Текст книги "Обуздать огненного демона (СИ)"

Автор книги: Алиша Чен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 41 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

В чем-то Араан был солидарен. Да, они учили своих подопечных многому. Но сегодняшний инцидент не входил в допустимые.

Он переживал за Рию. Все ждал окончания необходимых формальностей, чтобы навестить брюнетку. Но каждый раз, как мысли возвращались в эту сторону, невольно вспоминал реакцию Дамиана Вефириийск.

Первые пару секунд это его изумило. А потом пришло удивление другого характера. Рия, та самая его чувственная любовница, почему она ему ничего не сказала? В том, что о характере такой реакции высшего демона она знала, сомнений не было.

Отгоняя эти размышления на потом, сейчас он ждал, чем закончится выходка Викрама. Сам демон что-то лепетал, говорил, пытался сохранять привычную безмятежность.

А потом позади их всех хлопнула дверь.

Араан обернулся, лицезрея мрачного и (в этом он уже не сомневался) до бесконечности разгневанного наследника Дархэнаатра.

Дамиан прислонился к стене позади, сложив руки на груди и поначалу наблюдая за решениями Верховного мага. Однако ему довольно быстро надоело.

Мужчина медленным, вкрадчивым шагом подошёл прямо к ним, минуя остальных. И относительно сдержанным жестом попросил Эллоуса прерваться.

– Вышли все вон.

От тона демона преподавательский состав академии действительно зашевелился. Араан покинул помещение одним из первых, не желая лицезреть дальнейшего.

Высший круг остался на своих местах. Как и ещё пару человек, включая ректора.

– Самиль, приведи-ка мне мальчишку.

– Боюсь, он… временно не в состоянии передвигаться.

Чёрные глаза зло сузились, смерив его раздражённым взглядом.

– Значит, приволоки за шкирку. Я разве должен тебе что-то пояснять?

Миркелий переглянулся с Ринмеалем, тот лишь обреченно качнул головой.

Во время тяжёлой воцарившейся паузы Викрам Роацмаришн сдавленно хмыкнул, исподлобья глянув на покровителя высших огненных демонов.

– Дамиан, я не знал, что…

– Я тебя не спрашивал.

Самиль доставил эльфа достаточно быстро – Хвильз, покачиваясь на ногах, неуверенно взирал на самосуд перед собой. Опасливо покосился на Дамиана.

– Это… так вышло… я просто…

– Викрам научил тебя пограничной магии? – обманчиво спокойным тоном осведомился Дамиан. – И магии слияния? Поглощения?

Стоящий позади него Самиль деликатно кашлянул, привлекая внимание.

Хвильз заметно кивнул.

– Полным техникам?

– Почти, – осиплым голосом ответил адепт. – Я многое… изучал сам.

– Ты знал, что эта магия входит в реестр запрещённой? Знал, что это наказуемо?

Начальник императорской службы снова вкрадчиво кашлянул, не теряя попыток обратить внимание Дамиана.

– Ещё одно обострение простуды, Самиль, и ради прочистки горла я заставлю тебя самолично согреть собственную гортань в лавовых бассейнах Махриссы.

Шатен предпочёл заткнуться.

Наследник Дархэнаатра же не сводил убийственного взгляда с эльфа. Прищурился, что-то выглядывая. А после схватил за руку, оголяя от рукава запястье и блестящий металлический браслет.

– Это что, артефакт сохранения? – удивился Пратенгиш. – Как он протащил его на экзамен? Где вообще взял?

– Правильнее будет спросить, как посмел протащить, – в голосе огненного демона зазвучали металлические нотки. – Ты использовал запрещённую магию. Чужие техники. Воспользовался недопустимыми элементами. Ты знал, что мог лишить соперника абсолютно всей магии? Знал, что мог заставить умереть в мучениях после отторжения ауры?

– И что? – Вдруг осмелел Хвильз, выдёргивая руку из хватки мужчины. – Конечно, знал! Алеминрия тоже не святая. Вы не хотите проверить её, а?! Девчонка что-то утаивает, сколько раз мы замечали, как у неё внезапно появляются силы. Откуда? Кто ей помогает? Может в своей постели наш великолепный лорд Вальринских ей кое-что другое вставляет?

Глаза Дамиана вспыхнули даже не алым – ярко-оранжевым, насыщенным, под стать разбушевавшемуся пламени. Он шагнул к нему, игнорируя любые обращения Самиля, яростно оскалился:

– Не стоит показывать остроту своего языка там, где тебе его могут оторвать.

В следующее мгновение Хвильз почувствовал, как что-то горячее больно сдавило грудь. Ахнул. И подкосив ноги, безжизненно свалился на пол, уставившись невидящими глазами вверх.

Дамиан сдавил мокрое от крови сердце, выбросил, пренебрежительно отряхивая руку.

Эллоус мрачно поджал губы, отводя взгляд узких глаз вбок. Викрам же беззвучно приоткрыл рот в ужасе, рассматривая своего, уже мертвого ученика. Самиль ожесточённо выдохнул:

– Бездна, Дамиан. Я же пытался предупредить. Он первый сын побочной герцогской ветви Мармена.

– Да плевать, – чёрные глаза все ещё искрились силой первородной сущности, глянули на подопечного. – Теперь ты.

Викрам с неким страхом отшатнулся. Он хорошо знал гнев своего покровителя.

– Откуда у парня артефакт сохранения?

– Понятия не имею.

– Твоя идея с пограничной магией?

– Боги, Дамиан, конечно, нет, – он сделал шаг назад, применительно подняв перед собой руки. – Хвильз интересовался, а я и подумать не мог, что он решит попро…

– Ты пожизненно снят с должности преподавателя Академии Боевых искусств. Лишен статуса как наследник дома Роацмаришн. Право владения передаётся твоему брату. Лучше исчезни с территории империи. Встречу ещё раз – распотрошу.

Викрам шокировано округлил чёрные глаза. На лице застыла маска изумления.

– Ты… серьезно? Я ведь ничего не сделал…

– И за это остался жив, – непоколебимым тоном ответил наследник Дархэнаатра. – Молись богам, чтобы я больше ничего не узнал. Иначе, будь уверен, призову к ответу и насажу на колья даже твоих детей.

Дамиан больше не стал обсуждать. Резко развернувшись, вышел из помещения.

Миркелий вынужденно спокойно потёр висок. Глянул на остальной Высший круг. Те вполне разделяли его эмоции.

Теперь было главное, чтобы Дамиан не сорвался ещё сильнее.

***

Разговор с Высшим кругом и Эллоусом он выдержал стойко.

Слишком стойко для того, кто почти готов разнести весь этот мир. Наверное, потому что мыслями постоянно возвращался в совершенно иное место.

Жалости Дамиан не чувствовал. По сути, даже считал это настоящей справедливостью. Возмездием, мать его! Он был более, чем снисходителен.

Его задержали надолго. Было уже достаточно поздно, когда он вышел на балкон позволить лёгким вдохнуть холодного, пропитанного ночной влагой, воздуха.

Адепты шумели на территории академии, выпускники громко обсуждали прошедший экзамен. Хотелось рявкнуть, приказать всем заткнуться. Но вместо этого он перемахнул через балкон, легко спрыгнув с внушительной высоты на землю. И почти незаметно для окружающих направился к жилому корпусу.

Коридоры уже пустовали – часть учеников собиралась в кучки на улице, часть уже улеглась в кроватях. А вот что в её окне горел свет, он хорошо помнил.

Пустой коридор еле озарялся желтым светом пары свечей. Сейчас это было на руку. Уже было почти зайдя в комнату, он остановился у двери. Рука застыла, так и не коснувшись деревянной поверхности.

Идеальный слух демона сейчас улавливал много. Слишком много, что совсем не нужно было бы слышать.

Его голос он узнал сразу. Бездна, кажется, ему ещё долго придётся избавляться от любых напоминаниях этого дракона.

А вот, что именно он сказал, демон не расслышал.

Всё затмил собой легкий мелодичный женский смех.

Минри смеялась. Сидела в своей спальне с любовником и искреннее чему-то веселилась.

Дамиану показалось, что в груди что-то начало больно жечь, словно внутри начался сильный нетерпимый зуд, дотянуться до которого, унять не было возможности. Жгучее, тянущее, раздирающее ощущение. Которое сейчас ныло, нагло насмехаясь над самим демоном, демонстрируя сколько всего отныне может его вывести из себя. Сколько мелочей будут его волновать.

Она ведь ему даже не улыбнулась по-настоящему.

Лишь усмехалась, отводила глаза и отвечала ледяным голосом, которым впору колоть айсберги. Ни разу не глянула как на мужчину, лишь как на случайное мешающее недоразумение. Даже когда он лечил её этим достаточно интимным способом, Алеминрия ни на минуту не стала другой. Не прониклась к нему, так упорно старающемуся показать ей себя настоящего. Открытого.

А с другим мужчиной вполне искреннее смеялась, выбирая чужое общество. Оставаясь в нем, соучаствуя, чувствуя себя вполне комфортно.

Дамиан стиснул зубы. Кулаки сжались так, что противно хрустнули суставы пальцев.

Он почти признался. Сказал то, что, наверное, не позволил бы услышать ни одной девушке. Честно открыл то, что так мешало жить. Рассчитывал, что она хотя бы даст ему шанс.

А ей оказалось всё равно. Ни грамма согласия, лишь очередной отказ.

Она даже не придала значения, не услышала, отнеслась равнодушно и холодно. Других эмоций он действительно у неё не вызывал.

Демон чуть опустил голову вниз, с силой сжимая веки, будто бы стараясь этим выбить из памяти каждый неприятный миг.

Надо же быть таким идиотом. Он, сам Дамиан Вефириийск, поддался минутной слабости и высказал то, что никак не должно было явиться кому-то другому.

Почему-то решил, что ей важно это услышать.

Какая непосредственная наивность, откуда бы ей вообще у такого как он взяться?.. И почему он вообще допустил, что должен позволить этим мелочным чувствам взять вверх?! Ради чего решил уважить, когда всю жизнь презирал подобное?

Дамиан сам не заметил, как застила глаза злая решительная поволока. Как изменился взгляд, в мгновение став всегда таким же, что был всегда. Отрешённым, жёстким, категоричным. А на очерченных губах заиграла специфическая ухмылка. Та самая, при виде которых у многих по коже пробегал озноб.

Как там говорила эта богиня соплей и пубертата Калиша? Что она ему обещала?

«Пади на колени, огненный демон…»

Ему не будут указывать. Не навяжут пустое. Иными словами, а вот не пойти ли бы Вам со своими планами в бездну, многоуважаемая обожествленная шлюха?..

Дамиан вдруг резко развернулся, ударив кулаком по обивке двери.

И стремительным тяжёлым шагом отправился в другую сторону. К совершенно другой двери.

Сейчас он был зол, разъярен и голоден. Во всех смыслах.

А ещё не собирался действовать управляемыми инстинктами, планируя вернуть себе зверское самообладание.

Мужчина даже не стал озадачиваться стуком или приличиями – просто зашёл, громко захлопнув за собой дверь, грубым шагом осматривая владения кронпринцессы.

Наринехах только переоделась перед сном, вышла из ванны, облачённая в светлую классическую пижаму. Золотистые волосы красиво отливались переливом зажженных ламп.

– Да неужели? – с непроницаемым лицом заметила Неха. – Вспомнил, что ты помолвлен, надо же!

Ему было вообще плевать, что она там себе надумала.

Дамиан оказался рядом меньше, чем за мгновение. Впился злым распаляющим поцелуем в приоткрытые привлекательные губы. Руки быстро подсадили девушку на ближайшую софу, дёрнули за край пижамы, избавляясь от ненужной преграды.

Блондинка закусила губу, чувствуя возбуждение жениха. Поддалась, прижала его голову к своей шее, обнимая стройными ногами мускулистые бёдра. Легко застонала, стоило ветерку из приоткрытого окна коснуться нагой кожи.

Дамиан ни о чём не думал. В голове словно вообще было пусто, ни одной посторонней мысли. Осталось только желание перебить, как-то заглушить это ноющее чувство.

Пройдёт. Все пройдёт. Успокоится.

Хорошо бы ещё знать, когда.

Глава 17

В Академии с утра царил легкий приятный хаос.

Адепты поочередно стягивались в огромную столовую, сейчас по привычке гудящую от громких голосов.

Рия забрала поднос с завтраком, ровным шагом доходя до друзей, расположившихся на своих привычных местах – у небольшого столика чуть ближе к выходу.

Тут было аналогично шумно. Но Рию суматоха обычно не раздражала, скорее, утомляла.

Сарен окинул подругу оценивающим взглядом, немного успокоился, заметив в сносном состоянии. Тиль же пододвинул к ней любимый десерт – кусочек нежного бисквита с молочным пудингом и сладкими ягодами.

– Держи. Мы тебе взяли, а то могла и не успеть.

– Оо, я вас обожаю, – мягко улыбнулась брюнетка, садясь рядом с ним.

– Как ты? – с лёгкой обеспокоенностью в голосе поинтересовалась Альза, ставя локти на стол. – Выглядишь… хорошо.

– Даже слишком хорошо для той, кого задело магией стрелочника, – с доброй усмешкой заметил Лентон. – Рад, что ты так быстро пришла в себя.

– Не в обиду тебе будет сказано, но мы думали, что у тебя ещё сегодня будет там… ну, в глазах двоиться, руки трястись, – пожал плечами Сарен, делая глоток облепихового чая. – Хотели зайти вчера, но, кхм…

– Встретили на пороге лорда Вальринских, – понимающе улыбнулась Альза, подмигивая подруге. – Он сказал, что ты заснула, решили не будить.

– Да, я действительно очень много проспала, – согласилась Рия. – Зато сегодня почти полноценно себя чувствую. Спасибо, что беспокоились. У вас всё нормально прошло?

Друзья ответили неопределёнными кивками.

– Лентон и Тиль победили, – заметила рыжеволосая магианна. – А я вот… в общем, Нуаль выиграла. Мой рейтинг не упал, зато теперь на следующем экзамене снова будет стоять вопрос кто из вас с ней займёт четвёртый рейтинг. Прости, Рия.

– За что ты извиняешься? Перестань. Я же знаю, как сражается Нуаль.

– И как же это?!

От громкого резкого голоса позади большинство поморщилось.

Рия равнодушно усмехнулась.

– Быстро, резко и грубо, – она не поворачивалась, продолжая накалывать на тонкую вилочку ягоды.

Нуаль нехорошо прищурилась. Обошла стол, внезапно опустившись на сиденье рядом с Сареном, ровно напротив брюнетки. Тот недовольно глянул на неё.

– Кажется, мы тебя не приглашали.

– Кажется, меня мало волнует ваше разрешение, – в тон ему ответила шатенка, продолжая пристально рассматривать Алеминрию. – Какая ты слишком оживленная для той, кого так нехило приложило накануне. От отката магии слияния так быстро не приходят в себя, Рия. Кто помог?

Сарен и Лентон переглянулись.

– Магии слияния? Пограничной? – тихо переспросил Лентон, начиная хмуриться. Никто из них вне арены не заметил того, что видел преподавательский сектор. – Серьёзно?! Нуаль, ты что, знала, что Хвильз будет использовать её? Знала, что лорд-демон Роацмаришн научил его?

Она не ответила. Неприятно скривилась. Под стать вечно мерзкому характеру.

– Если всё так, то я даже солидарен с вынесенным решением, – беззаботно усмехнулся Сарен, пожимая плечами. – Есть как минимум границы приличия.

– Неужели?! А где границы приличия Рии, а? – Вскинулась Нуаль, повысив голос. – Из-за тебя… Бездна, ты хоть понимаешь, что натворила?!

– Я натворила? – Спокойно осведомилась боевой маг, приподнимая одну бровь. – Я просто спасала себя.

– А кто теперь спасёт Викрама?! Кто поможет?! Напомню тебе, что Хвильза никто не защищал! Никто не заступился, хотя правилами было оговорено, что позволительно всё!

На этот раз Рия ничего не ответила. Продолжила спокойно есть, закидывая кусочки бисквита в рот. Равнодушная мимика никак не изменилась.

– А теперь ты, такая вся… вечно удачливая, вечно предусмотрительная, – неприятно фыркнула Нуаль. Верхняя губа предательски дёрнулась демонстрируя приближающуюся истерику. – Всегда невозмутимая, как же бесит эта твоя постоянная логика, просто не передать!

– Эй, угомонись, – бросил Сарен, недобро косясь на неё. – Не наговори лишнего.

– Хвильз так тщательно рассчитал, – она не обратила на него никакого внимания. – Абсолютно всё. И надо же – тебе снова потакают, помогают и вытаскивают из любой ситуации. Что ты вообще можешь сама, а, Рия?! Хорошо спать с тем, кто защищает и прикрывает?! А не ради этого ли ты ночуешь в постели преподавателя?! Может стоит обратить внимание Эллоуса на честность твоих оценок?!

Выдержке Рии завидовали не зря – она и бровью не повела, все так же, изумительно хладнокровно рассматривала девушку.

На плечо Нуаль вдруг легла тонкая изящная ладонь. Та моментально дёрнулась.

– А в моей постели ночует сам наследник Дархэнаатра. Не хочешь заодно проверить честность и моих оценок?

Нуаль резко подскочила на месте, оборачиваясь.

Наринехах же усмехнулась, складывая руки на груди.

– Умей проигрывать, Нуаль, – резюмировала кронпринцесса. – И не лезь в то, что тебя не касается.

– Если потребуется, я и твои успехи поставлю под вопросом, Неха! Или донесу лорду-демону Вефириийск кто до него почитал своим вниманием постель дочери императора!

– Не советую. Вряд ли это обрадует ушедшего от меня утром мужчину. Судя по преданности в своих чувствах, мой жених крайне трепетно относится к нашему будущему союзу. И никакая жалкая мелочная магичка этому не помешает.

Рия смотрела на кружку ароматного кофе перед собой абсолютно отсутствующим, почти ледяным взглядом. Постукивала пальчиками по керамической ручке.

Нуаль скривилась, бросила что-то напоследок, убираясь куда-то в сторону выхода. Спорить с Наринехах Авриаль было чревато.

– Пожалуйста, Рия, – словно невзначай заметила кронпринцесса. – Не считаешь?

Мерцающие холодной искрой сапфировые глаза взглянули на неё с полным отсутствием самых малейших эмоций.

– Чтобы быть благодарной, нужно изначально нуждаться в этом. А я тебя ни о чём не просила.

– Как предсказуемо, Алеминрия.

Друзья терпеливо дождались, пока Наринехах с присущей ей царственной походкой от бедра удалиться восвояси. Альза непонимающе уставилась на остальных:

– Что это сейчас было? Разве Неха не благоволила Нуаль?

– Её высочество благоволит только себе, Альза, – заметил Тиль, отодвигая от себя поднос с пустыми тарелками.

– В любом случае, что за спектакль?

– Объясните мне лучше кое-то другое, – Рия мрачно глянула на них. – Что случилось с Хвильзом и лордом-демоном Викрамом Роацмаришн? О чем говорила Нуаль?

Те переглянулись.

– Араан тебе не рассказал? – тихо спросил Лентон. – Высший круг не одобрил твой поединок. Лорда-демона Роацмаришн сняли с должности и лишили принадлежности к высшему клану.

– Что? – изумилась боевой маг. – Серьёзно?

– Хвильзу повезло ещё меньше, – хмыкнул Сарен, откусывая от яблочного пирога большой кусок. – Уверен, его родителям уже отослали чёрный конверт.

Рия замерла на мгновение. Логика отказывалась признавать услышанное.

– Это… действительно?

– Да брось, Рия, в Академии нет ни одного выпуска без смертельных случаев, – фыркнул оборотень, продолжая с аппетитом поедать завтрак. – Хвильз так вообще заслужил.

– Да, Высший круг не отличается пониманием, – вздохнул Тиль.

– Все равно как-то… жутковато, – заметила Альза.

– Да какая уже разница, – вздохнул Лентон, подымаясь из-за стола, – Альза, давай. Если хочешь потренироваться до занятий с Учителем, сейчас самое время.

Рыжеволосая девушка согласно кивнула, махнула друзьям. Тиль почти сразу же последовал за ними, его наставник, лорд-демон Илай ЛарШаве был крайне строг с ним. Сам демон предпочитал в учениках лишь себе подобных, однако близкое родство эльфа с правящей династией одного из самых влиятельных государств сделало своё дело.

Сарен не спешил уходить. Сложил руки на груди, откинулся чуть назад. И необычайно задумчиво уставился на подругу.

– Что? – та заметила его взгляд.

– Ты ведь понимаешь, что этот спектакль, как выразилась Альза, предназначался совсем не для Нуаль?

Рия показательно закатила глаза.

– Я ничего не сказал остальным, – продолжил оборотень. – Но уверен, Лентон уже догадывается, драконы, в отличие от демонов, плохо контактируют, да и лечат последствия запретной магии, а ты вон, почти здоровёхонькая. А теперь Наринехах со своими намёками. Легче всего сопоставить факты.

– Не надо тебе ничего сопоставлять.

– Ну знаешь, только слепой бы из нас не заметил, что твои отношения с лордом Вальринских немного… кхм, охладели, – раздражающе весело протянул Сарен. – Что, подруга, демонский потенциал всё же повнушительней будет, да?

– Ты отвратителен, – Рия поднялась из-за стола, не забыв взять поднос с почти нетронутым завтраком.

Оборотень последовал за ней. Бесить и направлять на путь разума, конечно же.

– А, понятно, – вертикальные зрачки насмешливо подмигнули. – Ты как исконная аристократка решила держать свою круговую оборону хотя бы седмицу, так? Ой, помяни моё слово, Рия, войдёшь ты в эту семейку либо со стороны любвеобильного жениха, либо как жертва разъярённой невесты. Хочешь совет опытного бойца? Намекни его злейшеству на ваше общее, хм, решение… ну что, тоже ведь своего рода выход. И семью не придётся разрушать.

– Надеюсь, эти мысли умрут там же, где и родились.

– Это где?

– В твоей голове. Не неси бред.

– Вообще-то, я серьёзен, – хмыкнул оборотень, провожая подругу до конечных аудиторий заполненного кучей людей коридоре. – Надо что-то решать. Дипломатичненько как-нибудь. Высший демон тебя домогается, Наринехах уже почти угрожает. Не хочешь ему же на неё и нажаловаться?

– У тебя очень хреновые представления о дипломатии.

– Тогда что решила?

Рия помедлила, сложив руки на груди. Тёмные, густые локоны красиво обрамляли бледное, сильнее чем обычно, лицо. Полные губы, обычно насыщенного темно-вишневого оттенка, сейчас были почти бесцветные, болезненно сливаясь с тоном кожи.

– Думаю, что потрачу сегодняшний день на то, чтобы окончательно прийти в себя. Завтра ведь предстоит как-то постараться победить Лентона.

– О Боги, я ведь не об этом спрашивал.

Она перевела на него равнодушный взгляд. Дёрнула плечами, выражая сдержанную незаинтересованность.

– Это самое главное. Остальное меня мало волнует.

– Не хочешь обсуждать со мной?

– И это тоже.

Сарен неодобрительно, почти обидчиво вздохнул. Остановился посередине коридора, глядя на неё с лёгким сомнением.

– Рия, я ведь твой хороший, заметь – почти лучший друг. Я действительно начинаю переживать за ту ситуацию, в которую тебя втянули.

– Верю, – она мягко, тепло улыбнулась. – Спасибо, Сарен. Но я правда не хочу решать… ничего. Меньше всего меня заботят чужие домыслы и мотивы.

Он не стал допытываться далее. Рия оставила юношу на полигоне ждать Учителя, сама же неспешно отправилась к себе. Ей срочно, просто необходимо важно было оказаться сегодня на озере. И в который раз сделать это так, чтобы ни одна душа случайно не заметила.

***

Дамиан уже битый час лежал на диване, просто смотря в потолок. Молча, не шевелясь, никак не реагируя на предстоящее.

И пытался убедить себя в том, что не сошёл с ума.

Прошедшая ночь с Наринехах не вызывала эмоций. Даже не впечатлила. Вернее, нет, не так. Прошлой ночью ничего не поменялось. Всё было как и должно быть. Обычно.

Именно это и раздражало.

Секс с кронпринцессой всегда был насыщенным, долгим, даже бурным, как он предпочитал. Будучи чистокровной демонессой, Неха соответствовала образу, оставаясь чуткой великолепной любовницей. Она была хороша – что раньше, что и сейчас, что вчера. И этим самым не вызывала ничего, кроме лёгкой досады.

Нет, нареканий у наследника Дархэнаатра не было. Будущая жена давала ему много, и в постели аналогично. Дамиан был более, чем требовательным, поэтому темперамент при выборе любовницы имел весомое значение. Пугливых девственниц, ханжей и стесняющихся девиц в его постели не водилось. Да и в целом, огненный демон никогда не заводил связей с наивными влюбчивыми дурами, жаждущих перевоспитать и очаровать, какими бы красавицами они не были. Он знал, что хочет, никогда не скрывал своих мотивов. И всегда это получал.

А сейчас ему было тошно. И в какой-то мере от самого себя.

Вот только сложно давалось понять почему именно.

Ну да, мужское привычное напряжение он снял. Удовольствие получил, глупо скрывать. Наринехах явно соскучилась, сделала всё как он любит, постаралась. Раньше это забавляло. А сейчас пробудило раздражение.

Все эти улыбки, прикосновения, стоны, даже её вечно откинутая шея и изгиб поясницы, – всё казалось таким неуместным. Хотелось побыстрее скинуть с себя девушку, осадить, смыть в душе с себя аромат её красивого тела.

Ему было хорошо. Было как всегда. Неха его привлекала. Её фигура, волосы, губы, даже то, как она себя ведёт. Она возбуждала. Лишь физиологию, тело, его мысли.

Но к ней не влекло. Абсолютно. Он мог накануне переспать с совершенно любой красивой женщиной, разницы с Наринехах не было. Дамиан её просто не желал.

Незнакомые и непонятные ощущения.

Они свалились тяжёлой правдой, осели зудящим настойчивым чувством, стоило заснуть в постели после бурной ночи. Словно издеваясь, дразня, вытаскивая наружу самые сокровенные и пугающие грани рассудка. Топчась по ним, уничтожая последние ниточки сохраняемого баланса.

Алеминрия. Минри.

Его темноволосая, гордая и непокоренная.

Дамиан закрыл сейчас чёрные глаза, перестав пялиться на белый с разводами мраморный потолок.

Это становилось ненормальным. Каким-то наваждением, безумием – неважно как назвать.

Он видел её всю ночь. То, как она смеётся, как улыбается, склоняет свою голову так, что длинные локоны щекочут его лицо. Как проводит пальчиками по его щетинистой щеке, носу. И находится так близко, так рядом, что он ощущает тепло и дурманящий запах её тела. Почти настоящая. Почти его.

Убийственная пытка. Жестокая по сравнению с тем, что у него было.

Дамиан с силой сжал губы, неосознанно скрипнув зубами. Вышло как-то обреченно.

Боги, как же он её хотел. С ума сходил от мысли, что мог обнять, спустить с плеча тонкую лямку майки, провести по бледной коже губами. Зарыться лицом и пальцами в её волосы, раздеть, прижать к себе. Взять как мужчина.

От одной мысли о постели у него вообще сводило нутро. Покалывало кончики пальцев от неосуществлённых прикосновений. Дамиан не просто её хотел. Не просто возбуждался или загорался, он просто желал эту женщину. Всю.

И желал в таких интерпретациях, что самому становилось плохо.

Бездна, как ему жить дальше?! Что вообще делать? Как можно продолжать быть собой, когда от одной, самой малейшей мысли об Алеминрии ему становится дурно. Знать, что с ней всё хорошо, что она в безопасности – это успело стать жизненно необходимой привычкой. Такой же потребностью как дышать.

Втайне он надеялся, что девушка никогда не узнает, насколько пристально наследник Дархэнаатра следит за каждым её шагом. Грозило очередным возмущением.

Он вдруг еле заметно улыбнулся. С ней каждый разговор как игра в ножички. Если вовремя не увернуться, обязательно кольнёт. Невероятная девушка. Умела поставить его в тупик, заставить замолчать, резко взбудоражить. Ещё ни в ком он не замечал такой стойкости, такой внутренней силы, благородства и… и, фарх подери, он действительно влюбился!..

Высший огненный демон, наследник Дархэнаатра, сам Дамиан Вефириийск влюбился. Мама бы от счастья непременно помолилась, будь она жива. Может даже проспонсировала строение очередного храма. Младший сын не безнадёжен, радость-то какая.

Но вот что-то, но именно радости Дамиан не испытывал.

Все заполнила эмоция непринятия.

Он желал, мечтал о ней. И в то же время тщательно старался подавить это в себе.

Отвергнуть безумное влечение с такой же лёгкостью, как и Алеминрия отвергала его.

Я видел, как это больно, отец. Я ещё помню, как ты оплакивал свою жену. Как был готов предать всех и броситься за ней в пучину Небытия.

Дамиан поджал губы.

Так не должно быть. Так не будет. Каким бы наваждением эта манящая красавица не становилась. Совсем одно дело – добиться строптивой чувственной магички, и совсем другое позволить этим чувствам разорвать свою душу в клочья.

Не нужна ему любовь. Не нужна ему зависимость. Справится. Нужно просто… поскорее взять её себе. Понять, что с ней не так.

После разберётся. Лучше бы сразу держать себя в узде, не поддаваться бесконечным психам и срывам.

Дамиан невесело ухмыльнулся.

Прости, мама. Я не хочу закончить как вы с отцом.

Твой сын всё же безнадёжен.