Текст книги "Босс-альфа для помощницы с тайной (СИ)"

Автор книги: Алиса Буланова

Соавторы: Элис Карма
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)

Глава 29

– Спасибо, что встретили в аэропорту, Георгий Александрович, – представитель наших китайских партнёров протягивает руку для рукопожатия. – С нетерпением буду ждать завтрашних переговоров.

Я улыбаюсь в ответ и киваю. На самом деле, лично в аэропорт я поехал, потому что найденный нами переводчик отказался в последний момент из-за дурного самочувствия. И, как выяснилось, у нас в компании никто кроме меня больше не владеет китайским. Но этот альфа неплохо говорит по-русски, так что мне не стоило так сильно беспокоиться.

Мы прощаемся в лобби отеля и расходимся. Смотрю на часы и раздумываю, стоит ли возвращаться в офис. Рабочий день почти закончился, но остались кое-какие дела. Вдруг замечаю знакомый силуэт на выходе. Валентина Сергеевна спешно покидает отель. Я хочу окликнуть её, чтобы поздороваться. Однако вижу, что Артур следует за ней.

В голове возникает много вопросов. Почему они здесь вдвоём? Почему Валентина ничего мне не сказала? Что-то неприятное сворачивается внутри – не то обида, не то ревность. Нет, я не претендую на место альфы Валентины. Но я убеждён, что она не должна быть с Артуром.

Быстрым шагом иду на парковку. Беспокойство за мою горе-помощницу только нарастает. У авто Валентины между ней и Артуром завязывается спор. Он угрожает и грубит, не желая просто так сдаваться. Меня охватывает злость. Какая-то первобытная и дикая. Словно бы кто-то покусился на то, что всегда принадлежало мне.

Я толком не соображаю, что говорю, действую интуитивно. Хватаю Артура за плечо и разворачиваю к себе. На лице его насмешливое выражение. Вероятно, он не воспринимает всерьёз не только просьбы Валентины, но и мои предупреждения. Это раздражает. Хочется стереть эту усмешку с его наглой морды. Я бью его в челюсть, да так сильно, что он едва не падает. По молодости я много дрался, так что знаю, насколько такие удары болезненны.

– Ты что творишь, ублюдок?! – восклицает Артур, возмущённо глядя на меня. Что ж, так-то лучше. Наконец, до него дошло.

Я ловлю его за грудки и снова бью по лицу. Хочется, чтобы он навсегда запомнил этот день.

– Тебе бы лучше научиться принимать отказы, ведь в следующий раз вместо меня может попасться кто-то менее деликатный! – сквозь зубы рычу я, толкая его в грудь.

Он зол, но в отличие от меня не привык решать вопросы с помощью физического насилия. На парковку спешит охрана. Я нахожу глазами Валентину. Она стоит в тени, ошеломлённо прижавшись к своему автомобилю.

– Я тебя засужу! – кричит мне Артур, отступая к своей машине. – Ты разоришься на компенсации физического и морального вреда!

– Исчезни уже! – я только качаю головой и направляюсь к Форду Валентины Сергеевны. Касаюсь легонько её плеча и заглядываю в глаза. – Всё хорошо. Он ничего вам не сделал?

– Всё в порядке, – дрожащим голосом отвечает она. – Я больше за вас испугалась.

Она цепляется за мой рукав, и я ощущаю её дрожь. Я нахожу её ледяную ладонь и сжимаю.

– Со мной тоже всё хорошо. Давайте я отвезу вас домой.

– Но моя машина… – пытается возражать Валентина.

– Я тут с водителем, так что он отгонит её к вашему дому.

Валентина кивает. Чувствую её учащённый пульс, и меня самого охватывает волнение. Появляется чувство дежавю, как в тот день, когда я отвёз её в больницу. До сих пор я старался не думать о том, что случилось тогда. Тем более что в целом ничего такого и не произошло. Валентина просто оказалась под действием собственных феромонов и случайно поцеловала меня. Я не придал этому значения. Лена, когда была не в себе, и не такое могла вытворить. И всё же почему-то прямо сейчас тот случай смущает меня.

Я провожаю Валентину до своего авто и помогаю сесть. Она не сводит с меня глаз, и от этого учащается пульс. Я не понимаю, что со мной. Должно быть, всё ещё адреналин после драки не отпустил.

В дороге мне удаётся немного прийти в себя и привести в порядок мысли. Я паркуюсь у её подъезда, и мы ещё некоторое время ждём моего водителя на её авто.

– Спасибо за то, что вступились за меня, – произносит Валентина, отводя взгляд. – И за всё остальное тоже.

– Да я не сделал ничего особенного, – отвечаю с улыбкой.

– Нет, сделали! – возражает она как-то резко. – Вы всегда ведёте себя очень неожиданно. Именно поэтому вы не похожи на других.

– Ну, спасибо, наверное, – произношу, не понимая, как воспринимать её слова.

– Не стоит, – качает головой Валентина. Её голос кажется ещё более взволнованным. – Это не комплимент. Я просто пытаюсь объяснить, почему влюблена в вас.

Всего на секунду наши глаза встречаются. Её лицо покрывает неравномерный румянец. Она нервно закусывает губу, явно сожалея, что не смогла промолчать. А я не знаю, что ответить ей. Сердце бьётся о рёбра с бешеной скоростью. В голове фейерверки. Но по ногам расползается холод. В ушах звучат слова Лены, чтобы я не начинал встречаться с кем-то слишком скоро. Однако я не представляю, сколько это «скоро».

– Валентина Сергеевна, вы мне нравитесь, как сотрудник и как личность, – начинаю мямлить я себе под нос. – Я многому у вас научился, как у родителя. И, безусловно, вы достойная омега. Но я просто не готов пока отпустить то, что было у меня с женой. Мне кажется, я предаю её память.

– Я поняла, – она через силу выдавливает из себя улыбку и вздыхает. – Забудьте всё, что я сказала ранее. Это не всерьёз.

Её глаза блестят. Она нашаривает на ощупь и дёргает дверную ручку. Я не в силах посмотреть ей вслед. Не в силах пошевелиться. Так гадко я себя ещё никогда в жизни не чувствовал.

Глава 30

Кажется, я повёл себя как подлец. Ведь чувства Валентины были довольно очевидны. И всё же я отчего-то понадеялся, что она не признается в них, что не захочет нарушать субординацию и привычный порядок вещей. И с чего я был в этом так уверен? Валентина ведь такая же омега, как все остальные. Тоже заслуживает того, чтобы быть любимой. Хотя нет, она этого заслуживает даже больше, чем остальные. Именно поэтому мне так стыдно сейчас.

После того как Лены не стало, я упивался своим чувством вины и жил одними только воспоминаниями, периодически тираня Егора. Но после сближения с Валентиной у меня вновь появилась возможность проявиться как альфе. И я пытался красоваться перед Валентиной, точно павлин в брачный период. Я был счастлив чувствовать себя нужным. Рад был снова побыть для кого-то крепким сильным плечом. И даже тот поцелуй… он был чертовски приятен, но я предпочёл притвориться, что его не было, чтобы не нести ответственности. Вот только я не отдавал себе отчёта, что у всего бывают последствия.

Теперь я, наконец, понял, почему Валентина всё это время отвергала мою помощь. Она пыталась защититься от боли и разочарования из-за возможного отказа. Но я не оставил ей ни единого шанса.

– Георгий Александрович, едем? – робко окликает меня водитель. Я киваю и бросаю последний взгляд на дверь подъезда, за которой только что скрылась моя прекрасная помощница.

Часть меня сейчас кричит, что я должен попытаться всё исправить. Ведь после такого отказа Валентина Сергеевна и уволиться может. Но другая часть запрещает мне что-либо предпринимать, твердя, что мне нужно вначале разобраться с самим собой.

Я возвращаюсь домой и понимаю, что там снова пусто. Домработница уже ушла, а Егор, видимо, сегодня опять ночует в квартире родителей. Похоже, что они с Юлей свили там своё любовное гнездо. Тишина угнетает и действует мне на нервы. Снова и снова я думаю о том, какой я идиот. Обидел замечательную женщину и самому себе сделал больно.

Прохожу в нашу с Леной спальню и вдруг осознаю, что она больше похожа на склеп. Всюду фото и её вещи. Я так сильно боялся забыть жену, что в итоге превратил её в какого-то языческого идола.

– Эй, Лен, как думаешь, уже прошло достаточно времени? – спрашиваю я, глядя на одну из фотографий.

В ответ – тишина, только где-то на улице взвизгивает вдруг сигнализация. Чувствую себя ещё более глупо. Зачем я пытаюсь переложить ответственность за свою жизнь на уже ушедшую в другой мир омегу?

Что-то щёлкает в мозгу. Внутренний голос вдруг произносит ясно и чётко: «Ты поступил, как придурок, Гера. Но будешь ещё большим придурком, если оставишь всё как есть! Просто пойди и скажи ей правду. О том, что тебе страшно. О том, что всю свою жизнь ты любил лишь одну женщину и сильно страдал, когда потерял её. О том, что в свои сорок лет понятия не имеешь, как жить и строить отношения. Валентина поймёт. Она неглупая. Она ведь чёрт возьми самая умная омега, из всех, кого ты знаешь! Просто пойди и признайся, что ты совсем не такой, каким хотел казаться. Возможно, она и не захочет иметь дело с тобой настоящим. А возможно, ты ей понравишься ещё больше. По крайней мере, вы примете какое-то решение вместе».

Я хватаю ключи и выхожу на улицу. Бросаю нервный взгляд на низкие свинцовые тучи над головой. Если там наверху кто-то есть, то он явно насмехается надо мной. Стоит мне выехать с нашей улицы, как начинается снегопад. Как же я ненавижу непогоду. Дворники монотонно ходят по лобовому стеклу, расчищая снежную кашу. Я гоню в сторону города по скользкой дороге на максимально допустимой скорости.

На въезде встаю в пробке. Раздражаюсь и злюсь ещё больше. Думаю, как объехать вереницу проезжающих в час по метру автомобилей. И умом понимаю, что ничего не случится, если я приеду к Валентине не через час, а через два. Но стыд и чувство вины перед ней заставляют вести себя иррационально.

Я перестраиваюсь в крайний ряд и сворачиваю на съезд со знаком ремонтных работ. Убеждённый, что успею среагировать в случае опасности, я прибавляю скорость. И это становится второй фатальной ошибкой после поворота на эту дорогу. Она вдруг резко начинает уходить в сторону, но из-за плохой видимости я слишком поздно замечаю это и лечу в кювет. Автомобиль переворачивается и аккуратно встаёт на крышу. Срабатывают подушки безопасности. Я пытаюсь оценить, насколько пострадал. Тело болит, но вроде бы цел, только головой ударился. Ругаю себя за спешку и за глупость. Понимаю, что сегодня я уже точно не смогу увидеть Валентину.

Всё то время, пока меня достают из авто и везут в больницу, я остаюсь в сознании. Только в больнице меня ненадолго вырубает от обезболивающих. Прихожу в себя я уже в палате. Поначалу кажется, что это сон. Валентина Сергеевна сидит на стуле в углу и нервно скролит ленту в телефоне. Заметив, что я очнулся, поднимается и бросает на меня неловкий взгляд.

– Почему вы здесь? – спрашиваю я растерянно.

– Я соврала, что я ваш законный представитель и меня пустили. Егор сильно перенервничал, когда узнал, что вы попали в аварию, – отвечает Валентина серьёзным тоном. – Ему дали успокоительное, и он уснул.

– Вот чёрт! – мне становится жутко стыдно перед племянником. Он, должно быть, испытал колоссальный стресс.

– Я осталась просто проследить, когда вы придёте в себя. Раз вы в порядке, то я пойду.

– Нет, постой! – я пытаюсь ухватить её за руку. – Останься, пожалуйста. Я ведь собирался поговорить с тобой. Потому и поехал в город.

– О чём? – Валентина удивлённо вскидывает брови.

Выглядит так, будто вовсе и не признавалась мне в любви. Мне теперь ещё более неловко. Ведь прямо сейчас я кажусь слабым и уязвимым. Но я знаю, что чем дольше оттягиваю разговор с ней, тем больше всё усложняю.

– Я соврал, когда сказал, что ты мне нравишься только как личность и как мой работник. На самом деле ты привлекаешь меня как омега. И я бы хотел отношений с тобой.

– Но почему тогда вы мне отказали? – спрашивает она нахмурившись.

– Потому что дурак. А ещё потому что трус. Однажды я потерял нечто ценное. Мне было страшно привязываться к кому-то снова. Вот такой вот я герой-любовник, – нервно усмехаюсь и смотрю на Валентину в ожидании.

– Ну, мне тоже страшно, – говорит она задумчиво. – Страшно, что мы не оправдаем ожидания друг друга. А ещё, что я потеряю своё положение, открыв всем свою истинную сущность. Мне страшно, что эта история с Артуром не закончится просто так и принесёт нам обоим неприятности. Я каждый день думаю об этом. Но каждый раз прихожу к выводу, что цель стоит того, чтобы рискнуть. Прихожу и удивляюсь себе.

Она делает шаг к больничной кровати. Чуть наклоняется и берёт меня за руку. Смотрю на неё заворожённо. Её волосы небрежно спадают вниз. Взгляд немного усталый, видимо, от недосыпа. И всё же Валентина безумно красивая сейчас.

– Я в жизни не встречал женщины удивительнее. Если ты не против, то может попробуем дать волю чувствам? – произношу, глядя в её светлые глаза.

Она сдержанно улыбается и немного краснеет, а потом склоняется ещё ниже и касается моих губ своими.

Глава 31

– Вы с Валентиной Сергеевной встречаетесь?! – Егор глядит на меня удивлённо.

– Да, мы нравимся друг другу и хотим попробовать, – отвечаю немного стушевавшись. Слишком уж бурной выглядит его реакция.

– Дядь, ты ведь понимаешь, что если облажаешься, то это повлияет и на меня? – спрашивает он хмурясь. Это немного злит. С чего он вообще решил, что я сделаю что-то не так?

– Я не планирую ссориться с ней или расставаться, так что не переживай, – говорю еле сдерживаясь. – И вообще, у меня опыта в отношениях побольше, чем у тебя. Так что не строй из себя умника!

– У тебя-то да, а вот у неё…

– Всё, хватит! Мы разберёмся как-нибудь без вас!

Егор только усмехается в ответ. Вот зараза! И зачем было дразнить меня?

Из-за аварии мне пришлось ненадолго уйти на больничный. Даже на встречу с нашим китайским партнёром вместо меня ездил коммерческий директор и Валентина. Наверное, я бы мог и сам присутствовать. Но подчинённые убедили меня, что костыли или кресло-каталка не прибавят нашей компании очков. В конце концов, я просто находился с ними на видеосвязи.

Провожаю Егора глазами до выхода, затем смотрю нетерпеливо на часы. Валентина должна заехать ко мне после работы – привезти документы на подпись. Но жду я её с таким нетерпением, разумеется, не поэтому. Я очень соскучился по ней за то короткое время, что мы не виделись. Как только я позволил себе чувствовать, меня тут же унесло бурной волной. Мне хочется видеть её, слышать, касаться. И так сильно, что это даже пугает порой. А ещё я беспокоюсь, не слишком ли это для неё? Она обычно очень сдержанная и серьёзная. Меняется, пожалуй, только во время поцелуев. Дальше мы пока не заходили.

Меня охватывают воспоминания, и я невольно завожусь. Представляю, как беру её за руку и притягиваю к себе. Снимаю её очки, а затем касаюсь тонких и пластичных губ. Мне почему-то всегда казалось, что Валентина и в любви очень сдержанная и чопорная. Однако сейчас у меня есть все основания полагать, что я ошибался на её счёт.

От мыслей отвлекает звонок в дверь. Я вижу Валентину на экране видеофона. Я дал ей ключ, но она всё равно продолжает звонить, прежде чем открыть дверь. Это кажется забавным. Я быстро приглаживаю волосы и сажусь прямо, насколько позволяет сломанная нога.

– Здравствуйте. Можно? – спрашивает она на пороге.

Я поражаюсь её скромности, а ещё вспоминаю почему-то тот день, когда она дала мне леща в отместку за то, что я нагрубил Юле. Подумать только, столько времени прошло с тех пор. А кажется, что всё случилось буквально вчера.

– Проходи! – кричу я ей из гостиной. – И я ведь говорил, что можно и обойтись без формальностей.

Валентина следует указаниям. Кажется, всё ещё чувствует себя неловко. Я от этого тоже начинаю стесняться как школьник.

– Я привезла договоры на подпись, – говорит, присаживаясь рядом. – Чуть скандал сегодня не вышел из-за них…

Она, посмеиваясь, начинает рассказывать о происшествии, что случилось в офисе. А я не могу не любоваться ею. Очков на ней нет, они торчат из нагрудного кармана пиджака, так что ничто не скрывает этого её сексуального взгляда с поволокой ресниц. Сердцебиение невольно учащается. Я придвигаюсь к ней и обвиваю её талию руками.

– Я соскучился… – произношу на ухо и целую её тонкую бледную шею.

– Постой! Что ты делаешь?! – шепчет она возмущённо.

– Пристаю к тебе. Разве не понятно? – отвечаю я невозмутимо. Она сейчас такая привлекательная, смущённая и милая, что удержаться просто невозможно.

– Да понятно. Но почему ты это делаешь? – спрашивает она хмурясь.

Градус моей страсти слегка снижается. Я думаю, что, наверное, стоило поговорить с ней об этом прежде. У неё ведь немного опыта. И весь, что есть – травмирующий.

– Прости, я не хотел давить на тебя, – я нехотя убираю руки с её талии.

– Да я не против, по большому счёту, – краснея произносит она. – Но не в гостиной же.

Смотрю на неё изумлённо. Всё оказалось гораздо проще и приземлённее. Но это ещё раз доказывает, что нужно больше разговаривать друг с другом.

– Ну, если об этом, то домработницу я отпустил, да и Егор сегодня уже не вернётся.

– Тем не менее это не лучшее место для чего-то настолько интимного, – на одном дыхании произносит Валентина и краснеет ещё сильнее. – Ну вот, зачем ты заставляешь меня обсуждать такое? У нас, вообще-то, ещё рабочие вопросы остались!

– Валь, ты такая милая, – говорю я с улыбкой и целую её. Она глядит на меня исподлобья.

– Знаю. Только не зови меня так.

– А как мне тебя звать? Это же твоё имя, – удивляюсь я. Она вздыхает и немного продвигается ко мне.

– Валей меня до сих пор звали только неприятные люди: мои родители, Артур, бывшие однокурсники. Можно сказать, что ничего хорошего мне это имя не принесло.

Я приобнимаю её незаметно одной рукой. Другой поглаживаю по худому бедру. Не то чтобы я не понимаю её чувства. Но разве не странно звать любимого человека полным именем?

– А что насчёт всяких «солнышек» и «котиков»? – спрашиваю я, заглядывая в её задумчивое лицо.

– Боже, да хоть ёжиком зови! – вздыхает она и кладёт мне голову на плечо. Некоторое время мы сидим так в обнимку. Я слышу, как быстро бьётся её сердце.

– Но знаешь, я никогда бы не подумала, что ты способен вести такие разговоры. Если бы кто-то из твоих подчинённых услышал бы, то ни за что бы не поверил.

Она вдруг начинает трястись от смеха. Я немного смущаюсь, но, в конце концов, тоже начинаю смеяться.

– Вот и не выдавай меня, – говорю я и снова целую её. На этот раз долго, с языком.

– Гер, пожалуйста, не сейчас, – судорожно выдыхает Валентина. – Давай я в субботу приду к тебе?

Получив заветное сладкое обещание, я понемногу успокаиваюсь. Даже появляется желание поработать. Вот только помощница моя, напротив, оказывается настолько обескуражена собственным обещанием, что теряет всякую концентрацию.

Глава 32

Валентина

– Мам, нас друзья позвали встречать Новый год вместе, – Юля заглядывает в ванную комнату. – Оу, ты тоже собираешься куда-то?

– Угу, – киваю я и подставляю зубную щётку, под струю воды. – Георгий пригласил поужинать.

Я отчего-то тушуюсь, хотя мы оба взрослые, да и дочь уже знает, что мы с Георгием Александровичем в отношениях. Странно, но про себя я продолжаю его называть по имени-отчеству. Нелегко избавиться от привычки, выработанной годами.

Юля равнодушно кивает, а потом вдруг окидывает меня взглядом с ног до головы.

– Ты подавители, что ли, не приняла? – спрашивает удивлённо.

– Забыла, видимо, – отвечаю с ещё большей неловкостью.

И снова не знаю, зачем это представление. Я ведь не приняла их намеренно, чтобы снова ощутить феромоны Георгия Александровича. Наверное, всё от волнения. Я веду себя будто перед первым свиданием. Хотя, если подумать, это недалеко от истины.

– А ты поздно вернёшься? – кричит мне Юля с кухни. – Как-то неудобно тебя одну оставлять в новогоднюю ночь. Может, мы с Егором заедем после полуночи?

Я замираю перед зеркалом. Вижу, как мгновенно вспыхивает лицо. Вот он, момент истины! Найду ли я в себе силы сказать ей правду? Я сама себе усмехаюсь.

– Юль, я не приду сегодня домой ночевать, – произношу скороговоркой.

– А, ну ладно. Тогда завтра увидимся, – говорит она, и у меня груз падает с плеч. Я и вправду слишком себя накрутила.

Иду переодеваться к себе в комнату. Смотрю на купленное специально по такому случаю вечернее платье и думаю, а не перебор ли это. Не воспримет ли Георгий Александрович мой облик, как слишком вычурный? Впрочем, если сравнивать с тем, что носят другие омеги, то я даже так буду выглядеть консервативно.

– Мам, тебе помощь не нужна со сборами? – Юля заглядывает ко мне.

– Помощь? – удивляюсь я.

– Ну да, ты ведь на свидание идёшь. Или я не так поняла?

– Ты всё правильно поняла, – произношу я со вздохом, а потом опускаюсь на кровать. Юля проходит в комнату и падает в компьютерное кресло.

– Волнуешься?

– Это так заметно?

– Да нет, просто я тебя знаю, – Юля пожимает плечами и делает оборот вокруг своей оси. – Но волноваться – это нормально. И бояться тоже. Просто помни, что ты заслужила быть счастливой.

– Как думаешь, это нормальное платье? – спрашиваю я, кивая на свою обновку.

– Мне кажется, что стиль не твой, – с сомнением отвечает дочка. – Тебе в нём не будет комфортно.

За одну секунду я едва не падаю в бездну отчаяния.

– У тебя, кажется, была блузка – такая синяя с вензелями…

– Да, но она ведь рабочая, – я достаю из шкафа синюю блузку и прикладываю к телу.

– Ты просто надень её не как на работу, – произносит Юля уверенно. А я понятия не имею, что это значит. Дочка, осознав, насколько я безнадёжна, поясняет: – Заправь её за пояс и не застёгивай до конца. И, естественно, никаких пиджаков и брюк со стрелками.

– Почему мне кажется, что так слишком вычурно? – спрашиваю я с усмешкой, оглядывая себя в зеркале.

– Буду считать это за комплимент своей работе, – улыбаясь отвечает Юля. – Ладно, иди и хорошо проведи время!

Хотя я и храбрилась, когда уходила из дома, приехав к Гере, я невольно начинаю робеть. Он замечает это и даёт мне больше личного пространства. Не зажимает, как обычно, и не лезет целоваться. Просто смотрит обожающим взглядом, кормит вкусным ужином и ненавязчиво рассказывает о себе. Наверное праздничная атмосфера на меня так действует. Я постепенно расслабляюсь.

– А ты, оказывается, был тем ещё бунтарём в молодости, – усмехаюсь я.

– В смысле, в молодости?! – возмущается он смеясь. – Я ещё не старый!

Потом достаёт один из альбомов с фотографиями. Его на них не узнать: байк, косуха, агрессивный взгляд.

– А ты говоришь, что нестарый. Вон уже и фотоальбомы расчехлил, – бросаю я в шутку.

Он ещё больше возмущается. Пытается забрать у меня альбом, но я уворачиваюсь и прячу его за спиной. Это оказывается довольно весело, хоть и отдаёт ребячеством. Я вздрагиваю от случайных прикосновений. Приятные мурашки пробегают по коже. Наконец, ему удаётся отнять у меня альбом. Но в тот же миг это перестаёт иметь какое-либо значение, потому что я обвиваю шею Геры и касаюсь его губ.

Все эмоции, что он сдерживал в себе, наконец вырываются наружу. Он сжимает меня крепко в объятиях. Его тяжёлые головокружительные феромоны окутывают нас. Моё тело становится мягким и податливым, а все мысли сосредотачиваются в один миг только на одном – близости с Герой. Словно бы у меня снова сбился цикл. Только на сей раз, я полностью отдаю себе отчёт в том, что происходит.

Мы спешно поднимаемся наверх в одну из спален. Она пахнет как Гера, но выглядит немного пустой – лишь большая кровать и стол у окна. Я не знаю, чего ожидала увидеть здесь. Возможно, отголоски прошлой жизни Геры. В любом случае я рада, что ничего не нашла. Ведь меня это не касается.

– Я хочу тебя. Очень сильно, – шепчет Гера мне на ухо. – Но если вдруг ты скажешь, что не готова, то я пойму.

Глажу его ладонями по небритым щекам. Прижимаюсь невольно всем телом. Меня заводит всё, что он делает: как смотрит на меня, как говорит, как касается, как пытается быть джентльменом, как раз за разом уступает инстинктам альфы.

– У меня нет опыта, но трястись надо мной не обязательно. Я ведь не девственница, – говорю как-то непривычно смело для себя. На самом деле мне хочется, наконец, избавиться от стигмы в собственной голове.

Спешно расстёгиваю пуговицы его рубашки, чтобы поскорее добраться до бунтарских тату Геры. Он поступает мудрее и просто снимает с меня мою блузку через голову. Я с трепетом прижимаюсь к его мускулистой груди, провожу руками по горячей коже. На самом деле я уже на пределе. Как оказалось, мне нужно совсем немного, чтобы сойти с ума от желания.

Гера толкает меня на кровать и стягивает мои джинсы с бельём. Становится немного холодно, но буквально на несколько минут. После Гера накрывает моё тело своим. Целует шею и плечи, скользит ладонью по животу к моей промежности. Я немного тушуюсь. Не знаю, как вести себя. Должна ли я сдерживаться или могу кончить просто от ласк. Издаю мучительный стон и поджимаю губы. Гера немного ускоряет движение руки. Это оказывается слишком приятно. Настолько, что перед глазами всё плывёт. Я вдруг вздрагиваю, ощущая, как блаженство разливается по телу.

– Такая чувствительная, – довольно отмечает Гера. Я пытаюсь восстановить сбившееся дыхание.

– Всегда была такой, – пожимаю плечами я. Приятно, что мне сделали комплимент. Но как будто это не сильно от меня зависит.

Гера достаёт из кармана брюк презервативы и возвращается ко мне в кровать. Его глаза хищно поблёскивают в приглушённом свете. Он поддевает мой подбородок и накрывает губы поцелуем. Возбуждение охватывает с новой силой. На сей раз оно более плавное и тягучее.

Он укладывает меня на спину, и я не сопротивляюсь. Хочется видеть его лицо, хоть это и жутко смущает. Его пальцы скользят по влажным губам и проникают внутрь. Это волнующе приятно. Кажется, я могу кончить только от осознания того, что Гера делает со мной. Но мне хочется узнать, почувствовать больше.

– Гера, прошу… – шепчу я тяжело дыша. – Не могу больше ждать.

Он оказывается не в состоянии проигнорировать такой призыв. Пристраивается и входит плавно и аккуратно. На секунду я забываю, как дышать. Ловлю воздух ртом, будто рыба. Гера не двигается – даёт мне время привыкнуть. Внутри всё немеет на какое-то время. Лицо же начинает гореть. Это не похоже на мастурбацию, не похоже вообще ни на что. Я чувствую, как кончаю. Просто от его члена внутри, без всяких стимуляций. С губ срывается постыдный стон. Гера целует меня. Ласкает плечи и грудь. Когда я немного расслабляюсь, начинает двигаться. Каждый толчок выбивает новый стон. Это выходит непроизвольно. В том, что между нами я вообще мало за что несу ответственность. Даже мои страхи, связанные с неопытностью, постепенно исчезают. Я просто следую за Герой туда, где приятно…

Я просыпаюсь довольно поздно и радуюсь тому, что воскресенье. Тело немного побаливает, а ещё я чувствую острую необходимость сходить в душ. Гера, уже почти полностью одетый, лежит рядом, поглаживая меня по руке.

– Что мой сонный ёжик желает на завтрак? – спрашивает с улыбкой.

– Огромного серого волка с тату на груди, – отвечаю я. Гера тяжело вздыхает. Очевидно, ему стоит огромных усилий не поддаться на мою провокацию. Провокацию, надо сказать, самоубийственную, учитывая моё самочувствие.

– Приготовлю тебе омлет, – бросает он поднимаясь.

Я только киваю. Всё это слишком прекрасно. И кажется, если я открою рот, то в один миг испорчу эту магию.

– Ах да, забыл сказать тебе вчера, – Гера оборачивается в дверях. – Артур, вероятнее всего, в ближайшее время не появится. Он разводится с женой, а это повлечёт существенные перемены в его жизни. В любом случае, не беспокойся на его счёт. Если понадобится, мы сможем добиться судебного запрета для него.

На миг меня охватывает тревога. Но я успокаиваю себя тем, что больше не одна. Что бы ни случилось, я со всем справлюсь, потому что рядом со мной тот, кого я люблю.

Конец.