Текст книги "Элитные части РККА в огне Гражданской войны"

Автор книги: Алексей Олейников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Вскоре Буденный смял прикрывающую завесу и двинулся на Львов.

Вследствие этого польская 6-я армия выдвинулась из Тарнополя и с линии р. Серег. Разъезды Буденного подошли к воротам Львова, некоторые из них доходили до Мико-лаева на Днестре и даже до Стрыя.

В это время, 16 августа, под Варшавой разыгралось генеральное сражение.

Буденный в это время оперировал под Львовом.

Главнокомандующий фронтом повторно несколько раз требовал немедленного прекращения действий у Львова и перехода всей Конной армии через Замостье на Люблин, но этот приказ был исполнен с опозданием на четыре дня. Надежда на взятие Львова с его богатой военной добычей приковала к нему армию Буденного. Последовавший затем марш уже запоздал. Ко времени подхода, в последних числах августа 1920 г. 1-й Конной армии к Самостью командующий польским Юго-Восточным фронтом располагал уже таким количеством войск, что мог перейти против нее в решительное наступление. В битве под Замостьем, руководимой с польской стороны генералом Станиславом Галлером, армия Буденного потерпела поражение и уже более инициатива действий к ней не переходила. Преследуемая польскими войсками, она отступала через Грубешов, Луцк, Ровно и далее до Бердичева, где она остановилась в период начавшихся переговоров о мире.

Таков взгляд польского военного специалиста на противоборство польских войск с 1-й Конной армией в июле – августе 1920 г.

В завершение необходимо остановиться на еще одной тактически показательной операции одного из коренных соединений 1 -й Конной армии – 6-й кавалерийской дивизии при форсировании р. Западный Буг в августе 1920 г.

1-я Конная армия 10 августа достигла реки Буг у Буска (40 верст восточнее г. Львова). 6-й кавалерийской дивизии было приказано переправиться на западный берег реки Буг для дальнейшего наступления на Львов.

Получив этот приказ, начдив решил днем сосредоточить 2-ю и 3-ю кавалерийские бригады в районе м. Буск, где и начать форсирование р. Буг, установив 8 орудий восточнее м. Буска. От 13 до 18 часов велась артиллерийская подготовка по мосту, который был сожжен противником. Польская пехота, засевшая в большом помещичьем здании, упорно сопротивлялась, и как только красные пытались начать переправу в пешем строю, они сражу же отбивались пулеметным огнем противника. 1-я бригада под командой была в резерве дивизии, но после неудачной попытки переправиться у Буска было приказано осуществить разведку переправ в районе Яблоновка и Поборжаны, не обнаруживая частей бригады.

В 14 часов дня, когда 2-я и 3-я бригады сосредоточивались у м. Буск, пролетел аэроплан противника, обнаружив сосредоточение красных сил. В 22 часа начдив получил донесение от комбрига, что у дер. Поборжаны (7—8 верст северо-западнее Буска) имеется переправа – брод, где можно переправить конницу, пулеметы и орудия. В ответ комбригу было приказано установить батарею на восточной стороне р. Буг, а конницу начать немедленно переправлять на западный берег. 2-й и 3-й бригадам было приказано незаметно сняться из м. Буск, оставив один эскадрон для наблюдения за переправой и заслона, а всем бригадам сосредоточиться у дер. Яблоновка, начав переправу после частей 1-й бригады – с таким расчетом, чтобы к рассвету закончить переправу всей дивизии и начать развивать дальнейшую операцию. Батареи дивизии стояли на позиции на случай наступления противника.

В 24 часа противник открыл по м. Буск ураганный огонь из легких и тяжелых орудий, по-видимому предполагая, что конница будет переправляться у Буска.

В 4 часа утра 11 августа дивизия с пулеметами была сосредоточена на западном берегу реки Буг – причем совершенно незаметно для противника, и лишь с рассветом была обнаружена, когда ее части перешли в атаку по ранее намеченному в каждому полку плану.

После часового боя красная конница атаковала польскую 6-ю пехотную дивизию. По воспоминанию очевидца, сначала польские солдаты сражались, а при отступлении, когда при атаке 34-го кавалерийского полка два лихих всадника вскочили в ряды отступающей пехоты, слезли с лошадей с криком: «Да здравствует власть рабочих и крестьян Польши», – и тут же до 2000 поляков воткнули штыки в землю и сдались с пением «Интернационала» – причем пошли в штаб дивизии без конвоя.

Переправа для поляков была настолько неожиданной, что они, не зная о катастрофе своей дивизии, не успели собраться и красным удалось захватить даже дивизионные лазареты.

Полевой штаб 1-й Конной армии в этот момент был у Адамы (10 верст восточнее Яблоновки). Как только дивизия переправилась и перешла в атаку, было донесено Буденному об успешном форсировании реки Буг 6-й кавалерийской дивизией, после чего получено приказание продолжать дальнейшее преследование противника на Львов.

4-я, 11-я и 14-я кавалерийские дивизии были немедленно направлены на ту же переправу – брод у дер. Поборжаны, для дальнейшего развития операции по овладению г. Львовом.

После этой внезапной переправы 1-я Конная армия двумя ударами разбила пехоту противника, неся при этом большие потери от действий неприятельской авиации, в особенности 6-я кавалерийская дивизия, которая шла в авангарде армии.

19 августа конармейцы достигают галицийской столицы города Львова, который был бы взят, если бы не категорический приказ Троцкого немедленно выдвинуться и к 20 августа сосредоточиться в районе Владимир-Волынск – Грубешов, войдя в резерв главнокомандующего. В резерве армии быть не пришлось, и как только она сосредоточилась, несмотря на усталость лошадей, получила приказ двинуться на Замостье, Люблин, в тыл армии противника, действующей против красных варшавских армий.

Этот боевой эпизод подчеркивает гибкость тактических приемов частей Конной армии и умение их приспособиться к любой обстановке – в данном случае переправа была настолько неожиданной для противника, что, переправив кавалерийскую дивизию, в составе 4000 сабель с пулеметами, красные не обнаружили своей переправы (налицо и халатное отношение польского командования 6-й пехотной дивизии в деле организации обороны реки Буг).

Гражданская война создала обстановку, благоприятную для широкого маневрирования крупных кавалерийских масс как на театре военных действий, так и непосредственно на поле боя.

Стратегическая конница применялась: 1) как ударная маневренная группа в руках высшего командования для нанесения удара в наиболее важном операционном направлении, 2) для осуществления кавалерийских рейдов в тыл и на коммуникации противника – причем эти рейды дополнялись фронтальными ударами и должны были деморализовать тыл противника, перерезать его коммуникации, нарушить работу штабного аппарата, стремясь к максимальному уничтожению его живой силы.

Массирование конницы привело к созданию мощных кавалерийских масс, способных к работе в стратегическом масштабе, и 1-я Конная армия являлась венцом этой организационной эволюции.

Конный корпус Жлобы в боях за Мелитополь

В период Гражданской войны в России важнейшее оперативно-стратегическое значение имел рейд красной конницы на Мелитополь в тыл врангелевской армии 29 июня – 3 июля 1920 г.

Во второй половине июня с Кавказского фронта на Юго-Западный фронт был переброшен стяжавший себе на Северном Кавказе боевую славу конный корпус Жлобы в составе 1-й и 2-й кавалерийских дивизий, а также включенной в корпус 2-й кавалерийской дивизии имени Блинова.

Корпус должен был к концу месяца сосредоточится в районе ст. Волноваха, но нажим Русской армии П.Н. Врангеля на Александровском направлении потребовал ускорения переброски этого соединения.

Предполагалось после сосредоточения корпуса Жлобы образовать группу в составе трех кавалерийских дивизий (конный корпус), 40-й стрелковой дивизии и сводного отряда Упраформа 1-й Конной армии с возложением на эту группу задачи: сбить с позиций Донской корпус и осуществить конный налет на г. Мелитополь – в тыл врангелевской армии (в т.ч. взорвать железную дорогу Севастополь – Александровск).

В случае успеха (а на это, судя по боевому прошлому корпуса Жлобы, можно было рассчитывать) командование фронтом планировало заставить войска П.Н. Врангеля опять отойти к Перекопу.

27 июня был отдан оперативный приказ, в котором группе Жлобы было приказано разбить Донской корпус противника, захватить Мелитополь и взорвать железную дорогу к югу от Мелитополя. Но высшее красное командование очень торопилось с выполнением этого приказа, и потому корпус не успел как следует сосредоточиться и установить тесную и прочную связь со всеми частями группы. Управление корпуса было очень слабое. Штабная работа ни в штабе корпуса, ни в штабе дивизий не была налажена. Связь почти отсутствовала, пользование технической связью не было в обычае у соединения. Приказы писались хотя и коротко, но не ясно. Большинство начальников отличались личной отвагой, были отличными рубаками, но с управлением частей в бою были почти не знакомы и в боевой обстановке разбирались слабо. В бою части были предоставлены собственной инициативе. Красноармейцы были хотя и храбры, но слабо обучены. Советские источники отмечали один пагубный недостаток, присущий не только корпусу Жлобы, но и остальной красной коннице, – она была обучена и склонна к нападению на тылы и обозы противника. Это рождало стремление к грабежу и наживе в ущерб боевой операции.

Артиллерия также была не в почете, и в корпусе ей пользовались мало. Благодаря склонности самого Жлобы к автомобилизму, корпус был натаскан на совместных действиях с бронемашинами, игравшими в соединении роль разведчиков.

Из-за недостатка лошадей 3-й, 5-й и 6-й кавалерийские полки были спешены и состояли из сборных команд. Предполагалось пополниться конским составом в ходе наступления. Поэтому эти спешенные люди смотрели на себя как на конницу и стрелковую службу исполняли очень плохо.

Слабым местом корпуса был и обоз: не только комсостав, но и многие красноармейцы имели по несколько заводных лошадей при тачанках, что сильно обременяло тыл. Обоз был сборный, имелись вьюки, тачанки, повозки и даже вьючные верблюды. Именно мчащиеся по полю верблюды без вьюков первые возвестили о неудаче операции.

Днем 28 июня в штаб корпуса прибыл член РВС 13-й армии с приказанием немедленно начать наступление. Группа была еще не готова к наступлению: не все части сосредоточились, связь с ними не была установлена – причем штаб корпуса к моменту начала операции не смог найти 2-ю дивизию имени Блинова и ей не был вручен соответствующий приказ.

Наступление началось.

2-й кавалерийской дивизии было предписано двигаться на д. Верхний-Токмак, а 1 -й кавалерийской дивизии – вдоль железной дороги Цареконстантиновка – Верхний Токмак.

2-я кавалерийская дивизия столкнулась с частями белого 7-го пехотного полка, который при поддержке Гундоровского офицерского полка завязал упорный бой, очень скоро перешедший в рукопашною схватку. В результате ожесточенного боя красные взяли около 300 человек пленных.

Первая удача сильно подняла дух конного корпуса. Обнаружилась и 2-я кавалерийская дивизия Блинова. 29 июня у Гнаденфельда она вступила в бой. Во время этого боя впервые сказалось влияние белой авиации – большая эскадрилья атаковала обе передовые дивизии и забросала их бомбами. Не привыкшие быстро перестраиваться, 1-я кавалерийская дивизия и 2-я кавалерийская дивизия Блинова сбиваются в тучу и становятся жертвой авиаторов. Дивизии потеряли до 500 коней.

В этот день конники Жлобы прошли лишь 15 верст.

Более того, день 30 июня также был потерян – корпус стоял на месте из боязни подвергнуться новой воздушной атаке. Красные кавалеристы решили передвигаться исключительно ночью.

В течение 1 июля днем корпус также стоял на месте, и соприкосновения с белыми не было.

Получив напоминание из штаба армии о движении на Мелитополь, комкор 1 июля отдал приказ № 445, в котором указывается цель действий его соединения. И в течение ночи с 1 на 2 июля корпус двинулся вперед. 2-я кавалерийская дивизия завязала бой у Прангенау и Лихтефельда. Остальные соединения также вели бои местного значения.

Благодаря очень мед ленному движению корпуса белому командованию удалось перебросить на подводах к опасному участку часть сил Корниловской ударной дивизии и отряда генерала Ангуладзе. Появившиеся в 10 часов на северовосточной окраине д. Лихтефельд 2 броневика, а также огонь белой артиллерии создали панику в частях 2-й кавалерийской дивизии. Началась деморализация этого соединения.

Выйдя на возвышенность между Лихтефельдом и Рикенау, дивизия наскочила на белую пехоту. 2-я кавалерийская дивизия Блинова также в беспорядке устремилась в северозападном направлении.

Это был переломный момент операции.

1 -я кавалерийская дивизия на высотах севернее Лихтефельда была встречена артиллерийским огнем и контратакой белых. Дивизия также пришла в беспорядок.

Здесь необходимо отметить, что если в пехоте сравнительно легко остановить панику, т.к. пехотинец далеко не убежит, то угнаться за зараженной паникой конницей очень трудно. Поэтому чрезвычайно важно было с самого начала возникновения паники взять управление в твердые руки. Управление в конном корпусе и в более благоприятной обстановке было не на высоте.

Прорвавшись между Тигервейде и Рикенау, части конного корпуса вынеслись на высоты северо-западнее Рикенау. Здесь они были обстреляны артиллерийским огнем со стороны Александерволь, а также со стороны 2 бронепоездов и сгруппировались по балкам. Попытки наладить управление успехом не увенчались.

Попытавшись прорваться между бронепоездов, большая часть корпуса Жлобы была расстреляна артиллерийским огнем и, побросав обозы и орудия, хотя и прорвалась, но с крупными потерями.

При этом часть красной конницы смешалась с белыми обозами и, увлекшись жаждой наживы, столпилась у них, образовав настолько однородную и компактную массу, что бронепоезда, боясь поразить своих, прекратили стрельбу. В это время вновь появилась большая эскадрилья аэропланов Русской армии, которая, снизившись, в упор расстреливала и забрасывала бомбами красных мародеров. Части Жлобы потеряли всю оставшуюся материальную часть.

Главные причины неудачи были следующие.

1) Слабое руководство конным корпусом. Несмотря на то, что на Северном Кавказе Жлоба зарекомендовал себя как смелый и опытный кавалерийский начальник, специалист по работе в тылах деникинских войск, в Северной Таврии он оказался не на высоте, полностью выпустив управление из своих рук. Способностей быстро принимать решения и столь же быстро приводить их в исполнение у него не было.

2) Несмотря на то что костяком группы, двигавшейся на Мелитополь, была конница, ее тактическая самостоятельность обеспечена не была – коннице, двигающейся в тыл, был подчинен пехотный боевой участок, а 40-я стрелковая дивизия и группа Упраформа 1-й конной армии участия в бою не принимали.

3) Наличие обоза, сильно стеснявшего движение корпуса.

4) Крайне осторожные действия красной конницы, неумело использующей имеющиеся технические средства – орудия и пулеметы.

5) Возможно, самая важная причина – блестящие действия авиации Русской армии П.Н. Врангеля, действия которой имели не только тактическое, но и оперативное значение.

Так закончился неудачный набег красных на Мелитополь, на который их командование возлагало такие большие надежды. Возможно, правы были советские военные специалисты, отмечавшие, что в случае успеха операции не только врангелевский фронт мог быть ликвидирован на 2—3 месяца раньше, но и противостояние с Польшей имело бы совсем другой результат.

Червонные казаки в боях за Черный остров

Червонные казачьи части и соединения начали формироваться правительством Украинской Народной Республики Советов со столицей в Харькове в противовес войскам Украинской Народной Республики (УНР) со столицей в Киеве. В дальнейшем червонные казачьи части стали одной из наиболее эффективных частей РККА, отлично зарекомендовав себя в Гражданской войне. Формирование воинских частей и подразделений Червонного казачества проводилось одновременно с Красной гвардией.

В январе 1918 г. были сформированы 3-й Червонный полк в г. Кременчуге, 1 -й Пролетарский полк Харьковского паровозостроительного завода, 1-й Рабоче-Крестьянский полк, 1-й Пролетарский пулеметный полк, 1-й Партизанский полк, 1-й Инженерный Рабоче-Крестьянский полк.

20 января (2 февраля) 1918 г. Народный секретариат издал Декрет об организации народной революционно-социалистической армии – Червонного казачества. Декретом были установлены добровольческий принцип комплектования и классовая рабоче-крестьянская основа новой армии. Вслед за Харьковом отряды Червонного казачества были сформированы в населенных пунктах Харьковской и Полтавской губерний, в Полтаве, Киеве. 23 февраля штаб Красного казачества был открыт в Одессе.

Уже с середины декабря 1918 г. 1-й конный полк Червонного казачества в составе Украинского фронта участвовал в боях с Действующей армией УНР.

В июле – августе 1919 г. 1-й конный полк Червонного казачества был развёрнут в 1-ю конную бригаду Червонного казачества, которая в сентябре вошла в состав вновь сформированной конной дивизии (с декабря 1919 г. – 8-я конная дивизия Червонного казачества) под командованием Примакова.

В сентябре 1920 г. была сформирована 17-я кавалерийская дивизия Червонного казачества, а в октябре 1920 г. дивизии были объединены в 1-й конный корпус Червонного казачества Юго-Западного фронта.

В июле 1920 г. 8-я червонная казачья дивизия входила в состав 14-й армии и оперировала в районе городов Хмельника, Литина и Летичева.

Обстановка на фронте армий, действовавших против поляков, к этому времени сложилась так, что левый фланг противника был оттеснен 1-й Конной армией и войсками Западного фронта, а правый резко выдавался вперед и держался, опираясь на укрепленные позиции по р. Иква и Буг.

Попытки частей 14-й армии сбить противника с этих позиций не привели к желаемым результатам, и перед армейским командованием встал вопрос о том, как заставить поляков отступить.

Группа польских войск, действовавших в этом районе, базировалась на железную дорогу Волочиск—Проскуров—Комаровка, причем в г. Черный Остров находилось армейское интендантство, а в г. Проскурове – штаб армии.

Красное командование решило при помощи своей стратегической конницы воздействовать на эти объекты, расстроить тыл неприятельской армии, вселить в нее панику и вынудить к отступлению с укрепленных позиций.

В ночь с 3 на 4 июля 1920 г. 8-я червонная казачья дивизия РККА получает задачу: «ворваться в прорыв расположения поляков, образовавшийся благодаря наступлению 60 стрелковой дивизии и бронесил РККА на участке станция Комаровцы – с. Комаровцы, разрушить тылы противника в районе г. Проскурова и м. Черный Остров и затем ударить в направлении на Староконстантинов в тыл группе поляков, собранной против тов. Буденного».

Технически это выглядело следующим образом: проникнув в тыл противнику, атаковать Проскуров и Черный Остров, разгромить штаб армии и интендантские склады и разрушить станционные сооружения.

Причем прорыв фронта возлагался на пехоту, которая ночной атакой должна была пробить брешь в польском фронте, а уже в прорыв – ввести кавалерию.

8-я червонная казачья дивизия была образцовым кавалерийским соединением РККА – все ее части содержались всегда в полном порядке, не только сотни, но полки и бригады в любое время могли сделать в конном строю все уставные перестроения по команде, знаку или сигналу. Внутренняя сплоченность и дисциплина были поставлены на должную высоту. Покинуть строй, даже в походе в мирных условиях, считалось позором, а увидеть червонца, выехавшего без разрешения из строя на походе в село, чтобы напиться воды, – было невозможно. С чисткой и уборкой лошадей сотни и полки конкурировали между собой.

Будучи только что переброшены на Польский фронт и не зная противника, казаки провели разведку боем. Атаковав поляков и спровоцировав их перейти в контратаку (за проволочные заграждения), червонцы выманили 1,5 тыс. бойцов противника, которые, увлекшись преследованием, отошли от своих позиций на 5 верст, и заняли с. Шпичинцы. Согласованными действиями 2-й и 3-й бригад Червонной дивизии прорвавшиеся поляки были полностью уничтожены. Более того, у поляков на этом участке фронта вспыхнул бунт, в результате которого их командование вынуждено было произвести перегруппировку, воспользовавшись которой, 8-я червонная дивизия ночью перешла на 60 верст к югу в район г. Литина, где красная пехота приготовилась к прорыву польского фронта между железнодорожными станциями Деражня и Комаровка.

Когда пехота расширила на шесть верст горловину прорыва, в нее вошли кавалеристы. План движения был разработан детально, все обозы была оставлены в тылу – в рейд шло минимальное количество повозок, по 2—3 на сотню. Патронов взяли по 250 штук на бойца, а также ограниченное количество снарядов. Весь обоз следовал непосредственно за своими частями. Таким образом, главное свойство кавалерии – подвижность – было сохранено.

Авангард и арьергард дивизии были организованы в соответствии с полевым уставом, а от главных сил вправо и влево на 3—4 версты были высланы сотни, следовавшие на высоте головы колонны главных сил. Таким образом, ширина фронта дивизии равнялась длине походной колонны, общая длина которой достигала 8—10 верст.

На второй день движения после прорыва польского фронта, около 16 часов 5 июля командир дивизии Примаков, имея донесение о том, что г. Проскуров и мест. Черный Остров заняты значительными силами польской пехоты, решил внезапно атаковать и взять оба пункта.

1-я казачья бригада дивизии, усиленная батареей конной артиллерии (2 орудия), получает задачу «сняться с привала в 2 часа 6 июля и через Педосы, Редкодубы атаковать местечко Черный Остров, уничтожить расположенные там польские части и отдел снабжения и расположиться в м. Черный Остров».

В итоге шедшая в авангарде 1-й бригады сотня в с. Педосы атаковала находившуюся там пехоту противника (застава до полуроты), изрубила ее и двинулась в мест. Черный Остров. Поднятая на ноги выстрелами заставы пехота противника встретила полусотню сильным огнем и вынудила ее отойти в с. Педосы.

Командир 1-й червонной казачьей бригады приказал двум сотням 1-го червонного казачьего полка спешиться и в пешем строю в лоб наступать на станцию Черный Остров. Остальные шесть сотен и два орудия конно-полевой батареи двинулись в обход – через Редкодубы на с. Захаровцы.

Для взрыва железнодорожного пути в сторону Волочиска комбриг выслал полусотню к станции Войтовцы. Дивизион 2-й бригады занял с. Войтовцы, взорвал мостик на железнодорожной линии и повел наступление на с. Грушевица.

Спешенный дивизион 1-го полка перебежками продвигался к станции, ведя оживленную перестрелку с противником.

Взвод 2-й батареи открыл огонь по станции. Завязался огневой бой. Все внимание противника было обращено на юг, где на участке от с. Педосы до ст. Грушевицы он видел конных и спешенных казаков.

В разгар огневого боя со стороны Захаровцы открыли огонь орудия 1-й конной батареи.

1 -я бригада ворвалась в мест. Черный Остров с северо-запада, но была встречена сильным огнем. 2-й полк был на галопе спешен и в пешем строю выбил противника из местечка. И когда пехота поляков вышла из местечка в поле, она была атакована дивизионом 1 -го полка в конном строю. Началась рубка.

Прискакал 2-й полк, посаженный на коней. Польская пехота была изрублена, и бригада в конном строю бросилась на станцию. Со стороны с. Педосы на станцию ворвался 2-й дивизион 1-го полка, также посаженный на коней.

Так как польская пехота была изрублена, пленных не было.

В этом бою взаимодействие конной артиллерии и конницы было осуществлено в должной мере и дало отличные результаты. Если в первый момент атаки поляки и были в состоянии оказать некоторое сопротивление 1-й казачьей бригаде, открыть ружейный и пулеметный огонь, то это объясняется тем, что 2 конных орудия не могли в короткий срок оказать подавляющего воздействия на пехоту противника, занимавшую окопы и здания на окраине мест. Черный Остров.

Обращает на себя внимание своевременное усиление дивизиона 1-го полка, действовавшего в пешем строю с юга – взводом конной артиллерии для обстрела станции железной дороги. Усиление огня этого дивизиона, естественно, привлекло внимание поляков на юг, в то время как решительный удар в конном строю произошел в северо-западном направления.

Правильное применение артиллерии и целесообразно поставленные ей задачи в бою под Черным Островом обеспечили взаимодействие конницы и конной артиллерии и, несомненно, способствовали успеху выполнения общей боевой задачи.

Говоря о взаимодействии конницы и конной артиллерии, необходимо подчеркнуть, что осуществление этого важнейшего условия успешного выполнения общей боевой задачи возможно лишь тогда, когда командиры конницы знакомы со свойствами и возможностями артиллерии, и если командный состав конной артиллерии имеет отчетливое представление о применении конницы в бою.

Только смелое выдвижение вперед технических средств конницы и внезапный мощный действительный, по возможности фланговый, огонь может создать обстановку, при которой конница использует присущее ей свойство нанесения всесокрушающего удара в конном строю.

Даже при действиях частью сил в пешем строю, благодаря особенностям боя конницы, действия конной артиллерии носят своеобразный характер. Спешенные части конницы не ведут такого систематического наступления, как пехота. Быстрые перебежки от рубежа к рубежу, кратковременные задержки на последних с целью наибольшего отвлечения внимания противника от действия во фланг и в тыл конных частей – все это обязывает конную артиллерию вести интенсивный сосредоточенный огонь по живой силе противника и обеспечить возможность быстрого и с малой кровью продвижения своей спешенной конницы.

Быстрота занятия позиции, умение в кратчайшее время нанести сокрушительный огневой удар по тактически важной цели, мгновенный перенос сосредоточенного огня на вновь появившиеся цели, мешающие продвижению своей конницы, – вот характерные особенности боевой работы конной артиллерии в тесном взаимодействии со своей кавалерией.

Интерес представляют технические и тактические особенности этого рейда.

Уже в течение первых двух часов движения кавалеристы прошли 20 верст, преодолев зону тактической обороны поляков. Двигаясь со скоростью 5—6 верст в час в направлении с. Шаровка, дивизия в первый день рейда прошла еще 25 верст и расположилась на отдых в 12 часов дня. Удалось захватить два обоза противника с обмундированием и консервами, следовавших на фронт. В день противник потерял около 300 лошадей, 150 человек, такое же число повозок, большое количество обмундирования и съестных припасов.

Все повозки и часть лошадей были отданы крестьянам села, где кавалеристы встали на отдых, необходимое было взято во вьюки. Сельчане были предупреждены о том, что до выхода червонцев из села никто не должен его покидать.

Простояв 14 часов, накормив лошадей и дав им полный отдых, в 2 часа на следующий день дивизия выступила для дальнейшего похода.

Второй переход в 50 верст был сделан со средней скоростью 6 верст в час, и к 12 часам дивизия снова остановилась на отдых в большом селе. Во время движения был захвачен транспорт обмундирования и пищевых продуктов в 80 повозок, с которым поступили так же, как и с добычей предшествующего дня. Попали в руки кавалеристов и 120 пленных.

Так как соединение находилось в тылу поляков уже 34 часа, было необходимо «замести следы». Дивизиону одного из полков 2-й бригады была поставлена задача совершать налет на железнодорожную станцию Ярмолинцы, в 40 верстах южнее цели дивизии, продвинуться к западу, а затем, повернув на север, присоединиться к главным силам. В ходе этой операции дивизион захватил 2 интендантских эшелона по 40 вагонов в каждом и один эшелон с артиллерийским имуществом и 8 легкими орудиями, а также 2 генералов, несколько офицеров и до 300 солдат. Казаки дивизиона пополнили свой арсенал великолепными новыми браунингами с большим запасом патронов.

Станция была разрушена и взорван мост в направлении на Проскуров.

Дивизия остановилась близ мест. Фельштин, решив на следующий день атаковать г. Проскуров одной бригадой, а остальными двумя окружить и взять мест. Черный Остров.

Вновь удалось взять транспорт противника в более чем 200 подвод с разным имуществом и провиантом и уничтожить батальон прикрытия численностью до 400 человек.

За первые 2 первых дня рейда червонные казаки захватили: 300 лошадей, 480 повозок, 120 вагонов, 8 орудий (были испорчены), а также уничтожили 950 неприятельских солдат. Потери дивизии – 2 убитых и 3 раненые лошади и 2 заблудившихся дозорных бойца.

Через 48 часов со времени прорыва в тыл противника, дивизия, пройдя более 100 верст, сосредоточилась для атаки Проскурова и Черного Острова – цели рейда.

Так как в Проскурове находился штаб армии, он охранялся несколькими батальонами пехоты численностью до 1,2 тыс. человек. Такие же силы были и в Черном Острове.

Ночью бригады выдвинулись вперед. Около пяти часов 2-я бригада заняла д. Педосы, и вскоре же после этого почти одновременно раздались два взрыва и звуки артиллерийской стрельбы батареи 1 -й бригады. Была зажжена станция и уничтожен отряд польской пехоты.

К 8 часам утра Черный Остров был захвачен, причем находившийся в нем Петлюра успел бежать на автомобиле на Тарнополь, но его поезд попал в руки красных. Были захвачены 20 эшелонов (около 500 вагонов, груженных всевозможными военными припасами), поляки потеряли до 1 тыс. солдат и много лошадей.

Успех этой части операции превзошел все ожидания.

В то же самое время 3-я бригада подошла к г. Проскурову и, пользуясь темнотой, оцепила выезды из него пулеметными заставами. В середину города был направлен один дивизион с пулеметами, который галопом ворвался в него и, достигнув центральной площади, открыл пулеметный огонь вдоль улиц. В городе началась паника – обозы, повозки, автомобили и люди бросались к выходам из города, но, встреченные пулеметным огнем, стали прятаться по дворам.

Всего в результате боев у Черного Острова и Проскурова противник потерял до 2,5 тыс. человек, 800 груженых вагонов, 18 паровозов. Штаб армии частью был уничтожен, частью разбежался, та же участь постигла и Управление интендантства.

У красных было убито несколько лошадей, ранено 10—12 казаков.

Теперь осталось завершить рейд и вернуться к своим.

Части дивизии, пройдя за четверо суток около 160 верст, решили отдохнуть.