Текст книги "Боль.но (Нитакая) (СИ)"
Автор книги: Анфиса Шторм
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)
ГЛАВА № 17.6 ПОЛИНА
ГЛАВА № 17.6 ПОЛИНА
Восьмое января.
Полина лежит на спине уже какой день? Четвёртый получается. Не пошевелиться. Встать – пытка. Но приходится. В туалет или поесть. Стоять – больно, сидеть – конечно же, да, лежать на спине – только не это...
Сколько слёз она вырыдала за эти дни... На боку или на животе – ещё терпимо.
Дверь в комнату открыта. Не настежь, а не закрыта на шпингалет.
Он придёт. Она не надеется, не ждёт. Просто знает: он – придёт. У него без неё ломка. Да и у неё тоже. Больно? Физически пиздец как. Но она вилку ему в руку воткнула. Мог бы вообще убить. Посмела с НИМ такое сделать... а он ещё и бегает за ней... Хочет её... Разрешает, подпускает к себе...
Так что ремнём она заслужила...
Но всё равно жалко себя! И больно... Не только физически...
Соседская девчонка сбегала в аптеку за мазью, и Полина кое-как мазала себя, сама – куда дотягивалась. Просить никого она не хотела. Не хотела, чтобы кто-то видел, знал...
Сегодня ровно неделя с их "знакомства"...
Сегодня он придёт...
Она прям чувствует...
Проснулась. Пить, есть хочется. Боже храни все эти сервисы доставки!
Ну хоть от голода больше не тошнит...
Она встала на колени, опираясь на одну ладонь, а другой втирала мазь в свою ягодицы – куда дотягивалась. На ней только трусики – чтобы не тереться о ткань лишний раз.
Ну и, конечно же, именно сейчас дверь отворилась, и вошёл ОН...
Улыбнулся.
Губы разъехались в улыбке.
Он. Я вовремя.
Закрыл дверь – на шпингалет.
Подошёл.
Забрал у неё мазь.
Надавил на спину – там где нету его следов – чтобы легла на живот.
Легла.
И он аккуратно, даже нежно, втирал мазь кончиками пальцев.
Он. Болит?
Она. А твоя рука?
Он чуть ли ни рассмеялся. Силы огрызаться есть – значит, всё не так уж плохо.
Он закончил, она перевернулась на спину, опираясь на локти и ступни – чтобы кожа не соприкасалась в простынёй.
Лицо его видеть хочет.
Она – голая. Не считая трусиков...
Он сел на карточки, взгляд не отводил.
Нырнул рукой между чуть разведённых бёдер; отодвинул полоску трусиков, вошёл в неё пальцами. Она распахнула рот – тяжело дышала.
Его тошнит от коммуналки, от этого матраса на полу... но это её территория...
Смотрит на него, глазам не веря...
Такой контраст... Он – деньги, сила и власть... Она... не дно жизни, но...
Костюм сидит безупречно... Сорвать бы с него... Только ноги и пальца зататуировал? Или грудь тоже теперь вся чёрная? А спина?
Роскошь и нищета в одной комнате...
Два разных мира...
Он довёл её до блаженства пальцами...
Она вся текла от того что он делает...
Никто никогда с ней ничего подобного не творил...
Как приятно...
Как хорошо...
Стонала, закинув голову...
И когда он довёл до её пика... она рухнула на спину, вскрикнув от боли...
Он бросил таблетки на пол.
Он. Помогает от боли.
И ушёл...
И всё? Только за этим и пришёл? Чтобы трахнуть пальцами?
Полина выпила две таблетки. И так быстро боль прошла... Только действие таблеток заканчивается – она сразу выпивает ещё две. И так хорошо... Боли нету...
И почему она раньше терпела?
ГЛАВА № 17.7 ОН
ГЛАВА № 17.7 ОН
Десятое января.
Знаю, что ждёт меня. Продолжения хочет. Мы друг для друга наркотик... Подсели оба, не отпускает... Хочется ещё и ещё...
Трахать её хочу! Как хочу! И сколько хочу! И чтоб она хотела... Подчинялась... И вела...
Я дал ей выходные. Пусть лечит свои следы. Она уходила-то, вздрагивая от каждого шага – настолько больно...
Считай, поквитались...
Но чего ж так щемит-то... Дышать тяжело, лёгкие изнутри горят... Спорт – не помогает. Работа – тоже. Трахать другую – не хочу. Только её хочу!
Праздники закончились, надо возвращаться в рабочий режим. Но никак! Только эта сука в голове!
А вечером еду к ней.
Открываю дверь. Свет выключен. А она стоит у окна. В одних трусиках. Шмотки валяются на полу. Приглашение? Разрешение?
Видела в окно, что я приехал... Ждёт...
Подхожу, разворачиваю лицом к себе. Уличного освещения вполне хватает, чтобы видеть её лицо.
Вспыхивает в моих руках. Чувствую её дрожь... и сам горю...
Я. Будешь моей?
Она. Итак, твоя.
Я. Любовницей.
Она. Уже.
Я. Содержанкой.
Она. Отъебись!
Ох, какая злая... Надеялся на такую реакцию. За другую получила бы ещё ремня.
Отталкивает меня – толкает со всей силы ладонями в грудь. Разозлилась. Наконец-то, эмоции!
Хватаю её за горло, припечатываю к стене; вдавливаю пальцы в шею, приподнимаю – она стоит на цыпочках. Всё? Выздоровела? Готова к играм?
Она разрывает на мне рубашку – получается не с первого раза; пуговицы разлетаются по полу.
Заводится от чёрных рисунков. Бегает взглядом. Нравится? Смотри. Пока дышишь.
Дотягивается ноготками до ширинки, пытается подцепить собачку – никак.
Ставлю её на ноги, но шею не отпускаю.
Она дотягивается до ширинки, расстёгивает молнию; вытаскивает член наружу. Конечно же, я уже готов. Как только вижу её – уже стоит.
Не отпускаю её шею. А она смотрит мне в глаза... и дрочит...
Эта девка и смерти не боится... только боли...
Я так никогда не кончу...
Я. Стоп.
Приказываю.
Слушается.
Замерла. Послушная...
Я. На. Колени.
Отпускаю её шею, опираясь ладонями о стену; рывком сдёргивает с меня боксеры, и сразу же заглатывает...
Вот же ж шлюха... Как будто сосать мне – её самое любимое занятие...
Принимает меня целиком...
Выхожу – и вхожу снова. Грубыми толчками...
Она подстраивается. Быстро принимает перемены в ритме.
Кончил на её сиськи...
Она провела пальцами, облизала. С ебанцой! Моя!
Встала.
И тут же пощёчина мне со всей силы. За что именно?
Хватаю её за талию, веду к подоконнику, сметаю всё на пол, усаживаю лицом к себе, обхватываю себя её ногами... и вхожу на всю длину... Резко... Чтоб ей больно было... И ебу её за все эти дни... Без гондона... Ни разу не трахался без гондона. Даже девственность "терял" с гондоном. Пиздец боялся, то не та баба залетит от меня. Всяких там болячек не боялся как залёта. А эту хочу ТОЛЬКО без гондона...
Смотрю ей в глаза, трахая. И целовать хочу, и в глаза смотреть. Но в глаза – больше. Чтобы видела КТО трахает её... Лицо помнила...
Я. Я. Твой. Хозяин.
Она. Да.
Она сцепила руки в замки, давила на рану. Да уже не болит. Но она хочет, чтобы мне было больно... Не надоело ещё пытаться? Видимо, не надоело...
Вопрос о содержанке пока отложили. Ишь как разозлилась. А что она думает? Что я буду ходить в коммуналку и трахать её на матрасе? А я, блять, хожу и трахаю...
И это охуенно...
Лучший секс в моей жизни... Как будто девственность с ней теряю... Как будто все бабы до – это мне приснилось. И только он а– настоящая...
Эта боль вперемешку с самым кайфовым сексом... За тридцать один год она перечеркнула все мои трахи... Самолёты, лифты, балконы... всё это пепел. И только с ней я ожил... И снова горю... И с ней, и на работе. Дела в гору идут. Итак, денег дохуя. Но я кайфую от процесса: от новых идей и проектов. Меня прям прёт. Даже идейник завёл – как когда в юности, когда денег было мало... Просто пишу. Идеи. Это всё она... Разогнала мои мозги... Я прям окрылён как никогда...
Мне так с ней хорошо... Как будто я на своём месте... Как будто так и должно быть... что рядом она... Только не в коммуналке на матрасе на полу...
Моя Полина...
ГЛАВА № 17.8 ОН
ГЛАВА № 17.8 ОН
Двенадцатое января.
Я тут уже двое суток. В этой грёбаной коммуналке. Трахаю её на матрасе. И на подоконнике. И стоя. Она даже ремонт не позволяет мне сделать! Даже новый матрас или кровать купить. Типа "сама заработаю". Сука гордая. Думает возьмёт от меня деньги – и сразу шлюхой станет? Или так квартиру из меня выбирает? Да я куплю! Намекни пожирнее хоть. Или ждёт, что я сам предложу? А вот не предложу. Пусть высасывает.
Обожаю, когда она на коленях... И этот взгляд... Ноль стеснения. Ноль стыда. Только похоть. И готовность заглатывать поглубже. И глотать...
И ей нравится! Она не притворяется. Ей ничего от меня не надо. Кроме моего члена. МОЕГО члена. Именно ЕГО. Вот же сука похотливая!
Не представляю её на шёлковых простынях. Но она их достойна. Но то, что между нами здесь, в этой комнате... Это грязь... И мы оба ею умываемся...
Она снимает с меня рубашку. Стирает мою сперму с себя. Протирает между ног. И бросает на пол.
Ну что у неё в голове?..
Так и сидела на подоконнике, ноги согнула в коленях, свела – грудь прикрывала.
Она. Больше не приходи. Я – твой грязный секрет. Guilty pleasure. Я всё понимаю. Захотелось экстрима. Но хватит.
Вот и подала голос...
Я. Я сниму квартиру.
Она. Снимай своим содержанкам.
А она для меня кто?
Я. Куплю...
Схватила меня за член; волна возбуждения накрыла – снова наготове; сжимала. Дрочила. Медленно. На грани боли и блаженства.
Она. А это тоже купишь?
Сколько прошло официанток через мои рестораны... Все безликие какие-то. Замечал, что красивые. Другие и не работали бы у меня на меня.
И вот попалась нитакая... Сука! Вытягивает из меня грязь...
Я бежал к ней за дозой... И сейчас я здесь, чтобы ширнуться... Поэтому домой не могу уехать. Поэтому застрял в этой коммуналке...
Я. Я не могу больше сюда таскаться...
Она. Не таскайся.
В глаза смотрит. И дрочит. В таком же темпе. Не обижается. Понимает, что я в её руках. В буквальном смысле.
Тянусь, чтоб коснуться губами – она уворачивается.
Она. Я – не разрешала.
Чего?? Это уже на грани фемдома. Но я – не нижний!
Я. Значит, ничего не надо?
Она. Нет.
Я. От меня? Или вообще?
Она. От тебя.
Я. Есть варианты получше?
Она. Не твоё дело.
Я. Я трахаю тебя без гондона. Мне есть дело.
Развела ноги.
Трусики прикрывают. Но приглашает же.
Я. На свидание хотя бы со мной пойдёшь?
Хотя бы? Я прям почти умоляю... Совсем расклеился.
Она. Нет.
Я. А если прикажу?
Она. Если это приказ... то я не могу ослушаться начальника.
Я. Хозяина.
Вот так она играть хочет? Чтоб я приказывал? Но мне нравится, когда ОНА задаёт тон играм...
Я. Оденешься как я захочу?
Она. Да. Это же приказ?
Я. Да...
Отодвигаю трусики, вхожу в неё. Она выгибается. Какая красивая... Моя...
ГЛАВА № 17.9 ПОЛИНА
ГЛАВА № 17.9 ПОЛИНА
Четырнадцатое января.
Курьер доставил несколько бумажных пакетов: платье-карандаш на бретельках, которые легко снимаются с плеч, бельё, чулки, туфли, сумочка – всё красное, тон в тон.
В салоне красоты подобрали помаду в тон. Красная. Яркая.
Такси.
Ресторан.
Не "Усадьба". Но тоже випка. Это первый их выход "в свет". Только их не двое в випке... Ещё три мужика. И три шлюха.
Весь вечер она улыбается, ведёт себя как хорошая девочка. Он внимательно отслеживает её реакцию и эмоции. Что ему надо? Тестирует? Испытывает? Издевается? Унижает?
Три шлюхи... а она? Четвёртая?
Так вот где её место? Среди других шлюх? Наравне с ними? Она – такая же?
Она встала и направилась в уборную... Хотела, чтобы он пошёл за ней...
Отдельная комнатка, просторная. Всё-таки уровень лакшери.
Включила воду. Смотрела на себя в зеркало...
Когда он вошёл, то увидел её спиной к себе, склонилась над раковиной, волосы спадают – и лица не видно.
Нет. Это не та Полина... Содержанка. Шлюха. Но не официантка-извращенка... которую ему нравится трахать на матрасе в коммуналке...
Она подняла голову; встретились взглядами в отражении. Её помада смыта-размазана – как кровь в новогоднюю ночь.
Его зрачки дрогнули.
Вот его Полина...
Он закрыл дверь изнутри. Что-то намечается...
Выпрямилась. Сняла бретельки платья. Сиськи наружу. Соски стоят. У него тоже уже стоит.
Собрала платье до талии. Попка видна. Стринги – считай, без трусов.
Красные чулки. Сбросила туфли. Раздвинула ноги.
Держалась о столешницу, выгнулась.
Это не приглашение. А полная готовность подчиняться, впустить его.
Вот его Полина...
И взгляды не расцепляют...
Подошёл ближе.
Запустил руку в волосы, схватил за корни, потянул назад – ближе к себе.
Он. На пол. Полина.
Она послушно повернулась к нему; отпустил её волосы.
Встала на колени. Заглотнула. И в глаза смотрела.
Но что-то не так... Платье слишком дорогое? Её место не в випке?
Что не так?!
Она – его грязный секрет?
Она – его giulty pleasure?
Пока думал, уже и подошло...
Выстрелил в её рот горячей жикостью.
Проглотила. Аккуратно. Ни капли мимо.
Встала.
Она. Ну? Я сделала всё как надо? Как шлюхи из вип-комнаты?
Он не принимает её такой...
Она. Подогнал под свой стандарт?
Застегнул брюки.
Он. Так и останешься колхозницей...
И в её глазах такая обида... Знает он куда бить... Умеет сделать больно словами... Уж лучше бы ещё раз ремнём отпиздил...
Её трясло.
Это их последняя встреча. Она же предупреждала что последует за "колхозницей"?
Она. Да пошёл ты!
Надела бретельки, спустила подол. И направилась к двери...
Он. Стоять!
Схватил её за локоть, притянул к себе.
Она. Ненавижу! Не прикасайся!
Вырвала руку.
Он. Ооо. Голос есть. Обидно, что я тебе даже не плачу?
За эти слова получил такую пощёчину – что след в тон её наряда проступил. Он её задел – как никогда. Впервые настолько шагнул за черту – что вывел её. Они не договаривались о правилах. Шагали на ощупь. Но он... переборщил. Даже слишком. Непростительно...
Она. Больше никогда не подходи ко мне. И не приходи.
Правила диктует?! Да щас! Он – хозяин!
Он. Чтоб я тебя больше не видел в «Усадьбе». И в других ресторанах тоже. Если тебе что-то должны – переведут на карту.
Он – яд. Уничтожает её. А она-то думала, что он разбудил её... Втянулась в эти извращения... Что он абсорбирует её боль... А он – яд... Губительный...
Вышла из туалета.
И сразу же получила перевод на крупную сумму. И сразу же перевела деньги обратно.
Да пошёл он!
Это разрыв...
ГЛАВА № 17.10 ПОЛИНА
ГЛАВА № 17.10 ПОЛИНА
Двадцать первое января.
Прошла ровно неделя...
Полина выдержала целую неделю. А так хотелось переступить через гордость и поехать к нему...
Может, это всё же игра? Тогда почему он сам не приходит? Он же наговорил гадости...
Ох, не умеет она строить отношения... Со всеми мужчинами получается что-то не то, всё идёт наперекосяк...
Так обидно!
Так больно!
Она прям в горе... Умирает... Её разъедает заживо...
Они уже ссорились. Но в этот раз – по-другому. Надо переждать ураган? Штиль наступит?
Как же больно!
Работа в этот раз не спасает. Потому что её разом уволили из всех ресторанов: то есть поставили запрет. Ясное дело, это он постарался... Настолько он её ненавидит? За что? А как ей работать? Она же в этом хороша, как рыба в воде...
Да, деньги ей перевели. Ровно столько, сколько она и успела заработать. Не много, но если экономить, то на месяц растянуть можно. Хорошо, что накопления есть.
В конце месяца ей позвонили: над ней всё же сжалились. И предложили разовую подработку – кейтеринг – официантка на вечер на частном приёме. Какова вероятность, что и ОН там будет? Ну не может же он быть на всех тусовках города. Столица-то огромная.
Ну разовые подработки – это очень даже неплохо. Платят там норм. Чаевые тоже могут дать...
Чей-то день рождения. В большом трёхэтажном доме. Всё дорого-богато. Ещё и знаменитую поп-певицу пригласили.
И Полина засмотрелась, слушая её. Она так близко... Она ещё ни одной знаменитости в глаза не видела. Мудак не в счёт.
Она перевела взгляд. Интуиция подсказала. Как будто сигнал SOS.
И застыла... Её затрясло... Это же Колька... И жирный шрам на шее... Её рук дело... На нём костюм. Похож на охранника...
Да быть не может!
Отвернулась. Задыхалась. Дышать нечем...
Поднос накренился, бокалы посыпались на пол, и она убежала...
Нужен свежий воздух!
ОН тоже здесь... с какой-то шлюхой... и не заметил её...
Колька, к счастью, её не заметил – она успела отвернуться.
Какова вероятность оказаться им втроём в одно время в одном месте? Да что за пытка?!
Она стояла на балконе. На улице минус семнадцать, она в блузке и юбке, тонких капронках. Холод сковал сразу же. Надо сбежать отсюда... Её больше не позовут...
Её жизнь рушится...
Что бы ни было. Но ОН должен помочь... во имя того, что между ними было... Ему же было хорошо...
Она как-то выдержала на пять минут. Вся дрожит, губы синие.
Она бегала по дому, искала ЕГО. Он же где-то должен быть!
И за одной из дверей нашла его. Бильярдная. Конечно, не один. Много мужчин. И шлюх. Ну никуда без шлюх!
Подбежала к нему.
Он не ждал её встретить. Гнев закручивался в глазах. Вид такой грозный... Холодный... Смотрит как в новогоднюю ночь – как будто не знакомы...
Она. Помоги...
Такой холодный. Ледяной.
Это не ОН... Какой-то чужой мужчина...
Он. Ослушалась приказа?
И голос такой... Это не ЕГО голос...
Она пятилась, он шёл на неё. Ей реально страшно... Это не прелюдия к извращённому сексу...
Он – не поможет, не защитит...
Они – друг другу – никто... Чужие... Как будто и не было ничего между ними... Уже не впервые в жизни её выкорчёвывают...
Отступать некуда. Упёрлась в стену.
Её губы уже не такие синие, но ещё синие.
Сжал руку на её горле. Все смотрят. Плевать.
Он. Неделю без хозяина – и уже вляпалась?
Она собралась. Пусть думает что хочет. Отпустит – и сразу убежит
Он. Тебя ищут?
Кивнула.
Он. Нашли?
Она. Сдай.
Он. Что? Уже не боишься?
Она. Сама справлюсь.
Он. Собой торгуешь... Типичная колхозница...
Разжал пальцы. Взгляд победителя. Легко сломать девушку, у которой нету помощи и защиты...
Она. Ненавижу.
Он. Надеюсь на это.
Она убежала...
А выбегая из дома, её увидел Колька...
ГЛАВА № 17.11 КОЛЬКА
ГЛАВА № 17.11 КОЛЬКА
Колька застыл. Да быть не может... Это же его жена... После своего перерождения он не простил её. Он помнил как она резала ему горло, в глаза смотрела... Он хрипел, умирал... а она смотрела... Да, он заслужил. Он поквиталась. Но теперь его ход...
Он понял: об хороших мальчиков вытирают ноги. А вот плохим не то что всё прощают, за ними бегают, выстраиваются в очередь.
Как только встал на ноги после больницы, собрал сумку и рванул в столицу. Не ради лучшей доли. А ради жены. Она же не подала на развод. Он знал, что она в столице. Никто не знает где она, а он знает – она спряталась где-то здесь...
Условка никуда не девалась. Раз уж Полина сбежала... то и дело как-то... зависло. Чтобы освободиться, он отвалил немало бабла – чтобы быть свободным. Кажется, Полина с ним поквиталась. Но тепреь его ход...
Он быстро нашёл работу: прибился охранником к бизнесмену-миллионеру. Он и силён, и драться умеет, и форма физическая отличная, и стрелять умеет. Ценный кадр как куча официанток в столице, так и полным полно охранников.
Он держим Полиной. Ищет её в каждой девушке. Но тепреь он трахает каждую симпатичную, которая даёт. А таких тоже немало – доступные, безплатные, умелицы. Они такое с его телом делали... чего он никогда не получал от жены...
А ещё он одержим местью. Ему бы только найти её... а там по ситуации будет действовать...
И вот она промелькнула мимо. Но это точно она!
Рука руку моет. И Колька смог разузнать о ней. Да, типа понравилась. Зачем трепаться направо и налево, что это его жена...
Узнал её адрес...
И как только будет выходной, а такое случается редко, – навестит. Жену... вместе они, ясное дело, не будут. Но выебать-то её можно... Взыскать супружеский долг...
ГЛАВА № 17.12 ПОЛИНА
ГЛАВА № 17.12 ПОЛИНА
Полина лежит на матрасе, спиной к двери. Он или придёт...
Пришёл. Только он так входит. Его шаги она узнает всегда, даже сквозь сон.
Сел рядом.
Горячо дышит. Рассматривает.
Он. Съёбывай из города.
Она. Мне некуда.
Он. Не мои проблемы.
Она. Как скажешь.
Он. Я не дам тебе жизни в этом городе.
Она. Я поняла. Отработанный материл.
Он. Молодец. Не воюй со мной. Тебе – не по силам. Сломаю тебя. Уничтожу.
Разве ни уже?
Он. Даю тебе последний шанс. Последнее предупреждение.
Она. Ты – мне – не хозяин.
Он. Не уедешь – и найду тебе хозяина. И пусть развлекается с тобой как хочет. По кругу пустит или...
Она вздрогнула. Закрыла глаза. Слёзы текли.
Перевернул её рывком на спину; глаза в глаза.
Он. Только на угрозы реагируешь?
Она встала, начала собирать вещи. Как робот. Сумочка, паспорт, влажные салфетки, зарядка для телефона... А больше ей ничего и не надо.
Ей вообще ничего не надо! Без него!
Она. А завтра можно уехать? Я спать хочу.
Усмехнулся.
Он. Можно. Мои люди проследят. Чтоб до полуночи свалила.
Она встала перед ним на колени. В глаза смотрела. Тянется к ширинке, а он кладёт свою руку сверху. Такая тёплая...
Он. Не всё решается отсосом. Даже хорошим.
Обводил большим пальцем её губы. Манкие.
Он. Можешь зарабатывать губками... но не в этом городе.
Одёрнул руку.
Подошёл к двери.
Он. Ещё раз увижу тебя... отдам своей охране. Они – не брезгливые. Хочешь незабываемую ночь – посмей ослушаться.
Даже в глаза не смог ей это сказать...
И ушёл. Холодный. Это не игра...
Всё... закончилось..? Вот так? Никак?
Такая безпомощная... и ненужная...
И куда она поедет?
Некуда же...
