Текст книги "Артефаки. Часть 3 (СИ)"

Автор книги: Анастасия Вернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

Глава 6

Глава 6

Шэйн смотрел на эти удивительные движения: вот она задёргала плечами, как эпилептик, потом начала клевать воздух головой, словно голубь, вдруг начала размахивать локтями, как цапля, и заехала кому-то по уху. Извинилась, рассмеялась и припадочно заколбасилась дальше.

Ему было так сильно её жаль, что он даже не мог словами выразить это ощущение. Только понимал, что при одном взгляде на неё грудь сдавливало от боли, и он тонул в сочувствии, осознании крошечности собственных проблем, восхищении её стойкостью и силой воли.

– Чего пялишься? Влюбился, что ли? – Айрис весело пихнула его под дых.

– Она ужасно танцует. – Шэйн никак не мог отвести от Эрин потрясённого взгляда.

– Да-а, ей не стоило выходить, – рассмеялась его подруга. – А ты Ника не видел?

– Нет, – соврал парень.

– Странно, он с выпускного точно сюда поехал.

– Ты следила?

– Одним глазком, – подмигнула Айрис. – Хочу его с девчонками познакомить.

Альбиноска кивнула в сторону цветастых подруг, под копирку начесавших себе шухеры в стиле Айрис. Только у «оригинала» пышные кудри были с рождения и давно стали её визитной карточкой, а эти «клоны» выглядели смешно.

– Зачем тебе Ник? – вздохнул Шэйн. – Ты заслуживаешь куда лучшего, чем этот придурок.

– А я не для себя, – пожала костлявыми плечами Айрис и вдруг разглядела в толпе объект своего обожания. – О-о, вот и он!

Она соблазнительно поплыла в сторону блондинчика, заведомо зная, что он ни одним движением не продемонстрирует заинтересованность. Ник отделился от гущи толпы и прижался к стене, Айрис кокетливо припала плечом к его плечу, что-то зашептала на ухо.

Шэйн знал, чем это кончится.

Она полгода увивалась вокруг него, но ни разу за всё это время так и не добилась даже мимолетной улыбки. Её титановая самооценка рассыпалась пеплом.

Юргес показательно игнорировал все женские ухищрения, начал обводить взглядом толпу, зацепился за Шэйна, и, будто ухватившись за спасательный круг, поспешил свалить от Айрис. Пробрался сквозь танцующих студентов, встал рядом.

– Видел это? – Блондинчик кивнул в сторону Эрин.

Шэйн содрогнулся, в очередной раз узрев эпилептический припадок девушки, по ошибке названный танцем.

Кивнул.

– Ты с ней говорил? – Ник как-то неестественно согнулся над бокалом с чем-то алкогольным.

– Угу. Мы виделись у ГАУ.

Юргес удивлённо приподнял голову.

– Она же учится в швейном колледже рядом, – пояснил Шэйн, заметив непонимающий взгляд. – Мы пересеклись в кафешке.

– Она… ну… это…

– Сказала, что ни с кем не общается. – Шэйн почесал глаз, впервые почувствовал желание оказаться сейчас дома в мягкой кровати, а не среди кутящих студентов.

– А ты ей рассказал?

– О чём?

– Что мы ничего не сказали.

– Думаешь, ей станет от этого легче?

Юргес обернулся и вновь взглянул на пляшущую макаку по имени Эрин. Заметив этот взгляд, Шэйн проникся духом давящей и липкой солидарности – он понял, что Ник так же, как и он сам, тонет в чувстве вины. Наверное, именно это чувство заставило блондинчика ударить кулаком по барной стойке и заявить:

– Она должна знать, что мы ничего не рассказали про плетения. И без неё никому никогда ничего не расскажем.

Глава 7

Глава 7

Я открыла скрипящую дверь, посмотрела на длинную очередь из желающих потанцевать, на усталого охранника, нетвёрдой походкой спустилась к прочному асфальту и побрела в сторону синей ветки – ноги после диких танцев болезненно изнывали и умоляли о горячем душе.

Стоило отдалиться от клуба, как тишина начала обволакивать плотно прижатые друг к другу здания и редких шастающих людей.

– Эрин, подожди!

Обернулась. Вот уж кого точно не хотела видеть ни при каких условиях.

– Чего тебе? – прозвучало очень грубо, но именно это мне и было нужно.

– Я… я хочу тебя проводить.

Ник сначала семенил, потом перешёл на бег, отчего, естественно, запыхался. Спортсмен.

– Меня не нужно провожать. – Говорила настолько вежливо, насколько вообще позволяли остатки сил.

– Ты… мне… я…

Он заикался, и это было до прозаичного смешно. Я не моргая смотрела на смущенного парня, зная, что сейчас его это выбесит, и он скатится в оскорбления.

– Да ты напилась! – как по сценарию, взорвался он. – Вон еле на ногах держишься!

– Я не пила.

– Ты при мне бухала!

– Я не пила, Ник. Пока.

Развернулась, уверенно держа курс на синюю ветку. Тонкая душевная организация блондинчика не смогла выдержать игнора и вынудила его преградить мне путь.

– Нет! Я…

– Что?

– Ты мне однажды помогла… тогда на байке. А я помогу тебе.

Я непонимающе огляделась.

– Мне разве нужна помощь? – задрала бровь.

– До дома тебя провожу, – раздражённо прорычал он.

Ему определенно нужно сходить на какие-то курсы по контролю гнева.

– Я дойду сама, спасибо.

Обошла его стороной, на этот раз не встретила никакого сопротивления, облегчённо выдохнула и побрела домой.

– Эван вернулся! – камнем бросил он мне в спину.

Я болезненно дёрнулась, будто действительно получила физический удар. Но не остановилась. Не заговорила.

– Он спрашивал о тебе! – это был уже не камень, а гигантский булыжник.

Слезы едва не брызнули из глаз, я не удержалась и крикнула:

– Хватит!

– Вернись в артефактику хотя бы ради него! – Уже и не булыжник, а ведро помоев.

Я замерла, медленно повернулась и прожгла Юргеса неестественной даже для человека яростью.

– Вернуться? А не твой ли отец всем рассказал, что у меня нет образования?

– Да, но…

– А не ты ли ему дал эту информацию?

– Да, но…

Я резко взмахнула рукой.

– Всё, Ник. Поздравляю с победой на стажировке. Ко мне больше не подходи. Никогда.

– Мы им ничего не сказали! – в отчаянии запустил в меня маленькой, но колючей галькой.

– Не сказали о чём?

– Они не знают, что мы помогали с артефактом! Без тебя мы ни за что не расколемся!

Я обречённо хмыкнула.

– Джул или Джош всё равно расколятся. Или ты своему любимому папочке всё расскажешь.

– Нет, Эрин. Мы за тебя. Пожалуйста, возвращайся. Без тебя мы ничего им не сольём.

– Мне всё равно.

Грустно улыбнулась и пошла домой, больше не обращая внимания на завывания за спиной.

Глава 8

Глава 8

Его разбудил острый солнечный луч, пробравшийся сквозь плотно зашторенные занавески и вонзившийся точно в глаз. Джош застонал, будто получил огнестрельное ранение, перевернулся и едва не свалился с кровати. Предчувствие падения отрезвило похлеще солнца.

– Какого…?!

На языке крутились разные словечки, но все они камнями застряли в горле, когда парень увидел, где находится.

Бледные стены сдавливали со всех сторон, не давая сделать полноценный вздох, холодные лампы обжигали роговицу, провода тянулись от рук и груди, на ноге был закреплён какой-то чёрный браслет. Джош сделал два нетвёрдых шага и остановился напротив пикающего прибора. Неровная линия намекала, что на экране отображается сердцебиение.

– Какого..?!

Хотелось, конечно, изъясниться куда красноречивее, но дверь внезапно открылась, на пороге появился мужчина в белом халате – врач, очевидно.

– Я в больнице?! – тупо брякнул Джош, смаргивая слёзы – глаза никак не могли адаптироваться к неприятному свету.

– В реабилитационном центре, – довольно сухо, можно даже предположить – грубо, ответил мужчина.

– И какого…?! – На этот раз Джош закончил мысль. Доктор поморщился, показывая приверженность ханженским манерам.

– Вам бы, молодой человек, порадоваться, что вы вообще живы.

– А что случилось-то?! – попытался прорычать вопрос, но заплаканные глаза превратили его скорее в испуганного котенка, чем в пышущего угрозой льва.

– Присядьте. – Врач вроде и пытался говорить участливо, но прозвучало как приказ.

Джош решил не умничать, тем более, ноги и так еле держали. Он послушно присел. Доктор прошёлся по палате и поплотнее сдвинул старенькие жалюзи, сквозь которые все равно пролезали солнечные лучи.

– Что последнее вы помните? – Доктор принялся за допрос.

Парень напрягся, больше потому, что не мог вспомнить, что помнил.

– Я… я… ну…

Врач зачем-то кивнул, будто что-то понял, хотя что тут можно было понять?!

– Вы попали под поезд, в больнице вас чудом смогли стабилизировать, но ваш мозг…

Чем больше этот лощеный мужчина в белом халате говорил, тем больше хотелось вскочить и пулей вылететь из этого помещения, и бежать так долго и далеко, пока организм не поймёт, что всё это – просто сон. Джошу рассказали, что почти месяц он носил опаснейший артефакт, который всучил ему человек, которому он доверял больше, чем матери, и который довел его мозг до состояния овоща. Из-за этого он потерял сознание во время прыжка, из-за этого его сбил поезд.

Он бы умер, если бы Гэри не решил провести зловещий эксперимент и не нацепил на него другой артефакт, благодаря которому мозг внезапно ожил.

Под конец Джош слушал уже в пол-уха. Сознание отказывалось принимать все происходящее как отрезвляющую, неизбежную реальность.

– Сейчас вам лучше отдыхать. Постарайтесь поспать, – финализировал свою речь доктор.

Поспать?! Серьезно?!

Ещё пару дней назад жизнь Джоша напоминала мечту школьника: легкая учеба, куча свободного времени, лучшие друзья, с которыми и в огонь и в воду, максималистская мечта изменить мир, группа единомышленников, экстрим и даже почти серьезные отношения.

Теперь его жизнь превратилась в существование старика в паллиативном медцентре. Джошу давали много разных препаратов, чтобы он мог хотя бы засыпать, организм ни в какую не хотел мириться с этой реальностью, и тем более – спать в ней, делая вид, будто ничего не произошло. Затем его начали таскать на всякие тесты, бесконечно проверяли жизнедеятельность тела, которое он просто волочил из одного кабинета в другой.

Джош пытался покинуть пределы центра, но гулять можно было только по территории, за огороженный электрической проволокой забор выбираться категорически запрещалось.

– Я что, пленник? – спросил как-то парень у своего лечащего врача.

– Конечно же нет. Тебе просто нельзя выходить, – было ему ответом.

Он не знал, куда себя деть. Шастал по больнице в надежде найти хоть какой-нибудь способ связаться со своим старым привычным миром. Видеофоны были разве что у медперсонала, но те никогда не носили гаджеты с собой. В самом здании не было даже самых стареньких способов связи.

Джош все больше чувствовал себя не просто узником, а настоящим преступником.

– Долго меня тут еще будут держать?! – не выдержал он на очередном обследовании.

– Послушай, ты не понимаешь серьезность всего, что с тобой происходит, – устало вздохнул его лечащий врач. – На тебе испытали артефакт. Ты же отдаёшь себе отчёт, что это не могло пройти бесследно?

Джош только поморщился.

– Мы не твои враги, мы просто пытаемся тебе помочь.

– И в чем тут помощь? – раздосадовано выплюнул парень. – Можно мне хоть маме позвонить? Я же для нее пропал.

– Все твои близкие предупреждены, где ты.

– А я?

– Что ты?

– А я предупрежден, где я?! Что это вообще за место?!

– Центр экспериментальной медицины, Джош. Сними, пожалуйста, штаны. Мне нужно сделать укол.

Парень устало уткнулся носом в кушетку, и, незаметно для случайных свидетелей, до боли стиснул кулак.

В этот день анализов и тестов было так много, что Джош вернулся в палату только поздно вечером. Он лениво задрал плед и завалился на кровать прямо в повседневной одежде – если больничную пижаму вообще можно назвать «повседневной». Но не успел он прикрыть глаза, как ручка двери медленно и неловко повернулась.

Джош привстал на локтях, включать свет не спешил – чтобы не спугнуть.

В маленькую комнату сунулась голова с длинными волнистыми волосами. Это что ещё… девушка?!

– Ты кто, – безэмоционально уточнил парень в полутьме.

– Лилиана, – проговорил женский голос, – Лили.

– А, так намного понятнее, – съязвил Джош быстрее, чем успел задуматься, надо ли.

– Прости.

Девушка зашла внутрь, прикрыла за собой дверь и щелкнула выключателем света. Лили оказалась чрезвычайно привлекательной: худенькая, но не худосочная, невысокая, с длинными золотистыми волосами и какими-то невероятными голубыми глазами. Что такая, как она, забыла в его палате?!

– Слышала, ты ищешь видеофон, – будто прочитала его мысли и решила ответить на не озвученный вопрос.

– Ну, да.

Лили кивнула и вытащила из кармана такой же, как у него, пижамы черненький гаджет.

– И что ты за это хочешь? – Джош чуть было азартно не вскочил, но вовремя опомнился и просто медленно сел.

– Ничего.

– Ничего?!

У него тут же закралась мысль, что она действует от имени его лечащего врача. Эдакий эксперимент-ловушка.

– Я наблюдала за тобой почти месяц. И просто хочу помочь.

Эм.

Что?

– Но я ж типа в коме был.

Лили неуверенно кивнула.

– То есть ты в Акамаре за мной наблюдала? В больнице?

Лили снова кивнула.

Тут уже Джош не выдержал и с любопытством подался вперед.

– И зачем же?

– Ждала твое сердце, – тихо поделилась она.

– Есть какие-то подробности? А то я нихрена не понимаю.

– Ну… мне нужна была пересадка сердца, ты был идеальным донором. Врачи ждали, что ты очнешься, но шансов почти не было. У нас идеальное совпадение, так что твое сердце должны были пересадить мне.

– А… прости, что разочаровал.

Джош выбрался из-под пледа и голыми пятками прошлепал к девушке. Остановился почти вплотную и протянул руку.

– Возьму тогда? – уточнил.

Лили аккуратно вложила ему в ладонь видеофон.

– Ты не разочаровал. Я рада, что та девушка тебя спасла.

Джош напряженно стиснул брови.

– Какая еще девушка?

– Не знаю, как ее зовут. Но ее артефакт тебя спас.

Парень чуть пошатнулся. Вперил в гостью внимательный, разъедающий на кусочки взгляд.

– Это сделал Гэри, мой друг. Он ставил на мне эксперимент, из-за которого я чуть не умер.

– Наверное, – пожала плечами Лили. – Но я не вру. Я все время сидела у твоей палаты, и эта девушка тоже часто к тебе приходила. Когда все произошло, я была там. Мужчина с полицейскими долго ждали, потом они вошли, и я видела, как та девушка прижала какой-то круглый предмет к твоей груди.

– А почему мне тогда сказали, что это сделал Гэри? – Джош замер статуей.

– Я не знаю.

– Не может быть, чтобы это была Эрин. Она знала, что я ненавижу артефакты.

– Может быть это была не Эрин.

– Но у меня больше нет знакомых девушек, которые владеют этой магией.

– Слушай, я не детектив. Мне просто захотелось тебе помочь связаться со своей семьей.

– Это не могла быть Эрин, – упрямо бормотал Джош, – она же понимала, что я никогда ее за такое не прощу.

– Кхм, мы оба с тобой на экспериментальном лечении в Йорсе, – повысила голос Лили, – нас точно отсюда не скоро выпустят. И то, если мы выживем. Так что лучше напиши родным. Никто не знает, когда ты сможешь их увидеть.

– Да… спасибо. Я напишу. Всем.

Глава 9

Глава 9

Наутро вышла из дома, собираясь побродить по веткам. В школьные времена это было моим любимым развлечением, чтобы как-то отвлечься от мыслей об учёбе и будущем. В голове простроила примерный маршрут, охватывающий все акамарские достопримечательности, в том числе и «Берлингер» – это уже лично для меня.

Нужно было придумать, что делать дальше после недельных каникул и возвращения к написанию выпускной квалификационной работы. Мне предстоял последний учебный семестр, за пределами которого начиналась кромешная пустота и неопределённость.

Почему-то казалось, что один взгляд на величественный «Берлингер» поможет разработать план, на чём сосредоточиться и чем заниматься.

Вот только «Берлингер» материализовался гораздо ближе, чем можно было представить. В виде отца, конечно, а не здания.

– Эм. – Я аж огляделась, предположив, что его фигура мне просто чудится. – Ты пришёл? Ко мне? Сюда?

Руперт топтался возле мусорки, в своём любимом виде: чёрных брюках и мятой рубашке, впопыхах заправленной за пояс.

– Да. – Он сунул руки в карманы, будто боялся, что я увижу, как они дрожат.

– Сюда полиция скоро приедет?

Ну а как ещё объяснить его присутствие на синей ветке?

– И опять этот взгляд, – как-то подозрительно зло решил уколоть он.

– Какой взгляд? – А я не поняла.

– Всё время на меня так смотришь. – Он поморщился. – Я вечно не знаю, что тебе сказать.

– Можно ничего и не говорить, – не слишком дружелюбно заметила я.

– Вот! Вот! – Он ткнул в меня пальцем, грозно потряс им, а потом снова спрятал в карман. – Ты всегда вот такая!

– Какая?

– Я зря пришёл. – Он отмахнулся. Как и всегда.

– Ну да.

Даже и не подумала как-то по-другому отреагировать. Времена, когда мне требовалось его внимание, прошли.

– Ну да? И всё? – Руперт явно надеялся на что-то большее.

– Ну да.

Он хохотнул.

– Вижу, ты не особо чувствуешь себя виноватой за всё, что натворила.

– Виноватой? Я спасла жизнь человеку!

– Нет, Эрин. Ты чуть не убила человека.

Я обозлённо фыркнула.

– Да кто бы говорил? Ты уже забыл про Карима?!

– К твоему сведению, он сам пожелал участвовать в моём эксперименте, Эрин. Он дал на это официальное согласие, – внезапно прошипел Руперт, брызгая слюной.

Я вздрогнула.

Признался.

– Ты всё-таки пытался возродить «Виту»? – не смогла скрыть удивления.

– Солнышко, я прародитель артефактики… неужели ты думаешь, что я остановлюсь?

Солнышко.

Звучало, как насмешка.

– Карим был хорошим человеком. – Голос дрогнул.

– Я пытался сделать «Виту» безопасной.

– Да уж. Ты не преуспел.

– Зато преуспела ты.

Я удивлённо взглянула на хладнокровного отца.

– Артефакт стабилен? Джош будет жить? – из меня тут же посыпались вопросы.

Отвечать на них он решил тягомотно, видимо, чтобы меня хватил инсульт от нетерпения.

– Артефакт стабилен. Джош будет жить. И хотелось бы знать, как тебе удалось собрать такое плетение.

– Извлеките, да посмотрите, – безразлично пожала плечами.

– Ты же знаешь, что мы не можем. Артефакт внутри его головы.

– Скажи мне, куда вы запрятали моего друга, и, может быть, я всё вам расскажу!

– Нет, Эрин.

Руперт, как обычно, был тошнотворно непреклонен.

– Почему вы не даёте мне увидеть его?! – в голосе проскользнуло слишком очевидное отчаяние.

– Он думает, что это Гэри с ним сделал. Он не должен узнать правду.

– Но это я! Это я его спасла!

– Ты никого не спасла, Эрин! Ты рискнула всем! Рискнула жизнью человека! Рискнула своей жизнью!

– Скажи это Кариму, – выплюнула ожесточённо.

– Я пытался спасти жизни сотни тысяч людей.

– Так и я тоже!

– Нет, Эрин, нельзя вешать смертельно-опасные артефакты на всех подряд!

– Так и знала, что ты не поймёшь.

– Да, конечно, не пойму. Как такое вообще можно понять? Ты пришла на стажировку. Пришла в мою фирму и соврала. Ты врала всё это время, всем нам. Помогала родителям отмывать деньги через меня, а потом ещё и украла мой артефакт, использовала его на парне, который подписал отказ от артефактов. Как я должен это понять?!

Я высокомерно задрала подбородок.

– Ты полгода молчал, чтобы сейчас мне нотации читать?

Руперт вытащил руку из кармана, почесал щетину.

– Пришёл посмотреть на тебя, – без особой отеческой любви процедил он. – Ты, Эрин Шэдли, столько сил потратила, чтобы пробраться в мою фирму. Но ты не сливала документы, не срывала сделок, не подставила ни одного из стажёров, ты даже не пыталась собрать все артефакты «Виты». Так вот, как это понимать вообще?

– Что именно?

– Зачем ты пришла в мою фирму? – безапелляционно влепил он.

– Хотела доказать себе, что я артефактник.

Руперт почему-то совсем не обрадовался этому заявлению, наоборот, стиснул зубы, а потом и вовсе обличительно ткнул пальцем. Опять.

– Вот! Вот, о чём я!

Я вздрогнула и сделала шаг назад, совершенно ничего не понимая.

– Решила доказать, что ты артефактник! – зло повторил он. – Но почему, почему ты не пошла в ГАУ? Какой смысл был лезть в «Берлингер», если ты столько же сил могла потратить на то, чтобы поступить в университет? Так ты не стала бы артефактником или что?!

– Стала бы, – подтвердила тихо.

– Вот! – В очередной раз он замахал рукой в мою сторону. Стало не по себе. – Знаешь, что я думаю? Не хотела ты никаких доказательств. Тебе нужно было найти виноватого. Найти того, кто всё это допустил. И ты нашла меня, и всё это время смотрела вот этим вот своим взглядом!

– Раз уж ты заговорил таким тоном, – холодно парировала я, – что ж, да. Ты прав. Я нашла того, кто меня бросил.

– Ты понимаешь, что этого никто не исправит? Ты могла бы стать действительно великим артефактником, вложить все силы в учёбу, прийти в фирму нормально. Но ты захотела детской мести.

– Не нужна мне была никакая месть. Я просто хотела найти хоть кого-то, кто сможет меня защитить.

– И решила сделать целью меня?

– Ты же вроде как мой отец.

– Нет. Меня не было в твоей жизни. Ты и сама меня отцом не считаешь. Ты пришла в «Берлингер», чтобы каждый день мне об этом напоминать. Хотела показать мне, какой я плохой, что оставил тебя? Ну, ты показала. Ты довольна?

Я была не то что не довольна, а банально раздавлена, опустошена и иссушена.

Добило меня неожиданно пришедшее сообщение с неизвестного номера, но не нужно было быть телепатом, чтобы понять, от кого оно.

«Я тебя никогда за это не прощу».