Текст книги "Босс-альфа для помощницы с тайной (СИ)"

Автор книги: Алиса Буланова

Соавторы: Элис Карма
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)

Часть 9 «Семья под ключ»
Глава 25

Артур

– Я ложусь в клинику на лечение, – сообщает мне отец буднично. У меня неприятный холодок пробегает по спине.

– Что-то серьёзное? – спрашиваю я, занимая место за столом.

– Не особо, я думаю. Печень почистить, прокапаться. Но неделю точно проторчу. Всё-таки возраст своё берёт.

Обслуга подаёт ужин. Их у отца дома много и все на одно лицо.

– Да ладно. Какие твои годы? – мне хочется подбодрить его, но выходит, по-моему, наоборот.

– Старческие, Артур, старческие, – отвечает отец чуть раздражённо. – Сколько ни молодись, а от природы не убежать. Мы своё отжили, пора молодым уступать дорогу. Мне повезло, что ты у меня появился не в сорок, иначе совсем бы был ещё зелёный. Понимаешь, к чему я веду?

Хмурюсь, потому что отлично понимаю. Не первый раз он заводит разговор о внуках.

– Мы над этим работаем, – отвечаю я уклончиво. Спорить со стариком всё равно бесполезно.

– То, что вы «работаете», это я и так знаю! – отвечает он бесцеремонно. – Хотелось бы знать, когда уже будет результат этой «работы»?

– Ну, ты знаешь, это не просто иногда…

– Ничего сложного, поверь мне. Просто берёшь и не вынимаешь!

Прислуживающая нам за столом горничная отводит взгляд и краснеет. Мне тоже становится неловко. Остаток ужина я пытаюсь как-то вывезти разговоры с отцом, но всё больше и больше проваливаюсь в раздражение. Домой возвращаюсь совершенно без настроения и с огромной потребностью выместить на ком-нибудь накопившийся негатив. На мою удачу жена оказывается дома. В предвкушении хорошего скандала я остаюсь в гостиной. Пытаюсь быстро отыскать повод, чтобы начать.

– Я тут на неделе хотел кое-что у тебя из кабинета забрать, а там оказалось закрыто.

– Там нет ничего твоего, вот и закрыто, – отвечает Ольга, не отрываясь от экрана планшета.

– Как-то, знаешь, неприятно в собственном доме натыкаться на закрытые двери. Начинает казаться, что тебе есть что скрывать от меня.

Ольга вдруг замирает. Так, словно бы мне правда есть о чём беспокоиться. Я и так был не в настроении, а это злит ещё больше.

– А может, тебе и вправду есть? – спрашиваю осторожно. Ладони от волнения начинают дрожать. – Например, про того художника. А знаешь, что интересно? На самом деле я не делал ему заказ на твой портрет. Когда я приехал к нему за подарком для тебя, портрет был уже готов. Мне теперь даже интересно, что он там такого нарисовал, что ты от меня прячешь.

За несколько секунд, пока я говорю, эмоции Ольги проходят весь спектр от полного безразличия до восторга и грусти.

– Почему мы живём так, Артур? – спрашивает она вдруг. – Тебе это не надоело? Каждый раз, пытаясь заговорить друг с другом, мы преследуем какую-то тайную цель: отвести от себя подозрение, показаться лучше и правильнее на чужом фоне, зацепить, задеть за живое, чтобы получить желаемое…

Ольга бросает на меня усталый взгляд. Не знаю, что произошло у неё, но это явно всерьёз расстроило его.

– Я не могу родить тебе ребёнка, – произносит она дрогнувшим голосом. – Я в принципе не могу иметь детей – врождённая патология.

– Почему ты мне раньше не сказала?! – восклицаю я. Кажется, будто меня обманули.

– Потому что ты с самого начала согласился на моё условие не заводить детей, – отвечает Ольга невозмутимо. – Однако сейчас я понимаю, что совершила ошибку. Поэтому я прошу тебя, давай разведёмся.

Её холодные светлые глаза глядят на меня бесстрастно. Она и раньше-то не была особенно ласковой, но сейчас всем своим видом даёт понять, что отвергает меня. И мне хочется возмутиться на это. Ведь ни одна омега не смеет говорить мне «нет»! Так было всегда. Но в последнее время я только и делаю, что получаю отказы.

– Вот и давай! Кому нужна пустышка?! Да я и женился-то на тебе только ради инвестиций твоего отца!

Обидные фразы одна за другой срываются с губ. Я просто не могу остановиться. Ольга только качает головой на это, как бы давая понять, что я сильно пожалею, что вовремя не прикусил язык. Даже я сам понимаю, что пожалею. Но гордость альфы не позволяет мне просто промолчать.

– А ты знаешь, что у меня, вообще-то, есть дочь?! Взрослая. Лучшая студентка своего потока! – буквально выплёвываю я в лицо Ольге.

Она правильно сказала. Весь наш брак – сплошные попытки обидеть друг друга. И в этом нам с ней нет равных.

– Вот как? И почему же ты сейчас здесь со мной выясняешь отношения, а не проводишь время со своей гениальной дочерью? – спрашивает жена, возвращая своё обычное надменное выражение.

Во рту появляется привкус горечи. Я вспоминаю слова Юли о том, что её не интересует личность отца. Ольга самодовольно улыбается, словно бы сама присутствовала при том разговоре.

– Кажется, ты назвал меня пустышкой, – произносит она, блаженно прикрывая глаза. – Но знаешь, в чём ирония? Из меня получилась бы по настоящему заботливая и любящая мать. Даже физически не имея возможности к воспроизведению потомства, я всё ещё могу ею стать, взяв на воспитание ребёнка, от которого отказались биологические родители. Но тебе никогда не стать отцом. Ты просто не способен на это, Артур.

Глава 26

Слова Ольги оседают у меня в голове. Они будто яд отравляют сознание. Отчасти потому, что резонируют с моим страхом. Я не могу остаться в дураках! Везде и всегда я получал то, чего хочу. И никто, даже такая омега, как моя жена, не смеет мне говорить, что я не способен на что-то.

Я всегда восхищался Ольгой именно потому, что она, даже будучи омегой, могла дать мне фору. Но теперь я не чувствую к ней ничего, кроме раздражения. Мне хочется доказать, что она не права. Я ведь могу легко получить семью «под ключ»: омегу, что, судя по всему, добилась своей высокой должности в крупной компании самостоятельно, и дочь, что является одной из лучших в своём университете.

Обе они будто неогранённые алмазы. Так что Ольга идёт к чёрту со своими нравоучениями! Если хочет развода, то она его получит. Пусть катится к этому своему малевальщику. Я же приложу все усилия, чтобы добиться Валю. Да, в прошлом у нас вышло не очень. Но я заслуживаю второго шанса. Прежде всего нужно поговорить с ней начистоту. Я устал от этих игр с отрицанием её волчьей сущности. Честное слово, просто детский сад какой-то!

Я набираю номер Вали, что выведал через информатора, и слушаю долгие гудки. Наконец, она отвечает. Голос её кажется необычно расслабленным и даже радостным. У меня даже сердце начинает биться чаще от неожиданности.

– Это Артур. Нам нужно поговорить. Предлагаю встретиться наедине, – произношу я на одном дыхании, опасаясь, что она в любой момент бросит трубку.

Валентина молчит с полминуты, и я на всякий случай проверяю, идут ли секунды на экране.

– Хорошо, – говорит она наконец своим обычным холодным тоном. – Где вы хотите встретиться?

– Поскольку разговор очень щепетильный, то лучше обсудить всё без посторонних ушей. Завтра в три, я буду ждать тебя в лобби отеля Марриот.

– Я приду, – нехотя отвечает она. – Но не рассчитывайте ни на что.

– Ты тоже не фантазируй себе слишком много, – бросаю я раздражённо. Кем она вообще возомнила себя, чтобы разговаривать так со мной?

Она бросает трубку, и у меня невольно вырывается ругательство. Порываюсь перезвонить ей, но останавливаю себя. Валя уже согласилась на встречу, так не стоит сейчас нервировать её. Придёт время, и я научу её хорошим манерам, перевоспитаю так, как мне нужно. Она же не виновата, что в её жизни не было нормального альфы.

Это не первая моя встреча с омегой, однако в этот раз я почему-то волнуюсь. Даже то, что Ольга собирает свои вещи и уезжает, не производит на меня столь же сильного впечатления. Я беспокоюсь только, что отец может об этом прознать раньше времени. Я планирую ему рассказать, но позже, когда Валя с дочкой переедут ко мне. Тогда у отца будет меньше поводов для злости. Он ведь хотел внуков, он их получит. Ну а то, что с родителями Ольги могут возникнуть проблемы, это, как в фармацевтике, побочное действие.

Когда я приезжаю в отель, Валентина уже ждёт меня в лобби. Как всегда, одета в квадратный деловой костюм, скрывающий явно неплохую фигуру. Волосы зализаны, как у училки на пенсии. Совсем немного, но я чувствую разочарование. Могла бы хоть немного принарядиться для встречи со мной. Нам ведь в будущем вместе жить всё-таки.

Она то и дело поглядывает на часы. Вздыхает и нервно постукивает тонкими пальцами по подлокотнику кресла. Кажется, нервничает. Но для меня это хороший знак. Спешно подхожу к ней. Валентина поднимает на меня возмущённый взгляд.

– Вы опоздали, – произносит строго, глядя на меня поверх своих очков. Чувствую, как приятная дрожь проходит по спине. А что-то в этом её образе всё-таки есть. Это как ролевая игра.

– Прости. Пробки, – бросаю я с небрежной улыбкой. – Ну что, идём?

– Куда? – Валентина напряжённо прищуривается.

– Как куда? В номер, конечно! – усмехаюсь я. – Или ты тут собралась обсуждать наши дела? Скомпрометировать меня хочешь?

– Я от вас вообще ничего не хочу, – спокойно и чётко произносит она. – Кроме одного, пожалуй, – чтобы вы держались подальше от меня и моей дочери!

– Эй, я ведь сказал тебе, не здесь! – неосознанно я перехожу на крик. Персонал и постояльцы рядом подозрительно оглядываются на нас. – Видишь? Ты внимание всего отеля решила привлечь?!

– Не хотите привлекать внимание, не кричите, – отвечает Валя. – К тому же я сказала всё, что хотела, так что могу и уйти, раз вы чем-то недовольны.

– Слушай, ты... – я стискиваю зубы, сдерживая гнев. – Ты хоть понимаешь, с кем ты говоришь?! Да если я захочу, то тебя в течение нескольких минут свяжут по рукам и ногам и доставят, куда я скажу!

– Вы мне угрожаете? – Валя глядит на меня снисходительно. – Я бы на вашем месте поостерёглась говорить такое вслух. Вдруг этот разговор записывается?

На её тонких губах на секунду появляется усмешка. Приходится признать, что она не простая омега. В прошлый раз я появился внезапно и застал её врасплох. Но сейчас она всем своим видом пытается показать, что не боится. Но тем интереснее – таких у меня ещё не было.

Глава 27

Осознаю, что нужно сменить тактику. Валя явно на подавителях, а значит, мои феромоны на неё не действуют. Как и положение альфы. Давить авторитетом на неё не получится. Она привыкла не подчиняться, а договариваться.

– Ладно, – выдыхаю я, присаживаясь напротив. – Кажется, мы не с того начали. Я понимаю, что ты, вероятно, обижена на меня из-за того, как всё вышло. Но ведь и ты тоже не святая. Могла бы и поставить в известность, что у тебя ребёнок. А так ты просто выставила меня негодяем, а сама сидишь тут такая, в белом пальто.

Валя удивлённо вскидывает брови и слегка склоняет голову набок. Зализанная чёлка чуть спадает на лоб, придавая ей немного дерзкий вид. Он сбивает с мысли.

– Я бы тоже хотел принимать участие в воспитании, – продолжаю, отводя взгляд. – Знаю, Юлия уже взрослая. Но я всё ещё многое могу сделать для неё. Например, отправить её в самый престижный университет мира. Купить любое жильё или автомобиль. При всём уважении, но ты не можешь ей дать ничего из этого.

– Ну, что ж, нельзя сказать, что ты во всём не прав, – отвечает Валя задумчиво. – Я действительно могла тебе рассказать о беременности. Но было одно но. Двадцать лет назад адвокат твоей семьи угрожал мне расправой, если я снова появлюсь в твоей жизни.

– Мне кажется, ты преувеличиваешь, – хмурясь, говорю я. – Мой адвокат не настолько кровожаден.

На миг в её глазах появляется чистая ярость. Я жду, что она будет настаивать, что действительно пострадала. Готовлюсь мысленно парировать. Однако также неожиданно Валя вдруг возвращает своему лицу невозмутимый вид.

– Предположим, что ты прав, – кивает она. – Только это ничего не меняет. И принимать твою помощь или нет – это решать не мне. Как ты и сказал, Юля уже взрослая. Так что пусть сама принимает решение.

На сей раз ярость охватывает уже меня. Вот ведь дрянь! Сама настроила дочку против меня, а теперь говорит, что не ей решать?! Типа совсем не при делах! Но ничего, я знаю, как быть в этой ситуации.

– Валь, ты не поняла. Я предлагаю вам не разовую акцию неслыханной щедрости. Я хочу жить всем вместе, семьёй.

Стараюсь придать лицу наиболее мягкое, раскаивающееся выражение.

– Сразу отказываюсь, потому что мне это не интересно, – отвечает она насмешливо. Дрожь раздражения пробегает по телу. Мне никто не смеет отказывать!

– Понимаю, что ты меня ненавидишь, – пересиливая себя, произношу я. – Но дай мне шанс. И ты поймёшь, что я достойный альфа. Я не разочарую тебя.

Она тяжело вздыхает и сцепляет руки в замок. Раздумывает минуту, а потом произносит:

– Я не ненавижу тебя. Даже благодарна в некоторой степени. Если бы не те ужасные вещи, что совершили в отношении меня ты и твоя семья, я бы никогда не стала той, кто я есть сейчас. Я бы не плыла против течения, не рвалась бы всё выше по карьерной лестнице и вряд ли встретила бы альфу, которого полюбила. Да, Артур, я отказываю тебе не из-за ненависти. Просто я люблю другого, вот и всё.

Почему-то у меня не возникает ни малейшего сомнения, кого она имеет в виду. Гера… Чёртов волчара! Он всё время вставлял мне палки в колёса. Ещё со студенческих лет.

– А он, этот альфа, любит тебя? – спрашиваю я, желая понять, насколько всё между ними серьёзно.

Валя мрачнеет, её мимика и жесты становятся нервными и суетливыми. О, так Гера ещё не знает, какое счастье ему привалило!

– Тебя это не касается, – отвечает Валя чётко и отрывисто. Понимаю, что если не додавлю сейчас, то точно упущу свой шанс.

– Ошибаешься, ещё как касается! Ты ведь мне нравишься и всегда нравилась. Да, наломали дров по молодости. Ну, с кем не бывает? В конце концов, это ведь не я тебе угрожал. Я бы не посмел. А тот альфа, о котором ты говоришь… Ты уверена, что он не разобьёт тебе сердце? Сможешь оправиться после такого? А работать сможешь вместе с ним потом?

– Я повторяю: это тебя не касаются! – она в нетерпении повышает голос.

– Да я же о вас с Юлькой забочусь, – продолжаю скороговоркой. – Зачем сохнуть по тому, кто живёт в своём прошлом, кому ты не нужна? Я же подарю тебе роскошную жизнь. Никто не сможет любить тебя сильнее!

– Какие громкие слова, – Валя утомлённо вздыхает и поднимается. – Однако время встречи подошло к концу. Резюмируя, могу сказать, что осталась при своём мнении. Касаемо Юли, ты можешь попробовать выстроить с ней диалог заново. Но учти, если будешь ей угрожать, бездействовать я не стану.

Она направляется к выходу. Я с глубоким чувством неудовлетворения следую за ней до самой парковки. Не могу смириться с тем, что получил очередной отказ. У меня были такие омеги, на фоне которых Валентина – просто убогая карлица. Со мной такие семьи желали породниться!

– Валь, постой! – кричу я ей вслед.

Но она только ускоряет шаг. Мне тоже приходится перейти на быстрый шаг, а потом и на бег. Это уже дело принципа. Я будто хищник, учуявший свою добычу.

Мне удаётся настичь её у авто. Она разворачивается и выставляет руки в защитном жесте. Боится всё-таки и правильно делает.

– То, как ты ведёшь себя сейчас, недопустимо! – произносит дрожащим голосом. – Это преследование и домогательство.

– Да неужели?! – восклицаю я. – И кто же поверит, что такой, как я, преследует такую, как ты? Скорее уж наоборот. Это же ты воспользовалась ситуацией и родила ребёнка от меня. А теперь шантажируешь тем, что придашь это огласке!

– Всё было не так! – отвечает она в отчаянии. Её голос срывается почти на крик.

– А ты докажи, – я усмехаюсь и хватаю её за руку.

– Артур, отпусти её! – знакомый низкий голос звучит позади нас точно гром.

– Ты мне не указ, Гера! Катись к чёрту! – я только сильнее сжимаю запястье Вали.

Часть 10 «Право на второй шанс»
Глава 28

Георгий

Всё чаще я ловлю на себе внимательные взгляды Валентины. Она ничего не говорит и ни о чём не просит, только смотрит, а когда понимает, что я заметил, то смущается, будто девчонка. Это заставляет думать, что я ей нравлюсь. Однако несмотря на это, она сторонится меня и отвергает помощь. Я абсолютно её не понимаю и ежечасно сомневаюсь в собственных выводах относительно неё.

– Может, вы с Юлей поживёте у нас какое-то время? – спрашиваю я, когда мы собираемся вчетвером за одним столом. Юля пожимает плечами и бросает вопросительный взгляд на маму.

– Не думаю, что это хорошая идея, – отвечает та, опустив глаза.

Снова у неё это выражение лица. И покраснела до кончиков ушей. Откровенно говоря, мне нравится такая её реакция на меня. Внутри появляется какое-то позабытое чувство восторга и лёгкости. И я хотел бы поддаться ему…

– Валентина, я знаю, вы очень щепетильны и не любите создавать проблем другим. Но мы с Егором сами предлагаем это. Мало ли что взбредёт в голову Артуру? Если я что и знаю о нём, так это то, что он не привык слышать слово «нет».

– Дело вовсе не в щепетильности. Жить с омегами в одном доме не так просто, как вам кажется.

– О, не рассказывайте мне об этом. Я, если вы помните, был женат. Так что я прекрасно отдаю себе отчёт, насколько моя жизнь изменится.

Не знаю, что так действует на неё: моя настойчивость или упоминание моего брака. Но Валентина как-то мрачнеет. Потом просит прощения и выходит из-за стола. Юля провожает её задумчивым взглядом до уборной.

– Ну, что за упрямица, – вздыхаю я, пригубив вина. – Я ведь просто хочу сделать как лучше.

– Вы правда не понимаете, почему она отказывается? – спрашивает меня Юля.

Я немного напрягаюсь. Она что-то знает? Мы некоторое время смотрим друг на друга напряжённо. Потом она поворачивается к Егору и говорит ему что-то быстро и неразборчиво.

– Дядь, мы пойдём ко мне в комнату, в видеоигры поиграем, – произносит Егор с беспечной улыбкой. Я же ощущаю, словно разрушил всю атмосферу вечера.

Не то чтобы я совсем не понимал Валентину. Я вижу, что интересен ей. И для неё это не просто интерес. Должно быть, было трудно преодолеть все внутренние барьеры и противоречия. Меня и самого влечёт к ней. Однако я не знаю, как относиться к этому влечению. Вероятно, я бы предпочёл остаться просто её другом. Тогда мне бы не пришлось чувствовать вину перед Леной.

Валентина возвращается минут через пять, и я с тревогой всматриваюсь в её лицо. Глаза кажутся красными. С длинной чёлки, которую она обычно зачёсывает назад, стекают капли воды. Выдыхаю, понимая, что она просто умывалась. Если подумать, то сегодня она выглядит иначе. Кажется, даже сделала макияж. Мне становится ещё более неловко.

– Я прошу прощения, что вспылила, – произносит она своим обычным деловым тоном.

– Да ну, бросьте. Вам совершенно не за что извиняться, – качаю головой я.

– Мне приятно, что вы заботитесь о нас с Юлей, – продолжает она. – Но у каждого личные границы. Надеюсь, вы понимаете…

– Конечно. Простите меня за настойчивость.

После взаимных извинений мы возвращаемся к еде. Напряжение больше не висит в воздухе, однако я чувствую, что дистанция между нами увеличилась.

– А ребята где? – спрашивает она, нервно оглядываясь по сторонам.

– Ушли в комнату к Егору. Позвать их назад? – я тянусь к телефону. Мне и самому хочется, чтобы кто-нибудь уже ворвался в наш картонный диалог с какой-нибудь живой историей.

– Всё нормально, – останавливает меня Валентина. – Они ведь взрослые. Раз захотели уйти, то незачем возвращать их.

– Вы правы, наверное, – я смиренно вздыхаю, осознавая, что после знакомства с Валентиной и Юлей стал мягче в отношении Егора.

И, как ни странно, после того как я ослабил свою бульдожью хватку, мой племянник не пустился во все тяжкие, а, напротив, стал принимать более осознанные и взрослые решения. Быть может, дело в том, что у него появилась ответственность за омегу, которую он любит. А может быть, дело действительно в свободе, как и говорил мне наш семейный врач.

– Я очень благодарен вам за всё, – неловко говорю я, глядя куда-то в сторону. – За то, что вы делаете для компании и за то, что присматриваете за Егором. И если я вдруг чем-то вас обидел, мне очень жаль.

Мне хочется снова стать к ней ближе, преодолеть черту, что она провела между нами. Не знаю, возможно ли это.

– Вы не сделали ничего дурного, – Валентина прикрывает глаза и вздыхает. – Просто я в вас…

Кажется, сердце пропускает удар. Но за секунду до чего-то судьбоносного у Валентины Сергеевны звонит телефон. Она бросает взгляд на экран, зачем-то прикрывая его от меня ладонью, и хмурится.

– Это Артур? Хотите я поговорю с ним? – тут же подключаюсь я. Она качает головой и поднимается.

– Ничего такого. Но нужно ответить, чтобы решить некоторые организационные моменты.

Она выходит в гостиную. Я провожаю её взглядом. Кажется, только что она собиралась сказать мне что-то важное. Хочется узнать, правда ли этот звонок не опасен. Но я не знаю, будет ли правильным вмешиваться.