Текст книги "День Святого Валентина 18+ (СИ)"
Автор книги: Анна Алексеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 24 страниц)
– Куда мы идем? – спросила я, чувствуя, как по бедрам медленно стекает его семя, наполнившее меня несколько минут назад. Промежность пульсировала и немного саднила, но я знала, что это скоро пройдет, смытое новой волной возбуждения.
– В зал, – не глядя на меня, рыкнул мужчина.
В зал? Тренажерный?
Перед глазами мгновенно встала картина, как он привязывает меня к какому-нибудь хитрому тренажеру, например, вниз головой, и берет, широко разведя в стороны мои ноги. Между бедер в одно мгновение стало жарко, и я протяжно выдохнула, представив, как глубоко и чувственно это будет. И все же захотелось уточнить.
– Какой зал? – моя ладонь непроизвольно скользила по его груди, а сердце замирало от переполняющего его восторга, умноженного на, кажется, истинную влюбленность. Этот мужчина пришелся мне по душе в облике человека. Демоном же он меня окончательно покорил.
– Ритуальный, – будто бы нехотя ответил Мастер. – Время начать Испытание.
Испытание?
И снова что-то будто начало всплывать из памяти, поднимая вокруг себя неясную муть. Какие-то образы мелькали перед мысленным взором. Мужчина с хвостом и странными татуировками, еще один, горячий и страстный, но с которым я точно до этого не встречалась. Может, они мне приснились? И, кажется, там была Олеся…
Олеся!
– Стой, – дернулась я, но демон и не подумал подчиниться.
– Там ваша администраторша, – пошла я иным путем. – Она осталась прикованная к креслу. А что, если с ней что-то случится?
– Случится, – плотоядно усмехнулся мужчина, и у меня мороз пошел по коже от его тона. – За ней скоро придут, и она свое получит.
Прозвучало это, если честно, угрожающе. Я дернулась, пытаясь соскочить с рук несущего меня демона, но он держал крепко, хоть и очень бережно.
– А я? – тихо спросила я, почему-то начиная беспокоиться.
– Для тебя тоже все очень скоро закончится, – усмехнулся он. – Так или иначе.
Я мотнула головой, не понимая. Меня тащат в какой-то зал, для прохождения какого-то ритуала. Это жертвоприношение? Меня для этого столько времени так тщательно ублажали, чтобы принести в дар какому-то озабоченному божеству?
– Успокойся, – остановившись, Мастер поставил меня на ноги, но, не дав сделать и шага, прижал к стене коридора. Его губы коснулись моего виска, а в живот уперлось явное свидетельство возбуждения. – Считай это очередным актом, малышка. Ничего, кроме удовольствия, ты не почувствуешь. Но это будет совершенно иной уровень. Такого, как в зале, ты больше нигде не испытаешь. Тысячи оргазмов, как праздничный фейерверк. Единственное, о чем тебе стоит беспокоиться – это выдержит ли твое сердечко.
Выдержит. Мои ладони легли на упругий плоский живот, который я мечтала потрогать еще с первой секунды его преображения. В душе снова поселилась уверенность, что ничего плохого со мной не произойдет. И про Олесю он тоже наверняка имел в виду, что кто-нибудь придет и отстегнет ее от кресла. Пальцы вдавились в твердый пресс, и я почувствовала восхитительные кубики, обтянутые бархатистой кожей, тогда как зубы демона едва коснулись моей открытой шеи. Воздух со свистом покинул легкие и, прикрыв глаза, я откинула голову назад, отдаваясь его возобновившимся ласкам.
– Не могу тобой насытиться, – прошептал он, опаляя кожу своим частым горячим дыханием. – Не могу представить свою жизнь без тебя.
Не представляй.
Мое сердечко, разбитое на тысячи осколков предательством бывшего, будто полили бальзамом. И не просто полили, а утопили в нем. Я почувствовала себя готовой к новым отношениям, захотелось окунуться в них головой, отдаться и снова кому-то принадлежать. Кому-то, кто точно так же не мыслит без меня своего счастья. Мастер, чуть склонившись, покрывал мою грудь быстрыми жадными поцелуями. Не теми грубыми и жалящими, после которых остаются синяки, но на коже будто расцветали огненные цветы. Не в силах больше ждать окончания прелюдии, я непроизвольно обхватила пальцами его рога. Гладкие и теплые, они огибали его голову, подобно короне, и я не сразу поняла, отчего мужчина всем телом вздрогнул, а из его взгляда, устремленного на меня, исчезли все признаки человечности. Оскалившись, он подхватил меня под ягодицы и насадил на себя, проникнув сразу на всю длину, я же, осознав причину внезапной агрессии, лишь крепче ухватилась за его потрясающей красоты костяные наросты. Мои ноги плотно оплелись вокруг его талии, и, глядя будто со стороны, я видела, насколько маленькая и хрупкая в сравнении с ним, что возбуждало еще больше. Захлебываясь стонами наслаждения, что несло с собой единение с демоном, я закрыла глаза и отрешилась от мира, полностью погрузившись в сладкие ощущения. Я была необходима ему больше, чем воздух, я будто стала частью его, незаменимым органом, без которого он не проживет и мгновения. Мастер не проронил ни слова, лишь шипел сквозь зубы что-то невнятное, но я знала, что он чувствует со всей ясностью, какая только может быть. Мы будто поменялись местами, и я стала тем человеком, что мог читать мысли. Моему мужчине было мало просто вколачиваться в мое тело, и когда его палец скользнул в сторону дырочки между ягодицами, я поощрила его протяжным стоном. Проникнув внутрь, он на некоторое время замер, стараясь не кончить от того, какой тугой и сладкой я внезапно стала, и мои пальцы игриво заскользили по его рогам, потому что я уже совершенно точно знала, как он на это отреагирует. Одновременно с этим мои внутренние стеночки пульсировали все сильнее, приближая меня к мощнейшему, самому потрясающему за сегодня оргазму. Сердце колотилось так, что могло бы проломить ребра и выскочить, но я лишь блаженно улыбалась, зная, что очень скоро все повторится и будет продолжаться бесконечно долго. Единственное, что такими темпами мы вряд ли в ближайшее время доберемся до зала.
Но нам ведь некуда торопиться?
Демон содрогнулся, изливаясь в меня, и я внимательно вглядывалась в его напряженное, сведенное судорогой удовольствия лицо, отпечатывая в памяти каждую деталь. Он был идеален каждым своим миллиметром. Идеален и любим. Наверное, теперь я скорее умру, чем покину это место. Я буду его вечной рабыней, соглашусь на любые условия, только бы это никогда не прекращалось.
– Вскоре это будет зависеть только от тебя, – снова туманно высказался Мастер. – Если пройдешь Испытание.
Пройду. Ради тебя – пройду непременно. Туда и обратно. Несколько раз.
Мужчина усмехнулся и с явной неохотой поставил меня на ноги. Отстранившись, осмотрел с ног до головы и, кажется, остался недоволен, на лбу появилась хмурая складочка.
– Что? – не выдержала я.
– Тебя бы следовало как следует подготовить. Помыть, умастить ароматными маслами, разогреть, но на все это, к сожалению, уже нет времени. Идем.
Ну, допустим, с разогревом он справился отлично. А помыться… Какой смысл, если уже через пять минут я покроюсь испариной? И, возможно, семенем моих новых партнеров.
Мастер поморщился, но возвращаться к этой теме не стал. Обхватив мое запястье, он потянул меня дальше по коридору.
– А ты демон? – набравшись храбрости, спросила я. – Или это очередная иллюзия?
Хотя, будь это иллюзия, он бы, наверное, предстал передо мной в образе Пирамидоголового, который до этого занимал все мои помыслы.
– Это мой истинный облик, – обернувшись, сказал мужчина. – И я лишь один из многих представителей разных рас этого мира.
– Этого мира? – переспросила я, выдернув руку из его захвата и встав, как вкопанная, посреди коридора. Это, конечно, не то чтобы новость, я сразу поняла, что Сладкая Гвендолин находится где-то вне времени, но где конкретно, до этого было неизвестно.
– Я отвечу на все твои вопросы, – его улыбка напоминала оскал. – Но после Испытания.
Похоже, мы действительно торопимся.
– Это так важно сделать именно сейчас? – спросила я, вглядываясь в его глаза и делая осторожный шаг вперед. По сути, ничего не мешает ему схватить меня и тащить в этот самый зал.
– Важно, – недовольно поморщился он. – Иначе нам могут помешать… всякие.
Вот даже как?
Получается, это его личная инициатива? Но я должна пойти по собственной воле. Хм. Если Мастер просит, я сделаю, пусть даже это нарушает правила заведения. Что-то снова начало всплывать в памяти. Визгливый голос, произносящий:
«А тебе, маленькая похотливая сучка, придется стереть память. Затем о тебе позаботится наш любезный друг, Мастер».
Я снова встала, как вкопанная. Этого же не было. Никто не стирал мне память, ведь пробелов не было. Мастер пришел, как только я запаниковала в зале с секс-машиной и больше не оставлял меня. Голова внезапно разболелась, и я прижала пальцы к вискам.
– Сейчас пройдет, – мужчина с легкостью подхватил меня на руки и бегом бросился по коридору. Мы преодолели несколько лестниц, спускаясь, кажется, все ниже и ниже, а боль только нарастала. В голове будто кто-то бил в огромный колокол, перед глазами все плыло, и кто-то противно скулил на одной ноте и всхлипывал, пока до меня не дошло, что этот кто-то – я. Зажмурившись, я попыталась отстраниться от боли, но она все глубже вгрызалась в мозг, жалила его раскаленными спицами, и облегчение все никак не наступало.
– Это зов, – донесся до меня далекий голос Мастера. – Залу надоело ждать.
Моего мокрого от слез лица коснулось прохладное дуновение, и боль, пульсируя, отступила. Но слабость была такая, будто я пробежала марафон, сил не было даже на то, чтобы повернуть голову. Или хотя бы открыть глаза.
– Пришли, – мужчина осторожно переложил меня на что-то плоское и твердое, вероятно, на какую-то кушетку. Его дыхание опалило мне лицо, а в следующую секунду он меня поцеловал. Жадно, сладко, будто снова пытался завоевать своим языком мой рот.
– Мне нельзя здесь оставаться, – прошептал он мне в губы, чуть отстранившись. – Но ты ничего не бойся. Больно больше не будет.
Вокруг послышался какой-то скрежет, и даже не открывая глаз я почувствовала, как Мастер поспешно покинул помещение. Я просто перестала ощущать его рядом. Протяжно вздохнув, я попыталась открыть глаза, чтобы посмотреть, куда он меня принес, но, видимо, это усилие показалось моему организму излишним, и сознание, не попрощавшись, меня покинуло.
Последние хроники
Пульсирующие удары боли били по вискам с завидным упрямством. Почему так болит голова? Неужели так нажрался вчера. Ещё и не помню ни черта. С великим трудом разлепленные веки открыли перед глазами лишь размытые, нечеткие очертания. Отлично. И где я? Задеревенелые мышцы спины услужливо подсказали, что на холодном полу.
– Инженер... Инженер, очнись, пожалуйста. – произнес встревоженный голос над головой. – Да очнись же ты, наконец!
Вот и виновник моего, далеко не приятного, пробуждения. Голос знакомый, только вот никак не вспомнить, чей. Еще эти болезненные удары в голове сбивают с мысли.
– Да очнулся я, очнулся, – прохрипел я, – принеси мне воды. А лучше вина.
– Какое вино, Инженер?! Ты с ума сошёл? Тебе в сознание нужно приходить срочно.
– Откуда такая срочность? И кто ты, черт тебя дери?
– Это же я, Олеся! – теперь в голосе появились нотки паники.
Олеся?.. Олеся... Олеся, Олеся... Какая, к черту, Олеся? Личико перед глазами так и не хотело обретать четкость. Вот зачем было так пить? Наверняка ведь еще и с Хирургом на пару, а этот любитель мешать все подряд.
– Хирург, случаем, не рядом?
– Да, на диване лежит, без сознания. Мне не разбудить его никак. – сразу последовал ответ. Хотел было сообщить ей о бесперспективности этого занятия, да передумал. Капитально мутило, звенело в ушах, да еще картинка перед глазами так и не хотела обретать четкость.
– Олеся, будь хорошей девушкой, принеси умирающему вина, – может, глоток алкоголя поможет. Хотя сомневаюсь, но попробовать стоит. Хуже уже точно не будет.
– Ну хорошо, я посмотрю, что у вас осталось.
Вот и славно. Неожиданно к головной боли прибавился обжигающий лоб жар.
– Ой, мамочки! – вскрикнула размытая фигура и резво отскочила от меня в сторону. Через секунду я получил болезненный удар в затылок и яркую вспышку перед глазами.
– С-с-с-сука, – прошипел я от боли.
– Инженер, по тебе змея проползла! – донесся издали панический голос. Час от часу не легче. Змея то тут, блядь, откуда?
– Олеся... ну откуда ей здесь взяться?
– Татуировка!.. Кобра!.. – нотки паники начинали превращаться в нотки истерики, – прямо сейчас у тебя на лбу проявилась!
Еще один болезненный удар в затылок. Я замычал от боли. Да сколько же можно? Но с новым ударом мне в голову был забит кусок моей, как оказалось, потерянной памяти.
Татуировка... Кобра. Королевская кобра с рубиновыми глазами. Лайан, горячая дочь южного вельможи, наносит мне ее... Помню огромные карие глаза, полные сладкие губы, вино, опиум, обнаженное женское тело, секс, опиум... Тогда я решил, что это действие опиума, когда увидел черное, блестящее тело кобры, скользящее по мне. "Она не даст тебе забыть про меня" – прошептала тогда Лайан. Не показалось, значит.
Перед глазами картинка постепенно начала обретать четкость. Да неужели, мать вашу. Оказалось, я лежу на полу купальни, а в нескольких шагах от меня стояла испуганная Олеся. Сознание услужливо подсказало, что она администратор в нашем балагане имени Гвендолин. И по мере того, как я все четче ее видел, мои глаза расширялись все больше и больше от увиденного.
– Олеся, – удивленно протянул я, разглядывая ее шикарную, обнаженную фигуру, покрытую лишь тонкими полосками кожаных ремешков, подчеркивающих каждый изгиб ее изящного тела. На шее, словно амулет, висел шарик кляпа, – шикарно выглядишь хочу тебе сказать.
Олеся вдруг покраснела и быстро прикрыла руками топорщащиеся сосочки и гладко выбритую промежность. Не припомню, чтобы видел ее когда-нибудь в таком виде.
– Инженер, отвернись, – пискнула она.
Я нехотя повернул больную голову в другую сторону. Там мне открылся вид на развалившегося на весь диван голого Хирурга.
– А этот кабан почему там голый валяется? – больше для поддержания разговора спросил я девушку.
– Ты что, ничего не помнишь? – последовал вопрос. И что за привычка, отвечать вопросом?
– Что я должен помнить? – поддержал я ее игру.
– Вы развлекались тут втроем, а мне сказали сидеть там, – последовала небольшая пауза. – В уборной. А потом явились Магистр с Мастером, – я резко повернул голову в ее сторону, напрочь забыв про просьбу, – вы о чем-то эмоционально разговаривали. Потом я услышала крики, шум борьбы, грохот, как будто кто-то упал. Я долго боялась выходить. А когда все же решилась выйти, ты лежал без сознания на полу, Хирург на диване. А Кати не было. Они, наверное, тогда увели ее с собой.
– Какая еще Катя?
– Инженер, перестань меня пугать. Екатерина, девушка, которая недавно у нас появилась.
И тут я получил такой удар боли в затылок, что захрипев, обхватил голову обеими руками. Через секунду последовал новый удар, заставивший потемнеть в глазах и поджать колени к животу.
" ...Молодая девушка, на вид младше тридцати лет. По ее заявке доставлена нашими сотрудниками из смежного мира. Подписан стандартный договор на оказание услуг... ".
Снова удар, словно ко мне гвоздями прибивали обратно мою оторванную ранее память.
" ...Ходили разговоры, что у членов семьи правящей династии есть некая способность. Дар, передающийся по наследству... ".
Новый гвоздь в голову. Ноги выпрямились в судороге, а изо рта вырывалось мычание с пеной.
" ...Если у принцессы уже открылся ее наследственный дар... тогда... "
– Испытание, – выплевывая пену, прохрипел я. Теперь я начал что-то вспоминать.
Старая сука стерла мне память. Попыталась.
– Давно я в отключке?
– Я не знаю, Инженер. Я испугалась и убежала к себе. Потом Магистр отправила меня ассистировать Мастеру с Катей. – Олеся выглядела растерянной и испуганной.
Я медленно встал на ноги. Штормило так, что, казалось, я стою на палубе, а не на полу здания. Неожиданно резко потемнело в глазах и следом из меня вылетело содержимое желудка. Голый, с одеревенелой от холода спиной, с пеной от эпилептического припадка на подбородке и груди и обрызганных блевотиной ногах я гордо выпрямился во весь свой рост:
– Многоблядское дерьмище! – звук собственного, пусть и охрипшего голоса слегка взбодрил, – так в чем ты там ассистировала им? Хотя, можешь не говорить.
И тут я увидел перед собой столик с открытой полупустой бутылкой вина. Спустя несколько секунд я уже жадно пил вино из горла.
– Олеся, ты пойди пока, переоденься... – осушив бутыль до дна, наконец смог произнести я. – Займи стойку администратора... И лучше сделай вид, что ничего этого не видела. И не слышала. Наша старая тварь может быть очень мстительной.
В глубине здания послышался глухой каменный скрежет, за ним последовал ощутимый толчок.
– Это сейчас что было?
– Наверное, из Зала доносится. Катя начала Испытание. Мастер ее туда забрал, после того как...
– Она начала Испытание? – перебил я ее. – Да сколько же я здесь провалялся? Где Галзебо? Зал был полностью подготовлен?
– Инженер, может, я пойду уже к себе?
– Да, конечно, Олеся, извини. Я к тебе попозже забегу, расскажешь поподробнее. Спасибо тебе за все.
Девушка улыбнулась и быстро засеменила в сторону выхода. Я проводил ее взглядом, пока она не скрылась за дверью, потом перевел его на бессознательную тушу Хирурга. Будить его или черт с ним, сам очнется. Из приоткрытых губ торчали острые клыки. Ловелас хренов, все-таки состряпал из себя подобие вампиреныша. Наверняка его тоже старуха приложила. Или это Мастер был. Как там его... Рован. Как бы эту сладкую парочку разлучить уже?
Память возвращалась, но неохотно и разрозненными кусками. Помню взбешенное лицо Магистра, орущее что-то в мое лицо и брезгливый взгляд Рована, со стороны рассматривающего эту сцену. Откуда они там вообще взялись?
" ... – Инжеенееер!! – ее визгливый дребезжащий голос болезненно резанул слух – Мерзкий ты крысеныш! Как ты посмел вступить в связь с клиенткой? Ты забыл правила? Так я тебе напомню. Вам обоим! Вы будете наказаны! От тебя, Хирург, я точно ничего подобного не ожидала! А тебе, маленькая похотливая сучка, – ее бешеный взгляд упал на Екатерину. – Придется стереть память. Затем о тебе позаботится наш любезный друг, Мастер.
– С удовольствием, – елейным голосом протянул «любезный друг».
Похоже, для Хирурга это была последняя капля. Он зарычал и стремительно бросился в сторону Мастера... "
Дальше память обрывалась, и я уже ничего не помнил. Надеюсь только пока. Нет, ну надо же, назвала меня мерзким крысенышем. Сдает старушка, раньше посложнее эпитеты выдавала.
– Хирург. Хирург, поднимайся! – рявкнул я и потряс его за плечо.
Мда, проще разбудить мертвого. Его обмякшее тело даже не соизволило дернуться в ответ, все так же неподвижно развалившись на диване. Лишь покрытая синими отеками, мерно вздымающаяся грудь указывала, что пациент скорее жив, чем мертв. Капитально, однако, его приложили. Да и хер с ним, пусть дрыхнет. Очнется, сам припрется. Себя пока лучше приведу в порядок и выдвинусь в сторону Элеи, надеюсь, что хоть она прольет свет на недавние события.
Приняв душ, я стал было собирать разбросанные по помещению элементы своей одежды, как вдруг вокруг снова потемнело.
"... – Я предупреждал тебя, Инженер. – холодные глаза Рована обжигали меня ненавистью. – Но ты меня не услышал. Ты думал, вар Тхабан поможет тебе? – он презрительно усмехнулся. – Эти жалкие реликты, именующие себя древней аристократией, скоро станут кормом для червей. Настает новая эпоха, Инженер, в которой нет места ни им, ни тебе.
– Нет! – как же, блять, режет слух ее визгливый голос. – Инженер мне нужен! Я сама займусь им, а ты унеси отсюда клиентку!
Мастер недовольно скривился и замер. Кажется, он выбирал – убить только меня одного или вместе со старухой. Стон Екатерины создал третий, спасительный для нас вариант. Отвернувшись, он молча подошел к девушке. Его взгляд мгновенно потеплел, а легкая улыбка сняла с его лица маску ненависти. Он нежно взял ее на руки и, не обращая на нас никакого внимания, понес Катю из помещения.
– Верни ее в механический зал, где она и была! – крикнула ему в спину Магистр.
– Теперь она под моей защитой, и я сам решу, что мне делать. – тихо произнес Мастер.
Я бросил взгляд на старуху. Ошарашенная, она с дикой ревностью смотрела вслед уходящему Ровану. Блядство! Последствия этой ревности я сейчас в полной мере буду ощущать на своей шкуре..."
Отпустило так же резко, как и накрыло, и последние остатки еды тут же покинули мой желудок, снова забрызгав все ноги. Да заебало же! Я снова поплелся в душ.
Спустя примерно час после неприятного пробуждения на полу я, наконец, вышел из купальни. Хирург так и не соизволил очнуться, посему я решил закрыть его в помещении. Пусть отдохнет в одиночестве. Где-то внизу периодически грохотали каменные плиты, однако кругом царила какая-то гробовая тишина, что слегка напрягало. Путь к моему кабинету проходил рядом с рабочим местом Олеси, и я решил по-быстрому заглянуть к ней, собственного успокоения ради. Не сбавляя скорости, я открыл дверь и из ярко освещенного коридора неожиданно для себя залетел в темное, залитое лишь слабым светом луны помещение холла.
– Жеваный крот! Уже ночь, оказывается, – произнес я скорее себе, – То-то такая тишина кругом.
Узкая полоска света из коридора просачивалась в холл, слегка освещая стойку ресепшена. За стойкой виднелась лишь неподвижная голова Олеси, освещаемая тусклым голубоватым светом монитора.
– Олеся, – громко произнес я.
Девушка никак не отреагировала, зато мне послышалось какое-то шуршание под потолком. Я резко поднял голову, но высокие своды были скрыты непроглядным мраком, в котором хер что увидишь. Несколько секунд я разглядывал кромешную тьму в полной тишине, затем вернул голову в предыдущее положение. Показалось.
– Никак спишь, ассистентка?! – ехидным голосом поинтересовался я. Ответ был тот же, что и в прошлый раз – молчание. Заснула, бедняжка. Совсем за день умаялась. Я пошел к ней за стойку с желанием переложить спящую девушку на диван. Знаю, что спать на офисном кресле удовольствие ниже среднего. Пробовал, не понравилось. Я зашел за стойку. Олеся, спиной ко мне, вся сгорбилась в кресле, опустив подбородок к груди. На мониторе был разложен бессмертный пасьянс.
– Олеся, – уже без особой надежды произнес я, кладя руку на ее плечо. Ноль реакции. В этот момент появилось ощущение чего-то неестественного, но не придав этому сильного значения, ибо весь день что-то не так, я потянул Олесю за плечо к себе. Тело легко откинулось назад, а голова с глухим стуком ударилась о спинку кресла. Осознание того, что открылось мне в тусклом свете монитора, холодным потом покрыло мое тело. Тонкий стержень, больше похожий жало, входил в ее голову прямо под ухом. Наискосок и вверх. Точно в мозг. От края посиневших губ на подбородок тонкой струйкой стекала кровь. Ноги исцарапаны собственными ногтями. Ее холодная кожа начала обжигать мою ладонь, и я быстро отдернул руку.
– Да как же так-то?! – отчаяние и страх накрыли меня волной.
– Сей...час...узнаа... ешшшь. – услышал я над собой отрывистое шипение.
Я резко поднял голову. Из кромешной тьмы под потолком на меня смотрело четыре желтых глаза с узкими черными полосками зрачков. Оценивающий взгляд хищника перед броском.
