Текст книги "Босс для Несмеяны (СИ)"

Автор книги: Алёна Амурская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

Глава 16. Пунктик на волосах

– Ваш заказ. Приятного аппетита!

Незаметно появившийся официант ловко и красиво переставляет с подноса на стол всё, что поназаказывал мой босс. Запах эти блюда источают просто восхитительный! У меня даже слюнки потекли.

Мгновенно забываю о непонятном интересе старейшины ко мне и с восхищением принимаюсь изучать поставленное передо мной первое блюдо.

Это самый эстетически красивый хачапур, который я когда-либо видела в жизни. Горячий, с пылу-жару, он похож своей формой на лодочку, в которой восседает яйцо идеальной консистенции. Желток полностью не запечен, но при этом прекрасно держит свою форму. И пахнет от этой выпечки отчётливым сырным оттенком. А тесто-то какое румяное!

Я настолько восхищена, что даже фотографирую тут же эту красоту на телефон перед тем, как с аппетитом съесть.

Второе блюдо тоже заслуживает особого внимания. Это пышная золотистая масса, которая слегка тянется, когда я с любопытством зачерпываю её ложкой. Нежный сливочный аромат поднимается от неё вверх лёгким тёплым облачком и почему-то навеивает мне образ ясного зелёного луга и парного коровьего молока.

– Напомните, как называется это блюдо?– спрашиваю у официанта, вернувшегося обновить салфетницу и забрать пустую тарелку.

– Это айладж, – отвечает тот с лёгкой улыбкой и кивком указывает на блюдечко с каким-то соусом, похожим на йогурт. – Рекомендую его есть вприкуску с мацони.

С интересом принюхавшись к соусу, я случайно поднимаю голову и снова ловлю на себе посторонний взгляд. Но на этот раз на меня смотрит не древний горец, а сразу двое мужчин – Короленко и его собеседник, в котором я узнаю развязного утреннего посетителя офиса.

Последний, заметив мое внимание, себе не изменяет – снова нахально подмигивает, и я с досадой отворачиваюсь.

Следующие несколько минут под давящим ощущением чужого наблюдения мне кусок в горло почти не лезет. Я скорее ковыряюсь в тарелке, чем ем. Зато на десерте – каком-то необычном фиолетовом желе с ореховой крошкой, – наконец-то получается сосредоточиться. Обожаю вкус винограда!

– Ну как, вкусно тебе, красавица? – усмехается кто-то сверху. – Сладкого вечера...

Я закашливаюсь от неожиданности. Потом недовольно зыркаю на того, кто заставил меня поперхнуться.

Ну конечно же!

Рустам Агаев. Тот, кто несколько минут назад сидел рядом с моим боссом и пялился на меня сверху.

– Здрасте еще раз, – буркаю недружелюбно.

Он усмехается:

– А говорила, что по ресторанам на свидания не ходишь. Что жених не поймет. Как так? Решила пересмотреть принципы?

– Так то на свидания, – резонно замечаю я. – А сейчас я нахожусь тут по делу, как помощница своего начальника. Переговоры у него тут.

Низкие черные брови Рустама взлетают вверх.

– Какие интересные у тебя тут дела... – он многозначительно осматривает заставленный блюдами стол. – И какие необременительные обязанности, судя по тому, что твой начальник отсутствует. А что еще в них входит?..

– У начальства свои причуды, – пожимаю я плечами. – И разве вы сами только что не сидели с ним там, наверху? Спросили бы у него.

– Я захотел спросить у тебя, – Рустам вдруг как-то по-кошачьи вкрадчиво наклоняется ко мне. – Все наши считают, что ты у босса не дела делаешь, а напряжение помогаешь снять. Мастерица, наверное, а?

– Звучит не очень-то вежливо с вашей стороны, – огрызаюсь я. – Даже отвечать не собираюсь на такой извращенный вопрос.

Он наклоняется еще ниже, вгоняя меня в состояние острого дискомфорта.

– Дерзкая девочка. Была бы нашей, украл бы тебя в два счета... и выдрессировал бы, обуздал, как следует. А потом поучил науке любви от настоящего мужчины. Как шелковая бы у меня ходила.

– Бедные ваши девушки, если вы так с ними обращаетесь, – морщусь я.

– Никто не жаловался. И к нашим честным девушкам я отношусь с уважением.

– Что-то незаметно.

– Так ведь ты не из наших, – нагло отвечает он. – Женская честь для девушек в этом городе пустой звук, разве нет?.. Они позволяют себя трогать посторонним мужчинам, показывают груди и ноги кому попало, да еще и гордятся, когда на их прелести открыто заглядываются...

Я начинаю всерьез прикидывать, а не встать ли мне и уйти, чтобы прервать этот пошлый и бессмысленный разговор. Почему босс занят, когда он так нужен рядом, блин?! Приструнил бы уже своего похотливого родича.

Я сердито смотрю наверх и снова ловлю внимательный взгляд старейшины. Впрочем, он тут же отворачивается к Короленко, который сидит затылком ко мне.

– Мой отец, Дибир Агаев, рассказывал о тебе много интересного... – переходит на шпионский шепот Рустам. – Ловкая девочка. Окрутила Артура, и глазом не моргнув. Может, и на меня внимание обратишь?

Не знаю, что он хотел этим сказать на самом деле, но лично для меня это прозучало вполне однозначно. А именно – что дядя моего босса разболтал своему любвеобильному сынку о подозрительной подоплеке моего трудоустройства.

Блин... вот только этого еще не хватало!

– Так, с меня хватит, – я отодвигаю стул от стола. – Знаете что? Настоящий мужчина проявит уважение к любой девушке, и неважно из какого она народа. И не станет навешивать на нее ярлыки без веских доказательств, увиденных своими глазами!

Глаза Рустама как-то опасно сощуриваются. Он быстро оглядывает пространство за моей спиной и хмыкает:

– Нужны веские доказательства твоей распущенности? Да легко! Вот, например, что будет, если я просто сделаю вот так..? – и он самоуверенно тянет руку к моим волосам с явным намерением их погладить.

Не знаю, что в этом фамильярном жесте так напугало меня, но инстинкты среагировали раньше сознания. Я резко вскакиваю, не давая к себе прикоснуться.

Плюх... дзинь.

Стакан с виноградным напитком со звоном опрокидывается на скатерть. А его содержимое растекается по столу, окатив светлые брюки Рустама розовыми брызгами. Особенно много пятен на ширинке, как будто ее хозяин страдает недержанием мочи и гематурией одновременно.

Он яростно начинает:

– Ты, с-с-су..!

– Рустам, – грубо перебивает его за моей спиной голос Короленко с предостерегающими интонациями. – Держи себя в руках.

Ну наконец-то!

Даже не задумываясь, я оглядываюсь и проворно юркаю за широкую спину босса. И лишь затем встречаю его взгляд. Очень тяжелый, но от него веет теплом и защитой.

– Не провоцируй больше Яну, Рустам, – бросает он в лицо недовольному родственнику. – В этой ситуации ты виноват сам, а девушка вела себя достойно. И старейшина это подтвердит.

Молодой горец зло цедит:

– Никто из наших не поймет. Она всё равно тебе абсолютно не...

– Хватит, – Короленко делает стремительный угрожающий шаг на него, оборвав на полуслове, и тот отшатывается. – Иди лучше одежду смени, не позорься тут. А мы пересядем на другое место. Дамир!

Прибежавший официант мигом переставляет оставшиеся блюда на соседний столик. Я тянусь к своему стулу, но босс отодвигает его для меня на секунду раньше. А когда я неловко усаживаюсь на краешек и хочу смахнуть зацепившуюся за молнию прядь волос на затылке, вдруг спрашивает:

– Помочь?

Вроде бы вопрос... но звучит он с таким жестким мрачным нажимом, как будто, вздумай я отказаться, Короленко сделает что-то нехорошее.

Невольно в памяти всплывает волнующе приятное воспоминание о его руках в моих локонах. Что у него за пунктик такой на женских волосах странный?..

И вообще, всё это сильно смахивает на ухаживание. Что никак не вяжется с привычным образом моего гранитного буки-босса, запрещающего любой флирт на работе под страхом увольнения.

– Э-э... ну ладно, – деревянным голосом соглашаюсь я.

Он высвобождает прядь и садится на свое место, а затем принимается за свою еду. Как это у него получается? Я вся в мурашках, а этому хоть бы хны!

Тихо вздыхаю.

– Не знала, что деловые ужины бывают такими... э-э...

– Какими? – он поднимает на меня спокойный нечитаемый взгляд, и слова Рустама невольно просятся на язык.

– Необременительными. Я точно вам здесь нужна?

– А ты сомневаешься? – Короленко небрежно вытирает рот салфеткой и бросает ее на тарелку. – Ладно. Доставай планшет и записывай инвестиционный бизнес-план. Давид Агаев решил поучаствовать в строительстве нашей новой клиники. И его главное условие – чтобы мы организовали еще и клинический филиал в Абхазии. Рядом с его родным селом. Так что будем готовиться к командировке.

Глава 17. Ай-тур

Если у меня и были иллюзии насчет командировки с боссом в виде банального проживания в какой-нибудь городской гостинице, то они мигом рассеиваются в тот момент, когда мы садимся в маленький самолет-кукурузник.

Горные хребты, скалистые вершины и ущелья рек мелькают внизу на огромном расстоянии так быстро, что у меня аж голова кружится. Да и чего уж скрывать, боюсь я такой высоты просто до жути. Тем более при полете на подобном хлипком транспорте, вроде кукурузника.

Сижу и дрожу, вцепившись обеими руками в подлокотники своего кресла. Но внимательный взгляд босса всё равно улавливаю каждой клеточкой.

– У тебя страх полетов? – хмурится он. – Надо было предупредить.

У меня вырывается нервный смешок.

– И что бы вы тогда сделали?

– Скорректировал бы маршрут и наше расписание немного иначе. Тебя не тошнит?

– Нет...

Я прикрываю глаза и слышу, как Короленко приглушенно переговаривается с пилотом. Кажется, они очень хорошие знакомые, судя по расслабленно свойскому общению.А затем вдруг на моих ушах оказываются большие чебурашкообразные наушники.

– Включи видео и сосредоточься на нем, – равнодушно роняет босс и сует мне в руки планшет.

Я растерянно тыкаю в первое попавшийся ролик.

Это что-то из туристического видеообозревателя, только менее рекламного характера. Приятный женский голос начинает ненавязчиво рассказывать о красотах величественных гор и солнечных долин. И чистый мощный звук наушников заглушает даже неприятный шум работающего двигателя.

Я и сама не замечаю, как увлекаюсь просмотром и успокаиваюсь. А страх полёта приглушается так незаметно, что я осознаю это только в момент прибытия.

Кукурузник начинает трясти, и неприятные ощущения снижения вырывают из состояния спасительной отрешённости. На особенно ощутимой воздушной яме я тихо вскрикиваю и снова хватаюсь за подлокотники. Как будто они способны хоть как-то защитить меня в момент потенциальной катастрофы.

На этот раз один из подлокотников кажется каким-то странно податливым, но мне слишком страшно, чтобы обратить на это внимание.

Босс придвигается ближе и что-то говорит мне, но из-за наушников с журчащим голоском комментаторши я ничего не слышу. С перепугу пальцы никак не хотят разжиматься и выпускать подлокотники. Тогда я прижимаюсь ухом к своему плечу и пытаюсь избавиться от наушников без участия рук.

Внезапно голове становится легко и прохладно.

– Дыши поглубже, – спокойно произносит Короленко, стаскивая с меня наушники. – И делай это помедленнее. Потерпи еще несколько минут, мы почти прибыли на место.

Я случайно бросаю мечущийся взгляд в окно и в ужасе зажмуриваюсь.

Островерхие пики гор приближаются слишком быстро. Как будто мы действительно падаем, а не приземляемся в обычном порядке.

– Не смотри туда.

Широкая ладонь босса властно ложится на мою щёку и разворачивает к себе. Чувствую, как моё лицо утыкается в плотную ткань его пиджака... и знакомый аромат брутального мускуса и горьковато-легкого озона перед грозой опьяняет меня с первого же вздоха. И мысли в голове парадоксальным образом очищаются от паники, уступая место неуместному девичьему трепету.

Боже, этот мужчина пахнет просто... просто невероятно! Самый обалденный запах, который я когда-либо чувствовала...

Еще одна серьезная порция встряски с медленно затихающим подпрыгиванием – и это адский кукурузник наконец останавливается.

– Можешь расслабиться и отпустить руку, Яна, – произносит густой низкий голос босса над моей головой и со странными интонациями добавляет: – Не думал, что когда-нибудь девушка сумеет мне оставить синяки... но, похоже, тебе это удалось.

Я с испугом опускаю глаза вниз.

Блин! Под моими судорожно сжатыми пальцами реально его запястье. Неудивительно, что подлокотник показался мне наощупь таким необычным.

– Извините! – я отдергиваю руку, как ошпаренная. – Перепутала вас с креслом...

Темные глаза босса не отрываются от моего лица, и это ужасно смущает. Особенно повисшая между нами пауза.

– Что-то новенькое, – наконец роняет он. – С мебелью меня еще ни разу не путали.

– Всё бывает в первый раз, – машинально откликаюсь я и давлю запоздалый стон досады. Вот зачем я сейчас ляпнула эту никому не нужную банальность?

– Артур Георгиевич, – оборачивается к нам пилот кукурузника, – там вас уже ждут. Только осторожней. Сара, как обычно, как повозка впереди лошади, несется, все правила нарушает. Уговорила отца навестить родных и приехала с ним сюда вчера вечером, как услышала про ваши планы. Совсем ее город испортил...

Вслед за мужчинами я осторожно выбираюсь из кабины на подрагивающих ногах и спускаюсь на землю по узкому стальному трапу. И только потом позволяю себе осмотреться.

Величественный горный пейзаж завораживает своей головокружительной панорамой. Кажется, будто находишься не в реальности, а в живой картине божественного происхождения. Все проблемы здесь кажутся такой мелкой и незначительной суетой, что хочется дышать полной грудью и улыбаться солнечным небесам безо всякой причины. Просто так.

Я и улыбаюсь.

Какая красота!.. Настоящий рай... Обожаю природу. Оказывается, в горах она самая великолепная. Нигде больше такого не увидишь – а всё из-за сокрушительного перепада высот и близости к облакам.

– Ай-тур! – звенит эхом радостный возглас. – Ай-тур-тур, ты приехал!

Я резко возвращаюсь с небес на землю.

К нашей посадочной полосе на почти идеально ровном плато приближается группа людей. И впереди всех несется фигурка то ли девочки, то ли подростка. Скорее все-таки подростка, лет двенадцати-тринадцати на вид. Очень хорошенькая, темноглазая, смугленькая, с двумя подпрыгивающими косами на плечах.

Почти добежав до нас, она вдруг замечает меня и останавливается, как вкопанная. Личико вытягивается в досадливом недоумении. И требовательным голоском избалованной маленькой девочки она спрашивает:

– А это кто такая?

Глава 18. Маленькая поклонница босса

Девочка смотрит на меня с нескрываемым недоверием и настороженностью. Ее эмоции кажутся слишком сильными для человека, который видит меня впервые в жизни. Кроме того, от нее веет типичной подростковой враждебностью юной собственницы, на обожаемого кумира которой претендует соперница.

М-да...

Судя по ее радостным выкрикам про какого-то Ай-тура, в качестве объекта своего пламенного поклонения она выбрала невозмутимого Короленко. И считает, что он принадлежит ей по какому-то одному ей известному праву.

– Здравствуй, Сара, – говорит босс не вполне свойственным ему тоном, более мягким и снисходительно-человечным. – Давно не виделись. А ты подросла.

Темные глаза девочки довольно блестят. А улыбка расплывается чуть ли не до ушей.

– Я уже взрослая! Почти заневестилась, Ай-тур, ты видишь? Округлилась и зарумянилась. Почти готова!

Она произносит эту фразу так, как будто речь идет о свежеиспеченном пироге с сочной начинкой, а не о пылкой простодушной девчонке. И мне становится смешно.

Сара каким-то шестым чувством улавливает мое веселье и снова впивается в меня ревнивым взглядом.

– Так кто же ты? Зачем с Ай-туром приехала?

Я открываю рот, чтобы ответить, но Короленко меня опережает:

– Это моя помощница Яна. Она работает на меня. Яна, это Сара. Она двоюродная сестрёнка Рустама Агаева.

Девочка сверлит меня хмурым взглядом исподлобья. Уж не знаю, почему она вот так сходу прониклась ко мне антипатией. Никаких признаков особого отношения ко мне босс при ней не проявлял. По крайней мере ничего такого я даже близко не заметила.

– Привет, – улыбаюсь я вполне искренне.

В конце концов эта малышка пока еще совсем ребёнок. У нее незрелая психика, гормональная перестройка и всё такое, так что близко к сердцу ее капризное поведение не стоит принимать.

– Здрасьте, – недружелюбно буркает Сара под нос и тут же поворачивается ко мне спиной, вцепившись в локоть Короленко. Она настойчиво тянет его вниз по тропе к группе поджидающих в отдалении селян. – Идем, Ай-тур, идем! Умойся с дороги и отдохни! Стол уже накрыт... кстати, ты в курсе, что Рустам тоже приехал? Опередил тебя на сутки...

Благодаря тяговой силе ревнивой Сары, вскоре между нами образуется значительное расстояние. Но я даже не пытаюсь их догнать. Иду себе в неспешном комфортном темпе, благоговейно любуясь окружающими горными пейзажами.

Когда я наконец достигаю группу приветствующих нас людей, то вижу среди них и знакомое морщинистое лицо старейшины Давида Агаева под всё той же высокой темной шапкой. Все мужчины направляются дальше первыми, окружив босса почетным кольцом, а слегка надувшаяся Сара вынужденно притормаживает и присоединяется к моему улиточному шагу.

Некоторое время мы идем молча. А затем вдруг она спрашивает:

– Ты его женщина?

У меня аж челюсть отвисает от подобной прямолинейности. Детски непосредственной и смущающе бесстыдной.

Но самое обескураживающее в том, что девчонка, похоже, даже не задумывается о том, насколько дико задавать такие вопросы абсолютно постороннему человеку.

– Я не женщина Артура Георгиевича, а его подчиненная, – поправляю ее строго. – Я принадлежу только самой себе, и больше обсуждать это не собираюсь. Хорошо?

Сара недоверчиво косится на меня. Но хмурое выражение моего лица, видимо, кажется ей убедительным. И ее щекастое личико слегка веселеет. Она даже смотреть на меня начинает скорее нейтрально, чем враждебно.Ну ясно, значит, можно поздравить себя с частичной реабилитацией в глазах этой юной поклонницы Короленко.

От посадочного плато до горного села мы спускаемся по тропе недолго, около десяти минут максимум. Все, кто идет впереди, сразу же направляются на своеобразную деревенскую площадь, которая представляет из себя поляну с большим гостевым домом или клубом.

Только подхожу ко входу, чтобы шагнуть туда вслед за остальными, как откуда ни возьмись на дорогу выскакивает огромная лохматая псина. И преграждает мне путь, предостерегающе рыча. Понятия не имею насчет ее породы, но на ум так и просится слово «волкодав». Очень уж эта зверюга впечатляет своими размерами. Чуть ли не с теленка! Аж душа в пятки уходит из-за нее.

Стою столбом, застыв на месте. Не знаю, что делать и жутко боюсь. Почему никто не отгонит ее? Надо сказать Саре, чтобы позвала хозяина этого монстра...

Я нервно кошусь в сторону девчонки. Точнее, на то место, где она должна была быть. Но ее и след простыл. А вся толпа селян вместе с моим боссом уже скрылась внутри гостевого дома.

Вот попала так попала в неприятности!

Я делаю осторожный шажок в сторону, надеясь обойти псину, но та реагирует еще более громким рычанием. Снова замираю. Лихорадочно шарю глазами по сторонам в поисках хоть чьей-то помощи и замечаю неподалеку здоровенную конуру с торчащей изнутри копной слежавшейся соломы. Там что-то непрестанно копошится и попискивает.

Маленькие щенки...

Вот блин. Теперь понятно, почему эта псина так враждебно отреагировала на мое появление. Материнский инстинкт плюс чужой запах.

Наверняка я очень сильно отличаюсь для нее от местных. Вся пропахла городом и фиг знает еще какими тревожаще-незнакомыми ароматами.

– Спокойно, мамуля, не надо так нервничать... – обращаюсь к ней тихим ласковым голосом.

Стараюсь говорить медленно и не делать резких движений. Краем глаза подмечаю, как ктото выглянул из гостевого дома и тут же скрылся, но мне сейчас не до запоздалых воплей. Да и шуметь чревато.

Псина продолжает рычать. К счастью, пока ровно, не на повышенных тонах. И я невольно вспоминаю свою соседку по коммуналке Лизу. Как бы она с ее нежной любовью к живности поступила на моем месте?

Понятия не имею. Но чувствую интуитивно: необходимо доказать этому четверолапому монстру, что я для нее не угроза, а абсолютно безобидное и просто мимопроходящее недоразумение.

Тяжко вздыхаю и тихонько жалуюсь псине:

– Ты знаешь, сегодня у меня просто ужасный день. Во-первых, пришлось встать спозаранку, поэтому я дико не выспалась... – под немигающим звериным взглядом я медленно опускаюсь на землю. Затем, подумав, усаживаюсь прямо на колени, и продолжаю: – Во-вторых... самолетишко-кукурузник, на котором мы сюда прилетели, и так не внушает доверия, а я еще и полетов боюсь. Натерпелась страху в двойном размере, представь себе. А теперь еще ты. Ну сама подумай, какая из меня угроза для твоих детишек..? Я всего лишь маленький человечек со слабыми ручками, который просто хочет пройти мимо и найти своего босса...

Псина внимательно слушает, вертикально задрав острые мохнатые уши. Она уже не рычит, но приподнятая верхняя губа предостерегающе подрагивает, демонстрируя устрашающе острые клыки.

Придется болтать дальше, молчать ни в коем случае нельзя, чтобы животное успокоилось. Судорожно сглотнув, я от безысходности уже начинаю нести какую-то чушь:

– Босс – это такой большой и сильный человек, вроде как хозяин, улавливаешь?..

Внезапно псина наклоняет голову набок и принимает расслабленную позу, будто копируя меня. Смотрит куда-то в район моей макушки.

Вдохновленная этим, я продолжаю:

– Он хорошо тебя кормит и чешет за ушком. Короче, у тебя есть свой хозяин, а у меня... ну, типа свой. И мне очень надо к нему. Я... м-м... проголодалась. И хочу, чтобы он...

– Почесал тебя за ушком? – раздается сверху спокойный голос.

Я вздрагиваю и быстро задираю голову.

Короленко здесь! За мной вернулся!

Облегчение отзывается в теле волной легкой дрожи.