Текст книги "День Святого Валентина 18+ (СИ)"
Автор книги: Анна Алексеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 24 страниц)
Акт десятый
Моя кожа в одно мгновение покрылась мурашками. Я бы так и застыла на пороге, если бы Мастер не шлепнул меня по попе, придавая ускорение. И все же он дал мне время, чтобы осмотреться. Помещение действительно напоминало кабинет врача. Стены, покрытые белым кафелем, чтобы удобнее было их мыть. Такой же стерильный пол. Окно, наполовину закрытое плотными жалюзи. Интересно, за ним, и правда, светит солнце? Оно действительно выходит на улицу? Ответ на этот вопрос я, видимо, не получу. В углу кабинета расположился стол, простой, деревянный, накрытый стеклом, на котором стояла одинокая лампа. И все же существенное отличие бросалось в глаза. Обычно кресло гинеколога стоит за ширмой, а не в самом центре помещения. Ширма тоже была, она стояла в противоположном от стола углу, возле двери. Рядом с ней я увидела шкафчики с инструментами и тумбочку с стоящим на ней стерилизатором. Я узнала его, потому что в нашем магазине можно было купить такой, только маленький, предназначенный для маникюрных инструментов. На один миг мне показалось, что за ширмой мелькнула чья-то тень, но присмотревшись, я ничего подозрительного не увидела. В этом помещении мы с Мастером были вдвоем.
Пальцы на ногах непроизвольно поджались, и вовсе не от удовольствия на этот раз. Голова в одно мгновение наполнилась воспоминаниями. Как-то раз одна из моих подруг решила отметить день рождения нестандартным способом и пригласила своих гостей на Квест. По сюжету мы разгадывали загадку врача-маньяка, и, судя по набору инструментов, по специальности он был стоматологом. Повсюду были снимки зубов, окровавленная вата, вообще очень много всего кровавого было вокруг, что вызывало устойчивую ассоциацию с миром игры Сайлент Хилл. Но за грязной ширмой мы обнаружили гинекологическое кресло, что немного выбивалось из моих представлений о стоматологах. И, естественно, возник вопрос, какая больная фантазия была у этого маньяка, совместившего такие разные специальности. Квест мы, к слову, так и не прошли. Время вышло, и по сюжету мы все стали жертвами.
Я обернулась, пытаясь поймать взгляд мужчины, которому до этого момента безоговорочно верила. Он действительно хочет, чтобы я добровольно залезла на это кресло? Но при виде обнаженной груди моя фантазия вышла из-под контроля, и перед глазами встал совершенно иной образ. Такой же идеальный рельеф, упругие мускулы, длинная юбка, залитая кровью, острый тесак и огромная пирамида на голове. Между ног мгновенно стало влажно, стоило вспомнить, как я ласкала свой клитор, представляя именно этого персонажа из игры. Обычно жестокий и неумолимый, бездушный монстр, с какой силой и жестокостью он насадил бы меня на свой член.
Губы Мастера растянулись в какой-то нехорошей, предвкушающей усмешке, а пальцы уверенно скользнули между моих влажных складочек, мгновенно сбив мне дыхание.
– Мне нравится ход твоих мыслей, – прошептал он, коснувшись губами моего виска, и, подхватив меня под ягодицы, поднял и понес к креслу. – Сегодня у меня есть возможность как следует изучить твое прекрасное отзывчивое тело. Я оставлю твой ротик свободным, чтобы насладиться каждым оттенком твоего стона.
А мне, определенно, нравятся его методы убеждения. И когда он посадил меня на кресло, незначительно, но все же отличающееся от стандартного «вертолета», я уже не испытывала страха, хоть и убедилась мимолетно, что никакой бормашины здесь нет и в помине, зато есть рельса, по которой, вероятно, это кресло двигается вперед и назад.По корпусу тянутся провода и гофрированные трубки, предназначение которых я, скорее всего, скоро узнаю.
Не дожидаясь напоминаний, я расположилась на кресле, устроив ноги в специальных подставках. Моя попа немного свесилась над краем сидения, но Мастеру это явно пришлось по душе. Его взгляд потемнел, и, пристегивая мои ноги специальными ремнями, он плотоядно смотрел на мою промежность, ставшую еще более влажной под его взглядом. Руки мне пришлось вытянуть вдоль тела, и их зафиксировали с помощью прочных металлических браслетов, прикрепленных к креслу. Шевелить в итоге я могла только пальцами.
Полюбовавшись результатом, Мастер взял незамеченный мною до этого пульт и нажал кнопку. Подставки для ног бесшумно разъехались в стороны, открывая меня для его цепкого, внимательного взгляда. Очередная манипуляция с пультом, и кресло, тихо загудев, приподнялось и будто бы придвинулось ближе к Мастеру. Посмотрев мне в глаза, он усмехнулся, после чего нажал кнопку, и мои ноги раздвинулись еще шире.
За плотно закрытой дверью отчетливо послышался цокот каблучков. Не прошло и нескольких секунд, как раздался требовательный стук, и, не дождавшись ответа, в кабинет зашла Олеся, неся в руках поднос. Ее рот был закрыт аккуратным шариком-кляпом, блестящим от слюны. Ну и чего она сюда прикопытила? Еще и уставилась прямиком на мою выставленную на всеобщее обозрение промежность. Кажется, я залилась краской вся, от кончиков ушей до кончиков поджатых от смущения пальцев, потому что в ее взгляде было явное одобрение и что-то еще, чему я не могла подобрать определения.
Мастер, кажется, тоже был удивлен таким поворотом. Но, судя по хмурой складочке, прочертившей его лоб, мысли блондинки прочитать так и не смог. Бросив на меня извиняющийся взгляд, мужчина взял Олесю за локоть и отвел в сторонку. Расстегнув на ней кляп, он что-то тихо спросил, и девушка, продолжая держать поднос, так же тихо ответила, посмотрела на меня и мило улыбнулась, едва заметно поведя изящным плечиком, затянутым в алый латекс. Этот костюм удивительно шел блондинке, обтягивая каждую округлость соблазнительного тела, как вторая кожа. Немного помолчав и, кажется, приняв какое-то решение, Мастер вернул кляп на его законное место – закрыл грязный Олесин рот, и вернулся ко мне. Девушка, цокая своими умопомрачительными каблуками, последовала за ним, как привязанная. На ее шее был надет ошейник, от которого тянулась длинная цепочка, и один конец этой цепочки мужчина пристегнул к колечку на моем кресле. Смотрю, у них тут все продумано, только никак не могу понять, зачем нам третья лишняя.
– Олеся будет мне ассистировать, – мягко пояснил Мастер, на корню душа все мои возражения. Я недовольно засопела, но возразить мне, в общем-то, было нечего, да и слова мне не давали.
– Для нее это своего рода испытание, – продолжил мужчина, и, шагнув к Олесе, расстегнул неприметную молнию на комбинезоне, расположенную между длинных стройных ног. Края разошлись в стороны, обнажив гладко выбритую, аккуратную киску.
Испытание? Это, скорее, меня сейчас испытывают на прочность. Больше всего мне хочется, чтобы Олеся укатилась куда подальше, виляя по дороге своей обтянутой латексом круглой задницей, а не вот это вот все. Зачем, спрашивается, мне ее голая промежность? Надеюсь, Мастер не собирается ублажать и ее тоже? Мои взгляды на секс с представительницами слабого пола не успели измениться за это время. Но у мужчины, похоже, были другие планы, потому что мое недовольство было полностью проигнорировано, и мне не осталось ничего иного, кроме как смириться. Если Мастер считает, что присутствие блондинки необходимо, пусть остается.
Олеся, наконец, поставила свой поднос на небольшой столик возле кресла и истуканчиком замерла рядом, ожидая распоряжений.
Мастер в предвкушении потер руки и, сняв со стены халат, облачился в него, перестав вызывать у меня фантазии о Пирамидоголовом и вернув в реальность, где я распята на кресле гинеколога. В довершение образа он закрыл лицо медицинской маской и вернулся ко мне, выглядя немного интригующе, немного угрожающе.
– Итак, – его голос из-за маски прозвучал немного глухо, – Олеся, зажим.
Девушка тут же безошибочно схватила с подноса инструмент, напоминающий ножницы, но на концах у них были плоские кругляши. Выглядела эта штука вполне безобидно, но я вытянула шею, пытаясь рассмотреть, что же творится внизу с моей киской. Оттянув в сторону одну из половых губ, девушка надела на нее зажим, зафиксировав в таком положении, и закрепила его при помощи ремешка, попросту пристегнув к моей ноге.Взяв с подноса еще один аналогичный инструмент, Олеся проделала такую же манипуляцию с другой увлажнившейся складочкой. Закончив, она отошла в сторону и оттуда любовалась делом рук своих, чуть склонив голову набок.
– Идеально, – произнес Мастер. – Максимальное раскрытие. Ты не представляешь, как много всего я собираюсь проделать с твоей киской. Не стесняйся кричать.
Моя попка инстинктивно сжалась, и это не ускользнуло от внимательного взгляда моего импровизированного доктора. Олеся чуть переступила ногами, глядя на мою распятую зажимами киску. Кажется, кто-то тут возбудился. И я сейчас не только себя имею в виду.
Обойдя кресло и остановившись напротив моей груди, мужчина осторожно обхватил пальцами один сосок. Я прерывисто всхлипнула, поощряя его, потому что по телу вмиг разлилось удовольствие. Грудь у меня сейчас ну ооооочень чувствительная.
– Здесь понадобится дополнительная стимуляция, – тоном заправского доктора вынес приговор Мастер, и Олеся подошла к нему, цепочка при этом натянулась едва ли не до максимума. Кто-то здесь на очень коротком поводке. Интересно, что это за испытание такое? Готовится к чему-то грандиозному? Размотав один из проводов, коих на кресле было великое множество, девушка протянула его Мастеру. На конце провода был небольшой полукруглый колпачок черного цвета, и мужчина, налив внутрь немного лубриканта, надел его на мой сосок. При ближайшем рассмотрении колпачок оказался не цельный, а состоял из двух половинок, и, чуть подкрутив регулятор, Мастер добился, что тот плотно зажал крошечную горошину, венчающую мою грудь. Ощущения были необычные. Лубрикант холодил кожу, медицинский силикон плотно обхватывал сосок, сжимая его, отчего моя киска начала пульсировать, требуя удовлетворения.
Хмыкнув, Мастер при помощи своей ассистентки проделал такую же манипуляцию со вторым моим соском. Выглядело это довольно возбуждающе. От каждого колпачка тянулось по два провода, и явно это было сделано не просто так.
– По этим проводам будет подаваться электрический импульс, – подтвердил мои мысли Мастер. – Сила тока достаточно слабая, чтобы причинить тебе вред в такой близости от сердца, и достаточно сильная, чтобы твои соски непроизвольно сжимались.
Не поняла, меня собираются бить током?
– Если тебе не понравится, мы прекратим, – успокоил меня мужчина, пальцами поглаживая гладкий колпачок и легонько надавливая, отчего по телу, нарастая, бежали все новые и новые волны возбуждения. – Но тебе понравится, поверь мне.
И я поверила. Единственное, что меня смутило, небольшой пульт от этого стимулятора оказался в руках у Олеси, и она, подмигнув мне, нажала на кнопку. Мою грудь тут несильно закололо, соски скрутило в крошечные твердые горошины, ощущения были такие, как будто кто-то с силой их сжал и одновременно потянул. Хорошо настолько, что я протяжно застонала, непроизвольно выгнувшись на кресле. Попа сжалась и пульсировала, настойчиво требуя внимания, а что происходило с киской, не описать словами. Но, подозреваю, Мастер тот еще садист, и вряд ли он прямо сейчас трахнет меня с остервенением и яростью Пирамидоголового, а заставит как следует помучиться, чтобы первый накрывший меня оргазм погрузил меня в пучину наивысшего наслаждения.
Похоже, так оно и будет. Мне не было видно лицо мужчины под Маской, но глаза его прищурились очень уж лукаво. Олеся, не теряя времени даром, снова нажала кнопку, вырвав у меня очередной непроизвольный стон. Я дернула ногами, и кресло отозвалось тихим скрипом, но даже не шелохнулось подо мной.
– Да, чуть не забыл, – мужчина снова обошел кресло, остановившись между моих широко разведенных ног. – Некоторые вещи лучше видеть, чем просто чувствовать. Это зрелище ты никогда не забудешь.
Я не успела удивиться, что он имеет в виду, как на гладком белом потолке зажегся светлый прямоугольник, на который спустя мгновение вывелось изображение моей промежности во всей ее красе. Зажимы крепились на половых губах, широко растягивая их в разные стороны. Розовое нутро блестело от выступившей смазки. Колечко ануса, плотно сжатое, темнело чуть ниже. Мне что, предлагают посмотреть порно с собственным участием? И мне что, действительно это нравится?
Олеся снова послала импульс в мои соски, и на экране отчетливо было видно, как дрогнула моя киска от того, что сократились внутренние мышцы.
О да, мне действительно это нравится. Надеюсь, на память мне подарят копию записи.
– Ну что ж, приступим, – Мастер потянул за цепочку, притягивая Олесю к себе, и та послушно зацокала вокруг кресла. – Начнем с установки расширителя.
Акт одиннадцатый
Странно было смотреть на себя со стороны, но от этого не менее волнующе. На большом экране было четко видно, как меня постепенно растягивает металлическое зеркало. Ощущения получились двойственные и какие-то приглушенные. Как будто не со мной все это происходит.
– Вот так, – прозвучал бархатистый голос Мастера. – Дальше уже некуда.
Действительно, фиксаторы расширителя оказались выкручены на максимум, а я не ощущала и капли дискомфорта, какой обычно испытывала на приеме у врача. Неужели моя плоть стала эластичнее? Или эта чудовищная секс-машина со своим гигантским размером так меня растянула?
Пальцы Мастера коснулись клитора, практически невесомо и бережно. Что я говорила об ощущениях? Ерунда. Особенно в совокупности с импульсом, прошедшим сквозь мои соски. Выгнувшись, я протяжно застонала, не в силах отвести взгляд от происходящего на экране. И то, что я все это видела, многократно усиливало возбуждение. Мне, кажется, стала ясна задумка Мастера. Вероятно, он действительно гений в своей области. Но что меня немного смущало – плотоядный взгляд Олеси, не отрывающийся от моей промежности. И снова появилось смутное ощущение, что все это уже со мной происходило, что девушка уже вела себя так по отношению ко мне. Но прокручивая в голове все эпизоды в Сладкой Гвендолин, я не могла припомнить ничего подобного.
Подразнив клитор, пальцы Мастера скользнули внутрь меня.
– Так горячо, – стащив с лица маску, мужчина наклонился и втянул носом воздух в каком-то миллиметре от широко разведенных в стороны складочек, ненадолго перекрыв мне обзор. – И так хорошо пахнет.
Ему удалось в очередной раз меня смутить. Чувственные губы изогнулись в усмешке, от которой по моему позвоночнику прошла дрожь. Что же ты делаешь со мной, Мастер? Какой силой обладаешь, что от одного взгляда я начинаю плавиться? Глаза мужчины, неотрывно глядящего на мой нежный цветочек, потемнели, ноздри дрогнули, и мне послышалось едва различимое, глухое рычание.
– Что же ты делаешь? – пробормотал он, тряхнув головой и будто бы приходя в себя. – Екатеррина.
И было в этом обращении что-то знакомое. Опять. Как будто я раздвоилась, и вторая моя часть знала то, чего не знала я, и помнила то, чего не помнила я. Сложно. Похоже, секс-машина вытрахала из меня мозг, и он начал давать сбои. Но кажется, я каким-то образом влияю на Мастера ничуть не меньше, чем он на меня.
От размышлений меня отвлек стук каблуков. Олеся, до предела натянув поводок, взяла с подноса стеклянную палочку и протянула ее моему экзекутору. На конце палочки был небольшой стеклянный шарик, которым Мастер коснулся клитора. Я ощутила гладкость и прохладу, а также мучительную пустоту там, где давно все должно было быть до краев наполнено. Застонав, я смотрела, не отрываясь, на то, как палочка обводит контуры моих половых губ, скользит по клитору, а затем внутрь, в самую глубину, касаясь чувствительных стенок. Но толщина инструмента составляла не более нескольких миллиметров, и сказать, что этого недостаточно – чудовищное преуменьшение. Олеся тихо переступила с ноги на ногу, вновь привлекая мое внимание, и ее пальцы метнулись к не прикрытой латексом промежности, лаская себя.
О нет, мы так не договаривались. я не собираюсь смотреть, как эта блондинка будет самоудовлетворяться, глядя на мои мучения. Мастер внезапно помрачнел и с силой дернул девушку за поводок. Вздрогнув всем телом и едва удержав равновесие, она прекратила свое занятие, но мне этого было мало. Хочу, чтобы она убралась.
– Прости, милая, но правила здесь устанавливаю не я, – на лице Мастера отразилась искренняя печаль, и мне даже стало стыдно за собственное негодование. Чего я, действительно. Пусть смотрит. Главное, чтобы руками не трогала.
Мужчина, отложив в сторону стеклянную палочку, потянул за поводок, заставив Олесю подойти вплотную к нему. Перехватив ее руки за запястья, он положил их на одно из креплений кресла так, что девушке пришлось нагнуться, после чего пристегнул ее в такой позе эластичными браслетами, имевшимися на каркасе. Обойдя блондинку, Мастер некоторое время любовался открывшимся ему видом, а затем потянул за "молнию", обнажая упругую попку. Мне не было видно всех подробностей, но я услышала, как девушка судорожно втянула носом воздух, а ее глаза закатились. Послышался громкий шлепок, и тело Олеси качнулось вперед. Повернув голову, я увидела, как Мастер, мой Мастер, удовлетворенно ухмыляется, занося руку для очередного шлепка.
А про меня он, значит, забыл! Злость оказалась настолько сильной, что я едва не захлебнулась собственным негодованием. И это мне минуту назад было стыдно? Серьезно? Я им не мешаю? Может, мне выйти? Дернув руками, я с разочарованием заметила, что браслеты вовсе не бутафорские, и выбраться без посторонней помощи я не смогу. Внезапно стало как-то неуютно. Я тут обнаженная совсем, распятая на кресле, складочка еще на животе откуда-то, и эти двое, занятые друг другом.
Мастер в очередной раз шлепнул Олесю, и она огласила кабинет продолжительным стоном, таким сладким, что заболели зубы. Я злилась все сильнее, чувствуя себя более чем неловко. По телу разливался жар, и зеркало, вставленное в меня, начало ощущаться слишком уж явно. Взглянув на экран, я заметила, что металлический ободок уже покрыт блестящей смазкой. И что бы это значило? Откуда такая реакция?
– Катя? – Мастер наконец-то вспомнил о моем существовании. Олеся, стояла, закрыв глаза, и на ее лице было такое блаженство, как будто ее только что полностью удовлетворили. Это выбесило меня окончательно. Гады!
– Екатерина? – мужчина склонился ко мне, вглядываясь в мое лицо. – Что происходит?
– А что происходит? – наплевав на запрет, тихим от ярости голосом спросила я и поразилась, насколько отвыкла от этого звука. По коже волнами катились мурашки от того, с какой жаждой Мастер смотрел на мою беззащитную промежность.
– Ты… – его глаза заволокло тьмой, и зрачок начал вытягиваться, превращаясь в узкую вертикальную полоску. Я судорожно выдохнула, рванувшись в путах, но браслеты держали крепко.
Может, он оборотень? И сейчас превратится в здоровенного волка? Ну нет, так мы точно не договаривались.
Мощная мужская грудь задрожала, исторгая протяжный, угрожающий рык, и Олеся, прогнувшись, подалась задом ему навстречу. Ее глаза все еще были закрыты, и, судя по выражению лица, она все еще пребывала где-то посреди океана блаженства, не забывая при этом неосознанно требовать добавки. Среагировав на близость к своему паху круглого и упругого зада, Мастер с силой рванул застежку комбинезона, и прочный по моим представлениям латекс треснул, разлетевшись лоскутками. Я бы тоже зарычала, потому что в злость в душе приобрела какой-то иной оттенок. Это было намного более волнующе, чем смотреть порно. От алого комбинезона остался только верх, низ же частично обернулся вокруг одной из ног блондинки, частично растекся кровавой лужей на полу. И прикованная к своему креслу я никак не могла этого видеть, но какая-то часть меня как будто вышла из тела, охватив всевидящим взглядом сразу все помещение и совсем немного за его пределами. Мне была видна каждая подробность. Ноздрей коснулся сильный запах всеобщего возбуждения, во рту ощущался вкус разгоряченной плоти. Дыхание вырывалось из меня рваными, судорожными толчками, а затылок щекотали встающие дыбом волосы. То, что начало происходить, очень сложно было назвать нормальным, и в голове внезапно всплыло слово "Испытание". Но к чему оно относится, и что вообще имеется в виду, память подсказывать отказалась.
Потираясь задом о мужчину, которого я по непонятной причине уже начала считать своим, блондинка открыла глаза. В ее взгляде, устремленном на меня, не было ничего человеческого и осознанного, одна лишь голая похоть и, подозреваю, ей сейчас глубоко все равно, где она и с кем, и что у происходящего есть свидетели. Пальцы Мастера по-хозяйски обхватили Олесину грудь, сжимая соски, четко видимые сквозь тонкий латекс, и девушка закричала сквозь кляп, то ли от такого сильного удовольствия, то ли от нетерпения. Я невольно застонала, ощущая внутри нарастающую пульсацию. Но член, освобожденный Мастером из джинсовых оков, предназначался не мне. Властно надавив Олесе на спину так, чтобы она прогнулась еще ниже, мужчина одним сильным движением вошел в нее, и помещение огласилось двойным протяжным стоном, смешанным с рычанием. И для меня это стало последней каплей.
Мастер начал ритмично двигаться, с силой вколачиваясь в Олесю. С ее кляпа к полу протянулась длинная нитка слюны, глаза закатились, и если поначалу она еще вскрикивала в такт движениям партнера, то теперь я слышала лишь прерывистые всхлипы. Запрокинув голову, мужчина, кажется, тоже забыл, где он, кто он, полностью занятый процессом продолжения рода. Сквозь пелену охватившей меня злости перед мысленным взором пробежали двое детишек, одинаково блондинистых и кучерявых. Стиснув зубы, я с силой мотнула головой, прогоняя образ, и сквозь мои соски прошел разряд электрического тока, потому что Олеся, забывшись, сжала пульт обеими руками.
Зарраза! Освобожусь и своими руками оторву ее пустую башку.
Шутки про электриков внезапно перестали быть смешными. Ток, хоть и слабый, заставил мое тело колотиться в оковах. Кровь в венах, кажется, начала закипать, но закричать никак не получалось, зубы стучали. Перед глазами все заволокло кровавой пеленой, но зрение прояснилось, как только вздохи удовольствия Олеси сменились ее испуганным криком. Она дернула пристегнутыми руками, наконец-то выронив пульт, и заскулила, пытаясь увернуться от своего агрессивного любовника. И было отчего.
Врачебный халат, удивительно хорошо сидевший на Мастере, затрещал по швам. Пуговицы, не выдержав, шрапнелью разлетелись в сторону, обнажив бугрящуюся мускулами грудь. Кожа на его голове вздыбилась и лопнула, выпустив наружу два загнутых книзу массивных рога. Они будто обтекали его череп, образуя причудливую, но очень красивую корону. Плечи стали шире, и лоскуты халата не могли скрыть внушительный торс. Пальцы, сжимавшие сливочно-белые Олесины бока, увенчались острыми когтями, оставив на коже девушки глубокие кровавые борозды, отчего ее крик стал протяжным и захлебывающимся. Страшно представить, каким стал в ней его и без того внушительный детородный орган. Как бы не разорвал. Остро захотелось сдвинуть колени, потому что вблизи этого монстра я почувствовала себя особенно беззащитно, а он окончательно содрал с себя остатки халата, явив покрытую вязью татуировок кожу.
Татуировки. Опять что-то шевельнулось в памяти, будто пытаясь вынырнуть на поверхность, но вызвав лишь небольшую рябь. Я зажмурилась, пытаясь сосредоточиться. Черт, это действительно важно. То, что здесь происходит, скорее всего очередной сценарий, и бояться не стоит, но на этот раз Мастер превзошел сам себя. Не спорю, демон получился красивый. Могучий, величественный, окруженный аурой силы, способной подчинить одним взглядом. Вынырнув, наконец, из своего любовного безумия, монстр отстранился от своей жертвы и отступил на шаг, после чего Олеся замолчала и, как-то внезапно обмякнув, осела на пол. Она бы и вовсе упала, если бы руки все еще не были пристегнуты наручниками к моему креслу.
Внимание Мастера полностью переключилось на меня. Я этого хотела? Вот, получила. В полном объеме. В его взгляде было пламя, голодное, беспощадное, заразительное настолько, что внизу живота снова разлилось тепло, и от этого ощущения я снова полностью воссоединилась в собственном теле, больше не наблюдая происходящее со стороны.
Стряхнув с себя остатки штанов, Мастер шагнул ко мне. Когтистая рука потянулась к моей промежности и прежде, чем я успела снова испугаться, выдернула зеркало и отшвырнула его в сторону. Металл со звоном покатился по кафелю, разбрызгивая вокруг густую смазку. Натекло ее, к слову, вполне прилично. Мой взгляд скользил по изменившемуся телу мужчины, но остановившись на огромном, перевитом венами члене, прочно к нему прилип. На поверхности были небольшие бугорки, и представив, как это чудовищное орудие войдет в меня, растянет и заполнит до отказа, я судорожно сглотнула. А с Мастером в этот момент творилось что-то неладное. Его взгляд стал более осмысленным, и подняв когтистые руки практически к самому лицу, он с недоверием их рассматривал.
– Что ты сделала со мной? – проревел он, переведя взгляд на предполагаемую причину его преображения. Но Олеся даже не мумукнула в ответ, то ли отключившись, то ли находясь в шоке. Да и вряд ли она была в чем-то виновата. Похоже, сложная трансмутация никак не повлияла на чтение мыслей, и Мастер вперился в меня внимательным, каким-то злобным взглядом.
– Ты! – прошипел он, и обличительно ткнул в меня когтем. – Ты это сделала.
Если бы могла, я бы пожала плечами, подыгрывая. Хороший спектакль, молодец. Десять хлопающих хомячков из десяти. Но, может, уже приступим к делу?
– Ты не понимаешь? – он усмехнулся, отчего его четко очерченный, будто созданный для поцелуев рот сексуально изогнулся, и мое сердце совершило в груди головокружительный кульбит. Видимо, не понимаю. И не хочу. Все, что мне требуется, это чтобы он приблизился еще на полшага и заполнил пустоту, которая уже ощутимо заставляла меня дрожать от нетерпения и предвкушения.
Оглядев свое обнаженное, поджарое тело, демон медленно, соблазнительно усмехнулся.
– Что ж, – между его губ показался кончик языка. – Ты сама напросилась, Екатеррина!
И, одним плавным движением приблизившись, он прижался огромной головкой к гостеприимно распахнутому входу. Воздух с шипением покинул мои легкие, когда Мастер, вцепившись руками в мои бедра, начал медленно входить. Выступающие бугорки один за другим скрывались внутри меня, растягивая и наполняя с немыслимыми ощущениями. Наконец-то. Судорожно дыша, как загнанная псина, я смотрела то на экран, где все было видно крупным планом, в мельчайших подробностях, то на него. Напряженное лицо, больше напоминающее каменную маску, горящие глаза и клыки, торчащие под ощеренной верхней губой. Превосходно! Настоящий монстр.
– Тебе нравится? – наклонившись надо мной, выдохнул он, и я почувствовала, какой он горячий. Моя кожа едва не плавилась от одной его близости. – Ты правда не понимаешь, что я уже не смогу остановиться? Я буду драть тебя до тех пор, пока ты не начнешь орать, умоляя о пощаде, но даже после этого твоя пытка не прекратится.
Одним движением он вошел в меня до упора, вырвав полный удовольствия вздох. Мысли смешались в голове в тугой клубок, и распутать их я не смогла бы при всем желании. Все мои помысли, все мое существо сосредоточилось в месте слияния наших тел, там, где скользил его член, вознося меня на вершину горы Оргазм. Если Мастер таким образом пытался меня напугать, то у него ничего не вышло. Раздразнить – да. Заинтриговать – по самую макушку. Может, это и есть его истинная сущность? И таков его реальный облик?
Больше всего он напоминал мне демона. Огромный, рогатый, с густой копной смоляных волос, спускающихся едва ли не до поясницы. В золотистых глазах – неистовое пламя, которое заворожило меня, подчинило и поглотило.
– Свободу, – выдохнула, с трудом ворочая языком, чувствуя, что если не прикоснусь к нему, просто сгорю на месте. Острые когти полоснули по эластичным ремням, удерживающим ноги, чудом не зацепив кожу, и я тут же обвила талию Мастера, прижимая его к себе. С громким звоном по полу покатились зажимы, слетевшие с меня под напором массивного тела. Наклонившись вперед, демон освободил мне руки, и, подхватив под ягодицы, снял с кресла. Находясь все еще глубоко во мне, он, не долго думая, просто прислонил меня к стене. Но я, наверное, находилась в такой глубокой эйфории, что вряд ли обратила бы на это внимание, если бы не кафель, обжегший спину внезапным холодом. Однако даже это ощущение практически мгновенно было смыто волной других, гораздо более приятных и мощных.
Кожа демона оказалась горячей, гладкой и упругой, а от запаха Луи не осталось и следа, он будто растворился в естественном аромате этого мужчины. Мои губы скользили по выпирающим косточкам ключиц, по небольшой впадинке на шее, по подбородку, но этого было слишком мало. Обвив руками предплечья Мастера, я уткнулась носом ему в шею, тяжело и рвано дыша, полностью сосредоточившись на ощущениях, что он дарил мне, находясь внутри. Его руки были заняты моими ягодицами, а голова чуть запрокинута назад. Из приоткрытого рта рвалось хриплое дыхание, смешанное с тихим, утробным рычанием. Этот мужчина брал меня гораздо яростнее в своей новой ипостаси, но при этом продолжал быть аккуратным, не причиняя ни вреда, ни дискомфорта. Его огромный член скользил во мне, насаживая и растягивая, и очень скоро мои внутренние стеночки начали отчаянно пульсировать, рассылая по всему телу сначала искры, а потом и сокрушительные волны удовольствия. Я закричала, изо всех сил впиваясь пальцами в его кожу, но это было ничто по сравнению с неистовым, оглушительным ревом, сопроводившим извержение самого демона.
Отдышавшись, он, наконец, посмотрел на меня. В золотистых глазах все еще тлело пламя, и мои внутренности сжались от предвкушения. Я точно знала, что еще не раз окажусь в его объятиях, что его пальцы, увенчанные острыми когтями, будут скользить по моему телу, добиваясь необходимого отклика, а член будет снова и снова вторгаться в мое лоно, даря ослепительное удовольствие. Все это обещал его темный, плотоядный взгляд, и я невольно закусила губу, не зная, выдержу ли очередной марафон. Может, нам стоит переместиться в более подходящее место?
Будто прочитав мои мысли, Мастер осторожно снял меня со своего все еще твердого органа и поставил на пол. Дрожащие ноги оказались плохой опорой, и мужчина подхватил меня на руки с такой легкостью, будто я ничего не весила. Я вздохнула и прижалась к его влажной от пота груди. Где-то на краю сознания маячило смутное беспокойство, но я от него отмахнулась. Разве сейчас может что-то быть важнее, чем этот мужчина, куда-то несущий меня на руках, его великолепно вылепленное тело, манящие губы и кривая усмешка, потому что он совершенно точно читает мои мысли? От его острого, пряного запаха хотелось тереться об горячую кожу, подобно кошке, скользить руками, чувствуя пальцами каждый стальной мускул, осознавать его власть и силу. Чего не было, так это страха. Я точно знала, что он остановится по первому требованию, обуздает свои близкие к животным инстинкты.
