Текст книги "Попаданка с приветом, или Дети, заберите вашу мать! (СИ)"

Автор книги: Алиса Квин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 25

Я проснулась не сразу, а постепенно, словно выныривала из сна, и первое, что почувствовала, было тепло и какое-то непривычное спокойствие. Я лежала с закрытыми глазами, пытаясь понять, что именно меня разбудило и почему в груди нет привычной тревоги, но мысль пришла не сразу. Сначала я ощутила руку у себя на талии. Теплую и тяжелую, живую. Я резко открыла глаза и несколько секунд просто смотрела перед собой, не решаясь пошевелиться, а потом медленно повернула голову.

Киллиан спал рядом. Совсем близко, так, что я могла разглядеть каждую черту его лица: темные ресницы, расслабленные губы, прядь волос, упавшую на лоб. Без своей обычной собранности он выглядел совсем иначе – спокойным, почти беззащитным, и от этого почему-то становилось еще страннее. Воспоминания о вчерашней ночи вернулись не вспышкой, а мягкой волной: разговор в кабинете, его слова, поцелуй, и то, как я сама не отстранилась. Я тихо выдохнула, и в этот момент его пальцы чуть сильнее сжались на моей талии.

– Ты слишком громко думаешь, – негромко сообщил он, не открывая глаз.

Я вздрогнула.

– Ты не спишь?

– Уже нет.

Он открыл глаза и посмотрел на меня так спокойно, будто мы каждое утро просыпались вместе, и от этого стало неловко именно мне.

– Доброе утро, – сказал он.

– Доброе… – ответила я, и голос прозвучал тише, чем хотелось.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга, и я вдруг остро почувствовала, насколько близко мы лежим. Его рука по-прежнему оставалась на моей талии, и он не спешил ее убирать. Я тоже не просила.

– Ты жалеешь? – спросил он прямо.

Вопрос показался неожиданным, но не неприятным. Я задумалась всего на мгновение и честно ответила.

– Нет.

Он внимательно посмотрел на меня, будто проверяя, не соврала ли я, а потом чуть кивнул, словно принял этот ответ.

– Тогда в чем проблема? – спокойно уточнил он.

Я вздохнула и отвела взгляд.

– В том, что все стало сложнее. Вчера было просто… понятно. А теперь – нет.

– Было понятно? – в его голосе мелькнула легкая усмешка.

– Ну… относительно, – призналась я. – По крайней мере, я не просыпалась в твоей постели и не пыталась понять, что теперь с этим делать.

– И к какому выводу ты пришла?

Я снова посмотрела на него. Он не давил, но ждал моего ответа.

– Пока ни к какому, – честно сказала я. – Я просто пытаюсь не паниковать.

– Это уже хороший результат.

Я невольно усмехнулась, и напряжение немного отпустило. Киллиан не говорил больше ничего, осторожно притянул меня поближе. Я не сопротивлялась – наоборот, сама придвинулась, уткнулась лбом ему в плечо. Его рука медленно прошла по моей спине, мягко, почти невесомо, и я закрыла глаза.

– Тогда не думай сейчас о том, что будет дальше, – тихо сказал он. – Просто побудь здесь.

Я чуть сильнее сжала ткань своей рубашки.

– Это ненадолго, – пробормотала я.

– Я знаю.

– Потом начнутся вопросы. Проблемы. Совет. Дети…

– Мы все преодолеем, – спокойно и откровенно сказал он.

Я приподняла голову и посмотрела на него.

– У нас могут быть проблемы. Тебя это не смущает?

– Смущает, – честно ответил он. – Но это не повод отказываться от того, что уже есть.

Я несколько секунд молчала, разглядывая его лицо, а потом тихо сказала:

– Тогда давай хотя бы немного сделаем вид, что у нас есть это утро.

Он слегка улыбнулся и наклонился поближе, касаясь губами моих волос.

– Мы не делаем вид, Настя.

Я едва слышно выдохнула.

– Нет?

– Нет. Это и есть наше утро.

Не знаю, что именно изменилось после этих слов, но внутри стало тише. Будто я перестала сопротивляться тому, что уже случилось. Киллиан по-прежнему обнимал меня, его ладонь медленно скользнула по моей спине, и в этом жесте не было ни спешки, ни требовательности, только спокойная уверенность.

Я чуть отстранилась, чтобы посмотреть на него.

– Ты всегда такой уверенный? – тихо спросила я.

– Нет, – так же тихо ответил он. – Только тогда, когда не хочу тебя отпустить.

У меня перехватило дыхание. Я опустила взгляд, но он тут же мягко коснулся моего подбородка, заставляя снова взглянуть на него.

– Не бойся, – сказал он.

– Я не боюсь.

– Боишься, – улыбнулся Киллиан.

Я хотела возразить, но не смогла. Потому что он был прав. Я действительно боялась. Не его, не того, что произошло, а того, что это может оказаться слишком важным.

– Настя, – он произнес мое имя чуть тише, – я понимаю, что у нас все произошло слишком быстро и не тороплю тебя.

– А вчера? – попыталась я пошутить.

Он едва заметно улыбнулся.

– Вчера я боялся, что, если не сделаю этого, ты снова отступишь.

– Возможно, – честно призналась я.

– Поэтому я не жалею.

Я вздохнула и положила голову ему на плечо, позволяя себе расслабиться. Несколько секунд мы молчали. За окном уже разгорался новый день, в доме начиналась жизнь, но здесь, в этой комнате, все еще сохранялась странная отрешенность от внешнего мира.

– Нам все равно придется встать, – сказала я.

– Придется, – хитро улыбнулся Киллиан.

– И выйти к детям, – с ужасом осознала я.

– Да.

Я закрыла глаза. Боже!

– Они будут смотреть, – с трудом поборола желание спрятаться под одеяло с головой.

– Будут, – совершенно серьезно кивнул муж.

Вот черт!

– И делать выводы.

– Уже сделали.

Я тихо застонала. Киллиан усмехнулся и притянул меня чуть ближе.

– Переживешь, – поцеловал он меня в висок.

– Не уверена, – прошептала я.

– Я рядом.

Я открыла глаза и посмотрела на него.

– Ты слишком спокойно к этому относишься, – возмутилась я.

– Потому что я уже принял решение, – подозрительно спокойно ответил он.

– Какое?

Вот теперь я напряглась. Он не сразу ответил. Несколько секунд просто смотрел на меня, а потом сказал:

– Я не собираюсь делать вид, что ничего не произошло. Ты моя жена! Этого никто не сможет отменить.

Сердце снова кольнуло.

– Даже если это создаст проблемы? – осторожно спросила его.

– Создаст, – не смутился мужчина.

– Даже если Совет…

– Настя, – мягко перебил он, – я разберусь с Советом.

Я нахмурилась.

– Это звучит слишком просто.

– Это не просто. Но это моя ответственность.

Я помолчала, обдумывая его слова, а потом спросила:

– А я?

– А ты, – он чуть улыбнулся, – будешь делать то, что у тебя получается лучше всего.

– И что же это?

– Оставаться собой.

Я фыркнула.

– Очень расплывчатая задача.

– Зато правильная.

Я покачала головой, но спорить не стала. Внутри все еще было много вопросов, но рядом с ним они почему-то не казались такими пугающими.

– Киллиан…

– Мм?

– Мы правда справимся?

Он чуть наклонился и коснулся губами моего виска.

– Обязательно!

– Откуда ты знаешь?

Вот мне бы его уверенность!

– Не знаю, – честно ответил он. – Но я не собираюсь проигрывать.

Я невольно улыбнулась.

– У тебя на все один ответ?

– Почти.

Я тихо рассмеялась, и напряжение окончательно отпустило. Он отстранился первым, но не ушел далеко.

– Встаем? – спросил он.

Я посмотрела на дверь, потом снова на него.

– А если я скажу «нет»? – от моего вопроса его глаза потемнели.

– Тогда у нас будет еще несколько минут, – хрипло ответил супруг.

– Заманчиво, – хихикнула я.

– Я умею уговаривать.

Его губы показались мне нестерпимо горячими, но невероятно сладкими. Я снова забыла обо всем на свете. Пусть впереди нас ждут проблемы, допрос шантажиста, возможные неприятности с Советом, все это сейчас было неважно. Сейчас у нас есть наше утро и немного времени побыть вдвоем, чтобы насладиться друг другом.

***

Мы спустились вниз вместе, держась за руки. Идти рядом оказалось неожиданно неловко. Мне казалось, что мы слишком сильно привлекаем к себе внимание. Я ловила себя на том, что прислушиваюсь к каждому своему шагу, к каждому его движению рядом, будто весь дом сейчас следит за нами.

– Ты слишком напряжена, – негромко заметил Киллиан.

– Я готовлюсь к встрече с судьями, – шепнула я.

– Это всего лишь дети, – подмигнул мне он.

– Вот именно!

Он тихо усмехнулся, но ничего больше не сказал. Из столовой доносились голоса. Живые, бодрые, явно уже проснувшиеся и готовые к новому дню. Я остановилась у двери на секунду. Киллиан чуть сжал мои пальцы.

– Поздно отступать, – напомнил он.

– Я знаю.

Он открыл дверь и пропустил меня вперед. Все четверо уже сидели за столом и, как по команде, повернули головы. В помещении мгновенно повисла тишина. Я даже не успела поздороваться.

Виллем прищурился. Эриэль медленно перевела взгляд с меня на Киллиана, потом посмотрела на наши руки, за которые мы все еще держались. Младшие переглянулись.

– Доброе утро, – осторожно сказала я.

– Доброе, – почти хором ответили дети, но с таким выражением лиц, что я сразу поняла – сейчас начнется.

Киллиан спокойно прошел к своему месту.

– Завтрак остынет, – сказал он так, будто ничего не происходит.

Он отодвинул мне стул, я села. Пауза затянулась.

И, конечно, первым не выдержал Виллем.

– Вы… – он замялся, подбирая слова, – наконец помирились?

Я чуть не подавилась воздухом не зная, что сказать. Киллиан совершенно невозмутимо ответил:

– Да.

Эриэль склонила голову набок и прищурилась. Сейчас она была как никогда похожа на своего отца.

– Просто «да»? – спросила девочка.

– Этого недостаточно? – спокойно уточнил он.

Он сдвинул брови, делая вид, что сердится, но дочь-дракона так легко не напугать.

– Недостаточно, – честно сказала она.

Я закрыла лицо руками.

– Можно я исчезну? – тихо спросила я, не зная куда себя деть от стыда.

– Нельзя, – хором ответили дети.

Киллиан тихо выдохнул, но я заметила, что он с трудом сдерживает улыбку.

– Мы поговорим об этом позже, – сказал он.

– Это нечестно, – буркнул Виллем.

– Это называется «взрослые разговоры».

– Мы тоже участники! – возмутилась Эриэль.

Я осторожно вмешалась:

– Так, стоп. Давайте хотя бы позавтракаем.

Несколько секунд они молчали, но потом, к моему облегчению, действительно потянулись к еде. Правда, взгляды в нашу сторону никуда не делись.

Я только начала немного расслабляться, как Митрофановна, которую я вчера оставила в кабинете Киллиана, влетела в столовую и недовольно фыркнула:

– Долго еще мы будем ждать, когда о нас вспомнят?

Четыре пары глаз мгновенно повернулись к ней. Я замерла. На ее древке, словно наездник восседал, если это можно так назвать, Грошик.

– Эм… – начала я.

Грошик тут же клацнул застежкой:

– Ну все, раскрытие века, – гордо произнес он.

Виллем медленно поднялся со стула.

– Это… метла? – спросил он.

– Очень наблюдательный мальчик, – одобрительно сказала Митрофановна.

Эриэль резко выпрямилась.

– Она разговаривает, – потрясенно выдохнула девочка.

– Представь себе, – с достоинством ответила метла.

Я обреченно вздохнула.

– Ладно. Думаю, пора знакомиться.

Я взяла Митрофановну и поставила рядом со столом.

– Это Митрофановна.

– Я не просто «это», – возмутилась она. – Я личность.

– Очень громкая, – добавил Грошик.

– А это, – я сняла кошелек с древка метлы, – Грошик.

Кошелек гордо звякнул.

– Финансово подкован и крайне обаятелен, – отрекомендовал себя он.

Наступила пауза.

Очень длинная.

Потом Ксандер осторожно спросил:

– Они всегда такие?

– К сожалению, да, – честно ответила я.

Эриэль вдруг улыбнулась.

– Мне нравится.

Виллем тоже медленно кивнул.

– Это… необычно.

– Это еще мягко сказано, – пробормотала я.

– Я думал, мама, это ты управляешь метлой, а оказывается, она живая, – признался Андерс.

Киллиан спокойно наблюдал за происходящим, откинувшись на спинку стула. Я посмотрела на него. Митрофановна важно приосанилась.

– Наконец-то, не надо сдерживаться и скрывать от всех, что я могу говорить, – сказала она.

Грошик довольно звякнул.

Глава 26

Завтрак постепенно перестал напоминать допрос и начал походить на обычное утро. Дети уже не так пристально на нас смотрели, больше обсуждали между собой Митрофановну и Грошика, перебивали друг друга и пытались выяснить, умеют ли они еще что-нибудь, кроме разговоров.

– Я, между прочим, могу летать, – с достоинством заявила метла.

– А я могу хранить деньги, – не остался в стороне Грошик.

– Это не способность, – фыркнул Виллем.

– Это талант! – обиделся кошелек.

Я невольно улыбнулась, наблюдая за этим хаосом. И только сейчас заметила, что Киллиан почти не ест. Он был спокоен внешне, но я уже начала улавливать эти едва заметные вещи: чуть напряженные плечи, внимательный взгляд, который время от времени ускользал куда-то в сторону.

Я тихо сказала:

– Ты уже думаешь об этом?

Он перевел взгляд на меня.

– Да. Планирую как следует допросить нашего ночного визитера. Я выясню, кто его нанял, – ровно сказал он. – А дальше уже буду решать.

Я кивнула, хотя внутри неприятно сжалось от страха. Дети, кажется, тоже что-то уловили. Эриэль перестала улыбаться.

– Куда ты идешь? – спросила она.

Киллиан спокойно отложил приборы и посмотрел на детей.

– Нужно разобраться с одним делом.

В комнате стало чуть тише.

– Это опасно? – тихо спросила я, не скрывая тревоги.

Он чуть качнул головой.

– Для него.

Я вздохнула.

– Киллиан…

Он мягко перебил:

– Я скоро вернусь.

Просто сказал. Без пафоса. Но так, что я почему-то сразу поверила. Он поднялся из-за стола. Дети притихли.

– Вы остаетесь с мамой, – добавил он.

От этого слова перехватило дыхание.

– Мы и так с ней, – буркнул Виллем.

– Значит, ведете себя соответственно.

Киллиан на секунду задержался рядом со мной. Очень близко. Настолько, что я почувствовала его тепло.

– Все будет в порядке, – тихо пообещал он.

Я кивнула.

– Я знаю.

Не может быть иначе!

Он коснулся моей руки, почти незаметно, и вышел. Дверь закрылась. Тишина продержалась ровно две секунды. Потом Виллем повернулся ко мне:

– Так.

Я обреченно вздохнула.

– Началось.

– Вы теперь не ссоритесь? – прямо спросила Эриэль.

– Это временно или навсегда? – добавил Ксандер.

Я посмотрела на них. Потом на Митрофановну. Та довольно покачалась в воздухе.

– Сама рассказывай! – хмыкнула метла.

– Предатели, – пробормотала я.

Грошик звякнул:

– Мы за правду.

Я снова перевела взгляд на детей. Они ждали. Серьезно и внимательно глядя мне в глаза. Я поняла, что отшутиться не получится.

– Я… – начала я и замялась.

Слова вдруг перестали быть простыми.

– Я не знаю, как это правильно назвать.

– Это нечестный ответ, – сразу сказал Виллем.

– Все очень сложно, – возразила я.

Эриэль чуть склонила голову.

– Ты его любишь?

Вопрос ударил неожиданно. Я замерла.

– Я…

И вдруг поняла, что не могу ответить сразу. Мне самой надо во всем разобраться.

– Ваш отец… мне с ним хорошо, – тихо сказала я.

– Это не совсем то, – заметила она.

– Я знаю.

Андерс вдруг тихо спросил:

– Вы больше не хотите развестись?

Я посмотрела на него, и сердце сжалось.

– Нет! Мы с папой вас очень любим! Просто знайте это! Что бы ни случилось, мы всегда будем семьей.

Виллем нахмурился, но уже не так резко.

– Он вчера был другим.

– Каким? – осторожно спросила я.

– Спокойным, – ответил он. – И… не злым.

Я невольно улыбнулась.

– Это хорошо?

– Это странно, – честно сказал он.

Митрофановна вмешалась:

– Привыкайте.

– Мы пытаемся, – вздохнула Эриэль.

Я глубоко вдохнула.

– Слушайте, – сказала я. – Я правда не знаю, что будет дальше, но я точно знаю одно…

Они все посмотрели на меня.

– Я вас не оставлю! И папа тоже.

Тишина стала почти осязаемой, но я чувствовала, что эта пауза очень важна.

– Правда? – спросил Андерс.

– Правда, – улыбнулась я.

Виллем отвел взгляд, но кивнул, а Эриэль широко улыбнулась.

Кажется, этот разговор самый честный за все время моего пребывания в этом мире. И самый важный.

После того как Киллиан ушел, в доме стало непривычно тихо. Завтрак подошел к концу, а я еще какое-то время стояла у окна.

– Не переживай, он скоро вернется, – сказала Митрофановна. – Куда он денется.

– Я ничего не говорила, – буркнула я.

– Ага, конечно, – фыркнула метла.

– Да не звени ты! – подал голос Грошик.

Я глубоко вдохнула и отвернулась от окна.

– Ладно. У нас есть более важные задачи.

Дети обнаружились в гостиной. Виллем пытался что-то объяснить Эриэль, активно жестикулируя, а она сидела на диване, поджав ноги, и слушала с таким серьезным видом, будто речь шла о судьбе мира.

– Мам! – первой заметила меня Эриэль. – А можно мне еще раз попробовать?

– Что попробовать? – насторожилась я.

– Ну… это, – она замялась и развела руками.

Я сразу поняла, о чем речь.

– Нет, – твердо сказала я. – Пока нет.

Виллем закатил глаза.

– Я же говорил.

– Я хочу еще! – упрямо заявила Эриэль.

– И будешь, – мягче добавила я. – Но не в доме. И не без меня. Но сейчас не время. Помнишь, вчера тот маг хотел запустить в нас какое-то заклинание.

Девочка кивнула.

– Это был очень плохой человек, – понизила я голос, – он мог причинить нам вред. Мы не знаем, кто его нанял. Папа обязательно выяснит, кто это сделал. Тогда мы сможем летать хоть каждый день!

Она немного подумала и нехотя кивнула.

– Ладно…

Я присела рядом и пригладила ее волосы.

– Ты у меня теперь особенная, понимаешь?

– Я и раньше была особенная, – важно заметила она.

– Это правда, – усмехнулась я.

– Особенная воображала! – заявил Ксандер.

Эриэль показала ему язык.

– Хочешь полетать, – взбодрилась Митрофановна, – давай я тебя покатаю.

Эта идея нашла поддержку у всех детей. Они весело визжали, по очереди усаживаясь на древко метлы. Та делала вид, что она летающий мотоцикл и с соответствующими звуками взмывала под самый потолок. Все это сопровождалось шуточками Грошика. Я смеялась вместе с ними, даже тогда, когда у меня сердце замирало от ужаса, от очередного виража под потолком метлы.

Меня не покидало странное ощущение, словно я здесь уже давно, словно так и должно быть. Я замерла на секунду.

– Мам? – нахмурился Андерс. – Ты чего?

– Ничего, – быстро ответила я. – Просто задумалась.

Но это было не совсем так. Где-то внутри что-то едва заметно дрогнуло. Как будто… Как будто меня кто-то позвал. Я резко подняла голову.

– Вы пока поиграйте, хорошо?

– А ты куда? – тут же спросила Эриэль.

– Я недалеко. Просто… отдохну немного.

Виллем прищурился.

– Ты странная, – сказал он.

– Спасибо, – хмыкнула я.

Я вышла из гостиной и направилась в сад. Мне хотелось выйти на свежий воздух. Шаги отдавались в коридоре глухо, и с каждым шагом это странное ощущение становилось сильнее. Тянущее. Глубокое. Я слышала зов и не могла ему сопротивляться. Я вышла на дорожку и остановилась возле фонтанчика. Шум воды немного успокаивал и отвлекал от странного ощущения внутри. Я протянула руку и коснулась прохладной воды.

– Это уже не смешно… – тихо сказала я.

Сердце билось чуть быстрее обычного. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Уверена, сейчас все пройдет. Но ничего не происходило. Шепот в голове усилился, почти оформился в слово «Настя». Я судорожно вдохнула и открыла глаза.

Фонтан исчез, а вместе с ним и сад, и дом. Все исчезло. Подо мной была темная, гладкая и совершенно неподвижная вода. Я посмотрела вниз, и сердце неприятно сжалось. Отражения не было. Вообще.

Я медленно подняла голову. Надо мной раскинулось бесконечное небо. Без солнца, без облаков, но при этом светлое, словно само излучало мягкий свет.

– Ну конечно… – выдохнула я. – А куда же без этих спецэффектов.

Я осторожно сделала шаг. Вода не дрогнула, будто я шла по зеркалу. А потом я отчетливо поняла, что я здесь не одна. Подняла взгляд. И замерла.

Передо мной стояла я.

ый.

Глава 27

Точнее… не я.

Та же внешность. Те же черты. Даже джинсы на ней были мои любимые. Но взгляд… Совсем другой. Он был более холодным, более глубоким и очень уставшим.

Я медленно выдохнула.

– Только не говори, что ты…

Она чуть склонила голову.

– Хорошо, не буду. Тогда скажи сама.

Я прикрыла глаза на секунду.

– Ты Арабелла.

Она не стала спорить. И от этого стало как-то окончательно не по себе.

– Отлично, – пробормотала я. – Просто отлично…

Мой двойник смотрел на меня спокойно.

– Ты очень красивая, – проговорила Арабелла.

– Ты тоже, – нервно улыбнулась я.

Мы стояли в этом странном месте, где было только синее небо над головой и темная вода под ногами. Две женщины с голубыми глазами и копной золотых кудрей. Такие похожие и такие разные. Мы смотрели друг на друга, словно в зеркало. Мне даже показалось, что все, что произошло со мной на самом деле, странный сон, а сейчас я смотрю на себя прежнюю. Но стоило только немного опустить взгляд вниз, сразу все становилось понятно. Я все еще была в том самом платье, которое надела утром. Вихрем в голове пронеслось воспоминание прошлой ночи, наш разговор с Киллианом, его признания, его поцелуи и прикосновения, а потом улыбки и смех детей. «Мама, мамочка!» – их звонкие голоса до сих пор разливались счастьем в моем сердце. А потом… меня пронзила почти невыносимая боль.

– Ты хочешь вернуться? – спросила я непослушными губами.

Я вдруг поняла, что от ее ответа зависит моя жизнь. Ведь все так просто – настоящая Арабелла возвращается к мужу и детям, а я – обратно в детский сад и пустую квартиру. Я не могла дышать от затопившей меня боли.

– Нет, – покачала головой девушка напротив, – даже если бы хотела, не смогла бы.

Ее красивые глаза были печальными, а я даже не могу выразить, какое испытала облегчение, но в то же время мне было грустно. Не могла никак поверить, что мать могла добровольно отказаться от своих детей.

Я резко подняла на нее взгляд.

– Тогда объясни, что здесь вообще происходит, потому что я ничего не понимаю.

И вода под ногами вдруг едва заметно дрогнула… Я напряглась и машинально огляделась, но вокруг по-прежнему было только небо и эта странная вода без отражения.

– Ты сбежала? – настороженно спросила я.

– Нет, – спокойно ответила Арабелла. – Я не сбежала. Не скрою, я хотела уйти от Киллиана. Нам было очень сложно вместе. Я не хотела быть производительницей маленьких драконов, но я люблю своих детей, я никогда бы их не бросила!

От этого признания стало только хуже. Я снова посмотрела на нее.

– Тогда как это произошло? – спросила я ее.

Арабелла не ответила сразу. Несколько секунд просто смотрела на меня, словно решая, сколько можно сказать.

– Меня хотели убить, – горько произнесла моя близняшка, – не просто убить, им нужна была моя магия. Когда я взлетела в небо к Ксандеру и Андерсу, я слишком поздно увидела ловушку. Она обрушилась на меня словно сеть. Все произошло слишком быстро. Магия вытекла из меня, что повлекло за собой обратный переворот. Я лишилась сил и полетела вниз. С такой высоты у меня не было и шанса остаться в живых. Но я не боялась за собственную жизнь. Я боялась за детей. Понимала, что без меня их драконья магия слишком быстро истончится и в конце концов исчезнет совсем, если тот, кто это сделал со мной, не заберет ее у них до этого.

Я потрясенно слушала рассказ Арабеллы. Мне было больно и страшно за нее.

– В тот момент, когда я почти коснулась земли, мы с тобой поменялись местами, – спокойно сказала она.

Я предполагала что-то подобное. Ведь не просто так мы с Арабеллой так сильно похожи внешне. Сейчас она выглядит в точности, как я, когда еще была на Земле. Выходит, она заняла мое место?

– А ты упала с березы, – подсказала я.

Арабелла грустно улыбнулась.

– Да. Это было очень странно!

Я ее понимала как никто другой.

– Знаешь, я хотела другой жизни – без магии, драконов, без брачных уз. Я мечтала о свободе. В конечном итоге я все это получила. И могла бы быть счастлива, но…

Она замолчала, а я прекрасно понимала, о чем она молчит. Дети! Она знала, что никогда не сможет увидеть своих детей.

– Я больше жизни мечтала стать мамой, – задумчиво проговорила я, – мне хотелось иметь большую и шумную семью. В итоге я все это получила, но в комплекте шел сумасшедший маг, который охотится за моим даром, угрожает детям, а плюс ко всему белобрысая гадюка Селинда.

– Селинда уже и тебя достала? – усмехнулась Арабелла. – Надменная стерва! Ты знала, что она прирожденный дракон с неинициированным даром? Она долго ждала, чтобы иметь возможность взлететь в небо, но так и не смогла.

– Да уж, имела неудовольствие познакомиться с этой змеей, – хмыкнула я. – Правильно говорят – рожденный ползать летать не сможет.

И тут меня осенило. У меня внутри все сжалось.

– Арабелла, – осторожно начала я, – я правильно понимаю, это отец Селинды сделал?

Она чуть прищурилась.

– У меня нет доказательств, – покачала головой девушка.

Она ничего не стала отрицать, но нам обеим было все понятно. Я шумно выдохнула.

– Замечательно. Значит, у нас тут не просто интриги, а полноценный заговор. Они были уверены, что ты ничего не помнишь и полностью лишилась своих сил. Какой же сюрприз был для всего Совета, когда нарисовалась я. Они меня даже с помощью Кристалла правды допрашивали.

Арабелла отшатнулась.

– Как они на это осмелились? – тихо сказала она.

Я нахмурилась.

– Теперь я понимаю, что происходило. Они думали, что заполучили твою силу, возможно, хотели как-то передать ее Селинде. Тогда эта мегера могла бы стать новой лоэрой Уиллард. Но тут появилась я…

Арабелла кивнула.

– Да, и спутала им все планы.

– Ты должна знать еще кое-что, – набралась я храбрости, – у Эриэль проснулась драконья магия.

Глаза Арабеллы округлились.

– Как это возможно?

– Я пока сама ничего не понимаю. Но я тоже вместе с ней обратилась.

Кажется, бывшая лоэра Уиллард лишилась дара речи.

– Что? Настя, это же… невероятно! Ты понимаешь, что это значит?

– Что я теперь могу обращаться в огромного дракона и плеваться огнем? – решила пошутить я.

Арабелла засмеялась.

– Не только! Драконья магия очень сложная. Ей нужна основа. Поддержка рода. Именно поэтому она передается от матери к детям. И только так. Лишив меня магии, глава Совета был уверен, что со временем близнецы тоже потеряют свой дар. И так и было бы! Но в нашем мире появилась ты. В твоем мире магии нет вообще. Она не расходуется у людей. Только копится. У тебя проснулась такая же магия, как у меня, только еще более сильная, потому что она копилась в тебе годами. Ты поделилась ею с детьми! Близнецы не лишились своего дара, а ты наградила им еще и Эриэль. Уверена, Виллем тоже совсем скоро обратится! Настя, ты потрясающая! Ты так полюбила детей, что стала для них источником силы. Ты основа родовой драконьей магии!

Я стояла оглушенная этим потоком выводов. Но, если подумать, Арабелла права. Я медленно выдохнула.

– Я только одного не понимаю, откуда тот маг-наемник знал обо мне?

Арабелла побледнела.

– Что ты сказала?

Я вкратце пересказала ей, что произошло после моего обращения, как я видела заклинание-ловушку, как мне прислали письмо, как я пошла на берег озера и Митрофановна вырубила его древком по голове. По мере того, как я говорила, личико девушки становилось все мрачнее.

– Это очень-очень плохо, Настя, – мрачно сказала она.

Темная вода под ногами дрогнула и пошла кругами. Арабелла посмотрела мне прямо в глаза.

– У нас мало времени, – сказала она.

Я замерла.

– У нас получилось поменяться местами только благодаря магии желания.

– Какого желания? – опешила я.

– Моего, – тихо ответила она. – И твоего.

В голове будто что-то щелкнуло. Грошик! Я резко выдохнула.

– Подожди… хочешь сказать…

– Ты хотела семью, – продолжила она. – Дом. Детей. Мужа. А я хотела свободы. Но это не сработало бы, если бы не были двойниками. Мы не просто похожи внешне друг на друга, наши души связаны. Мы как одно целое! Твое появление в моем мире не случайность.

Новый толчок под ногами заставил вздрогнуть. Я провела рукой по лицу.

– Это звучит как безумие, – призналась я.

– Это и есть безумие, – спокойно согласилась Арабелла.

Вода под ногами снова дрогнула. На этот раз сильнее. Я инстинктивно сделала шаг назад.

– Он не остановится, – продолжила она. – Теперь у него есть новая цель.

Я напряглась.

– Я?

– Ты носишь мою магию, – тихо сказала она. – И… уже начала менять то, что не должно было измениться.

Сердце тревожно сжалось.

– Эриэль…

– Да.

Я стиснула зубы.

– Значит, он придет за ней?

Арабелла посмотрела на меня очень внимательно.

– Он придет за тем, что считает своим.

Холод пробежал по позвоночнику.

– Я не позволю, – тихо сказала я.

Она сделала шаг ко мне. И впервые расстояние действительно сократилось. Мне стало трудно дышать.

– Драконья магия не терпит пустоты, – произнесла Арабелла. – Ей нужен якорь.

– Якорь? – переспросила я.

– Тот, ради кого ты останешься, – пояснила она.

Я замерла.

– Дети…

Она кивнула.

– И не только.

Я отвела взгляд.

– Не начинай, – тихо проговорила я.

– Уже поздно, – спокойно сказала она.

Я сжала кулаки.

– Это все равно не делает меня тобой.

– И не должно, – неожиданно мягко ответила она.

Я подняла на нее глаза. В ее взгляде не было холода, только усталость. И… облегчение?

– Ты лучше справляешься, – тихо сказала она. – Я не умела быть такой.

– Какой?

– Такой, как ты, – просто ответила она.

Мы смотрели друг на друга, словно в отражение, но без зеркала. И без отражения в воде.

Мир качнулся. Вода под ногами снова резко вздрогнула. На этот раз с треском. Где-то в глубине прошла темная трещина. Я дернулась.

– Это уже совсем не похоже на дружеский разговор!

Арабелла резко обернулась. И вдруг схватила меня за руку. Ее пальцы были холодными.

– Запомни, – быстро сказала она. – Ты не слабее меня.

Вода под нами треснула. Свет вокруг дернулся.

– Арабелла!

– Береги их, – перебила она. – И не отпускай свой якорь!

Мир резко провалился. Я дернулась и открыла глаза. На улице все еще был день, в ветвях щебетали птицы. Сердце колотилось так сильно, будто я бежала. Я сидела на краю фонтана.

– Это был не сон, – прошептала я.