Текст книги "Популярная музыка в Ленинграде – Петербурге. 1965–2005. Том 3"

Автор книги: Андрей Бурлака

сообщить о нарушении

Текущая страница: 50 (всего у книги 59 страниц)

Алексей ХВОСТЕНКО

Нередко называемый дедушкой русского рока, художник, скульптор и музыкант Алексей Хвостенко в действительности всегда принадлежал к другому миру – как в силу возраста, так и с точки зрения его художественных предпочтений: вернее было бы причислить его к генерации битников, если бы в Советском Союзе второй половины 50-х и начала 60-х существовало такое понятие, как «разбитое поколение», и, соответственно, художники, жизненной философией которых был экзистенциализм, идеологией – нигилизм, а важнейшим творческим методом – художественная провокация (впрочем, поколение имело место быть, а вот соответствующая культура у нас не сложилась).

Алексей Львович Хвостенко родился 14 ноября 1940 года в Свердловске, однако вскоре его семья вернулась в Питер, где он начал расти, а впоследствии и творить себя как оригинальное произведение искусства. О жизни Хвостенко в Питере 60-х ходило – да и сейчас ходит – большое число легенд, многие из которых, вероятно, придумывал (а может, и сознательно распространял) сам художник. Целый ряд таковых связан с периодом, когда Хвостенко трудился в Ленинградском зоопарке – не то ночным сторожем, не то разнорабочим – и, по его собственным словам, питался избытками черепашьего поголовья! Как бы то ни было, уволен он был из зоопарка за то, что устроил там скачки на диких лошадях – тоже поступок крайне экстравагантный!

Алексей ХВОСТЕНКО

Фото: В. Конрадт

В этот период он общался по большей части с поэтами-шестидесятниками, джазовыми музыкантами и другими представителями художественной богемы – сколько можно судить, ни рок-н-ролл как таковой, ни авторская песня в чистом виде его в то время не привлекали. Он занимался живописью и скульптурой, писал стихи, которые в отдельных случаях ложились на музыку и быстро становились частью городского фольклора: наряду с «непечатными» текстами современника Хвостенко Глеба Горбовского и других поэтических бунтарей поколения разбитых надежд.

Как ни странно, самой знаменитой песней Алексея Хвостенко стала та, в которой ему не принадлежат ни текст, ни музыка: знаменитый «Рай» («Над небом голубым есть город золотой») был написан на стихи его друга на протяжении почти полувека, живущего ныне в Мюнхене Андрея «Анри» Волохонского, а музыка, как известно, позаимствована у средневекового итальянского лютниста Франческо да Милано (хотя в процессе совмещения с текстом она претерпела определенные изменения). (К слову, всех, кого интересует история песни, отсылаем к ее подробной истории в обширном тексте Леонида Тихомирова «Так „НАД“ или „ПОД“?» от 1 апреля 2002 года (без всяких шуток) на сайте www.rock-n-roll.ru.)

В 1977 году Алексей Хвостенко, не особо вписывавшийся в советский образ жизни и мысли, эмигрировал во Францию, где и прошла бо´льшая часть его бытия. Во Франции он продолжал заниматься главным образом изобразительными искусствами, хотя в Париже в середине 80-х был записан и первый в его официальной дискографии альбом «Прощание со степью». На родине Хвоста между тем забыли все, кроме близких друзей, – впрочем, и те со временем по большей части рассеялись на просторах западного полушария.

Вновь о Хвостенко вспомнили лишь в 1986-м, когда в скандально-перестроечной ленте Сергея Соловьева «Асса» в исполнении Бориса Гребенщикова прозвучал его «Рай» (правда, с несколько искаженными словами), который вскоре стал одним из главных рок-н-ролльных гимнов эпохи перемен.

Впрочем, на самом Хвосте это никак не отразилось. В Россию он – поначалу виртуально – вернулся лишь после того, как в 1989 году заглянул на концерт в парижский клуб «Locomotive», где в тот вечер выступали советские группы КИНО, ЗВУКИ МУ и АУКЦЫОН. С легкой руки последних Алексей Хвостенко и был «открыт» для новых поколений российских слушателей. В декабре 1990-го года он – впервые после долгого перерыва – вернулся в Питер и дал серию концертов в сопровождении музыкантов АУКЦЫОНА (один из этих концертов позднее был издан под названием «Верпования»), а в 1992-м записал прозвучавший настоящей сенсацией альбом «Чайник вина», песни из которого моментально стали хитами. Помимо АУКЦЫОНА песни Хвоста пели и другие исполнители, но наибольший успех из них имела «Орландина» в исполнении девичьей вокальной группы КОЛИБРИ. (Кстати, с 2002-го по 2005-й в Питере существовал одноименный клуб, названный именно в честь этой песни. Однажды Хвостенко даже довелось выступить на его сцене. С 2006-го клуб «Орландина» работает на новой площадке.)

Примерно в то же время в Париже был записан экспериментальный джазовый альбом «Говорящие птички», на котором с Хвостенко играли Алексей Давшан и Камиль Чалаев (экс-ДИССОНАНС, РОК-АТЕЛЬЕ и пр.), а также альбом городских романсов, вышедший лишь в 2004 году.

Благодаря активности лидера АУКЦЫОНА Леонида Федорова сотрудничество его группы и парижского изгнанника продолжалось и дальше: так, в 1995-м в Питере был записан их второй совместный альбом – на этот раз в его основу легли отобранные Хвостом тексты великого экспериментатора и реформатора языка, поэта Велимира Хлебникова, а в записи участвовал давно живущий на Западе джазовый саксофонист и флейтист Анатолий Герасимов.

Во второй половине 90-х Хвостенко продолжал заниматься литературой и вернулся к опытам со скульптурой. Помимо того, он стал вице-президентом Ассоциации русских художников во Франции, а также возглавлял собственный клуб «Symposion», в котором выступали многие российские, экс-российские и западные музыканты. За эти годы в Питере и Москве вышло несколько работ Хвоста разных лет. Осенью 1997-го, будучи в Нью-Йорке, Хвост записал новый альбом «Завтра потом».

После второго долгого перерыва (в ноябре 2000 года планировалось празднование 60-летия Хвоста в Питере, которое так и не состоялось) Алексей Хвостенко вернулся на родину лишь в 2003-м, когда он выступал дуэтом с гитаристом Алексеем Батусовым в Питере, Москве и Саратове. В апреле 2004-го Хвост – с легкой руки звукорежиссера Андрея Тропилло – с триумфом выступил на VIII фестивале S.K.I.F. в питерском «Балтийском доме» в сопровождении группы из Иванова DEГЕНЕРАТОРS, позже начал работу над новым студийным альбомом под рабочим названием «Рай» (с ними же), все это время курсируя между двумя столицами, занимаясь подготовкой и проведением разнообразных художественных проектов.

14 ноября он отпраздновал свой 64-й день рождения, 19-го отыграл, как оказалось, свой последний концерт в питерской галерее «ГЭЗ-21», а потом отправился в Москву, где на декабрь была запланирована серия концертов и выставка картин и скульптуры «Колесо времени» в ЦДХ на Крымском валу. В столице он почувствовал себя плохо, был госпитализирован в 61-ю больницу Москвы с диагнозом воспаление легких, но ночью ему стало хуже, начался отек легких, который повлек остановку сердца, и утром 30 ноября Алексея Хвостенко не стало.

Его друзья и коллеги намерены продолжить то, что не успел воплотить в жизнь художник: в Москве прошла запланированная выставка (возможно, она станет не единственной), будет закончен и его последний альбомом с таким символичным теперь названием «Рай».

Разнообразные записи Алексея Хвостенко издавались в России питерскими лэйблами «Караван», «АнТроп», «Manchester» и московским «Отделением Выход».

• Дискография:

Прощание со степью (1984); Парижские сэйшена (1994); Ночные фонарики (1997); Опыт постороннего творческого процесса (1999); Репетиция (2002); Могила Live (2004); Рай (2004)

ХВОСТ И АУКЦЫОН:

Чайник вина (1992); Жилец вершин (1995); Верпования (2001)

ХИМЕРА

Первая половина 90-х в рок-н-ролльном Питере, вне всяких сомнений, прошла под знаком клуба «TaMtAm», а главным олицетворением его бунтарского духа, творческого радикализма и бескомпромиссной позиции стала группа ХИМЕРА, короткая, но насыщенная событиями биография которой почти точно совпадает со временем существования самого клуба.

Духовный вдохновитель, лидер, автор всего репертуара и вокалист группы Эдуард «Рэдт» Старков (р. 8.07.69 в Выборге) пришел в музыку в середине 80-х на волне, поднятой группами Рок-клуба, хотя в большей степени его вдохновила новая генерация независимых исполнителей с Запада, пришедших на смену новой волне и панк-року. На питерской рок-сцене Старков впервые появился как вокалист группы ДЕПУТАТ БАЛТИКИ, родившейся в октябре 1990-го в стенах Электротехнического института (ЛЭТИ).

Собственно, сам ДЕПУТАТ БАЛТИКИ вырос из студенческой группы КРОКОПЛЮХ, которая возникла осенью 1988 года во время традиционного выезда первокурсников на сельхозработы. В ее рядах впервые встретились лидер-гитарист Геннадий Бачинский и певец Андрей «Плюха» Шевченко. Они репетировали в помещениях института, играли, как и большинство молодых музыкантов вокруг, жесткий и безыскусный пост-панк, пробовали сочинять песни (Бачинский уже в те годы проявлял склонность к поэзии) и пытались собрать работоспособный состав.

Спустя некоторое время к ним присоединились студенты разных факультетов ЛЭТИ Юрий Лебедев, бас, Павел Лабутин, виолончель, и Владислав «Витус» Викторов, барабаны. Побывав в Выборге, Бачинский случайно познакомился с Рэдтом и убедил его перебраться в Питер и присоединиться к его группе. В результате этой рокировки осенью 1990-го на свет и появился ДЕПУТАТ БАЛТИКИ. Шевченко остался с названием КРОКОПЛЮХ. Какое-то время у него играли те же музыканты, включая Старкова, хотя позже его группа трансформировалась в SS-20, а в 1996 году Андрей организовал ТОПОЛЬ М.

Исполнял ДЕПУТАТ БАЛТИКИ типичный для того времени пост-панк, черпая темы песен в реалиях повседневной жизни и сводках новостей, а 1 декабря прошел прослушивание в Ленинградский Рок-клуб. Выступали они нечасто: подобных групп было заведомо больше, чем мест, где им могли предоставить сцену. Из немногих выступлений ДЕПУТАТА БАЛТИКИ можно отметить февральский концерт в Рок-клубе с коломенским АДО и мартовский в ДК пищевиков: он был записан на пленку, а в 1999-м издан «Caravan Records». Компенсируя дефицит концертов, летом 1991 года группа записала сразу два альбома, «Сны кочегара» и «Комиссар дымовой жандармерии».

Лишь с открытием в июле 1991-го клуба «TaMtAm» у ДЕПУТАТА БАЛТИКИ появилась гостеприимная площадка, дружелюбная (хотя и не всегда) публика и первый большой почитатель в лице основателя клуба Севы Гаккеля. С его одобрения группа фактически прописалась в стенах клуба и выступала там чуть ли не еженедельно. Нередко КРОКОПЛЮХ и ДЕПУТАТ БАЛТИКИ выступали в один вечер.

В начале 1992-го Гена Бачинский покинул сцену и переквалифицировался в диджея на радиостанции «Полис», рок-журналиста и независимого издателя, но сохранил отношения с группой в качестве ее менеджера. После «Полис» он работал на «Катюше», «Модерне», «Русском Радио», «Максимуме» и т. д., но это отдельная история.

Тогда же Рэдт обзавелся гитарным процессором дисторшн, что повлекло за собой радикальную смену стиля. Дело, разумеется, было не в примочке, а в атмосфере творческого безумия, которая сложилась в тамтамовских стенах к тому времени; плюс тесные контакты и постоянный обмен идеями с другими существовавшими в непосредственной близости от ДЕПУТАТА БАЛТИКИ группами НОЖ ДЛЯ FRAU MULLER, THE DOORBELLS OF LOUD NOISE, БИРОЦЕФАЛЫ, THE ОБА и т. д., каждая из которых исследовала свой участок на линии музыкального фронтира.

23 февраля ДЕПУТАТ БАЛТИКИ сыграл свой последний концерт, а 1 мая 1992 года на сцене «TaMtAm» – в компании с ветеранами из АВИА и импровизационным рэггей-бэндом ONE BLOOD – уже дебютировала ХИМЕРА. Первым же концертом они поразили всех присутствующих: в музыке группы перемешались хардкор и психоделия, индастриал и нойз, фри-джаз и этнические мотивы, а на сцене доминировал Эдик Старков: босиком, в кузнечном фартуке, он пел, вернее, рычал свои тексты, аккомпанируя на гитаре или на трубе, заблаговременно подвешенной к потолку.

ХИМЕРА была, безусловно, его детищем. Вспоминает Витус Викторов: «Тексты Эдик писал все, и музыку в принципе писал он. Единственное, мы делали аранжировку все вместе. Даже если мы придумывали какую-то музыку, текст к ней все равно дописывал он. В принципе ХИМЕРА – это Рэтд Старков. Это его проект, личный».

Тексты Старкова заслуживают отдельного упоминания. Они редко имели сюжет или форму связного повествования. Скорее это была череда странных, но ярких образов с эзотерическим, оккультным, сюрреалистическим подтекстом; несмотря на внешнюю брутальность, они были по-своему позитивны и даже не лишены иронии.

10 октября 1992 года прямо в клубе ХИМЕРА живьем записала свой дебютный альбом «Фантазеры». Он состоял из получасового блока песен и примерно такой же по времени импровизации «Вольность». Параллельно с ХИМЕРОЙ все музыканты группы участвовали в авангардно-шумовом проекте ЕГАЗЕБА, а сам Старков в то же время тесно сотрудничал с импровизационными тамтамовскими проектами РИКИ-ТИКИ-ТАВИ и АВДОГЕССА (инициатором которых был экс-вокалист НОЖА ДЛЯ FRAU MULLER Тима Земляникин). С этого момента Рэдт стал не только играть, но и жить под крышей клуба.

В январе 1993-го режиссер «Балтийского дома» Владимиром Тыкин пригласил всю группу озвучить свой спектакль «Король преступного мира», поставленный по мотивам «Трехгрошовой оперы» Брехта. Какое-то время музыканты приходили в театр на каждый спектакль, но вскоре это им наскучило, и они заменили себя собственной фонограммой.

В марте 1993 года на новой студии «Мелодии» на Охте ХИМЕРА записала-таки свой первый профессиональный альбом. В то время он распространялся через рок-магазины в бытовых копиях и только в 1999-м был выпущен «Caravan Records» как «Химера 1993». 4–6 ноября ХИМЕРА нанесла первый визит в Москву, дав концерты в клубах «Бункер», «Вояж» и «Sexton FOZD», а 20–21 ноября вновь появилась в столице, чтобы принять участие в «Фестивале экстремистской музыки».

Незадолго до Нового, 1994, года лидер ХИМЕРЫ неожиданно попал в больницу. Поскольку у группы были уже заявлены несколько концертов, вместо ХИМЕРЫ на сцену вышла одна из разновидностей ЕГАЗЕБЫ: Лебедев играл на басу и барабанах, Бачинский делал скрэтч, а Лабутин играл на виолончели, читая под такую музыку сказки «Маша и медведь» и «Курочка-ряба»! Позже запись этого выступления была выпущена как «Экстремальная сказка» вымышленной группы МАША И МЕДВЕДЬ (1998).

Летом 1994-го ХИМЕРА совершила европейское турне с группой анархистов из Швейцарии STEINE FUR DEN FRIEDEN; за месяц они проехались по Швейцарии, Германии, Чехословакии, Польше и России, а один номер ХИМЕРЫ был включен в сборник «A Scream From the Silence Vol. 3». Юра Лебедев поехать в тур не смог, и его успешно заменил Гена Бачинский. По возвращении в Питер он с головой ушел в работу на радиостанции «Модерн» и окончательно покинул группу. На следующий год ее новым директором стал Сева Гаккель.

Сам характер музыки ХИМЕРЫ и нежелание Старкова как-то приспосабливаться к форматам других клубов ограничили ареал существования группы, но она по-прежнему регулярно радовала своим присутствием «ТaMtAm». Летом 1995 года и снова живьем музыканты записали свой очередной альбом «Nuihuli». (Он вышел в декабре 2004-го как новогоднее приложение к журналу «Fuzz» вместе с фрагментом воспоминаний Гаккеля.)

Кроме того, с конца 1995-го Старков и Лабутин играли ирландскую музыку в группе NORD FOLKS, а на следующий год приняли участие в ее продолжении, СКАЗАХ ЛЕСА.

В апреле 1996-го ХИМЕРА вторично выехала в Европу и дала пять концертов в Гамбурге и Берлине. Той же весной власти окончательно задушили «TaMtAm», и будущее группы повисло в воздухе. Тем не менее 4 июля ХИМЕРА вместе с КИРПИЧАМИ съездила в Москву и приняла участие в гала-концерте фестиваля «Учитесь плавать. Урок второй», а Эдик играл на трубе во время хорового исполнения песни Александра Ф. Скляра.

Тем же летом на «Мелодии» был записан второй студийный альбом ХИМЕРЫ с таинственным названием «Zudwa». Гаккель предлагал его фирмам звукозаписи «Kurizza Bros» и «FeeLee», но и те и другие осторожничали, поэтому он издал его на собственные средства на кассетах под лэйблом «TamTam» и дал рекламу с помощью двух тысяч плакатов со словом «Zudwa», расклеенных по всему городу. Еще через год «Zudwa» была выпущена на компакт-дисках в Англии лэйблом экс-питерского рок-фотографа Наташи Васильевой «White Horse Music».

На протяжении осени 1996-го ХИМЕРА выступала в клубах «Малая Охта», «Гора» и «XL» (где была исполнена ее первая акустическая программа), а после того как в ноябре в зале «Театра на Перекупном» открылся клуб «Молоко», стала завсегдатаем и там. Осенью Гаккель арендовал для ХИМЕРЫ репетиционную площадку в здании бывшего НИИ киноаппаратуры на улице Бакунина. Какое-то время там же репетировали MARKSCHEIDER KUNST.

Внутри ХИМЕРЫ происходили подвижки: на какое-то время в ее состав вошли трубач Антон и тромбонист Юра. Витус параллельно играл с группой СТАТИКА. Сам Старков, лишившись крова над головой в Питере, бо´льшую часть времени проводил в Выборге, где играл на барабанах в тамошних группах СТЕНОБИТ и ПОСЛЕДНИЕ ТАНКИ В ПАРИЖЕ, изредка приезжая с ними в Петербург.

23 февраля 1997 года, после очередной репетиции с ХИМЕРОЙ, Эдуард Старков при невыясненных обстоятельствах покончил с собой на чердаке того же НИИ. Его тело было обнаружено лишь десять дней спустя. В отсутствие своего лидера ХИМЕРА распалась.

Однако ее вторая жизнь только начиналась. В том же феврале вышел альбом «Zudwa»; в конце года «Caravan» выпустил кассету «Это Я» с записями ХИМЕРЫ, сделанными на концертах в клубе «TaMtAm» в 1994 году, а в 1999-м – записи ДЕПУТАТА БАЛТИКИ и студийный альбом 1993 года. В 2002-м Юра Лебедев подготовил для издания на «Кап-Кан Рекордз» альбомы «Электричка – Химера Live Unplugged in TaMtAm» (1994) и «Zudwa-Dwa» (с песнями, не вошедшими в альбом «Zudwa»). В 2004-м вышел альбом «Nuihuli». В начале 2005 года «Кап-Кан» выпустил DVD ХИМЕРЫ «Live in Stortebeker/Nuihuli» (в него вошли видеозапись концерта в клубе «Stortebeker», Германия, 30 апреля 1996 года, и альбом «Nuihuli»). Наконец уже летом 2006-го «Карма Мира» и «Outcry Records» выпустили записанный на пару лет раньше трибьют-альбом «Тотальный Джаз – дань памяти группе ХИМЕРА».

Юрий Лебедев сцену покинул. Паша Лабутин продолжает играть на виолончели: он записывался с Леонидом Федоровым (АУКЦЫОН), П.Т.В.П. и другими жанрово близкими артистами. Владик Викторов в конце 1997-го стал барабанщиком групп АТЫ-БАТЫ и КОЛЫБЕЛЬ, играл с ГЛАВНЫМ КАЛИБРОМ, проектом ОЛИМПИЙСКИЙ, а в 2002 году выпустил соло-альбом электронной музыки под именем ВИТУС.

Более всех среди бывших участников ХИМЕРЫ заметен Гена Бачинский: еще в 90-х он писал тексты для англоязычной группы LENA STOGOVA, в 1999 году собрал группу НАМБА ВОН, в которой его партнером был известный гитарист Алексей Шпынев (экс-ОРДЕН, SHRM SOUND). Позже Геннадий оставил серьезные занятия музыкой, однако не расстался с оной, создав пародийный радиопроект СВОЛОЧИ, выпустивший несколько альбомов с переложениями на русский язык многих западных хитов, чем Бачинский несколько лет занимался в эфире радиостанции «Максимум» вместе с Сергеем Стиллавиным.

• Дискография:

Фантазеры (1992); Химера 1993 (1993); Zudwa (1996); Это Я (1997); Электричка – Химера Live Unplugged in TaMtAm 1994 (2002); Zudwa-Dwa (Unplugged) (2002); Live in Stortebeker/Nuihuli (DVD, 2004); Nuihuli (2004)

ХОЛОДНЫЙ ДОЖДЬ

Студийная группа из Питера, записавшая на рубеже 90-х свой единственный альбом, полный эфирных мелодий, высокой поэзии, звонких битовых гитар и задумчивой клавишной неоромантики, ХОЛОДНЫЙ ДОЖДЬ на короткое время свел вместе двух уже хорошо известных в стране музыкантов, творчество которых до этого ассоциировалось с совершенно иными жанрами.

Гитарист ОБЪЕКТА НАСМЕШЕК Андpей «Дюша» Михайлов и клавишник АЛИСЫ Павел «Поль-Хан» Кондpатенко пытались объединить свои силы еще в середине 80-х: обоих привлекала эстетика британского бита конца 60-х и новой волны с их четким ритмом, мелодической прозрачностью, воздушным саундом и лишенными патетики текстами. Первый из них пытался реализовать себя в группе КСК, а второй придумал, но так и не воплотил в жизнь сессионную группу СКАНДАЛ. В 1987 году оба встретились в обновленной версии КСК, полгода спустя сменившей имя на НЕВЕСТУ.

НЕВЕСТА вскоре распалась, так и не добившись признания, поскольку все ее участники были плотно заняты в ОБЪЕКТЕ НАСМЕШЕК, НАТЕ! и АЛИСЕ, однако Кондратенко и Михайлов продолжали поддерживать контакт, а после того как в конце 1989-го распалась супергруппа ЗАМОК ЗО, в которой Поль-Хан играл по уходе из АЛИСЫ, Дюша решил расстаться с ОБЪЕКТОМ, уже давно не отвечавшим его музыкальным вкусам, и предложил старому приятелю объединить усилия в новой группе ХОЛОДНЫЙ ДОЖДЬ.

В марте – апреле 1990-го на студии «Ленфильма» они записали семь номеров Дюши Михайлова, написанных им на стихи классика ирландской литературы Уильяма Батлера Йитса, немецкого поэта Гюнтера Айха, а также Петра Трублаевича и Ирины Филатовой, питерских рок-культурологов и участников группы ТРЕСТ ПУТЕЙ СООБЩЕНИЯ.

Во время записи Дюша играл на гитаре, пел и занимался программированием, а Поль-Хан обеспечил основной массив клавишных. Помимо них в работе над альбомом участвовали клавишник Андрей Сигле, известный, в частности, как саунд-продюсер альбома КИНО «Группа крови», экс-барабанщик НОЛЯ и ОБЪЕКТА НАСМЕШЕК Сергей Шарков (в то время он уже играл в ФОРУМЕ) и бэк-вокалист Алексей Тополов из МИСС АРМИТАДЖ. За пультом находился Михаил Шемаров.

Родившийся в итоге альбом «Кровь и Луна» отличало на удивление высокое качество материала и безупречное звучание. Музыканты обеспечили плотное, но изящно аранжированное звуковое полотно, а Дюша убедительно пропел все тексты, сумев достичь баланса между глубокой смысловой нагрузкой песен и их музыкальным содержанием; такие номера, как энергичные «Из окна вагона» и «Остров» или проникновенная баллада «Плащ, парусник и башмаки», уже не говоря о заглавной песне альбома и закрывавшей его атмосферной «Вести дождя», вне всяких сомнений, были достойны всяческих похвал. Увы, группе так и не удалось издать свой труд, а сама она незаметно распалась.

Дюша Михайлов большую часть 90-х занимался самообразованием – в музыку он вернулся только в 1999 году как гитарист группы МИККИМЫШЬ, а позднее играл в ЗЛОДЕЯХ и со своим одноразовым проектом MK ULTRA. Кондратенко на короткое время присоединился к новой группе MAGNA MATER своего бывшего коллеги по АЛИСЕ Славы Задерия, а в начале следующего десятилетия возглавил компанию «ЕВМ». Андрей Сигле занимался киномузыкой и стал известным продюсером, а Тополов играл в БИТТЕ ДРИТТЕ. Шарков покинул музыку. Что касается двух питерских соавторов Дюши, то Филатова эмигрировала в Штаты, а Трублаевич позднее преподавал русскую литературу в Театральной академии.

• Дискография:

Кровь и Луна (1990)