Текст книги "Филин – ночной хищник"

Автор книги: Андрей Негривода

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

– Ну и что всё это значит?

– А вот об этом мы и поговорил сейчас, Андрюха. – Николай тоже нервничал, и это было заметно.

«…Что произошло-то? Причём здесь телевизор? Ни хрена не понимаю!..» – Андрей ждал продолжения.

– В общем, слушай. Его завалили вчера, поздно вечером, в своем подъезде, в Москве, из ТТшника. Завалили грамотно, с «контролькой» в голову. Чистая «заказуха».

– Ко мне это как лепится?

– Ты не перебивай! С тобой, все же, полковник СБУ разговаривает! – Разозлился Монах. – После Холодова там, на ушах все стоят. А теперь, вот, он. Короче! Мы хоть сейчас и разные государства, но на уровне полковников-генералов все друг друга знают. Сам должен понимать – Комитет организация серьезная. Была! Но, старшие офицеры из ниоткуда не появляются. И связи, соответственно, тоже. Так?

– Так. Ну и что?

– А то, Андрюха, что сегодня, очень раненько, утром, ночью можно сказать, в общем, в 4.00 мне позвонил один мой ста-арый знакомый полковник ФСК из Москвы, и рассказал очень интересные вещи. Пока там менты пытались, что-то, по «горячим следам», у них в конторе прошла информашка, что заказ был сделан кому-то из «авторитетов», при чём кавказских, и что смешно, окопавшихся у нас в Хохляндии. Интересно?

– Пока не знаю. – Пожал плечами Андрей.

– Зато я знаю. То, что он выдал дальше – это полная жопа. В общем, в Москве знают, что около недели назад в Киеве завалили авторитета союзного уровня, и как раз кавказца. Гамлета Мелканяна, то есть. Причём, как он говорит, завалили его не шпанюки голожопые. Его, говорит, «зачистил» снайпер очень высокого класса. Классно «зачистил» под острым углом, с большого расстояния. Он говорит, что так работать может только человек, прошедший специальную подготовку в одной из спецслужб. Или иностранец… Так вот он и попросил, не в службу, а в дружбу, поинтересоваться, а вдруг у нас в Одессе живет человек, с похожей выучкой. При чём, не только в Одессе – он будет звонить всем своим знакомым по Старой площади, и не только в Украине. Но оперативная информашка, думаю, уже пошла в исполнение. Теперь понимаешь?

– Фуёвые дела. – Ответил Андрей, начиная осознавать масштабы.

– Не просто фуёвые, Андрюха. Я тебе сейчас схемку нарисую оперативных мероприятий, которые провел бы я, если бы мне поручили этим заниматься, что не исключено. Перво-наперво – это баллистическая экспертиза. В течение одного дня можно сопоставить пульку из башки Гамлета с теми, что достали из двенадцати, укокошенных в Одессе, за один месяц, местных авторитетов и «бригадиров». Это прямой след, Андрюха. О том, что этот стрелявший ствол засветился ещё в 89-м в Тирасполе известно давно. Да и «нашли» этот «Винторез» ребята Ивана. Эх, бля, если бы знать! Там, правда, нет ни одного «пальчика», но ствол в наличии! Здесь, в Одессе! Ну а дальше, даже ленивый опер сможет получить информацию, под такое громкое дело выдадут, сколько в городе проживает бывших армейских «спецов», где служили и чем занимались. И чем занимаются сейчас. Вы, пацаны, ты Андрюха, и ты Игорёк, в их числе. Да и Джин, покойный, тоже, стоял на этом учете. Дальше всё просто, до смешного. Не трудно сопоставить даты смерти Арсена, с дружками, и Марата, да ещё изнасилование твоей жены. Наша клиника хоть и закрытая, но эту информацию могут дать. Потом спешный, её с дочкой, отлёт в Минск и твоё возвращение. А прилёт шестерых профессионалов-спецназовцев в Одессу, служивших под твоим началом?!. Все слетелись в один день – это похоже на экстренный сбор. Телефонные звонки из дома и ресторана отследить вообще раз плюнуть. А твоё трёхнедельное отсутствие, пришедшееся как раз на это мочилово. Какие выводы напрашиваются?

– Фуёвые выводы.

– И тут уже дело не в московской заказухе, она просто станет толчком к раскрутке. И по масштабам, думаю, крутить дело будет кто-то из Киева. Очень уж заманчиво раскрыть одним махом шестнадцать «мокрых» дел. Это, знаешь ли, орденом и очередным званием попахивает для «следака»…

– Как же ты так, командир? – Подал голос Игорь, молчавший во время всего монолога. – Ведь все ребята были здесь. Сели бы, подумали. Всё сделали бы так, что бы не засветиться, а теперь что? Если это раскрутят – это же «вышка». Да только тебя ещё до суда отоварят, в КПЗ. Бля! Какой же ты баран, Андрюха! Что делать-то? Делать-то что?!.

– Что делать, Коля? – Вот теперь Андрей понял и почувствовал всё. – Ты всё ещё служишь, что происходит, знаешь. Может, посоветуешь что?

– Сам голову ломаю. – Ответил Монах, в глубокой задумчивости. – Да наскирдовал ты, Филин, по самое «не хочу»… Ну, Арсена с теми двумя ещё можно подвести под самооборону или состояние аффекта. Но остальные – это уже расчёт, хладнокровный… Погано, Андрей!

– Сваливать тебе надо, командир! – Угрюмо проговорил Игорь.

– Куда? Найдут, если захотят.

– Куда, говоришь? А к тестю с тещей. – Вдруг сказал Николай. – Анька твоя давно уже рвётся.

– Да не хочу я туда! Хер ли я там буду делать в Израиле. Да и не отпустят меня на ПМЖ. Сам же знаешь, Коля, что у нас подписка до 2006 года. Да и время это всё возьмёт.

– Слушай, Андрюха, а вызов туристический у тебя есть?

– Есть, с собой привёз.

– Ну и не епи мозги. Гражданство там получишь через пару-тройку месяцев.

– А жить на что?

– Квартиру и машину продашь. Ресторан не стоит – на тебя оформлен, продажа может привлечь ненужное внимание. Ты лучше вон на Игоря доверенность оставь, он, как работал в ресторане, так и будет продолжать, как управляющий…

– Ну, в принципе можно. Машина на отца записана, да и квартира тоже.

– Вот и давай. А через полгодика-год вернёшься. И знаешь, что, Филин, поторопись. Думаю, времени у тебя есть месяц, не больше. А я, как смогу, буду тормозить раскрутку. С Мишей и Иваном поговорю. Хотя надежды мало…

* * *

22 апреля 1995 г.Филин.

Это был, наверное, самый тяжелый день в жизни Андрея. Он уезжал со своей семьёй в Израиль. Возможно навсегда… Кроме его родителей, проводить Филина приехала вся его команда: Медведь, Индеец, Змей, Тюлень, Сало, Док, Бандера – они опять, как много лет назад, были вместе, те, кто остался… Конечно же, пришёл и Николай.

– Ты это, командир, не забывай нас. Ладно? – Смущаясь, прогудел Бандера.

– С ума сошёл, Санёк, кого же помнить-то ещё, если не вас?

– А мы, если надо будет, и там соберемся, поможем. – Подхватил Змей. – Чё тут лететь? До Москвы дальше…

– Ладно, Лёша, я надеюсь, что мне от вас одна помощь нужна будет – пару пузырей водки скушать, а то ведь один не потяну.

– Ну, это всегда, пожалуйста. – Засмеялся Сало. – Только свистни!

– Пацаны, ну-ка смотрите, кто идёт?

К ним приближался, опираясь на палочку, бравый, уже капитан, Андрюха Ошека, Слон.

– Слоняра! – Друзья стали тискать своего боевого товарища. – А про звёздочку не сказал ничего!

– Позавчера приказ пришёл.

– А обмыть?

– Всё есть, пацаны. – Слон достал из целлофанового пакета десяток одноразовых стаканчиков и две армейские, зеленого цвета, фляжки.

– Как всегда «шило»? – Спросил Андрей.

– А что, командир, ослаб здоровьем?

– Да какой я уже командир, Андрюха? Ты вон уже и в звании со мной сравнялся, только ты в армии и служишь, а я вон в Израиловку уезжаю. Ещё пару лет и ты в полковники пойдёшь. А я так и останусь вечным капитаном запаса… Да!.. А со здоровьем все в порядке, наливай!

– Не прав ты, Филин, потому что я рядом с тобой всегда буду сержантом и бывшим «замком»… И не важно всё остальное. Так жизнь распорядилась…

Слон снял китель, отковырял с погон две маленькие звездочки и бросил их в один из стаканчиков, наполнив его до краев. И они пустили этот стаканчик по кругу, как когда-то обмывали офицерские звездочки Филина…

– Слышь, командир, эта колоша твоя «Дмитрий Шостакович», не булькнет где-нибудь в море? – Хмельно спрашивал Медведь. – Обидно будет!

– Да вроде не должна.

– Я те чё сказать-то хотел, братишка. Ты там посиди годик, да и возвращайся. Мы ведь и здесь себе работу найдём, но здесь-то Родина, а там что… Да и пацаны всегда рядом. Здесь, когда волна пройдет ты и возвращайся, так, Монах?

– Так, Игорёк, так!

– Ладно, не тереби душу и так погано, что коты насрали.

– И ещё, себя не теряй. Помни, кто ты есть! Как говорится: «Евреем можешь ты не быть, но человеком быть обязан!..»

… «Дмитрий Шостакович» увозил семью Андрея. Через три дня они придут в порт Хайфа, и начнётся новая жизнь… А сейчас…

Сейчас Филин сидел на задней палубе пассажирского судна и плакал. Он смотрел на любимый, медленно удаляющийся, город. Он вспоминал все слова, которые были ему сказаны. Он смотрел на зажатый в кулаке Краповый Берет. И понимал, что вот сейчас, в этот момент умирает половина его души. И ком в горле. И слёзы, которые он не мог, да и не хотел сдерживать. Он уезжал от обстоятельств, но не от себя.

«Ничего! Я еще вернусь моя Одесса! Не зря же у меня написано это на плече! Вернусь! А пока поживём там, где есть возможность. Тебе не привыкать. Ты же Филин!..»

22 марта 2003 г.