Текст книги "Право на свободу (СИ)"

Автор книги: Андрей Лег

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

– Можете.

Повисла тишина. Филип снова смотрел в сторону города, грифонец пытался просверлить в нём дырку. А слугу тем временем извлекли из-под земли и уже уводили в глубину лагеря.

– Что ж... я изучил диспозицию. Совещание у нас через три часа? Хорошо там и увидимся Фернардо.

– Но постойте, ваш человек...

– Мой человек скажет, что знает. Необходимые подробности я сообщу позже.

Филип ушёл и ушла его свита оставив позади, злого грифонца.

– Саркус и Сали. – решил сразу спросить «Лиис», дети несмотря на свои физические недостатки ему почему-то импонировали: – Что с ними?

И с трудом удержался от желания ехидно улыбнутся, смотря с каким трудом слуга его визави сдерживает желание его послать. Но Иван вновь справился и ответил: – Внизу. В полном порядке, несмотря на то что провели в подземельях столько времени. Многие из отряда больше суток не выдерживали, а дети... шагали как заведённые. Нет их поиски не увенчались успехом. Точнее они что-то нашли, но как я понял это просто новый след.

– Подземелье... Везёт мне на них.

Броуни в этот момент видно досчитавший расстояние от базы до города, решил задать вопрос, видя что командир о чём-то задумался: – Неужели вы наткнулись на тайный проход кого-то из аристократов? Просто не могу представить зачем ещё такой длинный подземный проход.

Все посмотрели на Ивана с нескрываемым интересом. Но мужчина при упоминании подземелий вздрогнул и перекрестился. Что мысленно отметил Филип, который помнил, что «старый» слуга старается скрывать своё крещение. Как, впрочем, и многие солдаты и офицеры.

– Это не путь побега. Там слишком узко, слишком много поворотов и тупиков. И темно.

– Ты что ж темноты боишься старик? Не ожидала.

Говорившая это Жаклин, стояла с заметным трудом и сильно бледной, но голос её был ехидным.

Но слугу слова эти совсем не смутили. Наоборот он снова ушёл в себя: – Это не темнота. И не подземелье. Это нечто более страшное. Но катакомбы ведут прямо в город и мы сможем всех кого надо провести.

– Отлично. Манфред, твои идут со мной в полном составе. Броуни бойцов Адольфа тоже идут со мной. Краус выделишь людей и полка охрана, человек триста. Остальные будут вместе с грифонцами вначале имитировать атаку, а когда мы подадим сигнал, начнёте настоящий штурм. Приоритет вперёд толкать грифонцев. Мне всё сколько их умрёт, ваши жизни важнее.

– Это будет не так просто.

– Броуни. Всё зависит лишь от того насколько ты будешь циничен. Если потребуется силой заставляйте, ну или… Жаклин как с артефактами?

– Полностью готовы. Просто их нужно подкинуть в расположение грифонцев и через пару дней они сами начнут рваться в бой.

– Отлично. Капитаны выберете самых… горячих. Даю карт-бланш на драки, дуэли только ради богов не до смерти, да хоть в карты проиграйте эти безделушки. Но заставьте их взять эти талисманы. Не дайте работе молодой мисс уйти в пустоту.

***

Собрание прошло именно так, как и ожидал Филип. Капитан Фернардо изо всех сил намекал, чтобы именно «Авалон» первым пошёл в атаку. Также потребовал немедленно передать слугу и его знания ему как более опытному. На чтобы был послан Филипом, который также сообщил, что атака начнётся через два дня. После чего гордо удалился под недовольную ругань своего «союзника».

– Подставлять союзника бесчестно. – Стефан недовольно бурчал.

Филип лишь оскалился: – Уберто решил первым от нас избавиться. Ему явно не понравились мои решения по удержания города. Особенно его похоже впечатляли повешенные жители. И его совершенно не волнует, что эти добрые горожане его на вилы поднимут.

– С чего такие выводы? Ты вроде ничего такого не сделал.

Филип не стал отвечать, зрение его постоянно теряло краски, и он предпочёл просто проигнорировать визави. Более того Лиис почувствовал, как сознание второй души полностью отгораживается, как в самые первые дни.

Старик ни капли не преувеличивал странность подземных переходов. Даже лестница, что ввела вниз казалось инородной до безобразия. Ведь за небольшой естественной пещерой взору всего не маленького отряда предстало настоящее произведение искусства. Мраморные ступени с красивой резьбой. Неестественно ровные без каких-либо следов грязи или сколов, они буквально кричали о магическом происхождении. Но страшнее всего было то что едва отряд удалился от выхода на сотню ступеней, как позади стало неестественно темно. Впрочем, как и впереди.

Заметив дрожь идущей рядом Изабеллы, Филип решил спросить: – Тебе тоже, кажется, что что-то тут не так.

– Я почти не чувствую богиню. Будто не было последнего года…

– Ясно.

– А ты?

– А я аномалия. У меня сложные отношения с Экалрат. Хотя… что-то твой родственник затих. – и уже мысленно: – Стефан! Ты ещё со мной? Или на Изнанку ушёл.

– Да здесь я ещё… но соглашусь. Странно тут… А это что такое?

Они все вышли к мраморной арке, на которой были выведены надписи.

– Хмм… И что это значит?

– Ни Саркус, ни Сали не смогли перевести. И никто из нас не смог.

– Так тут написано, если я не забыл ещё язык…

– Ты понимаешь, что тут написано? – спросили одновременно Изабелла и Стефан.

Филип лишь тряхнул головой: – Так… «Пусть те… что… кто восстал… против луны… Лы… Лю … Пусть те кто восстал против Люпос, познают наше милосердие. Пусть темнота скроет их лица. Пусть их тела сгниют от болезней. Дети никогда не увидят солнца. А боги исчезнут в забвение.

– Командир, что-то мне кажется слово милосердие не подходит к последним пожеланиям.

– Скорее всего тех кого сюда загоняли, выбирали между позором и смертью. И получили и то и другое.

В этот момент по другую сторону арки, раздалось: – Господин, а откуда вы знаете этот язык?

– Саркус, у меня есть пара скрытых талантов.

– Ты вроде же говорил, что в вашем мире не было магии.

– А это не магия Стефан. Это латынь. Единственный язык, который мне дался в прошлом мире. – Филип на мгновение предался воспоминаниям: – Английский не выучил, Испанский, Итальянский, я даже японский пытался освоить. А латынь далась удивительно легко. Вы тут следов заключения не находили?

– Находили господин. – из темноты показалось детское лицо обезображенное опухолями: – И даже статуи богов.

– Дай угадаю. Овца, что-то похожее на кота, Лягушка переросток, что лисье и странного вида крылатую хрень.

– Пять из пяти господин, но нам стоит идти. Магия этого места до сих пор пытается свести с ума тех кто оказывается внизу.

Слова полудракончика подтвердились, едва они пересекли арку. Темнота начала давить со всех сторон и увидеть дальше чем на десяток шагов дальше было нельзя. Но Филип переносил темноту удивительно легко, он даже вёл непринуждённый разговор с подростком.

– Как вы тут? Нашли следы вашего дракона?

– К сожалению, нет. Здесь его следы, но нам придётся отправиться дальше на север.

– Печально, печально. Но как я понимаю наши наниматели провели здесь немало времени.

– По крайне мере тысячу лет. Есть ещё несколько табличек, на которых как я с братом предполагаю, написано за какие грехи их сослали.

– Моя дорогая, чтобы это понять не нужны таблички. Всё просто. Это была борьба за власть, которую они проиграли. Интересно, как с этим связан Розен Люпос. Изабелла если собралась падать в обморок, опирайся на своих соседей я тебя ловить не буду.

– Я чувствую... что-то...

– Это мисси... мис...

– Зови её Белла.

– Эй!

– Мисс Белла это въевшиеся в стены страдания. Мы с сестрой думаем, что здесь умерли не одна сотня, если не тысяча заключённых. И господин Лиис статуй тут не пять... их семьдесят четыре...

В этот момент что-то хрустнуло под ногой у солдата. Все посмотрели.

– Вроде здесь раньше не было костей...

– Идёмте быстрее господин. Это место проклято и не стоит тревожить его покой.

Им потребовалось почти два часа прежде чем они выбрались из очередного «неестественного» прохода. Но именно благодаря этому они и оказались, даже ближе чем можно было ожидать к своим врагам.

– Я в раю. – девушка заворожённого рассматривал винные бочки перед собой.

Филип лишь хмыкнул и спросил у группы встречающих: – Ну и насколько вы успели обпить хозяев цитадели?

***

Пусть сообщение было затруднено спецификой перехода, Авалон продолжал действовать согласно плану. В том числе и по отношению к «союзникам». Грифонцы под влиянием множества талисманов, а также благодаря прямой подпитки от Жаклин. А чтобы не допустить раскрытие маленького секрета, к ней никого не допускали. Ведь сложно было бы объяснить кровавый ужас внутри её палатки...

– Всё хватит на сегодня. – Максимов остановил очередного добровольца и занялся его перевязкой: – Госпожа какие знаки обновить?

Младшая из Лиис ещё сильнее побледнела за последние два дня. Магия жрала её изнутри, но ради семьи она терпела. Вот и сейчас она пальцем с синеватым ногтем ткнула в семь знаков вокруг себя, на которые помощники медики попытались равномерно распределить кровь. Остатки были поднесены ей в железной чашке.

Девушка поморщилась, но осушила сосуд в один глоток, после чего просто откинулась на своё ложе. Как раньше сил пройтись у неё уже не было.

– Когда там наступление? – хрипло спросила она, пока Максимов спешно собирал свои инструменты и отступал к выходу.

– Через час госпожа.

– Скажи капитанам зайти перед атакой.

– Так точно.

Краус и Броуни прибыли к ней при полном параде. Но говорить и пришлось на приличном расстоянии. Удушающая аура становилась всё сильнее.

– Вы звали нас, госпожа?

– Да капитан если мои чувства не ошибаются, нападение вот-вот начнётся и грифонцы бросятся первыми. Бросятся глупо поддавшись гневу и жажде битвы. Но это состоянии не продлится долго. Боль, смерти знакомых, страх перед врагом... они смоют наносные эмоции. А расстояние не позволит мне удерживать передние ряды от бегства.

– Но как я понимаю, есть возможность удлинить воздействие эффекта? – спросил Броуни уже мыслями на поле боя.

Жаклин с трудом поднялась и села. Посмотрела в глаза своим «гостям», Лиис ответила: – Крови. Вокруг них должно быть много крови.

***Смотря на созданную им бойню Броуни в очередной раз убедился, господин прав говоря, что всё самое чудовищное происходит только по расчёту. Для поддержания боевого безумия он переснарядили «Пчихи» фугасными снарядами и обрушил их на стыки позиций своих и чужих. Всё поле боя было усеяно трупами, но грифонцы как безумные продолжали наступать.

Броуни вертел фляжку и бросал короткий взгляд в сторону командного пункта Краус. Он знал, что и она готовиться к выполнению своего плана. Резервный полк, уже был вытолкнут в первый ряд. В этот раз Отто не смог отвертеться, что отзывалось болью в сердце капитана. Легерфорд был его другом, одним из немногих, и понимание, что сегодня он умрёт, вызывало жгучее желание остановить Герту.

Но он промолчал, лишь потрепал Отто по плечу перед расставанием. И сосредоточится на бое. Ещё им ещё только предстояло победить. А когда он подумал о командире, над цитаделью взвился дым пожара.

***

– Черт! Аккуратнее Манфред не хватало ещё угореть в этом чертовом замке!

Они с боями рвались к покоям Ампулекс и Пфит вырезая немногочисленную охрану. Аристократы просчитались отправив все свои войска в город, готовясь к городскому бою. Но пусть стражи было и мало, они были самыми верными и самыми отчаянными. Вместе со слугами они бросались на отряды со всех сторон. И совершенно бездарно погибали, ведь палаши зачарованные богиней рубили с одинаковой лёгкостью броню и плоть.

Когда их отряд добирался до открытых галерей своё слово говорили люди Манфреда. Они обрушивали всю свою огневую мощь на каждого кто пытался остановить их атакуя сверху. Именно его людям удалось поразить трёх Ампулекс, которые встали на защиту гнезда.

– Где же остальные? – крикнула Изабелла с трудом справляясь со звоном в ушах.

Филип и сам задавался этим вопросом. Он тоже не верил в смирение хозяев цитадели, а также его всё больше смущало отсутствие следов Пфит.

Бах. Бах. Бах. Бах.

Используя Импульс «Лиис» силой заставил реальность вокруг замедлится. Зрение потеряло цвета, но стало заметно резче, поэтому четверо стражей упали освобождая путь к резным воротам.

– Даже отсюда я слышу гул.

– Боюсь эти ублюдки, там провели массовое жертвоприношение.

– Неужели они решили прервать свой род?

Вопрос Изабеллы остался без ответа. Но оба они вспомнили подземелье. Из которого этим людям много веков не было выхода.

– Близнецы, приготовить ауру. Изабелла звуковую волну. Огнемётчики приготовиться!

Двери открылись сами и тут же изнутри в сторону людей бросились осы размером с небольшую собаку. Существа прямо-таки светились от поглощённой совсем недавно энергией и даже когда в них одновременно ударили драконорожденные, Изабелла и огнемётчики несколько десятков тварей накинулись на авалонцев. С криками люди начали падать на землю зачарованные жала прошибали не только плотную кожу, но зачарованный Жаклин металл.

– Изабелла ещё раз!!!

Девушка, едва не погибшая от одной из ос, уже собиралась ответить Филипу. Однако он, извернувшись, подстрелил атакующую её чудовище, а свою принял на руку. Жало распороло её до кости и если бы не призрачная область, возникшая на пути, общее тело могло остаться без конечно. Звуковой удар совпал с атакой ауры и те твари, что не погибли от очередного звукового взрыва, обратились в ледяные скульптуры. К сожалению, близость магических ударов не обошлись без жертв. Многие из бойцов упали без сознания с лопнувшими барабанными перепонками, а те что оказались ближе к Филипу покрылись инеем. Печальнее всего была судьба двоих бойцов, что пытались помочь своему командиру. Они, как и «оса» превратились в ледяные статуи. Но магический удар таки сломал последний аргумент Ампулекс, и оставшиеся на ногах солдаты бросились вперёд добивать магических ос и тех немногих кто ещё оставался живым из аристократов.

Казалось бы что могут сделать пятёрка выживших? Как оказалось многое. Ведь прямо на глазах у потрясённых людей они полностью отпустили много лет сдерживаемую трансформацию и превратились в жуткую помесь человека и насекомого. Глаза стали полностью фасеточными, на месте рта появились жвала, из рук вылезли полуметровые жала, а крылья за спиной позволили им легко подняться. Кожа во многих местах отслаивалась выдвигая хитин, что не поддался даже винтовочным пулям выпущенным в упор. Впервые с начала конфликта многие из солдат «Авалон» пожалели, что сменили макровое вооружение на пороховое.

Но их собственные маги не могли им помочь. Изабелла пыталась удерживать из последних сил жизни пострадавших вокруг и почти на инстинктах латая страшную рану своего родственника. Филип находился в состоянии шока, как впрочем и Стефан который попытался было перехватить управление, надеясь усилить Беллу. Это видел оберлейтенант Кунзе, сам наполовину оглохший он выдвинул из ножен свой палаш и бросился в рукопашную. Вслед за ним пошли и остальные из его отряда. Две сотни человек против пятерых.

Ампулекс резали, проклинали, бросали воздушные лезвия, заражали личинками противников и обращали их против товарищей. Их панцири принимали на себя десятки ударов зачарованных клинков. Сталь звенела и трещала, несколько палашей сломалось поражая осколками своих хозяев. Погибали бойцы, но подтачивали защиту своих противников. Адольф оказался первым, кто переломил ситуацию. Его палаш сверкнув в очередной раз, с хрустом проломил хитиновый панцирь прямо на уровне сердца Ампулекс. «Мужчина» не сразу осознал что уже мёртв. Даже попытался дотянуться до головы Кунзе жалом, но в итоге только сильнее насадился на застрявшее лезвие окончательно разрезав сердце, и окончательно обмяк. Адольф даже не нашёл в себе сил порадоваться, его едва успели оттащить, благодаря чему он избежал удара от другого аристократа. Которому взмах ударника удачно попал по сочленению и отрезал руку по локоть. Бой продлился ещё почти пять минут. Оставив после себя пять разрубленных Ампулекс и больше сотни трупов их убийц.

***

Оставив Изабеллу помогать раненым, Филип сжимая зубы и в сопровождение бойцов Манфреда шёл в ту часть цитадели, где как выяснилось находилась небольшая пристань.

Ампулекс погибли. Последние верные им люди умирали защищая город ещё не зная об этом. Но Пфит всё-таки бежали, а ему просто хотелось в этом убедиться. И тем удивительнее оказалось увидеть фигурку девушки, которая стояла на каменной пристани рядом с уже загруженной лодкой.

– Леди Пфит.

– Просто Лучия, господин... как мне вас называть?

Манфред было начал поднимать винтовку, но был остановлен рукой Филипа. После чего, подчиняясь жесту, сделал несколько шагов назад. Сам «Лиис» подошёл ближе и ответил, так чтобы кроме девушки его никто не услышал: – Филип. Просто Филип.

Девушка бросила короткий взгляд на своё сопровождение. После подошла едва ли не вплотную и произнесла: – Я пришла передать вам послание от нового главы семьи. Сильвио Пфит оставил послание Пекоро, в котором отрекается от Договора Теней и оставляет своё титул правителя Лукки.

– И оставил сестру, чтобы оставить послание? Не любит он вас.

– Как я уже говорила в нашей семье не слишком ценят родственные узы.

– А брачные?

– Ты готов сделать мне предложение?

На эти слова Филип не смог ответить. Взбунтовался Стефан, который рванулся к телу с такой силой, что целая рука рванулась и взяла за горло молодую девушку. Благо оно также было закрыто глухим платьем. Однако смотревшая в их глаза Лучия лишь улыбнулась.

– Кажется ваш... друг против.

– Я тоже пока не готов связать нас узами брака.

– Доставить удовольствие можно и без него... – девушка прижалась к нему всем телом.

– Можно. – Филип почувствовал, как внутри всё переворачивается. Но убрав руку с горла девушки, отстранил её от себя: – И в следующую нашу встречу мы вернёмся к этому разговору. А пока идите леди. И берегите себя, пожалуйста.

Стефан снова попытался остановить своего визави. Но не смог и Лучия, оставив шкатулку в руке Филипа, и поцелую на его щеке, грациозно запрыгнула в лодку. Которая немедленно поплыла к видневшемуся вдалеке кораблю.

Чужак «держал» Лииса до того момента пока лодка не доплыла до корабля. После чего с облегчением и бесконечной усталостью отпустил контроль. Оставив злого Стефана, лишь бессильно наблюдать за морем и кораблём.

Глава 11

Прошло две недели с момента штурма Пизы, и Стефан вновь сидел на собрании офицеров. А сидел против обыкновения, потому что до сих пор не отошёл от ранения. Ранение, на которое его визави откровенно наплевал, из-за чего оно сильно воспалилось и отправила Лииса на две недели в постель с острой лихорадкой. Только усилиями Изабеллы он избежал гангрены и ампутации конечности, но после лечения девушка выглядела как бледная тень себя прежней. Не лучше была ситуация и у Жаклин получившая к ранению живота, ещё и сильнейшее пищевое отравление. В итоге руководство на себя полностью взвалил Броуни, который перевалил весь документооборот обратно на Курта.

Но даже так Стефан был вынужден подняться с постели и своими приказами останавливать дуэль между Краус и Легерфордом. А потом получить тяжёлый разговор с Отто, который достаточно аргументировано обосновывал, что его полк был подставлен под удар сознательно. Что Краус сознательно задерживала помощь. А когда он самостоятельно бросился спасать своих людей до последнего ждала прежде чем под давлением со стороны Броуни помочь вырваться «Резервному».

Стефан слушал, кивал, но не мог дать обещаний. Ведь был одна деталь, которую командир полка не знал. Краус выдвинулась сама, а не под давлением. Легерфорду просто повезло, что Герта получила ложный донос о его смерти. Хотя целым немец и не остался, множество бинтов продолжало обвязывать его тело, а правый глаз закрывала повязка. Максимов уже успел попросить разрешение у Стефана, обратиться к Белле за помощью в удаление остатков.

Лейтенант Максимов всё-таки стал начальником медицины. Триаль погиб по глупости, когда попытался бежать из расположения полевого госпиталя. Что его сподвигло неизвестно, но причину смерти выяснять не пришлось. Воронка от снаряда была более чем красноречива. Правда некоторые доброхоты уже успели анонимно сообщить Стефану, что Максимов имел разговор с Триалем до боя, и был француз после него бледным до крайности. Лиис предпочёл отмахнуться от этих доносов, ведь более подготовленного офицера всё равно не было.

И будто мало было проблем Лиис, в городе обосновался наблюдатель от Пекоро. Который, казалось, поставил себе задачу довести до белого каления наёмников. Иного объяснения наглого поведения данного субъекта Стефан не видел. Вот и сегодня едва молодой аристократ «развёл в стороны» своих людей, Оресто Пекоро заявился на собрание.

– Вообще-то мы не приветствуем посторонних на военных собраниях.

– А я наблюдатель от моей семьи! Направленный для поддержания порядка в мятежном городе. И меня совершенно не устраивает то как вы выполняете свои обязательство. Ваши дуболомы подменяют собой местную администрацию, а не приводят её к покорности. Я молчу про возвращающееся населения, которое не испытывает должного пиетета к моему роду. Да что говорить, вы до сих пор не вывесили знамёна моей семьи!

Стефан пожалел, что его визави до сих пор не здесь. Филип не стал бы заморачиваться с политесами и просто бы выбил дух из обнаглевшего заказчика.

– Прошу заметить сеньор Пекоро, что даже спустя две недели в город так и не прибыла оккупационная администрация.

– Она официальная. – Оресто сморщился от слова «оккупационная»: – И они скоро будут.

– Пусть так, но пока эти люди не прибудут, мои люди продолжат взаимодействовать с местными чиновниками. А знамёна ваши люди смогут вывесить, когда согласятся встать рядом с ними караулами. Они готовы? Или предпочту пожить подольше?

Оресто покраснел. Явно захотел высказать многое, но ситуацию от дальнейшего накаливания спас грифонец, который выступил вперёд и невзначай приоткрыл кобуру с револьвером. Разошлись, так показалось. Но именно в момент, когда Пекоро уже приблизился к дверям, они открылись и внутрь вошла Изабелла. Случайность? Глупый порыв? А может вера в безнаказанность?

– Оооо, кажется вы всё-таки знаете, что такое гостеприимство. Так красавица ты идёшь со мной!

В другое время попытку себя схватить закончилась для молодого идиота сломанным запястьем. Но Изабелла находилась в полусонном состоянии и восприняла схватившую её руку за помощь одного из людей Стефана. Из-за чего сделала первый шаг прежде чем осознала. А осознав попыталась вырваться и немедленно заработала пощечину от взбесившегося Пекоро. От сворачивания шеи Оресто спасла только его сила, которая выдержала удар кулака заряженного «Импульсом».

– Дуэль. – Стефан был удивительно спокоен внешне. И с трудом удерживал не только себя, но Беллу от немедленной расправы.

– Я готов принести... ну хорошо... тварь подзаборная. Слышал, я про твой род. Пятьсот лет. Некоторые семьи простолюдины и то более древнюю родословную имеют. Завтра у порта. Там я тебя и утоплю.

Пекоро провожали взглядами, что были наполнены ненавистью.

– Ещё посмотрим, кто кого утопит.

***

Поединок прошёл скучно, но при большом скоплении народа. Пусть Пекоро и перешёл в режим безумной овцы. Пусть и смог погонять ослабленного Стефана, но итог оказался предрешён. Лиис пошёл на риск и приняв удар в грудь, схватил руку и вывернув её, воткнул нож прямо в глаз своему противнику. Магическое усиление не защитило голову от такого удара. Грифонцы сидел мертвенно-бледными от такого зрелища, но Стефан уже не обращал внимания, ведь на горизонте показался величественный корабль под очень примечательным знаменем черного лебедя на белом фоне.

– Что забыл один из Шварценов делает здесь? До Австрийской Империи три границы...

– Стеф. Думаю, это Великий Герцог Союза. Ну или кто-то из его детей. У них знамена похожи, только золотых корон нет.

– Вот жешь... Курт... Быстро организовать почетный караул и мне новую одежду. Максимов, давай что-то убойное. Не хватало чтобы меня ещё скрутило при таких гостях.

***

Антонио Шварцен стоял на носу своего личного парохода и смотрел на приближающийся берег с непонятным ему возбуждением. Многие из Шварценов жили эмоциями и внимательно прислушивались к своим внутренним импульсам. Ведь главная беда императорской семьи, была и их благословением. Импринтинг. Насмешка для правителей вынужденных заключать политические браки. Неудивительно, что когда одному из принцев предложили занять трон конфедерации герцогств, он побежал. Целым три поколения удавалось жениться без проблем.

Стоя на носу, молодой аристократ достаточно рано заметил незнакомые знамена: – Коломбо, кажется у города сменился хозяин. Не знаешь кто сейчас там главный?

– В последней передаче из дома, говорили что к Пизе подошли наемные войска Пекоро, сеньор. Возможно это один из отрядов.

– Странно. – Антонио присмотрелся внимательнее: – Ни «Грифон» и ни черные, новенькое пополнение. И похоже готовятся нас встречать.

– Мне приказать капитану остановить корабль?

– Ни в коем случае. – Шварцен вскочил и продемонстрировал отменное чувство равновесия стоя на самом краю на одной ноге: – Там такую делегацию ради меня собирают. Прикажи гвардии быть при полном параде.

После этих слов молодой наследник пробежался по палубе и найдя девушек служанок крикнул им, спрыгивая с носа обратно на корабль: – Моника, Лилиана приготовить мою парадную форму! Знаю, что вы её взяли несмотря на мой запрет. Быстрее, быстрее мы скоро причалим, и я хочу произвести правильное впечатление!

Причалили они примерно минут через сорок и Шварце был готов встречать хоть бродягу, хоть императора. Одетый во всё белое, что сильно контрастировало с его черными как смол волосами, и сверкая золотой короной наследника, а также множеством украшений, продав которые можно было поправить бюджет небольшого города, молодой парень сверкал улыбкой. Для большего шика он усилием своей магии разгонял от себя во всё стороны оставшуюся на пирсе грязь.

Впереди него шагал один из глашатаев, который первый приблизился к вооружённой группе и объявивший: – Его светлость наследник рода Шварцен-Орс и трона Союза Герцогства Пьемонта, Генуи и Монферата Антонио Шварцен-Орс.

Вперёд выступил молодой парень моложе Антонио, что того вначале позабавило, но успел удержать себя от ехидства. А за те несколько секунд пока встречающий подходил, Шварцен отметил и острый взгляд, и напряжение тела. И конечно скованность правой руки, которая аккуратно держалась вдоль тела.

– Приветствуем вас в Пизе ваша светлость. Я действующий представитель правящий семьи Пекоро, глава местной администрации и командир наемной армии «Авалон» барон Стефан Лиис. Приношу вам извинения за недостаточно пышный приём, но к сожалению город ещё не достаточно безопасен после прошедших боёв и многие из моих людей находятся на своих постах.

При этом Шварцен отметил как тяжело встречающему было отвешивать соответствующему этикету поклон. И как рядом родственница парня, явно готова подхватить брата.

– Оставьте этикет. Я не ханжа и понимаю всю сложность замирения недавно взбунтовавшегося города. – Антонио улыбнулся и подойдя поближе, аккуратно положил руку на плечо Лиис. Небольшой поток силы пробежался по телу Стефана и тот даже смог выпрямиться без гримасы боли.

– Спасибо. Позвольте пригласить вас в замок. Великий праздник не обещаю, но мы окажем всё возможное гостеприимство. А ваши люди смогут почувствовать в городском празднике. Люди сегодня будут спускать пар.

Но Шварцен не был расстроен и уже собрался было принять предложение, как к нему подошла Моника. Прошептав несколько слов, она отошла передав господину небольшое письмо.

Антонио покрутил в его руках и снова обратился к Лиису: – Что ж прежде чем я приму ваше приглашение. Прошу уже вас принять письмо от одной леди небезызвестной вам семьи.

Взяв письмо Лиис с трудом сдержался, чтобы немедленного его не выбросить. Что не мог не заметить Шварцен. Однако Антонио лишь подошёл ближе, показывая, что готов проехать вместе с «правителем» города.

«Банкет» прошёл в приятной обстановке. Удивительно, но не только Шварцен не стал дичиться общаться с бароном, но и гвардейцы удивительно легко сошлись с наемниками. Это также способствовало и большое количество алкоголя, которое было им предоставлено. И которым они начали делиться с горожанами.

– Удивляюсь я вашим людям. Ожидал от них большего хм…

– Высокомерия? Презрения? Среди моих людей нет дворцовых шаркунов. Каждый из них успел повоевать и ваши люди им ближе чем свита моего отца. Африка, Индонезия, Новый свет. Где они только не побывали. Вам помочь ещё раз?

Стефан как раз снова сильно побледневший и опершийся на стол помотал головой.

– Прошу прощения это не от недоверия. Личная сила может вас атаковать. Вам ведь не нужен такой паразит? – и парень показал из-под рукава гусеницу, что сверкала красным насыщенным цветом.

–Мммм… как интересно. Паразит или симбионт?

–Второе. Поэтому ко мне сестры не подходят без необходимости.

– Сестры? С сеньорой Изабеллой я уже познакомился, но как понимаю она не единственная ваша родственница.

– Действительно. Но как я, Жаклин была сильно ранена и сейчас проходит курс лечения.

– Могу предложить вам помощь своего личного врача. Сеньор Пелларати отличный специалист. Не первый год на меня работает, лечит любые ранения и почти любые экзотические болезни.

Лиис недолго сомневался. И кивнул соглашаясь, не замечая лихорадочный блеск в глазах своего собеседника.

И в этот момент от дверей раздалось: – Стефан ну что ты меня хоронишь? Уже нормально. Сеньор Шварцен не слушайте его, он просто паникер.

– Рад с вами познакомиться. Но вам стоит больше прислушиваться к своему… кстати вы друг другу приходитесь?

– Дальними родственниками. – одновременно произнесли Лиисы. И если Стефан говорил это сидя в своём кресле, то младшая уже стояла у дверей, ведущих к лестнице.

– Если собираешься гулять, возьми охрану. В городе нихрена не спокойно несмотря на праздник.

– Не будь занудой. Но ты прав возьму. – крикнула ему в ответ Жаклин и вышла за дверь.

Антонио не отрывавший от неё взгляда до самого конца, спросил: – Не боитесь? Вы же только недавно замирили город.

– Бесполезно спорить. Они чтобы со мной встретиться границу перешли, и прошли через заслоны наемников. Вы не смотрите на её хрупкость, на её ладошках уже не мало трупов. Ургх… прошу меня извинить сеньор. Пожалуй, я вас покину. Слуги вас проводят, вы не возражаете.

– Конечно. Приятно отдыха. И не надо таких формальностей. Может называть меня просто Антонио.

***

Флоренция

Роман сидел за столом и уже не в первый раз широко зевал. И с большой тоской взирал на чашки с остатками кофе перед собой.