Текст книги "Ее мятежник"

Автор книги: Аманда Маккини

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц)

Авторские права © 2022, Аманда Маккини

Все имена персонажей и события, описанные в этой книге, являются продуктом воображения автора или используются в вымышленном контексте. Любое сходство с реальными событиями, местами, организациями или лицами, живыми или умершими, является чисто случайным и непреднамеренным со стороны автора или издателя.

Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена или передана в любой форме или любыми средствами, электронными или механическими, включая фотокопирование, запись или с помощью любой системы хранения и поиска информации, без письменного разрешения издателя.

ISBN электронной книги:

978-1-7358681-9-6

Редакторы:

Нэнси Браун, Redline Editing

Пэм Берехулке, Bulletproof Editing

Хайди Фармер

Дизайн обложки:

Pro Book Covers Studio

Данный перевод выполнен исключительно в ознакомительных целях и не несет коммерческой выгоды. Не публикуйте файл без указания ссылки на канал.

Переводчик:  ИСПОВЕДЬ ГРЕШНИЦЫ

Приятного чтения, грешник~

ЕЁ МЯТЕЖНИК

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

ГЛАВА 28

ГЛАВА 29

ГЛАВА 30

ГЛАВА 31

ГЛАВА 32

ГЛАВА 33

ГЛАВА 34

ГЛАВА 35

ГЛАВА 36

ГЛАВА 37

ГЛАВА 38

ГЛАВА 39

ЕЁ МЯТЕЖНИК

Никогда не влюбляйся в свою цель...

Три года назад София Бэнкс сбежала от своего прошлого, найдя убежище и покой в заснеженном безмолвии Аляски. Каждая деталь её новой жизни – от работы до цвета волос – была продумана до мелочей, чтобы раствориться в этом ледяном пейзаже. Её хрупкий мир рухнул в тот миг, когда на пороге появился он – грубый наёмник, чьё тело было картой былых сражений, а взгляд – холоднее аляскинской зимы.

Задача Джастина казалась простой: найти Софию Бэнкс и выведать информацию, используя любые средства. Но всё пошло наперекосяк, едва они встретились. Спустя всего час на них обрушивается внезапная атака, и Джастин понимает, что не он один охотится за этой женщиной. Истина оказалась глубже, а опасность – ближе, чем гласили сухие строчки в его досье.

Застигнутые жестокой снежной бурей, враги поневоле, они вынуждены укрыться вместе. В тесном пространстве, отрезанном от мира белой пеленой, Джастин начинает видеть в Софии не просто цель, а загадку. Под маской простой беглянки скрывается сила и тайны, заставляющие его усомниться во всём: в задании, в её вине, а главное – в своей способности оставаться бесстрастным.

Когда миссия окончательно проваливается, Джастину предстоит сделать самый опасный выбор в жизни. Выбор между долгом, который он знает, и голосом сердца, которому он боится довериться. Пойти на поводу у интуиции или... у той, кто зажгла в нём мятежный огонь?

АСТОР СТОУН, ИНК.

– СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО –

ДОГОВОР НА ОКАЗАНИЕ УСЛУГ КОМПАНИЕЙ «АСТОР СТОУН, ИНК.»

СТОРОНЫ ДОГОВОРА

Настоящий Договор на оказание услуг (далее – «Договор») вступает в силу 12 сентября 2001 года (далее – «Дата вступления в силу») и заключается между следующими сторонами: «Астор Стоун, Инк.» (далее – «Астор Стоун»); и Правительством Соединенных Штатов Америки (далее – «Правительство США»).

ОПИСАНИЕ УСЛУГ

«Астор Стоун» настоящим соглашается предоставлять Правительству США услуги по проведению скрытой операций, включая, но не ограничиваясь, планированием и выполнением совершенно секретных миссий по экстракции, ликвидации и сбору разведывательных данных как на территории США, так и за их пределами, на условиях, оговоренных сторонами в Приложении А.

«Астор Стоун» будет получать приказы напрямую от Центрального разведывательного управления США и/или Министерства обороны США и действовать независимо от Правительства США, скрывая причастность Правительства США к указанным приказам. Правительство США не несет ответственности за ранения или гибель людей и будет отрицать всякую осведомленность о деятельности «Астор Стоун» и ее агентов.

СРОК ДЕЙСТВИЯ

Договор продлевается ежегодно при условии проведения формальной проверки выполненных миссий. Договор может быть продлен и/или возобновлен по письменному соглашению всех сторон.

ОПЛАТА

Правительство США соглашается выплачивать «Астор Стоун» сумму в размере 1 500 000 долларов США за миссию, распределяемую следующим образом: 750 000 долларов выплачиваются при получении приказа, и 750 000 долларов – по завершении миссии. Премиальные могут выплачиваться по итогам отдельных миссий по усмотрению Правительства США.

ПРОЛОГ

ДЖАСТИН

В висках застонал тяжёлый металл, будто медвежий капкан впился в череп. Я пробормотал проклятия, которые не произносил уже лет десять. Лишь через несколько секунд до сознания дошло, что мой мозг не пронзают стальные зубья. Я открыл глаза.

Луч послеполуденного солнца ударил прямо в зрачки, как прицельный лазерный луч.

– Чёрт…

Я провёл ладонями по лицу. Тёплый ветерок с открытого окна обдувал голое тело. Солёный запах моря медленно проникал в сознание, выводя из оцепенения.

Прислушиваясь к шуму волн, разбивающихся о берег – единственной постоянной в этом хаосе, – я осторожно пошевелил конечностями. Проверил, цело ли всё и работает как надо.

Босая нога задела пивную бутылку, запустив цепную реакцию, будто в игре в домино. Бутылка опрокинулась на бутылку, звон стекла о кафель прокатился по комнате. Звон, звон, звон – каждый звук вонзался прямо в глазницы, острый и безжалостный.

Только тогда я понял, что лежу на полу. И что всё ещё очень, очень пьян. Это осознание притупило боль, хоть и ненамного. Я бывал здесь раньше. Я знал, как это работает. Как и всё в жизни – скоро пройдёт.

Я перевернулся на бок, и ещё несколько бутылок разбились о плитку. Рука упала на чьё-то тело. Кожа была тёплой. Не холодной, не мёртвой.

Что ж, неплохо.

Словно слепой, выстукивающий сообщение, я провёл пальцами по голой коже, пока не нащупал грудь, сосок.

Женщина. Ещё лучше.

Пульс учащённо застучал в висках, пробуждаясь вместе с внезапным возбуждением.

Шлюха тихо застонала, когда я засунул два пальца ей между ног, и что-то неразборчиво пробормотала по-испански. Я мычанием согласился – потому что «да» в этой ситуации всегда лучше, чем «нет».

Другой рукой нащупав наполовину полную пивную бутылку, я перевернулся на спину, приподнял голову и залпом выпил остатки. В этот момент тёплый влажный рот обхватил мою эрекцию.

Тяжело вздохнув, я опустил голову на пол и уставился в потолок. Взгляд автоматически нашёл то самое место, которое встречало меня здесь каждое утро – дыру в прогнивших досках, служивших крышей этой лачуги, которую я называл домом.

Я смотрел на этот маленький круг дневного света, и мои мысли были так же пусты, как и душа. «Ничто» – вот пространство, в котором я обитал. Я был пустой оболочкой человека с оболочкой жизни. Удобное место для того, чтобы тихо умереть.

Погружаясь в знакомую пустоту, я вдруг уловил слабый, но настойчивый звук. Потребовалась секунда, чтобы понять – это звонил мобильный телефон.

Нахмурившись, я что-то буркнул женщине у своих ног, затем начал шарить руками по полу. Наконец пальцы наткнулись на источник проклятого шума. Мой телефон. Тот самый, который я выключил несколько месяцев назад, швырнул в шкаф и благополучно забыл о его существовании.

– Какого чёрта? – хрипло выдохнул я, разглядывая незнакомый предмет.

Звонок смолк, и я наконец смог сфокусировать взгляд на экране.

Шестьдесят два пропущенных вызова. Сто одиннадцать сообщений.

Я фыркнул и занёс руку, чтобы швырнуть телефон в окно. Но в этот момент экран снова загорелся.

Заблокированный номер.

И я, сам не понимая почему, поднёс телефон к уху.

Это был звонок, который навсегда изменил мою жизнь.

ГЛАВА 1

ДЖАСТИН

Наши дни

Улицы Токио кишели жизнью. Тысячи туристов заполонили тротуары, перемещаясь с места на место, как дисциплинированная, но бесцельная колония муравьев.

Даже для самого многолюдного города мира та ночь выдалась особенно душной. Я терпеть не могу толпу. Не выношу людей. Добровольно погрузиться в эту орду праздных зевак? Я скорее съем собственную селезёнку.

На мгновение мысль перенесла меня в мой первый «чёрный» рейд в Карачи – ещё одну перенаселённую клоаку, где жизнь плечом к плечу была нормой. Хотя эти два города и были разными мирами, давящее чувство от человеческой массы оставалось тем же.

Бродить ночным центром Токио было всё равно что проходить видеоигру под ЛСД. Каждый небоскреб был окутан неоновым ожерельем, мигающим и переливающимся, транслирующим рекламные ролики длиной в футбольное поле. Улицы купались в призрачном синем флуоресцентном свете, отражавшемся от сотен юрких автомобилей, велосипедов и мотоциклов. Один только шум – гул голосов, рев двигателей, электронные джинглы – мог сбить с толку и поднять давление у кого угодно.

Короче говоря, это была продуманная, искусная атака на органы чувств, гарантировавшая, что наивные туристы с широко раскрытыми глазами будут бодрствовать всю ночь, принимать неверные решения и безрассудно тратить свои кровные.

Не прошло и десяти минут, как я оказался на улице, а уже успел увидеть, как обворовали троих, как двое мужчин избивали друг друга в переулке и как проститутка отсасывала подростку в обмен на косяк.

Мне не терпелось убраться отсюда.

Я ловко обошёл группу пьяных французских туристов, которые бесцельно толкались, громко смеялись и совершенно не замечали опасности вокруг.

Опасности вроде меня.

На секунду мелькнула мысль вонзить лезвие ножа в почку одного из них – просто чтобы посмотреть, сколько времени пройдёт, прежде чем кто-то это заметит. Но электронные часы на здании впереди напомнили: времени на подобные игры у меня нет.

Какофония клаксонов взорвалась, когда я шагнул на проезжую часть, игнорируя мигающий «стоп» на светофоре. Дородный мужчина в машине размером с теннисный мячик высунулся из окна, его лицо исказилось от ярости, короткий средний палец взметнулся в универсальном жесте.

Один из моих любимых.

Я ответил тем же и растворился в толпе, едва не столкнувшись с грузовиком службы доставки еды.

Часы на запястье тихо завибрировали.

У тебя есть максимум десять минут.

Я ускорил шаг, рассекая людское море. На следующем перекрёстке свернул на улицу потише. Прохладный ветерок промчался между зданиями, неся запахи жареной утки, специй и горелого бензина от мопедов. Дым от лотка с якитори тянулся вверх, окрашиваясь всеми цветами неонового неба.

Ещё раз направо, через квартал – налево.

Взгляд на часы. Шаг становится шире.

Сорок секунд спустя я свернул в один из тех узких переулков идзакая, где ютятся аутентичные бары и ресторанчики. Место, популярное среди искателей «настоящей Японии».

В отличие от ярких артерий, переулок был погружён в полумрак, освещённый лишь бумажными фонариками, раскачивающимися на гирляндах, протянутых между стенами. Между ними низко свисали гроздья ярко-розовой анемоны, их сладкий аромат смешивался с запахом ладана и пряностей.

Быстро оглянувшись через плечо, я открыл неприметную красную дверь под вывеской с простой надписью «Ресторан».

Внутри всё было красным. Лампы, абажуры, скатерти, стены, даже потрёпанные коврики на деревянном полу.

Молодая женщина с длинными чёрными волосами, в красных туфлях-лодочках и с такой же помадой на губах встретила меня у стойки.

– Я здесь, чтобы встретиться с Хару, – сказал я по-японски.

– О… – Она моргнула, явно не ожидая меня. – Да. Пожалуйста, ваше удостоверение.

Пока я рылся во внутреннем кармане пальто, администраторша украдкой бросила взгляд за мою спину и глубоко вздохнула. Её пальцы дрожали, когда она возвращала документ.

– Хару сейчас нет, но она скоро вернётся. Она ждёт вас. Пожалуйста, пройдите сюда.

Посетители поворачивали головы, провожая нас взглядами, пока мы шли меж столиков. Из-за моего европейского лица, костюма, который стоил дороже их машин, или, возможно, из-за грубого шрама, пересекавшего щёку.

Меня провели за бисерную занавеску в тёмный коридор, упиравшийся в глухую дверь. Из-за неё доносились давящие басы какого-то японского R&B.

Хозяйка жестом указала на дверь, давая понять, что ждать нужно здесь, и сделала два чётких шага назад, увеличивая дистанцию.

Я выждал, пока в коридоре не остался один, затем повернул ручку.

Комната была маленькой, душной, пропитанной запахом пота и секса. Её освещал лишь тусклый красный свет.

Вдоль стен, словно в приёмной врача, стояли пластиковые стулья. В углу ютился переносной бар. Впереди – три одинаковые красные двери.

В памяти всплыл план, изученный несколько часов назад. За каждой дверью – комната. Каждая комната – точная копия предыдущей: двуспальная кровать, стул. Ничего лишнего.

В полумраке у дальней стены обнажённая женщина стояла на коленях перед лысеющим бизнесменом. Его мясистая лапа сжимала её волосы, направляя движения её головы. Он лениво скользнул взглядом по мне, веки отяжелели от усердия девушки и чего-то ещё, принятого для храбрости.

Что-то во мне, должно быть, насторожило его, потому что он медленно приподнялся, прищурился, пытаясь разглядеть меня в полутьме. У меня было секунд пять, прежде чем он сообразит, что я здесь не за развлечениями.

Я снова сосредоточился на стене. Три двери. Три варианта. Каждая заперта с двух сторон. Ключи только у Хару.

Повернувшись спиной к паре, я достал из кармана отмычку и подошёл к первой двери.

Комната пустовала.

– Эй, кто ты такой? Чёрт возьми, ты тут делаешь? – Бизнесмен уже поднялся на ноги. Женщина съёжилась на полу, её испуганный взгляд метался между ним и мной. Одной рукой он натягивал брюки, другой уже доставал из-за пояса пистолет.

Чёрт.

Не было времени на церемонии. Я вырубил его одним точным ударом. Он грохнулся о стену, и полузастёгнутые брюки предательски сползли.

И тут начался ад.

Обнажённая женщина взвизгнула. Спотыкаясь, поднялась, прикрыла грудь и выбежала из комнаты.

Тик-так, тик-так.

Я пинком распахнул третью дверь. Из-за угла выскочил мужчина и нанёс удар правой. Адреналин влился в вены, как чистейший героин, воспламеняя изнутри. Я жил ради этого чувства. Наслаждался им. Возможно, поэтому я был так чертовски хорош в своей работе.

Я ударил каблуком по его коленной чашечке, выворачивая сустав. Пока он завывал от боли, я вцепился в воротник его рубашки и притянул к себе.

– Смотри на меня, – прорычал я.

Как только наши взгляды встретились, я брякнул его лицом о своё. Хруст ломающегося хряща отдался эхом в тесной комнате. Кровь брызнула на стену. Он рухнул на пол, как подкошенный.

– Повернись, – скомандовал я обнажённой белокожей женщине, свернувшейся на кровати в комок и рыдавшей, как ребёнок. Даже в полутьме были видны следы укусов на её шее.

Она безропотно повиновалась.

Прищурившись, я разглядел на её спине татуировку – кельтский крест. Узор совпал с фотографией из досье: американская туристка, похищенная восемь месяцев назад. Татуировка была её единственным опознавательным знаком.

– Кортни, – сказал я, протягивая руку. – Меня зовут Джастин Монтгомери. Я здесь, чтобы отвезти тебя домой.

Она медленно обернулась. Её заплаканные голубые глаза расширились от непонимания, тело застыло, пытаясь осознать этот поворот.

– Нет, – я резко щёлкнул пальцами перед её лицом. – Хватит плакать. Теперь нужно быстро соображать, сохранять спокойствие и делать только то, что я скажу. Поняла?

Кортни горячо кивнула, вытирая нос тыльной стороной ладони.

В коридоре застучали тяжёлые ботинки.

– Пошли, – скомандовал я, стаскивая её с кровати.

Переступив через два окровавленных тела, мы замерли в дверном проёме. Наш путь преградил подтянутый молодой человек – тот самый, что сидел за столиком, когда я входил. Добропорядочный клиент, полный идиот, не ведавший, что его любимый ресторан прикрывает бордель.

Я просто оттолкнул его в сторону и поволок Кортни через главный зал, где посетители столпились в углу, закрывая лица и уши, ошеломлённые, испуганные и онемевшие.

– Надень это. Быстро.

Пока Кортни натягивала пальто, сдернутое мной с вешалки, я схватил со стола тканевую салфетку, вытер кровь с лица и шеи и бросил окровавленный комок через плечо. Официантка вытаращила глаза, когда я проходил мимо.

– За беспокойство, – бросил я пачку иен на стойку.

В переулке я взял цель за руку, сжал её с такой силой, что она вздрогнула, и наклонился к её уху.

– Веди себя обычно. Мы – скучная пара после ужина. Вот и всё. Не привлекай внимания. Притормози и, ради всего святого, перестань хныкать.

У тротуара бесшумно остановился тёмный «Лексус». Где-то вдалеке уже завывали сирены.

Я распахнул дверь, усадил Кортни внутрь и, на прощанье окинув взглядом переулок, сам нырнул в салон.

– Поехали, – коротко бросил я, постучав костяшками пальцев по спинке переднего сиденья.

Когда машина вырулила на скоростную трассу, оставив хаос далеко позади, я откинулся на кожаном сиденье и привычным жестом поправил запонки.

ГЛАВА 2

ДЖАСТИН

«Лексус» въехал в скрытый подземный туннель, ведущий на небольшую приватную парковку с лифтом.

Площадка была уставлена всем спектром роскошных марок – «Порше», «Ягуар», «Майбах», «Бентли», «Мерседес» и двумя бронированными «Рейндж Роверами», каждый ценой в полмиллиона долларов. Неудивительно, что возвышавшийся над нами новейший небоскрёб, по слухам, был одним из самых дорогих зданий во всём Токио.

«Он ждёт вас», – сказал водитель, останавливаясь у лифтовых дверей.

Моя цель дождалась, пока я открою ей дверь. В лифте она прижалась ко мне так близко, что я чувствовал лёгкую дрожь её тела.

«Спасибо», – прошептала она, когда двери закрылись, не отрывая от моего профиля широкого, заворожённого взгляда, который не сводила всю дорогу.

В холодном свете лифтовых ламп её отражение в зеркальных стенах казалось призрачным. Длинные, исхудавшие ноги, босые ступни в синяках и с выступающими венами. Она потеряла килограммов десять по сравнению с фотографиями, месяцами не сходившими с новостных лент. Светлые волосы были сальными, грязными прядями падая на лицо, пока она разглядывала мой неровный шрам.

Я отвернулся.

В фойе нас встретил высокий, худощавый японец, которого я не знал. На нём был чёрный костюм в тонкую полоску и золотые часы размером со спутниковую тарелку.

– Мистер Монтгомери. Меня зовут Айко, – представился он, пожимая мою руку. – Могу я получить пароль, пожалуйста?

– Нет. Не раньше, чем ты назовёшь свой.

Уголки его губ дрогнули. – Астор предупреждал меня о вас. Говорил, вы никому не доверяете.

– Жизнь научила меня не делать этого.

– Понятно.

Айко назвал правильный пароль. Я ответил своим. Для каждой миссии – уникальный набор кодовых слов, чтобы отличать своих от чужих.

– Надеюсь, всё прошло гладко? – невозмутимо спросил Айко, направляя нас к следующему лифту.

Гладко?

Интересно, что моя цель думает об этом идиотском вопросе. «Гладко» ли было, когда правительство США ждало несколько месяцев, прежде чем начать официальное расследование её исчезновения? Только чтобы потерпеть неудачу и нанять нас? «Гладко» ли проходили дни, пока её продавали из рук в руки, заставляя заниматься сексом в любое время суток? Когда с каждым толчком она гадала, какую болезнь подхватит и не забеременеет ли? Бежали ли «гладко» бесконечные часы, пока её душа медленно покидала тело, а травма въедалась в мозг, словно смертельный вирус, и она ждала, что её страна её спасёт?

Нет. Могу с уверенностью сказать: ни одна из моих миссий – ни в «морских котиках», ни как наёмника – не проходила «гладко» для её участников.

Лифт мягко звякнул, двери разъехались, и мы ступили на сверкающий мрамор сорок второго этажа.

С потолка ниспадала многоярусная хрустальная люстра, искрясь, как застывший дождь. Дорогие кожаные диваны стояли на ярком сливовом ковре, который, вероятно, стоил столько же, сколько и бронированные машины внизу. Даже воздух, льющийся из вентиляции, пах роскошью – дорогим деревом и кожей. Пространство было воплощением показного, почти вульгарного шика. Прямо как мой босс.

На стенах не было ни вывесок, ни опознавательных знаков. Только приглашённые знали, что находится на этом этаже.

Я впервые был в токийском филиале «Astor Stone, Inc.», частного детективного агентства, названного в честь его основателя и моего босса, Астора Стоуна. Хотя с «частным сыском» всё не так просто. Иногда мы берёмся за легальные дела для прикрытия.

На самом деле «Astor Stone, Inc.» – это частная военная компания, заключившая контракт с правительством США. Мы помогаем проводить внешнюю политику путём сверхсекретных, полностью отрицаемых операций по всему миру. Астор получает приказы напрямую от Министерства обороны и передаёт их таким агентам, как я. Каждого из своих наёмников Астор отбирает лично – в основном это бывшие военные или высокопоставленные государственные служащие. Нас учат действовать в тени, убивать и принять смерть раньше, чем раскрыть, на кого мы работаем и что делаем.

Мы прошли за Айко по длинному коридору с панорамными окнами, открывавшими ослепительный вид на ночной Токио. В конце его ждали двойные массивные двери из тёмного дерева с замысловатой ручной резьбой и длинными золотыми ручками.

Айко остановился и жестом указал на них. – Он ждёт вас. – С этими словами он развернулся и ушёл.

Офис размером с баскетбольную площадку представлял собой стеклянный куб – все стены от пола до потолка были панорамными окнами. Всё внутри было выдержано в чёрном и золотом, с акцентами из тончайшей кожи и хрусталя. Зрелище захватывало дух и одновременно подавляло. Прямо как сам Астор Стоун в представлении большинства.

Астор поднял взгляд с кожаного дивана. В одной руке у него был бокал виски, в другой – перьевая ручка. В своём безупречном двубортном костюме он откинулся на спинку, закинув лодыжку на колено. Его гладкие, чёрные как смоль волосы отсвечивали в свете торшера.

Мужчина, сидевший напротив него, поставил бокал на стол, поднялся и пересек комнату, не сводя глаз с Кортни.

– Отличная работа, мистер Монтгомери, – сказал он, глядя только на неё.

Я наблюдал, как он протянул ей руку. Она взяла её, и они молча вышли из кабинета. Но прежде чем тяжёлые двери закрылись, Кортни оглянулась через плечо. Со слезами на глазах, одними губами, она беззвучно произнесла: «Спасибо». Я едва заметно кивнул, провожая её взглядом.

Миссия выполнена.

– Действительно, отличная работа, – сказал Астор. – Присаживайтесь. Выпьете?

– Куда её повезли? – спросил я, кивком приняв приглашение и опускаясь на диван.

– Это был Дэвид из правительства США. – Астор налил два пальца виски из хрустального графина и протянул один бокал мне. – Я подготовил для них свой самолёт. Кортни будет дома к утру, а ваш платёж поступит на счёт в течение девяноста минут.

Я залпом осушил бокал.

– Есть пострадавшие? – спросил Астор.

– Нет.

– Мне нужно что-то знать?

– Нет.

– Ты в порядке? Травмы?

– Нет.

– Отлично. Потому что у меня для тебя уже есть другая работа.

Я приподнял бровь. Единственный минус работы на Астора – отсутствие пауз между заданиями. Но, видимо, не в этот раз.

Его тёмные глаза прищурились, изучая меня. – Она не такая простая, как возвращение Кортни.

– Я уже заинтригован.

Астор взял пульт. В комнате погрузилось, автоматические жалюзи закрыли окна, а с потолка бесшумно опустился проекционный экран.

Ещё пара щелчков – и на экране появилось женское лицо.

Моя реакция была мгновенной, инстинктивной и тревожной.

– Её зовут София Бэнкс. Тридцать восемь лет, не замужем, детей нет. В настоящее время проживает на Аляске. Мисс Бэнкс – информатор для секретной российской оппозиционной группировки «Чёрная ячейка», которая, как нам говорили, бездействовала двадцать лет.

Не двигаясь, я разглядывал женщину на экране, чувствуя необъяснимое, настораживающее очарование.

Фотография, сделанная скрытой камерой издалека, запечатлела её в кафе. Она обхватывала пальцами с длинными тёмно-красными ногтями керамическую кружку. Волосы цвета мёда свободными волнами ниспадали на плечи. Губы, пыльно-розовые, в тон шарфу на шее, были плотно сжаты, будто она была погружена в тяжёлые размышления.

Но её глаза... Они были странного золотистого оттенка, которого я никогда не видел. А ещё в них читалась такая сильная, сдерживаемая боль, что мне почти послышался немой крик.

Я переменил позу, заставляя тело перенаправить энергию зарождающегося влечения в русло концентрации. Моя работа не позволяла себе роскоши – влечения, привязанности, страсти. Подобные эмоции сродни наркотику. Они отвлекают. Делают слабым. Захватывают разум. Любовь заставляет мужчин совершать безумства, а я и без того был достаточно безумен.

– София Бэнкс замужем за лидером группировки, Кузьмой Петровым, организатором множества террористических атак против США и других западных держав. Одна из его жён, я бы сказал. Кузьма известен жестокими методами подавления как врагов, так и своих же людей. На его руках больше крови, чем у самой смерти. Но поскольку он действует в интересах правительства – тайно, разумеется, – его никогда не привлекают. Помните «Волочение трупов по Красной площади»?

Слайд сменился. Великолепие сменилось бойней. Кровь, разбросанные конечности, люди в плащах с оружием.

Я вынырнул из транса.

– Поздней ночью кортеж из машин с вооружёнными людьми в капюшонах проехал по Красной площади, волоча за собой на верёвках человеческие тела. Каждая жертва была в сознании, когда её привязывали. Ходят слухи, их заставляли днями сидеть рядом с этими грузовиками, смотреть на них и осознавать свою участь. Это была медленная, мучительная, ужасающая смерть. Но и этого было мало. После этого жертв обезглавили, а головы отправили родственникам. «Чёрная ячейка» взяла на себя ответственность, а Кузьма Петров тогда возглавлял это подразделение. Это была его первая крупная резня, сделавшая его легендой. Из-за шума группировку пришлось заморозить. Слишком много внимания прессы, слишком много вопросов.

Астор сделал паузу, отпил виски. – Как вы знаете, Россия погрузилась в хаос из-за вторжения в Украину. Она стала врагом номер один для большей части мира и отчаялась – а отчаяние очень опасно. Ходят слухи, «Чёрная ячейка» реактивирована, чтобы помочь России устранить растущее число врагов. Но на этот раз они не одни.

Он переключил слайд. На экране возникло изображение президентского дворца в Северной Корее.

– Чёрт.

– Именно, – кивнул Астор. – Когда «Ячейка» была активна, Кузьма заключил нечто вроде союза с лидером КНДР – настоящую дружбу двух безумцев. Теперь ходят слухи, они вновь объединились из-за общего интереса к ядерной эскалации.

– Звучит нехорошо. Где сейчас Кузьма Петров?

– Вот в чём вопрос. Это нам и нужно от тебя выяснить.

Следующий слайд – зернистая чёрно-белая фотография группы мужчин в форме, похожей на обмундирование ополченцев. Красным кружком был обведён мужчина в центре. Ничем не примечательный: не высокий, не низкий, не худой, не толстый. Самый обычный.

– Это он?

– Да. Не дай внешности обмануть себя. Кузьма умен, хитер и он мастер маскировки. Его команда – фанатики и по гроб верны ему, последовали за ним в подполье после той истории с площадью. Слухи гласят, что он снова в деле и сотрудничает с Северной Кореей. Плохие парни выходят из тени и стучатся в его дверь. Это движение, призыв к действию, дело серьёзное. США не смогли его найти и обратились к нам. Поручаю дело тебе.

Астор бросил на столик между нами толстый манильский конверт.

– Внутри всё, что есть. По данным Минобороны, Кузьму в последний раз видели в Британской Колумбии пятнадцать месяцев назад. Они напали на след, но он ускользнул и с тех пор не появлялся.

– Что он делал в Британской Колумбии?

– Вербовал. В Канаде огромная русская диаспора. После Октябрьской революции и Гражданской войны туда бежали сотни тысяч. Возможно, он мобилизует ячейки как можно ближе к США. Поэтому его жена, София, находится на Аляске. Рабочая гипотеза – он где-то на западном побережье, недалеко от портов. Твоя задача – сообщить точные координаты местонахождения Кузьмы Петрова.

Он вернулся к слайду с женщиной. Софией Бэнкс. – Начнёшь с неё.

– Почему с неё?

– Потому что так приказало правительство США. Они явно считают её ключом к его поимке.

Астор выключил проектор. – Первый транш в семьсот пятьдесят тысяч поступит на твой счёт в течение сорока восьми часов. Второй – после завершения миссии, минус моя доля. Однако Минобороны предлагает бонус в пятьсот тысяч за срочность.

– Насколько срочность?

– Одна неделя.

– Одна неделя?

– Семь дней.

– Семь гребаных дней?

– Семь дней. Твой рейс в Анкоридж, Аляска, вылетает через два часа. Там тебя встретит мой человек. Его фото и данные в конверте. Он обеспечит тебя всем необходимым. Найди Софию Бэнкс. Допроси её любыми способами, чтобы выяснить местонахождение Кузьмы Петрова. Как только визуально подтвердишь его присутствие – доложишь мне, и миссия завершена.

– А что с ней? – спросил я.

– А что с ней?

– Она тоже нужна нашему правительству?

– Нет, – Астор отпил виски, внимательно наблюдая за мной поверх бокала. – Повторю: добудь информацию любыми необходимыми способами.

– Значит, им всё равно, убью я её или нет?

– Полагаю, ты знаешь, что значит «любыми необходимыми средствами», Джастин.

– То есть, я докладываю только о подтверждённом местонахождении Кузьмы?

– Верно. И для ясности: местоположение считается подтверждённым только после твоего визуального контакта. Нам не нужен повтор узбекского бардака.

– Понятно. – Я нахмурился. – Но почему просто не взять его? Если я буду так близко, смогу схватить и доставить прямиком в Минобороны.

– Потому что это не входит в твои обязанности.

– А, понятно. Как только я сообщу им его координаты, они пришлют своих ребят и получат все лавры за поимку.

– Скорее всего, так и будет.

Я прищурился. – Не верю, что они сами не могли его найти.

– Согласен. Они лгут. Весьма скрытны насчёт этой миссии. Лично я считаю, они просто не хотят нести ответственность, если охота на него пойдёт наперекосяк. Учитывая поддержку США Украины, напряжённость с Россией на рекордном уровне. Им не нужен ещё один скандал.

Это была моя тринадцатая миссия у Астора Стоуна и первая, которая с самого начала вызвала у меня глухую тревогу. Что-то было не так. Я не мог понять что именно, но всё здесь отдавало фальшью.

Почувствовав мои сомнения, Астор пододвинул бумаги ближе, призывая к действию. – До самой смерти, – тихо сказал он, пронзая меня взглядом.

«До самой смерти» – девиз Астора Стоуна. Означающий верность делу до последнего вздоха. Умри за друга, умри за правое дело. Без лишних вопросов.

– До самой смерти, – пробормотал я, ставя подпись на пунктирной линии.