Текст книги "Волчий пастырь. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Angel Delacruz

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

– Мне ничего не говорит это имя.

– Ты его знаешь, просто как зовут не спрашивал, – Кавендиш достал из кармана небольшой амулет и бросил мне. Поймав, я увидел, что он перекинул мне амулет ордена хранителей.

– Ты его отпустил, а он все равно в Нордхейм пришел. Его здесь хотели сегодня утром чуть-чуть распять, но я запретил. Теперь у меня есть личный советник из Ордена хранителей.

– Как-то ты опрометчиво.

– Он согласился на привязку через ментальный ошейник.

– Ух ты.

– Да, когда жить хочется, и не на такое согласишься.

– Заставлять себе служить бывшего хранителя, для этого надев на него ошейник…

– Не считай меня за конченого идиота. Я ментальный ошейник ему предлагал просто как проверку, он согласился, но я делать этого, конечно же, не стал. Ограничился лишь клятвой на крови. Так что теперь у нас есть полная карта порталов тайного протокола, перекрывать которые уже направились боевые группы гвардии Нордхейма. Так что десанта Империи, если она вознамерится вернуть власть над Северным кругом, мы пока не ждем. Только если по морю. Да, и еще… ты, наверное, обратил внимание на орла на своей новой форме…

– Обратил.

– Совет владык Северного круга признал тебя равным себе и…

– Мой лорд, – сделала очередной дежурный книксен Мари-Мадлен. – Прошу вас, в контексте речи от лица владыки Севера не называйте больше никогда Северный круг Северным кругом. Это политическая ошибка, она может стоить вам здесь, на этой земле, больших репутационных потерь.

Я мог бы еще дополнить, что называть Северный круг Севером, находясь во Врангарде или в Восточной Варгрии, тоже большая ошибка, и может стоить не только репутации, но и пары зубов, но решил сделать это чуть позже. Мари-Мадлен, маркиза Дракенсберг, явно не питает ко мне сильных теплых чувств, и лучше лишний раз ее не огорчать, пока не пойму вообще ее мотивы действий.

– Хорошо, не буду, – между тем покладисто кивнул Кавендиш. – Итак, Совет владык Севера признал тебя равным себе и присвоил титул владыки Ап Трогус.

– Да? – крайне удивился я. – Неожиданно.

– Да, именно так. Но есть нюанс – этот же совет установил нерушимость границ земель на состоянии нынешнего года, так что, если ты не как Рейнар, а как владыка Ап Трогус, захочешь себе приобрести немного личной территории и править ей в юрисдикции Северного круга, тебе нужно будет ее найти немного в другом месте. Не здесь.

Мари-Мадлен, кстати, в этот раз промолчала. Не стала Кавендиша поправлять – речь шла обо мне в контексте того, что я Рейнар, и она не стала нарываться на отповедь исправления. Умная женщина.

– У меня вопрос.

– Да?

– Ты так бодро рассказываешь о принятых решениях, причем в контексте твоих слов звучит полное единодушие Северного круга. В чем подвох?

– Подвох? – пожал плечами Кавендиш. – Нет никакого подвоха.

– В чем тогда причина такой солидарности? За сутки вы здесь смогли решить то, к чему не могли прийти долгими столетиями. Местные владыки иногда годами вопросы разрешения использования березовых или осиновых зубочисток в заведениях общественного питания решить не могут, а тут такая резкая и единодушная смена политического курса.

– А, ты про это… Все просто. Дело в том, что леди Мари-Мадлен Лавиолетт, маркиза Дракенсберг, – взглядом показал мне Кавендиш на вдову Дракенсберга, – она кровь-от-крови Северного круга, внучка владыки Мидгейла. Алина Лефрансуа… ты ее, наверное, видел выходящей из кабинета вместе с капитаном Вальдером…

– Видел.

– Алина – дочь Мари-Мадлен и владыки Скаргейла Магнуса Густавссона. Кровь-от-крови Северного круга.

До меня не сразу дошло. Но все складывается – значит, младшая судья Инквизиции, которую Кавендиш пощадил во время того, как мы пришли за Лавиолеттом – это дочь владыки Скаргейла и Мари-Мадлен? Теперь понятна тогда и лояльность маркизы Дракенсберг к Кавендишу. И вот оно значит откуда обвинение Кавендишем Дракенсберга в смерти прежнего владыки Скаргейла.

Маркиза Дракенсберг, кстати, под моим взглядом чуть кивнула. Словно подтверждая, что именно она Кавендишу обо всем этом рассказала втайне от меня до поединка. И только после как увидела мой понимающий взгляд, она заговорила:

– Князь Магнус Густавссон мой первый муж. Он неожиданно погиб при невыясненных обстоятельствах одиннадцать лет назад, и сразу после траура я была вынуждена выйти замуж за Дракенсберга. Алина Лефрансуа, которую Венсан Кавендиш не стал убивать во время вашего нападения на посольство-резиденцию Конгрегации, кровь-от-крови Севера, и она была наследницей Западного и Восточного фолдов. Дракенсберг был против ее присутствия здесь в этом статусе, поэтому Алина смогла оказаться в Северном круге, сохранив шанс на жизнь и умственное здоровье, только надев мундир Конгрегации.

Маркиза Дракенсберг, кстати, только что сделала мне в беседе реверанс – назвав Северный круг Северным кругом.

– Но ведь Алина женщина и не обладает должным авторитетом здесь… на Севере, – сделал я ответный реверанс, не став называть Северный круг Северным кругом.

Мари-Мадлен, судя по показательно медленно прикрытым векам, мой жест оценила.

– Советом владык принято решение, что моя дочь Алина станет женой Венсана Кавендиша – и в этом случае весь Север поддержит его выдвижение как Единого короля. Через три дня, во время внеочередного альтинга.

«Через три дня?» Неплохо они тут посидели.

Во время того, как Мари-Мадлен говорила, осуждающий взгляд Кавендиша, направленный на меня, просто кричал: «Будешь должен, это все из-за тебя!»

– Кроме того, есть еще одно условие, которое Север требует от вас для своей лояльности, – отчеканила Мари-Мадлен, глядя мне прямо в глаза.

– И какое? – с подозрением произнес я, чувствуя, что дело не совсем ладно.

– Вы, лорд Рейнар, помогаете стать Кавендишу Единым королем и избавить Северный круг от влияния Инквизиции. А Северный круг помогает вам в стремлении стать Императором.

«Что-что?» – не найдя слов, я только руками развел.

– Переговоры были непростыми, – пожал плечами Кавендиш на мой крайне недоуменный взгляд. – Мне пришлось применять вообще все аргументы, которые я мог найти.

– Где я, и где Император… Так. Ты раскрыл информацию о том, что я…

– Да.

Вновь не найдя нужных слов, я снова только в изумлении выдохнул и развел руками. Кавендиш виновато пожал плечами и зеркально повторил мой жест с разведенными руками.

– Рейнар. Я тебе сказал, еще раз: переговоры были непростыми. Мне пришлось применять вообще все аргументы, которые я мог найти. В итоге мы живы и даже в некотором плюсе, так что не смотри на меня больше подобным взглядом, пожалуйста, победителей не судят.

– Северный круг решил поддержать меня как претендента на трон Империи? Это же самоубийство! – крайне удивился я.

– Нордлинги думают несколько иначе, чем мы…

– Мой лорд, – сделала очередной дежурный книксен Мари-Мадлен. – На всякий случай обращаю ваше внимание, что не стоит нордов в их присутствии называть нордлингами, это серьезная политическая ошибка.

Она, кстати, не просто умная, а очень умная. И сейчас вмешивается не потому, что ей слово «нордлинг» так уж слух режет, а просто умело сбивает градус беседы.

– А если делать это не в их присутствии? – между тем поинтересовался у нее Кавендиш.

– Я тоже из нордов, мой лорд.

– Ах да, прости. Ладно, я больше не буду, – кивнул маркизе Кавендиш и снова повернулся ко мне. – Норды думают и живут несколько иначе чем жители Запада… Я не могу назвать умным то, что ты вчера делал во время поединка, но признаю, что ты серьезно впечатлил абсолютно всех своим поступком. Получить расположение богов и победить без меча было, на мой взгляд, не луч…

– Я не специально.

– Что?

– Ты пробовал активировать свой меч Корпуса?

– Эм… нет, как-то нужды не было.

– Попробуй.

Кавендиш, еще не веря мне, отвел руку в сторону и провернул перстень на пальце. И ничего – меч не появился.

– Вот оно что… – протянул он. – Вот что значит Дракенсберг имел в виду, когда говорил, что ты не имеешь шансов выиграть поединок.

О том, что Дракенсберг имел тайную беседу с Кавендишем, я догадывался с того момента, как он вызвал его как свидетеля. Теперь же получил этому подтверждение.

Кавендиш между тем снял перстень Корпуса, убрал его в карман, но достал оттуда второй, фамильный меч. Подобрал, надо же. В комнате мелькнуло ярким отблеском – фамильный артефакторный меч Кавендиша материализовался из пространственного кармана.

– И что это значит? – озадаченно поинтересовался Кавендиш.

– Это значит, что Камней силы, поддерживающих пространственные хранилища Корпуса, в Спарте больше нет. А почему – хорошо бы узнать. Либо их отключили… либо Корпуса больше нет. Есть вести с большой земли?

– Нет. Не только у нас – вчера поздно вечером здесь был представитель варгарианского посольства. Сказал, что у них были с материком секретные каналы связи, которые перестали работать.

– Прелестно. А хорошие новости есть?

– Из хороших новостей только то, что снег перестал идти.

– Что жрецы говорят?

– Насчет чего они должны говорить?

– Насчет снега.

– А они должны что-то говорить?

– А кто должен?

– Это не божественное вмешательство, а холодный атмосферный фронт, причем с материка. Никлас поэтому и ушел к авгурам и синоптикам.

– Вот как…

– Вот так. Что-то там происходит на материке, Рейнар. Что-то очень… плохое, я бы сказал, чтобы не выражаться иначе в приличном обществе.

Несколько минут царила тишина. Кавендиш, совершенно утомленный, вновь болтая ногой откинулся затылком на стену, а я осмысливал происходящее, поеживаясь от холода.

Заставив всех нас вздрогнуть, резко распахнулась дверь, и в кабинет широким шагом зашел, почти забежал, магистр Никлас. Поздоровавшись со мной кивком, он без лишних предисловий выключил карту Северного круга на рабочем столе, выложил на столешницу магический накопитель и активировал карту Северного моря (всех северных морей) с побережьями. И на этой его интерактивной карте было видно, что на нас со стороны материка надвигается не просто атмосферный циклон, заворачивающийся воронкой штормов, но и самая настоящая магическая буря. Вот зачем Никлас ходил и к синоптикам, и к авгурам-предсказателям – со всех сторон прогнозы подтверждал.

– Если мы хотим вернуться на материк, пока еще есть шанс проскочить по краю надвигающейся бури, – показал Никлас на карте маршрут. – Если не отправиться сейчас, в Северном круге можно застрять на несколько недель минимум. И это еще очень оптимистично.

Включив воспроизведение, Никлас показал нам прогноз – магическая буря Дикой охоты, достигнув берегов Скаргейла и Айлгвена, должна была столкнуться с системой защитных обелисков-накопителей, пробить которую было нереально. И в результате над морем возникало длительное поле магической нестабильности, действие которого в пару недель действительно звучало оптимистично. Месяц как минимум, если не два-три.

Лишних вопросов никто не задавать не стал, Никлас же продолжил:

– В порту Нордхейма сейчас стоит траулер-сейнер, совсем недавно спущен со стапелей и должен идти в Визмар, – показал Никлас на ганзейский свободный город-порт на Востоке, на территории Восточной Варгрии. – Так что нам даже его реквизировать не нужно, наемная команда на борту, корабль полностью готов к отплытию. Ты со мной? – посмотрел на меня Никлас.

Несколько секунд напряженного раздумья. Да, если выбирать из перспектив охотиться здесь за анклавами инквизиторов или же попасть в Новогород к оставшимся там Алисии, Гаррету и Нессе, провести наконец переговоры с князем, а из Новогорода отправиться в Фегервар к царице Вере за информацией о Разломах и хранителях – то самым лучшим решением мне сейчас будет отправляться на материк с Никласом.

– Да, я с тобой. Когда уходим? – кивнул я.

– Прямо сейчас.

– И кто уходит, а кто остается? – с интересом поинтересовался встряхнувшийся Кавендиш.

Мы с Никласом переглянулись.

– Мы вдвоем уходим, ты с остальными остаешься. Береги себя и Дженнифер, опирайся на Вальдера. Прислушивайся к Ливии и леди Мари-Мадлен, но не забывай о своем уме, – дал я вполне исчерпывающие советы.

– И все?

– В смысле?

– И это все, что ты можешь мне сказать?

– Слушай, ну без меня за минувшие сутки здесь ты так прекрасно разобрался, и я крайне удивлен…

Я сделал многозначительную паузу. Кавендиш, судя по взгляду, прекрасно понял, что если бы не Мари-Мадлен, я бы сейчас упомянул про двадцать четыре девицы.

– …что ты оказался настолько хорош и прекрасен. Так что просто держи уровень, – закончил я. – Погнали? – это уже обращаясь к Никласу.

Глава 15

– Докладывайте.

Тиран Фридрих говорил и выглядел внешне спокойно, но взгляд и побелевшие костяшки пальцев, сжимающие спинку стула, на который он опирался, выдавали его напряжение.

Сэр Пауль фон Карловиц кивнул и широким жестом расстелил на столе бумажную карту. Информация, которую он собирался озвучивать, являлась совершенно секретной, поэтому коннетабль Ордена белых Тамплиеров сейчас не пользовался магическим проектором – содержимое памяти которого, как известно, легко могло оказаться в распоряжении Гильдии магов.

Не очень привычный в обращении с бумагой, сэр Пауль не сразу смог справиться со сворачивающейся обратно картой Септиколии, но чернильница, кинжал, планшет и табакерка помогли ему утвердить плотную бумагу в разложенном положении. Тиран Фридрих обошел стол, подошел ближе и всмотрелся в нанесенные от руки на карте отметки новой реальности.

Всю Септиколию, на которой раньше вдоль Варгрийского хребта инородно алели только два шрама-близнеца, теперь пересекала пунктирная голубая линия не менее чем из десятка разломов, по общей длине не уступающая Большом шраму в Великой пустыне. Начинаясь далеко на Востоке, в землях Варгрийского царства, локальные прорывы в ткани мироздания наискось пересекали Варгрийский хребет и дальше спускались к югу вдоль шрамов-близнецов еще ниже, деля надвое Дикое поле и заканчиваясь там, где начинался Большой разлом.

Теперь Септиколия окончательно оказалась разделена на две части. Восток Септиколии – Варгрия, Новогород и часть Дикого поля теперь были полностью изолированы от Запада. Два ранее действующих прохода между частями света – Северный путь через цитадель Мессена и Южный септиколийский тракт оказались перекрыты новыми разломами. Теперь попасть из одной части света в другую, с Востока на Запад, можно было только по воде, по Северному морю, либо же переходом на юге через Великую пустыню, в далекий южный обход Большого шрама, контролируемого красными тамплиерами.

Кроме бело-голубых линий новых разломов на карте штриховкой, так же бело-голубой, были нанесены границы нового вторжения. Фридрих, прекрасно знакомый с условными обозначениями военной топографии, сейчас наблюдал максимально полную картину происходящего. Он видел обозначенные на карте активные рубежи обороны, попавшие в блокаду ледяных демонов города, уничтоженные и рассеянные группировки войск; на карте были обозначены и направления вторжения иномировой орды – прорвавший оборону на отдельных участках, а также обнаруженные разведкой форпосты Мест силы ледяных демонов и границы распространения от них пелены Стужи.

На карте разметка, сейчас, в тишине кабинета, выглядела вполне обыденно, набором рукотворных, каллиграфически аккуратных штрихов. Но Фридрих прекрасно представлял, сколько сейчас солдат и ресурсов исчезает в бойне на новых, изменившихся границах вторжения. Причем в бойне не только на границах обороны защитников человеческой цивилизации: разломы в мир ледяной стужи открылись вплотную к разломам огненного Инферно. И наибольшая масса ледяных демонов вторжения сейчас сражалась с адскими демонами «старых» разломов. Именно это защитило Запад Септиколии – ледяные разломы проходили восточнее шрамов-близнецов. И, словно защищая Запад от Стужи, адские легионы Инферно сражались с тварями нового вторжения. На Востоке Септиколии же основной удар демонов Стужи приняло на себя Варгрийское царство. Очень тяжелый удар – оценил Фридрих картину прорывов обороны варгарианцев.

– Климатические изменения? – после долгого молчания в изучении карты поинтересовался наконец Фридрих.

– Отдельные природные аномалии, без критических изменений. Всего сформировалось четыре магические бури с Дикой охотой, две из них уже погашены экстренно собравшимся Конклавом Гильдии магов. Третья сейчас движется в сторону Рима над Внутренним морем, мы готовимся ее принять и перенаправить на юг, четвертая идет над Северным морем в сторону Скаргейла.

– Стражи границ?

– Потеряно четыре форта, семнадцать баз снабжения и две цитадели, общие потери строевых частей до пятнадцати процентов личного состава.

– Психологическая устойчивость?

– В пределах нормы.

– Прогнозы?

– Н-на Западе мы выстоим, ваше величество.

– На Западе? – зацепился за заминку коннетабля тиран.

– Полагаю, что в ближайшее время Варгрийское царство перестанет существовать как государственное образование, и его не попавшие под удар ледяной стужи территории примут протекторат Новогородской республики в целях защиты от экспансии ледяных демонов. Варгарианцам и новогородцам предстоит долгая война, чтобы вернуть свои земли из-под пелены иномирья. И… у меня нет уверенности, что без помощи Империи и Ордена Зерна и Стали они смогут выстоять.

– Без помощи Империи или Союза?

– Без помощи и Империи, и Союза, ваше величество.

Кивнув, Фридрих очень долго смотрел на карту. И молчал. Все вышло из-под контроля – по информации, которая у него была до призыва демонов, расчетные границы новых разломов должны были быть как минимум в три раза меньше.

Кто-то серьезно ошибся. Или кто-то его сознательно обманул.

– Сэр Пауль.

– Да, ваше величество.

– Когда потомки будут оценивать мое решение в исторической ретроспективе, когда далеко после моей смерти будут опубликованы ранее секретные документы, они прекрасно поймут, что все это, все произошедшее здесь и сейчас есть несомненное благо. В учебниках меня даже назовут истинно великим правителем. Скорее всего назовут, я в этом практически уверен. Людям всегда нужны герои среди своих правителей, а я на эту историческую роль подхожу как никто другой.

– Именно так, ваше величество.

– Они напишут… напишут, что, столкнув тварей двух миров, открыв разломы ледяного мира параллельно разломам с Инферно, я столкнул огонь и лед, столкнул лбами две враждующие цивилизации и этим сохранил наш мир и спас человеческую цивилизацию. Они напишут… да много чего напишут, это не так важно. Важно то, что истинное величие ситуации не очень понимают и вряд ли поймут те, кто сейчас умирает на границе во время атак спасающихся бегством от Стужи адских тварей, и преследующих их ледяных демонов. И когда первое сословие узнает, кто именно был инициатором происходящего, особенно если оно узнает об этом прямо сейчас, у меня лично начнутся большие проблемы. Это нормально, это естественный порыв, сэр Пауль, – перебил тиран вскинувшегося было коннетабля. – Больная кошка на приеме у лекаря не обладает всей полнотой картины и не понимает, что причиняющий боль доктор спасает ей жизнь. Кошка в таком случае всегда атакует ветеринара когтями в полную силу. И я вполне справедливо опасаюсь, что первое сословие не поймет, что своими жизнями сейчас выкупает жизнь всей нашей человеческой цивилизации.

– Если вы не пожелаете, чтобы появилась информация об истинном ходе событий, она не появится, ваше величество.

– Вы же понимаете, что столь масштабное событие в наш век всеобщей информационной свободы нельзя будет закрыть стеной цензуры?

– Мы вполне можем сделать это, ваше величество, нужен только приказ и разрешение на…

– Видите ли в чем дело, сэр Пауль… – задумчиво побарабанил ногтями по столешнице Фридрих.

– Да, ваше величество.

– Что знают трое, знает свинья. А сейчас нас даже не трое – об открытии порталов в мир ледяной стужи, в первую очередь для того, чтобы купировать нарастающее давление тварей Инферно, ну и второстепенной задачей стравить пар жажды перемен среди первого сословия, знаете вы и тамплиеры, знают маги гильдии, знают инквизиторы, знают хранители – и, скорее всего, знают уже в магистрате Ганзе. Вопрос всеобщего знания – это вопрос ближайшего времени.

– Даже если это и случится, это не будет критичным знанием. Наше могущество…

– Нам нужно сделать так, чтобы это стало критичным знанием.

– Ваше величество?.. – не совсем понял сэр Пауль.

– Сегодня же, силами собственной Канцелярии, соберите чрезвычайную комиссию и откройте дело в отношении Трибунала Конгрегации. Соберите улики и доказательства, что открытие разломов в мир Стужи – дело рук Инквизиции в коллаборации с Орденом Хранителей. Обвинение должно основываться на утверждении, что хранители порталов открытием ворот в мир ледяной стужи хотели замаскировать свое участие в создании сопряжения миров Юпитера и Терры, побочным эффектом чего послужило открытие разломов мироздания, ведущих в мир Инферно. Об участии в деле магов не упоминайте даже намеком, мне нужна Гильдия. Приговор всем виновным, заочный, должен быть вынесен уже сегодня к вечеру, максимальный срок – завтрашнее утро. И завтра утром передайте всю собранную информацию в Орден красных Тамплиеров, в магистрат Ганзы, а также направьте материалы расследования варгрийскому кесарю, если он еще жив, и новогородскому князю. К этому моменту все судьи Трибунала должны быть мертвы, а каждая портальная станция на Юпитере должна находиться под контролем ваших тамплиеров. Хранителей брать в плен и при малейшей попытке сопротивления уничтожать.

– Но подобные действия запустят механизм защиты портальных станций…

– Сэр Пауль. Мир выживет без портальных каналов перемещения, а также без артефакторных технологий, производство части из которых мы уже смогли локализовать силами имперских ведомств и департаментов. Даже более того – избавившись от навязчивого покровительства Ордена хранителей, мы немедленно получим стимул к развитию новых технологий. Больше трехсот лет мы живем без малейшего развития, а технологический прогресс ограничен флажками, которые нам выставляют хранители. Вы знаете, почему часть оппозиции из правления Ордена хранителей сами вышли на меня с планом открытия новых разломов?

– Не могу знать, ваше величество.

– Они теряют контроль над технологиями портальных перемещений. Это не их технологии, они ими просто пользовались – и сейчас где-то кончается энергия, как у замедляющейся заводной игрушки. Прекращений работы портальных каналов – неизбежность, а гибель существующей техномагической модели развития – лишь вопрос времени. И отбросив нас назад ледяным вторжением, сократив численность населения, еще и обрекая при этом на смерть изолированную Европу и все находящиеся там высокие сословия, верховные хранители Ордена просто желали отсрочить момент гибели старой модели, сэкономив ресурс своих хранящихся в строжайшей тайне технологий. Меньше людей, меньше портальных перемещений. Банальная экономия и реализация желания находящихся при власти хранителей пожить в старой модели мира чуть дольше, сэр Пауль, ничего более. Нашему миру совершенно не нужен Орден хранителей, но при этом, для того чтобы не упасть в каменный век, нам не помешает стимул, сэр Пауль. Кстати, вы знаете, что такое стимул?

– Фактор, провоцирующий на действие, ваше величество.

– На латыни стимул в первоначальном значении – это острозаточенная палка, которой на Терре римские пастухи подгоняли овец.

– Я все понял, ваше величество.

– Начинайте действовать, жду от вас максимальной решительности. На кону не только наши с вами жизни и судьбы, а жизни и судьбы преданных нам людей, на кону сейчас вопрос самого существования Империи.