Текст книги "Карачун 2000 (СИ)"

Автор книги: Алексей Малиновский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

– Хеэ-хе-хе! Хеэ-хехе! Хе-э-э-э-э! – проверещала хреновина, подпрыгнув на два метра в воздух.

– Блять, это же Вудди! – ужаснулся я. – Вудди, какого хрена ты тут делаешь?

– Взял квест на сверление множественных отверстий в человекообразных деревянных объектах и сразу сюда портануло, – отрапортовал дятел.

– Ого, ну тогда: фас их, Вудди! – скомандовал я.

– Есть, – дятел приложил варежку к своей тыкве и ринулся в атаку.

Вудпекер запрыгнул на плечи первого голема и немедленно забурился в её макушку. Через пару в голове твари появилось сквозное отверстие диаметров 2–3 см, но на её работоспособности это никак не сказалось. Увернувшись от вражеского копья, Вудди резво проделал дырку в деревянном торсе, но и это не помогло! Голем продолжал драться!

– М-да, че-то не очень эффективно твоё ультимативное орудие, – обидно заржала Ламор.

– Ну… это как посмотреть, за день-другой он их всех в труху издолбит…– ответил я.

– Ты предлагаешь нам тут два стоять? – хмыкнула Клёпа.

– Можем присесть, – ответил я и достал из инвентаря бутылку самогона.

Присев на удачно оказавшуюся поблизости лавочку, мы разлили мутную жижу по стопкам, чокнулись и выпили. К нам подсели гомо-шашечники и предложили бочонок пива в качестве запивона. Отказываться не стали. Я достал из инвентаря еще две бутылки. Мне не жалко, всё равно бесплатно в трактире спёр…

После получаса возлияний, мы настроились на верный боевой лад, спели пару песен и узнали, что Ламор не любит чеснок. Вудди же успел задолбить всего одного манекена.

– Вудди, че так медленно? – выкрикнул я. – У нас бухла с собой мало! А закуси так и вовсе нет!

– Дерево слишком твердое! – отвлекшись от своего дела, ответил Вудпекер. – Ещё и эпоксидкой некоторые места залиты! Клюв вязнет!

– Беда-а, – протянул я. – Ну, значит, придется действовать по старинке – кексами их сожжем!

– Да как-то стрёмно, уже третью главу подряд врагов этой херней побеждаем, – возмутилась Клёпа.

– Ну, а че делать? Урановым ломом в големах ковыряться? Или антимагической вилкой в них тыкать? Короче похуй, – сказал я и активировал призыв кекса.

В моей руке немедленно нарисовалась ядовито-зеленая херовина. Пальцы немедленно начало щипать и херачить током, будто из пъезоэлемента от зажигалки.

– О-па, чё-то новенькое, – удивленно произнес я.

– И че он делает? – заинтересовалась Клёпа.

– Ща проверим! – сказал я и кинул хрень в толпу големов.

Кекс врезался в лобешник первого манекена, и, не причинив тому никаких повреждений отрикошетил в другого. Эффекта не было. Ни там, ни там.

– Может его раскрошить надо было? – предложила Клёпа.

– Думаешь? Ну, попробуем на другом, ща пока откат, – ответил я.

Тем временем кекс докатился до трупа одного из султанских солдат, упал тому на грудь и начал медленно погружаться внутрь. Через пару минут глаза мертвеца открылись и он поднялся на ноги.

[Уникальное умение «Призыв сладких кексиков с изюмом»

Открыт секрет ядовито-зеленого кекса: анимирует любой труп сроком на 4 часа ]

– Некро-кекс! – заржал я.

– А че будет, если им живого накормить? – заинтересовалась пытливая Клёпа.

– Мозги-и-и! – протянул кексовый зомби и вместо того, чтобы драться с големами, направился в нашу сторону.

– Ну ёбаная катя! – обиделась Ламор. – Нас-то за что?

– Так у големов мозгов нет! – догадался я.

– Мозг-и-и! – продолжил мычать зомбарь.

– У нас тоже мозгов нет! Иди нахуй! – выкрикнула брезгливая Ламор.

Зомби её слушать не стал и продолжил своё неторопливое шествие. Через пару минут он подошел к нашей лавке, получил промеж глаз двуручным мечом и, разделившись на две половинки, мирно осыпался на землю.

– Теперь меч в химчистку сдавать! – хныкнула Ламор.

– Чет говно какое-то, толку от таких зомбарей? Тормозной и резистов никаких…– сказал я.

– Пробуй другой, сейчас наверняка красный будет! – подсказала Клёпа.

– Ок, – согласился я и призвал новый кекс.

Этот опять оказался зелёным. Но не ядовито, а каким-то другим. Хер его знает каким, в редакторе АТ всего 2 зеленых цвета. Выбор не велик.

– Раскрошить говоришь? Ну давай поэкспериментируем… – сказал я и разломав изюмосодержащее дерьмо в кашу, принялся разбрасывать его по полю боя, метя во вражеские объекты.

Поначалу ничего не произошло, и чуть позже ничего, а вот через пять минут попёрло. В сгущающихся сумерках, я даже не сразу понял, что к чему, а когда понял – тут же отхлебнул из бутылки с самогоном и принялся танцевать джагу-джагу.

Големы зацвели. Сначала в местах попадания крошек, а потом и по всей поверхности деревянных тел стали появляться ростки и цветы. Недоуменно замерев, твари принялись срывать с себя мерзкую растительность, но все было тщетно! Зелень росла очень быстро, а вскоре начала укореняться. Из-под плиссированных юбок появились сначала робкие белесые, а через несколько минут уже мощные коричневые и волосатые корни. Корни принялись зарываться в землю, чем ещё больше ускорили процесс превращения големов в…уже не ходячие клумбы.

– Вот, это уже больше на имбу похоже! – Ламор похвалила хлебобулочную магию.

– А то! – самодовольно хмыкнул я. – Знай наших!

* * *

Со стороны складов радостно заголосили султанские солдаты.

– Ур-ра! Победа! Слава магам! Слава [Роскомнадзор]!

– Долбоёбы! – прокомментировал я.

– Открывайте ворота, у нас тут важное дело! – выкрикнула Клёпа.

Солдафоны не ожидавшие подвоха тут же засуетились, спустились со второго этажа и радостно распахнули перед нами двери.

– Долбоёбы, – прокомментировал я, заходя внутрь.

– Нам нужно около семисот бердышей и прочей снаряги до комплекта, – Клёпа объяснила военам цель нашего визита.

– Это к завхозу, он на −1 этаже сидит, там же дальше и бердыши хранятся, – пояснил один из солдат и вызвался нас проводить.

– Они приняли нас за своих, походу обойдётся без драки! – шепнула мне на ухо Клёпа.

– Я и говорю: долбоёбы! – укусив кошку за ухо, ответил я.

Завхоз восседал за мощным секретарским столом и был вдрызг пьян. за его спиной помещение было перегорожено решётками, за которыми виднелись стройный ряды вожделенных бердышей. Просто пиздец, какой херней заниматься приходится…

Уже с расстояния двадцати метров до нас долетал густой запах вино-водочного перегара. Совсем мужик с головой не дружит! Мешает всё подряд…

Не успели мы приблизиться к столу, как завхоз удивил нас второй раз: он запел. Да не просто запел, а ЗАПЕЛ!

Я завхоз!

Недоношенный ребёнок войны,

Я завхоз!

Мама отрегень мою печень!

Я завхоз!

Сумасшедшей страны,

Я герой!

Скажите мне, какого блять хуя…

Я не растерялся и завыл в ответ(херли, текст-то знакомый):

О-о-о-о-о-о-о

У-е

У-е-е

О-о-о-о-о-о-о

Белая вата, красная вата,

Ни за что ни про что,

Отъебали в сраку солдата!

Завхоз немедленно очнулся и поднял на меня свои красные шары:

– Там не так по тексту было! – хрипло пробормотал он.

– Да ну? У тебя с памятью на старости лет плохо стало, – возразил я.

– Там чё-то про порванный рот и гранату, – задумчиво выдал он, наливая в стакан какое-то странное красно-мутное бухло.

– Если в рот сунуть гранату, он будет не порванный. Он физически существовать перестанет! – сказал я.

– Логично, – кивнул завхоз и достав из-под стола второй стакан, принялся наполнять его всё той же подозрительной жижей.

Я понятливо присел за стол. Мы чокнулись стаканАми и выпили залпом. Бухло оказалось креплёным вином. Терпеть не могу такое дерьмище, от него голова на утро трещит, точно развороченный улей. Но что поделать? Искусство дипломатии требует жертв!

– Чё надо-то? – одобрительно изучив пустоту моего стакана, выдал завхоз.

– В партию пойдешь? – на удачу спросил я.

– Какую? – опустив голову на кулак, спросил он.

– Коммунистическую! Красную, как та вата! – подняв руку вверх, воскликнул я.

– Так ведь за красную вату, солдата отъебали в сраку,– резонно возразил завхоз.

– Это потому что он беспартийный был, своих коммунисты не ебут. Ну если только по обоюдному согласию, – я кивнул в сторону не пригодившихся в сегодняшних боевых действиях шашечников.

– Да? – задумчиво почесав в затылке, выдал завхоз. – А бабы там есть?

– Да море, только сегодня штук сто приняли, – почти не соврал я.

Бабы были все страшные, точно ядерная война, впрочем ему-то какая разница?

– Ну, тогда вступлю, – пьяно икнул он.

Довольная Ламор резво подсунула ему документы на подпись и протянула заветную красную книжицу. На одного коммуниста в Нур-Слутании стало больше…

* * *

Ближе к утру, по уши загруженные снарягой, мы выбрались из складов. Перед нами предстало весьма странное зрелище: на месте павших големов, колосилось целое лопуховое поле. Причем под некоторыми уже было насрано, а листья несчастного растения бессовестно изгажены.

– Клёпа! – возмутился я.

– Что? Это не я! – возразила она.

– Да я знаю, что не ты! Но явно прослеживается твоё дурное влияние! – хмыкнул я.

Клёпа пожала плечами и, радостно бренча связкой бердышей, запрыгала вперёд по лунной дорожке, ведущей к нашему трактиру.

Глава −0.85 Скучные диалоги или все тайное становится явным

Рано или поздно, так или иначе, но всё всплывает на поверхность…

Семенуил Стетхем

В трактире и его окрестностях было шумно и весело. На заднем дворе кто-то блевал в три горла, на переднем насиловали свинью(по обоюдному согласию, заверенному в нотариальной конторе), в сортире играли в шашки, в самой же таверне, как обычно, шла пьянка. Лютая и беспощадная. Дело в том, что уже на следующей день мы собирались ворваться в султанский дворец и перевернуть страницу истории.

Расположившись за небольшим приватным столиком, мы с Клёпой обедали светлым нефильтрованным и мясной нарезкой. Ламор шаталась по городу, изучая обстановку в обществе и закупаясь новым нижним бельем, Качан, сидя на очке, читал лекцию своим последователям, остальные воро-коммунистические кадры занимались обучением новых сопартийцев в подвале и на заднем дворе.

– Вот, свежий экземпляр, – сказал запыхавшийся гонец и вывалил на стол стопку газет «Нур-Султанский Вестник».

– Ого, теперь к нам вообще полгорода прибежит! – похвалил я обложку, на которой красовались Ламор и Клёпа, одетые в шмот, снятый с позавчерашних големш. Короткие юбочки, порванные чулки и топики с гербом в виде серпа и молота. (Рожу Нукильды по понятным причинам замазали) Изображая танец на шестах, девчонки держали промеж ног трофейные бердыши и зазывно улыбались.

– Одно не пойму: где вы фотографа-то нашли?

– Да это не фотограф, – пустилась в объяснения кошка. – Там мужик такой, на Маркса похожий, прыщавый и бородой по глаза заросший. У него класс художник, со специализацией на гиперреализм. Он берет кисточку, направляет на объект, который хочет зарисовать и юзает скилл «штамп». После начинает малякать по холсту и получается точь в точь, как наяву.

– А…понял, это типа фотошоп в виде дополненной реальности. Хитро придумано! – кивнул я, и повернулся ко входу в трактир – там происходило что-то необычное.

Стража из новообращенных коммунистов отказывалась впускать какого-то недовольного мужика. Тот громко матерился, обещал разворотить им лицевые кружки и разнести весь этот вшивый трактир по брёвнышку. Вопрос решила Ламор, вернувшаяся с утреннего променада.

– Это с нами, – сказала она и уверенным пинком пропихнула в обеденный зал синего дятла.

Сама же зашла за барную стойку и, шурша пакетами с обновками, спустилась вниз в воровское убежище.

– Вуди? А ты че обратно не портанулся? Ну, туда откуда ты вылез? – крикнул я, подзывая попаданта.

Честно говоря, до этого момента я думал, что все существа, призванные Шеогоратовским револьвером после боя просто растворяются в пространстве. Откуда они берутся до боя, я вообще не думал…Лучше мозг поберечь, он итак не особо здоров…

– Так ваши манекены разложились на плесень и это… лопухи. А мне не меньше 20 штук нужно было раздолбить! Вот я квест и не смог сдать! Что теперь делать – не пойму, – сказал дятел и печально опустился на стул рядом со мной.

– Что-то? Пить конечно! – Я протянул призванному герою кружку с пивом.

Тот послушно опустил в неё клюв и принял лакать жижу со скоростью пылесоса «буран».

– Это конечно выход, но у меня ведь там жена осталась! Как раз обещали к её матери на выходные приехать, помочь картошку на огороде прополоть, огурцы навозом удобрить, грядки полить, да новую яму погостную выкопать… – заныл дятел.

– У-у-у, приятель, ты кажется ещё не осознал своего счастья! – хмыкнул я. – Давай перекантуешься у нас пару дней, а потом придумаем, как тебя обратно телепортировать!

– Да чё там думать! Этих ОБЧГ по городу сотни и тыщи! – начало было Клёпа, но я вовремя закрыл ей рот.

Вуди же нехило окосел уже с первой кружки(ещё бы, я туда флакон давешнего трояра влил) и на её речь не обратил никакого внимания. Так и сидел загипнотизированный остатками адовой жижи на дне кружки.

– Тссс, пусть парень расслабится, отдохнет. Видно же, что жизнь у него сахар! – зашептал я.

– Да пожалуйста, но тебя не смущает, что он голубой? – зашептала в ответ кошка.

– Чё это он голубой? Светло-синий он! Сейчас еще пару кружек засосет и совсем идеальной расцветки станет! – возмутился я.

– Да? Ну ладно тогда, – согласилась Клёпа и принялась обгладывать кусок свежей говяжьей вырезки. Который еще полчаса назад был свежим живым скотом, выкраденным из султанских конюшен.

Усмехнувшись, я перелистнул страницу «Вестника» и принялся читать новости:

Помощь пришла, но есть нюансы…

Со стороны западных границ на территорию Нур-Султании вошли войска союзного Неста. Однако произошло непредвиденное: против них выступили неизвестные чернорожие маги. Они носят темные очки, либо простые глазные повязки с прорезями, а их женщины поражают людей объемами своих бюстов и невероятно развратным внешним видом. Видимо злобная сучка Нукильда нашла новых союзников! Кто бы это мог быть? Откуда они взялись? Мы не имеем ни малейшего понятия!

upd. Каждый час приходят слухи, что пленные солдаты союзной армии подвергаются массовым бесчеловечным изнасилованиям!

Бурато.

В город вернулся беглый голем-титан Буррато. По всей видимости он прошёл модификацию и стал еще сильнее. Судя по слухам: его заводские тряпичные трусы были заменены на бронированные металлические. Он зол и беспощаден. Постоянно требует выдать ему какого-то карачуна. Что это такое вообще? Кто-нибудь знает? Напишите в редакцию, в качестве вознаграждения обещаем выслать к вам предоплаченную спидозную шлюху.

Пищевой кризис.

В следствие того, что какие-то конченые, опущенные собаками, мрази, пидоры и гондоны сожгли склады ГСМ, в городе наблюдается недостаток муки и говна. А следственно и всех хлебобулочных продуктов. В качестве замены хлеба и макарошек советуем использовать мясные и рыбные деликатесы, а также торты от фрау Марты. Торты торговой марки Фрау Марта – пальчики отлижешь! ( прим. ред. – несмотря на то, что это реклама, я бы крайне не рекомендовал это есть. Учитывая, что муки в городе нет, из чего делают торты – остаётся загадкой.)

– Так, – откладывая в сторону надкушенный бутерброд, сказал я. – Я чё-то не понял, вы че хлеб из муки пополам с говном печёте?

Честно говоря, такой подставы от этого мира я никак не ожидал, и надеялся, что мои домыслы ошибочны. Иначе…от такого зашквара я уже никогда не отмоюсь…

– С чего-ты взял? – удивился трактирщик.

– В газете написано, что дефицит говна, поэтому на полках магазинов нет хлеба! – возмущенно выкрикнул я.

– А, да не, – говно используется для растопки хлебных печей. – Оно даёт жар нужный температуры. Не нужно возиться с углём, дровами и мазутом. Закинул в топку несколько слитков коричневого золота и его хватает на выпечку всей партии хлеба! – восторженно сверкая глазами, заявил трактирщик.

– Бред какой-то, – я облегченно покачал головой, взял в руку бутерброд и тщательно его обнюхал. – А почему не пахнет?

– Так это особое говно, выдержанное и прошедшее длительную ферментацию! Его дым не пахнет, да если бы и пах, он же через трубу отводится, – пояснил трактирщик.

– Мне кажется, он врёт, – зашептала Клёпа. – Что-то здесь не чисто.

– И что делать? Предлагаешь выбить из него показания? – спросил я.

– Можно вспороть ему пузо и погадать на внутренностях! Я знаю один хитрый ритуал… – азартно сверкая клыками, выдала кошка.

– Так это вроде свои. Ну…пока что. К тому же они Гаррету поклоняются, тоже кошко…мужик ведь! Не жалко своих? – нахмурился я.

– Своих… – Клёпа изобразила работу глубокой мысли. – Я вот всё думаю об этом Гаррете. У нас ведь не было кошко-мужиков. Мы – продукт генной инженерии. На наших заводах производили только женские кошко-гибриды, мужики с хвостами и ушами никому не нужны! – раскрыла страшную тайну Клёпа.

– Согласен, мужики с хвостами и ушами – это пидорство какое-то. Особенно если этот хвост не естественное продолжение тела, а…сторонний аксессуар, – сказал я.

– Я думаю – он сменил пол! А волоса от инъекций тестостерона наросли, – осмотревшись по сторонам, зашептала Клёпа.

– Какой ужас, выходит у него и член не настоящий⁈ – спросил я.

– Да что там член! Возможно у него и хвоста нет! – сделав огромные глаза, прошептала Клёпа.

В этот момент Вуди поднял голову от кружки и заплетающимся языком начал рассказывать историю:

– Жил у нас один такой транс по соседству. Решил операцию по смене пола сделать: ему, короче, со спины срезали лоскут кожи с волосами и сшили из него мешок продолговатый. Эдакий фаллоимитатор. Насовали внутрь толи мяса, то ли жира, я чесна гря не в курсах. Ну и короч приделали этот мешок ему промеж ног. Вот.

– Бр-р-р. На ка выпей ещё, а то кошмары ночью снится будут, – я налил из кувшина ещё одну кружку пива, разбавил её самогоном и протянул Вуди. Тот благоадарно кивнул и принялся всасывать угощение.

– А дальше, что с этим мутантом было? – заинтересовалась Клёпа.

– Дальше – хуже, – хлебнув ерша, продолжил дятел. – Хирурги что-то напортачили и вместо мочевого канала, вывели в этот «имитатор» выход прямой кишки.

– Ё-о-обаная катя! – произнесли мы в один голос с Клёпой.

Проходивший мимо нашего столика ново-коммунист подавился рвотой и спешно убежал в сортир.

– Вот, – дятел сделал несколько мощных глотков и продолжил. – Так как дырочка внизу имитатора была слишком маленькой и не подходила для удаления каловых масс – всё это начало скапливаться внутри «мешка» и гнить. Гнить, вонять и источать совершенно преотвратные миазмы. Когда он шёл по улице – тошнить начинало всех…Даже самых конченых и стрёмных бомжей…

Клёпа закрыла глаза, я разлил остатки самогона по нашим пивным кружкам. Мы чокнулись и выпили залпом.

– Кожа на этой хреновине оказалась на удивление прочной и эластичной. «Мешок» начал раздуваться и расти, пока не достиг полутора метров в диаметре. – продолжил Вуди.

– Пресвятая сотона! – Клёпа залпом осушила кружку и принялась креститься перевернутой пентаграммой.

– В общем нажаловались мы в полицию и этого извращенца отловили. Но когда везли в обезьянник – у него отошли воды. Поначалу, конечно, подумали, что он просто обоссался, но менты попробовали жидкость на вкус и оказалось, что это не моча…

– Почему нет тегов [ои] [/ои]? – поинтересовался проходивший мимо Птерович.

На его усатой роже читалось явное недовольство. Но я его не осуждаю, услышал бы такую историю в реале – точно бы набил морду рассказчику!

– Да потому что вся эта глава – сплошная [ОИ]! – ответил я.

Птерович неодобрительно покачал головой и громко матерясь выбежал из трактира. Нервный какой!

– Так вот, – продолжил дятел. – Повезли его в роддом, там сделали кесарево и на свет родился чудный мальчонка. Дефективный правда слегка, с еблом квадратным, наколками по всему телу и без хвоста. Сейчас стал популярным рэпером. – закончил рассказ Вуди и, закатив глаза, воткнулся клювом в столешницу.

– Странно, что депутатом не стал, – удивилась Клёпа.

– Успеет еще, опыта пока не набрался, – сказал я.

Пока мы переваривали рассказанную историю, трактирщик принес еще два кувшина пива, несколько бургеров и ведро деревенской картошки. Немного перекусив и наполнив головы свежим алкоголем, мы вернулись к забытой беседе.

– Слушай, ну, а как этот Гаррет богом-то стал? – меня вдруг осенило. – Может это чудо просто из другого фандома? С чего ты решила, что он из твоего мира?

– Ты прав, но всё это можно легко проверить! – сказала Клёпа и в один прыжок сорвала со стенки икону с Гарретом. – Ага! Так я и думала!

– Вот, видишь это темное пятнышко на его шее в виде октагонического гексапетрона? – сказала Клёпа, ткнув пальчиком в хитрую усатую рожу.

– Ээ, – протянул я. – Больше похоже на оливье, выблеванный на лестничную клетку десятиклассником, впервые попробовавшим водяру.

– Ну да, это оно и есть, – подтвердила Клёпа.

– Тогда вижу, – кивнул я.

– Вот, это клеймо 17го генно-евгенического завода им. фельдмаршала Паялиуса, – восторженно воскликнула кошка.

– Ну, допустим, этот воровской бог на самом деле баба с искусственным членом. Нам-то что с этого? – спросил я.

– А то, что божественная сила оказывает влияние на мозги своих адептов! Возможно вся эта хрень с коммунистической партией – его извращенских лап дело! – заявила Клёпа.

– Ага, а так как он ненастоящий мужик, то и коммунизм у них ненастоящий, а извращенский! Вполне возможно, что это и не коммунизм вовсе, а скрытая форма социал-либерализма! – ошарашенно прошептал я.

– О боже, мне страшно за будущее этой страны, – Клёпа спрятала лицо в ладонях.

– Да и хер с ними, нам ж тут не жить. Откроем печать, да поедем дальше. Ламор только жалко, хорошая девочка. Просто попала в дурную компанию… – сказал я.

– Мы ж ей обещали, что вместе трахнем Нукильду! – всплакнула Клёпа.

– Да, надо будет что-то придумать. Может на неё калибровка подействует? – я почесал в затылке. – Но придётся подождать, пока мы не разгромим этот дворец и не найдем печать.

Клёпа пожала плечами и осушила очередную кружку:

– Главное, что мы раскрыли их секрет! Теперь нужо быть настороже и держать всё в тайне!

– Да уж, вот кто бы мог подумать, что страшную тайну гильдии воров можно раскрыть, проведя логическую линию от говна, которым топят хлебопечки! Куда там Холмсу и Пуаро! – восхищенно произнес я.

Клёпа довольно зарделась и радостно замахала хвостом.

Пока мы поглощали пиво и пытались осмыслить последствия раскрытия воровской тайны, из подвального помещения поднялась Ламор и подсела за наш столик:

– Уфф, что в городе творится! Сущий беспредел! Скоро ж дефолт, гиперинфляция и всё прочее говно начнется. В магазинах и бутиках народу – тьма! Закупаются на последние деньги, всё сметают с полок! Нормальной одежды и обуви скоро не будет ведь. Будем все в мешковине и лаптях ходить, да хуй сосать. – выпалила зеленодевка.

– Ты и так его каждый день сосёшь! – я перебил Ламор.

– Ну-у-у, это другое! Я его добровольно и для удовольствия сосу, а будет-то наоборот… – зеленодевка покрылась милым пятнистым румянцем.

– В общем, решила и я обновками закупиться. Нижним бельём там и прочим…

– Ты ж говорила, что трусы только для того и нужны, чтобы их снимать! Появилась прекрасная возможность полностью от них отказаться! – возмутился я.

– Так-то верно, но холодно же! Задувает снизу, да насекомые лезут… – смутилась Ламор.

– Ладно, об этом лучше не рассказывай, – отмахнулся я.

– Ок, расскажу о платье. Короче, заприметила я одно платье в бутике каракалпакстанского трикотажа. Чёрное, маленькое, узенькое, на меня только в обтяжку и налезет! Только хотела его взять примерить, как у меня из рук его какая-то баба вырывает! Да чего там баба! Бабища! Жирная, как та вахтерша из газеты! Ну, чуток только постройнее и подбородков не 7, а всего 4. Я ей культурно говорю: куда ты проблядь убогая, шакалами да свиньями финно-угорскими сношённая, лезешь? Я мать твою и отца и сына и святого духа в очко долбила! Тебе это платье даже на руку не налезет!

– А она мне знаете что?

– Что? – ошарашенно спросил я. Ещё бы! Такой объем информации за десять секунд вывалила!

– А она мне: ты паскуда зелёная, да хлоропластовая, травоядными гусями, да утками жеванная! Я, говорит, всю жизнь свиней твоим родственниками кормила! Я этим платьем говно сортире подтирать буду, что мимо дырки пролилось. А оно всё врёмя проливается, потому что задница моя такая жирная, что весь обзор заслоняет и я не вижу, куда падают продукты моей жизнедеятельности. И заплакала! Представляете себе⁈

– Ну, а дальше что? Пожалела? Отдала ей платье? – спросил я, поправляя нервы очередной дозой пива.

– Да щас! – злобно рассмеялась Ламор. – Прописала ей двоечку между третьим и четвертыми подбородками – она и вырубилась!

– Ты тоже так феерично по магазинам ходишь? – спросил я, пихнув Клёпу локтём в бок.

– Не, я с ножом хожу! Кто чё вякнет – сразу в печень! – невинно улыбнулась кошкодевка.

Нежно погладив кошку по голове, такую лучше не сердить! Я снова повернуля к Ламор:

– Так где платье? Давай надевай и выходи хвастаться!

Зеленодевка снова убежала вниз, а я решил посетить местный сортир и заодно узнать, куда пропал Вуди, пятнадцать минут назад ушедший справлять малую нужду.

Едва я открыл дверь в туалет, как моему взору предстало совершенно чудовищное зрелище. Посреди засрато-дырчатой пасторали, в коленно-локтевой позе стоял пленный ОБЧГ, а сзади его беспощадно наказывал синий дятел. Качан и команда его учеников тоже были здесь: жались к стенкам и закрывали глаза руками.

– Вуди, Вуди… что ж ты делаешь? Я понимаю – у тебя квест! Но ведь их не так долбить нужно! А…клювом! – я укорил разошедшегося дятла.

– Чё это? – заплетающимся языком пробормотал Вуди. – Счетчик квеста увеличился! Всё работает! – О-оп! И ещё раз увеличился! О-оп! Хеэ-хе-хе! Хеэ-хехе! Хе-э-э-э-э!

– Хм, ну…тогда не буду отвлекать, – почесав в затылке, сказал я и закрыл дверь сортира.

Век живи – век учись! Баги где угодно найти можно! А я пожалуй на заднем дворе помочусь…