Текст книги "День Святого Валентина 18+ (СИ)"
Автор книги: Анна Алексеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 24 страниц)
Закулисные хроники технического персонала. Опасные желания. Часть 10.1
Уважаемые читатели! Напоминаю, что сие произведение носит экспериментальный характер, и в этой главе я, по просьбе читателей, постараюсь максимально избежать набивших оскомину сисек/писек, заменив их на что-то, близкое по смыслу, но без «нефритовых жезлов».
Перед моими закрытыми глазами все еще стояла клыкастая улыбка этого привлекательного мужчины, и я бы многое отдала за то, чтобы снова почувствовать на своей шее его укус, но Хирург лишь опалял кожу горячим дыханием, не торопясь прикасаться. Сердце сладко замерло в предвкушении, низ живота нетерпеливо ныл, но я ждала, оглашая помещение своими жалобными стонами.
Развернув меня спиной к себе, мужчина погладил мою попку, сжал, и его пальцы безошибочно нашли скрытое между полушариями отверстие. Я всхлипнула, когда он легонько надавил на вход, не торопясь проникать внутрь, и невольно вздрогнула, получив легкий шлепок.
– Идеально, – прошептал он и надавил мне на спину, заставив прогнуться вперед. Мы стояли напротив дивана, и я уперлась руками в спинку. Его пальцы скользили по моему позвоночнику, танцевали на ребрах, вызывая при этом не щекотку, а какое-то необъяснимо-будоражащее чувство. Я ощущала исходящую от Хирурга опасность. Такую, будто эти прикосновения в любой момент могли оказаться болезненными, вспарывающими кожу острыми когтями, и от того, как близко он иногда оказывался к сонной артерии, дыхание перехватывало. Никогда бы не подумала, что мне понравится что-то подобное, но при мысли, что он рассечет мне кожу и будет слизывать выступившую кровь своим горячим, шершавым языком, между ног в одно мгновение стало влажно. Как хорошо, что он не читает мои мысли. И одновременно плохо, потому что эти длинные, сверх всякой меры талантливые пальцы снова издевательски отдалились от средоточия моего желания.
– Тут, кажется, кое-что есть, – обернувшись, я увидела, что он отошел за неприметную ширму неподалеку от дивана. – Дождись меня, сладкая.
Жду, хотя все внутри предвкушающе ноет от неудовлетворенного желания. К счастью, Хирург не заставил ждать себя долго. Погремев чем-то, он довольно быстро вернулся, неся в руках небольшую коробку.
– Набор юного натуралиста, – ухмыльнулся он и, поставив свою ношу на столик, открыл ее. Любопытство одержало верх, и в недрах среднего размера жестянки я обнаружила знакомые предметы, такие как анальная затычка, флакон лубриканта, виброяйцо и еще россыпь неизвестных мне штук. Заметив мой взгляд, мужчина мягко толкнул меня на диван, заставляя сесть. Склонив голову набок, он уставился на мой живот и нахмурился.
– И с чего бы нам начать? – он постучал пальцем по нижней губе, а я, не желая терять времени, потянулась к его восставшему органу. Глубоко вдохнув в себя острый пряный запах, ставший уже знакомым и практически любимым, я лизнула шелковистую теплую кожу, отчего мужчина вздрогнул и отстранился. Погрозив мне пальцем, он наклонился и, схватив меня за ноги, потянул на себя.
– Да уж, – хмыкнул он, встав на колени на полу и широко разведя мои ноги в стороны. – Посадить бы тебя в кресло гинеколога и опробовать бы на тебе каждое из этих приспособлений. Уверен, твой чудесный голосок точно бы сорвался от крика.
В горле в одно мгновение пересохло.
– И что мешает? – спросила я, предвкушая незабываемые ощущения.
– Да, в общем, ничего, – нахмурился он. – И кресло есть, насколько я знаю. Но нам лучше не покидать это помещение до возвращения Инженера.
Я разочарованно вздохнула. Потом еще раз. Но этот непробиваемый мужчина сделал вид, что ничего не понял. Или понял, но не проникся. Но приз зрительских симпатий я бы точно заработала. Хирург, как истинный врач, начал с анестезии. Вернее, с лубриканта. Холодный гель растекся по попке и по всей моей промежности, заставив кожу покрыться мурашками. Я тихо хихикнула, когда металлическая затычка коснулась моего потайного хода, и заработала укоризненный взгляд.
– Расслабься, сладкая, – посоветовал мужчина, и я, как послушная пациентка, изо всех сил постаралась следовать рекомендации. Пробка была не слишком большая и не слишком маленькая. Она вошла плавно и легко, создав в попке ощущение приятной тяжести и давления.
– Это временно, – Хирург коснулся пальцем клитора, безошибочно найдя его среди складочек. – Это лишь подготовка.
– Подготовка к чему? – я не сдержала протяжный стон, когда его длинные пальцы скользнули в меня.
– К нему? – он взглядом указал на свое устройство ввода-вывода, и я, кажется, залилась краской. Так он действительно хочет мою попку? С его-то размерами?
– Ты так мило краснеешь, – он наклонился и коснулся губами моей груди. Втянув в рот одну из тугих горошинок, он обвел ее языком, в то время как его пальцы продолжали проникать в меня снизу. Но даже этого уже было мало, и, кажется, профессиональный врач это тоже понял. Потянув меня за ноги вперед, он одним движением насадил меня на свою грот-мачту. Я всхлипнула, потому что чувство идеальной заполненности было настолько умопомрачительным и сладким, что хотелось навсегда продлить этот момент. Мужчина смотрел на меня потемневшим, полным вожделения взглядом. В какой-то момент я могла бы с уверенностью сказать, что я для него не просто случайная секс-игрушка, что он ко мне испытывает что-то, крайне похожее на любовь. Белоснежные волосы укрыли его плечи, под бархатистой кожей прекрасно был виден рельеф тугих мышц. И этот мужчина сейчас во мне, точно так же сходит с ума от наслаждения. Даже если бы захотела, я не смогла бы закрыть глаза и оторваться от этого зрелища. Толстый ствол скользил между моих широко разведенных ног, с каждым движением толкая меня ближе к краю. Мои пальцы непроизвольно обхватили грудь, потому что Хирург перестал уделять ей внимание, полностью сосредоточенный на нижней части моего тела. Затычка создавала восхитительное давление, отчего мои внутренние стеночки обхватывали мужчину максимально туго. Он рычал, вколачиваясь в мое тело с все ускоряющимся ритмом, и я, не сдерживаясь, протяжно вскрикивала каждый раз, когда он входил, то есть орала практически непрерывно. Наверное, если бы не лубрикант, это могло бы быть больно, потому что природа действительно щедро одарила этого мужчину, и даже странно, что при этом он всего лишь врач. Когда пройду Испытание и стану главной по тарелочкам, обязательно расширю его служебные обязанности. Так же, как и обязанности Инженера. И домой, наверное, больше никогда не попаду. Прикажу сделать мне трон с внушительным таким рогом, и буду сидеть на нем, насадившись по самое основание, демонстрируя подданным то, что в обычной жизни запретно и сокрыто. И... это действительно мои мысли? Я вернулась с небес на землю, и, притянув голову Хирурга к себе, впилась в его губы поцелуем, раздвигая губы и проникая в жаркую глубину. Он глухо застонал, и по языку скользнуло что-то острое. Рот в одно мгновение наполнился металлическим привкусом крови, и это, кажется, стало тем пределом, преодолев который я окончательно перестала быть собой. И он тоже. Затуманенные глаза сверкнули нечеловеческой желтизной, и я непроизвольно сжалась сильнее, на космической скорости подлетев к одному из самых сокрушительных оргазмов в моей жизни. Мужчина последний раз с силой вошел и тоже зарычал, запрокинув голову назад, и практически сразу, без перехода, склонился ко мне и потянул на себя анальную пробку.
– Теперь сюда, – мурлыкнул он, и я приглашающе раздвинула ноги пошире.
Еще раз хочу попросить прощения за долгую задержку продолжения, но с рабочим авралом наконец-то покончено, и можно возвращаться к любимому творчеству. Напоминаю, что ваши звезды греют мне душу, комментарии помогают стать лучше, а подписки позволят вам следить за всеми моими новинками, коих у меня в планах великое множество)
Закулисные хроники технического персонала. Опасные желания. Часть 10.2
– Я смотрю, веселье в самом разгаре.
Мы одновременно посмотрели в сторону входа. К нам, на ходу стаскивая с себя одежду, приближался Инженер. Выглядел он намного лучше, чем при первой нашей встрече. Раны заметно поджили, синяки побледнели, мешки под глазами разгладились. Да он как будто помолодел даже. Хирург вздохнул и отстранился, и по его взгляду было невозможно понять, доволен он или разочарован. Я же с огромным удовольствием наблюдала, как под гладкой кожей, покрытой татуировками, перекатываются мышцы, пока мужчина стягивал с себя последний клочок ткани.
– А настоящие имена у вас есть? – спросила я, мысленно сравнивая их и никак не приходя к конечному решению, кто же лучше. Наверное, каждый восхитителен в своей, особой манере.
– Есть, – пожал плечами Хирург. – Только они нам ни к чему уже. Да и не принято в нашем мире пользоваться истинными именами.
Я, кажется, что-то такое читала. Если кто-то узнает твое истинное имя, он получает над тобой власть. Вроде речь шла о ведьмах. Но неужели эти двое имеют к ним какое-то отношение? Хотя, если подумать… Длинные волосы, тренированные тела, татуировки, клыки и какое-то испытание, которое я должна пройти, чтобы получить власть. Если посмотреть на беловолосого Хирурга со спины, он вполне может сойти за Ведьмака из последней экранизации. Да и в лице его было неуловимое сходство с Генри, о котором в моей копилке фантазий была пара-тройка эпизодов.
– Ладно. Тогда я хочу, чтобы у меня тоже было прозвище.
Я задумалась, но в голову, как назло, ничего не шло. Вот у них все в соответствии с занимаемой должностью. Мастер, Инженер, Хирург и пронумерованные Миньоны. А я, получается, Консультант? Продавец Ароматной Химии? Звучит, вообще-то, не очень.
Инженер хмыкнул, давая понять, что читает мои мысли.
– Хочешь, мы будем называть тебя Наследница? А после испытания станешь Королевой.
Не хочу. Мне по имени все же больше по душе.
– Все итак знают мое имя, – пошла на попятный я. – Пусть и дальше продолжают обращаться, как раньше, хуже уже не будет.
– Не будет, это точно, – согласился Хирург и шагнул назад, отступая мне за спину.
– Ну, раз мы с этим разобрались… – Инженер улыбнулся, приблизившись ко мне так близко, что я в полной мере почувствовала его возбуждение.
И все же, что-то в нем изменилось.
Как будто до меня он был невинным, а потом стал порочным и развратным. Его улыбка была сладкой и многообещающей, и низ живота уже заметно тянуло от предвкушения. Положив ладонь мне на затылок, мужчина запрокинул мою голову чуть назад и накрыл губы поцелуем, сразу же раздвинув губы и проникнув внутрь. Я закрыла глаза, наслаждаясь проявлением его полной власти, готовая отдаться ему так, как он того захочет. Когда дышать стало совсем нечем, он оторвался от меня и посмотрел в глаза совершенно нечеловеческим, голодным взглядом.
– Я соскучился, – его голос прозвучал хрипло, и от этого моя спина вмиг покрылась мурашками. Чуть шершавые ладони скользнули по моим плечам, пальцы очертили ключицы и спустились ниже, к тугим горошинкам сосков. Я протяжно застонала, когда он сжал напряженные вершинки и потянул их на себя. Тут же к моим ягодицам прижался полностью готовый к новым подвигам Хирург.
Я всхлипнула, осознав, что сейчас произойдет. Они возьмут меня оба, с двух сторон.
Убрав в сторону мои волосы, Хирург проложил дорожку поцелуев от уха до плеча, чуть прикусывая чувствительную кожу.
– Ты такая сладкая, – прошептал он, и я бы ответила, но в этот момент губы Инженера накрыли мои в продолжительном поцелуе. Две пары рук скользили по моему телу, распаляя и без того нешуточное возбуждение. Закрыв глаза, я полностью отдалась восхитительным ощущениям. Неужели это все происходит со мной? Двое привлекательных, сексуальных мужчин собираются заняться со мной жарким сексом. При том, что мой бывший никогда не считал меня достойной внимания. Он всегда говорил, что на такую, как я, никто, кроме него, больше в жизни не посмотрит. Даже немного жаль, что он меня сейчас не видит. Хотя, что он мог бы сказать по этому поводу? Назвал бы меня шлюхой, не иначе. Потому что… Со сколькими мужчинами, увиденными впервые, я уже успела заняться сексом в Сладкой Гвендолин? Возбуждение, окутавшее мозг, начало развеиваться. Что я делаю? Почему я здесь? Зачем все это?
– Ты там, где должна быть. – выдохнул мне в губы Инженер, и его пальцы проникли в меня глубоко и резко, вызвав непроизвольный стон. Руки Хирурга легли на мои ягодицы, раздвигая их, и я почувствовала, как сильно он уже возбужден.
– Я больше не могу ждать, – подтвердил мое предположение мужчина, и Инженер, обхватив меня руками за талию, развернулся вместе со мной и упал на диван так, что я оказалась сверху. Мое лицо оказалось в паре сантиметров от его ключицы, и я, не удержавшись, легонько прикусила тонкую кожу, после чего лизнула место укуса. Мужчина застонал, запрокинув голову назад, и для меня это стало приглашением. Может, я действительно повернутая на вампирах, или шея моя сильная эрогенная зона, но мои губы сами потянулись туда, где бьется пульс, целуя жадно и неистово, как будто в этом и заключается смысл моей жизни. Моя грудь терлась об обнаженную грудь Инженера, и его рваное дыхание согревало меня. Оторвавшись на миг от его шеи, я взглянула в красивые, затуманенные страстью глаза. Волосы Инженера разметались по дивану, рот приоткрылся, он весь будто бы отдался мне, признавая мое ведущее положение. Не в силах больше ждать, я обхватила его ствол рукой и направила в себя, ввода сразу до упора, до ярких искр перед глазами. Чудесное ощущение наполненности вернулось, и в моем протяжном выдохе смешались облегчение и наслаждение. Обернувшись, я посмотрела на Хирурга и чуть прогнулась, приглашая. Он оказался не из тех, кого надо просить дважды. Головка уже в следующий миг коснулась входа, и Инженер подо мной заметно напрягся.
– Слишком туго, – простонал он, зажмурившись. Я не шевелилась, но чувствовала сильную пульсацию внутри себя. Хирург не торопился, входя медленно и плавно, и лишь по учащенному дыханию можно было понять, насколько нелегко ему это дается. В какой-то момент мне показалось, что они соприкоснулись внутри. Все еще не шевелясь, я ждала с закрытыми глазами, наслаждаясь каждым новым миллиметром. Меня буквально переполняло это двойное счастье. Руки Хирурга потянули меня назад, когда он, наконец, дошел до упора, и в первое мгновение мне показалось, что внутри меня не два человека, а один, но очень щедро одаренный. Открыв глаза, Инженер посмотрел на меня и, положив руки мне на бедра, сделал первое движение. Плавное, осторожное, но я все равно едва не задохнулась от восторга и огласила помещение протяжным стоном, отражающим мое внутреннее состояние. Они начали двигаться оба, создавая внутри меня давление, от которого хотелось кричать и кричать, надрывая связки, потому что они каким-то образом задевали все чувствительные местечки, растягивали, насаживали, вбивались в меня, беря так, как это необходимо им обоим и одновременно угадывая все мои желания. А ведь я всегда думала, что может быть больно, неудобно, не принесет удовольствия, но эти два мужчины будто были созданы для меня.
Наклонившись вперед, Хирург начал покрывать мою спину и шею быстрыми, горячими поцелуями. Его пальцы кружили по моим соскам, то сжимая их, то легонько поглаживая. Я чувствовала его теплое, прерывистое дыхание на своей шее, и все внутри меня сжималось тугой пружиной не столько от ощущений, сколько от осознания происходящего.
Дверь распахнулась с оглушительным грохотом. Я не сразу поняла, почему вдруг замели оба мужчины, почему Хирург едва ли не рывком вышел из меня и вскочил с дивана, закрывая меня от вошедших. Однако мне удалось рассмотреть Мастера, явившегося в сопровождении уже немолодой на вид женщины. Вид у нее был донельзя свирепый. Инженер чуть шевельнулся, и я поспешно слезла с него, испытывая необъяснимое чувство тревоги. Кажется, нас застукали. И, скорее всего, эта дамочка является местной начальницей, если сморит на нас так злобно и презрительно.
– Инженер! – заорала она, рассмотрев, наконец, всех действующих лиц. – Мерзкий ты крысеныш! Как ты посмел вступить в связь с клиенткой? Ты забыл правила? Так я тебе напомню. Вам обоим! Вы будете наказаны! От тебя, Хирург, я точно ничего подобного не ожидала!
Ох, ничего себе!
– А тебе, маленькая похотливая сучка, – ее полный бешенства взгляд был адресован мне. – Придется стереть память. Затем Мастер позаботится о тебе.
– С удовольствием, – усмехнулся Мастер, и в его взгляде было обещание, что так оно и будет.
Хирург, глухо зарычав, бросился на него, но в тот же миг помещение озарилось вспышкой света, и мое сознание рухнуло в темноту.
Акт шестой. Окончание
Когда член снова вторгся в мое тело, я что есть сил подалась бедрами ему навстречу. Мышцы протестующе заныли, суставы, кажется, заскрипели, но мне было уже все равно. В голове осталась только одна мысль – получить разрядку. И неважно, как я при этом пострадаю, какие повреждения получу, гель, которым щедро смазали мое влагалище, свел меня с ума, заставляя заткнуться даже инстинкт самосохранения. Я, не переставая, хныкала, изо всех сил потираясь об едва шевелящийся орган, внутренние стеночки сокращались, и когда внизу живота наконец-то зародилась горячая волна и покатилась по телу, мой позвоночник непроизвольно выгнулся, как будто какая-то сила выдрала из меня хребет, отбросив прочь ненужное тело. Перед глазами заплясали радужные круги, потому что дышать носом во время такого сумасшедшего секса – та еще задачка. Стоило об этом подумать, как воздуха стало не хватать. Я снова проверила свои путы на прочность, но сил после мучительной разрядки не осталось совершенно, мое тело, и даже волосы, было мокрым от выступившего пота. Когда член внутри меня снова задвигался, я повернула голову набок, но даже так дышать не стало легче. Кажется, у меня какой-то приступ.
Что-то не так. Мое сознание как будто раздвоилось. Я помню, как оказалась на этой доске. Помню эту машину – создание чьего-то злобного гения, подогнанную под мои размеры. Но неужели я умудрилась в какой-то момент уснуть? Почему в памяти маячит мужчина, которого я точно никогда в своей жизни не видела? Длинные волосы, поджарое, мускулистое тело, необычные татуировки и взгляд, полный дикой, животной страсти. Его губы, шепчущие мне в ухо что-то важное. Что-то, чего я никак не могу вспомнить. И второй, такой же горячий и страстный, беловолосый мужчина, абсолютно обнаженный и прикрытый лишь букетом необычных цветов. Откуда я могу их помнить? Их голоса, их руки, их плавные, полные скрытой силы движения. Как это возможно?
И Мастер. Это был он и одновременно не он, как будто я успела повстречаться с его злобным братом-близнецом, при виде меня кривившем губы в торжествующей усмешке.
Может, я действительно успела заснуть?
Может, эта секс-машина вытрахала из меня остатки здравого смысла, и я начала видеть то, чего при других обстоятельствах даже бы не предположила? В глазах начало темнеть, когда сознание, не сумев справиться со странными, мелькающими в памяти образами, решило уйти на перезагрузку.
Я замычала так громко, как только могла, не позволяя панике полностью завладеть моим сознанием. Никогда не страдала клаустрофобией, а тут вдруг показалось, что пространство вокруг меня стремительно сужается. Тихо хлопнула дверь. Моего слуха достиг звук торопливых шагов, и чьи-то проворные пальцы содрали с моих глаз влажную от слез повязку. Следующим вытащили кляп. Я глубоко и хрипло втянула в себя воздух, содрогаясь всем телом и все еще не веря, что могу свободно дышать. Из груди рвались рыдания, и когда меня полностью освободили и стащили со злополучной доски, я бездумно прижалась к тому, кто меня держал, на краю сознания отметив знакомый аромат Луи.
– Тише, малышка, все будет хорошо. Все уже закончилось. Дыши. – он крепче прижал меня к себе, зарылся пальцами в мои спутанные волосы, и я отчетливо слышала, как под моей щекой бешено колотится его сердце.
– Не будет, – всхлипнула я. – Я хочу домой. Пожалуйста, отпустите меня до…
Акт седьмой
В жизни я привыкла всего добиваться сама. В том числе и мужчин. Как говорится «вижу цель, не вижу препятствий». Вот и с бывшим вышло так же. Он мне понравился с первого взгляда, и я, наплевав на отсутствие взаимности, перла вперед с неумолимостью танка. То, что он откровенно сох по своей одногруппнице в универе, меня не смущало. Я верила, что моей любви хватит на двоих, и даже больше. Не хватило. Для него я вечно была не та. Все делала не так, не так одевалась, не так готовила, не ту музыку слушала. Он капризничал, как ребенок, вечно ныл и жаловался, и временами мне казалось, что он по какой-то причине перепутал меня со своей мамой. Я должна была готовить, как она, заботится о нем, как она, но при этом наравне с ним зарабатывать. Это должно было меня насторожить. Но не насторожило, потому что для влюбленной дуры нет ничего невыполнимого. В итоге пять лет своей жизни я изо всех сил пыталась соответствовать, не бесить, не обижаться, не выносить мозг. Видимо, этого оказалось недостаточно.
В тот злополучный день Святого Валентина я изо всех сил пыталась себя убедить, что все к лучшему. Что эти отношения с самого начала были обречены на провал. Не убедила. И сейчас, прижимаясь к горячему телу Мастера, что нес меня куда-то, я отчетливо понимала, что хорошо уже не будет. Я хотела отвлечься. Я хотела купить любовь за деньги, а получила секс без эмоций, бездушную машину с искусственным членом. Похоже, для них я лишь кусок похотливого мяса, которое надо удовлетворить, чтобы отработать свой гонорар. А как иначе? И, вернувшись домой, я должна буду как-то с этим жить. С пониманием, что никто меня просто так уже не полюбит. Что только за деньги… как мясо…
Рыдания душили, слезы текли по обнаженной груди Мастера, пропитываясь неповторимым ароматом Луи. Кажется, этот запах навсегда станет ассоциироваться у меня с чувством собственной никчемности, крахом всех надежд и звоном разбитого сердца. В какой момент этот человек с ледяными глазами стал занимать все мои мысли? Почему даже в такой миг полной растерянности я думаю, как выглядит мое опухшее от слез лицо, и старательно прячу его под волосами? К сожалению, мысли подобным образом спрятать невозможно.
От невеселых дум меня отвлекло то, что мы, кажется, пришли. Интересно, они отправят меня обратно в мою пустую квартиру? Где на полу все еще валяется мое влажное после душа полотенце. Ну не пешком же я буду добираться, учитывая, что из одежды по прибытии на мне не было абсолютно ничего. Я внутренне сжалась, готовая выслушать насмешку над собственной слабостью. Обещала не сдаваться и дойти до конца. Хвалилась своей выносливостью. Была так уверена, что готова к любым экспериментам. И так позорно расклеилась. Сломалась. Тряпка.
Мастер поставил меня на пол, но руки не убрал, осторожно придерживая за талию. Поднять голову и посмотреть ему в глаза я так и не решилась, так и смотрела на его покрытую легким загаром грудь, пытаясь навсегда выжечь на сетчатке этот образ, чтобы потом, наедине с собой, в своей холодной постели, предаваться фантазиям. Полившаяся на голову вода стала для меня неожиданностью, и каким чудом я не завизжала, остается загадкой. Я вздрогнула и инстинктивно отшатнулась от Мастера, но он не пустил. Вода была теплая, и очень быстро до меня дошло, что мы в душе. Он влез в кабинку как был, в джинсах, и они, намокнув, туго облепили длинные крепкие ноги. Мои слезы смешивались с упругими потоками теплой воды, и я никак не могла прекратить трястись. Все правильно, перед тем, как вышвырнуть, меня надо помыть. Мне все же удалось вырваться, и так же не глядя на Мастера, я и вовсе отвернулась от него в глупой попытке спрятать слезы в потоках воды.
– Послушай, – его голос прозвучал неожиданно близко, и, резко развернув меня лицом к себе, он меня поцеловал. От неожиданности я застыла. Зачем? Зачем он это делает? Чтобы утешить? Неужели я настолько жалкая? И что я должна послушать?
Я попыталась его оттолкнуть, но Мастер ловко перехватил мои руки, и, заведя их мне за голову, прижал к стене душевой кабины. Его губы снова нашли мои, язык властно проник сквозь приоткрытый рот, и я закрыла глаза, перестав сопротивляться. Надо иметь смелость признаваться себе в своих желаниях, а я никогда не считала себя трусихой. И пусть я полностью раздавлена и морально втоптана в грязь так, что падать, уже, кажется, некуда, это не отменяет того факта что я изо всех сил, до умопомрачения, хочу этого мужчину. И если он решил подарить мне поцелуй, надо брать, наплевав на гордость, потому что, возможно, это большее, что он может сделать для меня на прощание. Но для моей гордости гораздо проще думать, что он делает это не из необходимости, а по собственному желанию, и если это так, то я отдамся ему полностью, душой и телом, пусть и единственный в жизни раз. От его одобрительной усмешки по позвоночнику поползли мурашки.
– Посмотри на меня, – приказал он, и я послушно распахнула глаза. Удерживая меня одной рукой, другой он приподнял мой подбородок, провел большим пальцем по припухшим губам, и взгляд его в этот момент был голодным и обжигающим.
– Я хочу тебя, – выдохнул он мне в губы и коснулся легким поцелуем. – Хочу так, что мои яйца сейчас, кажется, взорвутся, – его язык снова скользнул мне в рот, а бедра прижались к моим. Даже сквозь плотную ткань чувствовалось, как сильно он возбужден. Наверное, во мне не осталось ни капли самоуважения, потому что в следующее мгновение я закинула ногу ему на бедро и протяжно застонала, когда моего клитора коснулась жесткая ткань джинсов. Расценив это как руководство к действию, Мастер расстегнул ширинку, выпустив наружу возбужденный член. Он так и удерживал мои руки, не давая перехватить инициативу. Его губы, перестав терзать мой рот, переместились на шею. Я запрокинула голову, давая ему полный доступ, и мое лицо покрыли быстрыми, легкими поцелуями. Какими-то жадными, стремительными, как будто украденными. Язык прошелся по жилке, что билась на шее, и я, не выдержав, чуть оттолкнулась от стены и прогнулась в пояснице, так, чтобы он мог одним движением насадить меня на свой член.
Но Мастер не был бы Мастером, если бы не решил помучить меня еще немного. Его губы спустились ниже, и вот уже мой сосок оказался в горячем, влажном плену. Мои руки он выпустил, и я не придумала ничего лучше, кроме как зарыться пальцами в его мокрые волосы. Вода так и текла, ударяя в наши тела упругими струями, и я какое-то время наблюдала, как мужчина, ловко и быстро укравший мое сердце, спускается ниже, становясь на колени. Оторвавшись от моей плоти, он уставился мне в глаза. Я судорожно вздохнула, потому что сердце мячиком запрыгало в груди, разгоняя по венам потоки чистейшего кайфа. Ноги превратились в две вареные макаронины, и если бы Мастер не удерживал меня за бедра, я бы, наверное, растеклась липкой лужицей на полу душевой. В этом взгляде было все. От обжигающей страсти до щемящей нежности. И либо он очень хороший актер, либо его желание – не игра. Мое глупое сердце рванулось в груди, колотясь от переполняющего внезапно нахлынувшего счастья. Прямо сейчас я ему поверю. А дальше будь что будет.
Медленно усмехнувшись, Мастер провел большими пальцами по моему животу, медленно спускаясь ниже, и моя голова невольно запрокинулась, когда он неумолимо добрался до средоточия моего желания. По моему телу текла вода, лаская разгоряченную плоть. Учащенное дыхание с хрипом рвалось из легких, и прервалось вовсе, когда моего клитора коснулось сначала его дыхание, а потом твердый язык. Отпустив его волосы, чтобы ненароком не сделать больно, я сжала руки в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Пальцы на ногах поджались, а язык Мастера, кажется, проник в самую мою душу, потому что как иначе объяснить то, что вся нижняя половина моего тела утонула в таком удовольствии, что я едва не захлебывалась дыханием. Но это, как выяснилось, было лишь началом, потому что когда он пальцами раздвинул складочки, обхватил мой клитор губами и начал активно посасывать, я на самом деле захлебнулась, а потом закричала, сотрясаясь в сильнейшем по своей мощности оргазме.
Дождавшись, пока я перестану вздрагивать, Мастер легко подхватил меня под ягодицы и наконец-то насадил на свой давно готовый член. Я такое только в кино видела. В жизни мой парень меня бы, может, и поднял, а потом неделю бы жаловался на больную спину. Обхватив бедра партнера ногами, я вцепилась в его предплечья, с удовольствием отмечая, какие там тугие мускулы. Мой зад оказался тесно прижат к влажному кафелю, а грудь – к груди Мастера, и на какой-то момент мне показалось, что я отчетливо слышу торопливое биение его сердца. Его член оказался именно таким, какой был мне необходим. Не гигантский бездушный заменитель, а живая горячая плоть. Он двигался во мне неторопливо, смакуя каждый сантиметр завоеванной глубины, закрыв глаза и чуть откинув голову назад. Мои руки бездумно шарили по его телу, скользя по бархатистой, влажной коже, а взгляд не отрывался от его губ. Почему-то вспомнился фильм «Красотка», тот момент, где героиня Джулии Робертс призналась, что не целуется с клиентами, это, вроде как, слишком личное. И постаралась поскорее переключиться, зная, в какие дебри мои мысли могут меня завести. Меньше всего мне бы сейчас хотелось оскорбить Мастера, задумавшись о его роде деятельности.
Один затуманенный глаз чуть приоткрылся.
– Просто поразительно, как люди, занимаясь сексом, умудряются думать о чем-то отстраненном, – Мастер обхватил губами один из моих сосков, и, приподняв меня, насадил на себя до самого упора. Я сжала зубы и зажмурилась в каком-то глупом, необъяснимом порыве скрыть свои эмоции, потому что все отстраненные мысли из головы мгновенно улетучились, осталось лишь дикое желание дойти до разрядки, прекратив эту медленную пытку. Но, кажется, мой партнер все понял, потому что начал вколачивать в меня с такой силой и исступлением, что недавно отгремевший оргазм вернулся ко мне ослепительной вспышкой сверхновой. Плюнув на то, как это выглядит, я позволила себе закричать, выплескивая свои ощущения. Меня как будто накрыло, затопило чистейшим удовольствием, которое проникло в каждую клеточку моего тела и взорвало ее. Отстав от меня на долю секунды, Мастер уткнулся лбом мне в плечо, сотрясаясь в собственном экстазе.
Едва ко мне вернулась способность дышать, мужчина, на член которого я все еще была насажена, вновь накрыл мои губы долгим, требовательным поцелуем.
– С Джулией Робертс меня еще не сравнивали, – признался он, и я едва не рассмеялась от облегчения, что мои мысли его не обидели. Не зная, можно ли мне говорить, я по обыкновению промолчала. Но с тем, кто умеет читать мысли, слова и не нужны. Все еще удерживая меня за бедра, Мастер отошел от стены, и я крепко обхватила руками его шею, предполагая, что мы собираемся переместиться куда-то еще. Так и произошло. Шлепая босыми ногами по мокрому кафелю и удивительным образом не скользя, Мастер покинул душевую, и очень скоро мы оказались в спальне. Это была не та комната, где у нас произошла первая близость, но общие черты просматривались. Видимо, дизайнер интерьера был один и тот же.
