Текст книги "Лето без милосердия (СИ)"
Автор книги: Алена Кручко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)
ГЛАВА 9, в которой воздушный флот Андара вступает в бой
Серебристый, невидимый с земли шар плавно поднимался над башнями городских укреплений. Уплывали вниз бойницы, в которых ждали скорой атаки стрелки, пушки на стенах, готовые отражать приступ солдаты. Чары работали: никто не заметил вторжения с неба. Даже маги, балахоны которых Реннар ясно видел между ало-белыми мундирами стрелков и синими – канониров.
Зудящая тревога наконец улеглась, сменившись нормальным перед боем радостным волнением. Наконец он опробует свой шар в настоящем деле!
Связаться с Ларком не получилось – сопровождавший Нико фор Виттенца менталист исчерпал все силы в борьбе с морем и ещё не восстановился. Но Реннар верил в своего принца и командира. Уж конечно, тот поддержит атаку, едва о ней узнает. Как можно сомневаться? Правда, кавалерия под городскими стенами бесполезна, а ввести в бой пехоту и артиллерию – нужно время, но это время они готовы Ларку дать. Отец ударит с моря, с кораблей, а чтобы враг не сконцентрировал все силы на отражении этой атаки… А вот это уже его, Реннара, забота!
Оба погодника, тот, что приплыл с Никодесом, и отцовский, тоже выложились до дна, но, к счастью, ветер и без их помощи был подходящим, хотя и не идеальным. Ровный, не слабый и не шквалистый, и направление удачное. Шары – Реннара и два других, которые должны подняться в небо после него, с интервалом в четверть часа – пройдут над Линдэнэ наискось, не над центром, к сожалению, но навести панику на подступах к укреплениям возможность у них будет. Пока же Реннар оценивал сверху боеготовность врага, отмечая, что все обстоит именно так, как они и предполагали. Не хуже – увы. Но и не лучше, а значит, их план имеет неплохие шансы на успех.
Реннар щёлкнул крышкой часов, сверяя время. Минуты текли слишком медленно. Шар, покачиваясь, плыл над узкими городскими улочками, оставляя справа порт с каперским фрегатом на рейде, плоские крыши складов и коробки доков, лабиринт припортовых трущоб и пустующую нынче площадь морского рынка. Да, жаль, что не получилось пролететь именно там, это сильно облегчило бы задачу кораблей. Но в бою нельзя рассчитывать лишь на везение, надо использовать те возможности, которые выпали, а не впустую жалеть о не выпавших.
Под днищем шара сменяли одна другую бесконечные черепичные крыши, вы?аренные южным солнцем, похожие на острые скалы в зелёных волнах листвы. За пышными кронами дубов и платанов не разглядеть было, что творится на улицах, лишь кое-где мелькали светлые проплешины перекрёстков и небольших площадей. Но, если судить по ним, на улицах людей не было. «Все, кто не на стенах, сидят по домам, как крысы в норах», – Реннар презрительно усмехнулся, пряча за усмешкой досаду: в уличной толпе куда легче вызвать панику. Но – опять же – придётся исходить из того, что есть.
Он ещё раз проверил время и обернулся назад. Туманная дымка над морем скрывала паруса эскадры, второй шар поднимался над башнями форта – точно по графику. Выдавали его серебристые блики в солнечном свете – заметит лишь тот, кто знает, на что смотреть, действенность маскировки доказывал спокойный полет Реннара. Что ж, пора?
В корзину воздушного шара не установишь пушку, о прицельной стрельбе речи не идёт, но сбросить бомбу вниз – что может быть проще? Два десятка зажигательных и столько же – с картечью, больше шар нести не мог, но и этого должно хватить для большого шума. Реннар очень на это надеялся.
Одна «зажигалка» расплескала огонь по черепичной крыше, вторая, проломив ветви стоявшего рядом дерева, полыхнула сквозь крону.
– Надеюсь, колодец недалеко, – пробормотал Реннар. Пожар в жилых кварталах – не то деяние, которым можно гордиться, но на войне как на войне, любая паника в городе ослабит оборону стен. В ту же самую минуту сбросить «подарочек» должен был и второй шар, как раз пролетавший над сборищем вражеских солдат. По этому знаку откроют огонь корабли эскадры, а после часовой бомбардировки на берег высадится десант. И хорошо бы к тому времени Ларк вступил в дело. Шума в городе хватит, что бы он понял…
Шар несло дальше, и Реннар не оглядывался. Было дело поважнее: высматривать внизу более достойные цели. Хотя основная цель в любом случае ждала его впереди: противоположная от порта сторона городских укреплений. Именно там он должен был устроить, как выразился насмешник Нико фор Виттенц, «танцы с фейерверками».
– Ваше высочество. В городе тревога! – ворвавшийся в штабную палатку ди Ланцэ был встрёпан и расстегнут. – Никто не понимает, что происходит! Наши части все на местах, но над городской стеной взрывы, пожар…
– И танцы с фейерверками, как сказал бы ваш приятель фор Виттенц, – иронично подхватил вошедший вслед за ним мэтр Вальдих. Верховный магистр, в отличие от ди Ланцэ, был собран и спокоен. – Ваше высочество, осмелюсь дать совет. Поднимайте войска. Судя по тем обрывкам, которые я сумел уловить, город атакуют с моря.
Ларк досадливо подумал, что зря разместил штаб так далеко от осаждённого города. Негоже командиру узнавать важные новости последним.
– С моря? Значит, эскадра Гронтеша подошла! – ди Ланце торопливо застёгивался, оправлял мундир, на глазах превращаясь из застигнутого на отдыхе шалопая в бравого офицера. – Но почему не сообщили, не согласовали?
– По времени как раз пора, я ждал адмирала со дня на день, – сказал Ларк. – А почему не согласовали атаку… Скорей всего, адмирал увидел выгодную возможность, но решение нужно было принимать немедленно. Поднимайте людей, ди Ланцэ. Мы поддержим его атакой с суши, адмирал наверняка этого ждёт. Мэтр Вальдих, мне нужна вся информация, которую вы сумеете добыть.
План атаки давно был готов, проработан пусть не до мелочей – всех мелочей не предусмотришь, но достаточно детально для того, чтобы сейчас Ларк мог отдать командование своим офицерам. Вряд ли его вмешательство понадобится раньше, чем войска пойдут на приступ, разве что случится нечто вовсе из ряда вон – а чтобы обезопаситься от неприятных сюрпризов, нужны сведения о происходящем в городе. «Тревога, взрывы и пожар» – это, разумеется, очень неплохо как повод к срочному выступлению, но катастрофически мало. Нападение с моря – уже лучше, но Ларк предпочёл бы знать, кто атакует, почему именно сейчас, каков план атаки и как в этот план впишутся андарские войска.
Мэтр Вальдих был сейчас единственным, кто может добыть хоть крохи столь нужной информации. Пусть неточные, нo хотя бы в самых общих чертах представлять!
– Ваше высочество, – магистр слегка улыбнулся, – мне приятно, что вы убеждены в моей столь острой необходимости, но осмелюсь предположить, что ваша тревога совершенно излишня. На том конце, несомненно, рассчитывают на ваше выступление.
– Я так громко думаю, что защита не справляется?
– Что вы, ваше высочество. Даже не будь я вашим верным подданным и не будь у вас защитных амулетов, я не стал бы сейчас тратить силу на копание в вашей голове. – Вальдих усмехнулся и тут же заговорил серьёзно: – В острые моменты вы плохо держите лицо, принц. Неужели вы не знали за собой этого? Не лучшее качество для правителя и военачальника.
По счастью, ждать ответа магистр не стал. Тут же заговорил о деле:
– Мне нужно подобраться как можно ближе к месту событий. Амулет ментальной связи у вас при себе?
– Конечно.
– Крайне выгодное приобретение. – Досада в голосе никак не соответствовала смыслу слов, но Ларк понял: как, наверное, любой уважающий себя маг, Вальдих предпочёл бы сам изобрести столь полезную вещицу. – Я свяжусь с вами, как только узнаю что-то конкретное.
– Достоверные предположения меня тоже интересуют, – быстро сказал Ларк.
– Хорошо. И мне, пожалуй, нужен ваш совет. Как быстрее подобраться к порту – морем или верхом?
– Быстрее – морем, верхом – безопасней. Не забывайте, мы не знаем точно, что сейчас творится на подступах к Линдэнэ с моря, но, скорей всего, там идёт бой.
– О, ваше высочество, – Вальдих насмешливо улыбнулся, – я не настолько безрассуден, что бы кидаться в центр сражения. Я возьму лодку. И мага-щитовика в сопровождение, что бы вы не тревожились ещё и обо мне.
Он вышел, тут же вбежал вестовой доложить о готовности артиллерии, следом – ещё двое от пехоты, и Ларка завертела обычная кутерьма начала сражения, которая разве что в романах да в отчётах газетчиков кажется героической. Приняв решение, он выбросил из головы сомнения, способные лишь мешать делу. Вальдих доложит, как только узнает хоть что-то, а пока нужно действовать, исходя из имеющихся сведений, и действовать быстро, решительно и неотвратимо.
Отправив вестовых с приказами, Ларк велел подать коня. Чем ближе он будет к месту сражения, тем лучше.
За городской стеной и впрямь что-то происходило, никак не связанное с начавшейся атакой, но дающее весьма большие шансы на её успех. Что-то там взрывалось и полыхало, ветер доносил крики, клубы порохового дыма и едкий запах гари. Пушечный огонь, встретивший атаку, вёлся неплотно, и даже издали Ларк легко определил участок, с которого не стреляли вообще.
Он остановился в отдалении, спешился, бросив повод ординарцу. Артиллерия уже выдвинулась на позиции и начала обстрел. Били навесом, а тем временем к стене бежали сапёры, прикрывшись от огня зачарованными щитами. Не идеальный штурм, но близко к тому – не позднее, чем через час, андарские войска будут в городе.
– Кому же мы будем обязаны победой? – Ларк щурился, всматриваясь в затянутые пороховым дымом зубцы городских укреплений, но с каждой минутой все сложнее становилось что-либо там разглядеть. Тянулись минуты, наполненные лишь грохотом пушечной стрельбы; но вот, наконец, взрыв подведённой сапёрами мины расколол стену, и канониры перевели огонь на разбитый участок, довершая успех.
Ларк достал часы, щёлкнул крышкой. Тень, накрывшая циферблат, показалась слишком густой для плывущего над головой дыма; и тут же сверху раздался голос, который Ларк менее всего ждал сейчас услышать:
– Эй, на земле. Мой принц, посторонитесь! Снижаюсь!
Меньше всего Реннару хотелось попасть под огонь своих же. Между тем шар начинал понемногу снижаться. Облегчение веса после сброса оставшихся бомб должно было бы, наоборот, поднять его высоко в небо, однако высоты едва хватало на то, чтобы не бояться шальных осколков. Реннар отметил себе озадачить проблемой магов – на испытаниях шары теряли высоту не так быстро. То ли чары ослабли за долгую дорогу, то ли на материал плохо подействовала сырость в трюмах, а может, так повлияла защита стен. Все же «невидимый для врагов» – ещё не значит «неуязвимый для вражеской магии».
Остались позади затянутые пороховым дымом зубцы городских укреплений, теперь под днищем шара плыла зелёная луговина, а впереди клубился пороховой дым над батареями. Реннар посмотрел на часы и довольно кивнул: скоро защитники Линдэнэ получат вторую порцию подарочков с неба. А ему добраться бы теперь до своих, не подставившись под шальное ядро или выстрел. Да, чего не хватает этим шарам, так это управления, возможности хоть немного маневрировать. Крылья бы им приделать, что ли? А вот ещё подумать бы, возможен ли магический аналог руля и парусов? Было бы и впрямь воздушное судно, управляемое примерно так же, как отцовы фрегаты, лишь с поправкой на высоту. Это же какие невероятные, головокружительные возможности!
Но медлительность шара обманчива, и вскоре затянутая дымной пеленой артиллерия и ожидающая команды на приступ пехота мелькнули внизу и пропали, сменившись насквозь знакомой Реннару деловитой суетой «второй линии». Подтягивались к позициям части резерва, скакали вестовые, разворачивал палатки полевой госпиталь, выстраивали круг маги-погодники. А на холмике прямо по курсу – Реннар даже рассмеялся, когда увидел! – пасся под присмотром ординарца знакомый серый в яблоках конь и стоял, глядя на сражение, Ларк. Как всегда, без охраны!
Теперь, когда оставалось лишь удачно приземлиться, когда не было больше необходимости отслеживать обстановку, сверять время, выбирать цели, Реннара накрыл запоздавший азарт. Он не мог упустить возможность красиво возникнуть из ниоткуда прямо над головой своего принца. Прикинув расстояние и силу ветра, Реннар шёпотом выругался – следовало поспешить! – и принялся стравливать из шара горячий воздух. Благо, что спешное приземление было отработано куда лучше срочного набора высоты!
Воздух вырывался из клапана с тонким, почти неслышимым свистом. Оболочка шара морщилась, опадая, земля приближалась, и Реннар, подготовив крюк-якорь, перегнулся за борт корзины:
– Эй, на земле! Мой принц, посторонитесь! Снижаюсь!
Ларк задрал голову, крикнул удивлённо:
– Рени? Ты здесь откуда?
Шар качнулся, выйдя из воздушного потока, и пошёл вниз почти вертикально. Все быстрей и быстрей – не падение, но опасно близко к тому.
– В сторону! – заорал Реннар. Появиться из ниоткуда прямо над головой – немного не то, что свалиться прямо на голову, да ещё и будущему королю.
Ларк пятился, пытаясь высмотреть в небе невидимый шар. Реннар выругался и, размахнувшись, бросил якорь вниз и в сторону. Стоило бы подождать, самому закрепить шар на земле, не рисковать, что его поволочёт ветром по камням. Но невидимость спадала именно и только при соприкосновении с землёй, все равно, самой корзины или только якоря.
На всякий случай Реннар крикнул:
– Якорь лови!
Лапа якоря поволоклась по земле, цепляясь за кусты, выдирая с корнем траву, подпрыгивая и вновь падая. Шар снижался. Пронёсся рядом с головой Ларка, и Реннар, не выпуская из рук якорного каната, выпрыгнул, потянул на себя, вбил наконец в землю острые штыри якорных лап. Корзина ударилась о траву и замерла, почти сдувшаяся оболочка легла сверху серебристым облаком.
– Так это ты там фейерверки устроил? – расхохотавшись, Ларк обнял его, хлопнул по плечу. – Я должен был догадаться!
– Ты разве не догадался, мой принц? – Реннар махнул в сторону города и обстреливающих его батарей. – Я клялся отцу, что ты поддержишь его атаку и без связи. И был прав.
– Я предполагал, что это подошла наша эскадра, но не ждал такого подарка с небес! – Над стеной вновь полыхнуло, и Ларк спросил: – А это что? Добавка?
– Конечно. Три шара с интервалом в четверть часа. Зажигательные и картечь. Одаривать, так не скупясь, верно?
– Но первый боевой полет ты приберёг для себя. Понимаю и завидую! Расскажешь, как это было. После боя, а пока нужно связаться с Вальдихом. Его разведывательная вылазка больше не нужна.
Магистр Вальдих принял сообщение принца, но возвращаться не пожелал. Если разведывательная вылазка больше не нужна, это вовсе не значит, что вылазка в целом потеряла смысл. Наоборот! Судя по всему, у адмирала Гронтеша либо вовсе нет при себе менталистов, либо есть, но что-тo заставило их выложиться полностью. Потерять возможность наладить связь и согласовывать действия?! Право, его высочеству следует на досуге поразмыслить о возможностях магов в бою.
Накрытая отводом глаз рыбачья лодка дошла до эскадры Гронтеша беспрепятственно, едва заметной тенью на ряби волн, призраком под ярким солнцем. Нос лодки ткнулся в борт «Отважного», управлявший судёнышком местный рыбак во весь голос окликнул вахтенного, и лишь тогда их заметили. Возможно, помогло то, что все внимание было привлечено к бухте и портовым укреплениям, подвергавшимся сейчас обстрелу с кораблей эскадры, но все же… «Не дело, – отметил Вальдих, – точно так же любой диверсант подойдёт незамеченным». Но заговорил, поднявшись на борт, о другом:
– Его высочество уже повёл войско на приступ городских стен. Ваш сын, господин адмирал, добрался до него благополучно, по пути сбросив на Линдэнэ изрядную порцию бомб.
Адмирал и не пытался скрыть радости от добрых вестей, но в ответ лишь слегка поклонился и спросил:
– Вы поддержите нашу атаку, мэтр Вальдих?
– Я ради этого и пришёл. Линдэнэ – всего лишь первый серьёзный форпост противника, мы не можем себе позволить больших потерь при его штурме.
Была ещё одна причина, не менее важная, на которую Вальдих не собирался даже намекать. Авторитет Гильдии магов среди офицеров не просто ничтожен, а, как сказал бы математик или счетовод, отрицателен. То, что лично он, магистр Вальдих, наладил более-менее сносные отношения с королём и его наследником, скорее заставит армейскую верхушку осудить корону, чем принять магов как равных и достойных уважения. Напортачил его предшественник, чтоб ему на Той Стороне покоя не видать. Разгребай теперь за ним. Но серьёзная, ощутимо серьёзная помощь в боях – именно то, чем можно переломить дурное мнение военных.
– Вы правы, но в том числе и потерь магии, – сказал между тем адмирал. – У меня здесь на борту два ваших мага. Полагаю, вы ещё не в курсе результатов их разведки, у них не было возможности доложить.
– Эти сведения имеют отношение к обороне Линдэнэ?
– Нет. Четвёрка отчаянных смельчаков или, может, лучше сказать «безумцев», предприняла вылазку к Одарским островам. И мне, признаться, крайне не нравится то, с чем они столкнулись на подступах.
Верховный магистр мысленно кивнул: прекрасно. Судя по всему, столкнулись разведчики с чем-то магическим и крайне опасным. Вот и будет случай наглядно показать, что магов следует ценить никак не меньше, чем стрелков, моряков или кавалеристов.
– Я поговорю с ними после штурма, теперь у нас нет времени. Сколько ещё продлится бомбардировка?
Адмирал щёлкнул крышкой часов:
– Полчаса. Десант уже готовится к высадке.
– Прекрасно. Значит, пора и мне приняться за дело. Как вы смотрите на небольшую панику в рядах защитников города? Полчаса, правда, маловато на полноценный ритуал, но все же как минимум четверть часа после высадки ваш десант не встретит сколь-нибудь серьёзного сопротивления.
– За исключением тех, у кого окажутся амулеты ментальной защиты? – в голосе адмирала Гронтеша звучал вполне понятный скепсис, и Вальдих пояснил:
– Слабые амулеты я пробью. Сильные – нет, но не мне вам объяснять, чего может стоить попытка двух-трёх смельчаков остановить обезумевшую от страха вооружённую толпу.
– Хорошо. От меня требуется помощь?
– Выделить ровный и чистый кусок палубы десять на десять шагов, по которому никто не станет топтаться. И не мешать, разумеется.
На самом деле для хорошей, полноценной волны паники получаса на подготовку было не маловато, а катастрофически мало, даже с учётом прихваченных с собой на всякий случай заряженных под завязку амулетов. Но, в конце концов, он магистр или сопливый подмастерье? Уважение не даётся даром. Хочешь доказать, что маги на войне чего-то стоят – изволь и потрудиться, и выложиться.
ГЛАВА 10, в которой граф Варрен фор Циррент покидает когорту холостяков, а Женя понимает, что такое идеальная свадьба
Любая нормальная женщина сказала бы, что двух дней на подготовку свадьбы катастрофически мало, даже с учётом того, что оная свадьба не афишируется, гости не приглашаются и платье шить не нужно. Платье платьем и гости гостями, но как же необходимость хоть чем-то поразить жениха? Новые украшения? Причёска? В конце концов, надо и о том подумать, что после церемонии жених, то есть уже муж, разденет тебя, и предстанешь перед ним такая, как есть, в чем мать родила. А значит, надо заранее позаботиться о гладкости, нежности и благоухании кожи, не забыть прилепить «страстную мушку» на грудь или чуть пониже пупка, в общем, не платьем единым…
Женя была настолько далека от подобной «нормальности», что ей хватило пары часов. Выкупаться и натереться ароматным маслом – и то не для Варрена, а от комаров, учитывая предстоящую ночь в роще посреди реки. Надеть тo самое платье, в котором танцевала в ночь Весеннего перелома, и к нему принесённый накануне Варреном набор драгоценностей-амулетов со всеми мыслимыми защитными чарами. Поспорить с тётушкой Гелли, тётушкой Лили-Унной и старой Солли о причёске, доказывая, что любые навороты в лесу только мешать будут, и умудриться их убедить. Заплести простую косу – а волосы-то отросли, пока она здесь, коса получилась заметно ниже лопаток. И наконец, выйти в сад, нарвать цветов и сплести венок невесты.
Как раз на венок и ушло больше всего времени. Женя не торопилась – выбирала цветы не просто в тон платью или поярче. Она озаботилась кое-что почитать о свадебных традициях и расспросить ещё раз обеих тётушек, а потому вплела в венок листья и уже почти отцветшие соцветия рябины, веточки мяты и розмарина, с трудом отыскавшийся в дальнем уголке сада белый клевер. Среди этой зелени обычные садовые флоксы, ромашки и колокольчики выглядели как будто ярче, праздничней и радостнее.
Сильвия крутилась рядом, набрала роскошный букет, но все цветы для венка Женя рвала только сама.
– Ну вот, моё главное украшение на сегодня, – она повертела венок в руках, внимательно проверяя, и надела по-хулигански слегка набекрень. – Как тебе?
– Красивый, – восхищённо и даже как будто с завистью выдохнула Сильвия, – я такой же хочу.
И только собралась ей сказать, что раз хочет, значит, будет, а пока никто не мешает потренироваться и сплести себе веночек просто так, но тут на садовое крыльцо выскочила тётушка Гелли и закричала прямо от дверей, не утруждаясь поискать:
– Джелль, Сильви. Где вы прячетесь! Варрен приехал!
– Ох, уже пора! – Женя подхватила юбки и помчалась в дом. Хорошо, что давно привыкла не путаться в этих бесконечных складках и оборках. Сильвия вприпрыжку бежала рядом. Ребёнок ещё, а туда же, замуж невтерпёж! Хотя кого винить, сама подала ей идею завоевать сердце Ларка.
Чего Женя не ожидала, так это что Варрен выйдет в сад ей навстречу. Чуть не врезалась! Затормозила, ухватившись за его плечи, ощутила, как крепко он взял за талию, и утонула в непривычно восхищённом взгляде. Именно утонула – всегда ей казалось, что это лишь глупый и слащавый оборот для любовных романчиков, а тут на тебе! – смотрит и взгляда не может отвести, и все равно как будто ничего и не видит. Только чувствует. Нежность, любовь, нетерпение…
– Ты невероятна, – услышала его голос над самым ухом. – Перестань, нам пора.
– Что перестать?
– Смотреть на меня так. Я самый обыкновенный, честное слово.
– Я тоже, ну и что? Разве это важно? Не заставляй меня говорить банальности, – Женя фыркнула и рассмеялась. Казалось бы, наваждение момента, которое должно развеяться от первых же слов, а нет, не развеялось. Вроде и вернулась в реальность, но оторваться сейчас от глаз Варрена, вывернуться из его рук и спокойно пойти в дом было выше её сил. Пора там или не пора, все равно. – Ты не самый обыкновенный. И вообще не обыкновенный ничуть. Я счастлива, что тебя встретила в жизни. И если ты ещё раз о себе что-тo такое скажешь, настучу по башке, честное слово!
– О небо, Джелль, где ты набралась таких вульгарных оборотов?! – Варрен рассмеялся, и прозвучало совсем не обидно, но Женя все равно ответила:
– С собой принесла, а то ты не знаешь. Вот такая у тебя будет жена.
«Вот такая у меня будет жена», – повторил мысленно Варрен, любуясь сияющими глазами невесты. Красивая, но мало ли красивых. Искренняя, радостная и любящая. Далёкая от идеальных манер и ничуть не жеманная. Почти равнодушная к нарядам и украшениям, зато любительница всяческой экзотики на столе, вроде чёрного чая и водорослей с сырой рыбой. Предпочитающая книгу или свежую газету вышивке и составлению букетов.
– Ты у меня умница и красавица, – он осторожно поправил съехавший набок венок. – Я бы долго ещё любовался тобой, но нам пора. Пойдём, родная, карета ждёт.
С утра моросил дождь, но к полудню развиднелось, и сейчас небо было чистым, обещая ясную ночь. Ветер, правда, прохладный, но Варрен захватил с собой два тёплых плаща. А также плед, корзинку для пикника с лёгкой закуской и две бутылки лучшего одарского вина. Как будто и не свадьба, а в самом деле на пикник собрались. Карету трясло на неровной мостовой, бутылки глухо позвякивали, за прикрытым шторкой окном мелькали вывески и кованые ворота, редкие прохожие и встречные экипажи. Самый обычный день. И никто в столице не знает, что граф фор Циррент вот-вот сменит статус с завидного холостяка на солидного женатого господина.
Джелль улыбалась и держала его за руку. Волновалась, он это видел. Волнение девушки в столь важный для неё день – что может быть понятней? Но все же и Варрену стало немного тревожно, а тут ещё вспомнились предчувствия кузины Гелли, да и Джегейль не просто так торопила его со свадьбой.
– Ты боишься? – склонился он к уху невесты.
– Я? Нет, просто нервничаю немного, – на обращённом к нему лице мелькнула слабая, как будто неуверенная улыбка. – Как и положено невесте.
– Только поэтому?
Как же ему нравится, всегда нравилось, когда Джегейль вот так сосредотачивается, мгновенно переходя от вроде бы лёгкой беседы к серьёзному разговору. Чуть-чуть, почти незаметно хмурится и сдвигает брови, обдумывая ответ. А главное, как она чувствует, что за вроде бы шутливым вопросом – совсем не шуточная озабоченность?
– Мне кажется, да, – улыбнулась, как будто сама готова посмеяться над собственной тревогой. – Обычные девичьи волнения. Ничего серьёзного.
– Тогда, разреши, я тебя поцелую? Надеюсь, поцелуй не просто жениха, а уже почти мужа развеет твои обычные девичьи тревоги. Все будет хорошо, – он легко, едва касаясь, провёл пальцами по щеке Джегейль, от виска к уголку рта, и она слегка запрокинула голову, подставляя губы, и опустила ресницы. Поцелуй получился лёгким и нежным, целомудренным, каким, собственно, и должен быть до совершения брака. Но, когда Варрен прервал его, опасаясь зайти дальше, чем следует, Джегейль не отстранилась. Их дыхание смешивалось, почти так же интимно, как поцелуй, и теперь уже она подняла руку и провела пальцами по щеке Варрена. Сказала:
– Как хорошо, что ты выбрал такую свадьбу. Я бы взорвалась, наверное, если бы на нас пялились всякие любопытные. Долго ещё ехать?
Варрен выглянул, слегка отодвинув шторку.
– Мы почти на месте.
– Жаль.
– Жаль? Почему?
– Я бы тебя поцеловала.
Варрен рассмеялся: его невеста ничуть не кокетничала, скорее это было озорство, шутка. Возможно, так она пыталась подбодрить сама себя – что ж, неплохой способ.
– Ты бесподобна и невероятна. Целуй. Если быстро, как раз успеешь.
Короткая церемония почти не отложилась у Жени в памяти. Ярче всего почему-то было удивление: здесь, оказывается, есть храмы?! Как-то так получилось, что тема религии ни разу не всплывала за более насущными проблемами, и Женя сама себе удивлялась: как можно было упустить, даже не подумать о таком серьёзном отличии их миров? Но раз ни Варрен, ни тётушка Гелли, ни Ларк ни разу даже мельком не упомянули, значит, большой роли здесь храмы не играют? «Расспрошу позже», – решила Женя и сосредоточилась на собственном бракосочетании.
Стены зала терялись в полумраке, лишь небольшая резная конторка и лежащая на ней книга, толстая, на вид очень древняя, в простых деревянных корочках, ясно виделись в свете десятка свечей. Укутанный в белый балахон храмовый маг бормотал что-то невнятное – на местном аналоге латыни, как подумала Женя, – окуривая молодоженов ароматным сладковатым дымом, от которого чесалось в носу и хотелось чихать. Потом раскрыл книгу, долго её листал и наконец записал их имена на пустую страницу. Вместо подписи молодых стребовал по капле крови, тут же впитавшейся без следа в странную зеленоватую бумагу. Дурацкое кино, да и только! От антуража пробивало на хи-хи, и Женя с трудом удерживала серьёзное выражение лица, лишь иногда крепче сжимая ладонь жениха в своей.
Кажется, Варрен в такие моменты думал, что она волнуется, потому что посылал ей ободряющие взгляды и жал руку в ответ.
Вошли в храм они на улице, а вышли – через другую дверь, пройдя анфиладой полутёмных комнат и галерей, – на берегу реки. От свежего воздуха закружилась голова. Все тот же маг молча указал на качавшуюся у мостков лодку. Доски скрипели и проседали под ногами, почти касаясь воды, Варрен подал Жене руку, сказал негромко:
– Не бойся, на самом деле этот причал ещё сотню лет ремонта не потребует.
Спрыгнул в лодку, развернулся к Жене, подхватил за талию. Женя отчего-то зажмурилась, поджав ноги, и чуть не взвизгнула. Лодка раскачивалась под ногами, пышная юбка мешала.
– Садись. В чем дело, Джелль, это всего лишь река и лодка?
– Нет, все хорошо, – мгновение странной дезориентации прошло, Женя оглянулась на провожавшего их мага – его штучки, что ли? Успела заметить короткий жест рукой, и лодка сама собой заскользила по речной глади.
– Ой. Я думала, магия ради пустяков запрещена.
– Древний свадебный обряд – не пустяки, – Варрен держал её за руки, сжимая обе ладони в своих, как будто грел. Весла в лодке были, лежали на дне, и это Женю успокоило: в конце концов, ещё как-то обратно добираться! Но сейчас они с Варреном сидели на узких скамьях, упираясь друг в дружку коленями, держались за руки, а остров с дубовой рощей приближался сам собой.
– Интересно, если это обряд, в чем смысл, что лодка сама идёт? Неотвратимость семейной жизни, что ли? А через реку… знаешь, это даже как-то зловеще, если вспомнить ассоциации из моего мира. У вас тоже какая-то символика? Другой берег – другая жизнь, что ли? – Нет, все же до спокойствия ей было далеко, надо же, такую чушь нести. Но без магии было бы как-то понятнее. И, да, черт возьми, спокойнее!
– Если кто-то из нас возьмётся сейчас за весла, лодка остановится. И мы сами должны будем грести дальше. Туда, – Варрен дёрнул головой, указав подбородком на остров, – или обратно.
– А-а, последняя возможность передумать? В новую жизнь или обратно в старую, я, значит, угадала? Ну ладно, будем считать, что это мудрость веков.
– Всё-таки волнуешься.
– Почему ты так думаешь?
– Я не думаю, я слышу. Любой бы услышал.
Женя не ответила: спорить было бы глупо, а соглашаться – стыдно. Ну да, нервничает… немного. Совсем чуть-чуть. Варрен крепче сжал её руки и начал поглаживать запястья большими пальцами. Отчего-то это и правда успокаивало, почти как его объятия в карете.
Плеснула в борт вода, доски скрежетнули о гальку, взметнув со дна облачка мутного ила. Варрен тут же выпрыгнул, вытащил лодку почти полностью на поросший низкой травой берег и подал руку Жене:
– Осторожно, не поскользнись.
Юбку пришлось подобрать повыше, иначе точно намочила бы подол. Но нарядным туфелькам повстречаться с мокрой травой не довелось: едва выбралась из лодки, Варрен подхватил на руки и в несколько шагов перенёс выше, в густую тень дубов. Над головой зашуршала под порывом ветра листва, за рекой заголосил и смолк дурной петух. Поставив Женю на ноги, Варрен вернулся за корзиной, и Женя невольно улыбнулась: как на пикник выбрались. Твёрдая земля под ногами придала уверенности. Наверное, что-то было в лодке, то ли воздействующее на сознание или эмоции, то ли просто ощутимое и тревожащее.
