Текст книги "Сияние полуночи (СИ)"
Автор книги: Алиса Жданова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
– А вы скажите, что все знали, – предложила я.
– Ладно, разберемся, – махнул рукой И Мин, – пойдем на занятия. Тебе же разрешили ходить на уроки с нами?
– Пока не найду Сияние Полуночи, буду ходить на уроки, как и раньше, если глава клана разрешит, – подтвердила я. – Только про амулет никому не слова!
Парни согласно кивнули, и мы выдвинулись на занятия. После того, как я призналась им и поняла, что они не обиделись, у меня словно гора с плеч упала – но глупо было надеяться, что на этом последствия моего вранья закончатся. Во-первых, все встречные пялились на меня, так что вскоре я опустила глаза в пол и не отрывала их, как настоящая скромница, пока не дошла до класса. Во-вторых, все одноклассники уставились на меня так, словно у меня на лбу выросли рога. И в-третьих, когда началось занятие, наставник Фэн Гуанчжи, раздраженно сверкая глазами, произнес речь о недопустимости лжи и как это порочит облик заклинателя, а потом вызвал меня в центр класса и заставил извиняться перед всеми одноклассниками за то, что посмела обмануть своих собратьев по учебе. Хорошо хоть, наставник не выдал то, зачем я тут, и все решили, что я просто сильно хотела обучаться на заклинательницу.
Видимо, одноклассники мне попались нормальные, и посеять неприязнь ко мне у наставника не получилось, потому-то, когда я, краснея, бормотала извинения, кто-то сзади крикнул: "да все в порядке!", а кто-то даже громким шепотом позвал сидеть с ним рядом. Наставник Гуанчжи, поняв, что адепты обрадовались присутствию девушка на курсе и готовы мне все простить, побагровел и выдал длинную лекцию про клан Белого Лотоса, особо подчеркнув, что мы – бесчувственные вертихвостки и даже принимаем специальный порошок, чтобы не влюбляться ни в кого и только всех использовать. Я вскинула на него изумленный взгляд: о чем это он? Неужели о нашем обычном снадобье? Да оно же просто от нервов и для укрепления организма!
Не остановившись на этом, он выгнал всех на тренировочную площадку и приказал мне продемонстрировать второе особое заклинание клана Белый Лотос – "Любимое лицо", для того, чтобы, по его словам, "все соученики были готовы противостоять моим уловкам".
Вздохнув, я не стала пояснять, что даже если они и увидят заклинание, то не смогут ему противиться – так же, как те, кто знал об особых заклинаниях клана Фэн, не могли противостоять им. Знания не помогают от заклинаний – помогает только быстрая реакция, амулеты и внутренняя сопротивляемость. Ну да ладно, если требует, то быстренько покажу.
Одноклассники уже выстроились кругом на тренировочной площадке, и, еще раз оглянувшись на наставника и убедившись, что он и не думает отменять свое указание, шагнула в круг.
"Дорогое лицо" – название заклинания уже объясняло его смысл. Оно накладывало на меня иллюзию, и каждый, кто взглянет на меня, увидит не меня, а ту, что больше всего ему дорога – ну или просто свой идеал девушки, если он еще не успел ни в кого влюбиться.
Одноклассники, подшучивая друг над другом и ожидая развлечения, переминались с ноги на ногу. Я подошла к первому адепту, самому прилежному ученику Сяо Фэну, и, активировав заклинание, взглянула прямо на него. Он, до этого смотрящий на меня с любопытством, тут же переменился в лице и густо покраснел, и я пошла дальше. Все стояли довольно далеко друг от друга, так что разглядеть, в кого я превращаюсь, не могли даже стоящие по соседству – не стоит разглашать чужие секреты. Я и сама не знала, в кого превращаюсь – смогу увидеть, только если посмотрюсь в зеркало.
Кто-то при моем приближении несмело улыбался, кто-то – бледнел. И Мин иронично вскинул бровь и выдал удивленное "О!", а Ю Шин залился густой краской и бросил затравленный взгляд на своего друга. Точно, в его сестру влюбился! Я развернулась, чтобы пойти дальше, и неожиданно врезалась во что-то твердое и теплое, обхватившее меня, чтобы я не упала.
– Господин Фэн! – узнав его, я тут же отстранилась. – Простите!
Фэн Шао не ответил – глаза его были прикованы к моему лицу, а на его собственном лице, белом, как стена, было такое выражение, словно он увидел призрака, восставшего из могилы. Заклинание!
Я спешно развеяла заклинание и отступила еще на один шаг. За спиной главы клана маячила незнакомая фигура – высокий молодой заклинатель в черной одежде земляного клана. Его лицо было до странности похожим на лицо Фэн Шао – такое же ошарашенное, без единой кровинки. Похоже, я нечаянно взбаламутила чужие воспоминания… Может, Фэн Шао любил какую-то девушку, а она умерла? А сейчас, столкнувшись со мной, под действием заклинания увидел ее лицо? А его друг, наверное, знал ее, вот и побледнел за компанию.
Глава клана с трудом оторвал от меня взгляд, и, пройдя мимо, подошел в наставнику. Не знаю, что он ему сказал, то наставник после его слов переменился в лице и слегка нервно кивнул. Надеюсь, Фэн Шао отчитал его за то, что вместо того, чтобы изучать воздушные заклинания, мы для чего-то проходим заклинания клана Белого Лотоса, которые никому из присутствующих в жизни не понадобятся.
После того, как глава клана и его спутник удалились, наставник Гуанчжи спешно свернул демонстрацию заклинаний и услал нас в класс переписывать новую главу из учебника. Я, выдохнув, поплелась следом за галдящей толпой одноклассников. Неужели наконец-то день пойдет, как обычно!
А нет, рано я обрадовалась – Шуй Ли, наш главный зазнайка, внезапно приотстав, решил составить мне компанию и рассказать, как много новых дорогущих нефритовых подвесок ему прислали из дома и не хочу ли я зайти к нему в комнату и посмотреть их. Я бросила на него взгляд, полный отвращения, и догнала И Мина. Вот поэтому я и не люблю особые заклинания – последствия могут быть самые странные.
Однако Шуй Ли, вероятно, не привык, что ему отказывают – после занятия он догнал меня и попытался приобнять, а когда я сбросила его руку и пообещала в следующий раз ее нечаянно сломать, недовольно отозвался, что "нечего ломаться".
– Отстань, – бросила я и целеустремленно зашагала к столовой.
– Слышишь, нечего строить из себя недотрогу, – он, догнав, схватил меня за запястье. – Как будто я не знаю, что ты жила с Фэн Хаем! Чем вы там ночами занимались, книжки читали?
– Убери руки, – прошипела я, – тебе что, уши грязью залепило? Не слышал, что наставник рассказывал про мой клан?
– Ой, да ладно, все это сказки, чтобы к тебе меньше приставали, – отмахнулся Шуй Ли и потянул меня к себе, впрочем, тут же взвыв от того, что я со всей силы стукнула его ногой туда, куда достала – а достала куда-то в колено, а не в более болючее место, к сожалению. Мою руку он так и не отпустил, а глаза его налились кровью от бешенства.
– Продажная девка! – выдохнул он, и я заметила, как его вторая рука поднимается. Опуститься она не успела – в него на всех парах врезался кто-то крупный, напором и скоростью напоминающий свирепого дикого кабана, и он наконец-то разжал хватку.
– Ю Шин! – пораженно выдохнула я, отбегая на пару шагов от дерущихся. Мой всегда спокойный друг повалил Шуй Ли на землю и лупил его, а тот лишь жалобно подвывал и безуспешно пытался скинуть соперника. Никогда не подозревала в Ю Шине такой силы!
На подмогу к терпящему поражение Шуй Ли тут же бросились его друзья-припевалы, остальные ученики подтянулись, образовывая вокруг дерущихся круг, а я стояла, не зная, что делать. Втроем на одного – да они же отделают Ю Шина так, что он не встанет! Краем глаза я видела бегущего со стороны класса И Мина – но он был еще слишком далеко, пока он добежит…
И тут И Мин на моих глазах перекувыркнулся и из обыкновенного, вечно голодного и болтливого паренька превратился в серебристого лиса, крупными прыжками покрывающего разделяющее нас расстояние. Я почувствовала, как у меня буквально отвисает челюсть. Всего пара мгновений – и он уже тут, бросается к дерущимся, и они с дикими воплями наконец разбегаются.
Глава 15
– Меня укусил оборотень! – вопит Шуй Ли, сжимая окровавленную руку.
– Мамочки! – по-бабьи тонко вторит ему его друг Цинь Юй, отползая назад и не осмеливаясь подняться.
И Мин же – вернее, лис – замер, припадая на передние лапы, скаля белоснежные клыки и загораживая Ю Шина. Тот же бросал на него укоризненные, но совсем не удивленные взгляды.
– Что тут творится! – раздался гневный оклик, и я обреченно закрыла глаза. Наставник Гуанчжи… – Драка? – тут его взгляд упал на И Мина, и его и без того красное лицо побагровело еще сильнее. – Тебе же было сказано, не перекидываться в клане! А ты напал на учеников!
Он что, знал, что И Мин – лис-оборотень?
– Наставник, те первые начали, – подал голос кто-то из учеников. – Шуй Ли приставал к Бэй Лину, то есть, к Айлин, и они заступились.
Пылающий негодованием взгляд наставника упал на меня, и я съежилась.
– Конечно, это все из-за нее! – завопил он, брызжа слюной. – Пока в клане не появилась девчонка, не было и драк! Вы все, – тут он ткнул пальцем в моих друзей и Шуй Ли со своими приспешниками, – отчислены! Никаких драк в клане быть не должно! Марш в сарай, сегодня посидите там, а завтра чтобы духу вашего в клане не было!
– Наставник Фэн Гуанчжи, – я бросилась за ним, торопясь объяснить все, пока он не ушел. – Они не виноваты! Эти – я ткнула пальцем в Шуй Ли, все еще баюкающего свою руку, – первые начали, а они просто заступились! Заступаться за других – это же благородное дело, вы сами так говорили, и в учебнике этики заклинателей так написано!
– Правила есть правила! Никаких драк! – завопил наставник, и, в полном бешенстве хлопнув рукавом, удалился. – Уведите их! – на ходу бросил он подбежавшим старшекурсникам, и те бросились исполнять указание. Проводив их глазами, я вдруг наткнулась взглядом на окрасившийся красным рукав Шуй Ли и только сейчас сообразила, что это – кровь. В ушах зашумело, и я осела бы на землю, если бы кто-то не поймал меня сзади и не повел, заботливо поддерживая за локти.
– Куда вы меня ведете? – слабо воспротивилась я и услышала голос Фэн Хая:
– Сначала – подальше отсюда.
Шисюн тут! Меня внезапно затопило такое облегчение, что ноги сами собой подломились. Если он рядом, то все в порядке, можно и в обморок упасть, – подумала я, чувствуя, как он подхватывает меня на руки и куда-то несет.
В обморок я все-таки не упала – через какое-то время темнота перед глазами рассеялась, и я обнаружила себя сидящей в беседке в объятиях Фэн Хая, который осторожно придерживал меня за плечи. Едва я смогла это осознать, как тут же сползла с его коленей, и, шатаясь, перебралась на другую сторону беседки. О нас и так уже ходят слухи, не нужно давать им новую пищу…
– Айлин, – позвал меня Фэн Хай, и я с трудом сфокусировала на нем взгляд. – Что случилось?
– Я просто увидела кровь, а я не переношу ее вида, – запинаясь, пояснила я. – И Мин и Ю Шин подрались с Шуй Ли и его шайкой… Шуй Ли приставал ко мне, и… И теперь их отчислят! – тут мой голос задрожал, и я поспешно замолчала.
– Приставал? – заклинатель почему-то выцепил из моего рассказал именно это слово.
– Да, он сказал, что я жила с тобой, и чтобы я не ломалась, – отозвалась я. Сейчас я так переживала из-за друзей, что произнесла это, даже не залившись краской.
– Понятно, – нехорошим тоном отозвался шисюн, и взгляд его, секунду назад такой теплый, заледенел. Тут он вдруг поднялся со своей скамьи и, сев рядом со мной, взял меня за обе руки:
– Айлин, таких людей будет много, не он один захочет сказать гадость, – серьезно произнес он. – Я сегодня же принесу тебе браслет, и ты какое-то время его поносишь, чтобы больше к тебе никто не приставал, хорошо?
– Какой браслет? – я непонимающе уставилась на него. При чем тут браслет? – Мне не нужны украшения, давай лучше найдем главу клана, может, он уговорит наставника Гуанчжи передумать!
– Сейчас найдем, не переживай, – пообещал Фэн Хай, и я слегка расслабилась и смогла наконец-то сосредоточиться на его словах. – Я говорю об обручальном браслете, – настойчиво продолжил он. – Я не хочу, чтобы кто-то говорил тебе гадости и смел думать о тебе что-то плохое, и браслет оградит тебя от этого.
Я подняла на него непонимающий взгляд. Он что, предлагает фиктивную помолвку?
– Спасибо, шисюн, – осторожно отозвалась я, – но у тебя могут быть из-за этого проблемы.
И у меня тоже. Наставник Гуанчжи съест меня без соевого соуса, если увидит на моем запястье помолвочный браслет своего лучшего ученика.
– Со своими проблемами я разберусь, не переживай, – отозвался он и хотел было продолжить, но я мягко положила руку ему на запястье, останавливая:
– Не нужно, шисюн. Спасибо, но правда, не нужно.
Фэн Хай хотел добавить что-то еще, но тут его окликнули:
– Фэн Хай! Срочно, дело в городе! Какая-то нечисть жрала собак, а теперь пропал ребенок, просят найти!
Я спешно отняла руки и подняла взгляд на кричавшего. Лань Хи – это был он – приветственно помахал мне издалека и крикнул:
– Привет, мелкий! А ты, оказывается, мелкая, а не мелкий!
– Я разберусь с этим и мы договорим, – переводя на меня взгляд, пообещал Фэн Хай. – Пока найди моего брата и расскажи ему все, что случилось. Он разберется.
Я только молча кивнула, наблюдая, как он встает и широким шагом направляется к своему другу, нетерпеливо переминающемуся с ноги на ногу.
Времени рассиживаться не было, и, едва у меня в глазах перестали плясать темные мушки, я тут же встала и понеслась в резиденцию главы клана.
Там было пусто и гулко. В зале приемов никого не было, только пылинки танцевали в лучах света, падающих из окна. Где был кабинет Фэн Шао, я не знала – поэтому пришлось бегать по коридорам, пока я не наткнулась на слугу в темных одеждах, моющего полы длинной шваброй. Он недовольно покосился на мои следы на свежевымытом полу, и, сообщив, что глава клана куда-то уехал со своим другом, выгнал меня из коридора, "пока полы не просохли". Не веря, что Фэн Шао на самом деле уехал и в клане его нет, я понеслась в его лекарский кабинет – но и там было пусто. Что же делать?
Присев на ступеньки перед кабинетом, я задумалась, подперев рукой голову. Фэн Хай ушел на задание в город – пока он вернется, пройдет не менее несколько часов. Его брат уехал по делам с другом – наверное, тем, которого я видела на тренировочной площадке, из клана земли. Что же мне делать? Я не могу просто так сидеть и смотреть, как моих друзей из-за меня отчислят!
Я все-таки вернулась в резиденцию и тщетно прождала еще несколько часов, но ни глава клана, ни шисюн не вернулись. Да что же это такое, когда они больше всего нужны, их нет!
Сознаюсь, идея заколдовать наставника Гуанчжи на миг посетила мою голову, но я не стала даже ее рассматривать. Даже если я сделаю это, то стоит мне снять заклинание, как наставник Гуанчжи еще сильнее обозлится и тогда уже точно выгонит моих друзей. Не могу же я вечно держать его под заклинанием, это тут же заметят.
Остается одно – идти к нему и умолять. Могу даже показательно порыдать. Я, напрягшись, попробовала выдавить слезу – слеза не выдавилась, но мне стало вдруг так жалко себя, И Мина и Ю Шина, что невольно вырвавшийся всхлип звучал вполне натурально. Стараясь не сбиться с рыдательного настроя, я пошла к кабинету наставника.
Двери были плотно захлопнуты, и едва я протянула в ним руки, мне навстречу вышел один из старших адептов, служивших при Гуанчжи помощниками.
– Наставник занят и приказал никого не пускать, – не дав мне сказать ни слова, сурово произнес он.
– Но у меня важное дело! – я попыталась обойти его, и он преградил мне дорогу, старательно глядя поверх моей головы – неужели боится, что зачарую?
– Наставник! – я попробовала было покричать, но адепт тут же зашикал на меня, а в приоткрывшуюся на миг дверь ему на подмогу вышел еще один.
– Наставник сказал не пускать никого, ОСОБЕННО тебя, – произнес он с нажимом. – Он занят. Будешь шуметь – закроем тебя в сарае, чтобы ты не мешала уважаемому человека работать.
Упрямо поджав губы, я отошла на несколько шагов назад и опустилась на сверкающую в свете фонарей гальку, сверля взглядом дверь. Уже смеркалось. Не может же наставник Гуанчжи просидеть в кабинете весь вечер? Он выйдет на ужин, и тут-то я его и выловлю и не отстану, пока он меня не выслушает.
Синие вечерние сумерки сменились черным ночным небом, которое обсыпало сверкающими звездами, а наставник все не показывался. Неужели от меня прячется? Адепты, сторожившие дверь, зашли внутрь попрощаться и удалились, позевывая и бросая на меня жалостливые взгляды. Я смотрела мимо них, на дверь. Тут в ней провернулся ключ, и свет внутри погас.
Наставник Гуанчжи жил в покоях за своим кабинетом. Ему могли принести туда ужин, завтрак и обед. При желании он мог прятаться от меня неделями. Непонятно, почему он избегает меня, если чувствует свою правоту – мог бы просто наорать и закрыть в сарае, как грозились адепты-старшекурсники. Если он избегает меня, значит, опасается, что может согласиться с моими доводами… Тогда буду сидеть тут, пока он не выйдет.
Было уже поздно, и все в клане легли спать. Вдалеке шмыгнул в щель между домами белый кот, мой знакомец. Интересно, найдет ли он меня там, куда меня переселят, если оставят в клане?
Кот натолкнул меня на мысли об И Мине. Надо же, он оказался лисом-оборотнем! То-то мне все мерещилось в его облике что-то плутоватое, будто бы лисье. Ю Шин явно знал об этом – он даже глазом не моргнул, когда его лучший друг перекинулся в лиса.
Я поежилась. Сейчас я бы не отказалась от способности превращаться в кого-нибудь пушистого – ночной мрак унес последние остатки тепла, и меня начало ощутимо потряхивать от холода. Вскоре, когда у меня уже зуб на зуб не попадал, на мою юбку упало что-то белое и искристое. И я чуть не застонала. Снег! Только я могла оказаться ночью в снег за пределами комнаты без теплой одежды. Сбегать в комнату за плащом я не решалась – вдруг за это время наставник Гуанчжи куда-то переберется, а я буду зря сидеть у его кабинета?
Вот замерзну тут насмерть, и они пожалеют, – мстительно подумала я и подула на озябшие руки. Землю уже укутывал тонкий белый слой, снежинки падали мне на плечи и голову, выделяясь на темной массе волос. Фонари, которые горели по обе стороны здания даже ночью, отбрасывали на снег причудливые блики, и в их свете казалось, что все вокруг припорошено сверкающей звездной пылью. Красиво…
Когда я уже подумала, что так и умру тут, на коленях перед кабинетом наставника Гуанчжи, мне на плечи вдруг свалился теплый тяжелый плащ, а на снег передо мной упала кривая тень. Обернувшись, я увидела Фэн Хая, остановившегося надо мной с зонтиком в руках. Он тоже был весь засыпан снегом, но меньше меня, благодаря зонту. Только что вернулся?
– Пойдем в комнату, Айлин, – негромко произнес он. – Утром вернемся и поговорим с наставником. Все равно он уже спит.
– Твой брат не вернулся? – вместо ответа спросила я, и он отрицательно покачал головой.
– Они с Ди[1] Синем пошли в огненный клан. В этом году наша очередь назначать управляющего землями огненного клана, и брат отправил его.
Ди —"земля". Значит, я правильно отгадала, что он из клана земли.
– Какого управляющего? Я думала, проклятый клан отгорожен огненным барьером и его земли пустуют, – спросила я, просто чтобы говорить о чем-то и скоротать время.
– Отгорожен, – согласился Фэн Хай. – С тех пор, как последний глава огненного клана во время войны поставил барьер, его так и не смогли снять. Но землями надо как-то управлять, а то там расплодится нежить, поэтому туда по очереди отправляют управляющих из разных кланов. В этом году наша очередь, и брат отправил своего друга.
– Откуда в пустующих землях нежить? – резонно предположила я. – Что ей там есть, людей же нет?
– Есть мелкая живность, дичь в лесах, – не согласился Фэн Хай. – Нежить ест ее, набирается сил и выходит на земли других кланов, к людям. Ей огненный барьер не помеха. Помнишь Дыхание стужи? Скорее всего, оттуда приползло, вон как разъелось…
– А почему клан воздуха отправляет заклинателя земли? – Все-таки было бы логичнее, если от клана Фэн поехал кто-то, носящего фамилию Фэн.
– Ди Синь вошел в клан воздуха много лет назад и во всем помогает брату, – не согласился Фэн Хай. – Брат ему доверяет.
– А что в деревне? – я не стала больше расспрашивать про друга Фэн Шао. Если он ему верит, то какое мне дело, из какого он клана? – Нашли ребенка?
– Нашли, – подтвердил Фэн Хай. – С друзьями на речку убежал. Нежить, которую собак ела, тоже нашли и устранили. Ничего серьезного, так, мелочь мелкая.
Я согласно кивнула, и мы замолчали. Фэн Хай попытался было уговорить меня вернуться в свою комнату и поспать, "а он тут посторожит", но я лишь упрямо качала головой. Моих друзей выгоняют из-за меня, как я могу спать, зная, что завтра их с позором отправят домой? Что они никогда не станут заклинателями, не возьмут в руки мечи и не повесят на пояс серебряный Молчаливый колокольчик?
В конце концов заклинатель сдался и замолчал, а затем, вздохнув, за руку сдернул меня с места и тут же опустил обратно – только села я уже не на холодные камни, а на толстый воздушный пласт. Такой же пласт укутал Фэн Хая и мои плечи сверху плаща. Так мы и ждали, молча, я – сидя на земле, а Фэн Хай – стоя надо мной с зонтом, и снег укутывал нас плотным одеялом.
Ничего не поделаешь. Если ты молод, слаб и незнатен, ты не имеешь права возмущаться и требовать, ты можешь только подчиняться и надеяться на снисхождение. Даже Фэн Хай, с его высоким статусом и уважением, которое испытывали к нему окружающие, не смел долбиться в двери кабинета и требовать немедленно нас выслушать. Ну и пусть, я была рада и тому, что он просто рядом. Ну и тому, что он принес плащ.
Согревшись под теплым плащом и воздушным слоем, я сама не заметила, как задремала, привалившись к ногам Фэн Хая, и проснулась только от глухого стука открывшейся двери. Встрепенувшись, я увидела, как наставник Гуанчжи, стоя на пороге кабинета, меряет нас мрачным взглядом. Небо порозовело и даже посветлело на горизонте, а землю вокруг, как и меня с Фэн Хаем, укрывал пушистый слой первого в этом году снега. Я тут же придала лицу скорбное выражение и сделала вид, что не спала.
– Фэн Хай, зайди ко мне, – недовольно произнес наставник, старательно не обращая на меня внимания. И почему он так меня невзлюбил? Может, его жена бросила, и поэтому он теперь ненавидит всех женщин? Просто какая-то глава клана Белого Лотоса наоборот – госпожа Бай тоже всегда недолюбливала мужчин и советовала держаться от них подальше.
Фэн Хай пошевелился, отчего мне на голову посыпался снег, вручил мне свой зонтик и прошел вслед за наставником в кабинет. Спина его была облеплена снегом – как-то он криво зонт держал, может, оттого, что устал? Меня тут же одолели угрызения совести – вчера после задания, вместо того, чтобы отдыхать, Фэн Хай всю ночь провел со мной на улице.
Фэн Хай показался в дверях кабинета через несколько минут – лицо его было непроницаемо, как обычно, и я вперила в него вопрошающий взгляд. Выглянувший следом наставник поманил пальцем уже спешащего на свой пост адепта-старшекурсника, не того, что стоял возле дверей вчера, а кого-то другого, и негромко дал ему пару указаний. Адепт, поклонившись, умчался в сторону сараев, наставник скрылся в кабинете, не удостоив меня ни взглядом, и я встала, морщась от боли – ноги затекли.
– Ну что? – я покачнулась, не в силах удержаться на ногах из-за пронзивших их иголочек, и Фэн Хай приобнял меня, удерживая от падения.
– Все нормально, их оставят в клане, – успокоил меня Фэн Хай, и я выдохнула, обессилено прислоняясь к нему. – А Шуй Ли все же выгонят. Свидетели подтвердили, что он напал на тебя первый.
– Хорошо, – пробормотала я ему в грудь и с трудом отодвинулась, потому что ноги все еще меня не держали. – Спасибо тебе…
Я хотела было вернуть ему плащ, но Фэн Хай только покачал головой и сказал, что он-то точно не замерзнет и что отдам потом, и я, еще раз поблагодарив его, поплелась к сараям – сообщить друзьям радостную новость. Все время, что я шла, я чувствовала между лопаток обжигающий взгляд – но когда обернулась, то увидела лишь спину шисюна, шагающего по своим делам.
[1] Земля
Глава 16
К сараям, служившим для склада сельскохозяйственного инвентаря, я подошла как раз тогда, когда старшие адепты выпускали из них И Мина и Ю Шина. Они выглядели сонными, и в волосах у них запутались клоки соломы и паутины. Я, шагнув к ним, застыла, не зная, что сказать.
– Значит, ты лис, – наконец произнесла я, глядя на И Мина.
Тот кивнул, с некоторой опаской глядя на меня и ожидая моей реакции, и напомнил:
– А ты – девушка.
Я кивнула, принимая его довод. Не он один что-то скрывал. Тут я обернулась к Ю Шину и устало спросила:
– Ты-то хоть тот, за кого себя выдаешь? Обычный человек?
Ю Шин вдруг залился краской по самую макушку, и, бросив вопрошающий взгляд на И Мина, все же признался:
– Я не совсем обычный человек… Ну, почти… Я слуга И Мина, мой род служит ему уже много столетий. Я родился в тот же день, что и он, и умру в один час и миг с ним, а до этого я обязан служить ему и помогать во всем.
Я невольно присвистнула: лисы-оборотни могут прожить и тысячу лет. Ю Шину сказочно повезло, он будет жить, когда мои внуки уже состарятся. Хотя о чем это я, какие у меня могут быть внуки.
– Ладно, господа обманщики, – я улыбнулась, и, подхватив их под руки, потащила в сторону столовой. – Пойдемте завтракать!
– Надо нашей курице булочек унести, – озабочено произнес И Мин, и я прыснула, не удержавшись. Стоило мне раньше догадаться: кто, как не лис, может так любить курятину, что не поленился сбегать за ней по тысяче ступенек!
– А чей это на тебе плащ? – подозрительно уставился на меня И Мин, недовольный моим хихиканьем. Действительно, выглядела я странно – в мужском плаще, который был на локоть длиннее, чем нужно, с растрепавшейся прической и горящими щеками. Потрогав свой лоб, я убедилась, что горят не только щеки – наверное, все-таки простыла ночью, и, спешно позавтракав, я ушла в свою комнату в резиденции. Нужно немного поспать, а потом схожу к Фэн Шао, ну или найду другого лекаря, и попрошу подтвердить, что заболела, чтобы не назначили наказание за пропуск.
В своей комнате я аккуратно развернула плащ и повесила его на ширму, чтобы он хорошенько просох и не измялся. Плащ был светло-голубой, с серебряным защитным шитьем и тяжелыми металлическими застежками, и от него тонко пахло хвоей – в нашей с ним комнате Фэн Хай постоянно зажигал смолу кедра и кипариса для очищения мыслей, и этот запах у меня стойко ассоциировался с ним. В сердце ворочались какие-то непонятные чувства – и благодарность к нему за помощь, и тепло, и даже почему-то легкая печаль… Вздрогнув, я поняла, что вот уже несколько минут стою у ширмы, бездумно проводя пальцами по тяжелой и гладкой ткани плаща, и поспешно улеглась в кровать.
Спустя пару часов, проснувшись, я уже чувствовала себя гораздо лучше. Спешно приведя себя в порядок, я направилась обедать, а после этого – искать лекаря. Если найду Фэн Шао, то хорошо, а если он еще не вернулся из огненного клана, то поищу другого лекаря. Однако никого искать не пришлось – Фэн Шао, стремительно шагнувший мне навстречу из-за угла, когда я шла к его лекарскому кабинету, окинул меня одним беглым взглядом и тут же отправил ждать его в кабинете. Наверное, по мне было видно, что я приболела, хотя чувствовала себя я уже сносно.
В его кабинете пахло мятой и мелиссой, и я тут же почувствовала умиротворение и спокойствие. Прямо как дома, в клане Белого лотоса – у там лекарственными травами пропахло все, и даже те, кто учился на заклинательниц и должен был тренироваться кидать заклинания и махать мечом, умели заготавливать травы и делать лекарства. А как тут не научишься, когда весь клан выгоняли на сбор трав, когда цвел, например, однолистник – его можно было собирать всего один раз в год, в день летнего солнцестояния, а использовался он во многих снадобьях, поэтому с рассвета мы отправлялись в горы собирать эту редкую травку в огромных количествах. А осенью и весной, когда все вдруг начинали болеть и рабочих рук отчаянно не хватало, всем приходилось делать лекарства, и поэтому мы откладывали деревянные тренировочные мечи и брали в руки деревянные же пестики и ступки для перетирания трав.
Фен Шао вернулся через несколько минут, когда я, подойдя к широкому длинному столу, изучала разложенные на нем травы и справочники. Интересно, что он готовит – рецепт снадобья в открытом на нужной странице справочнике занимал весь разворот и, вероятно, продолжался на следующем, но я, конечно же, не стала без спросу листать и читать.
– Я получил ответ от госпожи Бай, – без предисловия сообщил он. – Она подтвердила твою историю и просила нас позаботится о своей ученице. Поэтому ты можешь остаться в клане и искать то, что тебе нужно.
– Спасибо, господин Фэн, – с облегчением отозвалась я и вежливо поклонилась. Я не сомневалась, что госпожа Бай все подтвердит, но все-таки при его словах почувствовала, что у меня словно гора упала с плеч.
Он лишь кивнул, и, не говоря лишних слов, отвел меня к свету и окинул профессионально-цепким взглядом.
– Глаза красные, сама бледная, – прокомментировал он, поднимая мое лицо к свету за подбородок и заглядывая по очереди в каждый глаз, – признавайся, не спала или рыдала?
Смотреть на него так близко было почему-то неудобно, и, когда он отпустил мой подбородок и взял за запястье, чтобы посчитать пульс, я почувствовала облегчение.
– Не спала, – призналась я. – Наставник Гуанчжи хотел отчислить моих друзей и мы с Фэн Хаем… с шисюном, то есть… всю ночь ждали его, чтобы переубедить.
– А, слышал уже об этом инциденте, – неопределенно отозвался Фэн Шао. – Значит, мой брат тебе помог?
Я кивнула и едва сдержалась, чтобы не ойкнуть, когда пальцы Фэн Шао на моем запястье вдруг судорожно сжались. Наверное, у меня такой пульс, что по нормальному не прощупаешь, приходится сильно давить.
Опомнившись, он отпустил мою руку и, усадив меня к столу, выдал несколько пучков трав и рецепт.
– Обычная простуда, – пояснил он, – приготовь вот это снадобье для снижения огня в организме[1], ты же должна отбывать наказание? А потом сразу и выпей. – Тут он неуловимо улыбнулся, и я невольно ответила тем же.
– А вы что готовите, господин Фэн? – Фэн Шао расположился за своим столом напротив меня и принялся перетирать травы и скидывать в огромный керамический сосуд. Судя по объемам, он собирался наготовить лекарства сразу на весь клан на десять ближайших лет.
– Порошок "Небесное спокойствие", – отозвался он, – мы принимаем его в клане Фэн каждое утро. Вылечишься, будешь мне помогать, видишь, сколько его нужно?
