Текст книги "Обратная сторона измены (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

Глава 19

Утыкаюсь лбом в стену. Так и стою. Ощущаю себя загнанным зверьком в капкане, когда любое движение причиняет еще большую боль.

– Мамочка! Мам! Что случилось?! – Агата дергает меня за рубашку.

Это выводит из ступора.

– Так… не очень хорошие новости, – присаживаюсь и обнимаю дочурку, прячу в ее волосах свое лицо.

Не хочу, чтобы она сейчас видела мои глаза.

– Я могу чем-то помочь? – серьезно так спрашивает, деловито.

– Ты уже помогаешь, бусинка!

– Не заметно. Мам, ты дрожишь, – она крепко обнимает меня ручками. – Что-то серьезное случилось? Расскажешь?

– Мы справимся, роднулька. Обязательно справимся! – говорю уже более бодро.

Мне нельзя раскисать. Я на это не имею права! У меня есть ради кого жить и бороться!

Только на данный момент я не знаю, как противостоять монстру.

Занимаюсь привычными утренними делами. Ванна, завтрак, сборы дочери в школу. Агата внимательно за мной наблюдает, каждый шаг считывает. Переживает. Как могу, пытаюсь ее успокоить, только ее не обмануть. Слишком крепка между нами связь.

– Мам, знаешь, я очень долго думала, как решить задачу на занятиях, – изрекает задумчиво, когда я везу ее в школу. – Всю голову сломала, – сводит бровки на переносице. – Потом отвлеклась, забылась, а решение нашлось! – поднимает указательный пальчик вверх. – Вот! И у тебя так будет!

– Спасибо, Бусинка! – в горле ком, глаза полны слез. Именно так и будет!

Остановившись у ворот школы, обнимаю Агатку крепко-крепко, вдыхаю ее запах.

– Помни, что мама тебя безумно любит! – шепчу.

– Ты только не плач. Я тоже тебя люблю! – сжимает мою руку.

– Не буду, – мотаю головой.

– Обещаешь?

– Да.

Проводив дочь, сажусь в машину и достаю телефон. Долго смотрю на аппарат. Не хочу звонить, но другого выхода сейчас нет.

Основная задача – помочь Косте. Отозвать своих нелюдей может только отец. Значит, надо временно согласиться на его условия. Усыпить его бдительность. Пусть думает, что я на все согласилась.

Когда с Костей все будет хорошо, мне легче будет думать, как найти уязвимые места монстра. А они у него точно есть.

Я все больше и больше сомневаюсь в правдивости их с мачехой рассказа. Зная методы моего папаши, мне даже думать страшно, что заставило мою маму отказаться от родной дочери.

Паники больше нет. В крови только холодная ярость.

Набираю номер отца. Не отвечает. И так несколько раз.

Ясно. Играет на моих нервах.

«Отстань от Кости. Пусть ему окажут медицинскую помощь. Я остаюсь».

Отправляю сообщение. Как же мерзко и гадко, что снова иду у него на поводу. Но тут надо действовать быстро, а другого выхода на данный момент нет.

Еду на работу. Впервые за долгое время с неохотой. Предстоит нелегкий разговор.

Сразу же иду к начальнику в кабинет.

– Добрый день, Карим! – шеф стоит у окна, реально как скала, свет собой загораживает.

– Добрый, Виктория! – смотрит пытливо, одними глазами спрашивает, чего это я приперлась.

– У меня к вам разговор… не очень приятный, – сажусь в кресло, так чувствую себя уверенней.

– Ты решила отказаться, – хриплый голос, до жути спокойный.

– Почему вы сделали такой вывод?

– У тебя все на лице написано, – держит руки за спиной и смотрит, так, что создается ощущение, будто меня рентгеновский аппарат сканирует.

– Я прошу отсрочку. Сложились обстоятельства… – как же сложно говорить под таким взглядом, – Так получилось, что я сейчас не могу уехать. Но я не отказываюсь… просто нужно время…

Я мямлю как школьница, еще и краснею.

– Какие обстоятельства?

– Семейные.

– Пробник мужика?

– Нет. С ним все.

Карим за долю секунды оказывается около меня.

– Посмотри мне в глаза, – очень тихо, но так, что ослушаться невозможно.

Вглядываюсь в его черную бездну. О чем думает шеф прочесть нереально, он держит взгляд, буквально гипнотизирует, так что забываю как дышать.

– Врешь, Виктория, – озвучивает свой вердикт.

– Я… нет… Карим… – понимаю, что не могу подобрать слов.

Да, с Денисом я разошлась, не собираюсь больше продолжать эту агонию, но ведь из сердца его не так просто вытравить, слишком глубоко он пророс в меня за эти годы.

– В данном случае причина действительно не он. Так кто? – Карим нависает надо мной скалой. – От тебя пахнет страхом. Кто тебя запугивает?

Глава 20

– Почему это вас интересует, Карим? – во рту пересыхает, голос звучит глухо.

– Меня интересует все, что с тобой связано, – приближает свое лицо к моему, в нос ударяет горьковатый запах его парфюма, – Виктория.

– Почему? – повторяю вопрос пересохшими губами.

Он никогда не подходил настолько близко, между нами всегда была дистанция.

Карим смотрит на меня неотрывно. Вблизи его глаза завораживают сильнее, темно-карие со светлыми переливами и практически черная радужка, я будто смотрю в калейдоскоп, где собственное отражение видится в разных фрагментах.

– Ты мне не чужой человек, – очень тихо, проникновенно.

– Я ваш работник, – так же шепотом в ответ.

– Виктория, Виктория, – качает головой, мое имя он произносит с придыханием, оно звучит таинственно, завораживающе, – Если бы все было так просто…

– Карим, я не… – не дает мне договорить, кладет палец мне на губы.

Тут же выдыхает со свистом. На миг закрывает глаза.

Резко отстраняется.

– Твои личные проблемы, отражаются на работе. Значит, надо их решить. И как я говорил, ты мне не чужой человек, ты можешь все рассказать.

– У меня сестра беременна и… – дальше замолкаю.

Мне безумно хочется излить душу, хоть немного скинуть ношу. Но я вовремя себя останавливаю. Раз я уже совершила подобную ошибку, рассказала Косте. И этого себе никогда не прощу. Из-за меня он пострадал так, что уже не исправить. Если бы брат не влез в разборки с отцом, его бы никто не тронул.

А что теперь? Подставить Карима?

Мой начальник не всесильный миллиардер. Он просто бизнесмен, у которого вполне успешная, но довольно скромная фирма.

И пусть у нас с боссом неплохие отношения, но вряд ли этого достаточно, чтобы взваливать на него позорную правду. Достаточно того, что он знает про Дениса.

И невзирая на все я бы рассказала… Но еще один удар не переживу. Я знаю отца, страдают все, кто переходит ему дорогу.

– Больно, – утверждает, и у самого в глазах какая-то непонятная боль.

Что с ним происходит?

– Справлюсь, – кашляю, прочищаю горло.

– Виктория, ты можешь быть со мной откровенна.

– Спасибо, Карим, за ваше участие. Но мне только нужна отсрочка. Я очень хочу поехать, – говорю и вижу, как в темно-карие глаза чернеют.

– Опять это… вы… сколько можно, – стискивает челюсти так, что желваки ходуном.

Пожимаю плечами. От начальника исходят волны дикой, животной энергии, чего ранее я не чувствовала. Теряюсь.

– Вы мой шеф.

– Иди, Виктория. Если будешь готова к разговору, приходи, – отворачивается к окну.

Снова превращается в непроницаемую скалу.

– А как насчет отсрочки?

– Я не могу поставить на паузу бизнес из-за твоих проблем, – холодный ответ.

– Извините, что вас подвела…

Он ничего не отвечает. Тихо закрываю за собой дверь.

На душе еще паршивей, чем было. Иду к себе в кабинет и пробую заняться делами. Работа обычно помогает, а тут мысли не дают сосредоточиться. Я судорожно ищу выход… и пока только один вариант в голове. То, чего бы совсем не хотелось…

Во второй половине дня мой телефон подает признаки жизни.

– Костяяя! – ору в трубку как ненормальная. – Ты в больнице?

– Ох, как визжишь, сестренка, – голос уставший.

– Отпустили!

– Типа того, – вздыхает.

– В какой ты больнице? Я приеду.

– Сейчас не надо. Позже.

– Почему?

– Не надо тебе меня таким видеть.

– Костя! Надо!

– Что ты ему пообещала за меня? – слышу ярость в изможденном голосе.

– При встрече расскажу. Главное – ты цел! Я так переживала!

– Паулину не переводят. С меня снимут обвинения. Вик, ты ему душу продала? Иначе как объяснить его щедрость?

– Кось, ты выздоравливай. Скажи мне в какой ты больнице! Хочу тебя видеть!

– Не отстанешь ведь?

– Неа!

Когда Костя все же говорит, где находится, один камень падает с шеи. Становится значительно легче. Брат в частной, хорошей больнице. О его здоровье заботятся.

Отец выполнил условия. Все случилось даже быстрее, чем ожидала, чем еще раз продемонстрировал свои возможности.

Мне нужны его слабые места! То, на что можно надавить и заставить отстать от нас. И что-то мне подсказывает, они находятся в его прошлом.

Прежде чем ехать к брату, совершаю еще один звонок. Мерзко, противно, но сейчас я должна хвататься за любую возможность. Даже если она призрачная и очень сомнительная.

Убеждаю себя, что от разговора хуже не будет, и решительно нажимаю на кнопку звонка.

Глава 21

– Какой приятный сюрприз, – морщусь от рокота в трубке. – Чем обязан твоему звонку, девонька?

– Вы говорили, что можете помочь найти…

– Ой, ты и не представляешь, что я могу, – перебивает меня. От его мягкого смешка кожа покрывается противными мурашками.

– Давайте, без этих игр. Мне нужна информация. Я хочу услышать ваши условия, на которых вы мне ее предоставите, – говорю резко.

– Без игр не интересно, девонька. Сколько той жизни.

– Значит, я зря вам позвонила. Всего доброго, Ярослав Михайлович, – собираюсь отключиться.

– Стой, – говорит слишком поспешно.

– Слушаю.

– Приезжай сегодня в пяти ко мне в офис. Поговорим.

– Хорошо.

Нажимаю на отбой. Ничего хорошего нет, если я обращаюсь к этому человеку.

С отцом Дениса нас связывает только тот разговор, в котором он указал мне на мое место. Он знал, о том, что меня заставляют сделать и выбрал позицию моего отца. После этого он вел себя со мной наигранно дружелюбно, улыбался, шутил, но в его обществе меня всегда охватывает какое-то липкое ощущение, страх переплетенный с жуткой неприязнью.

На этого человека у меня перед глазами мигает красная лампочка: «Держаться как можно дальше!».

Денис об отце говорил мало и с неохотой. Близкими их отношения с отцом назвать нельзя даже с большой натяжкой. Мать же Дениса всю жизнь страшно боялась своего мужа, и при этом любила.

Она мне всегда говорила:

– Ох, деточка, злая штука любовь. Сердце оно иногда такое глупое, не может биться без человека, который его же и губит.

В то, что счастья в семье нет, было понятно, достаточно просто заглянуть матери Дениса в глаза. Женщина она добрая, гораздо лучше моей мачехи, но слишком запуганная.

Она всегда была за нас. Но в решающий момент не хватило смелости поддержать. Скорее, она сама нуждается в извечной поддержке.

Но та его фраза про мою мать бросила зерна сомнений, сейчас они проросли, и я готова к разговору. Мне нужна любая информация, которая поможет сдержать монстра.

Иначе отец никогда не остановится и жизни нам не даст.

Отпрашиваюсь у Карима. Сегодня из меня все равно работник никакой.

Еду к брату в больницу. Мне надо своими глазами увидеть, что с Костей все более менее нормально.

С врачом поговорить не получается, он занят. Но в палату меня пропускают без проблем.

Едва переступаю порог, сразу натыкаюсь взглядом на мать, которая стоит у постели брата.

– Викуся, беда-то какая! – всхлипывает.

– Привет, Кось, – игнорирую ее.

Брат лежит под капельницей. Лицо все в кровоподтеках, страшно подумать, есть ли живое место на его теле.

– Викуль, рад видеть! – слабо улыбается разбитыми губами.

– Мне как Андрей сказал, так я сразу сюда, – продолжает мать.

Поправляет одеяло, всхлипывает.

– А он сказал, что это по его указке было сделано? – не выдерживаю этого фарса.

– У тебя, что рассудок помутился? – прикладывает руки к груди. – Имей совесть, такое на отца наговаривать! Он места себе не находит, лучших врачей подключил!

– Мам, она права, – Костя смотрит на мать с грустью.

– Не говори сынок, береги силы, – снова начинает бессмысленно поправлять его одеяло.

– Проще ведь ничего не признавать, да? – прохожу в палату.

Ставлю на прикроватную тумбу принесенные лакомства.

– Ты в последнее время сама не своя. Я давно говорю, мужик тебе нужен! – осуждающе качает головой. – Как с цепи сорвалась. Счастью сестры завидуешь? Так кто тебе мешает? Девка видная, пока еще молодая, мужика найти проще простого, если гонор поубавить.

– И как я без твоих советов проживу, – презрительно морщусь. – Будь добра, выйди на пару минут. Мне с братом поговорить надо.

– Я не оставлю сына! Мы одна семья. Если есть что сказать – говори при мне, – скрещивает руки на груди.

– Мам, реально дай с сестрой перетереть, – Костя очень слаб, говорит едва слышно.

– Сынок мама рядом и всегда будет, – придвигает стул, садится около его постели и гладит по руке. – Все наладится. Мы на ноги тебя поставим.

– Ага, сначала калечим, потом лечим, – выпаливаю со злостью.

– Отец все усилия приложил, чтобы помочь Костику выпутаться из той передряги, в которую он по неосторожности попал! Ночи не спал! А у тебя язык поворачивается такое наговаривать! – столько возмущения в словах, голос плаксивый, страдальческий.

– Викусь, бесполезно. Ты сама знаешь. Не переживай. Я скоро буду в строю, – брат пытается говорить бодро.

– Выздоравливай, – закусываю губу.

Больно на него смотреть. И ведь понимаю, что отец может в любой момент продолжить.

Поговорить точно не выйдет, маман из палаты не выйдет. Села как цербер и сторожит.

Еще несколько минут общаюсь с братом на отвлеченные темы и прощаюсь.

Так дальше продолжаться не может! Именно эта мысль крутится в голове, пока еду в школу за дочерью.

Забираю Агатку, мы едем в кафе пообедать. Отдыхаю душой. Смотрю на свое сокровище, и понимаю, что все получится, именно ради нее, ради спокойного будущего и счастья моей бусинки.

Дочурка довольна, что переезд откладывается. Без умолку рассказывает школьные новости. И я отвлекаюсь, на час отбрасываю тревоги.

После обеда отвожу Агату на занятия по рисованию. Она у меня очень талантливая, преподаватели ее хвалят. И в кружке по рисованию ее называют лучшей ученицей.

На этом позитив заканчивается. Следующий пункт назначения – отец Дениса.

Останавливаюсь у высокого серого здания в центре города. Поднимаюсь на двадцатый этаж. Секретарь проводит в кабинет шефа.

– Виктория! Ты как всегда несравненна! – отец Дениса поднимается с кресла и идет ко мне навстречу.

– Добрый день, Ярослав Михайлович.

– Чай? Кофе?

– Вы говорили, что у вас есть информация… – договорить не успеваю, дверь кабинета открывается.

– Оставь ее! Ты слышал, мразота! – Денис тяжело дышит, берет меня за руку и заводит себе за спину.

Глава 22

Появление Дениса сбивает с толку, от него исходят дикие волны агрессии.

– Ден, мы лишь мило беседуем, – его отец улыбается. – Будь добр, закрой дверь с той стороны.

– Виктория ни о чем с тобой говорить не будет! – чеканит злобно.

– Я сама решу, Денис! – пытаюсь забрать свою руку, но он держит слишком крепко.

– Подумай о своем поведении сынок, могут ведь быть и последствия, – Ярослав Михайлович говорит мягко, но угроза витает в его словах.

– Иди ты… – Денис с ненавистью смотрит на отца. – Пошли, – тянет меня к выходу.

– Я не пойду! – пытаюсь упираться, но он просто поднимает меня на руки и уносит прочь.

– Я жду тебя, Виктория, – слышу хрипловатый голос его отца, прежде, чем Денис с грохотом закрывает дверь.

– Отпусти меня! Совсем с ума сошел? – ударяю его кулаком в грудь.

Он молчит. Несет меня, на нас смотрят удивленный секретарь, охранники.

Его отец же мог приказать охране остановить Дениса, но почему-то этого не сделал.

– Что ты себе позволяешь! – не унимаюсь. – Ты не имеешь права вмешиваться! Мы все точки расставили!

– Имею, – твердо, уверенно.

Несет меня к своей машине. Усаживает на переднее сиденье. Трогается с места. Едем мы не долго. Останавливаемся в ближайшем дворе.

Дениса трясет так, что он вести не может.

– Какого ты к нему поперлась? – поворачивает ко мне разгневанное лицо.

– Это не твое дело, Денис, – отвечаю спокойно.

– Все, что касается тебя – мое, – голос становится мягче. – Викусь, расскажи, в чем дело?

– Мне надо было поговорить с твоим отцом, – его запах, его лицо, губы… он слишком близко. Теряюсь. Нечем дышать, им пропитываюсь.

Глупое сердце продолжает выстукивать его имя.

– Что-то произошло в ресторане? – пристально на меня смотрит, нет, не смотрит, пожирает глазами.

– Денис, это мои проблемы.

– Наши. Все наше. Я никогда от тебя не откажусь, что бы ты ни говорила, – проводит рукой по моим волосам. – Я же чувствую тебя, твое сердце… Мы не можем быть порознь.

– Серьезно? Ты скоро станешь счастливым папашей. Так и удели внимание беременной супруге.

– Счастлив я могу быть только с тобой, – рука продолжает свой путь по моему лицу, очерчивает скулы, лоб, нос, губы.

Нестерпимая дрожь охватывает меня. Притяжение такое, что сейчас все вокруг нас воспламенится. Сколько бы я ни бежала, ни отрицала, но между нами есть нечто сильнее. Он пророс глубоко в меня, как и я в него. Эта та связь, которая ощущается на ином уровне. Ее невозможно описать, лишь чувствовать, и я слишком остро ощущаю.

– Это невозможно, – все же возражаю ему.

– Что ты хотела от моего отца? – он гладит мою шею, лишь усилием воли удается не закрыть глаза и не издать протяжный всхлип.

– Он знает, где моя мама… – все же признаюсь.

Сложно нести все в себе, а сейчас его прикосновения делают меня слабой. А мне так хочется ощутить эту слабость в его руках.

– Я узнаю у него. Только больше не ходи к нему, – придвигается ближе ко мне. – Как же я безумно тосковал…

– Учитывая ваши отношения, вряд ли он тебе скажет, – он берет мою руку и начинает целовать каждый палец.

Мне так приятно и так больно. От того, что это лишь украденные мгновения. Нам не быть вместе.

– Прекрати, Денис, – пробую забрать руку. – Это всего лишь агония. Это ни к чему не ведет. Отпусти меня. Не ищи. Позволь научиться жить без тебя! – выкрикиваю, а сама сильно-сильно сдавливаю его руку.

Кричу одно, а сама отпустить не готова. Любовь разрывает на части, превращает в сплошной сгусток боли.

– Никогда.

– Ты мучаешь нас!

– Мы все преодолеем. Скажи мне, что происходит. Доверься, Викуся! – тянется к моим губам.

Мне бы его оттолкнуть. Закричать, чтобы отстал.

Только сил нет. Мне сейчас жизненно необходимо ощутить его. В последний раз. Потом уйду. Прогоню. Но сейчас его губы – это центр моей вселенной. Сердце ликует. Обхватываю руками его шею и отдаюсь во власть поцелуя.

Именно в этот момент ощущаю себя цельной. Он забирает все мои тревоги. На какие-то мгновения отдаюсь на волю ощущениям, судорожно обнимаю его, прижимаю сильнее к себе. Его руки нетерпеливо блуждают по моему телу.

– Поехали куда-то… ты мне так нужна, – шепчет мне в губы, и снова целует, лишает воли.

Распахиваю глаза и вижу, как напротив машины стоит Ольга. Сестра смотрит на нас, склонив голову набок и округлив глаза.

Глава 23

Денис продолжает меня целовать. Он затылком к Ольге и ничего не видит.

– Вик, как же я тебя люблю, – шепчет с жаром.

Отпихиваю его и продолжаю смотреть сестре в глаза. Слова застревают в горле. Лихорадочно пытаюсь придумать, что сказать, как оправдаться. Ничего на ум не приходит.

– Денис… Оля… – пытаюсь его оттолкнуть.

– Забудь о ней, не думай! – шепчет мне на ухо, покрывая шею поцелуями.

Сестра стоит как изваяние с места не двигается.

– Она тут! – отпихиваю его, собрав все оставшиеся силы.

– Что? Не понял? – Денис недоуменно мотает головой и лишь потом оглядывается. – Как она вообще тут оказалась?! – рычит злобно.

– Надо ей все объяснить! – делаю глубокий вдох и открываю дверь машины.

Бессмысленно отсиживаться тут под ее взглядом.

– Оль… – иду к ней, а слов нет. Денис выходит следом.

– Приветики! – сестра машет нам рукой. – Вот так сюрприз!

– Оль, мне жаль… – снова слова застревают в горле.

Ведет она себя странно, улыбается, голос приветливый. Шок, наверное, еще ничего не осознала.

– А ты что тут делаешь? – интересуется Денис. Он тоже не очень-то спешит оправдываться.

– Я… это… гуляла. По магазинам решила пробежаться, – Оля неопределенно пожимает плечами. – А тут вы.

– Оль, мы…

– Викуся, ты чего такая бледная, – не дает мне договорить сестра. Трогает за щеку. – Не заболела ли?

– Нет.

– Тогда на солнышко тебе надо. А то совсем в своих офисах зачахла, – смеется.

Она ведет себя… как обычно… будто ничего не случилось.

– Да, – не знаю, что еще сказать.

Как вообще себя с ней вести.

– А у меня с беременностью столько сил появилось! Токсикоз не так часто мучает. А в целом, горы бы свернула! Денис, мы станем родителями, какое счастье! – запрокидывает голову вверх, радостно смеется. – А вы тут что делали?

– К отцу Дениса заезжали, – отвечаю глухо.

– Ааа… – протягивает задумчиво. – Все хорошо? Вопросы решили?

– Да. Вез Вику домой.

– И правильно. Она моя самая любимая сестричка, надо о ней заботиться, – говорит Денису с той же счастливой улыбкой на лице.

– Оль, то, что ты видела в машине, – пробую в очередной раз объясниться.

Иначе как на шок не списываю ее поведение.

– А что я видела? Я только подошла, и вот вы выходите. Обрадовалась как! – всплескивает руками. – День просто замечательный!

Она упорно делает вид, что ничего не было. Но она не могла не видеть. Она смотрела мне в глаза.

– Ты сейчас куда? – интересуется Денис.

– Дальше по маршруту. А ты будь добр, доставь мою сестру в целости и сохранности!

– Может, Денис тебя подвезет, я и сама доберусь, – предлагаю, сбитая с толку ее поведением.

– Ни в коем случае! Я гуляю, мне полезно! Так что в путь! – указывает рукой на машину. – А мы с моим любимым вечером встретимся.

Целует меня, Дениса, машет нам рукой и бодрой походкой идет дальше.

Еще минуты две продолжаю смотреть ей в след.

– Ничего не понимаю….

– Пошли, – Денис возвращается в машину.

На негнущихся ногах иду следом. Пытаюсь переварить случившееся, и не получается.

– Сейчас Агату надо забрать? – спрашивает, заводя машину.

– Ага… – растерянно киваю.

– Погнали.

– Денис, что это было? Она же все видела?

– Я ожидал такой реакции, – на меня не смотрит, только на дорогу.

– Почему? Что ты знаешь?

– Придет время и все встанет на свои места. Мне самому надо во всем разобраться, – отвечает туманно.

Сколько ни пытаюсь выбить из него ответы, ничего не выходит.

Ощущение, что прикоснулась к какой-то тайне, дергаю запертую дверь, но она никак не поддается.

Денис паркуется. Агата ждет уже нас около ворот, завидев, радостно бежит.

– Дядя Денис приехал! – виснет у него на шее.

– Ну что поедем в кафешку? Что ты хочешь суши, пиццу? Или что-то другое? – он ведет себя, как ни в чем ни бывало.

– Суши хочу! – радостно восклицает дочь.

– Ваше желание, принцесса, для меня закон! – игриво кланяется и ведет дочь к машине.

В дороге они шутят, смеются. Если не знать, то выглядит все настоящей семьей, которой у нас никогда не будет.

Я в их разговорах практически не участвую, обдумываю ситуацию. Что у него за отношения с сестрой?

Или она так любит Дениса, что предпочла на все закрыть глаза?

Мне так нужны ответы!

Денис домой совсем не топится. Привозит нас в красивое заведение, с энтузиазмом выбирает с Агатой суши. Потом они их с аппетитом поедают.

Дочь его так любит. Подсознательно тянется к отцу. И на это больно смотреть, особенно когда слышу ее «дядя».

Все должно было быть не так! Но что теперь…

После суши мы отправляемся в парк. И хоть уже начинает смеркаться, дочь и Денис гоняют как сумасшедшие. Он усаживает Агату к себе на шею, она заливисто смеется.

Трогательная картина и болезненная…

Интересно, когда у Дениса родится ребенок, он будет так же с ним играть? Или еще больше времени проводить… Тот ребенок же будет его папой называть…

После прогулки Денис везет нас домой.

– Будьте умничками! Люблю вас! – говорит, останавливаясь у моего подъезда.

– Ты к Оле? – берусь за ручку двери.

– Да, домой.

– Понятно, – вздыхаю. – Агатка, пошли.

– Вик! – окликает меня уже у подъезда.

– Что?

– Не переживай. Если мой отец знает адрес твоей матери, я у него выбью. И в остальном, поверь, скоро ты найдешь ответы на все вопросы. Просто доверься мне…