Текст книги "Артефаки. Часть 3 (СИ)"
Автор книги: Анастасия Вернер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)
Глава 2
Теплым весенним утром в аудитории было прохладно. И хотя за окном проклёвывалось немного солнечного света, плюсовая температура мягко намекала на приближение лета, студенты всё равно кутались в шерстяные кофты. В Акамаре, в отличие от наземных городов Эль-Ната, всегда сохранялись сырость, свежесть и морозность.
Я аккуратно расчерчивала лекала, устало вглядываясь в рябящие линии и надеясь, что обещание декана перевести нас всех на электронную систему обучения до сессии – не очередное ветреное «бла-бла».
Из соседнего детсадовского здания громыхала неприятная музыка, сегодня у них проходил утренник, на фиолетовую ветку съехались родители, что на секунду заставило вздрогнуть всех школьников и студентов по пути на учёбу. От шума голова разболелась на первой же паре.
Во время перерыва мы с девчонками из группы устало вывалились к забегаловке напротив. Там уже растянулась очередь из студентов нашего колледжа и соседнего ГАУ. Самое неудобное, что наши перерывы постоянно совпадали, из-за этого приходилось мучиться в очередях во всех кафешках и ближайших автоматах «кофе с собой».
– Надеюсь, эти ясли хоть на улице плясать не будут, – раздражённо озвучила всеобщие мысли Рита, моя любимая сокурсница. Единственная девушка, которая была недовольна ВСЕГДА и абсолютно ВСЕМ.
– Ненавижу их, – ответила я, зная прекрасно, что уж она-то мою злость оценит и поймёт.
– Я перед парой ходила к декану, спросила про практику, – сказала Мишель, наша староста.
– «Ищите сами»? – выгнула я бровь.
– Или на завод.
– Я уже даже не удивляюсь, – закатила глаза Рита, – мы выпускной курс, и эти твари до сих пор не могут запихнуть нас ни в одну фирму. Хоть бы дизайном занимались нормально, а не этой хренью.
– Дизайнеры не шьют. – Я меланхолично рассматривала меню, выбирая себе кофе.
– Как же задолбали эти гаушники, – прошипела Рита, – каждое утро, блин, как по расписанию! Кофе нормально попить нельзя. Им столько денег выделяют, какого хрена они не могут себе своё кафе сделать? Ну сделали хотя бы автомат, ну блин. Нет, будут сюда ходить, всем мешать.
В этот момент какой-то парень с кофе в руках попытался выбраться сквозь толпу студентов и злобно толкнул Риту в плечо, чтобы пропихнуться в проход.
– Нет, вы видели?! – вскипела девушка. – Не-на-ви-жу! Вот ни один человек не ведёт себя так мерзко, как гаушник!
– Эрин? Ого! И ты тут?! – огорошил нас всех мужской возглас. Я растерянно повернула голову и удивлённо посмотрела на Шэйна. – Ты давно тут стоишь? – похлопал он глазами.
– Уже полчаса, – соврала я.
– Да уж, жесть. Там мой друг следующий в очереди, хочешь я тебе тоже закажу? Потом рассчитаемся.
– Я с подругами, – указала на девчонок.
– Всем закажем, – не растерялся парень. – Говорите, что хотите.
Он сунул нам под нос видеофон и терпеливо дождался, пока каждая из нас произнесёт свои пожелания. Как раз подошла очередь его друга, и Шэйн упорхнул к стойке заказа.
– Фу, какой неприятный, – прокомментировала Рита, пока мы выбирались ждать на улицу, – что-то он не похож на нашего. На каком он курсе?
– На четвёртом.
– Э-э… ты уверена? Его сто процентов нет среди четверокурсников, я их всех в лицо знаю.
– Он из ГАУ.
Девчонки поражённо замерли.
– Ты серьёзно? Ты общаешься с ними?
– Ну, он же не Господь Бог, язык наш тоже знает, так что да, мы можем пообщаться. Да и вы тоже. Не бойтесь, он на самом деле не такой придурок, как кажется на первый взгляд.
– Чёрт, холодно, – поёжилась Рита, – ну почему погода не может быть нормальной, чтобы ни жарко, но и не мороз!
– Как вы познакомились? – спросила более практичная Мишель.
– Долгая история.
– Ого, – староста вскинула брови, – это что, твой парень?
– Я тебя умоляю, – фыркнула, – просто знакомый.
– Ну, он довольно милый. И красавчик прямо такой, – зарделась Мишель.
– Смеёшься? Он – красавчик? На него смотреть противно, весь такой лощёный, фэ-э, – красноречиво скривилась Рита. – Меня от таких смазливых мальчиков блевать тянет.
– Тише, он идёт, – мягко обозначила я и выдавила из себя улыбку.
– Спокойно, Берлингер, для меня можешь не стараться, – тут же отмахнулся Шэйн.
Девчонки синхронно уставились на меня во все глаза. «Он знает фамилию твоего настоящего отца?!» «Почему он вообще называет тебя по этой фамилии?!»
Они знали, кто мой биологический отец, но вот про позорную стажировку мне распространяться не особо хотелось, так что я сделала вид, что не заметила удивлённых лиц.
За Шэйном подошел его друг, нёсший вторую часть пакетов с едой и кофе «с собой». Все столики возле кафешки были заняты, но Шэйн авторитетно распихал – кто бы сомневался – своих друзей и пригласил нас «на застолье». Места оказалось катастрофически мало, за высокими столиками можно было только стоять.
Мы с Шэйном встали друг напротив друга, по обе стороны от меня разместились девчонки, между Ритой и Шэйном влез его темноволосый друг. Рита тут же раздражённо выдохнула, схватила свою еду, обошла столик и втиснулась между мной и Мишель.
Самооценка друга Шэйна была раздавлена.
– Вы из ГАУ? – вежливо спросила Мишель, стараясь смягчить поведение Риты.
– Угу, а вы? – Шэйн спрашивал и жевал одновременно.
Рита недовольно закатила глаза.
– Мы из текстильного колледжа. Эрин сказала, что вы друзья, думала, ты знаешь, где она учится.
– Мы друзья? – Шэйн удивленно взглянул на меня.
– Если только по несчастью, – улыбнулась я в ответ.
– Давно мы с тобой не виделись, – зачем-то сказал он. Напомнил? Да я как бы в напоминаниях не нуждаюсь.
– Ну мы немного из разных… – «кругов» хотела поддеть я, но решила не зверствовать: – универов.
– Да, ещё диплом. Почти не учимся.
– Это вы в ГАУ почти не учитесь, – сухо дополнила.
Девчонки посмотрели на меня победно.
– Ну, Эрин, с твоими мозгами могла бы быть среди нас, – бессовестно осадил Шэйн.
Девчонки посмотрели на меня удивлённо.
– Вернее, с твоей изворотливостью, – уточнил парень и показательно затянулся кофе через трубочку (фу, какая гадость).
Девчонки посмотрели на него так, словно готовы были порвать за меня.
– Да, была бы я с вами, Юргес ни за что не получил бы место в «Берлингере», – с нейтральным выражением лица припечатала я.
– Ну, ты была занята другими делами, – пожал плечами Шэйн.
Да, всего лишь спасала жизнь другу.
– Вообще, конечно, я надеялся, что мы с тобой будем чаще общаться, – будто бы даже с сожалением поделился парень.
Девчонки перевели удивлённые взгляды с него на меня.
– Лето кончилось. Началась реальная жизнь, – будто бы даже с мудростью ответила я.
– Виделась с кем-нибудь из наших?
– Видела Айрис пару месяцев назад. Также в очереди за кофе пересеклись. Она сделала вид, что не заметила меня.
Шэйн понимающе хмыкнул.
– Она и со мной такая же, – попытался утешить он, и я чуть не прыснула со смеху. Мне было плевать, что Айрис думает и как себя ведёт.
– Ты всё-таки не работаешь в «Берлингере»? – задумчиво уточнила я.
– Пока нет.
– Оу. – Я посмотрела на свои озябшие пальцы.
– Ну а что? Только тебе можно туда хотеть?
Девчонки синхронно подняли брови.
– Мне как раз нельзя туда хотеть, – улыбнулась, надеясь, что никто за этой улыбкой не заметит боли, истязавшей меня насквозь.
– Слышал, что Ник всех очаровал в «Берлингере», – как бы перевёл тему Шэйн, но, честно сказать, лучше бы он удавился, чем таким образом темы переводил.
– Ещё бы. Он кого угодно очарует.
– И тебя? – вообще не в тему ляпнул парень.
Девчонки задрали брови ещё выше, хотя, казалось, выше уже некуда.
– А я тут причём?
– Да так, просто о вас много говорили, что вы там… ну, дружили. По-особенному.
– Как вы с Джул?
У Шэйна дёрнулся уголок рта.
Что, умник?
1:1?
– Как называется, когда знаешь, что не можешь быть с человеком, но всё равно изводишь себя мыслями о нём? – не растерялся парень и вдруг сказал то, чего уж точно не должен был.
Сильно.
Я так не могла.
Мои чувства были зарыты очень глубоко.
– Да-а… – протянула Рита, удивлённо глядя на свой стакан, – тут нужно что-то покрепче кофе.
– Так ты не видела Ника? – всё-таки прогнул свою линию Шэйн.
– Мы не общаемся.
– А Эван..?
– Мы не общаемся.
– Понятно. А что насчёт твоего друга? Ну, этого, из-за которого всё…
– Я не знаю, где он. Его забрали.
Шэйн немного виновато посмотрел мне в глаза.
– Ты не общаешься вообще ни с кем?
– Ты только что познакомился с двумя моими подругами.
– Я имею ввиду, ни с кем из «наших».
– Нет.
– Ну, тогда огорошу тебя новостями. Эван после того случая всё-таки возвращается в Акамар.
Сердце грохнулось в пятки.
– В смысле? – застыла потрясённо.
– Он будет директором Юргесовского филиала у нас, в Акамаре.
Я почувствовала, как слабеет всё тело, мозг потихоньку отключается, слух воспринимает все звуки так, словно мне заехали по голове чем-то тяжёлым. Кое-как смогла расслышать восклицание Шэйна:
– Слушайте, мне для блога нужна живая фотка. Вы не против?
Он положил видеофон на середину стола, нажал на голограмму, выползло светящееся окно и сфотографировало: моё растерянное лицо, улыбающегося Шэйна, двух удивлённых подруг и пустое место там, где должен был стоять ещё один парень. Но, видимо, он почувствовал себя лишним и ушёл задолго до того, как мы это заметили.
– Дерьмо какое-то, а не кофе, – заключила Рита.
Глава 3
Мы закрыли последнюю зимнюю сессию, и вышли на финишную прямую. Финальные месяцы обучения отводились на преддипломную практику и дописание научной работы. К нам всё ближе подбиралась весна. На улице витал плотный песчаный воздух, днём стояла сухая удушливая жара, ночью пустыня остывала и приносила с собой знойный мороз. Весна – моё самое нелюбимое время года. Зимой дешёвым защитным спреем хотя бы раз в день опрыскиваешься, весной приходится уже два раза в день, а летом так вообще. Кожу всё равно не спасает.
В целом, ничего не спасает.
Я забрала документы о преддипломной практике, завод выдал какой-то крошечный аванс – и это было больше, чем предлагал «Берлингер» в начале стажировки, но меньше, чем «Берлингер» давал в конце.
Мне, конечно, не хотелось сравнивать, но что я могла с собой поделать?
Я вспоминала. Много думала. Много рыдала. Много злилась. Много работала в этот учебный год, чтобы боль притупилась.
Мелкие деньги с заводской стажировки хотела потратить на еду – побаловать себя чем-нибудь вкусненьким, но мерное покачивание в вагоне поезда натолкнуло на мысль, что лучше купить что-то более долговечное. Я вышла на розовой ветке и неспешно побрела в сторону самого большого торгового центра, что только мог вместить в себя Акамар.
Здание было змеевидным – вытянутым и неровным по высоте. В нём кучковались разные магазины и кафешки, все они были соединены общим коридором, но при этом у каждого из заведений был свой вход с улицы. Я никак не могла выбрать, что именно хочу – одежду или бижутерию, поэтому глупо рассматривала витрины… вернее, голограммы с товарами, ведь все витрины были тонированы, защищаясь от солнца, и шла, шла, шла… И дошла до конца ветки, как раз туда, где крайние кафешки смыкались с домами оранжевой ветки.
И застыла. Напротив того самого кафе. Вспомнила свою озадаченность, когда Эван в первый раз потащил меня в поезд, мы проехали две ветки, чтобы оказаться тут. Уверена, он тогда выбрал ближайшее кафе, лишь бы спастись от жары и без лишних ушей объявить мне, что я участвую в битве стажёров. Кто ж знал, что это кафе станет… станет нашим местом, как бы пафосно это ни звучало.
Последний раз он сидел тут рядом со мной, обнимал, а я злилась, вырывалась, вылезала через стол. Ну и воспоминания, конечно. Ещё был латте. И писк оплаченного заказа. Эван никогда не позволял мне тратить свои деньги, всегда брал ответственность сразу за двоих.
Редкое качество. Очень ценное.
Которое он теперь демонстрировал… другой.
Сперва я не поверила, – всё-таки стёкла тонированы, можно случайно обознаться, – решила аккуратно проникнуть внутрь, смешаться с толпой и рассмотреть внимательнее. Это был он. Сидел в углу, а рядом с ним – та самая девушка, фельдшер, что помогала раненым во время теракта и подсказала, где найти пустынных байкеров. Что ж, я не ошиблась, когда заметила, что он ей нравится.
Но не думала, что она нравится ему тоже. А может, и не просто нравится? Может, он её любит? Они сидели близко, он закинул локоть на спинку дивана, она прижалась к мужской груди светловолосой головой. Что-то рассказывала и улыбалась, он задумчиво смотрел в окно.
Они выглядели такими милыми, безмятежными. С кофе на столе.
Невыносимо.
Я аккуратно пролезла через компанию входящих людей, выбралась наружу и втянула свежий воздух. Вернее, попыталась. Жара. Духота. Воздух стал плотным, вонючим, лип к легким и не желал выходить обратно. Я закашлялась.
Не знаю, почему меня до сих пор ранили такие вещи: казалось, всё уже давно отболело, все слёзы выплаканы, раны вспороты, перекроены и зашиты. Я давно перестала вздрагивать при упоминании его имени, отказалась от иллюзий, закончила фантазировать, как могло бы быть, если бы не… Я знала, что всё кончено. Знала, что по нему это всё не особо и ударило, у него жизнь продолжалась: новая фирма, новая работа, новая, более престижная, должность, новая любовь. Знала, что в той летней гонке никто ничего не потерял.
Кроме меня.
Знала, что мне нужно держаться. Что ни один из этих людей, у кого жизнь кипит и бурлит, не увидит моих слёз: я продолжила жить с высоко поднятой головой, со стойким намерением ворваться в хорошую жизнь несмотря ни на что. Один раз смогла? Почти.
Смогу ещё.
Глава 4
Глава 4
Эван отрешённо глядел сквозь затемнённые окна, рассматривал пыль, витающую в воздухе и блестящую в свете редких солнечных лучей. Тина сонно пристроила голову у него на плече и что-то рассказывала, пытаясь взбодриться после ночной смены.
– У тебя, кстати, классный отец, – мягко сказала она и зевнула.
– Всем поначалу так кажется. – Эван продолжал глядеть вдаль.
– Он мне всё в больнице показал, всю ночь был рядом.
– Да ну?
– Ага.
– Не приставал?
– Эван! – Она треснула его кулаком по груди. – Конечно нет! У тебя хороший отец, и он тебя очень любит!
– Я это знаю. Что любит. А что хороший – неправда. Он хороший, пока ему это выгодно.
– И чем ему выгодно быть хорошим со мной? – сонно уточнила девушка.
– Чтобы ты побольше рассказывала, – устало вздохнул мужчина. – Обо мне, о нас, и наших отношениях. Когда попытается зажать в углу – скажи мне. Хорошо?
– Он не такой, – нахмурилась Тина.
– Он именно такой, дорогая. – Эван чмокнул её в макушку. – Все медсёстры, которых ты видела в больнице, побывали у него в постели. И его не останавливало даже то, что он женат. Так что не обманывайся на его счёт.
– Ладно… не люблю я все этим истории про измены.
– Я тоже.
– И так столько ужасов за смену насмотреться можно… Не знаю, как ещё людям хватает сил добровольно портить жизнь себе и любимым.
Эван поджал губы.
– Да, – только и выдавил он. Замолчал. Уставился в окно.
– Слушай, мы пойдём домой? Я очень спать хочу.
– У меня назначена встреча, – виновато опомнился мужчина. – Извини, что не предупредил. Замотался и забыл. Дойдёшь сама? Тут идти минут пятнадцать. Или я могу Ибрагима вызвать.
– С ума сошёл? Дёргать человека ради пятнадцати минут пешком?
– Ты права. Не обижаешься?
Эван знал ответ.
– Конечно нет, – мягко улыбнулась Тина.
Она вообще никогда на него не обижалась. Казалось, она и сердце бы ему пожертвовала, если бы стоял вопрос о пересадке.
– Тогда пока, – довольно резко сменил он тон с виноватого на беспристрастный.
– Пока, – вздохнула Тина.
Ей было обидно, но как-либо возразить она не посмела. Эван честно не понимал, в чем дело, это же так просто – сказать, что твой спутник мудак, что с тобой так разговаривать нельзя, что всегда нужно считаться с твоими чувствами.
Но Тина молчала.
А Эван и не собирался учить её жизни. Его-то всё устраивало.
Девушка аккуратно встала, неспешно собралась, ещё раз бросила тихое «пока» и нетвёрдым шагом покинула кафе. Эван повернул голову и вновь уставился в окно, но смотрел он не на Тину. Его взгляд устремился куда-то сквозь асфальт, стекла магазинов, земляные возвышения, песчаные дюны, каньоны, оазисы, города, побережье…
Он не понимал, почему возвращение в родной город, куда он так сильно стремился последние месяцы, не принесло ожидаемого удовлетворения. Вроде бы Акамар и артефактика, и новая престижная должность, и девушка под боком. Но чего-то по-прежнему не хватало.
– Спасибо, что согласился на встречу, – негромко поприветствовал его Руперт, присаживаясь в кресло напротив.
Наверное, именно необъяснимое чувство внутренней пустоты заставило Эвана согласиться на это странное предложение.
– Признаюсь, ты застал меня врасплох, – честно сказал Дэппер, лишь на секунду прервавшись от созерцания улицы.
– Представляю, – кивнул Руперт, листая интерактивное меню. – Как твои дела?
– Прекрасно. – Эван отпил немного оставшегося кофе. – Как твои?
– Не очень. – Берлингер озорно взглянул на отвлёкшегося от улицы бывшего сотрудника. – С тобой было лучше.
– Ты знаешь, почему я ушёл, – мотнул головой Эван.
– Знаю. Но это не отменяет того, что ты мне нужен.
– Да, Руперт, я знаю. Ты поэтому сюда пришёл?
– Хочу, чтобы ты вернулся, – кивнул Берлингер. – У меня тебе хорошо работалось, Эван, признай. Куча сделок, стажёров, неужели не скучаешь по Элис? Она теперь работает с Лонгом. Он ей не нравится.
– Зачем ты его ещё держишь? – задрал бровь Эван.
– Клиентов хорошо приводит.
– Я не вернусь, – сухо отрезал Дэппер.
– Неужели так хорошо у Дерека? – слегка разочарованно поинтересовался Руперт. – Или дело в деньгах? Я могу платить больше. Это будет нелегко, но я найду деньги.
– Твой бывший партнёр лютый козёл, – выплюнул Эван, и также без обиняков добавил: – Но что поделать. Ты знаешь, что я не могу вернуться.
– Полгода прошло. Историю с артефактом мы замяли. Эрин больше не в фирме. Ты оправился… За парнем мы наблюдаем, он живёт в шоколаде, всё время под наблюдением. Пока никаких осложнений.
– Пока.
– Сам знаешь, если бы было что-то не так, побочка бы уже проявилась.
– Знаю.
– Ну и..?
– У меня хорошая жизнь. Я люблю свою работу. И невесту тоже.
– О, поздравляю с помолвкой, – без особой радости отозвался Руперт. – Почему ты так бескомпромиссен? Хоть бы подумал. Я дам тебе лучшую жизнь.
– Я тебе не нужен. – Эван покачал головой и в один глоток допил кофе. – Тебе нужна твоя дочь, с которой, полагаю, ты не общался с того дня.
– Я…
– Вот-вот. – Дэппер победно закатил глаза, резким движением положил видеофон на стол. – Я бы на твоём месте её проведал.
– Ты не на моём месте.
– И каждый день этому рад. Правда, Руперт. Она совершила чудо. Неужели это не стоит твоего прощения?
Глава 5
Глава 5
Мы с девчонками развалились в неудобных деревянных креслах с потрёпанной обивкой, слушали заунывную речь нашего ректора, скучающе разглядывали полупустой зал, украшенный тремя шариками и одним дождиком. На сцену никого не вызывали – с отличием в этом году зимнюю сессию никто не закрыл, поэтому официальная церемония прошла довольно быстро.
Обучение формально ещё не закончилось, но мы прошли через первую предзащиту, пар больше не будет (тут сильнее всех радовались преподаватели), в честь этого колледж закатил торжественный пир.
Без особого энтузиазма нас загнали в столовую, где уже был накрыт не слишком богато украшенный стол. Банкет проходил без алкоголя, так что не было ни единого шанса расслабиться и не обращать внимания на общую унылость мероприятия.
– Ну что, не могли еду нормальную привезти хоть, а? – шипела Рита.
Казалось бы, с таким характером она вряд ли может найти себе спутника жизни, о котором всегда мечтала, но… выяснилось, что для прекрасных, гармоничных отношений ей нужен всего лишь такой же вечно всем недовольный парень.
– Капец, у нас на заводе и то корпоративы веселее, – ворчала её вторая половинка.
Я постоянно смотрела на экран видеофона, надеясь, что произойдет временной скачек, и этот унылый ад закончится. Нас безрадостно поздравляли с окончанием учёбы, предупреждали, что «взрослая жизнь» не такая лёгкая, как обучение, но если быть упорными, то мы обязательно всего добьёмся. Да-да.
Пока я сидела за столом и отрешённо крутила стакан с соком туда-сюда, наблюдая за танцующей жидкостью, в наш чат пришло безграмотное сообщение. «Как закончится это говно идём у синего кота в 21. Там скидки на алко для студентов». Я перевела на стол затуманенный взгляд.
– Детский утренник и то интереснее, – донесся до меня раздражённый шёпот Риты.
– Речь президента была веселее, – вторил ей парень.
– Видели сообщение? – вклинилась к ним Мишель.
– Да, – презрительно фыркнула Рита, – ненавижу клубы. Куча народу, все об тебя трутся, душно, дешевле машину купить, чем алкоголь.
– Ага, и все ради чего? Поплясать? – поддакнул её парень.
– Вот-вот, лучше мы дома потанцуем с бокальчиком вина.
Я вздохнула, опустила взгляд на видеофон. 16:45. До девяти была ещё целая вечность.
Решение приняла, даже не задумываясь.
Дорога получилась мягкой и слегка волнительной. Я не особо общалась с кем-то из колледжа, кроме Риты и Мишель, поэтому не знала, кого именно искать, кто отвечает за «проходки», придётся ли подтверждать свою причастность к колледжу. Девчонки со мной не поехали. Конечно, ходить куда-то одной – не привыкать, но сейчас мне не помешала бы поддержка.
На подходе к клубу выяснилось, что не одни мы были такими умными, информация о скидках на алкоголь просочилась во все учебные заведения. Это ожидаемо всколыхнуло возмущение у «обычных» посетителей, на улице гремели крики и ругательства.
Я протиснулась к входу, приложила к сканеру электронный студенческий, ту быстро проверили на подлинность, автомат щелкнул на запястье синим браслетом, позволяющим брать алкоголь со скидкой, и индикатор на двери загорелся зелёным. Пока шла по коридору к бару и танцполу, быстро синхронизировала браслет с видеофоном, чтобы смотреть меню и расплачиваться в одно прикосновение.
Музыка колотила по ушам, нос щекотал приторный запах цветочных ароматизаторов, внутри оказалось душновато и тесно. Но ничего. Я прошла мимо барной стойки прямиком к танцполу и…
… закружилась.
С каждым движением сбрасывала всю ту гадость, что налипла за последние месяцы: отца, так и не вспомнившего о дочери, мать, с рождения считающую меня обузой, липовую стажировку, искалеченную руку, настоящих врагов и ненастоящих друзей, неразделенную любовь. Всё. Всех. Навсегда.
Завтра я проснусь и буду решать, как жить дальше. Учёба скоро кончится, а значит, мне придётся искать работу. Я понятия не имела, чем хочу заниматься… вернее, имела. Но этот вариант оказался не для меня. Живём дальше. Каждая клеточка тела желала покинуть родительский дом, а значит, нужно будет подумать о переезде.
Но это завтра.
А сегодня – танцуем.
Я безбашенно подпрыгнула и затрясла руками, порывисто повернулась и грудью врезалась в… Ника. Его коктейль любовно облепил моё платье. Торжественное, официальное. Чёрное, мамино, одолженное с нервами и недовольством, обещанное вернуть в целости и сохранности. Мы с блондинчиком удивленно посмотрели друг на друга. «Джентльмен» молчал. Я взяла его бокал, допила остатки, вернула в его беспомощные руки и сказала:
– Невкусно.
И затанцевала дальше.
Хорошо.
Да, знаю, от мамы влетит, но, честно говоря, а когда мне не влетало? Что бы я ни делала, итог всегда один – мама ругается и мне влетает.
Так что – танцуем.
Я встряхнула головой в такт музыке, повернулась в прыжке и едва не налетела на Юргеса снова – на этот раз он успел шарахнуться в сторону. С двумя бокалами. Когда только сбегал за вторым? Блондинчик смотрел на меня, как на пришельца. Спустя столетнюю паузу открыл рот, что-то сказал. Я хмыкнула, продолжив вытворять руками нечто волнообразное, покрутила головой, намекая, что не слышу его.
Ник подступил ближе, протянул коктейль. Я взяла. Бесплатная выпивка? Тут уж без вариантов, всегда «за». Освободившейся рукой Юргес всунул мне маленький наушник в ухо, и парня стало слышно просто отлично. Ну надо же, какие приспособления есть у этих завсегдатаев клубов.
– Ты тут одна? – повторил, судя по всему, вопрос.
– Придумай подкат пооригинальнее, – рассмеялась я.
– Похоже, ты напилась, – поумничал Ник.
Его пролитый на меня напиток – единственное алкогольное, что было на мне и во мне в этот вечер.
– Какой ты наблюдательный, – язвительно отозвалась и продолжила извиваться в непонятных движениях под непонятную музыку. Коктейль поставила на декоративный бортик рядом с VIP-диванами.
Ник больше не сказал ни слова. Отступил. Сначала на шаг, потом на два, а затем вовсе скрылся среди пляшущих студентов.
Наушник не выдержал моих телодвижений и улетел под ноги толпе. Я кружилась и размахивала руками дальше. В конце концов, у меня сессия закрыта!
У меня новая жизнь!
