Текст книги "Кровавый восход (СИ)"

Автор книги: Анастасия Морготта

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 21 страниц)

Заглянув в кроватки, я едва сдержала шок: дети лежали с открытыми глазами и не двигались, как дорогие фарфоровые куклы. Ужас пробрался ко мне в сердце, останавливая его от страха. На уголках синих губ была видна белая слюна, а глаза казались стеклянными. Они были мертвы. Я протянула руку к одеяльцу, сбоку от которого была вышивка. Развернув ткань, трясшимися руками прошлась по надписи: «Нора Дарм». У одеяла у второго ребенка тоже нашла вышивку: «Криенна Дарм».

. Я поникла рядом с кроватками, держась за плечи. Силы покинули тело. Дышать было тяжело от запаха. Со стороны кровати виднелось пятно крови. Подойти ближе не могла. Меня трясло от увиденного.

Кара, стоявшая все время позади, подошла к столу и взяла одно из писем, без проблем открыв его. Шуршание смявшейся бумаги заставило скрутиться сильнее. Это место не могло быть таким. Представить невозможно, что дом, в котором я росла, был местом страданий и мук.

Демоница медленно прокралась ближе и протянула бумажку. Я трясущимися руками взяла лист и прошлась глазами по строчкам. Почерк был настолько расторопный и кривой, что большинство слов не были читабельны.

«Ты не найдешь меня. И их тоже. Не сможешь лишить самого ценного. Я чувствую, когда ты рядом, а когда далеко от меня. Я лучше умру, чем отдам тебе своих детей. Когда ты объявишься, я сделаю все, чтобы сам Диавол отправил тебя на растерзание отбросам.»

Мама… Только она говорила о Диаволе, как о боге-хранителе демонских лесов.

– Что это значит? – я уставилась на демоницу с непониманием.

Кара щелкнула пальцами и письмо сгорело в моих руках, не оставляя следов.

– Зачем ты это сделала… Ты... ты говорила здесь нет магии.

– Письмо было написано сквозь темную материю, для кого-то из вне. Я могу на него влиять.

Я свела брови. Половина слов не понятна, так еще и магия замешана.

– Можно объяснить попроще и для человека, который не знает, что такое магия.

– Не сейчас, времени мало. Смотри…

Демоница кивнула в сторону едва раскрытого окна, где я увидела родителей в свете фонаря, а вместе с ними была гувернантка. Отец вел маму под руку.

– Госпожа, ну зачем вы с собой так? Яд пить – грех, вас на суде высшем не примут в острог.

– Твои нравоучения не спасут меня, а яд мог бы. – мама с ненавистью посмотрела на гувернантку.

Кара положила мне руки на плечи. Время пошло быстрее и за пару мгновений, гувернантка была уже в комнате и проливала слезы у колыбелек. Мама улыбнулась.

– Хоть они спасены.

И вновь крик, терзающий тело и душу, туман в голове от слов. Отец стоял в стороне и смотрел безжизненным взглядом. У него не было надежды на лучшее. Он уже понял, что произошло.

Кара наклонилась ко мне и на ухо зашептала, приглушая сторонние звуки:

– Еще совсем немного.

Все мутью начало рассыпаться и расползаться. Последнее что осталась в памяти – крики и плачь. Но больно не было, как в те разы. Я начала привыкать к этим кошмарам. Или просто смирилась.

Тело наконец расслабилось. Я почувствовала тепло и тишину. А еще запах миндаля и шоколада. Глаза сковала усталость. Сон, который наступал на меня, был настоящим, но тогда, что было только что?

Глава 20. Гнев и милость

Нежная тишина и близкая сердцу темнота царили в душе. Я знала, что это был просто сон, но Всевышний, как же было сладко находиться в этом спокойствие. Особенно после кошмаров, которые сопровождались появлением Кары.

Но сон не мог длиться вечно. Со всех сторон начали доноситься хлопки и шаги, сотрясающие мой мир. Мрак улетучивался, уступая место свету, а небольшой скрип прибавил звона в ушах.

Я проснулась. Яркий свет ударил в глаза, заставив крепко их зажмурить, но это не помогало. Я просто решила натянуть одеяло повыше, но рядом его не оказалось. Это странно. Пришлось найти силы и снова попытаться проснуться. Только словно гром в небе в голове пронеслось: как под балахид проникли лучи солнца?

Открыв глаза, передо мной предстала картина – огонь в камине, письменный стол, несколько стеллажей с книгами, шкаф, скорее всего с одеждой, и громадный диван, на котором я сейчас лежала. Воспоминания вернули меня в прошлый вечер, когда я под дурманом молила Кайроса выпустить меня из комнаты.

Помещение смутно напоминало кабинет в генеральском крыле, но здесь было все по-другому, более родным, если так, можно сказать. Двери со скрипом открылись и Лель вбежала внутрь с подносом в руках.

– Фух, я думала мне показалось – Эллея выглядела запыхавшейся, а ворот ее платья был в чем-то измазан. – Как ты себя чувствуешь?

– Нормально… а где я нахожусь?

– Смежная комната с покоями правителя.

Девушка постучала кулаком по боковой стороне комнаты. Я уставилась на стену и положила голову на колени. Слишком сильная боль пронзила все тело, даже вески закрутило. Но в сознание оставалось слишком много непонятного, и давать волю слабости я не хотела.

– А Кайрос где?

Брови девушки взлетели вверх.

– Его величество во дворце где-то, наверное. Скоро бал будет, слишком много дел у всех. Меня и то освободили только до обеда, а то рук не хватает. – Лель протянула мне чашку, которую держала все время на подносе. – Вот, выпей, легче станет.

Я переняла чашку из рук, но не торопилась пробовать напиток. От него исходил небольшой пар, а запах напоминал травянистые луга в стороне западных земель. Сделав глоток, я поежилась. На языке заиграла неприятная горечь, медленно сменяющаяся медовой сладостью.

– Что это?

– Полынь и ложка меда со свекольным соком. Восстанавливает силы.

Сморщив лицо, отставила сосуд на стол. Этот привкус останется со мной до конца дня.

– Почему ты больше вчера не заходила?

Мои вопросы видимо по новой рождали интерес у подруги. Даже глаза округлились.

– Утром я заходила, обед хотела принести, но по пути ситуация странная возникла, в общем я попросила, чтобы еду заменили, а сама торопилась в башню. Перед ужином, я даже дойти не смогла. Весь коридор в каток превратился, причем странный щит дальше меня не пропускал. Кстати…

Лель сунула руку в секретный кармашек внутри платья и достала кусочек замерзшей виноградной лозы.

– Впечатляет?

– Да, если бы я еще понимала, что это.

– Ай, ты же не знаешь. – махнула она на меня рукой.

Подруга присела на край кровати и щелкнула пальцами. Лоза вспыхнула сиреневым пламенем, как то, что было в камине, когда Кара овладела моим рассудком.

– Как ты это сделала?

Она снова щелкнула и пламя потухло.

– Магическая память. Видела, как горит? Теперь возник вопрос, чьи силы способны на такое. Ладно бы просто растение горело, а оно еще и в замерзшем состоянии на это способно.

Мне не хотелось говорить, но возможно то были силы Кары. Лель не утаила бы от меня, а я скрою эту тайну. Не стоит ей знать, что за хаос был здесь вчера.

– А это не могла быть сила правителя?

– В том то и дело, что нет. Его величество владеет закоренелым льдом. С его родословной, магия пламени – достижение невозможного. Даже его мать льдом владела, а тут огонь.

– А разве фаворитки правителя могу владеть силой, в разы превышающей его собственную? Просто странно, что правителю досталась бы слабейшая из сил рода.

– По закону нет. – Лель поправила, заколотые сзади в хвост, волосы. – Но и мать Севера не была фавориткой правителя.

Я устало вздохнула и вновь опустила голову

– А можешь поподробнее рассказать?

Девушка отрицательно покачала головой.

– То было около ста лет назад. Моя прабабушка еще была жива, а меня и в помине не было. А слухи во дворце давно переросли в небылицы и сказки. Если узнавать правду, только у правителя. Тем более, как я заметила, вы с ним в хороших отношениях.

Н-да, в хороших. Либо кричим друг на друга, либо спорим. И почему мне надо лично у Кайроса все узнавать. Кто знает, может быть небылицами я тоже была довольно. Да ладно, кого я обманываю, небылицы бы создали громадное количество проблем и не факт, что даже на половину утолили бы жажду вопросов.

В основные двери комнаты раздался стук. Лель расторопно встала с кровати и повернула ключ в замке, открыв, тем самым, двери для нежданного гостя. Даян ловко проскользнул в помещение, внося с собой футляр с одеждой и накидкой сверху.

– Доброе утро, Леди Дарм.

Даян был одет в обычную одежду, но что-то выпирало из внутреннего нагрудного кармана. Он повесил все вещи в шкаф и подошел к Лель, робко поцеловав в щеку.

– Я тебя по всему дворцу искал…

От такого поворота события я открыла рот и с самым сильным удивлением в моем арсенале эмоций уставилась на влюбленную парочку.

Даян достал из внутреннего кармана кавалеристского мундира продолговатый футляр с обивкой из бархата и вручил девушке.

– Это для хранитеницы моего сердца. – он поцеловал тыльную сторону руки девушки, наблюдая за ее реакцией от получения подарка.

Лель открыла его и достала красивое серебряное колье с драгоценными камнями. Недолгий вздох со словами «О Всевышний, оно великолепно» и они уже обнимались.

Что бы хоть как-то напомнить о своем присутствии я негромко покашляла. Мой жест остался без внимания. Был еще вариант привлечь внимание подруги, но опробовать его я не успела. Через приоткрытую дверь в помещение вошел и сам его владелец. Заметив парочку он, недолго думая, облокотился о косяк.

– Извините, что вмешиваюсь в ваше личное пространство, но мы вам не мешаем?

Между Лель и Даяном словно молния ударила. Они оторвались друг от друга и отошли на два шага, создавая немалое расстояние. Девушка судорожно начала поправлять волосы и платье, а мужчина отводил взгляд куда угодно, но не в сторону Кайроса.

– Что же, приятно видеть, что мои слова не пустой звук. Доброе утро, Леди Дарм. Я хотел справиться о вашем самочувствии. Однако, возникли буквально пару моментов…

Правитель сделал паузу, но никто не спешил ему возразить или начать оправдываться. Даже мне под этим взглядом и тоном становилось не по себе. Постоять, конечно, хотелось за подругу, но спорить сейчас было бессмысленно, но попробовать очень хотелось. Надо же понять, чего они в нем так бояться. Ну взрослый мужчина, способный убить взглядом и имеющий в управлении все территории севера и власть над положением. Да и врать самой себе не стоило, захотелось его позлить. Сама вроде и понимала, что будет, но некая игривость оставалась со мной до конца.

– Господин Росс, не стоит отчитывать молодых за любовь, вам ли не знать этого. Или и впрямь не знать?

Вот теперь точно конец. Лица Эллеи и Даяна побледнели и стали похожи на снег во дворе. Взгляд Кайроса теперь принадлежал моей персоне и стал переливаться из зеленого в голубой. Возникший в помещении холод стал покалывать кончики пальцев. Время застыло.

Даян завел Лель за спину и закрыл собой. Он был повернут не только к правителю, но и ко мне тоже. Видимо я сказала слишком много лишнего, но улыбка начала озарять мое лицо.

– Леди Дарм, вам стоит принести извинения в адрес Его величества. – В голосе юноши проносился страх и волнение. Лель прикрыла рот руками, чтобы не закричать.

Правитель закрыл глаза и сдавил виски, медленно оседая на пол. Я смотрела на него, с непонятной улыбкой на губах, а после в голову ударила боль, только в разы сильнее. Я схватилась за затылок и скрутилась, пытаясь как можно сильнее заземлиться. Весь восторг от встречи пропал, как и желание продолжать разговор.

Кайрос через силу начал говорить, едва не задыхаясь. Я посмотрела на него. На уголке губ правителя красовалась свежая кровь, а глаза стали морозно-белыми.

– Даян…. Клаудию сюда…, срочно! – выкрикнул он юноше, что тот помчался в сторону двери.

Во рту появился вкус крови. По щекам потекли слезы. Лель помогла встать Кайросу и, доведя до кровати, усадила на край. Дальше соображать уже сил не было. Перед глазами только были перебежки и несвязный бред. Я так и не могла понять, что происходит. Зато почувствовала, как Кайрос в порыве боли взял меня за руку и крепко сжал. Это на момент отвлекло меня от боли и бреда, при чем не меня одну. Правитель резко открыл глаза и посмотрел на наши руки. Лель тоже заострила на этом внимание. Но спокойствие воцарилось ненадолго. Боль вернулась в троекратном размере, и я чуть не потеряла сознание, увидев перед глазами звездочки.

Спустя время в комнату ворвался запыхавшийся Даян и женщина. Опять несвязный бред и непонятные слова. А потом я увидела молнии в помещение и Кару с Ирибисом, которые кричали, яро жестикулируя в сторону друг друга. Женщина встала между ними и растолкнула в стороны. Невидимая буря прекратилась и боль тоже. Рассудок снова был ясен, как день.

Вдруг вошедшая стала говорить на неизвестном и ломаном имперском языке, ворочая головой из одной стороны в другую. Ее оба глаза были белыми и без зрачков. Внушаемо. Ее не то что маги, даже демоны испугаются. Через некоторое время радужки вернулись, и она уже посмотрела на нас.

– Так, вы двое, на выход, это личный разговор.

Эллея и Даян поклонились, и скрылись за смежной дверью. Теперь взгляд вошедшей точно был только наш.

– Вы совсем дураки? Ладно я понимаю она дура, не знает ничего, но ты, правитель севера, которому скоро век исполниться. Ты то чем думал? Я вроде четко сказала – комната с магическими щитами и замками, и чтобы ни одной живой души, способной сломить эти барьеры. И что я вижу? Что она у тебя в комнате проживает? Ты, когда умнее меня стать успел, а? – Громкий тон бил по ушам, создавая безликий звон.

– Клаудия, не переходи грань.

– Не перейду, так в следующий раз вас в одной кровати мертвыми найду? Если девушка нравиться, женись и живи, как нормальный человек, в своих покоях, незачем ее к себе таскать, чтобы прелюбодеянием заниматься. Или тебе не девяносто с лишним, а тридцатка еще не стукнула?

От слов женщины я зарделась. Щеки обдало жаром, и чтобы скрыть наверняка видимый румянец пришлось приложить тыльную сторону ладони.

– Клаудия, достаточно, ей было плохо в комнате, мне пришлось ее перенести сюда.

Женщина возмущенно вздернула руки и уперлась ими в бока, показывая все свое недовольство.

– Ты глаза ее видел? Видел. Силу чувствовал? Чувствовал. Ты же понимаешь, что демон внутри нее настолько сильный, что способен магию призывать, а не только усиливать. Демонице этой и было выгодно то, что ты ее вывел. Здесь хорошо, ни барьеров, ни щитов. Полигон для борьбы.

Было очень неловко сидеть здесь. И виноваты ведь даже были не мы, ну если только капельку. Всевышний, мне так стыдно было только однажды, когда я у соседской усадьбы повыбивала все стекла. Соседка меня так отчитала, что дома я появилась только к вечеру, и молилась чтобы брат меня не отправил к тетке на перевоспитание. Благо тогда все обошлось.

– Значит так, лебеди мои, если вы порознь жить не можете, тогда хоть за сто тирмеров чувствовать друг друга будете. – Она вскинула руку к потолку, создав на нем изморозь в виде цветов. Кайрос уставился на нее с безразличным взглядом, а до меня все никак дойти не могло, каким образом Кайрос будет связан со мной.

– Если тебе на старости лет заняться нечем, то я могу организовать поездку в поместье Вэйнорд. Поверь моей памяти, там тебя давно ждут.

– Еще чего, чтобы ты и темная без голов остались?

– Ну ты же лезешь туда, куда не стоит. Отец может и давал знать о тебе, но это не значит, что каждый из Пяти будет стоять за тебя стеной.

– Вот как значит ты благодаришь меня за мою службу.

– В том и дело, что это благодарность, а не наказание, не понимаю, что ты так нервничаешь…

Кайрос бессовестно улыбался и смотрел на Клаудию. То, что я была здесь лишней было вроде и понятно, но с другой стороны, правитель до сих пор держал мою руку, уже и не обращая на это внимания.

Женщина порылась в навязанном на платье мешочке и вытянула оттуда два камня в форме магической печати.

– Так, демоны ваши, скоро двор разнесут своим присутствием. Вот, артефакты освободят вас от них на время. Пускай решат все подальше от сюда. По истечению времени печати треснут и твари вернутся обратно. Ну вы это точно почувствуете. И еще, темная, я жду тебя после завтрашнего дня в своей башне. Если у тебя, возникает паранойя, когда она не в комнате, то идешь вместе с ней, понял?

Мы одновременно кивнули, даже не понимая, чему дали согласие. Женщина стукнула каблуком об пол и испарилась. Кайрос тяжело выдохнул и прикрыл глаза свободной рукой.

– Все в порядке?

Правитель посмотрел на меня, а потом на сцепленные руки и неловко отпустил.

– Извини… не заметил даже.

Его перебежка с «ты» на «вы» снова дала о себе знать. Раньше это было странно, как и сейчас. Мужчина немного покрутил печати в руках, а потом протянул мне одну из них.

– Она будет работать, когда коснется огня.

Кротко кивнув я убрала артефакт на стол.

Кайрос усмехнулся и кротко покачал головой, слегка прикусив и отпустив нижнюю губу.

– Черт возьми, надо щиты новые поставить на комнаты. – Кайросу в моменте стало не до меня. Он без пояснений встал и покинул комнату, захлопнув за собой дверь.

Внутри появилась пустота. Может она и так там была, просто не такая отчетливая. Почему молчанка правителя тек сильно била по душе. Терзала и изматывала, и причем только меня. А ему было все равно. Есть я или нет, кому какая разница. Умру и поделом. Если только брат волноваться будет.

Как же я давно не видела его. Сижу здесь, как в клетке, не понятно зачем и с каким умыслом. Лучше бы в темнице время проводила. Там хотя бы понятно стало, что меня ждет.

Противные слезы скопились в уголках глаз. Я не должна плакать, только не из-за него. Чем он заслужил мои слезы?

В дверь донесся стук. Лель с виноватым взглядом вошла внутрь, быстро приблизилась ко мне и обняла. Тихо и без слов. На миг показалось, что это новая иллюзия, но тепло тела девушки дало о себе знать.

– Даже не спросишь, почему я плачу?

– Если только ты сама не захочешь мне рассказать.

А хотела ли я? Наверное, да. Иначе не стала бы спрашивать.

– Неужели Кайрос со всеми так? Или только я для него как пустое место?

– Ну что ты такое говоришь. Да и почему ты вообще берешь это во внимание? Эрин, ты что влюбилась в величество Севера?

Мой ответ не прозвучал. Я просто пожала плечами.

– Ты хочешь, чтобы он обратил на тебя внимание?

Я неуверенно кивнула, шмыгнув носом.

– А ты хочешь, чтобы только он обращал на тебя внимание или другие тоже?

Хочу ли я этого? Его игра в молчанку слишком сильно выбивала из колеи. Я не могла сосредоточиться на собственных мыслях. Но вспоминая его прикосновения и мои острые слова в его сторону, в голове проносилось, а точно ли Кара говорила за меня тогда или может она просто усиливала мои эмоции, а все сказанное в его сторону, было только моей инициативой? А ведь я пыталась задеть его, лишь бы увидеть реальность эмоций.

– Как глаза загорелись, при одном смешанном вопросе. Слушай, тебе надо это все переварить. Отвлекись пока, а потом для себя решишь, что чувствуешь к нему.

Напрашивались домыслы, откуда девушка, при службе во дворце, так хорошо может понимать, что именно я чувствую. Или у нее был подобный опыт? Наверняка не я одна такая дура, которая замечталась на холодного правителя северных земель.

– С каких пор ты так хорошо стала разбираться в любви? И что у вас с Даяном за концерт здесь был?

Лель поправила уже чистый ворот платья. Этот разговор вызывал у нее волнение, не иначе.

– Мы общаться тесно стали, когда тебя ждали в день суда. Потом, спустя пару дней, он уже ко мне в окно залез с букетом розовых лилий. Представляешь, мы проговорили с ним до утра…

Дальше я уже не могла вникнуть в слова подруги. Лилии… Мне надо узнать, что они значат. Так замоталась со всем, что чуть не забыла.

– … мы гуляли по заснеженному саду, и он пообещал, что жениться на мне, как только заступит на службу. Правда из-за лабиринтов внутри дворца, мы редко пересекаемся, обычно видимся по вечерам.

Вслушиваясь в остальной рассказ Эллеи, приходилось просто кротко кивать, в знак понимания.

– Ой, прости, я тебя заболтала, мне надо идти уже.

Я выдержала недолгую паузу, пройдясь взглядом по полкам, которые располагались здесь.

– Лель, а можешь сделать одолжение? Мне нужна книга по флористике. Можешь принести?

Эллея улыбнулась, встала и подошла к самому дальнему стеллажу и достала книгу в зеленом обороте. На обложке красовался букет из цветов, но само название было на непонятном языке.

– Я боюсь, не пойму, что тут написано.

– Ты не знаешь дальневосточного диалекта? Неожиданно…

Было неприятно слышать такие слова в свой адрес, но в них была правда. Не все родители будут вкладывать финансы в своих детей. Папа знал, что выдаст меня замуж и так, а значит зачем ему обучать меня языкам и культурам других народов, если по договору покинуть дом я все равно не смогу. Да и большинство бояр или дворян на севере могут не знать куда больше, чем я – девушка-пустышка, получившая только домашнее образование.

– Не все дети из богатых семей имеют равные возможности. – опустив голову, промолвила девушке.

– Извини, не подумала. Вот, возьми, он магический, поможет в этом. – Протянутый Лель кулон из апатитов напоминал кусочек восточного моря. Не трудно догадаться, что у меня в руках оказался артефакт перевода. Быстро надев его, и взяв книгу из рук подруги, я прошлась глазами по тексту. Буквы расплывались и собирались воедино, уже в понятный текст.

– Спасибо! – от радости крепко обняла подругу, от чего та сдавленно выдохнула.

– Я зайти сегодня не смогу, надо готовиться к балу, поэтому обед и ужин занесет кто-то другой.

– А что за бал?

Девушка нервно прикусила губу и посмотрела на часы.

– Эрин, прости, не могу, там долго рассказывать, а если Райя узнает, что я у тебя болтаю, прибьет на месте.

Я с пониманием кивнула, и мы распрощались до завтра. Не от нее, так от кого другого узнаю. В конце концов, подожду. А до этого еще уйма времени, и я как раз нашла себе занятие.

Взяв книгу, я решила направиться в свои покои, но двери оказались заперты, и входные, и смежные, поэтому, без вариантов, я присела на кресло рядом с камином и начала искать интересующий меня момент. Под мое внимание в содержании попала кроваво-красная лилия и еще синяя сирень. Но сначала то, что важнее для меня.

«Флористика 1371 год»

Кровавая лилия *La lettera del Diablo[1]*

Лилия – символ чистоты и начала. Кровь в ней – признак дикости и любви. По некоторым поверьям, растение было посажено Всевышним, чтобы грешникам давать знак, об их скором искуплении. Своим дочерям он подарил по лилии в знак того, что они чисты и невинны, и не должны бить опорочены и сломлены грязным миром. Когда каждая из них влюбилась и поклялась в вечной верности возлюбленному, их суженные в знак любви дарили собственные сердца и там же умирали. Когда юные богини оплакивали их могилы, на тех вырастали кровавые лилии, символизирую любовь и вечность, но вместе с тем и смерть.

Цветок многолетний, растет преимущественно на местах захоронений и рядом с водоемами (в ночь всех лун можно спутать с кроваво-цветом). Лекарственные свойства: Способно вывести яд из организма. Опасения: Ядовит.

Выводит яд, но ядовит. Удивительное растение. Как спасение и смерть в одном флаконе. Ну хоть узнала, что это символ любви и вечности. Мама либо сама клала цветы на могилы детям, либо те сами вырастали через время, а в книге о богах цветок был символом вечной любви. Допустим.

Думала уже закрыть книгу, но страница с описанием синей сирени привлекала куда больше. Порыскав и определив по оглавлению, на какой странице находиться информация, быстро добралась до ее зачатка.

«Флористика 1453 год»

Синяя сирень «L’ eterno valore della poesia[2]»

Сирень – цветок первой любви, а точнее ее зачатков. Но в синеве цветка можно разглядеть агонию и предательство. Так, в легенде о богине Хаоса говорится, что пока Росси находилась в плену у демонов, Кай, бог порядка, носил ей цветы сирени, забавляясь над беспомощностью богини и даря ей напоминание о небе в знак того, что она его больше никогда не увидит. Цветок означает символ вечного плена и невозможного счастливого будущего, которое никогда не наступит…

Дальше я читать не стала. Было откровенно все равно на чудодейственные свойства цветка. Его значения было достаточно. Кайрос дал мне понять, что я более не имею право на будущее. Что я теперь пленница замка до конца дней своих. Неужели для него я и вправду, как игрушка. Он знает, что уйти я не смогу. В его руках любые силы. Он сможет потешаться, когда ему это вздумается, если не уже. Прямо, как Кай в легенде…

Собственные домыслы наконец ударили звонкой пощечиной. Эрин, ну какая же ты дура. Зачем было влюбляться в монстра?

Истерика подступала все ближе. Но если я сейчас разревусь, никому легче не станет. От злости я откинула печать, отданную Клаудией в камин.

– Да чтобы все к Диаволу провалилось!

Легкий звон со стороны стола привлек мое внимание. Там стояло два бокала уже наполненные вином, а на стуле сидела Кара, победно улыбаясь.

– Почему-то внутри твоей души, я знала, что он предатель.

– Тебе то с этого чего? – разорённым голосом я одарила демоницу и начала ходить по комнате, проклиная небеса.

Она остановилась рядом и протянула мне один из бокалов, а сама направилась ближе к камину и заняла одно из кресел.

– Просто, как факт того, что он дитя рыбы и не более. Осознанные люди и животные так бы не поступали. А ты стоишь, и из-за него слезы льешь. Как несправедливо…

Я отпила немного вина, которое только одним запахом дурманила голову.

– Откуда вино здесь?

– Это я его захватила с собой, когда из тени сюда возвращалась.

Я несильно поперхнулась и отставила бокал на столик рядом. Оно наверняка старше всей империи, так что рисковать точно не стоит. Но ошибка была уже допущена – я сначала попробовала, и только потом спросила. Опьянило не сказать, что сильно, но чувства притупились, от его необычных свойств.

– Зачем тебе это?

– Что это? – Кара все с тем же спокойствием обратила внимание на меня.

– Настраивать меня еще больше против Кайроса?

– Ты сама все прекрасно делаешь. Я лишь говорю, что видела и вижу. Любовь коварная штука, и во врага влюбиться можешь. – не знаю, показалось ли, но в ее речи была недосказанность.

– Ну почему это все так несправедливо, а? Почему Кайрос использует меня в свою угоду и держит взаперти?

Последующие часы я просто сидела и плакалась демонице. Кара успокаивала меня, давала советы, а главное – настроила на то, что я могу ему сказать все в лицо. Почему если раньше я его не боялась, то сейчас должна обходить стороной, словно пламя?

Первая бутылка вина стремительно закончилась, с учетом того, что я сделал всего пару глотков и в моем бокале еще оставался напиток. Так время пролетело вплоть до заката. После чего Кара объяснила, что ей надо вернуться в теневой мир и исчезла на моих глазах.

Оставшись сидеть в одиночестве, я обдумывала, что именно скажу правителю прямо в лицо. В его красивое и такое по-северному светлое лицо.

Тело немного колотило. Видимо эффект вина еще не сошел полностью, но это даже придавало храбрости. Уже полноценно готовая, я села на кресло и стала ожидать, когда правитель явиться в покои. Правда я не ожидала, что это случиться настолько скоро.

Кайрос вошел в комнату достаточно тихо, наверное, думая, что я уже сплю. Но не тут-то было. Увидев мою тень, а еще бокалы и бутылку вина, его лицо нахмурилось.

– Я не припомню таких бутылок во дворцовом погребе. Откуда они, Эрмилина?

Я с каменным лицом смотрела на него. Мужчина взял бокал в руки и лишь понюхав, поставил обратно на стол.

– Лучше сознаться, кто дал тебе эту дрянь.

– Иначе, что? – отрезала холодом его слова. До него не долго доходило, что я уже опробовала напиток и находилась не совсем в трезвом уме.

– Иначе я устрою допрос с пристрастием, всех людей, которые были в крыле сегодня. Ты хоть сама знаешь, что пьешь?

– А тебе какая разница, что я пью и с кем? Или может на цепь меня посадишь, раз уже полноценно считаешь меня заложницей обстоятельств и собственных желаний!

Кайрос выгнул бровь, и широкими глазами уставился на меня.

– Сколько ты выпила? – Его голос был непривычно спокойным. Внутри была некая растерянность. Разве он должен так реагировать?

– Мне хватило.

– Хорошо, другой вопрос, с кем ты пила? – он взял бутылку и покрутил в руках.

– То есть для тебя вообще ничего не значит моя воля? Настолько я для тебя уже обычная пленница. Только говорить по делу и отвечать на вопросы и бла-бла-бла. Да чтоб ты подавился своей властью!

Я ошибалась насчет едва видимых следов вина. Эффект был накопительный и сейчас я говорила все то, что сформировалось, во время его распития. Эх, сейчас даже на Кару не свалить мое поведение.

Кайрос со звоном поставил бутылку на стол и, сощурив глаза уставился, на меня.

– Я для тебя словно пустое место! То берешь за руки, то отталкиваешь, ведешь себя как непонятно кто. Что не спрошу, получаю в ответ молчание. Права была Кара, ты просто трус, который избегает собственные страхи. Ты как Кай, который потешался над Росси в темнице, смеясь над ее беспомощностью. Ты хуже любого демона Кайрос Росс. Только умеешь контролировать и создавать впечатление и иллюзии. Наверняка и в мыслях у тебя не было, чтобы все…

Договорить я не смогла. Он не дал. Кайрос просто притянул меня к себе и впился в губы настойчивым поцелуем. В первые моменты было непонимание происходящего, потом, хотелось его оттолкнуть, но он не дал, а мое сопротивление рухнуло практически сразу после первых неудачных попыток. Его губы дурманили разум, руки, обвившие кольцо вокруг талии, приятно грели душу. В моменте захотелось, чтобы он прикоснулся ко мне не через платье. Стало очень жарко от этой близости, но отстраняться я меньше всего хотела. Буквально растаяв в его руках, принимала поцелуй за поцелуем, иногда пытая неумело отвечать. Рука сдвинулась чуть ближе к груди, и я почувствовала дикое сердцебиение мужчины. Ему нравилось?

Еще пара попыток ответить на его действия теми же, и движения наших губ стали совпадать. Голова шла кругом от него. Движения руками только сильнее разжигали чувства. Я даже не понимала, влияния вина тут больше сыграло роль, или это были только мои ощущения.

Через мгновение сладостная пытка прекратилась. Кайрос слегка отстранился, все еще удерживая меня за талию. В кольце рук было теплее, чем в комнате. Этот контраст я поймала, когда на выдохе появился пар изо рта. Температура в комнате была очень низкой, но я даже не заметила, когда она успела упасть.

Рядом послышался треск стекла. Понять, что произошло, не успела. Кайрос обнял меня, закрывая своим тело. Услышав звук бьющегося об пол бокала, я резко отстранилась. Сосуд с вином разорвало на мелкие осколки.

Я подняла взгляд на правителя. В его щеке, рядом со скулой торчал небольшой кусочек стекла и из раны сочилась кровь.