Текст книги "Дикий (СИ)"

Автор книги: Андрей Панченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 19

Хайдар не приехал. Ни через час, ни к вечеру, ни на следующий день. Я ошибся. Кравцов тоже исчез. После утреннего представления возле базы его больше никто не видел. Лена вечером вернулась домой, утром приехала на работу и сообщила, что ночевать он вообще не появлялся. В квартире кое-какие вещи остались, одежда висела в шкафу, бритва лежала в ванной, но самого хозяина не было. Люди Равиля проверили несколько мест, где Кравцов обычно бывал. Пусто. Хайдар тоже словно растворился. Это уже было интереснее.

– Может, испугались? – предположил Равиль вечером второго дня.

Мы сидели в директорском кабинете. Да чего там, мы в нём жили, расстелив спальные мешки на полу. База кооператива, как находящаяся в осаде крепость, стала для нас временным домом. На столе стоял чайник, рядом лежали три толстые папки с описью имущества. Я покачал головой.

– Кравцов?

– Ага.

– Нет.

– Почему?

– Такие не пугаются. Точнее, пугаются, конечно, только страх у них работает по-другому. Нормальный человек испугался – отступил. Этот испугался – пошёл искать, кого на помощь позвать.

Равиль задумчиво покрутил чашку.

– Хайдара?

– В том числе.

– Тогда почему тихо?

– Вот это меня и беспокоит.

Равиль усмехнулся.

– Ты удивительный человек, Серый. Когда в тебя стреляют – тебе нормально. Когда никто не стреляет – начинаешь нервничать.

– Когда стреляют, хотя бы понятно, чего хотят.

– Убить.

– Вот именно. Простая задача.

– А сейчас?

Я посмотрел в окно. Во дворе было темно. Возле проходной горела лампа. Один из парней Равиля медленно прошёл вдоль гаражей, остановился возле ворот и закурил.

– А сейчас они думают, что им делать.

– Это разве хуже?

– Намного.

На третий день Валлиулин отвёз первый комплект документов военному прокурору. Не весь, конечно. С имуществом, внезапно свалившимся на нашу голову мы решили разобраться потом, отдельно, когда страсти улягутся. В архиве накопилось столько бумаги, что грузить пришлось бы едва ли не мешками. Но копии протоколов, доверенностей, документы по продаже доли Макса, образцы моей настоящей подписи и несколько особенно любопытных документов, подписанных якобы Максом, но явно не его подчерком, адвокат отобрал отдельно. Вернулся после обеда довольный.

– Приняли.

– И?

– А что «и»?

– Обрадовались?

– Сергей, прокуратура, как и любая нормальная организация редко радуется, когда ей приносят кучу работы, которую предстоит сделать без дополнительного вознаграждения.

– А заинтересовались?

– Очень. – Он сел напротив и положил портфель на колени. – Особенно после вашего заявления насчёт разговора с Кравцовым. Фраза о возможности освобождения Максима в обмен на прекращение спора об имуществе выглядит… нехорошо.

– Я предупреждал.

– Теперь предупреждать будут уже его. Если найдут.

Я поднял голову.

– Не нашли?

– Военный прокурор официально пока его не ищет. Но взять объяснения захотели. Выписана повестка, которая, впрочем, так и не нашла пока своего адресата. По месту жительства и месту прописки его нет.

Равиль, сидевший у стены, перестал листать бумаги.

– Значит, не только мы заметили.

Валлиулин посмотрел на него.

– Что заметили?

– Что крыса в нору ушла.

– Очень юридически грамотная формулировка. – Адвокат вздохнул. – Я уже начинаю жалеть, что согласился сюда приехать.

– Поздно, – сказал я. – Ты теперь член банды.

– Спасибо за доверие.

– Пожалуйста.

С Максом новости тоже были неплохие. Дело истребовали полностью. Следователю запретили проводить ряд действий без согласования, повторно назначили экспертизу подписей, а материалы по отчуждению моей доли выделили в отдельное производство. Валлиулин осторожно сказал, что теперь вопрос о содержании Макса под стражей вполне можно попробовать поднять ещё раз. Следующий срок продления ареста подходил через неделю, и судя по всему новый следователь не склонен был его продлевать.

– Я ничего не обещаю, – предупредил он. – Следствие любит держаться за арестованного до последнего. Особенно когда понимает, что дело начинает сыпаться. Но! Они ждут результаты экспертизы и тогда скорее всего у следствия появиться новые подозреваемые.

– Главное, что процесс пошёл.

– Да, всё идёт довольно неплохо.

Бабушка тоже понемногу приходила в себя. Её пока не выписывали, но врач уже говорил не о днях и неделях, а о том, что после больницы ей понадобится покой. Словом, всё двигалось. Именно поэтому тишина вокруг Кравцова становилась всё подозрительнее. На четвёртый день я не выдержал.

– Где его люди?

Равиль понял без объяснений.

– Сегодня уточню.

К вечеру картина получилась неприятная. Из тех, кого раньше постоянно видели возле Кравцова, сразу семеро за несколько суток исчезли из обычных мест. Кто-то не вышел на работу, взяв больничный, кто-то уехал якобы к родственникам, другие просто не ночевали дома.

– Семеро пропали, – сказал Равиль. – Плюс сам Кравцов.

– Восемь.

– Плюс Хайдар.

– Девять.

– И это только те, кого мы знаем. Но куда-то же они делись? Готовят что-то суки…

На пятый день ничего не произошло. На шестой – тоже. Я уже расслабился и начал думать, что всё обойдётся. Не обошлось. Утром седьмого дня появился сторож с одной из баз, недавно приобретенных «Кунаром». Про эту базу я узнал только несколько дней назад, когда начали по-настоящему разбирать имущество кооператива. Большинство купленных по левам схемам объектов пустовало и простаивало без дела, но на этой базе был склад какого-то оборудования. По-моему, башенных кранов. Штук пять их там было, если мне память не изменяет. А ещё на территории была складирована арматура, кирпич и бетонные блоки с перекрытиями.

Это база раньше принадлежала строительному тресту и находилась возле старого песчаного карьера. Несколько кирпичных строений, гаражи, котельная, огороженная территория.

Сторож приехал на автобусе и с самого утра сидел возле проходной, ожидая директора. Мужик был лет шестидесяти, худой, в старом ватнике и шапке-ушанке. Равиль привёл его ко мне.

– Рассказывай.

Сторож снял шапку.

– Ночью машины приезжали.

– Какие?

– Три штуки. Грузовые.

Я посмотрел на Равиля, но он знаком дал мне понять, чтобы я слушал дальше.

– Что делали?

– Замок сломали, на территорию заехали. Я подошёл, меня послали.

– Кто?

– Не знаю. Не наши.

– Вы их раньше видели?

– Одного вроде видел. С Виктором Николаевичем приезжал. У него и накладные вроде как были.

– С Кравцовым?

– Ну.

– Что забрали?

– Не знаю. Я близко не полез. Они сказали, чтоб до утра вообще из будки не выходил. Но они груженные обратно ушли, а меня предупредили, чтобы не вздумал ворота снова закрывать или не блокировать. Сказали, что сегодня днём будут ещё рейсы. Вроде секции крановые вывозили. Я чего приехал-то. Документы они мне ни какие не дали, а имущество у меня под охраной. Может бухгалтерия мне хоть какую бумагу даст, что не украли, а по служебной необходимости забрали?

Равиль посмотрел на меня, я в ответ на него. Мне сразу стало всё понятно. Пользуясь тем, что мы заперлись на нашей базе, люди Кравцова начали прихватизировать оставшееся без присмотра имущество. У него тоже есть все необходимые документы о том, что он руководитель кооператива. И это хорошо, что этот сторож приехал к нам в контору, а вот другой бы на его месте даже не дернулся. Мы тут шесть дней пузом к верху загораем, а люди Кравцова пропали… Так может они все эти шесть дней потрошили кооператив? Я закусил губу от бессилия. Людей у нас было слишком мало, чтобы к каждому объекту приставить нормальную охрану из проверенных бойцов.

– Поедем разбираться? – Равиль от возмущения раздувал ноздри – Если они сегодня продолжат погрузку, как раз с поличным их поймаем.

Я не ответил сразу. Слишком вовремя, слишком удобно. Именно сейчас, когда мы почти неделю сидим и ждём чего-то от Кравцова. С другой стороны, база действительно наша. Сторож настоящий. Документы на объект лежат у Валлиулина.

– Его проверяли? – спросил я, кивнув на сторожа.

– Уже, – ответил Равиль. – Работает там двенадцать лет.

– Семья?

Сторож удивлённо посмотрел на меня.

– Какая семья?

– Ваша.

– Жена дома. Сын в Свердловске.

– Вам угрожали?

Он нахмурился.

– Кто?

– Те, кто приезжал ночью.

– Да чего им мне угрожать? Сказали сиди и не высовывайся. Я и не высовывался.

– Кто-нибудь ещё знает, что вы сюда приехали?

– Не знаю. На автобус сел и приехал.

– Когда уехали машины?

– Часа в четыре.

– Сколько пацанов с собой возьмём? – Равиль уже рыл копытом землю.

Я задумался. Может это отвлекающий манёвр? Может именно этого от нас и ждут? Увести половину охраны с основной базы, оставить документы, бухгалтерию и имущество слабее прикрытыми.

– Нет. С базы никого снимать нельзя.

– Совсем?

– Тут останутся все, документы важнее нескольких кранов.

– А туда кто поедет?

– Мы вдвоём. Валлиулин тоже останется тут, если вдруг придётся отбивать очередное нашествие ментов и проверяющих. А мы с тобой самые подготовленные, глянем вначале тихо, что там происходит, и, если что вмешаемся, если будем уверены, что выгребем.

Равиль хмыкнул.

– Согласен. Поедем на одной машине?

– Да, на служебной «Ниве». Она не застрянет если что, дорога там судя по всему убитая.

Перед выездом я ещё раз прошёлся по территории. Парням сказал оставаться внутри. Ворота без команды не открывать. Чужих не пускать. Если снова появится милиция – звонить Валлиулину и вести себя предельно вежливо.

– А если Кравцов? – спросил один.

– Тем более вежливо.

– Насколько?

– Чтобы у него зубы от вашей вежливости сводило.

Равиль уже сидел в машине. Я сел за руль.

– Ты оружие взял? – Спросил он меня в первую очередь.

– Да. – Кивнул я – ТТ копанный, его скинуть не проблема если что. А ты?

– Тоже взял.

– Хорошо.

– Серый.

– Что?

– Ты тоже думаешь, что нас туда тянут?

Я завёл двигатель. Да что тут думать. Так и есть. Нас пытаются заставить распределить силы по обетам и ослабить. Задумали что-то наши оппоненты, как пить дать. Поэтому и нельзя было оставлять базу кооператива без присмотра.

– Думаю.

– И всё равно едем.

– Ага.

– Почему?

– Потому что, если сидеть здесь, мы так и не узнаем зачем.

Равиль несколько секунд смотрел на меня, а потом просто кивнул. Мы давно, ещё с армии понимали друг друга без слов. «Нива» хрустнула передачей и медленно покатила к воротам, которые для нас уже открывали пацаны. Ехать нам предстояло минут сорок.

За городом дорога быстро испортилась, и я похвалил себя за предусмотрительность. Моя «семёрка», или иномарка Равиля давно начали бы буксовать в весенней грязи. Сначала закончился асфальт. Потом исчезли последние дома. Через несколько километров пошёл лес, перемежающийся пустыми полями. Снега здесь было больше, чем в городе, хотя старая дорога была раскатана грузовиками.

Мы почти не разговаривали. Равиль курил, приоткрыв окно, я следил за дорогой. Километров за пять до базы встретился грузовик. Старый ЗИЛ, гружённый лесом. Водитель даже не посмотрел в нашу сторону. Потом стало совсем пусто. До базы оставалось меньше километра, когда я сбросил скорость. Равиль это сразу заметил.

– Что?

– Следы.

Я кивнул на обочину. Снег там был сильно разбит. Не одним автомобилем. И даже не тремя. Тут явно часто катались и грузовые и легковые машины. Равиль больше не улыбался.

– Вчерашние?

– Не знаю. Тут и ночью уже грязь не прихватывает. Точно не больше суток назад.

Я посмотрел вперёд. За поворотом уже виднелась верхушка кирпичной трубы старой котельной. Я съехал на обочину.

– Давай-ка прогуляемся.

– Давай… – Равиль с тоской посмотрел на раскисшие сугробы вокруг, а потом на свои новенькие ботинки – Промокнем все, и уделаемся, как пить дать.

– Не ворчи – Перспектива пешего перехода по мартовскому лесу меня тоже не особо радовала – Грязь не кровь, отстираться.

К воротам базы мы подошли через двадцать минут и укрывшись на опушке лесной вырубки принялись наблюдать. Как и предсказывал мой друг, мокрые мы были по самое небалуйся, а в ботинки набился снег, который медленно таял, не прибавляя нам настроения. Ворота базы оказались открыты. Тишина. На территории не было видно ни людей, ни машин. Даже дым из трубы сторожки не шёл. Равиль медленно оглядел двор.

– Пусто вроде.

– Пусто. – Кивнул я головой – Но кто-то тут недавно был. Вся площадка перед складами колесами перепахана.

– Пойдём глянем?

– Обожди – остановил я Равиля – Десять минут наблюдаем, потом идём. Я через ворота, а ты с боку зайди, с правого фланга. Там тебя стена склада будет от дороги закрывать. Я тебя буду прикрывать, а ты как займёшь позицию, прикроешь меня.

– Фланга? – Равиль хмыкнул – Дежавю блин. Как будто снова в Асадобаде. Хорошо командир, с фланга так с фланга.

Через десять минут Равиль исчез справа, пригнувшись за штабелями бетонных плит. Несколько секунд я ещё видел его спину между кустами, потом он добрался до стены крайнего склада и слился с ней. Оттуда показалась ладонь. Всё чисто. Я выждал ещё немного и пошёл к воротам.

Во дворе ничего не двигалось. Створка ворот медленно покачивалась на ветру, поскрипывая нижней петлёй. Перед складами чернели свежие колеи, возле сторожки валялось ведро, рядом с ним лежала лопата. Труба не дымила, но снег на крыше вокруг неё успел подтаять. Печку топили недавно.

Я прошёл внутрь и остановился возле кирпичного столба. Пахло мокрой землёй, угольным дымом и соляркой. Вдоль забора лежали секции башенных кранов, дальше стояли штабеля бетонных плит. Всё это давало десятки мест, где можно спрятать человека.

Равиль внезапно появился у угла склада, его глаза бешено сверкали, и он всеми силами старался привлечь моё внимание, не поднимая шума. Я вопросительно вскинул подбородок, а он показал два пальца на глаза, затем указал вниз. Я посмотрел под ноги. В грязи возле сторожки отпечатались свежие следы. Много. Одни вели от ворот к складам, другие уходили за котельную, третьи тянулись вдоль забора. Следы оставили не грузчики. Они не ходили туда-сюда, а расходились небольшими группами и заканчивались возле укрытий.

Я поднял голову. Слишком поздно. Первую очередь дали из верхнего, чердачного окна склада. Пули ударили в кирпичный столб, за которым я стоял, и швырнули в лицо красную крошку. Почти одновременно загрохотало справа. Равиль отшатнулся от стены, перекатился за бетонную плиту и исчез из виду.

Я мгновенно оценил обстановку и бросился обратно к воротам. Бежать пришлось метров десять, но за эти несколько секунд по мне успели выстрелить из трёх разных мест. Пули взбили грязь под ногами, одна прошла сквозь полу куртки, другая ударила в железную створку прямо перед лицом. Я нырнул за столб и упал в заполненную талой водой канаву.

Снова загремели очереди. Стреляли из ППС или ППШ – по звуку разобрать было трудно. У одного оружия темп был выше, второй стрелок бил короткими очередями. Кроме автоматов хлопали ружья и пистолеты. Я отполз вдоль забора и крикнул:

– Равиль!

– Живой!

Голос донёсся из-за бетонных плит. Значит, его тоже не задело.

– Назад откатиться можешь?

– Сейчас попробую!

Попробовать ему не дали. Двое выскочили из-за склада и открыли огонь по плитам, третий побежал вдоль стены, пытаясь обойти Равиля сбоку. Я выстрелил в него дважды. Первый раз промахнулся, второй попал. Мужик развернулся, ударился плечом о стену и сполз на землю. Оставалось шесть патронов.

Один из тех, кто стрелял по Равилю, высунулся из-за металлической бочки. Я выстрелил ещё раз. Он выронил ППС и упал между поддонами. Второй спрятался.

– Равиль, автомат слева от тебя!

– Вижу!

– Не лезь пока!

По столбу возле моей головы ударила длинная очередь. Кирпич посыпался в канаву. Стрелок стоял в глубине двора, за секцией крана, и держал подход к воротам. Ещё двое уже двигались вдоль забора, отрезая мне дорогу к лесу. Отступать через ворота стало поздно, да и бросить друга, который оказался в ловушке я уже не мог.

Глава 20

Я перелез через низкий бетонный фундамент ограды и оказался между забором и длинным гаражом. Проход был узкий, заваленный досками, ржавыми трубами и кусками арматуры. Впереди находился Равиль. Он лежал за плитами, прижатый огнём с двух сторон.

– Сюда! – крикнул я.

Он дождался, когда стрелки перезарядятся, вскочил и пробежал несколько метров. Следом ударили сразу два автомата. Пули застучали по плитам и воротам гаража. Равиль упал рядом со мной, прокатился по грязи и замер.

– Задело?

– Нет.

– Тогда чего лежишь?

– Отдыхаю. Утомили.

На его куртке от плеча до пояса тянулась грязная полоса, с правой стороны был вырван клочок ткани. Под ним показался свитер, но крови я не увидел.

– Сколько патронов?

– Пять.

– У меня тоже пять.

– Богато живём.

С другой стороны гаража послышались голоса. Нас обходили не меньше четырёх человек. Ещё двое двигались от ворот. Остальные оставались во дворе, постепенно сжимая кольцо. Я выглянул из-за фундамента. Увидел человека с двустволкой, выстрелил, попал ему в ногу. Он упал и закричал. Стоявший рядом мужик открыл огонь из ППШ. Мы с Равилем вжались в землю. Пули прошли поверху, часть застряла в брёвнах, часть звякнула о железо.

– Они нас сейчас с двух сторон зажмут, – сказал Равиль.

– Уже.

– Тогда надо вырываться.

– Через гараж.

Ворота были заперты, зато в боковой стене обнаружилось небольшое окно. Стекло давно разбили, проём закрывал лист фанеры. Я ударил по нему плечом. Фанера провалилась внутрь.

– Давай.

Равиль полез первым. Пока он протискивался, я дважды выстрелил вдоль прохода. Ни в кого не попал, но ближайшие преследователи остановились. Потом полез сам. В гараже стояли два разобранных грузовика. С них сняли колёса, кабины подняли, между машинами лежали моторы, коробки передач и груды деталей. В полумраке всё это больше походило на склад металлолома. Пахло старым маслом и мышами. Через крышу местами проникал свет. На противоположной стене имелась дверь, ведущая во двор, и второе окно, выходившее за котельную. Мы прошли между машинами. Я наступил на гаечный ключ, тот звякнул о бетон. Снаружи сразу закричали:

– В гараже они!

По окну ударила очередь. Пули пробили фанеру, разбили фару грузовика и с визгом ушли в железо.

– Теперь они знают, что мы тут, – заметил Равиль.

– Спасибо, я понял.

– Вдруг ты решил, что нас потеряли.

Дверь дёрнулась. Кто-то попробовал открыть её снаружи, потом выстрелил в замок. Я встал сбоку, Равиль занял место за двигателем. Дверь распахнулась. Внутрь шагнул человек с ППС. Я выстрелил ему в грудь. Он отлетел назад и упал поперёк порога. За ним показался второй, но Равиль успел выстрелить раньше. Тот исчез.

– Три, – сказал Равиль.

– У меня два.

– Они сейчас гранату кинут.

– Вряд ли у них есть гранаты. – Возразил я – Стволы у них с хранения или копанные, это да, а гранаты вряд ли. Хотя… могут и гранаты быть с копа, но даже я рисковать бы с ними не стал.

– Очень убедительно. Сразу легче стало.

Мы снялись с места прежде, чем нападавшие сообразили, что делать дальше. Через второе окно выбрались за котельную. Здесь проходила неглубокая канава, заваленная снегом и угольным шлаком. По ней можно было добраться до заднего забора, но свободного выхода уже не было.

За угольной кучей находились трое. Один с ППШ, двое с ружьями. Они смотрели в сторону гаража и заметили нас, хотя и не сразу. Я выстрелил в автоматчика. Почти одновременно выстрелил Равиль. Двое упали, третий бросился за котельную. У меня в стволе остался последний патрон. У Равиля, судя по всему, два. Я подхватил ППШ, но магазин оказался почти пустым. Я передёрнул затвор – вылетела целая гильза, следующего патрона не подало.

– Всё, – сказал я.

– У меня два.

– Это в два раза больше чем у меня.

Равиль посмотрел на двор. С этой стороны между котельной и забором оставалось метров двадцать открытого пространства. Дальше начиналась сетчатая ограда, за ней – поле и лес. До ограды ещё можно было добежать. Перелезть под огнём уже не получилось бы.

Со стороны гаража приближались люди. Впереди шёл мужчина в длинной кожаной куртке, рядом с ним двое с ППС. Ещё несколько человек растягивались вдоль стены. Со стороны склада выходили другие. Я успел насчитать пятнадцать. Может, шестнадцать. Некоторые двигались неуверенно, прятались друг за друга, останавливались после каждого выстрела. Но автоматов у них было не меньше пяти, и на то что они все до одного струсят мы рассчитывать не могли. Рано или поздно один решится подойти ближе, остальные двинутся следом.

– Надо разделиться, – сказал я.

– Нет.

– Вдвоём здесь положат.

– Поодиночке тем более.

– Один отвлечёт, второй уйдёт через забор.

Равиль посмотрел на меня.

– И кто у нас сегодня отвлекающий?

– Я.

– А чего не я?

– Потому что идея моя и проблемы мои, ты из-за меня тут оказался.

– Убедительный довод. Хреновый, но убедительный.

Человек в кожаной куртке крикнул:

– Всё, набегались! Бросайте оружие!

– А дальше что? – крикнул в ответ Равиль.

– Живыми останетесь!

– Оба?

Возникла пауза.

– Оба!

– Врёт, – сказал Равиль.

– Знаю.

Странно, но я не испытывал ни страха, ни особого волнения. Злился на себя – это было. Поехал в очевидную ловушку, взял один магазин и старый ТТ, не сразу заметил следы, позволил отрезать себя от дороги… Ошибок набралось столько, что разбирать их можно было на отдельном занятии по тактике. Если останемся живы. Я посмотрел на задний забор. Сетка возле земли была отогнута. Возможно, сторож пользовался этим лазом. До него метров пятнадцать. Два ППС держали проход, третий автоматчик стоял у гаража. Шансов почти не было.

– На счёт три, – сказал я. – Я стреляю, ты к забору.

– Вместе.

– Равиль.

– Вместе, Серый. Хватит командовать. Я демобилизовался уже давно.

Человек в кожаной куртке поднял руку.

– Последний раз говорю!

В этот момент со стороны ворот прозвучала очередь. Не длинная, как стреляли люди Кравцова, выпуская половину магазина в стену. Три или четыре выстрела, с небольшой паузой. Мужчина в кожаной куртке дёрнулся и упал. Один из автоматчиков возле него развернулся к воротам, но сделать ничего не успел. Следующая очередь сбила его с ног. Несколько секунд никто не понимал, что происходит. Затем заговорили сразу три автомата. Огонь шёл с разных направлений. Один стрелок находился возле главных ворот, второй бил от крановых секций, третий занял крышу низкого склада. Возможно, был ещё четвёртый – одиночные выстрелы доносились из-за гаражей. Работали они спокойно и без суеты. Стреляли не по укрытиям, а по тем, кто высовывался или пытался сменить место. За первые несколько секунд упали ещё трое.

Люди Кравцова ответили беспорядочно. Два ППС ударили в сторону ворот, ППШ обстрелял крышу склада. Никто не видел целей. Пули выбивали кирпич, рвали рубероид, звенели о железо.

– Это кто? – спросил Равиль.

– Понятия не имею.

Один из бандитов побежал вдоль котельной прямо к нам, видимо поддавшись панике, и то что он сделал глупость, сообразил он слишком поздно. Равиль выстрелил, и человек рухнул в нескольких шагах от нашего укрытия. Его ППС отлетел к угольной куче. Я бросился за оружием. Со двора по мне открыли огонь, но почти сразу автоматчик, стрелявший оттуда, переключился на новую угрозу. С крыши склада прозвучали два одиночных выстрела. Стрелок дёрнулся и исчез за бетонными секциями. Я поднял ППС. В магазине ещё оставались патроны.

– Живём. Давай работать, – сказал я.

– Давно пора.

Мы вышли из-за котельной одновременно. Равиль поднял ППШ, брошенный одним из убитых. Барабан оказался почти полным. Картина боя сразу изменилась. Ещё минуту назад нас загоняли в угол, а теперь люди Кравцова сами оказались между двумя группами противника. Неизвестные прижали их со стороны ворот и складов, мы ударили из-за котельной.

Часть бандитов попыталась укрыться в гараже. Я дал очередь по дверному проёму и заставил их отступить. Равиль бил вдоль бетонных плит, не позволяя выбраться к заднему забору. Неизвестный на крыше снимал тех, кто прятался за низкими укрытиями. Один из людей Кравцова бросил оружие и поднял руки.

– Не стреляйте!

Он простоял так секунды две, потом внезапно нагнулся за пистолетом. Выстрел с крыши отбросил его к стене. Другой действительно побежал без оружия. Добрался до ворот, но там его встретила короткая очередь. Никто из неизвестных не кричал, не отдавал громких команд. Они видели друг друга, понимали, кто куда движется, и не мешали соседу. Сразу было ясно: это не бандиты, даже хорошо вооружённые. Так работают люди, которых долго учили, а потом дали возможность закрепить знания на практике.

Последние человек восемь отступили во второй склад. Дверь закрылась, из окон открыли огонь по двору. Мы с Равилем укрылись за бетонными блоками. Неизвестные тоже перестали стрелять. На несколько секунд стало тихо.

– Сдаются? – спросил Равиль.

– Нет.

Из окна склада показался ствол ППШ. Очередь прошила лежавшие во дворе поддоны. Почти сразу к боковой стене склада подбежали две тёмные фигуры. Оба были в обычных куртках, без формы, но двигались одинаково. Один прикрывал дверь, второй разбил прикладом нижнее стекло и бросил внутрь что-то небольшое.

Грохнуло. Не граната – скорее светошумовой заряд или самодельная хлопушка. Стёкла вылетели наружу. Сразу после этого двое вошли через боковую дверь. Третий неизвестный спустился с крыши и направился к главному входу. Изнутри донеслась стрельба. Несколько длинных очередей, затем короткие. Кто-то закричал. Прогремел выстрел из ружья.

– Пошли, – сказал я.

– А если они и нас положат?

– Если бы хотели, уже положили бы.

Мы обошли склад с другой стороны. Возле грузовых ворот обнаружилась маленькая дверь. Я дёрнул ручку. Не заперто. Внутри было темно. Между рядами ящиков и крановых деталей висел сизый дым. Из глубины доносились шаги и редкие выстрелы. Я двигался вдоль стены, Равиль шёл за мной.

Из-за штабеля выскочил человек с обрезом. Я выстрелил первым. Очередь развернула его и бросила на ящики. Почти одновременно справа появился ещё один. Равиль ударил из ППШ. Бандит упал, не успев поднять оружие. В дальнем конце склада кто-то побежал к выходу. Послышались три выстрела, шаги оборвались. Потом наступила тишина.

– Свои! – крикнул я.

Ответа не было. Мы дошли до середины склада. На полу лежали люди Кравцова. Возле распахнутой двери стоял мужчина с коротким автоматом. Лицо закрывала вязаная шапка с прорезями. Он посмотрел на нас, убедился, что оружие мы держим стволами вниз, и показал рукой в сторону выхода.

– Вы кто? – спросил Равиль.

Неизвестный ничего не ответил. В другом проходе появились ещё двое. Один был выше остальных, широкоплечий, с автоматом непривычного вида – укороченным, с откидным прикладом, но явно не из серии АК. На миг мне показалось, что я узнаю его походку. Именно походку: чуть прихрамывающую после старого ранения, с едва заметным разворотом правой стопы. Я шагнул к нему.

– Подожди.

Он не остановился, и не обернулся.

– Олег? Морозов?

Равиль посмотрел на меня. Неизвестный пошёл дальше никак не отреагировав. Ни подтверждения, ни отрицания. Через боковую дверь они один за другим вышли из склада. Пока мы добрались до двора, там уже никого не было. Только за задним забором мелькнула тёмная фигура, потом донёсся звук заведённого двигателя. Машина стояла где-то в лесу, куда наша «Нива» с дороги не просматривалась.

– Догонять будем? – спросил Равиль.

– Нет.

– Почему?

– Если это те, о ком я думаю, не догоним. Ладно, потом это обсудим. Сейчас контроль!

Мы вернулись во двор. Стрельба продолжалась не больше десяти минут, но база изменилась до неузнаваемости. Кирпичные стены были выбиты пулями, в окнах не осталось стёкол, деревянные поддоны разнесло в щепки. В грязи и снегу лежали гильзы. Пахло порохом, бензином и расколотым кирпичом. Люди Кравцова были мертвы. Кто-то погиб в начале, когда они загоняли нас к котельной, большинство – после появления неизвестных. Уйти не удалось никому.

Я стал обходить территорию. Не из любопытства. Нужно было проверить помещения и убедиться, что за ящиками не прячется ещё кто-нибудь. Равиль пошёл к сторожке.

Возле гаражей лежали четверо. Ещё двое – за бетонными плитами. У ворот я нашёл того самого мужчину в кожаной куртке, который предлагал нам сдаться. Лица я не узнал. В первом складе обнаружились одеяла, банки с тушёнкой, хлеб, бутылки с водкой и несколько цинков с патронами. Здесь готовились сидеть долго. В углу стояли канистры с бензином. Возможно, после нашего убийства базу собирались поджечь, а трупы оставить внутри. Тогда всё можно было списать на бандитскую разборку или неудачную попытку ограбления. Во втором складе я прошёл между телами и остановился возле дальней стены.

Человек лежал лицом вниз, наполовину прикрытый старым брезентом. На нём была дорогая дублёнка, которую я уже видел возле нашей базы. На правой руке блестела тяжёлая печатка. Я перевернул его. Кравцов. Одна пуля попала ему в грудь, вторая – в шею. Пистолет лежал рядом, но выстрелить он, похоже, не успел.

Я присел возле тела. Значит, он всё-таки приехал. Не показывался во дворе, не отдавал команд вслух, спрятался в складе и наблюдал, как его люди делают грязную работу. Возможно, хотел дождаться, пока нас возьмут живыми. Возможно, собирался выйти только после того, как всё закончится. Вышло наоборот. Равиль подошёл сзади.

– Нашёл кого?

Я откинул брезент.

– Вот.

Он посмотрел на Кравцова, потом обвёл взглядом склад.

– Значит, не сбежал.

– Не сбежал.

– А Хайдар?

– Его здесь нет.

Равиль присел рядом и внимательно осмотрел тело.

– Это не мы.

– Нет.

– Наши помощники?

– Похоже.

– Уверенно работали.

– Очень.

– Серый, ты их знаешь?

Я не ответил сразу. Несколько дней назад я отправил телеграмму на домашний адрес Морозова. Всего четыре слова: «Ты мне срочно нужен». Ответа не получил. Телефон молчал. Сам Морозов не появлялся. Но люди вроде него редко отвечали телеграммой. Они вообще не любили заранее сообщать, когда и откуда придут. Походка высокого человека могла ничего не значить. Таких ранений хватало у половины прошедших Афган. Короткие автоматы тоже ни о чём не говорили. И всё же случайных профессионалов, которые появляются в нужный момент, спасают двух бывших бойцов спецназа, уничтожают банду Кравцова и исчезают, не назвав имён, в городе водилось не так много.

– Догадываюсь, – сказал я.

– Морозов?

Я посмотрел на него.

– А кто ещё?

Мы вышли из склада. За территорией было тихо. Неизвестная машина уже уехала, и только на снегу за забором остались следы четырёх человек. Они двигались к лесу цепочкой, потом следы сошлись возле колеи и оборвались. Равиль закурил. Руки у него немного дрожали, хотя сам он старательно делал вид, что просто замёрз.

– Что теперь? Вызываем милицию?

– И что рассказываем? Что к нам приехали бандиты, а потом от волнения друг друга перестреляли?

Равиль затянулся и выпустил дым.

– Не поверят.

– Конечно, не поверят. Но правда выглядит ещё более фантастической. Мы вдвоем и четыре неизвестных «Фантомаса» уработали больше двадцати вооруженных автоматами бандитов? Версия о необходимой обороне тут не сработает, нас к расстрелу приговорят.