Текст книги "Девушка моего друга (СИ)"
Автор книги: Анастасия Соловьева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
33
Юля
И вроде бы мечта сбылась. Денис рядом, прикасается ко мне, искренне просит прощения, а я глупо моргаю, открываю и закрываю рот, не в силах сказать что-то путнее. Что-то внутри сопротивляется, не даёт насладиться счастьем. Неужели перегорела за шестнадцать дней? Нет, чувства стали лишь сильнее. Тогда что не так?
Денис пробегает взглядом по моему лицу, останавливается на губах. Наклоняется, чтобы поцеловать, ни секунды не сомневается, что я отвечу. Поддаюсь секундному порыву и отворачиваюсь, прячу лицо на его плече, зажмуриваюсь, не в силах понять саму себя. Сплошной раздрай и смятение чувств.
– Юль? Что не так? – взволнованно спрашивает Денис. – Я слишком поздно попросил прощения?
– Нет. Но ты спешишь. Я не готова так быстро кинуться в твои объятия и забыть о двухнедельном разрыве.
– Что ты предлагаешь? – хмурится Денис. – Вечно вспоминать о расставании, сомневаться и бояться? Опять? Юль, я думал, это уже пройденный этап.
– А я думала, что ты захочешь поговорить со мной без вмешательства Маши. Если бы не она, фиг бы ты что-то осознал и попросил прощения!
Денис вздыхает, качает головой и возвращается к столику. Опирается на него обеими руками, пытается совладать с эмоциями.
– Так мы ни к чему не придём, Юль, – тихо произносит, закрывая глаза. – Я не знаю, как бы поступил, если бы Маша не подстроила эту встречу. Скорее всего, позвонил бы на днях или пришёл в твой магазин. Но есть вероятность, что я постарался бы навсегда вычеркнуть тебя из жизни. Это всё сослагательное наклонение, оно бессмысленно, потому что основано на догадках и предположениях. Надо принять то, что случилось, и жить дальше.
Конечно, Денис прав. До сих пор обидно, что он так легко от меня отказался. Но и ему тяжело: наплевал на принципы, признал свою вину, постарался измениться ради нашего будущего.
– Согласна, – подхожу к нему, накрываю ладонью щеку, покрытую лёгкой щетиной, робко заглядываю в тёмно-серые серьёзные глаза. – Мы оба совершали ошибки, так пусть они остаются в прошлом. Нам надо начать всё с чистого листа.
– Переиграем нашу вторую встречу? – вдруг улыбается Денис. – Никакого ужина с Русланом, никаких откровенных платьев и макияжа. Впервые я увидел тебя в магазине комиксов, спросил о фигурках супергероев. Ты оживилась, размахивала руками, подробно рассказывая мне о Геральте и Йеннифер. Я почти не слушал, лишь наблюдал за тем, как горят твои глаза, как прядь волос падает на лицо, а ты мило смахиваешь её указательным пальцем. Захотел тебя поцеловать, но испугался. Был зашоренным, считал, что у меня не может быть ничего общего с обычной продавщицей. Выскочил на улицу, дожидался такси под дождём, чувствуя, как в груди разливается сожаление. Словно упустил что-то важное.
Денис дотрагивается пальцами до моего лица, очерчивает контур губ, исследует шею и ключицы. Дыхание учащается, от невинных касаний искрится кожа. И нет желания сбежать или оттолкнуть. Сейчас всё правильно, как и должно быть.
– А потом я слышу заливистый смех, – продолжает Денис. – Оборачиваюсь, наблюдаю за тем, как ты кружишься под дождём, стоишь прямо в луже и ни о чём не беспокоишься. Наслаждаешься моментом, жмуришься, когда капли падают на твоё лицо, счастливо улыбаешься. Бредёшь к трамвайной остановке, а возле меня останавливается такси. Момент выбора. Разум или эмоции? Отмахиваюсь от водителя, бегу к тебе, в последнюю секунду успеваю заскочить в трамвай. Ты удивлена, тревожно осматриваешься по сторонам, словно не веришь, что я ищу именно тебя. Хлопаешь ресницами, смущаешься, когда называю своё имя и протягиваю руку. Пожимаешь её, отводишь взгляд. А я несу какую-то чушь о погоде, чтобы ты расслабилась. Вскоре ощущаю, что лёд тронулся. Через двадцать минут, на последней остановке, я наконец приглашаю тебя на свидание.
Денис берёт мою руку, оставляет невесомый поцелуй на тыльной стороне ладони. Вздрагиваю, тянусь к нему, чтобы обнять за шею.
– Юля, ты пойдёшь со мной на свидание?
– Да, – шепчу. От радости приятно кружится голова, на душе больше не скребут кошки.
Слова Дениса, искренность его взгляда, лёгкость касаний и поцелуев очищают душу, уничтожают последние сомнения.
– Прогуляемся? – предлагает Денис, нарушая уютную тишину.
– Да, сегодня чудесная погода. Наступили тёплые весенние ночи, – бегло целую его в щёку, замечаю довольную улыбку, спрятавшуюся в уголках губ, и с трудом отстраняюсь. – Пойдём.
Свежий воздух заполняет лёгкие, когда мы вырываемся на свободу. Денис берёт меня за руку и ведёт к набережной. С моих губ никак не хочет сползать улыбка. За всё время наших отношения я впервые не чувствую вины, тревоги или страха. Не осталось никаких секретов. Пусть так будет всегда.
Ветер щекочет лицо, волосы падают на глаза. Мы у набережной, останавливаемся у самых перил, смотрим на тёмную гладь воды. Денис обнимает меня сзади, кладёт голову на плечо и спрашивает:
– Ты познакомилась с отцом?
– Да! Он чудесный: интеллигентный, мудрый, общительный. Даже через скайп я ощущаю какую-то связь между нами, не родственную, а душевную что ли. То же самое с сестрой и братом. Они такие добрые, весёлые, мы болтаем по полтора часа – и не надоедает, наоборот, хочется узнавать о них ещё больше! Так странно, что мама за двадцать пять лет не смогла меня полюбить, а папа, Таня и Костя за три видеозвонка стали мне близкими и родными людьми. И приняли в семью.
– У нас с Машуней тоже самое. Близость и родственность душ, которую не объяснить словами. Например, к отцу и матери я ничего подобного не чувствую. А сестрёнку полюбил с первого взгляда.
– Кстати, как там Маша? Мы с ней и не поговорили толком.
– Да чудит, как обычно. Недавно повздорила с преподавателем гендерной социологии. Он нёс какую-то чушь о том, что умные мужчины никак не реагируют на женскую сексуальность, видят в представительнице слабого пола сложную личность, а не красивую обёртку. Маша начала спорить, опираясь на свой опыт, доказывала, что парни сначала смотрят на внешность, а потом уже интересуются глубоким внутренним миром девушки. Препод рассмеялся, сказал, что доценты и профессора университета уж точно выше этого, а Маше не повезло с кругом общения.
– И как этот человек умудрился преподавать гендерную социологию? – удивляюсь я. – Что Маша натворила?
– Провела эксперимент. Если лекции вёл мужчина, Маша надевала откровенную одежду, садилась на первую парту и отвлекала преподов от занятия. Снимала их реакцию на телефон, а в конце недели пришла к гуру гендерной социологии и показала ему, как великие умы человечества реагируют на глубокое декольте и короткую юбку. Препод дико взбесился и пожаловался декану факультета. Речь шла об отчислении. Маша, конечно, ничего не сказала родителям, попросила меня о помощи. Декан оказался понятливым мужиком, мы с ним выпили по рюмочке коньяка, посмеялись над придурковатым социологом. Всё закончилось хорошо.
– Маша сумасшедшая. Как ей такие идеи в голову приходят?
– Она любит доказывать свою правоту. А как сестрёнка затащила тебя в ресторан?
– Воспользовалась женской хитростью, – хмыкаю, вспоминая Машины слова про задержку стипендии. – Я легко купилась.
– У неё талант, – усмехается Денис.
Киваю, разглядываю проплывающий мимо корабль с туристами, вспоминаю романтический ужин на крыше. Кажется, что это было в другой жизни.
– Ты не замёрзла? – переживает Денис.
– Нет, давай ещё о чём-то поболтаем.
Мы около часа стоим в обнимку, смотрим на реку и разговариваем. Постепенно ветер пробирается под одежду, становится холодно, да и время не на нашей стороне – завтра возвращаться в бренный мир работы и суеты. Денис вызывает такси, провожает меня до подъезда.
– Ты просила не спешить, поэтому даже не надейся на поцелуй! – самодовольно улыбается он.
– Не сильно-то и хотелось! – громко фыркаю. – Сам страдай, мне и так нормально.
– Вот же язва!
Денис резко притягивает меня, проводит языком по чувствительной шее, сжимает ягодицы. Сразу таю в его руках, всхлипываю от полузабытых ощущений. Нежный поцелуй в висок и волосы – и ощущение холода во всём теле. Денис отходит на целый метр, склоняет голову набок и усмехается:
– Спокойной ночи, Юля.
– Иди уже. Не дразни меня больше, – неудовлетворённо бормочу, пока достаю ключи из кармана.
Пальцы Дениса обхватывают мой подбородок, крепкий поцелуй распаляет жар в груди, беглое прикосновения языка отзывается дрожью в кончиках пальцев. Безумие длится секунды и резко прекращается.
– Невозможно от тебя оторваться, – Денис тяжело вздыхает, хрипло смеётся. – Я позвоню, Юль.
– Буду по тебе скучать, – машу ему рукой на прощание и захожу в подъезд.
Теперь я уверена, что мы справимся. Перепишем нашу историю.
34
Денис
– Не хочешь меня поблагодарить? – Маша кружит по комнате, хлопает в ладоши, иногда поглядывает на часы в ожидании курьера. – Я же умница, так всё здорово придумала! Ну Денька, ты чего насупился?
– Да вот, звонили из деканата. Опять. Машунь, кто на этот раз стал жертвой твоих экспериментов? – сурово смотрю на сестру, но она никак не реагирует на мои обвинительные взгляды. Бесполезно строить серьёзную мину, мне скорее любопытно, на что ещё хватило её фантазии.
– Да ерунда, – беспечно машет рукой, подбегает к лоджии и высовывает голову в открытое окно. – Где же курьер? Я жрать хочу! Принесите еду голодной студентке!
– Вряд ли ты его заметишь с двенадцатого этажа.
– А у меня зрение отличное, ещё как увижу, – смеётся Маша. – Ладно, так и быть, признаюсь: я просто играла в карты с однокурсниками, а какой-то вредный препод на меня настучал. Оказывается, в университете запрещены азартные игры, только вот нигде это не прописано. Я специально весь сайт прошерстила, приказы нудные читала, но так ничего и не нашла.
– Маш, ну какие карты? Зачем?
– Мы с пацанами играли на желание. Я почти победила! Хотела заставить их станцевать стриптиз, но тут зоркий Николай Васильевич всё испортил.
– Сколько раз тебя уже хотели исключить из универа?
– Пять? Семь? Хрен знает, я не считаю, – Маша снова выглядывает в окно. – Там чувак с оранжевой сумкой за спиной, наверное, курьер. Моя лапша с морепродуктами уже близко!
В домофон звонят. Вздыхаю, потому что сестрёнка снова оказалась права. Впускаю курьера, забираю у него пакеты с едой.
– Видишь, я глазастая! – с гордостью произносит Маша.
Мы усаживаемся за стол и налетаем на еду. Сегодня я взял выходной, чтобы провести день с близкими людьми. Давно мы с сестрёнкой не устраивали длительные посиделки на лоджии. Она без устали рассказывает про универ и тусы с друзьями, я с удовольствием слушаю её молодёжный трёп. Порой ловлю себя на мысли, что мне нравится быть взрослым и рассудительным. Никаких страстей до полусмерти, чувств на разрыв аорты, глупых споров и чудачеств, которые могут здорово повлиять на будущее. И максимализм не зашкаливает, от эмоций не сносит башку, когда готов и в окно на пятый этаж лезть, и в леденящую воду прыгать без доли сомнений.
Я ничего подобного не вытворял, но Машу можно назвать оторвой. Берёт от жизни всё. Хорошо, что мозги умеет включать, хотя я всё равно за неё волнуюсь.
– Спасибо, Маш, – дожидаюсь, когда она закончит историю, и произношу слова благодарности. – Ты наставила своего братца на путь истинный. Мы с Юлей решили начать всё с чистого листа.
– Поздравляю! – визжит сестрёнка. – Даже такого остолопа, как ты, можно исправить. Я всегда это знала!
– А тебя исправить можно?
– Неа, ни за что на свете! – ржёт Маша. – Я хочу до старости отрываться, буянить и шокировать своими выходками окружающих. Никаких привязанностей, только свобода и вечный драйв.
– Я с тобой точно седым стану, – недовольно качаю головой.
– Лучше лысым! Тебе пойдёт, не сомневайся. Будешь, как Брюс Уиллис, сверкать харизмой и лысой черепушкой.
– Не завидую бедолаге, который в тебя влюбится.
– Почему? Я могу быть милой, только длится это недолго, – Маша тянется за палочками и рассматривает заказанные роллы с тунцом. – А вообще, День, ты почувствовал себя менее свободным, когда начал встречаться с Юлей?
– Да. Она сразу поселилась в моих мыслях, снах, мечтах. Какая уж тут свобода? – улыбаюсь, вспоминая Юлю. – Но знаешь, я никогда не чувствовал себя настолько счастливым и наполненным жизнью. До встречи с ней всё было пресным и пустым, так что не вижу ничего ужасного в потере свободы.
– Не все так могут, Денька. Для меня свобода важнее всего, – Маша криво улыбается и внезапно спрашивает: – А что с Русланом?
– Ничего, – настроение сразу портится.
– Жаль. Он хороший друг. Манипулятор, конечно, и тот ещё засранец, но благодаря нему твоя жизнь изменилась в лучшую сторону.
Маша поджимает губы, убирает пустые тарелки со стола и меняет тему. Но её слова продолжают звучать в голове.
Не так я представлял этот вечер. До встречи с Юлей осталось пару часов, но я сосредоточен на другом. Снова эта грёбаная переоценка ценностей и желание исправить ошибки. Будто трубу какую-то прорвало – и я начал задумываться о своих поступках, рассматривать ситуацию с разных сторон, находить подводные камни и мучаться от противоречивых мыслей. Оказывается, любовь способна менять и облагораживать даже таких, как я.
Беру телефон, вслушиваюсь в долгие гудки, договариваюсь о встрече. Пишу Юле, что соскучился и с нетерпением жду нашего свидания, а сам направляюсь в парк. Останавливаюсь на пешеходном мосту, разглядываю двух лебедей, плывущих по озеру. Мы с Русланом часто здесь зависали: брали в аренду ролики и мчались наперегонки по неровному асфальту. Азарт, кипящий в крови, ветер в ушах и пьянящее чувство свободы – вот, с чем у меня ассоциируются студенческие годы. Но почему в двадцать девять нельзя ловить такой же кайф от жизни?
– Решил меня с моста сбросить? – Руслан останавливается рядом и по-доброму улыбается.
– Признаюсь, возникала такая мыслишка, – поддерживаю его насмешливую манеру общения.
Я рад видеть Руслана. Своего бывшего лучшего друга, который осознанно пошёл на обман, чтобы помочь мне. Знал обо всех моих заморочках и принципах, но всё равно рискнул. Спокойно принял наши отношения с Юлей, в которую он влюблён уже не первый год. Не дал сдачи, когда я слетел с катушек и ударил его.
Так поступают настоящие друзья. И чёртовы гении манипуляции.
– Рус, я хотел сказать…
– Да знаю я всё. Обойдёмся без сопливых речей, – усмехается Руслан.
Мы синхронно смеёмся. С мужиками всегда проще – им не нужны ванильные слова, извинения, душевный стриптиз. И так ясно, почему я предложил встретиться в нашем парке.
– Ну что, тряхнём стариной? – предлагаю. – Возьмём ролики напрокат?
– А давай, – мгновенно соглашается Руслан.
Мы катаемся целый час. Снова наперегонки, как десять лет назад. И солнце слепит глаза, и адреналин заставляет мчать всё быстрее и быстрее.
Когда начинает темнеть, мы с Русланом возвращаем ролики и пешком идём по улице. Я как раз успеваю на свидание.
– Признайся, ты изначально догадывался, что мне понравится Юля? – задаю вопрос, который не даёт мне покоя уже которую неделю.
– Возможно. Хотел, чтобы два дорогих мне человека были счастливы. И решил вас познакомить. Только сразу понял, что ты не заинтересуешься обычной девчонкой из магазина комиксов. Когда мы с Юлей обсуждали фиктивные отношения, пазл сошёлся. Я решил убить двух зайцев одним махом и вытащить вас обоих из болота. Как видишь, всё получилось.
– Ты случайно не родственник доктора Хауса или Шерлока? Слишком уж гениальный план.
– Я просто хорошо разбираюсь в людях, – хмыкает Руслан. – Цени Юлю, она прекрасная девушка.
– Знаю. Я люблю её, – странно, Юле признаться боюсь, но другу легко говорю о своих чувствах.
Руслан грустно улыбается, хлопает меня по плечу.
– Пойду я, друг любезный, – отвечаю на его крепкое рукопожатие. – У меня назначена встреча с красивой, но тупой секретаршей, не хочу опаздывать.
Он уходит, а я задумываюсь о тотальной несправедливости. Руслан любил Юлю, во всём её поддерживал, но так и остался всего лишь другом. А я напал на неё с обвинениями, предложил трахнуться за деньги, довёл до панической атаки, но в итоге влюбился. И Юля ответила мне взаимностью.
Какова мораль сей басни? Да нет её. Жизнь непредсказуема, и больше я не собираюсь строить сухие теории, придерживаться тупых принципов и однобоко смотреть на мир. Люди всё же могут измениться, если сами этого захотят.
Звоню Юле и прошу её подойти к набережной. Пора включить режим романтика.
35
Юля
Я ничего не ожидаю от предстоящего свидания. Не обязан же Денис всегда быть романтичным и заботливым. Скорее всего, мы просто поужинаем в каком-нибудь пафосном ресторане, поговорим о жизни, выпьем вина. И, надеюсь, перед прощанием будем долго целоваться. Мне так этого не хватает! Хочу забить на нашу договоренность и напроситься к Денису домой. Чувствую себя озабоченной. В моих развратных фантазиях мы не только целуемся, но и трахаемся всю ночь напролёт.
А когда-то всерьёз считала, что женщинам секс не нужен. Смешно об этом вспоминать.
Замечаю Дениса. Одетый в чёрную рубашку и брюки, он выглядит потрясающе. Словно сошёл с обложки бизнес-журнала. Ослепительно улыбается, доводит до головокружения одним только взглядом. И этот успешный красивый мужчина встречается со мной. Когда я перестану удивляться?
– Привет, – Денис целует меня в щёку. – Давно ждёшь?
– Пять минут.
– Прости, задержался немного. Мы с Русланом на роликах катались.
– Серьёзно?
– Ага, этот манипулятор меня два раза обогнал.
Денис сжимает мою ладонь и ведёт за собой. Пока я перевариваю информацию, мы успеваем подойти к симпатичной белой яхте.
– Нас ждёт романтическая прогулка по Днепру с видами на вечерний город. Согласна ли ты отправиться со мной в небольшое путешествие? – торжественно-официальным тоном спрашивает он.
– Да! Ни разу не каталась на яхте.
Нас приветствует мужчина лет сорока, рассказывает о технике безопасности, приносит два тёплых пледа. Усаживаемся на палубу, и яхта отправляется в путь. Сразу же прохладный ветер обдувает лицо, пол под ногами трясётся, я от неожиданности чуть не теряю равновесие и хватаюсь за Дениса.
– Скоро привыкнешь к новым ощущениям, – двусмысленно улыбается он. – Подожди пару минут.
Тянется к своему рюкзаку, достаёт большой киндер-сюрприз и с лукавой ухмылкой протягивает мне
– Откуда ты знаешь о моей любви к киндерам? – тут же выхватываю любимое лакомство из его рук, нетерпеливо сдираю обёртку, чтобы быстрее добраться до жёлтой капсулы.
– Твоя комната завалена мелкими игрушками, а на кухне я пару раз видел недоеденные киндеры. Легко догадаться, что ты от них фанатеешь.
– Какой ты наблюдательный. Чёрт, это так мило, – разламываю шоколадное яйцо и вглядываюсь в странную игрушку. – Скажи, что я не сошла с ума? Это же они?
– Да.
Бросаюсь в его объятия и много-много раз целую в щёку. Из глаз катятся слёзы счастья, тряска под ногами отходит на второй план. Даже забываю, что мы на яхте, качаемся на волнах холодной реки, а где-то рядом за нами наблюдает посторонний человек.
– Я хотел встретиться с тобой ещё два дня назад, но мастер не успевал с фигурками, пришлось ждать, – объясняет Денис.
После нашего перемирия я скинула ему первый законченный рисунок, созданный в графическом редакторе. Изобразила девушку-воительницу с кинжалом в руках и мужчину, облаченного в чёрные доспехи. И сейчас я разглядываю их уменьшенные копии. Прижимаю фигурки к сердцу.
– Они прекрасны, – произношу, нелепо шмыгая носом.
– С твоим рисунком, конечно, не сравнятся, но выполнено неплохо.
Денис осторожно прикасается ко мне, вытирает слёзы с лица, целует в лоб. От нежности момента замирает сердце, а внутри взрываются фейерверки.
– Мы так всю красоту пропустим, – он крепко обнимает меня за плечи и указывает пальцем в сторону центрального моста. Что-то говорит о ночном городе, о фонарях и танцующих фонтанах, а я зачарованно смотрю на звёзды и сжимаю в руке воительницу и рыцаря. – Перекусим? – возвращаюсь в реальность, услышав неожиданный вопрос.
– Тут есть еда?
– Я захватил бутерброды, которые сам делал, – ухмыляется Денис. – Ещё взял красное вино. Будешь?
– Конечно! Наливай скорее.
Мы сидим в обнимку, пьём терпкое вино и наблюдаем, как за поворотом исчезают мосты и высотки, как полная луна освещает мерную гладь воды, как одинокий теплоход проплывает где-то вдали. Простые бутеры с колбасой и сыром утоляют голод, от терпкого алкоголя туманится голова, а тёплое дыхание Дениса щекочет кожу, дрожью отзывается в теле.
– Я так счастлива сейчас. И безумно рада, что вы с Русланом помирились.
– Как же не помириться с другом своей девушки, – иронично замечает Денис.
– Ты не будешь к нему ревновать?
– Я уже ревную. Но постараюсь держать себя в руках.
– Вряд ли мы с Русом будем часто видеться. Он сказал, что ему нужно время. Собирается взять отпуск и свалить в Европу на пару недель, чтобы побыть в одиночестве.
– Мудрое решение. Может, нам тоже куда-нибудь съездить? Я задолбался работать, пора отдохнуть от вечного офиса, сделок, бизнес-встреч, совещаний. В Питер не хочешь слетать?
Я кусаю губы, обдумывая его предложения. Сестра уже приглашала в гости, да и папа намекал, что хочет увидеть меня вживую, а не на экране ноутбука. Я отнекивалась, бормотала что-то про вечную занятость и отсутствие денег. На самом деле мне страшно. Вдруг в реальности мы не найдём общий язык с отцом? Глупости, конечно, сама знаю, что это отговорки уровня детского сада, но продолжаю себя накручивать. Когда-нибудь потом обязательно отправлюсь в Питер, а сейчас зачем торопиться?
Но если со мной полетит Денис, я преодолею последние крупицы сомнений. Он умеет подбодрить, каждым поступком доказывает, что верит в мои силы.
– Хочу. Когда летим? – жмурюсь и вдыхаю хвойно-цитрусовый запах его одеколона.
– Мне понадобится ещё пару недель, чтобы уладить важные дела. Потом дней пять-семь я буду полностью в твоём распоряжении.
– Мы не будем вылезать из кровати?
– На что ты намекаешь? – с характерной хрипотцой спрашивает Денис.
– Да так, соскучилась по тебе очень. Разве секс на первом свидании – это плохо? Мы же в двадцать первом веке живём, – невинно хлопаю ресницами, ловлю на себе потемневший взгляд Дениса и радостно смеюсь. Попался.
– Ты осознаешь, что нам ещё как минимум полчаса торчать на этой яхте?
– Молодой человек, держите себя в руках! – хихикаю, когда его горячая ладонь поднимается выше и будто случайно касается груди. – Мы тут не одни.
– Ты сводишь меня с ума, – вздыхает Денис, но руку всё равно не убирает.
Я поворачиваю голову и нахожу его губы. Целую медленно, дразню игривыми касаниями языка, кусаю и облизываю. Мне нравится эта игра на грани. Где-то рядом незнакомец управляет яхтой, а мы с Денисом сидим вдали от него и целуемся до жара в груди. Есть что-то запретное в этих действиях. Даже если на нас не смотрят, всё равно кажется, что мы занимаемся чем-то неприличным. Так уже было в родном городе, когда я повисла на Денисе и целовала его на глазах у местных сплетниц.
Благодаря нему я становлюсь раскованнее и смелее. Не собираюсь прерывать поцелуй, только прижимаюсь теснее и запускаю руку под его рубашку, обвожу пальцем кубики пресса. Нам нравится друг друга дразнить, распалять до предела, предвкушать ночь страсти и любви.
В какой-то момент мы останавливаемся. Соприкасаемся лбами, улыбаемся. Нам некуда спешить, до рассвета ещё далеко. Допиваю прохладное вино, кладу голову на плечо Дениса и любуюсь россыпью звёзд на бесконечном небе.
– Я люблю тебя, – тихо произносит Денис.
Звёзды расплываются перед глазами. Губы пересыхают, сердце предательски сжимается от нахлынувших чувств, душа взлетает на седьмое небо. Мне не послышалось, он действительно признался в любви. Обвиваю его шею, заглядываю в дымчато-серые горящие глаза и шепчу снова и снова:
– Я тоже тебя люблю.
