Текст книги "Царство Зыбучих Песков (СИ)"

Автор книги: Андрей Минин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава восемнадцатая
Барра-Шака. Как умирают бакалавры, часть четвертая

Пару часов спустя. Глубокая ночь.

На смену солдатам беззаботно охраняющим сон своим сослуживцам (и прошляпившим все на свете), пришел их лейтенант в ранге ученика, заспанный рядовой и старик Академик, который так-то должен спать.

– Кости ноют, – пожаловался он мне в ответ на мой вопросительный взгляд, присаживаясь с моего разрешения рядом.

Выслушав доклад часовых, и заступив на их пост, лейтенант и рядовой зеленых касок присоединились к нам со стариком.

– Господин, бакалавр, вы тоже видели зарево пожара в той стороне? – Указал лейтенант направление. – Мои бойцы считают что там был бой. Вам об этом что-нибудь известно?

Я отрицательно покачал головой.

– Кто-то глушит эфир. Я уже давно перестал слышать кого-либо. Командование тоже не откликается.

Ну вот. Теперь они пахнут тревогой и страхом. Стараюсь не морщиться.

– И что нам делать? – Растерялся казалось непрошибаемый лейтенант. Рядовой же нервно скрутил папиросу и задымил.

– Ничего. Остаемся на месте. Переждем ночь, а там, – махнул я рукой, словно все наладится само собой.

Я встал. Отряхнул задницу от пыли и осмотрелся.

– Мне ненадолго нужно отойти. Смотрите тут в оба.

– Но, капитан! – Воскликнул возмущенный лейтенант, обратившись ко мне по званию. – Без вас…

– Тихо. Ничего не случится, – перебил я его. – Сильно сомневаюсь что на нас снова нападут.

– Снова? – Вытянулось в изумлении лицо старика Тосола.

– Да. Я отогнал этих существ. Не беспокойся.

Больше ничего не сказав, я ушел, но не перестал чувствовать спиной их осуждающие взгляды.

Когда я отошел достаточно далеко чтобы не видеть свет от факела освещающего вход на наш временный склад-базу, я остановился. Повел плечами. Подтянул бронежилет (от которого надо бы отказаться, но я все тяну). Освежил память, пощупав склянки с боевыми зельями закрепленными в патронташе на моем поясном ремне и достал из кобуры револьвер, крутанув барабан и удостоверившись что каждая пуля это артефакт для пробития щитов магов-учеников.

Особых пуль для охоты на бакалавров у меня нет и дело не в том что это запрещенный товар и в свободном обороте его не найти. Да и цена… Нет. Просто став бакалавром я понял что ручное оружие по типу револьвера уходит для меня в прошлое. Даже то что мое оружие прошло через руки артефактора ничего не значит. Это все еще обычный револьвер с чуть улучшенными характеристиками.

Будучи бакалавром я четко сознал что огнестрельное оружие для таких как я (мутантов в хорошем смысле этого слова) и собственно для меня лично – малоопасно. Все дело в моей нынешней конституции. Перестроенном по лекалам Атолла Основания Повелителей Пыли теле. На нынешнем уровне я спокойно увернусь от пули, а даже если и не смогу (что сомнительно), мой щит от попадания спецбоеприпаса заточенного против бакалавров – просядет, да, но не развеется! А даже если и так, я успею его воссоздать за доли секунды между выстрелами. Так что покупка особых патронов против магов мне попросту невыгодна. В барабан заряжены мои старые запасы.

А обычные пули… они даже не смогут пробить мою кожу. И для этого не нужно задействовать листопад.

И все же вспомогательное оружие мне необходимо. Что-то посерьезнее револьвера. Артефакт уровня бакалавра или младшего магистра. И неважно огнестрельное то будет оружие, холодное или… связанный с душой артефакт. Причина – мое единственное боевое заклинание чересчур громоздкое. Мощное. И энергозатратное. Не для стрельбы по воробьям. Так что револьвер я ношу не для красоты, а скорее от безысходности. Пока не подберу что-то получше.

Размышляя о своих сильных и слабых сторонах я продолжал двигаться в сторону зарева огня которое видел несколько часов назад и чем ближе я подходил к опорному пункту той роты солдат, что остановилась здесь на ночевку, тем сильнее я чувствовал запах крови и людских страданий.

Вот я и на месте.

Огонь все еще не потух, и тут и там тлели слабые очаги пожара. Я видел дым. Золу, хлопьями падающую с неба. И тела… Много, много тел.

Выживших нет.

Осторожно ступая между солдат, стараясь не наступать на них, я обошел руины несколько раз, но так и не нашел тел тех существ что напали на этих ребят.

По какому-то наитию я нарисовал в воздухе отвращающий зло знак, провожая души этих людей к свету и дышать стало легче.

Магов я обобрал. Забрал с их тел все что имеет хоть какое-то отношение к магии, а потом вернулся к месту смерти тех, кто так долго меня искал и так глупо погиб.

– Вельма. Нин, – покачал я осуждающе головой.

Чужая кожа натянутая на их лица отслоилась и они предстали передо мной в своем естественном обличии.

– Как же так, а?

Жаль. Я ведь хотел расспросить их, узнать зачем они меня преследуют. Точно ли дело в моем Атолле или причина в чем-то другом, но не судьба. Может хоть что-то с их тел поможет определиться?

Обыскав их, все найденное я распихал по своим карманам, после чего обернулся и выкрикнул:

– ХВАТИТ ПРЯТАТЬСЯ!

– Заметил меня? Хвалю, – издевательски похлопал в ладоши двоюродный брат мага плоти Жана Голяша – бакалавр магии, Го «Мокрица» Голяш. – И как спрашивается? – По-птичьи склонил он голову к плечу. – Хеморецепция?

– О-о! Так ты знаешь каким заклинанием я овладел на неофите? Наводил обо мне справки?

Он усмехнулся.

– Что ты подобрал с тел ведьм? Не считаешь правильным поделиться этим со старшим магом?

– Старшим? – Не менее насмешливо приподнял я в удивлении бровь.

Он прищелкнул зубами.

– Таких скороспелых бакалавров как ты я ем на обед! Давай сюда, – требовательно протянул он ко мне руку, применив заклинание телекинеза, и очень удивился когда не смог ничего вытянуть из моих карманов.

Я не мог отдать ему то чего он так страстно желает и это проблема, так как я видел что он не отступит. Все идет к…

– Сопротивляешься? – Процедил он, начав краснеть и раздуваться в плечах (одежда на нем местами порвалась). – Сопляк!

Меня чуть не вывернуло от запаха скотобойни и скверны, которые начал испускать Го. Едва сдержался.

– Не передумал? – Снова усмехнулся бакалавр, ставший на голову выше себя прежнего и заплывший жиром.

Я задумался и невпопад заявил:

– Магия – это отражение нашего внутреннего мира. Твой мир, бакалавр – так же мерзок как и у твоего брата и всей вашей семьи. Кому вы приносите жертвы? Чьему идолу? – С омерзением написанным на лице, покачал я головой. – Я чувствую в тебе тонну скверны. Так кто делится с вашей семьей крохами своей силы?

– Длинный нос, да? – Зло ощерился Го «Мокрица». – Тебе ее имя вряд ли известно. Адская с-ука, маркиза Ворона́.

– Не слышал… Дрянь какая-то?

Бакалавр рассмеялся.

– Теперь, парень, я просто обязан тебя убить.

– За то что я ее оскорбил?

– За то что узнал лишнего, – припечатал бакалавр и ударил.

Вокруг меня взвился листопад из весенних листьев и тут же опал – отразив атаку вспыхнувшего огнем при соприкосновении с воздухом человеческого жира.

– Листопад? – Удивленно прошепелявил пухлыми губами похожий на гигантский кусок сала на ножках, Го.

– Выходит ты знаешь обо мне не все? – Спросил я, подметив что его стихия – огонь. И он – кто бы сомневался – маг плоти.

– Неплохое заклинание, но и только! – Прорычал он. – Сдохни уже!

Повсюду, прямо на телах мертвых солдат что нас окружали, стали расцветать цветы похожие на те что я видел внутри Атолла еще одного носителя фамилии Голяш – Рассока.

Какая же мерзость!

Продолжая тянуть время, я разбил две склянки с боевыми зельями. Одно полетело в Голяша (не причинив ему существенного урона), а второе я разбил о землю – застилая туманом площадь на которой мы бились и, потушив этим очаги огня вокруг.

– Не спрячешься! – Взвился бакалавр, не смотря на свои слова потерявший меня из вида – ведь я не ограничился туманом и задействовал еще одно свое заклинание – отвод глаз. Так что жуткие цветы меня тоже не видели.

Мне же туман не мешал. Я продолжал видеть, хоть и в сером цвете. Спасибо переходу в бакалавры и трансформации смертного тела.

Кружа вокруг ставшего мне врагом Го словно акула почуявшая кровь, я решил пострелять в слепо закидывающего пространство простенькими чарами бакалавра, но это ни к чему не привело, что было для меня ожидаемо. Барабан опустел, а весь урон на себя принял колыхающийся на нем складками жир.

Тут он вышел из себя.

– СДОХНИ! – Закричал Го, брызжа слюной, и земля под нами вздрогнула.

«Повторяешься» – подумал я про себя.

Разогнав туман, из земли пророс и навис над нами гигантский мясной цветок, обвитый венами и с кровью вопреки логике стекающей по нему не вниз, а вверх.

Цветок мигом нацелил на меня свой бутон со множеством зубов и пастей и стремительно наклонился, решив проглотить меня.

И вновь вокруг меня закружился листопад.

Для меня все происходящее не было сюрпризом, ведь земля – моя стихия.

Чувствуя как проседает до дна мой резерв, а пруд Атолла мелеет, я, наконец, спустил с поводка набирающее все это время мощь заклинание, оставшись с пустым резервом.

Если бы сейчас был день, сторонние наблюдатели заметили бы как небо над нами потемнело, а потом понеслось вниз, накрыв собой тысячу квадратных метров поверхности и скрыв происходящее за заслоном из мельчайших частичек пыли.

– Затмение, – прошептал я пересохшими губами.

Когда эффект от заклинания рассеялся – исчез не только Голяш, но и все вокруг. Идеальная серая пустошь. Невредимым остался лишь я. Вот так. И даже его посмертной тени можно не опасаться. Мое заклинание не дало ей времени зародиться, заодно уничтожив саму возможность рождения теней других погибших здесь магов и… ведьм.

Плохо что я остался без трофеев с тела Го и без магии. Это заклинание высосало меня до донышка, так что на обратный путь я затратил вдвое больше времени. Сторонился любого звука и неприятного запаха.

– Капитан!

– Господин, Кай! Вы вернулись!

Первый возглас принадлежал лейтенанту, а второй – старику.

Я устало кивнул.

– Нашли что искали?

– Нет. Я спать, – отмахнулся я от них, не желая вступать в разговор.

Проснулся из-за чужого бормотания под ухом, открыл глаза, огляделся и понял что в этом виноваты не солдаты, а как оказалось – телепатия. Эфир больше ничего не глушило.

Первым делом доложил командованию о состоянии роты и, выслушав в ответ ушат помоев вылитый мне на голову, связался с теми кого знал в лицо и чья тень разума мне знакома. Новости были отвратительными. Погибло по меньшей мере треть всего личного состава экспедиции. Часть магов пропала без вести. Жаль только наши младшие магистры живее всех живых.

«Общий сбор! Покидаем город через восточные ворота. Встречаемся там через полчаса. Время пошло» – услышал я голос Азиза Фиолетового и окончательно проснулся.

Встав, я нашел бодрствующих офицеров роты и передал им приказ командования.

– А завтрак?

– Времени нет. Пожрем что-нибудь по пути. Будите тех кто еще спит. Мы уходим.

Экспедиция на Барра-Шака потеряла не только людей, но и всех животных. Собаки-поисковики, химеры, лошади и верблюды – всех их выбили в первую очередь. А техника которую нам удалось протащить за собой через джунгли – этой ночью сгнила. Хорошо хоть личное оружие не подверглось этому проклятию.

Выстроив своих людей в походную колонну, я повел их через улицы города на восток. Привычные ко всему солдаты на ходу жевали копчености и запивали их водой из фляг. Они еще не знали всех новостей.

Глава девятнадцатая
Барра-Шака. Экспедиция подходит к концу, но бакалавры продолжают умирать. Часть первая

Плавное течение реки убаюкивает, и я зеваю.

Рядом плещутся играющие у самой поверхности воды рыбы. Летают стрекозы, охотящиеся на москитов. Солдаты якобы бдят, но скорее просто болтают. К их разговорам я не прислушиваюсь. Надоело.

Оглядываюсь и смотрю на десятки других на скорую руку собранных плотов идущих как за нами, так и впереди нас.

Почесав нос, рассматриваю свой перстень мага, камень в котором светится ярким солнечным светом, а потом перевожу взгляд на медальон со слегка светящимися, утопленными в нем звездочками. Поправляю сползающую на затылок шляпу из кожи красного цвета и натираю глаза, пытаясь проснуться.

Последние две ночи я разбирал записи ведьм снятые с их тел и сильно умаялся. Ни слова обо мне в тех бумагах и личном дневнике Вельмы я не нашел – но зато расширил свою личную библиотеку знаний десятком новых забавных фактов. Вельма писала не о магии, а о жизни. Так что теперь я куда лучше понимаю как быт ведьм, так и их стремления. Увлекся, читая, вот и не выспался.

Вынув из кармана ее дневник и обрывки писем и записей Нин, я уничтожил последнее напоминание о них. Под моим взглядом бумага скукожилась и превратилась в земляную труху, развеянную по ветру. Удовлетворенный этим, я опустил кисти рук в воду и сполоснул их, в процессе щелкнув по лбу хищного вида рыбу, что тут же всплыла кверху брюхом и была кем-то выловлена после. Пойдет на обед.

Заметив что я больше не витаю в своих мыслях, ко мне обратился старик.

– Господин, Кай? – Осторожно потрогал он меня за плечо чтобы привлечь внимание.

– Эм-м? Что?

– Взгляните, – указал он пальцем вперед. – Кажется мы на месте.

– С чего ты это… а-а-а…

Впереди, за поворотом реки, непоколебимо стоял город сложенный из крупных камней всех оттенков синего и мы к нему стремительно приближались.

Это был Голубой Камень. Столица острова Барра-Шака.

– Наконец-то, – пробормотал я.

Первые плоты уже причалили к набережной и из них на землю ступили ругающиеся младшие магистры, каждый со своей свитой, а потом… начался ХАОС. Они просто ушли! Оставили нас растерянно озираться по сторонам, когда как сами в окружении избранных бакалавров и учеников, порознь, но все же, скрылись в городе. Связаться с ними не получалось. Наиболее настойчивые бакалавры владеющие заклинанием телепатии хватались за головы и пускали из носа кровь при повторах таких попыток.

Но кое-кому все же удалось это сделать, и все мы, я в том числе, услышали это:

«Дальше вы сами!» – сказали нам голосом Азиза Фиолетового источающего желчь и угрозу.

«За нами не идти! Сгною!»

Я наблюдал за всем этим с воды. Мой плот все еще болтался в реке.

Решив ничего не скрывать, я передал слова младшего магистра всем кто был на плоту вместе со мной.

– Как так? – Растерялся едва не плачущий от обиды, Афелий.

Жизнь хорошо так окунула этого мальчишку в дерьмецо. Три ранения и потеря мизинца на левой руке.

– Тьфу! – Сплюнул вслед Азизу Фиолетовому и Ябегрозу Потоку, и всем кто с ними ушел, старик, сморщившись словно усохший на солнце персик.

– Сволочи! – От бессилия сжимали кулаки солдаты с оглядкой на магов-офицеров роты скрипевших зубами.

– И что нам делать? – Услышал я до боли знакомый вопрос, после которого все посмотрели на меня.

На набережной среди тех кто не ушел вместе с младшими магистрами находились два знакомых мне бакалавра с «говорящими» прозвищами – Огор Горб и Фуу Слепец. А что касается Хибы Копье и сестер Исы и Асо… Они исчезли. Южмаш Свет тоже пропал.

Я хмыкнул.

– Господин?

– Первым делом – хватит сеять панику, – мрачно надавил я на всех кто был рядом своим духом, заставив людей подавиться пылью. – Пользы от младших магистров все равно никакой не было. Что они есть, что их нет. Плюнуть и растереть. Забудьте о них. Теперь мы сами по себе.

– Но что дальше?

Я пожал плечами.

– Как я понял – целью этой экспедиции было благополучно добраться до этого города – «прикрыв своими жизнями жопы младших магистров» подумал я, но не сказал это вслух – и цель мы эту выполнили! Теперь наша задача живыми вернуться домой.

Пока мои слова передавали другим, мы успешно перебрались с плота на берег.

– Лейтенант, давай, – хлопнул я его по плечу, – проведи перекличку и проверь припасы. Удостоверься что ничего по пути не утонуло, а я пока пообщаюсь с коллегами, – кивнул я на других бакалавров, отошедших в сторону и что-то между собой жарко обсуждающих. – Афелий, Зиг, Жокий, Рыжая, Тосол. Хватит отлынивать и лупать по сторонам глазами! Помогите лейтенанту и другим офицерам роты! Бездельники…

– Меня вообще-то зовут Наяда, – пробурчала девушка выглядевшая очень мило в своем возмущении, и на этом возражения закончились.

Бакалавры к которым я подошел не понижали голос и не скрывали своих намерений, так что я быстро разобрался что к чему.

– Говорю же, если вы присоединитесь ко мне, мы легко вскроем дом этого давно почившего младшего магистра! – Убеждал всех какой-то чересчур холеный маг, от которого я смог уловить неприятный запах высокомерия. – И, да, – закатил он глаза словно устал объяснять всем простейшее уравнение, – я уверен что никто этого еще не сделал.

Ворчание.

– Мало информации…

– Остальное я расскажу тем, кто согласится ко мне присоединиться. Что касается добычи, три доли мне – как организатору, и по одной доле тем, кто последует за мной. Вы в деле?

– В деле? Ха-ха-ха. Ты что, действительно предлагаешь нам вскрыть дом младшего магистра? Дом, под которым находится свой собственный источник магии? Ты идиот?

– Эй! Следи за языком!

Несмотря на вполне разумный довод, желающие все же нашлись и четверо бакалавров нас покинуло. А с ними ушли и их солдаты, младшие маги и офицеры.

Потом нас покинуло еще несколько бакалавров, сговорившись о чем-то между собой за нашей спиной. Остались только я, Огор и Фуу (думаю, другие сторонились нас из-за внешности). Еще остались те, кого я не посчитал. Наши и чужие солдаты – и офицеры тех рот, чьи командиры ушли вместе с младшими магистрами или по-тихому исчезли, как тот же Южмаш Свет и Хиба Копье.

– Объединимся? – Спросил нас Огор.

Я кивнул. Фуу вроде тоже. Не понять.

Удостоверившись в том что мы (ну или я) согласен, он продолжил разговор:

– Я так полагаю у тебя, – обратился он на этот раз непосредственно ко мне, – как и у нас с Фуу намечены какие-то дела в городе, и помощь в этих делах тебе не нужна? – Саркастично и с пониманием – добродушно усмехнулся мне в лицо горбатый бакалавр.

Я пожал плечами.

– Место которое я собираюсь посетить – вам должно быть известно. Не вижу смысла молчать об этом, нагоняя таинственности, – не менее саркастично улыбнулся я краешком рта. – Я направляюсь в усадьбу Запутанных Мыслей.

– О-о, – удивленно посмотрел на меня (если так можно сказать, ведь глаз у него как раз таки не было), Фуу. – Ты знаешь о ней? Откуда?

– Раскопал информацию в архивах.

Тут я соврал. В архивах я ничего не нашел.

– Что ж. Тебе будет полезно там побывать, – кивнул он, – но ни мне, ни Огору усадьба дать ничего не сможет. Ведь так, Огор?

– Верно, – проворчал бакалавр. – У нас с Фуу другая цель. Тебя, извини, мы с собой не возьмем.

Я отмахнулся.

– Не претендую. Вопрос в другом. Что делать с солдатами? Чем их занять? И не опасно ли оставлять их без нашего прикрытия?

– Первое. Голубой Камень известен тем, что здесь добывали ЭТО, – подкинул в воздух и сразу поймал блеснувшую на солнце монету, Огор. – Раньше ручей Золотой что проходил сквозь город охраняли как люди, так и серьезные чары, но они давно протухли. Смекаешь?

– Предлагаешь оставить солдат и младших магов мыть золото?

Он поморщился.

– Это лучше чем шариться по чужим домам рискуя схлопотать проклятье, способное добраться через тебя даже до дальних родственников или выпустить на волю сторожевых големов.

Я согласился.

– И второе. Нам с Фуу нужна лишь пара часов обделать наши делишки, так что нянчиться с солдатами кому?

Он намекал на меня, и я кивнул, ожидая что он скажет дальше.

– А как мы вернемся – придет твое время. Одобряешь?

– Хорошо. Принимается. Но сколько у нас этого самого времени?

– Пара дней. Не больше. В противном случае мы рискуем не успеть вернуться.

– Тогда стоит поторопиться?

– Я тоже так думаю.

Не сказать что пока мы разговаривали солдаты стояли без дела. На Барра-Шака так не бывает. Вспыхивающая изредка заполошная стрельба. Редкие проявления волшбы. Проносящиеся мимо нас маги-лекари с носилками на которых лежат раненые бойцы. Все это шло привычным фоном.

Объединив роты и перетасовав офицеров – мы утвердили новую вертикаль командования, на случай если с нами что-то произойдет и выдали повеселевшим солдатам понятную и приятную цель.

Короткий марш-бросок к ручью, зажатому со всех сторон каменными берегами. Зачистка близлежащих домов. Поиск инструмента золотодобытчиков. И… выставив охранение, отмашка солдатам – приступайте.

Фуу и Огор ушли. Мне оставалось только ждать.

Прогуливаясь вдоль ручья, я наблюдал за солдатами желавшими жадно намывать в лотках золото, но первым делом офицеры по моей указке заставили всех, раз уж выдалась такая возможность – постирать вещи и помыться. Воняют…

Сам я уже забыл о том что такое пот, спасибо «серому телу».

«Ненароком» остановившись у заводи с купающимися в ней солдатами (прекрасного пола) и девушками-офицерами (из магов), я позволил себе понаблюдать за этими милыми созданиями чарующими нас одним своим видом и, несомненно, созданными дьяволами нам на погибель. Девушки заметили меня и стали похихикивать, стреляя в моем направлении глазами (даже мой нос и цвет кожи их не отвадил), но вредная Наяда все испортила. Она отчего-то разозлилась и начала брызгаться в меня – прогоняя. Ее поддержали другие лучезарно улыбающиеся мне девицы, окатившие меня водой с ног до головы.

Извинившись – под их смех – я был вынужден ретироваться.

Заметив старика слонявшегося без дела, но успевшего спрятать улыбку (он все видел), я подозвал его к себе.

– Золото мыть собираешься?

– Кхе, – кашлянул он. – Стар я для этого. Суставы если долго их мочить распухнут и придется обращаться к лекарям. Если б не они! – Цокнул он зло языком, взглянув на свои руки и ноги – предатели.

– Тогда вот что.

Шепнув ему на ухо несколько слов, я его отпустил.

Надо сказать что золото в ручье было и немало. Много самородков размером с пуговицу. Солдаты богатели с каждой минутой и не хотели выходить из воды. В глазах лихорадочный блеск. Руки трясутся. Дошло до того, что пришлось вмешаться мне, щедро раздав пару оплеух самым непонятливым – не желающим заступать в охранение. Видите ли, они маги-ученики, а не кто-то там! Пусть простые люди этим занимаются!

Нахватав от меня зуботычин, свою спесь они растеряли.

Дело в том, что несколько дней назад я разозлился на одного мага-неофита – чуть не пристрелившего из-за игр с револьвером (крутил его в руках) – солдата, и со злости выдал ему подзатыльник, выпустив наружу дух и стихию. Тот маг сделал частью своего Атолла щит, и он в тот момент его защищал, НО! После моего удара он треснул и рассыпался ворохом искр.

Не показав своего изумления, я отчитал идиота неофита, и казалось, успокоился, а на самом деле я кипел восторгом.

После, проведя ряд испытаний и превратившись на пару дней в тирана порядка и дисциплины – я выяснил что могу ломать кулаками и затрещинами щиты не только неофитов, но и учеников! Все дело в духе, пропитанном пылью. Теле, усиленном ей же. И стихии.

Я был очень, очень доволен. И все же, по ряду причин – мне бы не помешал хороший атакующий артефакт. Прямое управление стихией жутко выматывает.

Прошла не пара часов, а все четыре, прежде чем бакалавры Фуу Слепец и Огор Горб вернулись. Я не стал интересоваться что у них в мешках, только лишь убедился что они в порядке, сдал им дела и покинул лагерь под отводом глаз.

По дороге ничего значимого не случилось. Сам Голубой Камень внушал. Красивый был город, но от него мало что осталось. Много разрушений и боли пропитавшей эти камни. Люди сюда уже не вернутся.

Черные зевы пустых оконных проемов. Желтые, обглоданные зверьми кости на дорогах. Пятна давно въевшейся в мостовую крови и вызывающие тоску сгнившие вещи людей пытающихся эвакуироваться из обреченного города в последний момент…

Голубой Камень не раз посещали мародеры – я видел следы, так что нетронутыми остались только резиденции серьезных организаций и дома магов расположенные на источниках магии. Я не собирался к ним лезть и держался подальше.

Без происшествий добравшись до усадьбы Запутанных Мыслей я не стал любоваться архитектурой этого места (дом как дом), а просто прошел через дверной проем (двери отсутствовали) и, оставляя за собой цепочку следов в пыли поднялся на второй этаж. Повернул направо и, оказавшись в картинной галерее, огляделся.

Пусто.

Картины давно украдены или же сгнили, впрочем, меня интересовали не они, а черно-белое мозаичное панно на дальней стене. Его не смогли повредить ни вандалы, ни время. Мозаика сияла чистотой словно ее каждый день протирали мокрой тряпкой.

Я подошел ближе.

Со стены на меня смотрел… э-э-э… человек? Затрудняюсь ответить, но выглядит это именно так, как мне и описывали.

Жутковатое человекоподобное создание в накинутом на голову капюшоне. Могильные мешки под глазами, из которых слезами вниз – по щекам, до краешек губ стекает похожая на густую грязь жижа. Ссохшиеся губы, не пробовавшие воды много дней. Потрескавшаяся словно отражение в кривом зеркале кожа на лице. И умный взгляд сверкающих всевечным льдом глаз, которые видят все…

Проклятое панно… Это оно. Как мне и обещали.

Первым делом я обошел дом и завалил вход в него мусором и только потом вернулся к жутковатой мозаике на стене, протер перед ней пол и присел на него, поджав под себя ноги.

Настраиваясь на тяжелую работу, я сделал несколько размеренных вдохов-выдохов и поднял взгляд, сосредоточив все свое внимание на глазах этого… человека. Чем дольше я в него вглядывался, тем более серьезное давление на меня оказывалось. Первый рубеж – неофит – и я его прошел, погрузившись в мир панно сквозь темную пелену.

Затянувшая меня в мир картины сила подарила мне неприятные ощущения неоднократных попыток содрать с меня кожу. Неудачно… А потом меня накрыло слуховыми галлюцинациями. Стенания. Плачь. Агония.

Я абстрагировался от них. Отбросил. И нашел новый проход.

Второй рубеж – ученик. Мой дух вздрогнул, но устоял и я ухнул вниз – в темноту этого мира.

Я прозрел и огляделся. Черно-белое измерение вокруг – казалось было собрано неумелой рукой ребенка. Реальность была смята и вывернута. Ей придали форму и соединили шиворот-навыворот. От одного взгляда на это можно было сойти с ума…

Прикрыв глаза, я перестал полагаться на зрение и сделал шаг в сторону, опираясь только лишь на хеморецепцию.

Третий рубеж – бакалавр.

Мысли путаются. Я то плыву, то парю. Со мной щедро делятся знаниями. Внутри моего Бесконечного Пространства Внешнего Моря рядом с прудом разрастаются десятки новых кустов, и я ликую. Их становится все больше и больше. Не успеваю считать.

Я счастлив, но что-то не дает мне покоя. Вызывает беспокойство. Подспудный страх.

Я делаю попытку вспомнить нечто важное, но мысли путаются…

Продолжаю парить. Чьи-то ласковые руки гладят меня по голове. Так приятно… Хочется чтобы это продолжалось вечно.

Я снова пытаюсь вспомнить, но меня отвлекают. Голос Рогеды меня успокаивает. Ее запах. Ее смех. Она шепчет мне приятные слова. Мне хорошо. Мне… Чего?

Я вскрикиваю.

– ЧТО? РОГЕДА⁈ ЭТА ХОДЯЧАЯ НЕПРИЯТНОСТЬ! ДА НУ НАХ!

Я все вспомнил, и мир вокруг треснул, отвергая меня и выкидывая в реальность.

Моя поза изменилась. Я сидел перед панно и упирался в него рукой.

– Тьфу! Проклятье!

С усилием оторвав от него руку, я оставил на мозаике кровавый отпечаток. Панно все же взяло с меня свою плату.

– Мда, – пробормотал я, потерев затылок и рассмеявшись. – Придется все же поблагодарить Рогеду при следующей встрече.

Восполнив потерю крови и залечив ладонь приказом–лечением, я бросил последний взгляд на панно (моя кровь с него исчезла) и засобирался. Раскидал завал в дверях который сам же и устроил, и вышел на улицу. Ночь. Я провел в мире картины около десяти часов. Странно…

Еще раз оглянувшись на усадьбу Запутанных Мыслей, я выбросил ее из головы и ступил на обратную дорогу.