Текст книги "Обратная сторона измены (СИ)"
Автор книги: Александра Багирова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)
Глава 11
Когда Денис уходит. Я, держась за стену, дохожу до двери и закрываю ее на ключ. Открываю широко рот. Вдыхаю кислород, он не попадает в легкие. Сползаю на пол.
Не позволяю себе плакать. Сейчас. Пару минут. Все пройдет. Я справлюсь. Боль из острой формы, перейдет в привычную.
Денис прав, он должен был если не возненавидеть меня, то навсегда вычеркнуть из жизни еще тогда. Он считает, именно так, как и было запланировано… моим отцом…
Прошло столько лет, а я все помню, словно это было вчера. Воспоминания не притупились, чувство потери так же остро режет.
Отец просчитался. Впрочем, я тоже думала, что Денис посчитает меня предательницей и даже не посмотрит в мою сторону. Так было бы легче…
Мы с ним были вместе с пяти лет. Денис жил в частном доме, в элитном районе недалеко от нашего. Отец уже тогда стремился попасть в круг сильных мира сего. Хоть по финансам не дотягивал. Но я пошла в дорогой садик, потом отличный лицей. Папа заботился об образовании своих детей.
Мы с Денисом были неразлучны. Если мои сверстницы проводили время с подругами, а парни общались с друзьями, то нам с головой хватало общества друг друга.
Мы никого не хотели пускать в наш мир. Мы его создавали по кирпичику, выстраивали отношения, делились сокровенными тайнами и просили совета. По факту, я не помнила, не знала, не понимала, как можно жить без него. Мы были одним целым.
В те годы сестра практически с ним не общалась. Для меня до сих пор загадка, когда она поняла, что любит Дениса.
Мы поступили в институт. Один и тот же, но на разные факультеты. Встречались, учились, радовались жизни и мечтали о свадьбе. У нас все было спланировано. Мы четко знали, чего хотим и шли к этому.
На четвертом курсе, когда я устроилась работать к Кариму, Денис планировал открывать свое дело, а дата нашей свадьбы уже была назначена, пришла беда. Денис заболел. Не просто заболел, а шансы, его потерять увеличивались очень быстро. Он мог умереть.
Что я тогда пережила, не передать словами. Металась как зверь в клетке и не могла помочь. Ему требовалась пересадка костного мозга. Родители любимого не подходили как доноры. Я тоже сдала анализы. Но результат был отрицательным. В базе подходящего донора не было.
Тогда ко мне пришел отец.
– Дениса можно спасти. Есть клиника в Испании. Они одни из лучших. И донор имеется.
– Да. Папа, неужели! – я вскочила с дивана. Повисла на шее отца. – Ты не представляешь, что ты только что сделал!
– Есть одно но, Виктория…
– Какое? – в этот момент мне стало дурно. В глазах потемнело.
– Мы заключим с тобой сделку. Я и Ольга спасаем Дениса. А ты отказываешься от него.
– Что? Не понимаю. При чем тут Ольга? Как отказываюсь? – тогда я еще не представляла, как это любимого не будет в моей жизни. Мы ведь одно целое.
– Ольга идеальный донор. Мы проверили, она подходит Денису. Но я дам свое согласие, только если ты откажешься от него и пообещаешь слушать меня во всем.
– Пап, что за бред? Мы с Денисом – это вопрос решенный.
– Он тебе не пара, дочь. Я о тебе забочусь. Ты встретишь достойного мужчину. Могу даже с несколькими познакомить, а ты выберешь, кто тебе по нраву.
– Заткнись! – в истерике закрыла уши руками. Не могла это слушать. Не верила, что это говорит мой отец.
– Если ты откажешься, он умрет.
– У него ведь не рак. У него апластическая анемия. Мы с ним справимся. Мы его вылечим.
– Он не найдет донора без моей помощи, – сказал как отрезал.
– Ольга подходит, ты сам сказал!
– Ольга станет донором, если потом станет ему женой, – он говорил практически ласково, имитируя отцовскую заботу.
– А Дениса ты спросил?!
– Мы его подтолкнем к верному решению.
– Нет! – выкрикнула, впиваясь ногтям в кисть своей руки.
– Тогда у меня не будет мотивов спасать его. Он умрет, – ровный голос, ни одной эмоции.
– Ты так просто позволишь человеку умереть? Будешь спокойно жить, зная, что мог его спасти, но не сделал этого? – я не могла в это поверить.
Мой отец, которого я любила и уважала всю жизнь, предстал передо мной жутким монстром.
– Он мне никто. Если он не нужен. Значит, и жалеть не о ком. Я забочусь исключительно о благополучии своей семьи. Остальные люди просто цели для достижения желаемого, – впервые он озвучил то, что являлось его настоящим гнилым нутром.
– Ты делаешь меня несчастной! Ты ломаешь наши судьбы! – я кричала. Хотелось биться головой о стену.
– Я тебя спасаю. Ольга ему лучше подойдет в качестве жены.
– А родители Дениса! Я пойду к ним! Они влиятельные люди! Они не допустят! Они его спасут!
– Иди, – спокойно махнул рукой. – Но если Денис узнает о нашем разговоре, поверь мне, он не жилец, – и ушел.
От того, как он отреагировал, веяло гнилью. Но я хваталась за соломинку. В тот же день помчалась к родителям любимого.
Разговор вышел коротким. Отец Дениса посоветовал послушать моего папу. Его мать обливалась слезами, но говорила, что она бессильна. Стояла передо мной на коленях, умоляя спасти ее сына.
– Они, – испуганно смотрела в сторону своего мужа, – Они ни перед чем не остановятся, деточка. Ироды сгубят мое дитя.
Отец забрал меня с работы на следующий день.
– Я не шутил, Виктория. Если не согласишься, донора не будет. У меня связи. Люди мне помогут.
– Помогут загубить человека?
– Решить вопрос. Не драматизируй.
– Ненавижу тебя, – в тот момент я лично готова была убить родного отца.
– Выбирай, или Денис получит донора, пройдет лучшее лечение и будет счастливо жить с Ольгой, или будешь собственноручно его в гроб укладывать. Третьего не дано, Виктория.
Глава 12
Но разве могла я смириться? Потерять Дениса, означало на меня потерять жизнь. Мы были одним целым.
Я не рискнула рассказать любимому. В глазах отца прочитала нечто такое, что меня остановило. Я верила, что он способен сделать эту чудовищную вещь. Не знаю почему, просто верила.
Но еще я хотела бороться. Не могла вот так просто отказаться. Я сделала то, что казалось мне на тот момент правильным. А впоследствии, я буду корить себя за это всю жизнь. Я рассказала Косте.
Брат всегда был моим лучшим другом и защитником. Я делилась с ним практически всем. И в той ситуации, когда на меня обрушилось горе, мне просто необходима была поддержка.
Костя заканчивал учебу, проходил практику в отделении полиции. Он вырос в очень красивого, сильно парня. Девушки голову сворачивали, глядя ему в след. А он все ждал свою единственную. Не хотел размениваться на случайные связи.
Брат вначале не мог поверить. Все это казалось чудовищным кошмаром, но никак не реальностью.
Он был горячим, молодым парнем. Когда осознал, что я не шучу. Помчался к отцу и избил его. Да так, что папе наложили несколько швов. Над бровью у него до сих пор шрам, напоминание о кулаке сына.
Отец этого так не оставил. Брата перевели в самый отдаленный уголок страны, в место, где каждая минута на службе может стать последней. В поселок городского типа, где все население составляют бывшие заключенные.
Наш мучитель дал выбор брату, или он едет туда или садится за решетку. А мне выдвинул новые условия:
– Судьба твоего брата полностью зависит от твоего послушания. В зависимости от степени твоей вины, твой брат может оказаться за решеткой, или же и вовсе живым ты его больше не увидишь. Место его новой работы очень опасно. Чем раньше мы с тобой подружимся, тем больше вероятность, что Костя вновь вернется в родной город, – сказал с милейшим выражение на лице, словно только что озолотил меня.
– Это же твой сын! Как ты можешь! – я не могла поверить услышанному. Ладно, Денис, он действительно отцу никто. Но Костя?!
– Я делаю из него мужика. Для его же блага. Выживет, станет сильней. А если нет, хлюпики мне в семье не нужны.
Вот тогда я поняла, что проиграла… Мне не дадут быть с Денисом. Взывать к милости отца – бессмысленно.
Все, что могу – это сделать, чтобы они жили. У меня не было вариантов.
И я стала послушной дочерью, выражаясь его словами.
Денис отправился на лечение. Ольга поехала с ним. Она стала донором. А я прекратила с ним общение. Не отвечала на сообщения, звонки. Лишь два раза написала сообщение, продиктованное отцом. Сухо желала скорейшего выздоровления.
Отец постоянно напоминал, что если я сорвусь, с Денисом может случиться трагедия в Испании.
Я верила. Поэтому по его указке позировала для фотографий в обнимку с абсолютно незнакомым мужчиной. Улыбалась, давясь слезами, на каких-то вечеринках. Меня сопровождал тот же мужчина, и конечно отец.
Еще когда начался этот ад, я хотела уехать. Сбежать от отца, мачехи, от всего того кошмара, в который превратилась моя жизнь. Отец предугадал мое желание. Сказал, что семья должна быть полной и счастливой. И если я хочу возвращения брата, то должна быть в кругу семьи.
Ему нужна была показуха. Выводить в свет свое семейство. Показывать перед всеми насколько мы дружные. Иллюзия счастья, пропитанная горем.
Не изменилось это его требование и спустя много лет. Хоть давление и ослабло. Я живу отдельно. Пересекаюсь с ними крайне редко. Два раза пробовала переезжать. Но по договору, любой его звонок и я обязана мчать на зов.
Я привыкла жить и извечным хомутом на шее. Но сейчас мне кажется, я смогу вырваться. Я больше не нужна отцу. Он меня отпустит. Хочется верить. А я окончательно распрощаюсь с Денисом. Теперь уже навсегда.
А тогда я все еще ждала возвращения Дениса. Лелеяла глупую надежду, что отец передумает. Но он не передумал.
Не знаю, как я смогла сказать те ужасные вещи Денису.
– Я рада, что ты выздоровел. Но у меня теперь другая жизнь. У меня есть молодой человек. Для тебя нет места. Будь счастлив с Ольгой. Вы будете отличной парой.
– Викусь, ты что ревнуешь? – он сначала не поверил. – У меня с ней ничего не было. Я очень благодарен твоей сестре, она не отходила от меня весь этот год, стала донором. Но люблю ведь я тебя, даже не смотря на все…
Он не договорил. Обижался. Но готов был простить.
Я чувствовала его любовь. Сгорала в агонии, собственными руками уничтожала свое счастье. Но в соседней комнате был отец. Брат все еще был в том ужасном месте. И если состоится свадьба Дениса и Ольги отец дал обещание, что Костя вернется.
– Я не люблю. Все кончено, Денис, – говорила, и чувствовала, как погибаю. Как во мне умирает все, чем я дорожила. Внутренности горят, покрываясь черным, вонючим пеплом.
Я ненавидела себя, за то, что и он сейчас горит вместе со мной. Его боль, я ощущала как свою. Слышала дикие, отчаянные крики его сердца.
– Это не правда! – он хватал меня за руку, прижимал к себе. – Единственная. Дорогая, нежная, моя, только моя… Мы же одно целое, – шептал как в лихорадке.
– Отпусти. Все в прошлом, – оттолкнула его и выбежала из дома.
Денис не сдавался. Он делал еще много попыток. Меня ломало, выкручивало, болью пропиталась каждая клетка тела. Я отталкивала… снова и снова… Как могла… Выполняла все указания… Не знаю как выдержала, как не сорвалась… Страх. Животный. Дикий. Неконтролируемый. Он мной руководил. Он меня вел во тьму, из которой больше нет пути назад.
Я не интересовалась, когда произошло сближение Дениса и Ольги. Как он согласился на свадьбу. Это было слишком болезненно.
С сестрой ругаться мне было запрещено. Мы ведь любящая, дружная семья! Потому я как могла старалась ее избегать.
– Викусь, я знаю, что у вас что-то там было. Но ведь все в прошлом. А у нас с Денисом настоящие чувства. А ты еще обязательно встретишь достойного мужчину, который тебе покажет небо в алмазах, – сказала мне перед свадьбой, словно извиняясь.
Мне хотелось плюнуть ей в лицо. Не знаю, как сдержалась.
Отец поставил задачу, я должна была сделать все, чтобы Денис меня возненавидел. Больше никогда не смотрел в мою сторону.
Я не справилась. На свадьбе наши чувства прорвались наружу, сквозь обиды и тщательно выстроенные защитные барьеры.
Отец об этом как-то узнал.
Костя действительно вернулся в родной город. Едва живой. Избитый до неузнаваемости. Брат выжил. Но последствия таковы, что он никогда не сможет иметь детей.
Брат стал бесплодным.
А отец с довольным видом спросил меня:
– Доченька, теперь ты понимаешь, что если я обещаю, то все исполняю.
Глава 13
– Виктория, открой немедленно! – сквозь воспоминания доносится тихий звук.
Это он мне кажется тихим. Потому, что я сейчас далеко. Там в прошлом, где потеряла себя, где брат остался неполноценным мужчиной.
Он никогда не сможет стать отцом… И в этом моя вина… Мне не следовало его втягивать во все это… Если бы я знала… Слишком много этих «если бы»….
– Я сейчас выломаю дверь, – крик и стук становится громче.
Трясу головой. Тру переносицу.
– Виктория! – теперь крик шефа становится оглушающим.
– Сейчас, – бормочу. Поднимаюсь с пола.
Открываю дверь. Отворачиваюсь. Мне стыдно, что Карим меня видит такой. Я стараюсь не показывать свою слабость.
– Виктория! – врывается в кабинет, едва щелкаю замком. Берет двумя пальцами меня за подбородок. – До чего ты себя довела!
– Все нормально, – опускаю взгляд.
– Я вижу, – практически рычит. Такое с ним случается очень редко. – Мне охрана доложила, что этот пробник мужика приперся. Если бы я лично видел, летел бы он у меня очень далеко и с максимальным ускорением! – сжимает челюсти, так, что слышу скрип его зубов.
Пробник мужика – это он Дениса так прозвал. Я не афишировала нашу связь. Но Ден часто приезжал ко мне, когда я была в командировках вместе с Каримом. Он все видел. Анализировал. Сначала молчал. Потом поинтересовался, не тот ли это мужчина, от которого я беременная в другой город убегала.
– Можешь не отвечать. По взгляду понятно, Виктория. Держись от него подальше. Это пробник мужика, – сказал тогда.
– Кто? – непонимающе уставилась на шефа.
– Не мужик, а так пародия. Если любишь, то будь со своей женщиной. А нет, то голову не морочь.
– Вы многого не знаете.
– Мне достаточно. Я все вижу. Ты достойна настоящего мужчины, а не пробника, который годится только для одноразового использования.
– Я сама разберусь, – пресекла неприятный разговор.
Хотела оставить личное личным. Карим никого не пускал в свое личное пространство, и мне не хотелось, его посвящать в свои тайны. Но, так или иначе, а шеф, все равно был в курсе некоторых моментов. Моих попыток побега, с его помощью, приездов Дениса.
Да, мы работаем долго, есть некое доверие, хорошие отношения, но я уже раз обожглась, рассказав все Косте. Больше такой ошибки не совершу.
– Давно надо было указать на его место, – неприкрытая злость в голосе шефа, снова вырывает из раздумий.
– Карим, мы просто поговорили. Я сказала, что уезжаю. Все. Минутка слабости, теперь я снова в строю, – стараюсь, чтобы голос звучал бодро.
– Как можно быстрее надо уезжать. Он не угомонится. И сам не съем, и никому не дам, – из его горла вырывается звук, похожий на звериный рык.
– Я займусь школой дочери. Текущими делами. Скоро все будет готово. Я сама в этом заинтересована.
Долго на меня смотрит. Молчит. От его странного изучающего взгляда хочется стать маленькой букашкой и залезть под плинтус.
– Ты мне нужна на новом месте. Время поджимает, – говорит деловым, спокойным тоном и покидает мой кабинет.
Сама понимаю, что в этом городе я не смогу нормально жить. Прошлое никогда не отпустит.
Иду к столу, включаю компьютер. Работа всегда мне помогает, сейчас надо заняться делом. Только погрузившись с головой в работу, я выжила тогда. Возможно, и достигла многого в фирме Карима, именно потому, что отдавалась на все двести.
Закончив работу в офисе, еду на деловую встречу. Руки на руле немного подрагивают, нервное напряжение не отпускает.
Решение принято. Надо только уладить тут все. Чего меня так трясет и знобит?
Предчувствие?
Отбрасываю эту мысль.
После рабочей встречи, еду в школу к дочери. Специально приезжаю раньше, чтобы поговорить про ее перевод и узнать все детали.
Понимаю, что Агате вряд ли понравится новость. У нее тут столько друзей. Моя доченька не любит перемен. Но выхода-то нет…
– Мам, ты чего такая грустная? – дочь выходит после уроков, обнимает меня.
– Хочешь пиццу? – спрашиваю натянув улыбку на лицо.
– Пицца, чтобы поговорить со мной о чем-то плохом? – дочурка склоняет голову набок и пытливо на меня смотрит.
– Не плохом. Но важном.
– Пиццу я люблю, – Агата берет меня за руку и бодро шагает к машине.
А я лихорадочно соображаю, как подобрать правильные слова для этой новости.
– Бусинка, – начинаю разговор, когда дочь после пиццы доедает десерт. – У мамы на работе намечается повышение.
– Так это же здорово! Ты заслужила! – облизывает ложку.
– Да… Но… оно в другом городе… В очень красивом, живописном городе, и там очень хорошие школы. Мы выберем тебе лучшую!
– Хм, – дочь морщит лобик. – Тут же Пашка… А тут нельзя повышение?
– Нельзя, – ненавижу себя, за то, что приходится ее расстраивать.
– Тут дядя Денис… – продолжает задумчиво. – Он нас может навещать в другом городе?
– Неверное, – неопределенно жму плечами.
Как сказать дочери, что я хочу порвать с прошлым. Что возможно она лишится отца, которого таковым не считает… Все это дико больно…
Денис много времени проводил с Агатой. Водил ее на прогулки, задаривал подарками, учил читать.
Помню, как светились его глаза, когда Агата при нем делала свои первые шаги.
Как я корчилась в агонии, когда она сказала свое первое «папа», глядя Денису в глаза. Потом она еще много раз произносила это слово. А я, истекая кровью внутри, переучивала ее на дядя.
Дочь никогда не спрашивала про отца. Удивительно но факт.
– У меня есть ты, мамочка. И я самая счастливая, – всегда говорила мне.
Она будто подсознательно что-то чувствовала, и избавляла меня от необходимости ей врать. Это я ненавижу больше всего. Стараюсь, чтобы наши отношения с дочерью были максимально честные и доверительные. Но это тяжело, учитывая то, что мне приходится скрывать.
Я себе пообещала, что когда она еще немного подрастет, обязательно расскажу ей правду. Но сейчас не время.
– Мам, если это важно и нужно то, – тяжелый вздох. Совсем взрослый, – Я готова. Я не буду плакать.
– Моя ж ты, Бусинка, – встаю со своего места, не в силах сдержать эмоций и крепко прижимаю дочку себе.
– Какая трогательная картина, – в спину ударят скрипучий голос. Как кто наждачкой по коже проводит. – Какая приятная и неожиданная встреча, Виктория и ее красавица Агата.
Заставляю себя повернуться. Стараюсь, чтобы лицо не выражало никаких эмоций.
– Добрый вечер, – здороваюсь, подавляя желание взять дочурку на руки и бежать, как можно быстрее.
– Здравствуйте, – Агата приветливо кивает головой. Моя милая, воспитанная и добрая девочка.
– А мне как раз надо с тобой побеседовать, – без приглашения усаживается за наш столик.
– Мы уже уходим, – глазами ищу официанта, чтобы принес счет.
– Не спеши. Разговор нужен не только мне, но и тебе, – в этот момент вижу, как в его глазах вспыхивает дьявольский огонек. Будто бесу в глаза смотрю.
Как же хочется крикнуть: «Сгинь нечисть!».
Глава 14
– Не думаю, что нам есть о чем с вами говорить, – отвечаю холодно, прижимаю дочь к себе.
– Девонька, не будь такой злюкой, – сверкает белоснежной улыбкой. – Вдруг я дед мороз и исполню твое желание? – подмигивает. – А может и не одно.
– А для этого мне придется душу продать?
– Ну что ты, девонька. Дедушка он добрый, – голос слаще меда звучит, а мне он до тошноты противен. – Агата, – переводит взгляд на дочурку, – А ты веришь в дедушку мороза?
– Нет, – малышка отвечает не задумываясь.
– Чего так? – подпирает рукой подбородок, изображает крайнюю заинтересованность.
– У меня есть мама и дядя Денис, зачем верить во вранье, когда есть люди реальные, которые меня любят и сделают для меня все, – Агата отвечает так, словно разжевывает взрослому мужчине, прописные истины.
А у меня снова сердце кровоточит.
Она повторяет слова Дениса. Когда дочь еще ходила в садик, она увидела, как готовясь к новогоднему утреннику, воспитательницы раскладывали подарки.
А где же тогда дедушка мороз?
Денис посчитал, что дочери врать не стоит. Иначе потом, когда спустя время она узнает правду, ей будет невыносимо больно. Он посадил ее на колени и сказал, что дедушка мороз живет в любящих сердцах. Что чудеса совершают родители.
Я сидела тогда, закусив губу. Он учил ее не врать… а она называла его дядей.
– Мне тоже больно от этого, солнышко. И я верю, что когда-то все изменится. Я все для этого сделаю, обещаю! – прошептал мне, тогда пытаясь успокоить.
Мотаю головой, прогоняя наваждение.
– Мы пойдем, – достаю из кошелька несколько купюр. Кидаю на стол.
– Вика, да сядь, ты! Чего мечешься, будто ужалили в одно место! – он начинает заводиться. Глаза опасно сверкают.
– Сейчас не время и не место для разговоров, – взглядом показываю ему на дочь.
– Девонька, неужели ты думаешь, что я могу быть настолько неосторожным, – хватает меня за руку, пытается вновь усадить за стол. – Я тут подслушал, вы собираетесь покинуть наш город.
– Подслушивать не хорошо, Ярослав Михайлович, – Агата смотрит на него осуждающе.
– Я случайно! Честно-честно! – поднимает руки вверх, будто сдается.
– Это вас не касается, – отрезаю.
– Колючка твоя мама, Агатка, – встает из-за стола. Подходит ко мне вплотную. – И так намного интересней.
– Она у меня самая лучшая! – восклицает дочь.
– Прощайте, Ярослав Михайлович, – резко разворачиваюсь, крепко держу дочь за руку. Мы быстро идем к выходу.
Делаю несколько глубоких вдохов. Машина совсем рядом. Но мы не успеваем до нее добраться.
– Агатка, посидишь в машине, пока мы с твоей мамой переговорим? – спрашивает дружелюбно.
– Если мама попросит, – дочь поджимает губы.
– У нас нет времени, – открываю дверь автомобиля, усаживаю дочурку.
Закрываю дверь с ее стороны, разворачиваюсь, а он нависает надо мной.
– Попалась! – в нос ударяет запах дорого парфюма.
– Вам нечем заняться? Вы скоро дедушкой станете! Прокатитесь по магазинам, подарки закупите, – отталкиваю его.
Он смотрит на меня, выгнув черную, густую бровь. Ухмыляется. Отец Дениса, как всегда выглядит идеально.
Кто не знает, многие принимают их за братьев. Хоть внешнее сходство у них минимальное, к счастью Денис больше взял от матери. Его отец тратит уйму времени, чтобы выглядеть молодо, и похоже не только косметологи, но и природа на его стороне. Красивый мужчина, только гнилой внутри.
К счастью, сталкиваюсь я с ним очень редко. И сейчас ума не приложу, что ему от меня понадобилось. Но точно знаю, что ничего хорошего.
– Ты первая меня осчастливила, – кидает быстрый взгляд на Агату, сидящую в машине.
– Вы сделали свой выбор много лет назад. Теперь у вас будет долгожданный внук или внучка, – разворачиваюсь и проворно сажусь за руль.
Уже почти удается закрыть дверь, как он придерживает ее.
– Я помогу тебе найти ту, кого ты так давно ищешь, – говорит с дьявольской улыбочкой. – Твой братец не справится.
Дергаю на себя дверь. Он ахает. Я прищемила ему пальцы.
Завожу машину, трогаюсь с места, не без удовольствия наблюдаю в зеркало гримасу боли на его лице.
Все же ему удалось еще больше разбередить мою душу. Он намекал о моей матери. Именно ее я уже много лет ищу. Брат мне в этом помогает. Но пока наши поиски не дают никаких результатов. Мать словно растворилась, никаких следов.
Но я не теряю надежды, что когда-то смогу ее увидеть.
Мне надо разобраться во всем. Зная своего отца, я уже не верю в его рассказ. Я хочу знать, то он сделал с моей матерью.
Может, стоило выслушать отца Дениса?
Нет! Связываться с ним себе дороже. Добром это не кончится.
Два дня проходят относительно спокойно. Даже удивляюсь этому. Занимаюсь дочерью, работой, будущим переездом. Денис пишет и звонит каждый день. Но я его упрямо игнорирую.
Больно. Тяжело. Невыносимо.
Но я обязана через это пройти. Не могу сейчас снова сдаться, снова оказаться в его объятиях.
Это конец. Мы должны это принять.
К вечеру второго дня, когда я с дочуркой после ужина, сижу в обнимку и смотрю фильм, мой мобильный оживает.
– Привет, Костик! – сразу принимаю вызов.
– Викусь, у меня серьезные проблемы, – давно я не слышала настолько взволнованный и глухой голос брата.
