Текст книги "Игрушка подводного Принца. Часть 2 (СИ)"
Автор книги: Александра Ермакова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)
– Чувствую… – обронил Тай. Я с облегчением выдохнула:
– Чутьё – не доказательство… – поумничала ровно.
Не то чтобы от этого было суперлегко, но если нет конкретных аргументов, обвинения пусты.
– Я знаю, что все эти дни он отвлекал внимание от чего-то важного и позволял быть с тобой…
– Это уже за гранью фантастики, – фыркнула, даже в страшном сне не представляя, как Радмински раздумывает над коварным планом «уличить жену в измене». – Но ты в праве его ненавидеть и желать смерти. Он поступил очень, очень скверно. И ты не представляешь, как я зла на него за это, но… – втянула воздух, – чтобы не случилось, какие бы я не испытывала к тебе чувства, я выберу его, – протараторила на одном духу и себя такой мерзотой ощутила, хоть вой.
– Ты выбираешь его? – Впервые увидела, как недовольно перелились цветом глаза Тайфуна. От светлой зелени до тёмной, почти чёрной. Как, впрочем, и тон амфибии отдавал сталью. Это было дико непривычно. Даже стало страшно.
– Я объясняла тебе много раз. Мы с ним в одной упряжке скачем. Если пойду ко дну я, и он следом, если он – его компания утянет мою. Мы зависимы друг от друга. Это…
Тайфун резко сел на постели, устремляя взгляд на балконную дверь, на океан.
И я тоже села:
– Что-то случилось?
– Да, – секундой погодя встал на ноги Тайфун. – Мне нужно срочно уйти, – мрачно, и даже толком не простившись, шагнул к проёму балкона, но за порогом обернулся:
– Мне нужно попасть в тот ангар, Рэя! Дождись, и тогда я точно скажу своё решение.
Кивнула только. Мне самой было нужно время. И я тихо порадовалась, что оно появилось. Хотя, что бы оно изменило?! Тай прав во всём, даже если буду отрицать с пеной у рта.
Мой мир вынуждал крутиться, извиваться и постоянно лгать «во спасение». И по закону снежного кома, даже самая незначительная ложь на выходе оказывалась чуть ли не обманом вселенского масштаба.
Ложь – яд… расползающийся по артериям жизни, и моя, увы, отравлена настолько, что любая правда диссонировала.
Даже себе… наедине, в тишине, страшилась признаться, что не хотела быть со Стэфаном. Меня тяготила мысль о его близости, нашей совместной жизни, нашем общении. Я! Не! Хотела! Радмински!
С тех пор как в мою жизнь ворвался Тайфун, образ красивого, успешного Стэфана сильно померк.
А после возвращения в свой мир, как бы не пыталась забыть другого/не своего, как бы не лгала себе, что Стэфан – лучший вариант, как бы не изображала, что всё хорошо – я хронически увязла в чужом муже/не совсем человеке/и в своих фантазиях о нём и нас!
Я медленно подыхала от собственной лживости!
Я устала быть многоликой.
Это всё какая-то грёбаная ломка из сплошных обязанностей. Меня крутило от ответственности, над головой висел дамоклов меч, если посмею озвучить своё желание, потому что ЕСТЬ отец, наш проект, наша компания…
Я дала слово, подписала брачный договор, поставила подпись в документах по слиянию… Я, чёрт возьми, в плену своего меркантильного мира!
Я задыхалась свободой, которую когда-то дико жаждала.
Свободой, из которой Тай нарушил сотни своих законов.
Свободой, которая мне оказалась… противна.
Свободой, которая мне чужда.
Свободой, которая мне… не нужна.
Это была мнимая свобода!
Потому что обманчивое пленение на острове было реальной свободой.
А обманчивая свобода моего мира – реальное пленение!
Я заблуждалась, хотя была готова до хрипоты орать, что не желала зависеть от кого-то! Что хочу сама управлять своими желаниями и порывами. Вот только получив свободу, сломалась под сокрушительной истиной – мне был милее остров и Тайфун, чем привычный город и Стэфан Радмински.
Рай в шалаше?..
Яркий пример, но это не так. На острове мне не нужно было приспосабливаться к сотне тысяч других – чуждых и лживых.
На острове я была собой…
Амфибия это прекрасно понимал.
А я по привычке избалованной, капризной девочки упиралась.
Дура! Неисправимая…
Трусиха, страшащаяся признать – всё, что мне нужно, это Тайфун!
Тай, кому вполне хватало воды и рыбы…
И я – довольствующаяся костром и улыбой удивительного мужчины.
Дико… Но я истосковалась по общению. Разговорам не о шмотках, клубах, парнях, вечеринках, а по познавательным беседам, в которых узнавала о мире амфибий.
Глава 41
Глава 41
Мирэя
Думала, днём буду умирать, но всё оказалось куда прозаичней.
Да, пьяный Стэфан завалился в комнату, отказать в этом не могла и искренне радовалась, что Тайфуна уже не было.
Муж какие-то выпады в мою сторону делала, мол, должна, обязана и вообще «Я из-за тебя на преступление пошёл, а ты… с*а неблагодарная».
На что напомнила «Совсем попутал?! Ты наркоты подсыпал!»
Радмински словно не слышал, продолжал о моей безответственности толковать об обязанностях, обещаниях, долге, чести…
На что ему пригрозила: «Уйду из комнаты, если не заткнёшься. Или оду из этих шлюшек тебе загоню, а потом с камерой вас заловлю – и встретимся уже в суде!»
Да, вела себя и впрямь, как с*а, но тут уж – с кобелём жить, по с*и выть!
В итоге разрешила лечь в постель, а сама в ванной скрылась, где очередная тошнота к унитазу загнала, после приёма очередной противозачаточной таблетки. Умылась, решила выпить другую пилюлю, но вода, бьющая в раковину, подозрительно аномально изогнулась и меня окатила точно из шлага.
– Ну ты и гад! – ошарашенная новостью, прошипела, яснее ясного осознав, что вконец обнаглевший амфибия за мной следил.
«Не смей», – пронеслось шуршанием в голове.
Я назло ещё взяла таблетку, но тут меня фонтаном большего напора умыло.
«Не шучу. Никакого яда», – таким непререкаемым тоном, что меня потряхивать от гнева начало.
– Да ты оборзел?! – от бешенства распирало.
Покосилась на упаковку таблеток, она как и пилюля – на полу в луже воды.
Да и какие таблетки?! Организм их никак не воспринимал, вернее категорически отвергал, а, стало быть гнусное амфибианское чудовище реально вознамерилось меня ОПЛОДОТВОРИТЬ.
Ар-р-р-р!
Это так гадко, что не находила слов.
Тайфун опять меня бесил! Как на острове…
Великодушно позволял… мне ошибаться. С высока следил за моими попытками освободиться и спастись. И делать… всегда делал по-своему, даже когда на сто процентов уверял, что заботился обо мне!
Мне оставалось только поорать сквозь зажатые зубы и стискивать кулаки от бессилия.
Вырубила воду, клятвенно обещая с ним расквитаться, если вздумает вновь в моей жизни появиться, и уже конечно, если забеременею!
Когда вернулась в комнату, Стэфан уже спал, в чём был: в футболке, шортах и кроссах… лицом в подушку.
Бухой, храпящий, что-то изредка бормочущий.
Закрывая глаза на своём краю постели, уже представляла, как будет тяжко с утра…
Но тусовка Радмински жила по другому режиму, и шевелиться начали только к обеду. Я тоже спала без задних ног, но была первой из проснувшихся…
Поморщилась беспределу на первом этаже.
Убираться и не думала, но есть дико хотела, поэтому на какое-то время кухня была предоставлена мне. Я покопошилась в холодильнике, пошарилась по полкам… Мда, кок из меня не ахти, но омлет с беконом кое-как приготовила.
Наспех перекусила, не особо чувствуя вкус и больше волнуясь, куда опять пропал Тайфун, и что делать, если объявится? Это ведь как-то придётся объяснить.
Но пока его не было, не было и напрасной лжи…
Тяжко вздохнула, озадачившись, почему так тихо?!
Мобильный!
Вспомнив о телефоне, поднялась в спальню, но только взяла свой, аппарат мужа вновь загудел. Тут и звонки, и СМС-ки сыпались точно град.
Любопытство взяло. Мельком глянула на экран, раз уже кверху «лицом» лежал.
Ого!
Несколько десятков сообщений!
«Ты где?»
«Вышка горит…»
«У нас утечка…»
У меня аж в глазах помутнело.
«Ответь!»
«Срочно перезвонить!»
Бомбили оповещения. Чередовались от Влада Йорка, начальника одного из отделов в компании мужа, с телефонным звонками, сообщениями от Чао Джиня. Мелькали и незнакомые имена, фамилии, номера…
Голова кругом, злость, негодование и я толкнула мужа:
– Стэфан!!!
– М?! – ворчливо промычал. И вместо «проснуться» – отвернулся.
Я сильнее разозлилась:
– А ну вставай… – без нежности стала тормошить, пока Стэф не взбрыкнул:
– Ну чё надо?
– У тебя сейчас телефон взорвётся! – бросила мобильный чуть не в лицо мужа, а соблазн был велик:
– И чё? – непонимающе смаргивал липкий сон Стэф. Так и не смотря на экран. – Дай поспать, – едва ворочая языком, вновь закрыл глаза
– Сейчас! – рявкнула. – Ты поклялся, что аварии не будет, а вышка вышла из строя!!!
Стэфан перестал делать вид, что опять уснул.
Нехотя один глаз открыл, второй…
– Может, объяснишь, как так вышло? – не собиралась сбавлять обороты.
Радмински с явно неохотой взял телефон, с кислым лицом пальцем по экрану помазал.
– Ты что, лазила в мобильном?
– Нет! Шквал оповещалок был такой, что я не выдержала. Взяла, тебе отдать и мельком увидела… – автоматом на свой глянула, нет ли сообщения от отца, а я недавно ему отправляла повтор запроса на посещение ангара. И к последнему приложила просьбу, «узнать о нём ВСЁ». Тайфун бы не стал интересоваться просто так…
У меня тоже была куча оповещений, но от папы – нет.
Стэфан скатился с постели и с телефоном скрылся в ванной комнате:
– Это чё такое?..
Я терпеливо ждала, прислушивалась к глухому и, увы, непонятному рычанию мужа в уборной, нервно поглядывала на чернеющее небо, волнующийся океан, и понимала – дело дрянь.
Чтобы убить время, заняла себя новостями. Листала ленту соцсетей, жадно выхватывая даже самые мелкие детали случившегося.
…Горела платформа и несколько сотен баррелей нефти оказалось в океане! Пятно тянулось вдоль побережья, но его упрямо растягивало, расширяя зону бедствия. Были подняты несколько спасательных групп: вертолёты, судна. Но из-за дыма видимость ухудшалась.
Гибли люди, работающие на буровой.
И аккурат с дикой мыслью, чем-то им помочь, пиликнул телефон – новое сообщение.
От отца!
Покосилась на дверь уборной – Стэфан продолжал воевать с неизвестным мне абонентом, и я торопливо мазнула пальцем по экрану.
«Аквапаур»… Несколько вложений… а следом позвонил отец.
– Да, – приняла звонок.
– Рэя, ты уже глянула? – обеспокоенный тон отца напряг.
– Нет, только увидела. Там что-то не так?
– Я не бухгалтер, дорогая, не налоговик, но меня много вопросов хоть и не моё дело. Материалы, которые мне накопали, в свободном доступе не найти. Ночь потратил, чтобы разобраться. В общем, как глянешь, позвони, – буркнул на прощание. – И милая, ты уже слышала насчёт буровой платформы?
– Ага.
– Прошу, вернись домой.
– Да-да, – покивала, кусая губу.
– Стэфан рядом?
– Да, в уборной.
– Ладно, изучи, но будь осторожна. Я тебя люблю…
– И я тебя…
Но покопаться в документах не успела.
– Рэя, – Радмински чуть дверь не выдрал, пока выбегал из уборной. – Шмотки хватай и быстро на яхту!
– Да, да… я… – подзависла с мобильным.
– Быстрее! – рявкнул так, что аж подскочила с постели. – Пятно нефти сюда несёт. Ветер поднялся, этот остров может оказаться в зоне катастрофы, – чеканил Радмински, запихивая шмотки в сумку. – Давай, беги! Всех буди!!! Нужно сматываться, – был на взводе муж. Конечно, было не до разборок. Я выбежала из комнатки и, не помня себя, понеслась по этажу, простукивая каждую попадающуюся дверь.
– Подъём! Вставайте!!! Ребята!!! – срывала горло, не церемонясь распахивая все двери.
Не смещали ни сексующиеся, ни храпящие. За полчаса все были на ногах. Собирались так же быстро, всё время находясь на связи с новостями.
Дэйв от счастья даже что-то ценное успел распихать по обеим яхтам.
Отчаливали впопыхах.
Я с дико бьющимся сердцем смотрела на воду, чётко понимая причину срочно ухода Тая. Горько было, но я уже чувствовала, как ему не сладко приходилось в семье выдерживать удар за ударом… И всё из-за нас! МЫ в очередной раз продемонстрировали свою подлость.
– Стэфан, – покосилась на мужа.
– Чё? – он был необычайно зол. Зыркал зверем, скрипел зубами, рычал и много… матерился.
– Скажи, что это не ты…
– Не я, – автоматом брякнул, а я от негодования закипела:
– Скажи, что это не по твоей указке!
– Я давал отмашку, – кинул муж. Но ни толики переживания в голосе не услышала. Да и выглядел хоть и встревоженно, но ничуть не испуганным. Скорее тихая радость на фоне опасности пребывания на яхте при данных обстоятельствах.
– Ну ты и мразь! – от бессилия качнула головой
– Ты тоже не Мать Тереза, – брезгливо фыркнул Стэф, а я вспомнила слова Тая: «Он не простак…» «Куда хитрее…».
– Там люди!!! – сделала попытку достучаться до сознательности Радмински. – Ну же, давай постараемся искупить то, что ты натворил! – Мы можем какого-нибудь спасти…
Стэф так на меня так покосился, что объяснения застряли в горле.
– Спасём, – кивнул Радмински. – Себя, – хмыкнул криво, и его глаза опасно блеснули сталью… как и самого безжалостного и хладнокровного убийцы, которого могла встретить на своём пути.
У меня в душе похолодело от ужаса.
О, как я его возненавидела.
Придушила бы мразь!
– Поверни к вышке, – процедила, вперив в него злобный взгляд.
– Ещё чего. В эпицентр? – как на калеченную покосился. – Не будь идиоткой. Несколько смертей ничего в сравнении с тем, скольким людям это принесёт прибыль, – добивал циничностью муж.
И тогда я шагнула к штурвалу, не осознавая, что собиралась сделать:
– Да сюда, – попыталась забрать управление, ну или хотя бы помешать Радмински уйти от бушующей катастрофы. Между нами завязалась небольшая потасовкатолкалка, пока я не ахнула, получив звонкую затрещину. Это разозлило. И я бросилась на тварь, мечтая расцарапать поганую, холёную морду когтями, да так и отлетела, гулко ударившись затылком об угол подвесной полки.
– Только посмей к управлению приблизиться, – чеканил Стэфан, пока осев на пол, звёзды считала и слёзы смаргивала. – Я тебя за борт вышвырну, с*а. И в этот раз точно притоплю, чтобы наверняка, а то, бл*, непотопляемая.
Это было вверх цинизма. Я опешила.
Знала, что он гадкий человек, но чтобы… нелюдь…
– Ты же не думаешь, что тебе это сойдёт с рук? – туго соображала, что делать. Кому кричать SOS??? Позвонить отцу? Позвать Тайфуна?
У него дел, уверена, куда больше и они куда важнее, чем вызволение меня с яхты обезумевшего МОЕГО мужа.
– Не забывай, мы одно целое, детка. Я на дно и ты туда же… А ещё у меня у меня неплохие связи. Лишнее слово – и проекту НИКОГДА больше не дадут зелёный свет!
Тварь! Тварь! Тварь!!!
Прикусила губу, забиваясь в угол капитанской.
Я ему этого не прощу!
Пусть думает, что победил…
Тайфун должен был уже услышать. Если найдёт время… он меня спасёт, а нет… я найду на берегу управу на этого психа.
От мыслей отвлёк звук оповещалки мобильного.
«Предупреждение о приближающемся шторме».
«Спасательные работы срочно свёрнуты, вертолёты и корабли отозваны!»
Боже!!!
Масштабы катастрофы разрастались мега темпами. ЛЮДИ! Живые существа… вода…
Аквапаур…
Запоздало вспомнила о сообщении отца.
Торопливо открыла первое вложение:
Схема проекта здания. Тех паспорт.
Затраты – много… много цифр.
Отчёты… и есть места, выделенные маркером.
Знаки вопросов или куча восклицательных знаков на полях.
И отцовской рукой:
«Судя по энергозатратам здесь не цех по хранению и переработке морепродуктов, а именно эта деятельно заявлена как основная, а какая-то… лаборатория. Потребление воды – в пределах нормы. Рабочие места, заказы, поставки всё проходит… НО!!! С десяток разных провайдеров. Куча левых айпи. Странные отгрузки, частые доставки непонятного груза.
Такого нет ни у кого, кто бы занимался их деятельностью. Я не вникал в нюансы, но таких счетов быть не может у небольшой фирмы по «переработке и хранению морепродуктов». У меня глаза разбежались… Странного много, а главное… посмотри на кого записана фирма!
– И что ты тут умолкла? – не заметила, как возле меня присел Радмински.
Я попыталась спрятать мобильный, но он его перехватил со злым самодовольством. Пробежался глазами по сообщению. Ухмылка стёрлась с лица… А следом я вздрогнула, когда телефон с треском шмякнулся о стенку капитанской:
– Нет, милая, это уже ни в какие ворота, – приторно тянул слова Радмински. – Зачем лезешь, куда не стоит? – шикнул с ненавистью. – Хотя… я уже понял, что промахнулся с тупицей-женой, чудесным образом заловив в сети подстилку амфибии, но всё же не ожидал… – нездорово поржал, холодя моё сердце. Я даже не нашла что сказать. Меня точно обухом по голове. – Что ж, раз всё так… – цыкнул нарочито скучающе, – тогда… – это последнее что услышала. Следом накрыла темнота через ослепительную боль.
Глава 42
Глава 42
Тайфун
Не думал, что придётся вернуться к семье при таких условиях.
Семья трубила тревогу! Совет был собран, и общение шло на повышенных тонах.
Большой зал. Высокие троны выточены прямо в стене.
Отец во главе. Полукругом члены совета. Отдельным рядом братья и сёстры.
Смерч в центре, на арене и как всегда воду мутил. Напирал, сотрясал кулаком, понося смертных. Оно и понятно. Взрыв на людской вышке, качающей чёрную смерть… И сейчас смертоносное пятно затянуло огромную площадь. Погибло много существ. А сколько ещё пострадает…
И как всегда были виноваты самонадеянные человешички!
Я был сильно зло, но чуть окунувшись в их мир, понял, что не все люди виноваты в катастрофах и бедствиях.
Рыба гнила с головы, а значит, народ, не отвечающий за власть и деньги, страдал так же, как и мы. И оказаться под ударом из-за других не должен!
В тронный зал ворвался, хотя меня пытались остановить:
– Отец, не допусти…
– Тайфун! – пророкотал отец, одёргивая меня. – Ты забываешься, – грозно напомнил моё место Вал.
– Прости, – повинился я, остановившись рядом со Смерчем, и почтено голову склонив, выказывая уважение отцу. – Приветствую совет, – шумно выдохнул, собирая мысли в лужу: – Прошу, не допусти смерти невинных.
– Они все виновны! – рыкнул Смерч.
– Это не так! – твердил я.
– Они опять убивают наш мир, – прокатился шорохом голос Нептуна.
– Чёрная смерть от одной уже привела к непоправимым последствиям. А их много! Если и другие её изрыгнут? – вещал недовольно Понтий.
– Они пылают! И даже вода не в силах остановить плавающий огонь! – убеждённо кивал Селевк.
– Я не говорю, что люди не при чём! Но вины за такие бедствия не лежит на простых человечишках. У них есть власть, у них есть огромные корпорации, которыми управляют бесчестные люди, а большинство сухопутных и не знает об их грязных делах.
– Незнание не отменяет вины, – подметил отец.
– Мелкие провинности приводят к крупным, – вклинился Смерч. – Людишкам просто так удобно, делать вид, что не знают или не замечают. И если не наказать, они будут продолжать «не задумываться» и «губить»! – яростно припечатал, ещё и пальцем ткнув мне в грудь, словно я защищал преступников. Возможно, так и было, но… я до сих пор не нашёл чёткого ответа, имеем ли мы право чинить свой суд.
А с Мирой мы часто и много спорил на эту тему.
– Они не отрицают своей вины! – для меня сейчас важным было не «поругаться с братом», а не допустить ошибки, уничтожив сухопутных.
Жаль я ещё не успел толком сформулировать мысль. Жаль, не успел увидеть всего… И даже те крохи, которые Рэя старательно вбивала в мою голову, толком не оформились в чёткую и последовательную мысль.
– Среди них есть ответственные и порядочные. Я видел такое, что меня пугало и умиляло. Что отторгало и восхищало. Как бы это не показалось диким, но нам есть чему у них поучиться. И как мне кажется, у нас есть шанс обратить внимание на приближающуюся катастрофу.
Совет зароптал. Смерч и того хуже, рыкнул:
– Ещё скажи, нам с ними жить нужно в мире!!!
– Скажу, – брякнул, злясь на упрямость брата. Когда-то он смотрел шире, видел глубже, чувствовал острее, но после пропажи невесты, одичал.
– Они не учатся на ошибках. Раз за разом повторяют их, и на землю обрушивается очередная катастрофа, уничтожая почти всё живое, в том числе и нас!
– Вот именно! Поэтому нам нельзя от отдельности… Вместе, сплотившись и прислушиваясь друг к другу, – настаивал с чувством.
– Сомневаюсь, что это спасёт НАС! – обронил Вал. И совет поддакнул его мнению.
– Я не знаю, что нас спасёт, но точно не уничтожение людей, – запал иссякал. – Простите, мне сложно всё увиденное и услышанное так быстро уложить в голове за короткие несколько дней, но убивать достойных существ из-за подлости других – неправильно! Это жестоко и цинично. И на нас покажет в худшем свете, скорее уж – докажет, что мы ничем не лучше алчных и гнилых человечек, убивающих землю.
– Им было дано много шансов, и ни один не был использован! – рыкнул Смерч, напирая на меня, будто желал грудью выбить с арены. Но я не собирался так просто сдаваться:
– Я прошу совет дать мне ещё немного времени. Я смогу добыть сведения. Найду выход! Придумаю, как нам научиться сосуществовать!..
– НАКАЗАТЬ! – отчеканил Смерч. – Мы хотим возмездия и кары, а не уживаться с тварями…
– Это слабость и тщедушность – губить жизнь на земле. Сделай мы это, ничем не будем отличаться от людей! Месть приводят к мести, и делает перемирие невозможным!
– А кому нужно перемирие? – разведя широко руки, прокрутился Смерч, обращаясь жестом ко всем присутствующим. Часть совета закивала, и это удручало:
– Земле! – это был единственно правильный ответ, родившийся у меня в данный момент. – Это нужно ЗЕМЛЕ, всем нашей планете. А никак не войны. Череда бессмысленных войн ослабит нас всех, подведёт род к черте вымирания, ведь больше отнимет жизней у достойных, храбрых и порядочных. Нам лучше направить силы на нахождения общего языка с людьми, а вместе с этим – способа выжить! И ради мира с нашего существования прошу отступиться от войны…
Пока отец в задумчивости молчал, я находил ещё доводы. Без грубости, лишнего напора и ругани. Отвечал на все вопросы, сыплющиеся от совета и братьев с сёстрами. А когда выдвинул идею выходить к людям и учиться с ними, зал наполнился недовольными ропотом, зато на мою сторону, к удивлению встали: Штиль, Волна, Прибой, Шторм. На что отец грозно прервал гул:
– Выйдите из зала совещания, – царственным махом руки. – Нам с советом нужно принять решение.
Мы повиновались.
***
– Тайфун, – отец взял слово и даже встал с трона, – ты нарушил много законов за последнее время.
Я склонил голову, готовый на любой выговор и даже понести наказание, но лишь бы… МИР!
– Ты сбежал из-под охраны, чтобы уйти за человеческой самкой…
Я сглотнул, никогда так не страшился суда. Меня сильно колотило, сердце заходилось в груди, сушило во рту. И я не за себя боялся, не гнева отца… я боялся потерять шанс спасти свою Рэю.
– Но это был и большой риск с благими намерениями. Ты старался для всех нас. Я это ценю. Увы, пока только эмоциями дышишь, и бросаешься пустыми словами. Твои доводы не были убедительными, но я услышал очень важную для меня вещь – признание людьми своей вины, – Вал выдержал небольшую паузу. – Считай, что ты остановил наш ответный шаг в сторону людей…
Я шумно выдохнул, словно уже выиграл битву.
– Но у тебя мало времени, чтобы найти приемлемое для всех решение. Если оно нас устроит… я, надеюсь, войны не наступит, в противном случае…
– Спасибо, – заторопился поблагодарить за здравомыслие совет, хотя радоваться было особо нечему. Это короткая отсрочка, и думаю, из-за чёрной смерти, ведь сейчас все силы бросить к недопущению её в наши чистые воды! В наш нетронутый смрадом людей уголок…
Мысль потерялась в гласе Рэи… в моей голове. Неясные слова, нечёткие картинки. Я толком не понимал, что она говорила… но она была в ярости… вот испуг… а вот страх.
– Тай, – позвал меня Вал, пригвождая суровым взглядом.
– Мне нужно срочно уйти, – без лишних прощаний бросился на выход.
– Нет! – громыхнуло на весь зал, вынудив остановиться. – Тебе придётся посидеть взаперти, пока мы не устраним угрозу и не решим, как тебя наказать за проступок.
– Отец, – взвыл я от отчаянья.
Сигнал от Рэи пропал. И что хуже – я её ощущал всё хуже.
– Это моё окончательное решение на этот момент! – отрезал Вал. – А теперь, прости, но нам пора заняться чёрной смертью. Люди не справляются!
– Но мне нужно уйти! – чуть не заорал, всё же попытавшись выйти из зала. – Рэя в опасности… Нет, нет, не запирай меня, – подвыл, когда, Смерч силой удержал на месте, а отец трезубцем повёл, высекая хлыст-молнию, пленивший меня по рукам и ногам.
Братья сестры загомонили, но отец их быстро выставил из зала, а меня для убедительности, ещё и клеткой накрыл, как преступника, ожидающего приговора. Хотя, я им, по сути, и являлся. Я отступник! Уже сбегал из-под присмотра, но тогда мне Волна помогла, а теперь…
Пока я пытался допроситься меня выпустить, кидаясь разные доводами, члены совета покинули зал, оставляя меня наедине с отчаяньем. Меня накрыло такой злостью и негодованием, что ударил руками по огненным прутьями. Обжёгся, но эта боль была несравнима с той, которая расползалась внутри.
– Ты совсем забылся? – не сразу заметил Смерча. Зал погрузился в тишину и даже притупился свет, поэтому брата не увидел. – Только о своей смертной думаешь? А как же мы? Семья!!! Мы здесь! Наш мир…
– А ты об этом думал, когда потерял Вариэль? – пошёл на бесчестный ход.
– Причём тут это? – как и следовало ожидать, ощерился брат.
– Рэя для меня менее дорога, чем для тебя Вариэль. И этого не изменить, как бы ты к ней не относился. – Брат испепелял меня взглядом, шумно дышал, словно был на грани снести клетку и вступить со мной в драку, и я продолжил: – Она в опасности. Я должен её спасти…
– А как же мы? – вплотную к решёткам приблизился Смерч. – Тебя настолько не волнует чёрная смерть?
– Для этого есть семья… Ты, например, – решил подначить брата.
– Ты прав, – отступил от клетки Смерч, не поведясь на уловку.
– Прошу, – протянул с мольбой, заговорил с братом доверительным тоном без рычаний, угроз, обвинений. Это был последний вариант, как я мог достучаться до его сердца. – Она… моя жизнь, Смерч.
Брат остановился спиной ко мне.
Метнул косой взгляд, перестав извергать лютую ненависть:
– Я тебя не узнаю, Тай, – голос был пропитан болью. – Неужели ты настолько отравился…
– Да, брат. Я отравлен. Я… умираю без неё. И ДА! ЭТО, дьявол её задери, любовь, Смерч! Неправильная, но обнажённая. Это то самое… чистое, не опороченное обязательствами чувство. Я растворяюсь в нём… Не знаю, что в ней такого, но это… нечто не имеющее объяснения. Что-то такое острое и яркое… одержимость на химическом уровне. Как взрыв! Видишь ЕЁ и понимаешь – твоя половина! Такая отличная от тебя, но твоя! И именно ты, как никто, знаешь насколько это губительно-восхитительное чувство. Быть с той, кто делает твой мир светлей…
– Она человек, – пробормотал Смерч, ещё пытаясь возразить, но явно признавая своё бессилие в этом вопросе.
– У всех есть недостатки. И некоторым они особенно идут. Я бы сказал, украшают…
– Она! Человек! Лживый, корыстный. Она использует тебя и выбросит, – отчеканил Смерч.
Я сдавлено усмехнулся:
– Не поверишь, но даже это мне в ней нравится. Она и не скрывает своего интереса. Она со мной честна, Смерч. И готова… А ещё, – запнулся, раздумывая, стоит ли говорить о то, что ощутил или нет, – она готова нам помогать по мере возможности, – размазал мысль. – Направлять, подсказывать…
– Не вижу в это ценности. Особенно от существа, которому солгать ничего не стоит!
– Отпусти, брат, – вымолил с чувством.
– Нет. Тебе нужно остыть! – шагнул на выход Смерч, и я вскрикнул, цепляясь за последнюю возможность:
– А если скажу, что я учуял кое-что интересное…
– Что? – был бесстрастен Смерч, но у двери остановился.
– На суше… Силу… Слабую, но нашу… постоянно пропадающую.
– Ложь! Никогда не слышал ничего, исходящего с берега.
– И я… – закивал часто, – но оказавшись там, близко к тому месту, которое они называют доки… Порт, где стоят их огромные металлические машины, ходящие по воде… Так вот именно оттуда исходит сигнал. Я пару раз пытался пробиться, но тщетно…
– И кто это? – с подозрением прищурился Смерч.
– Не знаю, – признался как на духу. – Но это существо близкое к нам. ОНА!!! И она… истощена. Она умирает… ей больно, страшно… Она в отчаянье.
– Это не может быть Вариэль! – отрезал без тени сомнения, понимая, к чему я клонил. – Возможно… Дикая? – не то спрашивал, не то утверждал. – А значит, почти упущенный для стаи хвост…
– Но ОНО наше! – опешил равнодушию брата. – Разве мы не должны своих выручать?
– Ты специально мне об этом говоришь! – пророкотал Смерч. – Ждёшь, что поверю и брошусь… – не пошёл на поводу моей уловки. – Не бывать тому! И тебя не пущу! – грозно рыкнул и вильнул хвостом.
– Дьявол! – опустошённо ругнулся, закрыв глаза. Оставшись в гордом одиночестве, сел на пол и впал в глубокую задумчивость. То пытался докричаться до Рэи, но безуспешно, то искал вариант, как ещё выбраться из ловушки. Да, смог остановить войну, придержать семью и воду, но МНЕ! НУЖНО! На СУШУ!!!
– Тай, – голос Волны пошатнул тишину зала. Бледная, худенькая, совсем грустная сестра тенью скользнула ко мне. – Очень надеюсь, что ты прав, брат… – остановилась напротив.
– Не делай этого, – покачал головой, уже понимая, зачем она здесь. – Не хочу, чтобы тебя из-за меня опять наказали…
– Всех не накажет, – раздался голос Шторма. Вот чего не ожидал, что в зал все братья ввалятся.
– Ему придётся услышать нас всех, – кивнул Штиль, с тихой улыбкой.
– Надеюсь, она того стоит, – проворчал Бриз, почесав затылок.
Глава 43
Глава 43
Мирэя
Приходи в себя тяжко. Голова гудела, фонили звуки, тело какое-то не своё было. Онемело, затекло. И вообще я была, словно под воздействием какого-то наркотика. Вялая, сонная, туго соображающая.
– О, милая, наконец, ты пришла в себя, – прорезал мерзкую резонирующую какофонию звуков голос мужа. – А я испугался, что перестарался, – ни капли сожаления или волнения.
Муж присел возле меня на корточки и смотрел с такой брезгливостью, что стало страшно – он куда хуже, чем я вообще могла допустить мысль о «подлости и гадости».
– Детка, ну ты чего? – брезгливо похлопал ладонью по лицу, словно приводил в чувство. Попыталась увернуться, да вышло не очень – сидя на стуле, я была связана по рукам и ногам. Поэтому и не пошевелиться лишний раз, лишь головой как болванчик крутила, непонимающе оглядываясь.
Огромная лаборатория со стеклянными, пластиковыми и металлическими перегородками. Помимо нас было немного народу, и те, кто был – на нас внимания не обращали.
Именно так бы себе представляла закрытую лабораторию с маньяками – сотрудниками, увлечёнными работой. В белых робах, масках.
– Где… – голос сипом сорвался. Я прокашлялась: – Что это… а место? – едва смогла завершить мысль.
– Да перестань, уже догадалась, – скривил лицо муж и отвернулся к нескольким десяткам мониторов, транслирующих чудовищную непогоду на улице… в доках.
– Аквапаур, – кивнула мыслям.
