Текст книги "Босс-альфа для помощницы с тайной (СИ)"

Автор книги: Алиса Буланова

Соавторы: Элис Карма
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

Глава 21

Я наблюдаю за ней со стороны. Кажется, что Валентина сосредоточена и собрана. Как всегда, уверена в себе и настаивает на своём. Однако я чувствую, что с ней что-то не так. Еле заметная скованность ощущается в движениях. Она с подозрением следит за всеми, кто проходит мимо переговорной. Неужели боится появления Артура? Хочется успокоить её, сказать, что он не придёт без предупреждения. А если всё же попробует, то его развернут на ресепшене и отправят восвояси.

В некотором смысле я завидую Егору. Они с Юлькой созвонились в тот же вечер и поговорили. Кажется, внезапно нарисовавшаяся проблема сблизила их ещё больше. А вот что делать мне, я ума не приложу. Сказал, что не позволю сделать Валентине больно, но я даже поговорить откровенно с ней не могу. Не тащить же её снова в бар. Это уже попахивает чем-то нездоровым.

Вернее всего, было бы пригласить её к себе и объясниться. Успокоить, а потом подумать над совместной стратегией поведения. Но в реальности сделать это не так просто. После заключения последней сделки наше взаимодействие свелось к минимуму. Если я буду проявлять к Валентине чрезмерный интерес на работе, то это может вызвать подозрения относительно её истинной сущности. Этот альфа из юридического отдела и так уже смотрит на меня волком, каждый раз, когда я появляюсь на пороге их кабинета. Мне повезло, что он молод, а потому пока не осознаёт природу своих эмоций.

Я вижу, как Валентина становится всё более нервной и резкой с каждым днём. Замечаю, что она периодически сбрасывает звонки на удивление своим подчинённым. Понимаю, что лучше не затягивать, а потому после очередного совещания руководителей отделов прошу её задержаться. И пусть я много раз повторял у себя в голове, что хочу сказать, это всё равно оказывается жутко непросто.

– Артур всё ещё донимает вас? – спрашиваю я, и она нервно сжимает кулаки.

– Этот альфа довольно упрям, – отвечает сдержанно. – Но нельзя сказать, что я удивлена. Когда тебе с самого детства позволено абсолютно всё, очень легко потерять берега.

Пусть она внешне остаётся спокойной, мне всё равно не по себе от её слов.

– В общем, я хотел сказать, что готов защищать вас с Юлей от него или от любых других проблем, – говорю я, неловко отводя взгляд.

Волнение такое, будто признаюсь в чувствах любимой женщине. Хотя я всего лишь пытаюсь поступить правильно.

– Почему вы так настаиваете на своём участии в нашей с Юлей жизни? Вы и в прошлый раз говорили мне что-то подобное. Хотя я никогда не говорила, что нуждаюсь в помощи.

Её взгляд, кажется, пронизывает меня насквозь. Он обескураживает и заставляет чувствовать себя растерянно.

– Ну, как? Мы же не чужие люди друг другу – произношу неловко уже заезженную в мозгу фразу. – Юля – девушка моего племянника, а потому я не могу остаться в стороне. К тому же мы ведь с Артуром дружили до недавнего времени. Это из-за меня вы встретились спустя столько лет. Так что я чувствую свою ответственность.

Замечаю, как жилка на её виске нервно дёргается. Взгляд становится ещё холоднее. Не понимаю, в чём дело, но, кажется, я разозлил её.

– Если дело только в этом, то вам не стоит вмешиваться, – произносит она, опустив глаза. – Мы с Артуром рано или поздно всё равно бы пересеклись, так что вашей вины тут нет. Да и Юля с Егором будут в порядке. Они гораздо сильнее, чем кажется на первый взгляд.

– А ты будешь в порядке? – вырывается у меня. Не знаю, почему так резко перешёл на неформальный тон. Замечаю, как она слегка вздрагивает. На открытых руках выступает рябь.

Мне хочется подойти к ней и ободряюще коснуться плеча. А может быть, даже взять за руку, чтобы она поняла – ей не нужно быть сильной, достаточно просто довериться мне. Единственное, что меня останавливает – она может понять меня неправильно и подумать, что я влюблён в неё. Пусть Валентина и живёт жизнью человека, она была и остаётся омегой. Я не должен вводить её в заблуждение. Ведь в моём сердце по-прежнему есть место только для одной омеги – моей покойной жены.

– Георгий Александрович, мне бы хотелось, чтобы вы соблюдали субординацию, – произносит она, возвращая самообладание. – Вы всё время твердите, что мы с вами не чужие люди, и это отчасти правда. Вы мой босс, а я ваша подчинённая. Не думаю, что с моей стороны будет уместно просить вас решить мои личные проблемы. Это могут неправильно понять.

– Боже, и почему ты такая упрямая?! – выдыхаю я устало. Она снова прошивает меня насквозь своим ледяным взглядом.

– Я всё объяснила, – произносит, делая акцент на каждом слове. – Если вы не понимаете, то советую вам поразмыслить над этим ещё раз.

Снова это её высокомерие. Я уже знаю, что это защитная реакция. Но меня всё равно она бесит, ведь я не собираюсь причинять ей вред. Так зачем ей защищаться?

– Ладно! – я поднимаю руки перед собой. – Сдаюсь. Делайте что хотите. Я ж правда хотел помочь.

Валентина уходит, кажется, не слыша моих последних слов. Ощущаю что-то странное внутри. Словно бы потерял что-то важное. Хотя, казалось бы, мне-то чего переживать? Я честно попытался заступиться, но мою помощь отвергли. Так я себя успокаиваю, но легче почему-то не становится.

Часть 8 «Не к месту и не ко времени»
Глава 22

Валентина

Не сосчитать, сколько раз в своей голове я проклинала Артура и желала ему гореть в аду. Но всё это до сих пор оставалось в прошлом. Даже после случайной встречи у нас в офисе я надеялась, что у этой истории не будет продолжения, что я сполна расплатилась за свою юношескую беспечность. Однако Артур посчитал иначе.

– Идёмте, отвезу вас домой, – Георгий Александрович кладёт мне руку на плечо и увлекает за собой на парковку ресторана.

Я послушно следую за ним. Странное чувство возникает внутри. Пусть я уже приняла подавители, но мне всё ещё кажется, что я чувствую феромоны Георгия. Бросаю на него задумчивый взгляд. Он заступился за меня и попытался защитить. Я, наверное, сошла с ума, но мне совсем на чуть-чуть начинает казаться, что он мне нравится. Впервые за очень долгое время я испытываю подобные чувства к альфе.

Хотя если подумать, то ведь это было ожидаемо. Георгий Александрович не похож на типичного альфу. Даже когда он думал, что я человек, никогда не позволял себе высокомерия. И чего уж греха таить – выглядит он просто потрясающе. Прямо-таки мечта любой омеги. Я сама себе удивляюсь, что после столь неожиданного и малоприятного разговора с Артуром могу думать о чём-то столь легкомысленном. Как будто рядом с Георгием Александровичем все мои тревоги и страхи исчезают.

Несколько дней я не могу найти себе места. Понимаю, что должна как-то подготовиться морально на случай, если Артур вдруг появится в нашем офисе. Однако раз за разом мои размышления съезжают в сторону моего начальника. Всё усложняется ещё и тем, что Георгий Александрович всё время подливает масла в огонь своим обходительным отношением и разговорами о помощи и защите. Я гадаю, правдивы ли слухи о том, что он не заводил отношения с тех пор, как его жена погибла? Наверное, я бы могла легко выяснить это у Егора. А ещё расспросить о других подробностях жизни его дяди. Вот только мне кажется, что ребята сочтут это странным. Мы ведь почти родственники.

– Мам, ты не заболела? Весь вечер вздыхаешь, – Юля перегибается через спинку дивана и касается ладонью моего лба.

– Н-нет, всё в порядке, – отвечаю я спешно и из лежачего положения принимаю сидячее. Юля смотрит на меня ещё более настороженно.

– Знаешь, отвечая так, ты выглядишь ещё подозрительнее, – замечает она и садится рядом с пультом от телевизора.

Не знаю, что ей ответить. Я сейчас словно подросток – сама не понимаю, что меня больше тревожит и как с этим быть. Да даже если бы и знала, то не стала грузить её этим. Пусть Юлька и взрослая девушка, она ещё довольно молодая, и у неё полно своих юношеских переживаний. Добавлять ей своих было бы неправильно.

Утром следующего дня я с досадой замечаю, что у меня поднялась температура. И я бы могла списать всё на простуду, однако буйство феромонов внесло ясность не хуже любого доктора. Вот ведь чёрт! Из-за того, что я тогда пропустила один день, у меня снова сбился цикл. Подавители, что я принимаю обычно во время полнолуний, вряд ли смогут быстро скрыть симптомы. Придётся ехать в больницу.

Я бросаю нервный взгляд на часы. Потом стучусь к Юльке в дверь. Она взъерошенная и сонная выглядывает наружу.

– Дочь, тебя Егор сможет сегодня отвезти в университет? – спрашиваю я вздыхая.

– Ну да, – отвечает она растерянно. – А что такое?

– Кажется, мой цикл сбился, – говорю я, наваливаясь на стену. – Думаю съездить в больницу, уколоться.

– Вот я знала! – восклицает Юлька. – Видела же вчера, что ты какая-то не такая. А ты отнекивалась.

– Просто у меня за двадцать лет впервые произошёл сбой, – отвечаю в смятении.

– А ты сама-то сможешь добраться? – Юля спешно начинает одеваться. – Хочешь, мы тебя подвезём?

– Не нужно, – качаю головой я. – Со мной всё будет в порядке.

На самом деле больше всего на свете мне бы сейчас хотелось оказаться в обществе своего начальника. Ощутить его сильные грубые феромоны. И возможно даже прикоснуться к нему как бы невзначай. Низ живота сладко сводит, когда представляю его рядом. Но это всё просто фантазии. Я вздыхаю и иду собираться. Нужно ещё отправить сообщение Станиславу, что я немного опоздаю сегодня.

Собравшись, спускаюсь во двор и вижу знакомый автомобиль на парковке. Сердце вздрагивает в груди, но я тут же мысленно одёргиваю себя. Георгию Александровичу нечего здесь делать. Это наверняка Егор Юльку ждёт. Взял дядину машину покататься. Оттого, наверное, и прикатил раньше времени. Прохожу мимо к своему многострадальному Форду.

– Валентина! Неужели так и проигнорируете меня? – кричит мне знакомый голос в приоткрытое окно.

Я судорожно выдыхаю. Нет, это не может быть правдой. Неужели он приехал потому, что узнал, что мне нехорошо? Я протестую! Ваша честь, это против правил быть таким обалденным!

– Здравствуйте, Георгий Александрович, – произношу я, пытаясь вернуть лицу невозмутимость. – Не ожидала увидеть вас здесь. То-то мне машина показалась знакомой. Но что вас привело?

– В смысле, что? – удивляется он. – А ваш автомобиль не сломан разве? Мне Егор сказал, а ему Юлька по телефону. Вот я и спросил себя: если Юлю Егор заберёт, то вы как на работу доберётесь? Ну, и решил заехать за вами.

Лёгкое волнение ощущается в его голосе, отчего приведённые аргументы звучат ещё более сомнительно. Это даже становится опасным. Я уже физически ощущаю, как завожусь. Меня тянет поскорее забраться к нему в машину и сделать что-нибудь эдакое…

– Валентина Сергеевна? – он внимательно оглядывает меня. – Вы в порядке?

– Нет, если честно, – отвечаю я, опуская глаза. – Как раз собиралась поехать в больницу.

– Ну, тогда тем более садитесь скорее, – он кивает на пассажирское сиденье.

– На самом деле у меня…

– О, Валентина Сергеевна, доброе утро! – восклицает, выходя из подъезда, соседка по этажу. – На работу собрались?

– Ага, – киваю я, осознавая, что при ней у меня не получится объясниться.

Я нехотя делаю несколько шагов к авто своего начальника. Кусаю губы до крови от неловкости. Мне стыдно, и в основном от тех мыслей, что возникают в моей голове под действием феромонов. Я раздумываю над тем, какой секс был бы между нами. Во времена своей молодости я слышала, что по любви это бывает просто чудесно. Хотя у меня нет опыта, так что едва ли я смогу доставить ему удовольствие…

– Оу... так у вас феромоновая реакция? – еле слышно спрашивает он, выходя из авто.

– Угу, – киваю я и опускаю глаза. – Я уже позвонила своему врачу. После приёма я смогу отправиться на работу.

– Какой адрес у клиники?

Осторожно подталкивая, он ведёт меня к машине и открывает дверь со стороны пассажира. Помогает сесть и пристегнуться. Я ловлю каждое его случайное касание, жадно вдыхаю его аромат. Перед глазами всё расплывается. Называю адрес, а потом зачем-то хватаюсь за полы его пиджака.

Что-то странное происходит. Раньше со мной не было ничего подобного. Фантазия и реальность смешиваются. Мне кажется, что Георгий склоняется надо мной и целует. И это настолько волнительное и запретное блаженство, что моё тело реагирует одним-единственным возможным способом. Слабый стон срывается с губ, тело пробивает судорога…

В следующую момент, когда я прихожу в себя, мы уже едем по проспекту. И я бы думала, что мне всё привиделось, да вот только низ живота всё ещё напряжён. По телу расползаются приятные мурашки. Я пребываю в полном шоке. Пытаюсь, как-то объяснить себе, что случилось. Но Георгий Александрович с уверенным и невозмутимым видом ведёт машину.

Глава 23

Мне неловко смотреть ему в глаза. И всё же приходится и посмотреть, и заговорить.

– Это не займёт много времени. Но если вы всё же спешите, то можете поезжать. Я возьму такси в этом случае.

– Я ведь сказал, что подброшу вас, – отвечает Георгий, не глядя на меня. Я киваю и спешу по ступеням к входу.

Народу внутри оказывается немного. Видимо, всё дело в том, что сегодня будний день. Однако у самого кабинета врача я вдруг встречаю того, кого меньше всего ожидала увидеть. Очки в дорогой оправе, дерзкая стрижка и привлекательный внешний вид – вне всяких сомнений, это та самая омега, что была тогда в ресторане с Артуром. Георгий назвал её Ольгой, кажется.

Она меня тоже узнаёт и кивает. Я присаживаюсь на банкетку у противоположной стены. Некоторое время мы просто молчим. Но это скорее радует, нежели смущает.

– Вы ведь омега, верно? – наконец спрашивает женщина, оглядывая меня с ног до головы. – Тогда в ресторане я ещё сомневалась, но сейчас я в этом абсолютно уверена.

– Думаю, вы знаете, что по закону я имею право игнорировать любые вопросы, касающиеся моей частной жизни, – отвечаю я с холодной вежливостью.

– Простите, я не хотела задеть или скомпрометировать вас, – спешит оправдаться Ольга. – Я лишь собиралась предупредить.

– И о чём же?

– Мой муж заинтересовался вами. Что бы ни было между вами в прошлом, он намерен это воскресить.

Дрожь пробегает по спине при мысли о том, что именно Артур намерен воскрешать. От приступа паники меня спасает наблюдательность. Я невольно слежу за жестами и мимикой Ольги, её позой и ритмом дыхания. С удивлением прихожу к выводу, что она, вообще-то, прямо сейчас очень счастлива. Ни тебе сцен ревности, ни скандалов, лишь с трудом сдерживаемая улыбка.

– Вы ведь рады тому, что он вдруг встретил меня, так? – поражённо озвучиваю я свою догадку. – Хотите уйти от него, но вам нужен повод? Тогда боюсь, что разочарую вас. У меня нет намерения сходиться с насильником и подлецом.

Ольга вздыхает с сожалением. Кажется, что мои слова её ничуть не удивляют. Всматриваюсь в её красивое лицо с тонкими аристократическими чертами, в её голубые с лёгкой бирюзой глаза. Я не имею ни малейшего понятия, по какой причине она вышла замуж за Артура. Но мне хочется надеяться, что это было не по любви. Потому что так это было бы слишком больно для этой омеги.

– В любом случае будьте осторожны, – произносит она предостерегающим тоном. – Не позволяйте ему прикасаться к тому, что вам действительно дорого. Иначе вам будет трудно это сохранить.

Медсестра выглядывает в коридор и приглашает меня на приём.

– Благодарю, я учту, – киваю и прохожу в кабинет.

Когда приём заканчивается, в коридоре уже никого не оказывается. Не могу точно сказать, огорчена ли я этим. Возможно, мне бы хотелось поговорить с этой женщиной ещё. Но нет, так нет. Я неловко иду на парковку к автомобилю начальника. Мне сделали укол, и я переоделась в туалете, так что от меня больше не должно нести феромонами. И всё же мне очень стыдно, когда я думаю, что это было такое между нами? Хотя по реакции Георгия и не скажешь, что действительно что-то произошло. Может, это всё были галлюцинации под действием феромонов?

При моём появлении Георгий Александрович бросает на меня оценивающий взгляд.

– Феромонов не чувствую, но выглядите вы так себе, – озвучивает свой вердикт.

– К моему глубокому сожалению, последнее с феромоновой реакцией никак не связано, – мрачно усмехаюсь я.

– Да я не это имел в виду, – он только закатывает глаза и качает головой.

Я сажусь на переднее сиденье и пристёгиваюсь. Зачем-то бросаю беглый взгляд на руку Георгия Александровича на рычаге переключения передач.

– Простите меня за сегодня, – произношу неловко, понимая, что, вероятно, совершенно испортила впечатление о себе.

– Всё в порядке. Вы не сделали ничего, за что вам стоило бы просить прощения, – отвечает Георгий Александрович, не глядя на меня. – Я ведь всё-таки зрелый альфа и понимаю, что иногда физиологии трудно противостоять. Хотя вы пытаетесь, чем я, безусловно, восхищён.

Щёки сами собой вспыхивают. Какой же он всё-таки…

«Угомонись уже, озабоченное создание!» – ругаю я себя мысленно.

Но другой внутренний голос возражает, что это же со мной впервые. Так почему я должна ограничивать себя какими-то рамками и условностями? Почему бы просто не влюбиться в своего начальника и взглянуть, что из этого получится? И если вдруг не выйдет, то ничего тут не поделаешь. Но, по крайней мере, я буду знать, каково это.

– Хотите поужинать вместе? – спрашивает он, пробиваясь сквозь толщу моих мыслей.

– Поужинать? – повторяю я взволнованно.

– Ну да, – кивает Георгий. – Вчетвером, вместе с Егором и Юлей. А то эти негодники совсем мне на глаза не показываются. Может, хоть из-за вас не станут игнорировать.

Чувствую лёгкое разочарование. Я отчего-то посмела надеяться, что это приглашение на свидание. Но с чего я так решила? Из-за того, что сама себе нафантазировала? Вздыхаю тяжело и встряхиваю головой. Надо бы завязывать заниматься самообманом и попробовать сблизиться с ним не в своих фантазиях, а в реальности.

– Хорошо, – отвечаю я. – Я совсем не против поесть где-нибудь всем вместе.

– Вообще, я думал, пригласить вас с Юлей к нам, – он заметно тушуется и у меня ёкает внутри. – Неформальная обстановка и всё такое.

Мне на секунду приходит в голову то утро, что мы провели вместе, неловкий завтрак и его полуобнажённая грудь с тату. Сердце начинает биться быстрее. Я всматриваюсь в его худое лицо с густой растительностью. Во взгляде появляется обычная невозмутимость. Знает ли мой босс, что играет с огнём?

Глава 24

Сколько бы я ни откладывала, понимаю, что рано или поздно мне придётся поговорить с Юлей начистоту. Она уже виделась с Артуром, и каждый новый день моего молчания делает пропасть между нами всё больше. Юля старается быть взрослой, а потому держит все эмоции внутри. Однако Артур не её проблема, а моя. Поэтому и нужно поскорее всё прояснить. Вот только я трушу. Дожила до того, что моя дочка оказалась морально сильнее и смелее, чем я.

Я замираю у двери её комнаты. Слышу слабые звуки музыки голос дочки. Юля старается подпевать популярной песне. Получается неплохо, только на высоких нотах она срывается почти до визга. Сама понимает, что сфальшивила, а потому смеётся. Тяжело вздыхаю. Не хочется портить ей настроение. Ещё одна отговорка. Я отступаю, но в этот момент Юля резко открывает дверь и выходит мне на встречу с кипой грязного постельного белья.

– О, мам, что делаешь? – спрашивает беспечно. Замираю от неожиданности.

– Да просто шла в ванную, – бормочу себе под нос.

– А, понятно. Сейчас я по-быстрому в стиралку закину.

Я смотрю на её светлые волосы, заплетённые в косу и тонкую шею. Без своей обычной оверсайз одежды она кажется очень маленькой и хрупкой. И всё же, несмотря на это, Юля готова защищать то, что ей дорого. Нужно брать с неё пример.

– Юль, я давно хотела поговорить с тобой, – начинаю я вздохнув.

– И о чём же? – её голос звучит также беспечно, но в этом ощущается небольшая фальшь. Прямо как в той песне.

– Недавно я встретила человека, что приходится тебе биологическим…

– Мам, остановись ненадолго! – она вдруг обрывает меня.

Её взгляд становится холодным и колючим. Мне неуютно под ним и хочется, чтобы он поскорее смягчился.

– Я знаю, что тебе было непросто решиться на этот разговор, – продолжает Юля действительно чуть более сдержанно. – И именно поэтому я и прошу тебя подумать ещё. Правда ли стоит ворошить прошлое? Если ты вдруг простила этого человека и хочешь установить с ним связь, то это одно дело. Но если нет, то не мучай себя.

– И ты не хотела бы узнать правду?

– Нет, – отвечает Юля без малейших сомнений. – Для меня достаточно того, что я уже знаю. У меня есть один родитель, и кто-то ещё мне не нужен. Уже, мягко говоря, поздновато для этого.

Она начинает агрессивно запихивать пододеяльник в барабан машинки. Я несколько секунд не могу даже пошевелиться, насколько меня поражает и удивляет её ответ. На секунду возникает мысль: «Она реально так думает или говорит так, чтобы меня успокоить?» Как бы там ни было, кажется, я могу выдохнуть. Моя дочь в очередной раз оказалась зрелой не по годам. Ну, по крайней мере, в некоторых вопросах…

– Эй, дай-ка сюда, – я присаживаюсь у стиралки, вынуждая её подвинуться. – Думаю, тут уже достаточно. Остальное нужно оставить для следующей партии.

– Ладно, – кивает Юлька. – Только мы, наверное, не успеем уже.

Я вспоминаю, что мы сегодня ужинаем у Васильевых, и по телу проходит нервная дрожь. Сама не понимаю, отчего нервничаю так сильно. Наблюдаю за тем, как Юлька наводит красоту в прихожей перед зеркалом. Я бросаю тоскливый взгляд на свой серый свитер.

– Может, мне тоже попробовать? – вырывается у меня вдруг. Юлька резко оборачивается.

– Ты это серьёзно?!

У неё даже глаза загораются. А я не знаю, как быть, ведь в жизни не пользовалась косметикой.

– Да я просто из интереса, – начинаю вдруг оправдываться. Почему-то очень стыдно.

– Конечно, из интереса, – соглашается дочка, а сама уже тащит табурет с кухни. – Садись.

Я вынуждена повиноваться, раз сама ляпнула, не подумав.

– Только не сильно, ладно?

– Вообще незаметно сделаю! – клятвенно заверяет Юлька. – Закрой глаза.

Мне беспокойно и немного волнительно. Знаю, что если выйдет плохо, то можно просто смыть всё. Но хочется, чтобы непременно получилось хорошо. Юлька колдует надо мной совсем недолго. По ощущениям причёсывает брови и водит чем-то пушистым по лицу. Щекотно.

– Всё готово, – объявляет она, и я спешу оценить результат.

По правде говоря, поначалу вообще не замечаю никаких перемен и слегка разочаровываюсь. Но посмотрев чуть дольше понимаю, что стала выглядеть чуть свежее, что ли… Пропали мешки под глазами, и взгляд стал более выразительным.

– Нравится? – спрашивает она. Я киваю, а сама думаю, заметит ли Георгий Александрович перемены во мне. Сердце начинает биться чаще. Я невольно вздыхаю.

* * *

Снова я оказываюсь в этой светлой просторной столовой в доме Георгия Александровича. В воздухе витает аромат мяса и специй. Хозяин дома в бежевом фартуке поверх белой рубашки мечется по кухне.

– Мы сегодня удостоились чести вкушать пищу, приготовленную дядей! – торжественно произносит Егор и посмеивается.

Я неловко улыбаюсь и бросаю очередной взгляд на Георгия. Ему очень идёт фартук и эти прихватки-рукавицы. На секунду он поднимает на меня глаза, и я становлюсь красной будто помидор. Благо Егор предлагает мне вина. И хотя я решила, что в присутствии своего босса больше не сделаю ни глотка алкоголя, всё же придвигаю бокал. По крайней мере, мне будет на что списать свой румянец.

– Вообще, дядя хорошо готовит, – продолжает Егор, протягивая мне бокал с вином. – Только редко, понятное дело.

– Всё-таки здорово, что мы вместе собрались, – я мечтательно вздыхаю, глядя на них с Юлькой. – Прямо семья в самом хорошем смысле этого слова.

Конечно, я стараюсь не вкладывать в это ничего такого. Однако Юля сразу неловко краснеет. А Георгий Александрович, наконец, присоединяется к нам за столом.

– Раз так, может, вы с Юлей переедете к нам? – произносит он, с улыбкой глядя на меня.

Я, кажется, забываю, как дышать. Знаю, что не стоит обманываться. Но дрянная надежда заставляет меня поверить, что за этим его вопросом есть что-то особенное.