Текст книги "Загадка замка Эппл-Гроув (СИ)"
Автор книги: Александра Шервинская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Вопреки моим ожиданиям на лестнице, которая, никуда не заворачивая, спокойно вела вниз, не было ни паутины, ни, хвала всем богам, самих пауков. Зато были сухие и даже относительно чистые широкие ступени, даже что-то вроде перил, чтобы было удобнее, и магические светильники через каждый десяток шагов.
Прохладный воздух, поднимавшийся снизу, был чистым и не нёс с собой никаких неприятных запахов. Немного успокоившись, я стала рассматривать стены, в которых кто-то выдолбил глубокие и высокие, примерно в рост человека, ниши. Какие-то из них были заложены кирпичом, какие-то камнем, а какие-то стояли пустыми. Рядом с некоторыми заложенным нишами были полустёртые временем таблички, и я совсем уж было собралась остановиться и прочитать, что написано на одной из них, но Фаруз вежливо подтолкнул меня в спину. Он, конечно, был абсолютно прав: задерживаться нам ни к чему, нужно побыстрее отыскать камень и вернуться наверх.
Внезапно я поняла, что лестница, которая ещё минуту назад казалась мне достаточно спокойной, даже в чём-то уютной, на самом деле очень странная. Ну не может такая длинная лестница вести в подвал: никто никогда не делал их так глубоко. Между тем мы продолжали спускаться и прошли, как мне стало казаться, не то что уровень подвала, а уже давно спустились ниже самых глубоких темниц или что там обычно прячут поглубже?
Не успела я подумать и решиться задать свой вопрос вслух, как все светильники разом погасли, словно задутые великаном. Я вскрикнула и попыталась уцепиться за идущего впереди в нескольких шагах Берта, но мои руки ухватили только воздух. Обернувшись, я сделала несколько осторожных шагов назад, но вместо того, чтобы наткнуться на идущего следом за мной Фаруза, уткнулась в стену.
Жалобно пискнув, я невероятным усилием воли удержала себя от порыва опрометью броситься бежать куда глаза глядят. А так как в данном конкретном случае глядеть они могут только в кромешную темноту, то куда бы я прибежала – большой вопрос. Скорее всего – до ближайшей ямы или ловушки, в существовании которых я теперь как-то даже не сомневалась. Не просто же так свет погас.
Поэтому заставила себя сесть на пол и глубоко вздохнуть несколько раз: надо признать, с каждым глубоким, до боли в груди, вздохом сердце билось всё ровнее, переходя с бешеного стука на нормальный, хоть и не такой, как у спокойного человека. Но оно и объяснимо: в темноте, одна, неизвестно где…
– Самое разумное в такой ситуации – тихо сидеть на месте, – уверенно сказала я темноте, старательно делая вид, что мне ну вот совершенно не страшно, – тогда кто-нибудь обязательно придёт и спасёт.
Темнота предсказуемо промолчала, лишь за внезапно появившейся несколько минут назад стеной раздался неприятный скрежет.
– А мышей я совершенно не боюсь, – продолжила я делиться с темнотой ценной информацией, – они серые и… – тут скрежет стал громче, – и пушистые… Милые такие… Я их всегда из мышеловок отпускала, кстати…
Скрежет раздался с другой стороны, но как-то так высоко, что я подумала: или здешние мыши умеют лазить по стенам, либо – чего не хотелось бы – они такого размера, что могут дотянутся практически до потолка. Потом раздался звук, словно по каменному полу тащили волоком что-то очень тяжёлое и тоже каменное.
– Может быть, вам помочь? – вежливо поинтересовалась я у темноты. – Давайте я вам помогу, а вы меня выведете к свету?
– Кто ты? – вдруг прошелестело где-то вверху. Голос говорившего был сухим и ломким, как чудом уцелевшая в камине бумага: чуть тронь – и рассыплется в прах.
– Я Кэтрин, – даже не подумала отказываться от знакомства я: мало ли, вдруг мы как-то сможем договориться?
– Просто Кэтрин? – голос звучал уже совершенно с другой стороны, и я могла лишь предполагать, тот же это, кто задал первый вопрос, или их тут несколько.
– Леди Кэтрин, графиня Мабридж, – я пыталась рассмотреть хоть что-то в окружающей меня темноте, но безрезультатно, – а кто вы?
– Это неважно, – едва ощутимым дуновением пронеслось надо мной, – ты принцесса?
Да что им всем это далось: то Пчиххельс, то этот… невидимый. Можно подумать, для меня есть принципиальная разница, как умереть, ежели что – принцессой или нет. Хотя… может быть, принцессой даже обиднее.
– Мне сказали, – аккуратно ответила я, стараясь не наговорить лишнего, того, что может мне повредить, – что я по крови принцесса…
Сказала и тут же мысленно сама себя стукнула: ну вот не то сейчас место и время, чтобы про кровь говорить.
– Это хорошо, – выдохнули совсем рядом, – нам нужна принцесса…
– Рискну спросить – зачем? – насторожилась я, не надеясь услышать от невидимого собеседника ничего вдохновляющего.
– Идём… – вместо ответа прошелестел мой собеседник, – идём, принцесса Кэтрин…
Не успела я спросить, куда именно он меня зовёт, как передо мной открылся длинный узкий коридор, которого точно раньше не было, а при тусклом свете зеленоватых светильников я успела увидеть, что рядом нет никого из моих спутников. Впрочем, об этом можно было догадаться и раньше, но...надежда исчезает последней, как говорят в народе…
Я замешкалась, не решаясь ступить в странный, невесть откуда взявшийся коридор, но стены с натужным скрипом сдвинулись и перегородили все пути кроме одного: прямо по узкому проходу, освещённому мерцающим зеленоватым светом.
Глубоко вздохнув и незаметно вытерев вспотевшие ладони о брюки, я медленно пошла по коридору, отмечая, что здесь всё другое. Стены не сложены из камней, а словно выплавлены в сплошной каменной породе. Свет льётся из узких щелей под самым потолком, и складывается впечатление, что вокруг за стенами всюду – клубящаяся зелёная мгла, в которой сделан проход. Под ногами ничего не валяется, пыли тоже нет: я даже не удержалась и провела пальцем по стене. Она оказалась тёплой и мягкой: значит, это не камень?
Я, прекрасно помня, что в незнакомом месте лучше руками ничего не трогать, не удержалась, приложила ладонь к странной стене и тут же испуганно отдёрнула: рука словно погрузилась в мягкую, тёплую и какую-то влажную стену. У меня создалось впечатление, что она пробовала меня на вкус. Я словно выдернула руку из пасти какого-то невиданного зверя.
Я остановилась и, тихо повизгивая от страха и отвращения, вытащила из кармана носовой платок и стала лихорадочно оттирать руку. Мне казалось, что на коже остались какие-то частички этого отвратительного… даже не знаю, чего…
– Не медли… – прошелестело надо мной, но я, сколько ни вглядывалась в потолок, ничего не увидела, – принцесса…
– А вы долго ждали меня? В смысле – принцессу? – продолжая тереть руки, спросила я дрожащим голосом.
– Долго… – горестным многоголосым вздохом пронеслось по коридору.
– Тогда пять минут для вас не принципиальны, – я брезгливо отбросила платок и чуть не заплакала, увидев, как он преспокойно впитался в пол, не оставив после себя ни малейшего следа. Поняв, что точно так же этот чудесный пол может впитать в себя одну несговорчивую и болтливую принцессу, я кивнула непонятно кому и зашагала дальше.
– Долго идти? – не выдержав тишины, спросила я буквально через минуту. – Я просто интересуюсь…
– Мы уже пришли, принцесса, – прошелестело возле моей щеки, и её словно овеяло холодком. Но не тем приятным прохладным ветерком, который так хорош в тёплый летний день, а промозглым сырым холодом старого погреба….или склепа….
Казавшийся бесконечным коридор закончился, практически выплюнув меня в достаточно широкую и, как ни странно, светлую пещеру. И пусть свет по-прежнему был мало похож на привычный, но его во всяком случае было много, что после полной темноты и еле освещённого коридора показалось мне просто замечательным.
Правда, оптимизм мой слегка пошатнулся, когда я осмотрелась: вся пещера была заставлена сундуками со всевозможным добром. Расшитые жемчугом и золотыми нитями платья, плащи и накидки были небрежно свалены в кучи прямо на полу, драгоценные меха северных хищников пушистыми водопадами выплёскивались из старинных сундуков. В открытых шкатулках тускло сверкали старые тяжёлые золотые браслеты и литые шейные гривны, изящные сотуары и украшенные множеством драгоценных камней пластроны, длинные серьги и всевозможные кольца.
Я с тоской смотрела на всё это изобилие и понимала: не отпустят… Кем бы ни были те, кто привёл меня сюда, не для того они показали мне всё это запредельное богатство, чтобы, выслушав восторженные возгласы, отпустить на свободу.
Так как от невидимого сопровождающего не поступало никаких указаний, я медленно пошла вдоль стен, на всякий случай осторожно потыкав в одну из них пальцем и с невероятным облегчением убедившись, что это самый обычный камень. Рассматривала драгоценности, предусмотрительно не прикасаясь к ним: мало ли, какие на них заклятья или того хуже – проклятья. Удержалась, хотя и с трудом, от желания зарыться пальцами в белоснежный мех полярной лисы. Мимо шкатулок с редчайшими розовыми жемчужинами прошла, сцепив пальцы за спиной, чтобы и соблазна не было взять одну и почувствовать под пальцами тяжёлую глянцевую гладкость. Возле стола, на котором хаотично были составлены старинные кубки, инкрустированные изумрудами и сапфирами, я задержалась, так как невольно задумалась: а каково это – пить вино из посуды стоимостью в небольшой замок? Потом прикинула, что пара таких кубков – и Эппл-Гроув восстановлен.
От неспешных финансовых размышлений меня отвлекло деликатное покашливание, раздавшееся за спиной. Я не подпрыгнула от испуга по одной простой причине: я всё время ждала, когда уже наконец-то появятся хозяева всего этого нереального богатства и объяснят, для чего им понадобилась принцесса. Причём, судя по всему, совершенно безразлично – какая именно.
Обернувшись, я замерла, на мгновение забыв, как нужно дышать: я была готова ко многому, но столпившиеся в дальней части пещеры посетители производили неизгладимое впечатление. Горностаевые мантии ниспадали величественными складками, платья дам потрясали воображение причудливыми вышивками и роскошным кружевом, оружие мужчин изумляло обилием драгоценных камней…
И всё это было бы просто восхитительно, если бы все они – ну вот то есть абсолютно все! – не были скелетами. Хорошими такими, с чистыми белыми костями и слегка желтоватыми черепами, словно отполированными беспощадным временем.
Нарядные скелеты в количестве примерно двадцати штук – ну а как их ещё считать? – молча смотрели на меня, а я так же безмолвно таращилась на них, замечая, что в глазницах почему-то загораются огоньки разных цветов: багровые, синие, зеленоватые. Интересно, почему так происходит? Но поинтересоваться я не успела, так как вперёд шагнула дама в громоздком парике, какие были в моде лет пятьсот назад.
Она присела в глубоком придворном реверансе, и я ответила тем же, мысленно поблагодарив воспитательниц в пансионе, которые таки умудрились вбить нам в головы эти, с нашей точки зрения, совершенно лишние премудрости.
– Ваше высочество, – произнесла она хорошо поставленным контральто, хотя по моим представлениям вообще не должна была уметь говорить: ведь у скелета нет ни лёгких, ни языка, ничего из того, что необходимо для создания хоть каких-то звуков. Однако даму это, судя по всему, абсолютно не смущало, – соблаговолите пройти со мной в ваши покои.
У меня здесь есть покои?! Прелесть какая! А может, лучше не надо? Я вполне обойдусь гостевым визитом вежливости, честное слово. Не хочу я покои в этом жутком месте, я обратно хочу, хотя бы во двор замка, а лучше – в Эппл-Гроув!
Скелет в парике тем временем подплыл ко мне, не стукнув и не хрустнув ни единой косточкой, аккуратно, но цепко подхватил меня костлявой рукой под локоть и уверенно потащил за собой куда-то в дальний угол. Я попробовала поупираться, но почти сразу поняла, что это бесполезно: дама тащила меня без каких-либо видимых усилий. К ней быстренько присоединилась вторая, и меня стремительно поволокли куда-то в угол пещеры, отгороженный редкой красоты халиньскими шёлковыми ширмами.
– Ваше высочество, – голос у второй дамы был ничуть не хуже, и я даже уже почти не удивилась: наверное, рано или поздно наступает момент, когда удивляться просто перестаёшь, – всё готово, позвольте вам помочь…
Тут она протянула мне на вытянутых руках невероятной красоты платье, которое даже в этом призрачном свете сияло и переливалось тысячами сверкающих звёздочек. Смущало в нём только одно – если принять ситуацию в принципе – оно было свадебным. Однозначно и бесповоротно. Об этом просто кричало всё: белоснежный лунный шёлк, жемчуг, аквамарины и бериллы – камни, символизирующие невинность, чистоту и любовь в браке.
Я молча отступила на шаг: больше мне не дали – сзади в шеренгу выстроились остальные дамы, сияя изысканной желтизной черепов и драгоценностями. Я попыталась выстроить логическую цепочку: пещера – скелеты – принцесса – свадебное платье. Логика удивилась и отказалась участвовать в предложенном безобразии.
– Простите, – я всё ещё пыталась понять, что происходит, – а вы уверены, что вам нужна именно я? Я ведь просто графиня, никакая не принцесса – это только так, слухи…
– Ну что вы, ваше высочество, – почти пропела первая дама, – вы же прошли живой коридор, значит, вы действительно принцесса. Иначе он просто съел бы вас. Ну что вы так побледнели, ваше высочество?
– В каком смысле – съел бы? – слабым голосом поинтересовалась я и тут же поправила сама себя. – Нет, не говорите, не нужно! Не хочу даже думать!
– Вы так мудры и красивы, ваше высочество, – проворковала вторая дама, наступая на меня с платьем наперевес, – но пора одеваться.
Я почувствовала, как цепкие костлявые руки начали ловко расстегивать мою одежду, не давая ни малейшего шанса вырваться, и через несколько минут две главные, судя по всему, дамы уже надевали на меня платье, которое, как оказалось, весило как неплохая кольчуга. В общем-то, оно вполне объяснимо – столько шитья и камней…
Костлявые пальцы ловко застёгивали крючки, затягивали шнуровку корсета, поправляли кружева и невесомые складки, снимали сапоги и надевали вместо них белоснежные туфельки из какой-то невероятно прочной и тонкой чешуйчатой кожи, а затем мне на голову опустилась… вот я даже не знаю, как это назвать… наверное, это всё же была корона.
Тонкий золотой ободок, семь зубцов, как на герцогской короне, каждый украшен невероятно крупной жемчужиной. К ней прикрепили кружевную фату, которая тончайшей пеленой отгородила меня от творящегося вокруг безумия.
Затем меня так же организованно вытащили обратно в центр пещеры и поставили перед чем-то, отдалённо напоминающим алтарь. «Не жертвенный камень – уже хорошо!» – подумал внутри меня кто-то оптимистично настроенный. «А это никогда не поздно!» – ответила ему более реалистично смотрящая на вещи часть сознания.
– Его величество Эффриссаль! – торжественно провозгласил один из скелетов, одежду которого сложно было рассмотреть из-за невероятного количества каких-то орденов.
Скелеты почтительно расступились, и в пещеру решительным шагом вошёл высокий и достаточно массивный скелет, в глазницах которого полыхал синий огонь. Его белоснежный камзол, расшитый изумрудами и рубинами, символизирующими, насколько я смогла вспомнить, власть, мудрость и бессмертие, ненавязчиво намекал, что это и есть тот, кого я должна осчастливить собой.
Но впечатлил меня не сам потенциальный жених, а то, что украшавшую его идеально гладкий череп корону венчал крупный рубин – тот самый, который мы должны были здесь добыть.
Окинув меня пристальным взглядом сверкающих синими искрами глазниц, король – а никем другим этот скелет быть не мог, судя по короне, – подошёл ко мне и с некоторым сомнением посмотрел на меня сверху вниз. Потом отошёл и оценил, так сказать, на расстоянии. Уж не знаю, что он там рассмотрел, но вернулся настроенным бодро и даже, я бы сказала, слегка игриво.
– Ваше высочество, счастлив приветствовать вас в моём королевстве, – неожиданно глубоким бархатным голосом профессионального брачного афериста проговорил скелет, – лёгким ли был ваш путь?
– Благодарю вас, ваше величество, – отозвалась я из-за вуали, настороженно рассматривая потенциального претендента на мою руку и сердце, – а можно уточнить, какой именно путь вы имеете в виду?
– Как какой? – король явно не понял моего вопроса и потому повернулся к той самой даме, которая решила, что я принцесса. – Разве её высочество шла каким-то особым путём?
– Видите ли, ваше величество, – почему-то смутилась дама, и мне даже показалось, что желтоватые кости черепа слегка порозовели, – её высочество пришла живым коридором… а вот как она в него попала одна, без свиты – это осталось загадкой. Но ведь главное же – результат, правда?
Король повернулся к мне, видимо, ожидая разъяснений, и я не стала его разочаровывать, охотно пояснив:
– Видите ли, ваше величество, – бодро начала я, – меня зовут леди Кэтрин…
– Как это – Кэтрин? – перебил меня король, отступив на шаг. – Не путайте меня. Вас зовут леди Глориана, и вы моя невеста.
– Не исключено, что вы ждали именно эту, вне всякого сомнения, достойнейшую леди, но я – не она, понимаете?
– Нет, – категорично заявил скелет и снова повернулся к даме, – объяснитесь, баронесса! Что происходит?!
– Видите ли, ваше величество, – баронесса нервно теребила костлявой рукой край великолепной меховой накидки, – когда её высочество сообщила стражу, что она принцесса, он не стал уточнять, какая именно. Вы ведь понимаете, что последние несколько веков принцессы в наших краях – крайне редкое явление. И предположить, что вместо одной принцессы появилась другая… это из области маловероятного, практически невозможного! Он был уверен, что это именно та, кого мы с таким нетерпением ожидали!
– А я, между прочим, сразу сказала, что я графиня Кэтрин Мабридж, а меня никто даже слушать не стал, – наябедничала я озадаченному королю, и скелеты встревоженно зашептались.
– Ну стража-то мы развеем, это не вопрос, – небрежно махнул костлявой ручищей король, – а вот принцессы у нас другой нет. Да и потом – договорились же, я слово дал… королевское. Нехорошо как-то. Некрасиво… А может, вы всё-таки она?
Тут король приказал, даже не поворачиваясь к столпившимся у стены подданным:
– Принесите портрет принцессы Глорианы, быстро! Вы же не будете возражать, ваше высочество, если я сравню? А пока несут портрет, давайте присядем, и вы расскажете мне, каким образом оказались в наших краях, мне действительно до крайности любопытно…
Говоря это, Эффриссаль, если я, конечно, правильно запомнила его заковыристое имя, бережно поддерживал меня под локоток, всё ощутимее прижимая к костлявому боку, к счастью, скрытому камзолом и мантией. Его мягкий глубокий голос обволакивал, завораживал, его хотелось слушать бесконечно. На какое-то мгновение я даже забыла, что разговариваю со скелетом, который, между прочим, пока не сказал, что отказывается от идеи женитьбы.
– Понимаете, – вежливо отодвигаясь в сторону от игривого короля, начала рассказывать я, – мы вообще-то были в Аплертоне, а здесь я оказалась совершенно случайно…
– Аплертон? – король повернулся к подданным. – Это тот город в верхнем мире?
– Совершенно верно, – угодливо пропела баронесса, – но там, говорят, давным-давно не живёт никто кроме гинзар. А вы, милочка, на гинзару не очень похожи. Это самозванка, ваше величество!
И она сверкнула в мою сторону зеленоватым светом, вспыхнувшим в глазницах.
– Но другой-то нет, – пригорюнился король, – а королевство не может больше оставаться без королевы! Все сроки вышли, и вы, баронесса, знаете это не хуже меня!
– А что за сроки? – не удержалась от вопроса я. – У вас какое-то проклятье или другая какая проблема?
– Нет у нас проклятья, – король вдруг рассердился, аж челюстью лязгнул, – это просто традиция такая.
– Ну хорошо, традиция так традиция, – я успокаивающе прикоснулась к его рукаву, – нервничать-то зачем?
В это время принесли портрет, аккуратно завёрнутый в дорогущий шёлк. Его костлявое величество снял ткань и внимательно посмотрел на изображённую там девицу. Я тоже не удержалась и с любопытством вытянула шею.
С портрета на нас смотрела принцесса: то, что она именно «её высочество», было видно по капризному изгибу рта, презрительно прищуренным глазам, слегка приподнятым бровям и общему стервозному выражению в общем-то миленького личика. Король повернулся ко мне, и я подняла кружевную паутинку, скрывавшую до этого момента моё лицо.
– Это не она! – возмущённо воскликнул король скелетов, переведя взгляд с портрета на меня и обратно. – Это две совершенно разные девушки!
– Я же говорила – самозванка! – торжествующе заявила баронесса, за что-то явно меня невзлюбившая.
– Но эта мне нравится гораздо больше, и я, пожалуй, выберу её, – внезапно сообщил Эффриссаль, хватая мою руку и поднося к несуществующим губам. Как я не уплыла в обморок, почувствовав прикосновение холодных костей выбеленного веками черепа, я сказать не могу. Видимо, понимание того, что сказал король, сделало всё остальное незначительным.
– Кстати, – обратился ко мне король, переходя на «ты», – в качестве свадебного подарка ты можешь выбирать всё, что угодно: любые драгоценности, редкие безделушки, произведения искусства…
Тут он сделал широкий жест в сторону уставленных добром столов, приглашая меня выбирать подарок по вкусу.
– Совсем-совсем любые драгоценности? – въедливо уточнила я. – Знаю я вас, мужчин, сначала пообещаете, а потом отберёте.
– Разумеется, – мурлыкнул король, обнимая меня и прижимая к костлявой груди. Мне показалось, что я даже через камзол почувствовала рёбра, – все драгоценности в твоём распоряжении. Какие камни ты предпочитаешь, моя принцесса? Изумруды? Сапфиры? Александриты? Или, может быть, жемчуг?
– Рубины, – осторожно сказала я, – и, знаете, чем крупнее, тем лучше. Обожаю большие камни!
– Говори мне «ты», – король почти зажал меня в угол, в то время как его костлявые подданные делали вид, что чрезвычайно увлечены беседой друг с другом. Ага, не наговорились за столько-то веков…
– А можно мне вот этот рубин? – я нахально ткнула пальчиком в камень, ради которого мы уже столько пережили.
– Этот? – король нахмурился. – А почему именно этот?
Я не успела ответить, как со стороны дальней стены раздался какой-то грохот и часть каменной кладки просто обрушилась, запорошив пылью стоящие поблизости скелеты.
– Кейт! – услышала я сквозь грохот и чуть не заплакала от невероятного, запредельного просто облегчения. – Ты где?
– Это кто? – искренне изумился король, поворачиваясь в сторону разрушенной стены.
– Бэйл, – я пожала плечами и нервно хихикнула, – он некромант…
– Некромант? – в голосе короля было столько незамутнённого удивления, что я поняла – некроманты здесь гости ещё более редкие, чем принцессы. – А что он здесь делает? По-моему, мы его не приглашали... Баронесса, напомните мне, мы некроманта приглашали?
– Нет, конечно, ваше величество, – дрожащим контральто отозвалась баронесса, – это человек совершенно не нашего круга!
– Это за мной, – робко пискнула я, изо всех сил стараясь разглядеть Бэйла в поднявшейся после обрушения стены пыли, – мы вместе были в Аплертоне.
– Ну вот пусть бы он там и оставался, – не слишком дружелюбно отозвался король, тоже всматриваясь в пыль. Но, в отличие от меня, смотрел он не радостно, а настороженно. Действительно – мало ли, что этому странному заблудившемуся некроманту может в голову прийти.
Тем временем пыль слегка осела, и в центр пещеры вышел Бэйл, в глазах которого полыхало ядовито-зелёное пламя. Он увидел меня и быстрыми решительными шагами направился в мою сторону с явным намерением схватить и увести… ну или унести. Причём я была бы совершенно не против любого из вариантов – лишь бы подальше от любвеобильного короля.
Увидев стремительно приближающегося некроманта, король одним движением передвинул меня себе за спину и вытащил из разукрашенных ножен сверкнувший меч. К сожалению, он не был ни старым, ни ржавым – видно было, что за оружием тщательно ухаживали.
– Кто ты, и что тебе нужно? – голос Эффриссаля громыхнул, отразившись от стен пещеры, а скелеты столпились у стены подальше от разгневанного величества.
– Я, как ты можешь видеть, некромант, но я пришёл не за вами, мне нет до вас никакого дела, – Бэйл говорил медленно и внушительно, покачиваясь с пятки на носок и глядя прямо в глаза королю, – я пришёл за ней.
Тут Бэйл показал на меня, и я благодарно ему улыбнулась из-за костлявой спины, прикрытой бесценной горностаевой мантией. Король скелетов как-то неприятно хохотнул и сделал неожиданно мягкий шаг в сторону.
– Не могу тебе ничем помочь, некромант, – с непередаваемым ехидством ответил он, – эта принцесса моя. Она пришла по живому коридору, значит, она наша, а точнее – моя.
– Зачем тебе девушка? – Бэйл не сводил взгляда с короля, точно так же плавно двигаясь в противоположную сторону. – Ты же даже не сможешь жениться в полном смысле этого слова.
– А вот это вообще не твоё дело, – почему-то обиделся король и сделал явно пробный выпад в сторону Бэйла, – надо будет – и смогу. Тоже мне, специалист нашёлся…
– А тебе вообще принцесса зачем? – продолжал светскую беседу Бэйл, обходя противника по кругу.
– А ты с какой целью интересуешься? – отбивая стремительную атаку некроманта, спросил даже не запыхавшийся скелет. Впрочем, при отсутствии лёгких и всего остального это и понятно.
– Есть у меня одна идейка, – уворачиваясь от коварного удара слева, сказал Бэйл, – скажи, тебе именно живая принцесса нужна? Или есть варианты?
– А какие могут быть варианты? – снова ринулся в атаку король. – Наши все заняты, гинзары нам не подходят, да и некрасивые они…
Я хотела было возмутиться, сказав, что даже я, при всей моей нелюбви к змеям, видела в гинзарах и изящество, и красоту. Впрочем, не мне же жениться, слава богам.
– Подержи, – король, не оборачиваясь, стряхнул мне на руки мантию, и я поспешно отошла от зоны, так сказать, боевых действий, – так что у тебя за предложение, некромант?
Я с мантией в обнимку прислонилась к стене и чуть не подпрыгнула, когда услышала рядом негромкий голос:
– Как думаешь, кто победит?
Я резко обернулась и увидела, что на скальном выступе, легкомысленно болтая босыми ногами, сидит уже знакомый мне мальчишка, с интересом поглядывая на сражающихся из-под длинной нечёсаной чёлки.
– Ты? В смысле – вы? А… как?
– На удивление информативно, – насмешливо покосился на меня Мортимер, – и что он в тебе нашёл, интересно… Хотя ты, конечно, миленькая… Королю тоже понравилась, я вижу…
– А тебе, судя по всему, не очень, – я решила, что «выкать» грубящему мне мальчишке, будь он хоть трижды богом, я не обязана, – но не могу сказать, что из-за этого перестану спать.
– Да ладно, не обижайся, – он миролюбиво протянул мне неизвестно откуда извлечённое румяное яблоко, – скушай яблочко. Настоящее, между прочим. И даже не отравленное… кажется, – добавил он задумчиво, дождавшись, пока я откушу кусочек.
Чуть не подавившись, я с упрёком посмотрела на веселящегося Мортимера и внезапно поняла, что кроме меня его никто не видит, так как Бэйл уж точно отреагировал бы на его появление. Между тем некромант продолжал преспокойно обмениваться пустыми фразами с королём скелетов, периодически то совершая стремительные атаки, то уходя в глухую оборону.
– Я бы поставил на Аш-Рибэйла, если честно, – сообщил мне Мортимер, некоторое время скептически наблюдая за королём и некромантом, – Эффриссаль давно не практиковался, он сражается строго по учебнику.
– Тогда почему Бэйл не прекратит это? – с искренним недоумением спросила я, так как мне казалось, что если некромант может победить, надо быстренько нейтрализовать короля, схватить рубин, можно, кстати, вместе с короной, и делать ноги.
– Ну, это скучно, – сморщил нос Мортимер, – никакого интереса…
– Ну да, – я искоса взглянула на него, – а так, конечно, значительно интереснее. Я, между прочим, в этом тяжеленном платье уже, знаешь, как устала?
– Да ладно, сейчас он его убьёт, и всё, – равнодушно отозвался Мортимер, но исчезать почему-то не торопился.
– А ты чего здесь? – сообразила поинтересоваться я у… хм… у бога, собственно.
– Да так, – он неопределённо покрутил рукой в воздухе, – присматриваю за ним… Не чужие всё-таки… Столько он мне крови попил и нервов попортил, ты себе не представляешь! Так что теперь он просто обязан пройти все эти испытания. Я на него , между прочим, три мира поставил: два пустых и один населённый.
– Это как – три мира? – ошарашенно переспросила я. – В смысле – таких, как наш?
– Ну в целом да, – Мортимер спокойно пожал плечами и, подумав, извлёк из воздуха две груши. С сомнением посмотрел на них, откусил от одной, пожевал, кивнул сам себе и протянул вторую мне, – попроще только и поменьше. Но всё равно жалко, вот и … контролирую. Понимаешь?
– А ты можешь вмешаться и помочь? – с энтузиазмом подвинулась я к Мортимеру.
– Нет, не могу, – он со вздохом покачал головой и на всякий случай отодвинулся, – у нас свои правила. О, смотри, договариваются…
Я повернулась и услышала, как Бэйл, который тоже умудрился не сбить дыхание, говорил, обращаясь к расстегнувшему камзол королю.
– А принцесса-демон тебя не интересует? – голосом опытного коммивояжёра предлагал Бэйл. – Между прочим, уже в состоянии призрака. Можно сказать, идеальный вариант…
– Неплохо было бы, – согласно кивнул черепом король, – только где же я такую возьму?
– Есть у меня одна такая на примете, – отбивая очередной удар, сказал Бэйл, – характер, правда, так себе. Но красавица…
– Обсудим? – король первым поднял меч и остановился.
– Разумное решение, – согласился некромант, в свою очередь тоже опуская оружие.
Мортимер подмигнул мне и, шепнув на прощание «не говори про меня», исчез. А я постелила прямо на каменный пол бесценных горностаев и села слушать, как некромант будет договариваться с королём.
Король щёлкнул пальцами, и к нему тут же подскочили два рослых скелета, облачённые в роскошное подобие ливрей: золотого шитья на них было раз в десять больше чем надо, на мой взгляд.
– Вино, лучшее, закуска для меня и для моего… гостя, – отрывисто приказал король и широким жестом гостеприимного хозяина указал Бэйлу на стол, стоявший в некотором отдалении от центра, в небольшой уютной нише.
Некромант благодарно кивнул, и мужчины, убрав оружие, направились обсуждать дела государственной важности: женитьбу короля скелетов. Ну вот как у них так получается: ведь только что готовы были покрошить друг друга на кусочки. А вот уже идут вместе вино пить… Как?!
Будучи лицом крайне заинтересованным, я встала с пола, подобрала мантию и двинулась вслед за ними, но, поймав предостерегающий взгляд Бэйла, понятливо отстала и, снова расстелив многострадальных горностаев, устроилась на широком скальном выступе.
