Текст книги "Попаданка с приветом, или Дети, заберите вашу мать! (СИ)"

Автор книги: Алиса Квин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 23

Киллиан закрыл дверь и на секунду прислонился к ней спиной.

Я обернулась.

– Дети спят? – тихо спросила я.

– Спят, – ответил он.

– Хорошо.

Несколько секунд мы просто стояли друг напротив друга.

Потом Киллиан сказал:

– Пойдем.

– Куда?

– В кабинет.

Сердце почему-то снова ускорилось.

– Это звучит… официально.

– Так и есть.

Ну отлично!

Мы поднялись по лестнице. Шаги гулко отдавались в тишине дома. Я вдруг поймала себя на том, что стараюсь идти тихо, будто боюсь разбудить весь особняк.

Кабинет Киллиана оказался таким же, каким я его запомнила: темные панели на стенах, высокий книжный шкаф, тяжелый стол у окна.

Он закрыл дверь и щелкнул замком.

Я дернулась.

– Это чтобы никто не вошел, – спокойно пояснил он.

– А я уже начала нервничать, – нервно пошутила я.

– Поздно.

Я тяжело вздохнула.

Киллиан прошел к столу, но не сел. Вместо этого он развернул одно из кресел и указал на него рукой.

– Сядь.

Я осторожно опустилась в кресло. Он сел напротив. Несколько секунд он просто очень внимательно смотрел на меня. Я поерзала.

– Если ты собираешься так смотреть минут десять, я начну говорить всякую ерунду, – предупредила его.

– Начни с правды.

Ну вот и приехали. Я потерла ладони.

– С какой именно?

– С самого начала, – спокойно сказал Киллиан. – Расскажи мне, как ты оказалась в этом мире.

Я уставилась на него.

– Прямо все?

– Все.

– Даже то, что звучит безумно?

– Особенно это.

Я глубоко вдохнула.

– Хорошо… Только предупреждаю, история странная.

– Я уже понял.

Я на секунду прикрыла глаза, собираясь с мыслями.

– В моем мире нет магии.

Бровь Киллиана чуть дернулась.

– Совсем?

– Совсем.

– Интересно.

– Зато есть техника.

– Какая?

Я задумалась.

– Ну… машины, самолеты, телефоны…

– Телефоны?

– Штуки, через которые люди могут разговаривать на расстоянии.

Он медленно кивнул.

– Похоже на артефакты связи.

– Только у нас они у всех.

На секунду в кабинете повисла тишина.

– У всех? – переспросил он.

– Почти.

– Любопытно.

Я нервно усмехнулась.

– Я же говорила, будет странно.

Киллиан чуть подался вперед.

– Продолжай. Расскажи мне о себе. Кто ты? Есть ли у тебя семья?

Я выдохнула.

– Если ты интересуешься, есть ли у меня муж, то нет. Мужа у меня нет. Вернее, был, но…

– Но сплыл! – услужливо подсказала Митрофановна.

– Да, муж объелся груш, – не стал молчать Грошик.

– Зачем? – удивился Киллиан.

– Дурак, потому что! – фыркнула метла.

– Это я понял, – кивнул лоэр Уиллард, – зачем он объелся груш?

Я сердито зыркнула на друзей, чтобы перестали морочить голову Киллиану, и постаралась объяснить:

– Это они так шутят. У нас есть такая поговорка, когда муж и жена разводятся.

– Ага, когда муж уходит от жены! – снова вставил свои пять копеек Грошик.

– Он тебя бросил? – не поверил Киллиан.

– Мы расстались, – уклончиво ответила я. Мне совсем не понравился его взгляд. Как будто он уже был готов найти негодяя, посмевшего причинить мне вред и покарать за это. – Я не могла иметь детей. Для бывшего мужа это было очень важно. В конце концов он нашел себе ту, которая могла родить ему детей.

– А ты?

– А я нашла себя в работе воспитателя. В нашем мире люди ходят на работу, чтобы обеспечивать себе жизнь, а в это время их дети ходят в детский сад, где за ними ухаживают воспитатели. Вот таким воспитателем я и была. Я каждый день приходила туда, где могла хоть ненадолго стать мамой для многих детей.

Мужчина грустно улыбнулся.

– Уверен, ты справлялась с этой ролью лучше всех.

Я смутилась. Эти слова бальзамом легли на сердце.

– Я безумно любила всех их, – честно призналась я. – В тот день я пыталась помочь одному из своих воспитанников достать мячик с дерева. Для этого взяла у нашего дворника метлу…

– Так вот, почему ты с ней неразлучна! – Киллиан с улыбкой посмотрел на Митрофановну, – Она из твоего мира. Поэтому она… хм, разумная.

– Поразумнее многих! – обиделась метла.

– У нас предметы не разговаривают. Без обид! – примирительно сказал мужчина, пряча улыбку. – У нас метла может летать только с помощью бытовой магии, которую использует человек. Я думал, что Арабелла меня так наказывает за ту ссору.

Он нахмурился, вспомнив о жене, а я ощутила легкий укол ревности, но тут же постаралась прогнать его. Какое я имею право ревновать чужого мужа к его жене?

– Я ведь не знала, что эта ссора у вас вообще была, – призналась я. – Митрофановна была для меня поддержкой и опорой. Ведь я вообще не поняла, как здесь оказалась. Да и в моем мире она тоже была просто метлой, которую даже бытовой магией нельзя было поднять. Только руками.

Киллиан пораженно переводил взгляд с меня на метлу.

– Да, говорить она стала со мной только после того, как мы оказались здесь! А теперь представь на секунду – я живу своей привычной жизнью, залезаю на дерево с метлой в руках, падаю с него и оказываюсь в другом мире. Ты называешь меня Арабеллой, говоришь, что у нас четверо детей, метла неожиданно начинает со мной говорить, даже кошелек, который я нашла на детской площадке среди игрушек, оказался волшебным и тоже разговаривает со мной! Да я просто в шоке была!

Я тяжело выдохнула.

– Понимаю, – кивнул Киллиан, – я тоже был немало удивлен, когда моя жена внезапно так изменилась. Кстати, что означает это твое слово «привет»?

– Я пыталась тебе уже объяснить, что это такое приветствие, – улыбнулась я. – Я не могла понять, чего ты так бесишься, когда я тебе его говорила.

– Ты так не похожа на Арабеллу… – вздохнул мужчина, переводя взгляд на свои руки.

Я не знаю, это был комплимент или сожаление. Он какое-то время помолчал и начал рассказывать.

– В нашем мире драконья магия имеет большое значение. Она сама по себе наделяет своего носителя высоким статусом. Но дело в том, что она передается по наследству только по материнской линии, поэтому девушки-драконы считаются самыми завидными невестами. Любой лоэр счастлив быть мужем драконицы. Это дает ему возможность получить наследника со стихийной магией и магией драконов. Но дело в том, что драконья магия тоже не вся одинаковая. У кого-то она есть, но не активна. Такие маги могут прожить всю жизнь, так и не совершив оборота и не взлетев в небо.

– Как эта белобрысая стервь? – оживился Грошик.

– Кто? – не понял Киллиан.

– Селинда Вальденн, – подсказала я.

– Да, Селинда так и не обратилась, – кивнул супруг Арабеллы, – эта очень гордая и амбициозная лоэра так и не стала драконом. В юности они были очень дружны с Арабеллой, только Арабелла взлетела в небо еще ребенком, а вот Селинда так и не дождалась этого момента. Ее отец возглавляет Совет, мать дракон со стабильной магией, а у дочери только стабильная стервозность. После нашего брака с Арабеллой, бывшая подруга решила, что ей нанесли личное оскорбление и на какое-то время покинула страну. Признаться, я думал, что она нашла себе мужа и успокоилась.

– Так себе у Арабеллы были подруги, – буркнула я.

– У нее не было подруг с тех пор, как мы поженились.

– Расскажи мне о ней, – попросила его я.

– Она была… – Киллиан закрыл глаза и вздохнул, – очень гордая, свободолюбивая и строптивая. Наш брак был одобрен Советом. Впервые я увидел свою будущую жену на помолвке. Я – один из сильнейших стихийников, она – обладательница стабильной драконьей магии. Мы были хорошей парой в глазах общества, но сблизиться мы так и не смогли. Может быть, я тоже в этом виноват, слишком давил на нее, но Арабелла много раз говорила, что почти ненавидит свою драконью сущность, ведь из-за этого ей приходится быть племенной кобылой и делать то, что от нее ждут в обществе – рожать детей и передавать им свой дар. Меня это злило. Почему моя жена не хотела быть просто женой, просто мамой для наших детей? Я думал, что, когда родился Виллем, она изменит свои взгляды на жизнь.

Слушать все это было тяжело. Так странно, внешне очень похожая на меня Арабелла, была совершенно не похожей на меня характером. У нас с ней были диаметрально противоположные цели и мечты. Я мечтала стать матерью и жить ради детей и мужа, а Арабелла не хотела ни семьи, ни детей.

– В Виллеме не было магии драконов, – продолжил свой рассказ Киллиан, – это стало ясно после ритуала посвящения. Маги Совета проверяют всех новорожденных детей матерей-драконов.

Похоже, Арабелла была права, она на самом деле была для них племенной кобылой.

– У Эриэль тоже драконью магию не обнаружили? – тихо спросила я.

– Да, – кивнул он, – Арабелла очень расстроилась, ведь для девочки в нашем обществе быть драконом очень престижно.

– Странно, – задумчиво протянула я, – сама она не очень радовалась своей драконьей сущности, при этом дочери желала быть драконом.

– Она отдавала себе отчет, что сама скорее исключение из правил, но для дочери желала только счастья.

– Конечно, любая мать любит своих детей и желает им всего самого хорошего, – убежденно заявила я.

– Арабелла любила детей, – согласился Киллиан, – пусть она бывала с ними слишком строгой, но она была готова на все ради них.

Глава 24

– Она просила у тебя развод? – спросила я.

Мужчина напряженно замер. В его глазах мелькнула злость. Он сжал пальцами подлокотники кресла так, что костяшки побелели.

– Да, – все-таки ответил он. – Я был в ярости.

– Понимаю, – кивнула я.

Мне было жаль обоих супругов Уиллард. Для Киллиана семья была фундаментом его статуса и благополучия. Для Арабеллы важнее была свобода. Я не разделяла ее взглядов на жизнь, но я понимала ее.

– Что же тогда случилось, когда она упала с неба? – тихо спросила я.

– Это нам расскажет твой ночной визитер, – нехорошо усмехнулся Киллиан.

От его тона даже у меня мурашки побежали по коже.

– Ты думаешь, он сказал правду? – уточнила я. – Арабелла решила уйти сама? Она сбежала?

– Не знаю, – горько произнес Киллиан. – Она хотела уйти от меня, но как она могла бросить детей?

Он медленно выдохнул.

– Она могла просто хотеть другой жизни, – тихо сказала я.

Он посмотрел на меня долгим взглядом.

– Ты ее защищаешь? – прищурился мужчина.

– Нет, – пожала я плечами. – Просто пытаюсь понять.

Несколько секунд мы молчали. Потом Киллиан неожиданно спросил:

– Ты счастлива?

Я моргнула.

– Что?

– В этом мире, – уточнил свой вопрос он.

Это было настолько неожиданно, что я растерялась.

– Это… сложный вопрос, – уклончиво протянула я.

– Попробуй ответить, хотя бы самой себе.

Я немного подумала, а потом сказала:

– Когда я только оказалась здесь, мне было страшно.

– Это понятно.

– Я думала, что схожу с ума.

Грошик тихо звякнул из кармана.

– Я тоже сначала так думал, – встрял он.

– Спасибо за поддержку, – усмехнулась я.

– Всегда пожалуйста!

Я невольно улыбнулась и снова посмотрела на Киллиана.

– Но потом появились дети.

Его лицо стало мягче, в глазах заиграли искорки любви, а на губах появилась улыбка. Я невольно залюбовалась мужем Арабеллы. Обычно он выглядел собранным и суровым, а сейчас казался каким-то уязвимым, но при этом таким близким и родным.

– Они удивительные! – выдохнула я.

– Да, – улыбнулся в ответ он.

– И шумные.

– Очень.

– И упрямые.

– Особенно Виллем, – фыркнула Митрофановна.

Киллиан невольно улыбнулся.

– Это он в меня, – признался он.

– Не сомневаюсь! – засмеялась я.

Я чуть помолчала, а потом добавила:

– Потом появился ты…

Он поднял бровь.

– Я?

– Да.

– И какое впечатление я произвел на тебя? – серьезно спросил он.

Я тихо усмехнулась.

– Сначала напугал меня до смерти.

– Это звучит несправедливо.

– А потом…

Я замолчала.

– Потом? – мягко подтолкнул он.

Я отвела взгляд.

– Потом оказалось, что ты не такой страшный.

Грошик ехидно заметил:

– Ага. Всего лишь грозный маг.

– Замолчи, – шикнула я на него.

Киллиан тихо рассмеялся, и этот звук почему-то заставил мое сердце сделать странный кувырок.

– Значит, тебе здесь не так уж плохо? – спросил он.

Я честно ответила:

– Иногда мне кажется, что я наконец оказалась там, где должна быть.

Он внимательно посмотрел на меня.

– С детьми?

Я кивнула.

– С ними.

Несколько секунд он молчал, потом тихо спросил:

– А со мной?

У меня вдруг пересохло в горле.

– Киллиан… – я понятия не имела, что нужно говорить.

Он не отвел взгляд.

– Я хочу услышать честный ответ, – твердо произнес супруг.

Я нервно переплела пальцы и проговорила:

– Ты задаешь очень сложные вопросы.

– Я привык.

– Это нечестно!

– Почему?

Я вздохнула и посмотрела в его темные глаза, которые почему-то оказались слишком близко.

– Потому что ты смотришь так, будто уже знаешь ответ.

Он чуть наклонился вперед и согласился:

– Возможно.

Я тихо выдохнула.

– Тогда зачем спрашивать?

Киллиан некоторое время молчал.

Потом сказал:

– Потому что я хочу услышать это от тебя.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. В камине тихо потрескивали дрова, и от этого звука почему-то становилось еще тревожнее.

– Киллиан… – осторожно начала я.

– Да?

– Ты сейчас задаешь вопрос, на который мне очень страшно отвечать.

– Почему? – нахмурился он.

– Потому что я не твоя жена!

Эти слова повисли в воздухе. Киллиан не отвел взгляд.

– Формально жена, – спокойно сказал он.

– Это не мелочь.

– Я и не говорил, что это мелочь.

Я тяжело вздохнула.

– Я живу в ее доме. Забочусь о ее детях.

– Вы очень похожи, – тихо заметил он. – Но ты не она.

Я подняла на него глаза. Он коротко усмехнулся.

– Настя, моя жена никогда бы не пошла ночью на встречу с шантажистом, чтобы защитить детей.

– Может, пошла бы, – возразила я.

– Нет.

Он сказал это так уверенно, что я даже не нашлась, что возразить.

– А еще, – продолжил он, – моя жена никогда бы не разговаривала с метлой.

– Это не я начала, – сказала я в свое оправдание.

– И кошелек, – продолжил он.

– Он вообще очень разговорчивый.

– Я заметил.

Грошик довольно звякнул.

– Наконец-то меня оценили, – обрадовался кошелек.

Киллиан едва заметно улыбнулся, но потом снова стал серьезным.

– Настя, ты сказала, что иногда чувствуешь, будто оказалась там, где должна быть.

Мне стало жарко. Я медленно кивнула.

– Да.

– Почему?

Я немного подумала.

– Потому что… – слова давались трудно, – потому что здесь есть дети, которым я нужна.

– Они были и у Арабеллы, – напомнил мужчина.

– Да, но...

Тут не поспоришь.

– Если бы у тебя была возможность вернуться… ты бы вернулась? – внезапно спросил Киллиан.

Вопрос ударил неожиданно. Я замерла. Сердце неприятно кольнуло.

– Я…

Я не сразу нашла слова для ответа.

– Там моя жизнь. Там мой мир.

Я посмотрела на него.

– Но там нет их, – теперь я говорила уверенно.

Киллиан не шелохнулся.

– И… – я глубоко вдохнула, – там нет тебя.

Эти слова прозвучали почти шепотом. Несколько секунд он просто смотрел на меня. А потом очень медленно протянул руку и накрыл моей ладонью свою. Его пальцы были теплые и сильные. Мне было так страшно и стыдно одновременно, что я готова была сквозь землю провалиться.

– Тогда у меня есть еще один вопрос.

Я нервно сглотнула.

– Какой?

Он чуть наклонился ближе.

– Если ты не Арабелла… – тихо сказал он. – То почему мне кажется, что я начинаю влюбляться в тебя сильнее, чем когда-либо в нее?

У меня в голове стало совершенно пусто.

Грошик тихо звякнул из кармана.

– Ой.

Митрофановна шепнула:

– Кажется, мы сейчас лишние.

И впервые за весь вечер я была с ней полностью согласна. Но я почти не слышала их. Киллиан продолжал смотреть на меня. Его взгляд был серьезным, внимательным… и каким-то решительным. И прежде, чем я успела что-либо понять, он наклонился и коснулся моих губ своими губами.

Поцелуй оказался неожиданным, но невероятно нежным и требовательным. Все мысли и страхи тут же вымело из головы. Я замерла на секунду, пытаясь осознать происходящее.

Когда Киллиан отстранился, я смотрела на него, не зная, что сказать. А потом…

– Киллиан! – ахнула я, когда он легко поднял меня на руки, – Что ты делаешь?

Мне ничего не ответили, только коварно улыбнулись.

– Стой! – возмущенно крикнул Грошик. – А как же мы?!

Киллиан даже не остановился.

– Вы остаетесь здесь, – припечатал он.

– Это дискриминация! – возопил кошелек

– Несправедливость! – поддержала метла.

Киллиан спокойно добавил, выходя в коридор:

– Вам полезно иногда помолчать.

– Мы вообще-то моральная поддержка! – донеслось из кабинета.

Он уже шел по коридору.

Я чувствовала, как горят мои щеки.

– Киллиан…

– Мм?

– Ты понимаешь, что делаешь?

Он остановился у двери спальни и посмотрел на меня так, что сердце снова сделало опасный кульбит.

– Абсолютно.

Он толкнул дверь плечом.

– Потому что, Настя… – тихо сказал он, занося меня внутрь, – я слишком долго пытался быть разумным.

Дверь за нами мягко закрылась. Спальня Киллиана оказалась большой и неожиданно простой. Темное дерево, широкая кровать у стены, высокий шкаф, окно с тяжелыми шторами. В камине тихо тлели угли, и в комнате стоял теплый полумрак.

Киллиан так и не поставил меня на пол. Я осторожно кашлянула.

– Может… опустишь меня?

– Может, – спокойно согласился он.

Но не опустил. Я подозрительно посмотрела на него.

– Ты только что соврал! – просветила его я.

– Нет.

– Тогда почему я все еще в воздухе?

Он чуть наклонил голову, будто серьезно обдумывал вопрос.

– Потому что мне так удобнее, – просто ответил мужчина.

– Тебе?

– Да.

– А меня ты спросить не хочешь?

– Хорошо. Тебе неудобно?

Я открыла рот. Закрыла. И честно призналась:

– Вообще-то нет.

– Вот видишь, – хитро улыбнулся Киллиан.

Он наконец аккуратно поставил меня на пол. Но отступать не стал. Мы стояли почти вплотную, и я снова почувствовала этот странный теплый запах – немного дыма, немного холодного ночного воздуха. Я нервно поправила волосы.

– Киллиан…

Он вопросительно приподнял брови.

– Мне кажется, мы делаем что-то очень неправильное.

Он слегка нахмурился.

– Почему?

– Потому что ты только что узнал, что я не Арабелла.

– И?

– И все равно принес меня в свою спальню.

– Да, и я должен был сделать это гораздо раньше.

У меня перехватило дыхание. Я почувствовала, как щеки начинают гореть.

– Киллиан, ты понимаешь, что говоришь? – смущенно спросила я.

– Очень хорошо! – заверил меня он.

Он сделал еще полшага ближе. Теперь между нами почти не осталось расстояния. Он смотрел прямо мне в глаза, потом поднял руку и осторожно коснулся моих волос, заправляя прядь за ухо. Этот простой жест почему-то заставил меня замереть.

– Я не знаю, кто и зачем отправил тебя в этот мир, – хрипло проговорил Киллиан, – но я точно знаю одно.

Я едва слышно спросила:

– Что?

Он наклонился ближе.

– Я не собираюсь тебя отпускать.

Сердце ударило так сильно, что я была уверена – он это слышит. Он медленно наклонился и поцеловал меня снова. На этот раз медленнее, спокойнее.

В этом поцелуе уже не было той внезапности, которая лишила меня дара речи в кабинете. Теперь он был осторожным, почти вопросительным, словно Киллиан давал мне возможность передумать. Но я не передумала. Наоборот, когда его рука осторожно коснулась моей щеки, я сама сделала прильнула к нему. Он тихо выдохнул, будто это было самым неожиданным ответом.

– Настя… – почти шепотом сказал он.

Я не знала, что ответить. Да и нужно ли было отвечать? Я просто положила ладонь ему на грудь. Под тканью рубашки билось сердце. Сильное. Быстрое. Он накрыл мою руку своей.

– Если ты сейчас скажешь «нет», – тихо сказал он, – я остановлюсь.

Я подняла на него глаза.

– А если скажу «да»?

Его взгляд стал мягче.

– Тогда я буду самым счастливым идиотом в этом мире.

Я тихо рассмеялась.

– Очень странное признание.

– Я сегодня вообще говорю много странных вещей.

Я чуть наклонила голову.

– Например?

Он провел пальцами по моей щеке.

– Например, что я не могу представить этот дом без тебя.

У меня защемило в груди.

– Киллиан…

Он осторожно притянул меня к себе. Теперь я чувствовала тепло его рук, его дыхание у виска. И вдруг поняла, что мне спокойно. Странно спокойно. Словно весь этот безумный день, страх, разговоры о прошлом и чужой жизни наконец остались за дверью.

– Ты дрожишь, – тихо заметил супруг.

– Немного.

– Боишься?

Я покачала головой.

– Нет.

И это была правда.

Он осторожно коснулся моих волос, медленно провел ладонью по спине, словно боялся спугнуть. Снова поцеловал меня. На этот раз мягко, почти невесомо. Его руки были теплыми и осторожными, словно он обращался с чем-то очень хрупким.

Супруг не торопился. И от этого становилось еще трогательнее. Мы медленно опустились на край кровати, и в какой-то момент я поймала себя на мысли, что улыбаюсь. Потому что чувствовала себя не потерянной в чужом мире, а просто… рядом с человеком, которому не все равно. Казалось, что этот странный путь, падение с дерева, новый мир, говорящая метла и ворчливый кошелек… привели меня именно сюда не просто так. К нему. И почему-то это больше не казалось ошибкой.