Текст книги "День Святого Валентина 18+ (СИ)"
Автор книги: Анна Алексеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)
Акт шестой
Помещение, в которое мы пришли на этот раз, напоминало средневековую пыточную. Каменные стены в потеках влаги, ржавые цепи, свисающие с потолка, самая настоящая дыба и железная дева с чуть приоткрытой дверцей, так, что я видела длинные острые шипы внутри. Я невольно содрогнулась, но покорно последовала за миньоном. От каменного пола, что удивительно, веяло теплом, ноги совершенно не мерзли, что навело меня на мысль, что это все – очередная искусная декорация. Вряд ли мне здесь станут причинять реальный вред. И даже если и будут… Я сама хотела познать все грани своей сексуальности.
Возможно, пытки – как раз то, что приведет меня на вершину блаженства. Еще в начале этого «приключения», как я сама для себя его обозвала, потому что понятия не имею, как охарактеризовать самый шикарный секс в своей жизни, длящийся, по моим внутренним ощущениям, уже несколько суток. Так вот, еще в начале я ни за что не согласилась бы даже шагнуть в подобную комнату, но после того, как Мастер доказал, что боль может приносить удовольствие, как следует выпоров мои соски и истерзав клитор, я лишь застыла на миг в предвкушении новых ощущений, и колечко ануса сжалось вокруг затычки, отчего по телу прошла волна дрожи.
Кроме цепей и разного рода пыточных приспособлений на стенах, о назначении которых я могла лишь догадываться, примерно в середине помещения был высокий деревянный щит, отделяющий одну часть комнаты от другой. Миньон подвел меня прямо к нему, так что я смогла рассмотреть, что дерево для перегородки было использовано толстое и прочное. В середине щита, на уровне моих бедер, было вырезано отверстие около полуметра диаметром, и на нижнем его краю была закреплена широкая доска не больше метра длиной. Я еще не поняла, как это используют, но судя по тому, что мы остановились именно здесь, я скоро все узнаю.
С той стороны, с которой мы остановились, на перегородке имелись металлические кольца. Два сверху, на расстоянии полутора метров друг от друга, и два снизу, немного ближе друг к другу.
– Стой здесь, – приказал миньон и отошел к одному из деревянных шкафов, выполненных в таком же средневековом стиле, стоящих вдоль одной из стен. Он вернулся спустя минуту, неся в руках две пары браслетов. Судя по размеру, одна пара предназначалась для рук, вторая для ног. Я огляделась в поисках Мастера, но, судя по всему, в этом помещении мы с Миньоном были вдвоем. Я уже открыла было рот, чтобы спросить, но меня опередили.
– Он придет, как только ты будешь готова, – произнес мой спутник и, взяв меня за руку, аккуратно закрепил браслет. Проделав то же самое со второй рукой, он опустился на одно колено, как будто собрался делать предложение, поставил мою ногу к себе на колено и так же бережно надел необычное украшение. Изнутри на браслетах был толстый слой мягкой кожи, снаружи же оказалась прочная сталь с карабинами, которые, судя по всему, цеплялись к тем самым кольцам на деревянной панели, перекрывающей комнату. Когда с браслетами было покончено, миньон с легкостью подхватил меня на руки и уложил на доску. Я попыталась просунуть ноги в отверстие, но он мне не позволил, перехватив за лодыжку. Чем-то мне эта конструкция внезапно напомнила аппарат МРТ, и эта мысль заставила меня неожиданно усмехнуться. Но сходство с медицинским прибором закончилось тогда, когда миньон поднял мои ноги вверх так, что я практически сделала свечку. Обойдя щит с другой стороны, он обхватил меня за талию и протащил мой зад в дыру. Получилось, что я вся осталась по эту сторону отверстия, а попа – по ту. Вернувшись ко мне, миньон развел мои ноги в стороны и закрепил их, пристегнув карабины к кольцам на панели. Руки попытался тоже притянуть к щиту, но я оказалась маловата для этой конструкции, поэтому он просто завел их под доску, на которую меня уложил, и сцепил карабины. Я приподняла голову, чтобы видеть, что происходит с моей филейной частью, но не успела. Уложив меня обратно, миньон ловко завязал мне глаза.
Я вздохнула и уперлась пятками в деревянную панель. Дерево было гладким и теплым, и доска, на которой я лежала, только на вид была жесткой. Видимо, здесь все очень хорошо придумано, так как я едва поместилась на этой импровизированной лежанке, и то моя попа немного не помещается. Другой край доски заканчивался в районе моей макушки, и я уже начала догадываться, что сейчас будет. Не берусь ничего утверждать, могу только предположить, что действие будет происходить по обе стороны панели. С одной стороны – мой податливый рот, который уже наполнился слюной от предвкушения. С другой стороны – моя абсолютно беззащитная и раскрытая из-за широко разведенных в стороны ног киска, и приподнятая кверху попка, уже абсолютно готовая благодаря анальной затычке и согревающему маслу, которым меня перед этим щедро умастили.
Я уже успела заметить, что с завязанными глазами все мои чувства обостряются, и сейчас скорее почувствовала, чем услышала, приближающиеся шаги. Попка непроизвольно сжалась в предвкушении, и чьи-то пальцы властно ухватили мои соски, сжимая их несильно, но жестко. Рот мне никто не заткнул, и я позволила себе протяжный гортанный стон, показывая, что уже готова. Но, пришедший, похоже, и так это понял.
– Хорошая девочка, – услышала я голос Мастера, и мое сердечко запрыгало в груди каучуковым мячиком. Нос уловил запах знакомого уже парфюма, и я расслабленно распласталась на доске, не в силах согнать с лица идиотскую счастливую улыбку. Теплая ладонь ласково коснулась моей щеки, и я не удержалась и потерлась об нее, как довольная кошка. Мастер хмыкнул, но комментировать не стал. Кажется, он остыл после своей вспышки и вновь вернулся в свое привычное состояние, натянув маску хладнокровного мудака, ставящего профессионализм превыше чувств. Но мы уже выяснили, что мне он нравится в любой своей ипостаси.
Судя по звукам и негромкому шуршанию, Мастер явился в пыточную не один. Кто-то явно раздевался в стороне. Звякнула пряжка ремня, вжикнула молния, и мне осталось лишь догадываться, в распоряжение скольких мужчин сейчас попадет мое тело. Может, за щитом очередь выстроилась до дальней стены, и каждый по очереди возьмет от меня все, что я могу предложить. А познакомившись с миньонами, могу утверждать, что одним разом они не ограничатся.
– Тебе бы этого хотелось? – вкрадчиво поинтересовался Мастер, и я по-настоящему задумалась. Хочу ли я, чтобы меня поимела бесконечная вереница членов? Пожалуй, нет. Мне бы, на самом деле, достаточно было бы его одного, но в полном моем распоряжении.
Мастер промолчал. Надеюсь, не потому, что мои мысли пришлись ему не по душе. Судя по звуку удаляющийся шагов, он отошел. Я запаниковала, но вернулся он очень быстро.Жесткий палец скользнул мне в рот, исследуя влажную глубину и властно раздвинув губы. Я чуть высунула язык, готовая принять его член, но вместо этого меж моих зубов вставили знакомый уже шарик кляпа. Я не издала ни звука, молча приняв это, но интерпретировав, как своего рода наказание.
– Молчи и слушай, – в голосе Мастера прозвучала насмешка. – Не сомневаюсь, что сегодняшнее испытание станет для тебя настоящей пыткой. Я намерен наказать тебя. Наказать жестко и так, чтобы ты раз и навсегда начала воспринимать меня не иначе, как твоего палача. Этот этап растянется до тех пор, пока ты не начнешь меня ненавидеть.
Я внутренне оцепенела. И то, как сжалась в предвкушении попка, показалось мне крайне неуместным. Наказание? Вот значит, что меня ждет? Я дернулась, но ладонь Мастера властно легла мне на грудь, придавив к деревяшке.
– Сегодня, – он немного помолчал. – Это будет мучительно, но, возможно, ты получишь удовольствие. Завтра же о твоем удовольствии заботиться никто не станет. Я отдам тебя провинившимся миньонам, голодным до женского тела. Я пока не знаю, как это будет.
Возможно, я привяжу тебя здесь же, и позволю им выбирать, в какое из твоих отверстий тебя будут иметь. Поверь, ни один не откажется побывать в твоей сладкой тугой попке. Они будут раздвигать твои ягодицы, щипать твои половые губы, чтобы ты сильнее сжимала мышцы, и, ради тебя, малышка, я выберу самых голодных, самых безжалостных и самых одаренных физически.
Я сглотнула. Зачем он мне все это говорит? Чтобы напугать? Чтобы я запросилась домой?
– Да, – он снова прочитал мои мысли. – Одного твоего слова будет достаточно, чтобы это все прекратилось. Я оставлю твой горячий ротик свободным, чтобы его могли насиловать те, кто будет ждать своей очереди проникнуть в твою попку. Я позабочусь, чтобы ты в полной мере ощутила процесс сажания на кол. Игры кончились, милая. Сейчас я хочу, чтобы ты как следует представила это в своей голове. То, как завтра с рассветом ты попадешь в полное распоряжение насильников, которые сегодня будут лишь наблюдать за твоим наказанием, мечтая о твоей мягкой податливой плоти.
Его голос звучал все тише и все более хрипло. Похоже, его подобные мысли лишь возбуждают. А я, я не боюсь. Пусть наказывает. Возможно, даже хорошо, что я стану его ненавидеть. В договоре было четко прописано, что физической боли и увечий мне причинять не будут, а похоть нескольких мужиков я как-нибудь переживу и, может быть, даже получу удовольствие. Я не запрошу пощады и не дам повода отправить меня домой.
Так я себя утешала, хотя внутри все содрогалось от страха. И в это же время вдруг пришло понимание, что если я достаточно четко сформулирую свою фантазию, Мастер постарается ее исполнить, и, скорее всего, у него это получится. То, что это место необычное, я поняла сразу. В нашем мире нет телепортов. Думаю, это магия. А там, где есть магия, есть место и тентаклевому монстру. Я постаралась как можно быстрее переключиться на что-то менее экстремальное. Получилось откровенно плохо. А ведь в свое время я посмотрела одно лишь анимэ с этими всепроникающими щупальцами, а впечатление осталось на всю жизнь, отпечаталось в сознании и до сих пор время от времени возвращается во сне.
В этот момент стало откровенно жаль, что я не могу его видеть. Мне почему-то важно знать, улыбается он, или на его лбу появились хмурые складочки. Но уже в следующее мгновение мне стало не до размышлений. Мастер, судя по всему, обошел деревянную преграду и остался наедине с моей киской. Теплые пальцы скользнули между складочками, раздвигая их, проникая глубоко, исследуя и дразня. К сожалению, длилось это недолго. Убедившись, что я достаточно влажная, он широко развел в стороны мои половые губы, и входа коснулось что-то гладкое и, по ощущениям, большое.
– Это наше новое изобретение, – поделился Мастер. – Сделано специально для наказаний.Машина для секса. В качестве насадки взят металлический фаллоимитатор максимально большого размера, который ты можешь принять. Он покрыт слоем латекса и смазки, и скользить будет идеально. Он немного загнут и бугрист, и при каждом входе будет так сильно стимулировать твою точку джи, как тебе и не снилось. Из-за его гигантских размеров тебе покажется, что он тебя разорвет. – Мастер помолчал, выдерживая эффектную паузу. – Я не исключаю такую возможность, – он хмыкнул. – Поэтому тебе лучше не дергаться, чтобы траектория движения не менялась. Сервопривод способен поддерживать частоту фрикций от нуля до двухсот пятидесяти в минуту. Ты только представь, что будет, если установить его на полную мощность.
Я представила и вздрогнула в руках Мастера. Двести пятьдесят сильных толчков в минуту.Наверное, я запрошу пощады раньше, чем эта минута истечет. Максимально большой размер – это сколько? Вряд ли меня действительно разорвет, вряд ли это даже будет больно, но я с силой вцепилась пальцами в цепочки, удерживающие мои руки. Внутренние мышцы сжались до такой степени, что внутрь не получится пропихнуть и мизинец. Что ты на это скажешь, Мастер?
– Частота фрикций и глубина проникновения регулируются от пульта, который будет у меня, – сказал он. – Это машина, она не знает жалости и сострадания. Она будет трахать тебя глубоко и сильно независимо от твоих желаний. И очень скоро ты осознаешь, что во мне жалости еще меньше. Для твоего же блага – расслабься.
Проверяя реакцию, он обвел пальцем мой сжавшийся анус и медленно потянул затычку, вытаскивая ее. Я дернулась следом, и Мастер успокаивающе погладил мои ягодицы.
– Твоя попка пострадает завтра. Сегодня пусть отдыхает.
Если он таким образом хотел меня успокоить, то не преуспел в этом. От внезапного жжения на глазах выступили слезы, и я чуть запрокинула голову и глубоко задышала, пытаясь справиться с ощущениями. Наверное, я действительно серьезно провинилась, раз меня хотят насадить на какую-то штуку, чудовищную по своим размерам.
Видимо, посчитав, что естественной смазки недостаточно, Мастер щедро смазал все пространство между ног прохладным гелем. Его длинные пальцы бережно прошлись между складочек, потерли клитор, вызвав во мне дрожь нетерпения. И как будто этого мало, внутри меня дополнительно умастили тем самым возбуждающим средством. Наверное, без него я просто долго не продержусь. Да и с ним, скорее всего, тоже.
Я замерла, отчаянно жалея, что лишена возможности видеть, что делает Мастер. Вот пальцы снова скользнули по половым губам, раздвигая их, после чего моего входа коснулась широкая головка бездушного металлического члена. Возбуждающая мазь начала действовать, спина покрылась липкой испариной. Всхлипнув от нетерпения, я подалась навстречу, но Мастер удержал меня, положив руку на лобок. Я поерзала и попыталась расслабиться, как мне советовали, но это оказалось не так просто. Интересно, насколько он огромный? Судя по тому, как широко пришлось развести ноги – впечатляющий. – Поехали? – усмехнулся Мастер, продолжая удерживать меня одной рукой. Я тихо угукнула, не зная, радоваться мне или бояться. Мучительное ожидание подошло к концу, и вот-вот начнется пытка. Готова ли я? Однозначно, нет. Но есть ли у меня выбор? Вообще есть, но как ни крути, все обернется не в мою пользу. Либо я буду изнасилована поистине гигантским членом, либо вернусь домой, не испытав этого.
Что-то щелкнуло, загудело, и давление на вход усилилось. Я вздрогнула, не в силах справиться с собственным страхом, а мои складочки раздвинулись, впуская внутрь меня настоящего силиконового монстра. Внутри все пульсировало, но я заставила себя чуть расслабиться, сделав несколько глубоких вздохов. Насадка машины плавно двинулась внутрь, неумолимо, сантиметр за сантиметром, растягивая меня, насаживая безжалостно, так, что я чувствовала каждый выступ на неровной поверхности. Я еще шире раздвинула ноги, чтобы огромный член смог войти как по маслу, хотя внутри все сопротивлялось. Попа сжалась так, что ею можно было реально колоть орехи.
Рука, удерживающая меня, исчезла, а я замерла, не дыша, боясь лишний раз дернуться. Больно не было. Было удивительное чувство переполненности. Вероятно, это действительно самый большой размер из тех, что я могу в себя принять. Обещанные бугорки скользили по моей слизистой, натягивая меня на себя, как тугую перчатку. Ощущения были сумасшедшие. Перед глазами мелькали разноцветные круги, я захлебывалась от сильнейшего, ни с чем не сравнимого удовольствия, которое накатывало волнами, и когда огромная головка достигла своего предела и внезапно остановилась, я смогла только жалобно хныкать и жадно ловить ртом воздух.
Гудение прекратилось, и машина внутри меня замерла. Чтобы почувствовать весь масштаб проникшего в меня органа, не пришлось даже сжимать внутренние мышцы. Достаточно было просто дышать. Даже у тентаклевого монстра в том злополучном анимэ не было такого внушительного хозяйства. В тишине раздавалось лишь мое прерывистое, хриплое дыхание.Я чуть шевельнула бедрами, пытаясь достигнуть так необходимой мне сейчас разрядки, но размер члена пугал сильнее, чем вероятность не получить оргазм.
Но чем дальше, тем невыносимее становилось ожидание. Машина замерла, оставив меня в шаге от разрядки, и я начала тихо хныкать, надеясь разжалобить своего мучителя, в чьих руках был пульт. Я услышала, как он тихо хмыкнул, и машина вновь приглушенно загудела, заставив мое сердце подпрыгнуть от радости.
Это было мучительно, до полного умопомрачения, медленно. Толстый ствол внутри меня вздрогнул, послав по всему телу волну удовольствия, и двинулся в обратном направлении, оставляя после себя ощущение опустошенности. Так оно, по сути, и было, и когда даже широкая головка выскользнула наружу с тихим чавкающим звуком, я едва не захныкала снова.
Внутри меня все сжималось и пульсировало, требуя немедленно заполнить пустоту, и, кажется, мои хаотичные, бессвязные мольбы были услышаны, потому что через мгновение толстая насадка вновь прижалась к моему входу и неумолимо двинулась внутрь, растягивая и наполняя. Я заметалась по доске, насколько это было возможно, потому что этого было явно недостаточно. Медленно. Слишком медленно.
Мастер снова хмыкнул, но прекращать пытку и не подумал. Я дернула руками, и оковы больно впились в запястья. Боль немного отрезвила, и я попыталась выровнять дыхание, успокоиться. Сердце трепыхалось, норовя выскочить из груди, покрытой испариной.Вдохнув несколько раз, я, кажется, начала приходить в себя. Член вновь ушел до упора, насадив меня на себя, но это больше не вызвало того безумного восторга, как в первый раз.И, казалось бы, чего мне еще надо? Я лежу, прикованная, распластанная, абсолютно беззащитная перед вторгающимся в мое тело детородным органом самых внушительных размеров. Любая другая на моем месте захлебывалась бы криком, потому что удовольствие, как ни крути, было больше, чем я когда-либо испытывала в жизни. Однако...
Это всего лишь машина. В ней нет души, в ней нет чувства. А для меня, как выяснилось, это первостепенно. Первый раз, когда четыре миньона по очереди вколачивались в мое тело, мне понравилось гораздо больше. А про эпизод с Мастером думать вообще не хочется, потому что, скорее всего, прямо сейчас он читает мои мысли, и вряд ли они ему понравятся.Я угадала.
– Ну, не скучай, детка.
Я услышала, как он положил пульт, и протестующе замычала, осознав, что меня оставили здесь одну. Я могу кричать и дергаться сколько угодно, машина не остановится и продолжит сводить меня с ума своими неторопливыми движениями. Кажется, самое время начать его ненавидеть. Это действительно неоправданная жестокость. Да я в жизни не кончу, если этот агрегат хоть немного не ускорится. Пожалуй, это даже хуже, чем обещанное изнасилование моей попы десятком изголодавшихся миньонов.
Закулисные хроники технического персонала. Опасные желания. Часть 1
– Вот ты мне скажи, Инженер, как мне поступить? – рот Хирурга, по-моему, не закрывался от рождения. – Приходит ко мне тут давеча старуха. Морщинистая такая вся, горбатая. Зубов меньше, чем конечностей. И воняет такой старушатиной, махровой, концентрированной, я после всех событий кабинет неделю проветривал. Смотрит на меня своими тусклыми, хитрыми глазками и знаешь, что спрашивает? Ты не поверишь!
– Отнюдь, – оперевшись о гоблина, я медленно ковылял рядом с Хирургом, вынужденно слушая его бесконечную болтовню.
– Слышала, говорит, ты, внучок, специалист по всяким хирургическим штучкам. Не, ты представляешь, хирургическим, блять, штучкам! Я, доктор медицинских наук, профессор института экспериментальной медицины, у нее превращаюсь в специалиста по всяким, сука, хирургическим штучкам!
– То есть внучок тебя не зацепило? – улыбнулся я.
– Иди в задницу. Так вот. Я, говорит, хочу фигурку свою подправить. И лучше, чтобы ты мне ее сделал такой, какая она у меня в девичестве была. И мечтательно закатывает глазки, видать, девичество свое короткое вспоминала.
– Или представила, как тебя оседлала, – заржал под левой рукой Забас.
– Я ей и отвечаю, – не отреагировав на Забаса, продолжал Хирург. – Тебе, бабуля, денег не хватит на такую операцию. И что ты думаешь? Она даже бровью не повела. Щелкнула пальцем, и ко мне в кабинет заваливается громила с кожаным мешком. Этим сраным мешком он сносит мое оборудование со стола, а я там эксперимент, между прочим, важный проводил, и не успеваю я открыть рот, чтобы послать их обоих в жопу, как он этот мешок открывает.
– Удивительно шустрый малый. Успел открыть мешок раньше твоего рта, – теперь уже я воткнул свою шпильку. Но Хирург настолько ушел в повествование, что на внешние раздражители не реагировал.
– А он под завязку набит золотыми монетами. И монетки новенькие, чеканка идеальная. А старуха и продолжает ехидным голоском "Я цены знаю. За хорошую работу – хорошо заплачу. Ну что, возьмешься, Хирург?". Ну я тут оторопел малость от такого количества денег, да сдуру и кивнул головой.
– Ну и чем тебе помочь? Не знаешь, куда деньги потратить? Или уже потратил, а из старухи ничего путного не слепил?
– Да вот хер там. Громила мешок закрывает и уходит с ним, а старуха продолжает: "Как только работу свою сделаешь, я и рассчитаюсь". А я настолько оторопел, что даже аванс не запросил у нее, поверил на слово.
– Профессор Лопух, аххаахах, – снова заржал подо мной гоблин.
– Лопух. Привел я ее в хирургический. Расстарался, скажу я вам, по полной. Три дня ее кромсал. Не знаю, какой она в девичестве была, но из под моей руки вышел шедевр. Подходит она к зеркалу, вижу, довольна. Вертится, крутится, изгибается перед ним. Ну, у меня кровь и отхлынула от мозга. Описывать не буду ее, а то опять встанет.
– Жаль, это была бы единственная интересная деталь твоего рассказа.
– Все бы тебе стебаться. И она, главное, видит, что у меня уже слюна до пола, и еще больше продолжает извиваться перед зеркалом. И вот замерла, посмотрела на меня хитро через отражение и спрашивает: "Хочешь меня, Хирург?".
– Предполагаю, выбор ответа был однозначный, – улыбнулся я.
– И голос такой томный, волнующий. Моя Аннет расстаралась.
– Это еще кто?
– Сколопендра. Она у меня по тональностям голоса работает.
– Ааа. Террариум твой стремный.
– Да. Не сбивай. Подходит ко мне, я бы даже сказал, подплывает, покачивая бедрами. Кладет свою руку мне на пах, я тогда был уверен, что сейчас джинсы порвутся, и смотрит на меня изумрудными глазками молодой, наивной девушки. Ивонн постаралась, это моя ...
– Даже не хочу знать, кто это! Продолжай.
– Хорошо. Смотрит на меня такими наивными, большими глазами и спрашивает кротким, нежным голосом: "Трахнешь меня на этом полу?". Я в этот момент чуть, собственно, и не кончил в штаны. Дальше я в детали вдаваться не буду, думаю, вам это не интересно...
– Блядь! Я, может, только этой части и ждал.
– Я тебе ее фотографию пришлю, сможешь с ее помощью, подключив руку, свою собственную часть создать.
– Я подумаю.
– Ну а пока ты думаешь, я продолжу. В общем, оттрахала она меня знатно, у меня, признаться, даже ноги отнялись. В итоге так на полу и вырубился. А когда очнулся – бамс! – и никого. Только записочка рядом: "Я скоро вернусь, котик".
– Сказочный ты долбоеб.
– Ну, я на ноги вскочил, думаю, может, деньги на столе оставили. И что ты думаешь, я там узрел?
– Ебущихся гномиков?! – заржал Забас.
– Точно к тебе Матильду ночью пришлю. Так вот. На столе в целости стоят все мои мензурки, которые этот громила три дня назад мешком по полу разнес. Получается, что? Получается, морок старуха навела. Значит, она кто? Ведьма с Топей, сука старая. Думаю, в чем прикол? Они, вроде, и сами умеют себя превращать в красоток.
– Тот же морок, осел ты в профессорской мантии.
– Вот ведь. И зачем ей это?
– Да черт их знает, что у них на уме. Какие-то свои интриги.
– Наверное. Так я все это к чему. Писать на нее бумагу в Комитет или подождать, может, вернется? – Хирург мечтательно улыбнулся. – Такого секса у меня еще никогда не было.
– Впереди свет, выходим, Инженер, – проинформировал гоблин.
– Прекрасно. Послушали про интриги ведьмы, пора продолжать свои.
– Ты о чем? – Хирург повернул ко мне голову.
– Идем в машинный зал, клиентка Екатерина либо там, либо скоро будет.
– Мне нравится ход твоей мысли, – расплылся в улыбке Хирург.
– А Забас может? – подал голос гоблин.
– А Забас может мне за новыми шмотками метнуться, на мне только труселя целые.
Забас легкой трусцой побежал вперед, а я в окровавленных лохмотьях поковылял следом, опираясь теперь уже на Хирурга. Впереди, на каменной гряде, возвышалось здание "Сладкой Гвендолин".
"Ебать, меня занесло" – подумал я. Вход в пещеру, из которой мы вышли, располагался в паре сотен метров от здания, скрытый в скале от посторонних взглядов массивной стеной плюща. Лес, окружавший нас сейчас, некогда был прекрасным парком, разбитым перед входом в "Сладкую Гвендолин".
– Так что ты затеял, Инженер? – долгое молчание не было коньком Хирурга.
– Катя... Девушка Екатерина, новая клиентка, которую притащили из смежного мира четверо твоих альтернативно одаренных. Когда я ее первый раз увидел, в комнате выхода...
– Абсолютно голой, хехехе. Я уже слышал про эту часть.
– Молодец. Ее лицо тогда показалось мне знакомым, но я никак не мог вспомнить, откуда. Запросил компьютер, он мне выдал высокий процент совпадения с потерянной младшей дочерью Князя. Я поначалу компьютеру не поверил. Запросил ее физиологию и то, что я увидел, меня приятно удивило. По всем параметрам она имела очень высокие шансы пройти Испытание в Зале.
– Стоп, стоп, стоп! Зал уже хер знает какой десяток лет под запретом. Магистр запретила, пизда старая, да и других доброходов повыше нее хватает.
– А вот тут и заключался смысл. Озабоченной старухе я втер про богатеньких клиентов, которые потекут к нам рекой, лишь бы трахнуть голубокровную наследницу престола. Далеко не все, знаешь ли, хотят возвращения предыдущей династии к престолу. Многим Великий Князь был поперек горла. Прокатило, и я получил мандат на действия. Под этот мандат я начал готовить Зал. Надо бы и саму Екатерину готовить к прохождению Испытания. Она его пройдет, я в этом уверен. И скинет наш истеричный реликт с поста главы Сладкой Гвендолин.
– С чего ты решил, что ей это надо? Это первое. Второе, между «проходит испытание» и «реликт слетает с поста главы» у тебя огромный, сука, пробел.
– Ну, первый пункт мы с тобой сейчас идем решать. По второму... По документам она имеет право, после прохождения Испытания, претендовать на должность главы. Высокий шанс, что старая истеричка психанет и попробует ее раздавить, но так как силы явно будут не равны, старухе точно каюк. С остальным, дружище, будем импровизировать.
– Хм. Так себе план, если честно. Но Магистр уже хуже кости в горле, и я готов поддержать даже такой вариант. Кстати, а как тебя угораздило в таком виде оказаться в этой гребаной пещере. Еле нашли тебя с Забасом. Даже и не знал, что под нашим заведением есть пещера.
– Сам там впервые. – Ухмыльнулся я. – Зашел в Зал проверить работу фей и Забаса. Оказалось, там протечка, в Зале. Натекло на маленькое испытание для одной из фей. В общем, в процессе испытания провалился под пол. А феи такие, я тебе скажу, фортели на троне выдавали…
– Ну-ка поподробнее.
– Я тебе их фото пришлю, подключишь фантазию с рукой, и сами собой появятся подробности.
– Злопамятный ты.
– Да. Бывает. Так вот, когда ты там в пещере меня штопал, я увидел на потолке древнюю фреску. Посреди кучи уже потертых сексуальных сцен было изображено лицо Кати.
– На старой фреске? Сильно тебя приложило.
– Я тоже так подумал, пока не понял, что эта фреска изображает прохождение испытания Гвендолин.
– Типо реинкарнация? – ухмыльнулся Хирург.
– Типо хер знает. Но по тому хаосу, который начинает происходить вокруг, речь вполне может идти о перерождении Гвендолин. И произойти это может у нас в Зале.
– Каша у тебя какая-то в голове, Инженер, скажу я тебе. Ты сейчас лучше сходи, душ прими, да поспи денек.
– Боюсь, нет у нас денька лишнего.
Мы подошли к входным дверям и зашли внутрь, в приемный холл. Открывшаяся картина ввергла нас в ступор и лишила на некоторое время дара речи.
