к выводу, что одной мне будет легче. Как боялась, что меня обманут и будут использовать. Как сознательно отказалась от любви, брака, детей, потому что мне нечего было им дать. Как привыкла к одиночеству, хотя время от времени меня посещали мысли о ненужности моей жизни.
И только наговорив много лишнего, заметила, как потемнело лицо моего мужа. Ясно, моя исповедь его не порадовала. Я оказалась очень далека от его идеала, не то, что он от моего. Пришлось перевести разговор на мою работу и потешить его байками из жизни офисных работников. Потом он снова перехватил инициативу и стал рассказывать мне о своей семье и предках. Под эти истории я заснула прямо на палубе.
Проснулась уже утром в каюте. Одна. Похоже, меня сюда перенесли, но как раздели и уложили, не помню. Примятая подушка и сбитое одеяло говорят о том, что муж мой ночевал со мной. А, приличия соблюдены, на остальное плевать. Мы снова встретились на палубе, и мне сообщили, что обедать планируется в городке под названием Кострийс, а к вечеру мы прибудем в Зентар.
Так и случилось. В замке, принадлежащем королю, но занятом зентарским воеводой, нас встретили по первому разряду и отвели для ночевки роскошное помещение. После обильного ужина, на котором воевода задался целью обкормить меня до полусмерти, мы поднялись в отведенные покои.
Стоило мне плюхнуться на кровать и застонать от обжорства, как из угла послышалось шебуршение, как будто мышь скребется. Я уже приготовилась завизжать для профилактики, но Тарг покопался в том углу, отодвинул одну из декоративных панелей, и в нашей спальне оказался невысокий крепыш со столь обыкновенным лицом, что запомнить его я бы не сумела. Этот персонаж поклонился, произнес непонятное слово, протянул королю пачку бумаг и скрылся так же, как появился.
– Вот и наш первый шпион, Лиена. Можешь ознакомиться с его донесением. Здесь все о делах в Зентаре и всех городах по нашему пути вплоть до Эстерса. Будешь читать?
Я хотела было сказать «да», а потом вдруг подумала и сказала: «Нет».
– А я почитаю с твоего позволения.
У-ууу! Облом! Я-то надеялась на что-то романтическое. А получается, ухаживаний я не дождусь, а от интересующей меня информации сама отказалась. Пришлось ложиться спать. Последнее, что я видела перед сном, это освещенное магическим светильником задумчивое лицо Таргелена, склонившегося над бумагами.
На следующий день я изучила-таки доклад шпиона. Узнала много интересного, в том числе про графа Эстерса. Колоритный мужик, я не зря сразу его приметила. Гроза пиратов и контрабандистов. Только вот сухопутной частью своего домена он явно пренебрегает, а поставленные им управители воруют, загребая обеими руками. Шпион не зря свой хлеб ест. Указал не только тех, кто ворует, но и тех, кого можно назначить на их место. Теперь еще проверить его данные и можно приступать к наведению порядка в Эстерсе.
Глава 22. Путешествие героини продолжается по морю
Галеры наши тем временем плыли, подгоняемые веслами, парусом и течением, и к вечеру вошли в устье Зенты. Здесь она не распадается на множество мелких рукавов, как, например, Волга, а образует очень глубокий залив, подобный Жиронде на Гаронне. Течение в нем замедляется, поэтому, чтобы достичь Эстерса, придется грести не один час. Не желая подвергать нас опасностям ночного плавания, капитан дал приказ пристать к берегу на ночлег. До ближайшего селения оставалось еще несколько миль, но он не решился рисковать: фарватер в этом месте извилистый, много скал и больших камней. Пришлось снова ночевать на галере. Я легла с книгой, Тарг вышел на палубу. Лег, когда я уже спала. Утром при моем пробуждении он спал, как младенец, и мне не захотелось его будить.
Весь день мы шли на веслах до Эстерса, а там нас встретили, да так, что предыдущие обжираловки показались мне скромными диетическими перекусами. Гроза пиратов явно собирался подавить нас своим гостеприимством. Единственное, что меня как-то примирило с перегруженным желудком, была культурная программа.
Выступали три менестреля и одна певица, и все оказались мастерами своего дела.
Граф сидел рядом со мной и после каждого номера интересовался:
– Вам понравилось? Вам действительно понравилось?
Я не видела смысла скрывать от него свое удовлетворение. Завтра у меня еще будет повод его огорчить. В спальне нас ждало донесение второго шпиона. В этот раз я не стала отказываться его читать. Поделила текст пополам и вручила вторую половину королю: пусть ознакомится, потом поменяемся. Впечатление в целом создалось положительное. Порадовало не состояние дел в провинции, а качество работы королевских шпионов. Многое совпало с первым как в части фактов, так и в части выводов и рекомендаций. Можно было сделать вывод: ребята поработали на совесть, а нам есть что сказать графу.
Наше желание поговорить с ним без свидетелей после завтрака вызвало у грозы пиратов легкую нервную дрожь. Поэтому для начала к нему обратилась я и долго распиналась, как мы ценим его службу и восхищаемся его морскими достижениями. И тем горше нам видеть, как его объегоривают всякие сухопутные крысы.
После чего подключился Тарг и с цифрами в руках доказал, что назначенные мужиком управленцы его обворовывают и разоряют край. Когда они оба закопались в бумаги, я отошла к окну, села на диванчик и взяла первую попавшуюся книжку... Это надолго.
Из Эстерса мы ушли только на пятый день. Королевский корабль по имени “Филлира” оказался незнакомой мне конструкции: не фрегат, не бриг и не каравелла, но я не знаток, возможно, и на Земле были такие суда. Могу только сказать: он был красивым, вместительным и отлично вооруженным пушками. Королевская каюта здесь была поменьше, но по комфорту даже лучше, чем на галере.
Из гавани нас провожал эскорт всей флотилии адмирала, но где-то через час провожающие отстали, кроме двух небольших судов. Так как вся свита разместилась на “Филлире”, то эти корабли могли быть только охраной и разведкой. Спросила у Тарга, он подтвердил.
Пока корабль выходил из гавани и лавировал у берега, король не слезал с капитанского мостика. Когда же мы оказались на большой воде, он уступил свое место капитану и повел меня на экскурсию. Я высказала предположение, что на этом корабле он плавал до того как стать королем. Уж больно счастливым он выглядел, когда дорвался до штурвала. Попала в точку. Тем приятнее ему показать мне свой любимый корабль.
Мы облазили все углы и закоулки. Закончилось это тем, что его снова позвали на капитанский мостик, и он поскакал туда, как мальчишка. Я же велела собрать фрейлин в кают-компании. Туда же пришли Ангер, Роген, мэтр Юбер и еще несколько придворных, для которых море не значило ничего. Я планировала раздать задания свои сподвижникам и кое-что обсудить, но просчиталась. Не прошло и получаса, как большинство присутствующих побледнело, позеленело и зашаталось. Со мною во главе.
Я совсем забыла о существовании морской болезни: на галере качка меня не мучила. А на море вдруг скрутило так, что впору было с белым светом прощаться. Все расползлись по каютам. Один мэтр Роген держался на чувстве врачебного долга. Сине-зеленый он все же таскался от одного болящего к другому и раздавал бесполезные зелья. Трое суток все маялись, а потом, как водится, все привыкли и морская болезнь прошла самостоятельно. Во время болезни муж залетал ко мне, спрашивал: “Как ты?” и, не дождавшись ответа, летел дальше по своим морским делам. Ночью он просто падал рядом и засыпал, едва коснувшись головой подушки.
Стоянка за это время была одна, и та на рейде, но я ее не заметила, лежала пластом и не реагировала на внешние раздражители. Единственное, что меня заинтересовало и порадовало, когда оклемалась, было полученное донесение еще одного шпиона. Он подобрался к кораблю во время стоянки и ухитрился передать бумаги прямо в руки королю. Интересные данные про следующую в нашем путешествии провинцию графство Доман. Граф Доман в это время благополучно сидел в тюрьме по обвинению в хищении трехсот тысяч золотом (по покупательной способности это эквивалентно нашим трем миллиардам долларов), выделенных на строительство дорог, но в его домене происходили странные вещи. В центре провинции и в ее столице была тишь да гладь, там трудились счетоводы и юристы, посланные Таргеленом вместе с военными отрядами для охраны. А вот на побережье творилось что-то непонятное.
Веррукка была крупным торговым портом, пользовавшимся большой популярностью у купцов с островов. Это про нее я выучила свой первый урок географии в этом мире. Просторная гавань в глубокой бухте в форме круглодонного кувшина с довольно узким горлышком, выход из которой охраняли два хорошо вооруженных форта, она была недоступна и для морских бурь, и для пиратов. Город на ее берегу процветал, давая вместе со своими Гильдиями во главе с Торговой, самые большие суммы налогов после столицы и Эстерса.
Но, по данным нашего наблюдателя, уже несколько дней в гавань не пускают торговые суда. Они скопились на внешнем рейде. Многие уходят дальше по побережью, подрывая торговлю в Веррукке. А в гавани стоят пять боевых кораблей с открытыми портами и расчехленными пушками.
Сначала я ничего не поняла, но по виду короля догадалась, что дело пахнет керосином. Потом вчиталась и до меня наконец дошло: нас ждут. Корабли стоят там отнюдь не для того, чтобы дать салют в честь царствующей четы. Нас собираются примитивно утопить. Почему мне кажется, что из этой истории торчат ушки моего так называемого отца? Разобравшись, я не стала демонстрировать какая я умная, а задала вопрос Таргу:
– Что ты обо всем этом думаешь?
– А ты?
– Мне страшно.
Он улыбнулся горько.
– Ты не обязана разбираться в морских делах, но почувствовала верно: туда лучше не соваться. Нас хотят заманить и убить. Вопрос кто? Наследников графа Доман мы, вроде, не обидели, хотя в таких делах ни в чем нельзя быть уверенным. Но я почему-то думаю на герцога. Хотя Веррукка далеко от его земель, мне видится здесь его рука.
Я согласно закивала.
– Если честно, мне тоже. Надо бы узнать подробнее, что там происходит. Я правильно поняла, что мы туда не пойдем?
– Абсолютно. Был бы я со своей командой и солдатами, да еще с парой нормальных боевых кораблей, обязательно бы сунулся, покрутился на внешнем рейде, чтобы выманить корабли из-под защиты фортов. Но когда у меня на борту самая большая драгоценность Ремирены, – он приобнял меня за плечи, – рисковать преступно. Мы идем к островам. Оттуда я извещу Эстерса, а мы пойдем в Берзенг. Для нападения на тех, кто засел в Веррукке, мне понадобятся как корабли, так и сухопутные войска. Если Олер с Рикаром объединят свои усилия...
Я поняла его план и согласилась. Да, надо обойти Веррукку пятой дорогой, а потом напасть, раз уж там засели приспешники герцога. Но сначала надо все разведать как можно подробнее. Не верится мне, что команда целых пяти кораблей изменила присяге. Можно ли послать туда верного человека или узнать о ситуации от независимого наблюдателя, который там находится?
Тарг вызвал к нам Ангера и изложил ситуацию. Маг подумал и заныл жалобно:
– Ой, не хочу я с ней связываться. Опять пристанет, как банный лист. А если еще Сени узнает, что я с Афилин общаюсь...
– Кто есть Афилин? – строго спросила я.
– Магичка. У нас с ней был роман в Академии. Жуткая зануда. Ни один из парней, с которыми она встречалась, не выдержал больше месяца. Живет в Веррукке. Я мог бы с ней связаться, отправить магическое письмо. Но она же потом не отстанет.
– Не ной, Ангер, – строго произнес король, – Посылай письмо своей однокашнице. Только продумай хорошенько легенду: зачем ты вдруг к ней обратился.
Знаю я нашего мага. Он поначалу поноет, а потом все придумает в лучшем виде. Ну вот, на лице появилось то самое выражение. Сейчас решение будет готово:
– Можно ее спросить, что происходит в городе. Якобы я не могу никак связаться с мастером Гинором, главой магической Гильдии графства Дамон. Он как раз тоже живет в Веррукке. Это сплетница тут же нам все выложит, что знает. Только как мне перед Сенар оправдываться?
А вот на этот вопрос ответ знаю я.
– Никак. Сейчас мы ее позовем и объясним ситуацию. Она же умная девушка. Если мы не будем ничего скрывать, она пойдет нам навстречу, еще и поможет.
– Вы уверены, Ваше Величество?
– На все сто.
Ангер еще колебался, а я уже шла за девушкой. Шла сама, без сопровождающих. На корабле следовать этикету было более чем затруднительно, и он в этих условиях просто сдох. Церемониймейстера с нами не было, огорчаться по этому поводу было некому. Так что когда я вытащила из общей компании свою фрейлину и увела ее, никто мне ничего не сказал.
Стоило мне объяснить девушке ситуацию, как она сама велела Ангеру срочно писать письмо Афилин, и даже помогла его составить. Выходит, маг плохо знал свою невесту, опираясь в своих суждениях скорее на расхожие байки про девиц, нежели на ее личные качества. Когда через два часа пришел ответ от верруккской магички, Сени зачитала его вслух.
“Дорогой, как приятно, что ты не забыл свою Афи. Я уже и думать про тебя забыла, а ты вспомнил обо мне. Какое счастье! Может, заглянешь в гости, когда будешь в наших краях? Я испеку яблочный пирог, ты всегда любил яблочные пироги. Я бы не приглашала, если бы не знала, что ты путешествуешь с королем по всей стране. Ты же у нас самый удачливый из всего выпуска, сумел стать придворным магом. Конечно, если бы ты так и сидел в столице, я бы тебя не приглашала. Но король должен заглянуть в Веррукку, все об этом знают. Ничего не могу тебе сообщить о Гиноре. Этот старый зануда со мной не общается. Последний раз я с ним разговаривала год назад на собрании Гильдии. А так он от меня шарахается, что непонятно, особенно если вспомнить, какие отношения нас связывали поначалу. Но если вдуматься, то я его уже две недели не видела. Может быть, он уехал в столицу графства? Вообще у нас в последнее время происходит что-то странное. Уже десять дней в гавань не заходят купцы. Это тем более обидно, что у меня закончились некоторые ингредиенты для зелий и я ждала нового привоза. Говорят, пираты угнали королевский корабль, подняли на нем мятеж и направляются сюда, в Веррукку. Наш комендант хочет их поймать, поэтому и нагнал в бухту столько военных кораблей. Но долго так продолжаться не может. Веррукка – мирный порт. Если гавань будет закрыта еще неделю, многие просто разорятся. Как же я не подумала? Если пираты угнали королевский корабль, то ты еще не скоро к нам приедешь. Хочешь, я найду тебе мэтра Гинора и помогу с ним связаться? Он должен знать все лучше меня, все-таки официальное лицо. Дорогой, сообщи, пожалуйста, верны ли слухи, и если ты собираешься все-таки посетить наш город, то не забудь свою старую подругу
Афилин сер Крони.”
Использовать в качестве источника информации эту нудную магичку было прекрасной идеей. Ее хаотичное письмо полностью подтвердило сообщение шпиона. Еще выяснилось, что капитаны кораблей не были изменниками или мятежниками, а действовали на основании ложной информации. Информация эта исходила от начальника порта.
А вот он ее откуда взял? Сам был обманут, или предал совершенно сознательно? Второй вопрос – это маг Гинор. То, что он пропал как раз тогда, когда началась вся эта заварушка, можно трактовать по-разному. Или он был нежелательным свидетелем и хотел выдать заговорщиков, или сам был заговорщиком и сейчас сидит у себя, готовит новые козни.
Ангер сказал, что знает Гинора и ручается за него, но я предпочитаю думать самое плохое. Зато когда потом выясняется, что все гораздо лучше, чем я думала, не наступает горькое разочарование. Очаровываться всегда приятнее.
Ангер послал еще несколько магических посланий в Эстерс, Берзенг и в столицу, после чего наш корабль повернул в открытое море, подальше от опасной Веррукки.
Плавание напомнило мне детские мечты. После того, как я избавилась от морской болезни, море стало притягивать меня с невиданной силой. Я готова была полдня простоять за спиной рулевого, тупо вглядываясь в водные просторы. Вид волн и переливы цвета воды завораживали.
Заодно память подкинула мне мою любимую с детства книгу “Одиссею капитана Блада”. Когда-то я знала ее почти наизусть. Больше всего меня тогда увлекали не любовные страдания и красота главного героя, а описания морских сражений. Я помнила их дословно, но только сейчас, находясь на парусном судне, смогла оценить насколько грамотно и точно автор строил свой рассказ.
Когда вечером все собрались в кают-компании, мне взбрело в голову развлечь общество этой историей. Конечно, пришлось поломать голову, откуда я все это знаю. Не рассказывать же этим людям про другой мир. Пришлось поместить события на карту этого мира в самый отдаленный его уголок, на другой континент, оставив имена и названия нетронутыми. Вроде это выдумка автора романа, который я читала в доме моего отца.
Поначалу увлеклись только девушки. Но по мере того, как развивались события, у мужчин тоже прорезался интерес. Когда у меня уже в горле пересохло и пришлось остановиться, мой собственный муж попросил:
– Дорогая, не могли бы вы завтра дорассказать нам эту историю? Никогда не слышал ничего более увлекательного.
Ага, зацепило! А я еще до захвата Маракайбо не дошла. Как раз подойдет для Веррукки.
Перед сном мы вышли на палубу. Дул легкий бриз, две яркие луны карабкались на небосвод, белая и оранжевая. Я с удивлением обнаружила, что это не одна луна, которая при разной погоде выглядит по-разному, а два самостоятельных светила. Надо же, и года не прошло, а я уже это заметила.
Они сияли так ярко, что звезд было не видно вовсе. Увидев мое изумление, Таргелен начал мне про них рассказывать. Та, что оранжевая, называется Маргот, а белая – Лисет. Это две сестры-красавицы. Они соперничали между собой за сердце прекрасного принца, а он ушел в море на своем корабле и не вернулся. Сестры не вынесли горя и бросились в море с высокой скалы. Она теперь так и называется Скалой Сестер. Но море не приняло их жертвы, а отдало небу, и теперь они светят всем мореходам.
Красивая легенда. И луны красивые. На море сразу две дорожки, одна серебряная, другая золотая. Но король привел меня сюда не природой полюбоваться, знаю я его. Хочет о чем-то спросить.
– Лиена, ты сегодня пересказывала нам историю из твоего мира. Я прав?
– Да. В детстве это была моя любимая книжка. Я знала ее практически наизусть, и вот сейчас вспомнила. Наверное, море навеяло.
– Очень интересная книга, у нас таких не пишут. Но я подумал, что это все скорее для мальчиков. Им такое интересно. Сколько тебе было лет, когда ты увлекалась этой книгой?
– Тринадцать-четрынадцать.
– Боги, в этом возрасте у нас только учатся читать по складам. Я увлекался подобными книгами когда мне было двадцать пять-тридцать. Хотя... Это примерно то же самое в Вашем измерении. Но у нас пишут более скучно, что ли. Знаешь, я когда был маленьким и читал всякие истории, то представлял себя одним из героев. Тебе это знакомо?
– Естественно. Наверное, все люди с воображением так делают.
– Скажи, ты кем себя представляла? Этой Арабел?
– Нет, что ты. Я всегда воображала себя Питером Бладом.
– Значит, я правильно понял, что и в твоем мире в теле женщины жила душа мальчишки.
Опять меня опускают ниже плинтуса. То премьер-министр, теперь и вовсе мальчишка. Не надо было ему говорить про то, кем я себя представляла. Нормальная девушка всегда будет себя отождествлять с женским персонажем. А я с мужиком. Вот он и спит с другими.
Конечно, Ормера-то стопроцентная женщина. Ее он хочет, а меня... Меня он избегает. Стоит мне пойти в спальню, как у него находятся дела на палубе. Никогда не ложится в постель раньше, чем я засну. А если мне вдруг приспичит сидеть с ним на палубе, он поспешит лечь в постель и уснуть. Если это не значить “избегать”, то я круглая дура. И красота Алиенор помогает мне как мертвому банки.
Когда-то в юности на картошке я подслушала один разговор. Подслушала совершенно случайно: сначала меня не заметили в высокой траве, а потом я уже не могла уйти, чтобы не засветить свое присутствие. Наши мальчики обсуждали девочек. Перемыли косточки всем, кроме меня, а потом кто-то вспомнил: а Элька? И тут все на его набросились: какая же Элька девчонка? Она же свой парень.
Так я и иду по жизни с клеймом “своего парня” на лбу. Временами мне кажется, что отсюда растут ноги всей моей последующей неустроенной женской жизни.
Так, а с каких это пор я по такому поводу парюсь? Кто здесь мужчина, которому, по легенде, тяжко без женской ласки? Я и без секса обойдусь, мне есть чем в этой жизни заняться. И вообще, где моя гордость? Нас один раз не хотят, мы семь раз не хотим. Вспоминаем правило: “Лопни, но держи фасон”. Вспомнили? А теперь идем спать. И если кому-то хочется, пусть хоть всю ночь бродит.
Я что-то пробормотала про то, что книжки для мальчиков интереснее книг для девочек, и улизнула в каюту. Там не стала никого дожидаться, разделась и нырнула под одеяло.
Ну точно я сказала: Таргелен меня избегает. Опять пришел, когда я уже десятый сон досматривала, а с утра пораньше слинял на капитанский мостик. Так повторялось из ночи в ночь.
За время, пока мы шли к островам, швартовались там, а потом возвращались к Ремирене, я досказала историю Питера Блада как ее помнила. Некоторые сцены меня просили повторить на бис, и даже пригласили писца, чтобы записывал. Интерес короля вызвали морские сражения. Он что, учебник писать собирается?
На островах мы встретили купцов, не дождавшихся открытия гавани в Веррукке. Они подтвердили сведения Афилин и шпиона. По их словам, все началось примерно в тот день, когда наша галера пришла в Зентар. Получается, не знали, когда мы до них доберемся, и заранее готовились? Идиоты. Город понес огромные убытки, и ради чего? Мы-то все равно улизнули.
