Текст книги "Элитные части РККА в огне Гражданской войны"

Автор книги: Алексей Олейников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

В начале кампании 1920 г. образованный из состава Южного фронта новый Кавказский (вначале Юго-Восточный) фронт в лице своего руководства оказался не на высоте стоявших перед ним задач. Во многом это обусловило затяжные и безуспешные бои красных армий под Батайском и на р. Маныч в период с 11 января по 2 февраля 1920 г. Крупным пороком было тактически неправильное использование 1-й Конной армии. Эта подвижная и могучая ударная сила была поставлена в условия, грозившие ей потерей боеспособности. Лобовые атаки конных масс в неблагоприятных для них условиях местности на подготовленные к обороне позиции белых у Батайска были заранее обречены на неудачу, тем более что Конная армия была вынуждена действовать в одиночку, т.к. соседние 8-я и 9-я армии лишь пассивно созерцали развертывающиеся бои и намеревались действовать только во втором эшелоне – за конницей.

В этих боях конница должна была прорвать укрепленную позицию и открыть дорогу пехоте. Это «оперативное искусство наизнанку», бившее своею нелепостью в глаза даже рядовым бойцам, настойчиво проводилось в жизнь командованием Кавказского фронта. Стиснутая в каменных мешках ростовских улиц, вынужденная форсировать по утлым, малонадежным переправам р. Дон и драться без артиллерии на болотистом, изрезанном канавами и рытвинами пятачке, Конная армия бесцельно расточала свои могучие силы.

Ее командование, с момента занятия Ростова (15.01.1920 г.) предлагало фронту единственно правильный план дальнейших действий: он заключался в переброске Конной армии из Ростова в район станиц Богаевская и Раздорская для флангового удара по обороняющемуся фронту деникинских войск.

Потеряв целых 15 дней, фронт лишь к 26 января перевел Конную армию в район Багаевская. Но и тут перед Конной армией встала задача, заключавшаяся не в осуществлении широкого и гибкого маневра, а лобового наступления на Батайск, связанного с преодолением реки Маныч. Соседние армии продолжали вести лишь оборонительные действия.

Белое командование, имея руки развязанными для действий по внутренним операционным линиям, оставив на ростовском участке добровольческие части, быстро перебросило на Маныч конные массы донских корпусов. Бои Конной армии с 28 января по 2 февраля с белой конницей на Маныче отличались упорством и ожесточенностью, но не дали оперативного перевеса ни той ни другой стороне.

Неуспех Конной армии под Батайском и на Маныче сулил Деникину благоприятные стратегические последствия – наиболее грозная для него сила была скована. Добровольцы отдохнули. Донцы, имевшие тактический успех против дивизий Конной армии, воспрянули духом.

РВС Конной армии направил доклад в РВС Республики и копии Ленину, Сталину, Калинину, в котором, «учитывая всю тяжесть ответственности, на нем лежащую, считает своим долгом довести до сведения Реввоенсовета Республики, что при создавшемся положении его работа немыслима и бесплодна, а посему просит освободить нас от обязанности членов Реввоенсовета Конармии...».

В начале февраля 1920 г. командующим войсками фронта был назначен Тухачевский и членом РВС – Орджоникидзе.

2—11 февраля 1 -я Конная армия сосредоточилась в районе станицы Багаевская и боевых действий не вела—на ее фронте и на участках ближайших соседей осуществлялись лишь разведывательные поиски.

Деникин, удовлетворившись тем, что 1-я Конная армия его не беспокоит, активных действий против нее не предпринимал, накапливая силы для удара в северном направлении —на Новочеркасск и Ростов, чему благоприятствовали сильные морозы, сковавшие р. Дон и обеспечившие белым надежные переправы.

По расчетам Деникина войска красной 8-й армии большого сопротивления оказать ему не могли. Конную же армию он считал достаточно обессиленной и на значительное время не спосбной к решительным операциям. Но передышка пошла последней на пользу – за счет обозов боевые части пополнились конским составом, запасные пулеметные команды дивизий восстановили материальную часть пулеметных команд полков, были пополнены материальной частью конно-артиллерийские дивизионы. В 4-ю и 6-ю кавалерийские дивизии были подтянуты авто-бронеотряды. Из шести бронепоездов Конной армии три из Ростова были передвинуты в Новочеркасск.

8 февраля командарм Конной армии Буденный получил от командующего фронтом директиву № 19/оп, в которой Конной армии ставилась задача: форсированным маршем через хут. Сусатский к 14 февраля сосредоточиться в хут. Шира-Булукский, ст. Платовская и быть готовой к удару в направлении станция Тихорецкая.

Армия получала возможность широкого и гибкого маневра действий на наиболее уязвимом для противника направлении – на стыке Донской и Кубанской армий, с выходом на их глубокие тылы.

Несмотря на большие трудности—морозы, метели, глубокие снега, недостаток крупных населенных пунктов на переходе, перебои с фуражом и недостаток воды,—Конная армия в течение трех суток проделала 140-километровый марш и к вечеру 14 февраля вышла в исходное положение в район ст. Платовской.

В ее составе были 4-я, 6-я и 11 -я кавалерийские дивизии из трех кавалерийских бригад по 2 кавалерийских полка и конно-артиллерийского дивизиона (12 орудий) в каждой. Полки 4-й и 6-й кавалерийских дивизий имели по пять эскадронов, пулеметные команды 16—20 станковых пулеметов и команду разведчиков силой в эскадрон. Менее сильной была 11-я кавалерийская дивизия, имевшая 4-эскадронные полки и пулеметные команды в 10—16 пулеметов.

В целом Конная армия имела около 10 тыс. сабель, около 300 станковых пулеметов и 36 орудий, из них 12 конногорных (в 11-й кавалерийской дивизии). Имевшиеся в 4-й и 6-й кавалерийских дивизиях авто-бронеотряды из-за глубоких снегов участия в боях принять не смогли и были отправлены в тыл. Боевой авиации Конная армия в этот период не имела. Части отличались высокой боеспособностью.

14 февраля Буденный в ст. Платовской получил директиву комфронта № 42/п. Эта директива ставила Конной армии задачу: энергичным ударом разрезать стык Донской и Кубанской армий и 21 февраля прорваться в район станции Тихорецкой.

К моменту получения этой директивы правее, в районе хут. Дальний, Жеребков, находились части красной 9-й армии, а перед расположением Конной армии и левее действовали части красной 10-й армии в составе 20-й, 50-й и 28-й стрелковых дивизий. Еще левее – 34-я и 32-я стрелковые дивизии красной 11-й армии.

Со стороны белых против частей 9-й армии действовали 2-й, 3-й и 4-й донские корпуса Донской армии, а на фронте 10-й армии находились остатки 2-го, 3-го и 5-го кубанских корпусов Кубанской армии. Более солидную силу представлял собой 1-й Кубанский корпус, состоявший из кубанских пластунских полков и прикрывавший Тихорецкое направление, оседлав железную дорогу Великокняжеская – Тихорецкая. По своему составу и боеспособности он представлял собой значительную боевую силу.

Но силы противника, которые противостояли Конной армии, которой предстояло действовать совместно с частями красной 10-й армии, были невелики, и Буденный рассчитывал на несомненный успех.

14 февраля был отдан приказ Конной армии № 021, ставивший дивизиям следующие задачи: 4-й —15 февраля переправиться по Казенному мосту через р. Маныч и к Дечеру достичь Екатериновки, ведя разведку в направлении Ново-Егорлыкская – Сандата; 6-я кавалерийская дивизия, двигаясь за 4-й, должна была ее поддерживать; 11-я кавалерийская дивизия составляла армейский резерв.

С утра 15 февраля дивизии Конной армии начали наступление. Части 4-й кавалерийской дивизии вошли в соприкосновение с подразделениями 28-й стрелковой дивизии, начальник которой Азин попал в плен. Учитывая сложную обстановку на передовой, Буденный приказал головным частям ускорить марш. К 20 часам, после 45-километрового марша по глубокому снегу при сильном морозе, две передовые бригады 4-й и 6-й кавалерийских дивизий подошли к дер. Шаблиевке, где вели наступление части 50-й стрелковой дивизии. Оттянув пехоту из боя, командование Конной армии ввело в бой свои передовые бригады.

После короткого огневого боя спешенные части конницы перешли в решительное наступление, а из-за их флангов, охватывая Шаблиевку с юга и севера, перешли в атаку конные части.

Наступление увенчалось полным успехом. Находившиеся в Шаблиевке батальоны кубанцев, при поддержке двух бронепоездов, спешно отошли на Торговую.

Части Конной армии, ввиду сильного переутомления, заночевали в Шаблиевке вместе с частями 50-й стрелковой дивизии.

Вечером 16 февраля наступавшие на Торговую части 20-й стрелковой дивизии, встретив сильное сопротивление, залегли в окопах, сделанных из снега. Начдив-20 обратился за поддержкой к Буденному.

Так как ночные действия конницы, в условиях глубокого снега и мороза, были сопряжены с большими трудностями, Буденный решил начать наступление на Торговую с утра 17 февраля. Он приказал начдиву-4 для поддержки 20-й дивизии выделить два наиболее свежих эскадрона. Эта поддержка была скорее моральной, но имела большое значение. С подходом этих эскадронов части 20-й стрелковой дивизии, полагая, что к ним подходят на поддержку крупные силы конницы, в порыве боевого воодушевления перешли в решительное наступление. Лихим ночным налетом несколько батальонов 20-й дивизии смяли кубанских пластунов и заняли ст. Торговую и прилегавшее к ней огромное село Воронцовское.

Здесь 17 февраля сосредоточились части 4-й и 6-й кавалерийских дивизий Конной армии и 50-я стрелковая дивизия. Резерв Конной армии – 11-я кавалерийская дивизия – сосредоточился в Шаблиевке.

Учитывая сложившуюся обстановку, Буденный подчинил себе в оперативном отношении 20-ю, 50-ю и 34-ю стрелковые дивизии. Получилась мощная оперативная группа, что имело важное тактическое значение.

В это время в целях маскировки переброски Конной армии фронтом было приказано конному корпусу Думенко произвести налет в тыл противнику в районе хут. Веселый. Но донская конница нанесла Думенко сильный контрудар и отбросила его на север в хут. Сусатский.

Деникин к этому времени намечал общее наступление с главным ударом через ст. Багаевскую, в обход Новочеркасска с востока для занятия последнего и выхода в тыл Ростовской группе красных войск.

Удачная операция против конного корпуса Думенко окрылила было донцов, но как гром поразила Деникина – Конной армии не оказалось в прежнем районе, она очутилась в районе Великокняжеской и целилась в самое сердце белого фронта – на Тихорецкую.

Этот демарш Конной армии опрокинул стратегические расчеты Деникина. Наступление на север пришлось отменить. Деникин спешно организует сильную конную группу из 2-го и 4-го донских корпусов (15—16 тысяч сабель) и под командованием генерала Павлова из района хут. Процыков бросает ее против Буденного.

Задача группы Павлова заключалась в быстром выходе в район станиц Платовской и Великокняжеской для разгрома тылов частей 10-й и 1 -й Конной армий и перекрытия их путей отхода. Столкновения 1 -й Конной армии с конной группой генерала Павлова были решающими для обеих сторон в данной операции.

17 февраля конная группа Павлова двинулась на ст. Платовская – Великокняжеская, но ввиду сильной метели и тумана сбилась с дороги и, не имея сил дойти до ст. Платовская, расположилась на ночлег в зим. Сопрунов – Жеребково и Корольково – Янов.

Марш группы Павлова был короче марша, который пришлось совершить Конной армии, но протекал в более тяжелых условиях.

Буденный избрал более длинный путь – вдоль р. Сал, а не вдоль Маныча, как рекомендовало командование фронтом. Это решение имело ключевое значение. Путь Конной армии пролегал через большие хутора и слободы, что обеспечивало ее частям достаточно удобные ночлеги, избавляло части от обмораживания и разрешало вопрос с питанием.

Конная же группа Павлова из района хут. Процыков вынуждена была совершать марш по снежной пустыне. Район ее марша представлял собой степи западного донского коннозаводства – на сотни километров здесь отсутствовали какие-либо населенные пункты. Изредка встречавшиеся небольшие экономии коннозаводчиков в ходе Гражданской войны были большей частью разрушены. Вследствие этого огромная конная масса, в условиях жестоких морозов, в течение нескольких дней марша не имела крова, водопоев и зернофуража. Все это привело к истощению конского состава, переутомлению людей. Огромное число людей и лошадей замерзло и было обморожено.

В поисках населенных пунктов кавалерийская группа Павлова двинулась в направлении на ст. Торговая, куда подошла в ночь с 18 на 19 февраля.

Командарм Конной, учитывая опасность удара этой группы по тылам армии, а также невыясненную обстановку и последствия потери в случае вынужденного обхода крупных населенных пунктов при ударивших морозах, решил временно приостановить наступление, сосредоточившись в районе Екатериновка – Воронцовская, и активно оборонять его, ведя усиленную разведку в направлениях зим. К. Корольков, зим. Пишванов, Средне-Егорлыкское, Песчанокопская и Красная Поляна.

Несмотря на то что нападения противника можно было ожидать каждую минуту, охранение, выставленное от кавалерийских дивизий, несло свою службу плохо. Под влиянием жестокого мороза и ветра сторожевые заставы и посты забились в теплые хаты окраин села Воронцовское. Непрерывного наблюдения не имелось.

В ночь с 18 на 19 февраля две авангардных дивизии Павлова подошли к Торговой и остановились в непосредственной близости села, отделенные от него речкой Средний Егор-лык. Видя приветливо мигающие огоньки в полузанесенных снегом хатах с. Воронцовское и движимые желанием как можно скорее добраться до теплого крова (но не зная, что в Воронцовском сосредоточена почти вся Конная армия), три полка белой конницы атаковали селение в конном строю и с криком «ура» ворвались на западную окраину селения—на стыке 4-й и 6-й кавалерийских дивизий.

Но попытка взять налетом селение оказалась безуспешной – дежурные части 6-й кавалерийской дивизии, которым противник в свою очередь угрожал потерей теплого крова, энергичной контратакой, при поддержке винтовочного и пулеметного огня, опрокинули ворвавшиеся в село части белых и отбросили их к остальной группе. На шум боя с группой ординарцев выскочили Ворошилов и Буденный. На площади, у церкви, где был намечен сборный пункт частей 4-й кавалерийской дивизии, они неожиданно наткнулись на значительную группу белых, квартирьеры которой уже ходили по дворам, отыскивая своим частям ночлег.

РВС Конной быстро ускакал на соседнюю улицу, откуда выдвигались части 4-й кавалерийской дивизии.

Преследование отброшенных частей Павлова дивизиями Конной армии продолжалось недолго. Кавалеристы, скакавшие против жестокого встречного ветра при 25-градусном морозе, буквально коченели.

Встретив энергичный отпор, но не зная количества сил, оборонявших с. Воронцовское, спустя примерно полчаса белые, введя уже более крупные силы конницы – 4-ю дивизию 2-го донского корпуса, – снова атаковали селение. Однако и на этот раз, после полуторачасового ночного боя, ворвавшиеся в селение части были смяты, и группа Павлова, оставив на поле боя несколько сотен убитых, замерзших и пленных, отошла верст на 10 к западу от селения, где и ночевала в поле, греясь у подожженных стогов сена и соломенных скирд.

К утру, оставляя по пути замерзших людей и лошадей, белые отошли в направлении на станицу Егорлыкскую.

Части Конной армии приступили к выполнению оборонительных задач.

К этому времени другая группа белых в составе 1-го Кубанского корпуса генерала Крыжановского, отдельной кавалерийской бригады генерала Голубинцева и других частей, к утру 19 февраля заняла линию Средне-Егорлыкская, Богоро-дицкое, Крученая Балка, имея задачей, отходя в юго-западном направлении и приковывая внимание Конной армии и приданных ей стрелковых частей, подвести Конную армию под фланговый удар кавалерийской группы Павлова.

Части Конной армии с утра 19 февраля выступили из с. Воронцовское, наблюдая по пути движения дивизий в балках, у стогов сгоревшего сена трупы замерзших и обгоревших людей и лошадей, оставленных Павловым при отступлении.

Селение Крученая Балка было занято отдельной кавалерийской бригадой генерала Голубинцева – атакованная 6-й кавалерийской дивизией бригада стала поспешно отходить к железной дороге на Развильное. Одна из бригад 6-й кавалерийской дивизии, обходящая правый фланг белых, почти целиком уничтожила полк численностью до 400 сабель, захватив 2 орудия, 8 пулеметов, более 200 исправных винтовок и около 150 лошадей с седлами.

На основании данных разведки в течение 19 и 20 февраля Буденный установил, что главные силы группы Павлова отошли в западном направлении и сосредоточиваются в ст. Егорлыкской, выдвинув заслон к югу в с. Средне-Егорлыкское и Лопанка. Одновременно было установлено сосредоточение группы 1-го Кубанского корпуса в районе Белая Глина, Развильное, Песчанокопское. Эта группа должна была прикрывать Тихорецкое направление со стороны Торговой. Силы этой группы оценивались примерно в 5000 штыков и 500 сабель при трех бронепоездах, курсировавших по линии Белая Глина – Торговая.

Выжидая более детального выяснения обстановки, Буденный основную группу своей конницы (4-я и 6-я кавалерийские дивизии) выдвинул в село Средне-Егорлыкское и решал – куда направить удар Конной армии в первую очередь.

Группа Павлова, дотянувшись до ст. Егорлыкской, едва ли могла в одиночку перейти к активным наступательным действиям. На пути своего тяжелого марша от Торговой к Егорлыкской среди заснеженных балок она оставила несколько тысяч замерзших бойцов. Тысячи обмороженных забили дворы станицы. Однако эта группа, отдохнув в течение двух суток, могла еще серьезно обороняться, тем более что Деникин мог со стороны Батайска подбросить ей подкрепления.

Телеграфисты штаба Конной армии, включившись в телеграфную линию Батайск – Белая Глина, подслушали переговоры, которые велись между штабом генерала Крыжановского и штабом Добровольческого корпуса в Ростове. Это обстоятельство заставило Буденного предполагать, что Ростов занят добровольцами и, следовательно, Деникин предпринимает какие-то наступательные действия в северном направлении.

Взвесив все данные сложившейся обстановки, Буденный решил оставить временно группу Павлова в покое и всеми силами обрушиться на Кубанский корпус.

По этому плану группа стрелковых дивизий должна была вести наступление на Белую Глину с севера, имея осью железную дорогу. Основная задача этой группы – сковать кубанцев с фронта и отвлечь их внимание от маневра кавалерийских дивизий. В то же время 4-я и 6-я кавалерийские дивизии Конной армии должны были совершить глубокий маневр – выйти в район с. Средне-Егорлыкское, откуда двинуться на хут. Ново-Корсунский и затем резко свернуть на Белую Глину. Белую Глину предполагалось охватить с запада и юго-запада, отрезая пути отхода кубанцев на Тихорецкую.

План был выполнен точно по расписанию.

22 февраля Белая Глина была занята, и 1-й Кубанский корпус погиб вместе со своим командованием.

В результате этой операции направление на Тихорецкую стало совершенно свободным от белых, и было соблазнительным двинуться именно в этом направлении для быстрейшего захвата жизненно очень важного для Деникина железнодорожного узла и основной стратегической базы.

На совещании у командарма Буденного 23 февраля некоторые высшие командиры высказывались за немедленные действия именно в этом направлении. Но Буденный решил по-другому. Проводя операцию против 1-го Кубанского корпуса, он пристально следил за оставленной им в районе станицы Егорлыкской группой Павлова. Эта группа в течение нескольких дней собрала всех отставших, начала получать пополнение, материальную часть и боеприпасы. К ней присоединилась бригада Голубинцева, из-под Батайска прибыл добровольческий отряд имени Чернецова. Для усиления группы с севера к ней направлялся Донской корпус генерала Агеева, Кубанский конный корпус и др. части. До подхода этих подкреплений группа Павлова имела до 11 тыс. сабель, около 4 тыс. штыков и 3 бронепоезда.

Деникин возлагал на группу Павлова большие надежды: она должна была или разбить Буденного, или, на худой конец, прикрыть отход белых сил от Батайска в глубь Кубани. Чтобы спутать карты красному командованию, Деникин 21 февраля бросил Добровольческий корпус на Ростов и 3-й Донской корпус генерала Гуселыцикова – на Новочеркасск. Тактический успех Деникина —взятие Ростова – внес панику в тыловые учреждения 8-й и 1 -й Конной армий, но влияния на операцию ударной группы фронта не оказал.

Занятие Ростова совпало с отскоком группы Павлова под ударами Конной армии, действиями ее против Кубанского корпуса и его ликвидацией. Эта смертельная угроза заставила Деникина спешно оставить Ростов и усилить всем чем возможно фронт против Буденного.

Развернулись решительные действия огромных конных масс.

В бою против Павлова кроме своих кавалерийских и приданных стрелковых дивизий Буденный выставил также дивизии 10-й армии, которые после ликвидации Кубанского корпуса остались «безработными». В течение 23 и 24 февраля он предоставил своим частям отдых. Понесенные потери были с лихвой восполнены широким притоком добровольцев, которых РВС Конной разрешил принимать усмотрением командиров полков. Обнаружившийся в частях недостаток боеприпасов был в некоторой степени пополнен трофеями, захваченными при ликвидации 1-го Кубанского корпуса.

Вместе с частями конницы отдохнули и пополнились и стрелковые дивизии. Из отбитых у кубанцев трех бронепоездов два были в полной исправности.

К моменту перехода в наступление 4-я и 6-я кавалерийские, 20-я и 50-я стрелковые дивизии занимали село Белая Глина, 34-я стрелковая и 11-я кавалерийская дивизии – село Песчанокопское. Правее, в районе зимовников А. Королькова, Поздеева и Кузнецова, вышла кавалерийская группа 9-й армии: 1 -я «дикая» дивизия Гая и 2-я кавалерийская дивизия Блинова. Эти дивизии имели малочисленный состав, понесли значительные потери в боях и как самостоятельная боевая сила имели небольшое значение.

Узнав об уничтожении Кубанского корпуса и полагая, что Буденный безостановочно двинется на Тихорецкую, Павлов решил, не дожидаясь подхода корпуса Агеева и кубанцев, сосредоточенным ударом всей группы обрушиться С фланга и тыла на Конную армию. 23 февраля он высылает авангардную дивизию силой до 4 тыс. сабель в село Средне-Егорлыкское. Бывшая там в качестве заслона 1-я бригада 11-й кавалерийской дивизии (около 700 сабель) отошла в юго-восточном направлении.

В течение 24 февраля в Средне-Егорлыкское и пос. Иловайский Павлов стянул главные силы своей группы. Наступление белой конницы совершалось тремя группировками: правая в составе 10-й дивизии 4-го Донского корпуса и бригады Голубинцева двигалась от пос. Иловайского, через хут. Новокорсунский на посад. Горькая Балка; средняя в составе 2-го корпуса и 9-й дивизии 4-го Донского корпуса наступала на Средне-Егорлыкское по дороге, ведущей на Песчанокопское – Белая Глина; левая двигалась в общем направлении Крученая Балка, имела задачей прикрытие операции с севера.

К 10.00 25 февраля головы колонн Павлова достигли линии Лопанка – хут. Новокорсунский.

Получив донесение о занятии крупными частями конницы белых села Средне-Егорлыкского, Буденный 24 февраля принимает следующий план действий: 34-я стрелковая дивизия остается в Белая Глина, прикрывая операцию с юга; 50-я Таманская стрелковая дивизия двигается уступом назад справа в направлении Богородицкое; средняя колонна, имея в авангарде 11-ю кавалерийскую дивизию и вслед за ней 2-ю стрелковую дивизию (в составе 2 стрелковых бригад), наступает от Песчанокопское на Средне-Егорлыкское; левая колонна, имея в авангарде 6-ю кавалерийскую дивизию и вслед за нею в 2 км 4-ю кавалерийскую дивизию, наступает через Горькую Балку и далее на хут. Новокорсунский. Общая задача—выход в район Богородицкое, Лопанка, Средне-Егорлыкское с последующими действиями в зависимости от обстановки.

С рассветом 25 февраля части Конной армии выступили в поход, но о встречном наступлении Павлова в дивизиях Конной армии не было известно. В таком же положении находился и Павлов. Разведка и с его стороны отсутствовала.

Отсутствие разведки с обеих сторон можно объяснить тем, что до начала выступления между пунктами расположения противников было свыше 30 километров, а при отсутствии промежуточных населенных пунктов, сильных морозах, глубоком снежном покрове и снежных метелях ночная конная разведка была затруднительна и малорезультативна, поэтому она и не высылалась. Других средств разведки противники не имели.

Соответственно столкновение для обеих сторон получилось неожиданным.

Бой начался со столкновения 6-й кавалерийской дивизии с правофланговой колонной белых в составе 10-й дивизии 4-го Донского корпуса и 14-й кавалерийской бригады в районе х. Каравайник. Белые, силой до 5 тыс. сабель, не предполагая встретить части Конной армии в сосредоточенных колоннах, двигались на хут. Каравайник – Олийники и Ново-Корсунский, прикрываясь цепью конных дозоров.

Авангард 6-й кавалерийской дивизии, столкнувшись с вражескими дозорами, быстро их оттеснил и сосредоточенным винтовочно-пулеметным огнем неожиданно обстрелял колонны противника.

Появление 6-й кавалерийской дивизии было настолько неожиданным для противника, что командование последнего не успело сориентироваться как следует в обстановке и отдать соответствующие распоряжения. Раньше всего успела приготовиться к бою белая артиллерия. Под прикрытием артиллерийского огня казачьи части стали разворачиваться для боя. Но комдив Тимошенко, учитывая значение фактора захвата инициативы в условиях встречного боя, не дал возможности противнику развернуть своих сил и двумя бригадами стремительно атаковал с обоих флангов разворачивающиеся колонны белых, бросив третью бригаду в обход с северо-запада. Маневр был выполнен быстро и атака была произведена решительно, умело поддержана артиллерией и пулеметами. Галопом, выскакивая вперед вместе с атакующими частями, артиллерия с открытых позиций открывала меткий, губительный огонь по еще не развернувшимся полкам противника; пулеметы на тачанках лихо, на карьере выносясь в передовые цепи конницы, метким сосредоточенным огнем с 300—400 шагов поддерживали атаку конницы.

Не успевшая развернуться пятитысячная масса белой конницы в беспорядке хлынула назад, на пос. Иловайский, попадая под удары преследующей 6-й кавалерийской дивизии. Только наступившая темнота приостановила преследование.

В результате этого боя 6-й кавалерийской дивизией было изрублено несколько сотен казаков, около 300 взято в плен, захвачено 20 пулеметов и 9 орудий.

Одновременно с 6-й кавалерийской дивизией произошло столкновение и правой колонны Конной армии, во главе которой шла 11-я кавалерийская дивизия. 11-я дивизия, насчитывавшая не более 2 тыс. сабель, столкнулась с 9-й и 4-й дивизиями группы Павлова. Белые имели в этой группировке свыше 7 тыс. сабель и до 24 орудий. 11-я дивизия не могла оказать сильного сопротивления двигавшейся на нее массе, а ее горная батарея не могла соперничать с артиллерией белых. Дивизия стала отходить на шедшую сзади пехоту 20-й стрелковой дивизии.

В это время из хут. Ново-Корсунского по направлению с. Средне-Егорлыкское выдвинулись 1-я и 2-я бригады 4-й кавалерийской дивизии (около 2800 сабель и 8 орудий). Начдив-4 Городовиков, видя тяжелое положение 11-й кавалерийской дивизии, бросил 1-ю бригаду на Средне-Егорлыкское в тыл противнику, а 2-ю бригаду послал через балку во фланг – в направлении К. Беляков.

Быстро снявшиеся с передков 1-я и 2-я батареи 4-го конного артиллерийского дивизиона без пристрелки с первого выстрела на поражение открыли беглый фланговый огонь по густым построениям противника, стоявшего в резервных колоннах.

Выдвижение и огонь 4-й дивизии своей неожиданностью ошеломили противника, и он хлынул через с. Средне-Егорлыкское и Лопанка.

В этом бою 4-я дивизия захватила 20 орудий, 80 пулеметов, до 3 млн патронов и несколько тысяч снарядов. В патронах и снарядах части Конной армии в это время сильно нуждались – дивизия не только пополнила свои запасы, но по просьбе пехотных дивизий выделила им по 100—200 тысяч патронов, а также уделила им значительное число подвод отбитого обоза.

4-я дивизия не смогла развить преследования вплоть до Егорлыкской, так как большой переход и бой вымотали конский состав (60 верст марша с боями по глубокому снегу).

На ночлег части Конной армии сосредоточились в районе села Средне-Егорлыкское.

На следующий день, 26 февраля, командарм Конной решает продолжать преследование противника, отошедшего в северо-западном направлении в район ст. Егорлыкской и пос. Иловайский и, развив успех предыдущего дня, уничтожить кавалерийскую группу противника.

С 25 февраля началось сильное потепление. Глубокие метровые снега, под влиянием ярких и теплых лучей солнца, начали быстро плавиться и оседать. Степные ручьи набухли талым снегом и водой; дороги почернели и осклизли. Все это значительно затруднило маневрирование.

К 10 часам 26 февраля 6-я кавалерийская дивизия после короткого боя заняла пос. Иловайский, захватив около 100 пленных и санитарный обоз. К 13 часам, развивая наступление, дивизия заняла и хут. Ново-Гуляевский. Белые же к вечеру, около 20 часов, сосредоточившись в районе ст. Егорлыкская силой до 5 тыс. сабель, перешли в наступление на пос. Иловайский – против одной бригады 6-й кавалерийской дивизии, начавшей отходить.

Видя отход 1-й бригады и упорный натиск противника, в то время как последний подходил к восточной окраине пос. Иловайский, начдив-6 решил нанести удар по правому флангу противника. Но белые искусно укрыли свой фланг за р. Верхний Егорлык, непроходимой на этом участке, и с одной лишь переправой, надежно защищенной артиллерией, и поэтому выполнить маневр начальнику 6-й дивизии не удалось.

Противник же, прикрываясь рекой и получив подкрепление, продолжая развивать наступление, к ночи потеснил 6-ю кавалерийскую дивизию и занял пос. Иловайский, выйдя таким образом во фланг наступавшим в это время на Грязнухинской – ст. Егорлыкская 4-й и 11-й кавалерийским дивизиям.

Учитывая это, начдив-6, сосредоточив к 24 часам всю дивизию, при поддержке артиллерии, перешел в энергичную атаку на пос. Иловайский и, несмотря на упорное сопротивление противника, к 1 часу 27 февраля выбил его из пос. Иловайский и Ново-Гуляевский и занял их, выслав часть сил дивизии для преследования противника, отходящего к северо-западу на с. Гуляй-Борисовка.

Наступавшие 26 февраля на Грязнухинский – ст. Егор-лыкская 4-я и 11-я кавалерийские дивизии столкнулись с главными силами группы Павлова. В результате упорного боя они сбили белых с позиций в районе Грязнухинский. Противник отошел на ст. Егорлыкская и организовал оборону под прикрытием трех бронепоездов и пехоты.