Текст книги "Обратная сторона измены (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

Глава 15

– Что он опять сделал? – выхожу на кухню с телефоном в руке.

Даже не возникает мыслей, что кто-то кроме отца может гадить.

– Они… они ее закрыли в одиночке. Готовят к переводу… Ты же понимаешь, если ее переведут, то он сможет с ней сделать все, что угодно…

– И сделает, – вдыхаю. – Что он хочет за то, чтобы все отменить?

– Папаша со мной отказывается говорить. А меня на работе отстранили. Шьют статью по одному из последних дел, которые я вел. Там все белыми нитками, на скорую руку, но начальство намерено меня засадить.

– Вот гнида… – про себя обкладываю отца последними словами.

В слух не могу, при дочери сдерживаюсь.

– Странно, что он не выдвигает условий, – говорю немного успокоившись.

– Выдвинет. Выжидает. Наслаждается эффектом, – Костя рычит в трубку.

– Я ему позвоню. Выясню.

– Вик, не лезь в это… Он и тебя…

– Поздно. Мы уже давно в этом. Выяснить надо. Иначе не сможем действовать.

После разговора с братом, настроение падает ниже плинтуса.

Когда врачи сообщили Косте о бесплодии, он вначале пустился во все тяжкие, бары, клубы, легкодоступные женщины. Потом наоборот, никого к себе не подпускал. Только брат всегда мечтало семье. О большой и счастливой. Такой, которой у него никогда не было.

Он женился на девушке, которая утверждала, что тоже бесплодна. Рискнул попробовать.

Что странно, к женитьбе брата отец отнесся равнодушно. Ему было плевать с кем Костя связывает свою судьбу.

Большой любви у брата с женой не было, но несколько лет они жили неплохо. Много времени вместе проводили. А потом она сообщила о своей беременности. Уходить от брата не собиралась, утверждала, что любит Костю, а с тем мужчиной, у нее была случайная связь. Она пыталась навязать ему мысль, что ребенок к лучшему. И Костя его полюбит как родного.

Но тут у брата снесло крышу от любви. В его жизнь ворвалась та, кого он ждал всю жизнь – единственная. Он сразу же развелся с женой. А дальше все…

Я когда узнала, кто его избранница, была шокирована. Мне с трудом удалось подавить рвущееся наружу негодование. Но смогла. Не мне осуждать его выбор. Мы родные люди и я должна его поддержать.

Возлюбленной Кости оказалась заключенная… Он ее увидел в зале суда, посмотрел ей в глаза и пропал. С тех пор он правдами и неправдами пробирался к ней на свидания. Бредил ею и жил от встречи к встрече.

Сидит его любовь за жесткое убийство своего бывшего. Паулина нанесла ему семнадцать ножевых ранений. Я когда это услышала, первое, что воскликнула:

– Костик, а вдруг она тебя тоже заточкой? А если она маньячка?!

– Паулина своим поступком очистила землю, – сказал уверено.

– Ей сидеть семь лет…

– Я подожду. Разве это срок, если впереди вся жизнь. Тем более возможно, получится выйти досрочно. Главное – чтобы поверила в мою любовь! – он тогда говорил с таким запалом, что я поняла, он для нее землю вверх дном перевернет.

– А вы не вместе?

– Нет, – покачал головой, закрыл глаза. – Она мне не верит. Никому не верит.

Все у них с Паулиной изначально было сложно. И девушка была дикой и обозленной на весь мир. А уж когда отец про все пронюхал… то получил очередной повод для шантажа.

Теперь гнида перешел к действиям.

Снова задаюсь вопросом: что ему надо?

Делаю большой глоток остывшего чая и набираю номер «драгоценного» папаши.

– Дочь сама соизволила мне позвонить! Чем обязан такой чести! – слащаво пропевает.

– Что ты творишь с Костей?

– А что с ним? Попался. Схемы мутил. Так я его предупреждал.

– Хватит. Говори, что ты задумал! – с трудом сдерживаюсь, чтобы не послать его.

Только это делу не поможет.

– А я слышал, ты покидать город собралась. И даже отца не предупредила, разрешения не спросила, – картинно вздыхает.

– И это повод Костю изводить?

– Не только…

– Я и спрашиваю, что ты задумал?

– Викусь, дочурка любимая, приезжай завтра вечером в ресторанчик на берегу озера за городом, я там небольшой праздник для своих устраиваю.

– По какому поводу?

– Контракт выгодный заключил. Так что я очень хочу там видеть всю свою семью, – сейчас он уже приказывает. – Дружную, – добавляет ядвито.

– Давай просто встретимся и поговорим наедине! – не хочу ехать на этот бал лицемерия.

– Тебе же что-то от папки надо, вот и ты уважь вниманием. Костю не бери. Пусть дома отдыхает, пока есть такая возможность, – издает гадкий смешок.

– Сбрось адрес в сообщении, – не дожидаясь его ответа кладу трубку.

Гнида намекает, что Костю закроют…

Закипаю от ненависти… Выхода нет.

Придется ехать, а у меня уже нутро скручивает от мерзких предчувствий.

Глава 16

Всю ночь я не могу толком уснуть. Едва закрываю глаза, вижу кошмары. Брат за решёткой, Паулина, которую увозят в неизвестном направлении, Денис…Каждый раз вскакиваю и мне требуется время, чтобы осознать – всё хорошо. Пока.

В конце концов, выползаю из постели и иду на кухню, заварить кофе. Смотрю в окно, скрестив руки на груди. Ночное время напоминает мне отца. Тёмное, и на первый взгляд тихое, однако, никогда не знаешь, какая угроза скрывается за поворотом. Вдруг вообще пронесёт?

К сожалению, мне такая удача не светит. Если я не приеду на этот ужин, отец точно перейдёт от завуалированных угроз к действиям, в этом не сомневаюсь. Почему он просто не может оставить меня в покое? Узнал, что я уеду? Так радовался бы и отпустил спокойно. Для чего приплетать Костю снова? Ладно, ко мне у него претензии, но брат… Или это месть, за его поведение на последней нашей встрече? Бьёт ведь по больному! Не за себя боится братишка, тюрьма его не страшит, это мелочь, а вот разлука с Паулиной….

По коже бегут мурашки, когда я представляю, как брат будет мучиться и что может случиться с девушкой. Нет, этого нельзя допустить. В конце концов, это была моя ошибка впутать Костю. Не смогла удержать язык за зубами, как итог, брат оказался втянут в наши с отцом дрязги.

Только когда на небе забрезжил свет, смогла взять себя в руки. Словно с темнотой, ушли все мои страхи. Противостоять отцу я давно привыкла. Так же, как и договаривать с ним. Всего одна встреча и я уеду. Переверну прошлое, как страницу прочитанной книги и начну новую историю, без сумасшедшей семейки, беременной сестры и её мужа. Её муж, но мой любимый. В горле встаёт ком. Господи, как же это не справедливо. Ну ничего, всё пройдёт. Время ведь лечит. Да, пусть это не первая моя попытка сбежать, но последняя. Как там говорят – Бог любит троицу? Так и будет!

Хлопнув дверью автомобиля делаю глубокий вдох. Вот я и на месте.

«Соберись! Ты должна быть сильной» – мысленно приказываю себе. Это всё, что мне остаётся.

Отец выбрал шикарное место. Прохожу по дорожке, окидывая взглядом территорию. Небольшое здание в классическом стиле и неброской вывеской, терраса с видом на озеро, где можно отдохнуть. Ещё издалека замечаю своих родных. Замедляюсь, буквально на мгновение, а уже через секунду цепляю на лицо улыбку.

– Всем добрый вечер, – произношу, хотя кое-кто уже меня заметил. Денис.

Едва завидев, он не отводил взгляда. От этого становилось не по себе. Не дай Бог отец заметит или ещё хуже – сестра. Нет, я не старалась как-то нарядиться. Скромное черное платье, пусть и сидящее по фигуре, практически отсутствующий макияж и распущенные волосы. Однако любимый жадно поедает меня, словно я самая красивая женщина на свете. Когда-то я плавилась от таких взглядов, купалась в них и наслаждалась. Сейчас, лишь беспокоюсь, как бы ни стало ещё хуже. Думала, такое уже не возможно, но папа каждый раз даёт мне понять – возможно. Теперь вот под ударом Костя.

– Ну наконец-то! – вскакивает Оля и крепко обнимает меня, – Мы думали, ты уже не придёшь.

– Разве я могла пропустить такое событие? – встречаюсь взглядом с отцом. Он лишь удовлетворённо кивает.

Естественно, больше всего на свете хочется немедленно попросить его уделить мне пару минут, расставить все точки над «i», и убраться подальше отсюда. Только это невозможно. Сначала, нужно дать родителю возможность разыграть его спектакль и только потом, когда он будет удовлетворён и расслаблен, приступать к делам. Это правило я усвоила.

– Здравствуй милая, – тянется ко мне мама, коротко целуя в щёку, – Прекрасно выглядишь, – говорит с улыбкой, но я чувствую подтекст.

Скорее всего, она хочет сгладить нашу последнюю перепалку. Нет, меня не задевает, уже давно. Лишь в глубине души есть некий осадок, но это мелочь.

Сажусь рядом с матерью и хватаю со стола бокал с водой. Делаю несколько жадных глотков, а затем включаюсь в игру.

– Прошу прощения, что заставила ждать. Нужно было уладить кое-какие дела.

Разумеется, никого не интересует что у меня там за дела, ведь героиня этого вечера не я. Отец жестом подзывает официанта, и я замечаю, что стол пуст. Значит, ждали только меня. Вечер идёт своим чередом. Папа произносит пафосную, с нотками завышенного самомнения речь, о том, какую серьёзную сделку он смог заключить и как она благоприятно отразится на нашем будущем. Мама и сестра поздравляют, радуются, кажется, даже Денис что-то говорит. Я по большей степени отмалчиваюсь. Вставляю когда нужно короткие фразы, стараюсь быть вежливой и избегать смотреть на Дениса. Время от времени, боковым зрением замечаю, как он пытается поймать мой взгляд, но я не позволяю дать себе слабину. Я поставила точку. Хватит!

Время тянется бесконечно долго. В какой-то момент я попросту отключаюсь от происходящего, засмотревшись на озеро. Водяная гладь успокаивает. Вода и огонь – вещи, на которые можно смотреть бесконечно. Стараюсь сосредоточиться на звуке воды, а не на голосах, думая о своём. Мы уедем. Я и Агата. Всё у нас сложится. Сейчас моей решимости больше, чем когда-либо. Полностью погружаюсь в свои мысли. И у меня получается, ведь из раздумий меня вырывает ощущение захвата.

Мотаю головой.

– Викуль, ты совсем меня не слышишь. Ты обиделась? – наигранно надув губы, интересуется мама.

Замечаю, что за столом остались мы втроём. Я, она и Денис. Спрашивать, куда делись отец с Ольгой не хочется.

– Ну пойми, я ведь тебе добра желаю, – качает головой, – Да, может бываю чуть резка, но ведь это только от любви к тебе, – заверяет, а я сдерживаю смешок.

Ну да, действительно. Все всё делают от любви ко мне, разрушая при этом мою жизнь.

– Всё в порядке, не волнуйся.

– Вот и отлично. Тем более что я хотела ещё раз с тобой поговорить. Послушай, демонёнок, так ведь нельзя. У тебя подрастает дочь. Ей нужен отец, – в этот момент Денис давится вином, а у меня по спине бежит холодок, однако мама не обращает на происходящее никакого внимания.

– Работа это хорошо. Ты обеспечиваешь малышку материально, но кто ей даст воспитание, если тебя всё время нет?

– Мама, это не так, – морщусь, объяснять ей что-либо нет никакого желания. – К тому же Агата всё понимает.

– Вот именно! Ей пришлось рано повзрослеть. А всё почему? Потому что ты предпочла работу жизни, – переворачивает мои слова, а я начинаю медленно закипать, – Послушай, детка, женщине нужно мужское плечо рядом, девочке нужен отец. Посмотри на вас с Олей. Сегодня, вы здесь, в отличие от Кости. Потому что дочки. Они всегда к папам тянутся.

О причинах отсутствия брата, отец видимо не стал распространяться. Что касается бравады на тему «отцы и дочки»….Она вызывает лишь улыбку. Да уж, я тянусь. Скорее пытаюсь сбежать, но меня крепко удерживают на поводке.

– Мама, давай закроем тему, – не хочу создавать конфликт сегодня. Не то время и не то место.

– Виктория! Ты не слышишь меня!

– А ты меня! – всё же не сдерживаюсь и повышаю голос, – Мама мне не нужен мужчина, на личной жизни я крест не ставлю, но это не значит, что я буду бегать и искать себе мужа. Так же, как и обсуждать это! Хватит пытаться внушить мне свои устои жизни, хватит! – отбросив салфетку, выхожу из-за стола, – Я скоро вернусь. Пойду пройдусь.

– Давай, провожу, – тут же вызывается Денис, словно только и ждал этого момента, но я резко осаживаю его.

– Не нужно. Дождись свою жену. Ей сейчас необходимо твоё постоянное присутствие.

Любимый теряется, что даёт мне несколько секунд форы, и я позорно сбегаю. Нет, не из ресторана, просто выдохнуть.

Иду, даже не понимая куда, главное подальше от матери. Как все же не хватает родной матери. Женщина воспитавшая меня, с младенчества приучившая называть ее матерью, так и осталась мачехой.

Найдя тихое и укромное местечко, прикрываю глаза.

«Я должна быть сильной» – снова и снова напоминаю себе как мантру. Мне требуется время, чтобы снова взять себя в руки. Успокоиться и прийти в себя. Когда это получается, решаю немного пройтись, но зайдя за угол, останавливаюсь, как вкопанная. Глаза вылезают из орбит от увиденного. Там отец и Ольга, которая стоит перед ним на коленях и целует его руку.

Что это значит?

Быстро отскакиваю обратно, молясь, чтобы меня не заметили и уже более осторожно, выглядываю.

Взгляд отца выражает полное превосходство, как всегда, но в нём нет того презрения и агрессии, который обычно направлен на меня, а в следующую секунду доносится умоляющий голос сестры:

– Папочка, пожалуйста!

Глава 17

– Оль, прекрати эту комедию, – голос отца звучит почти ласково, но в нем прослеживаются нотки угрозы, так хорошо знакомые мне.

– Я никогда тебя так не просила, как сейчас! – сестра не выпускает его руку.

Ее дико трясет от рыданий.

– Встань, дочь. Не позорься, – отец выдергивает свою руку.

И в этот момент, отчетливо замечаю, как он ведет носом и тут же поворачивает голову, впиваясь в меня взглядом.

Мысленно выдаю несколько нецензурных слов. Меньше всего хотела быть замеченной. Чутье подсказывает, что этот разговор мне следовало услышать.

Но что уж теперь…

– А вот и наша Викуська, – столько радости в его голосе, словно он меня лет пять не видел. – Папку ищешь, не сидится тебе на месте.

– Вика… – выдает испуганно сестра. Пытается быстро подняться, но едва не падает. Отец успевает ее поддержать.

– Что у вас тут происходит? – подхожу к ним.

– У Олюньки нашей гормоны разыгрались, – отец прижимает сестру к себе. – Ну, тише, тише, все хорошо, папка же с тобой, – гладит ее по голове.

– Так что она перед тобой на коленях стояла? – выгибаю бровь.

– Вик, я… это… за малыша переживаю. Хотела, чтобы папа отвез меня обследоваться за границу… А он не хочет, – она это бубнит глядя в землю. Все еще дрожит.

– А я сказал, что у нас тут лучшие врачи. А перелет как раз опасен, – невозмутимо врет, глядя мне в глаза.

– Неужели, – даже не скрываю саркастическую ухмылку. – Так у Оли же муж есть, его надо просить.

– Вот ты сестренке это и скажи, образумь. Беременные, они такие, – отец берет сестру под руку. – Пошли к столу, дочурки мои.

У Ольги заплетаются ноги. Тушь размазана. Она закусила нижнюю губу.

– Ты не переживай, Викусь, мы с тобой обязательно поговорим, – гадко подмигивает мне.

– О, в этом я не сомневаюсь, папуля, – последнее слово выплевываю ему в лицо.

По дороге они продолжают нести свою ахинею. Я лишь слушаю.

Когда мы подходим к столикам, сестра тут же бросается на шею Денису.

– Дорогой, я так плакала, – утыкается носом ему в грудь.

– Что случилось? – Ден кладет руку ей на спину, а вопросительный взгляд направлен на меня.

– Переживаю за нашего малыша! Мы так долго ждали! – хнычет сестра. – А если что-то случится?!

– Доченька, что же ты себя так изводишь! Нельзя волноваться! – мама бегает вокруг Ольги как квочка.

– Все будет хорошо, – Денис внешне спокоен.

– Ты же со мной! Ты мое солнце, мой свет, – Ольга тянется к губам Дена. – С тобой не страшно. Прости, это все гормоны.

– Любовь она такая, – изрекает отец, усаживаясь за стол.

Меня мутит от этой картины. От этого спектакля погорелого театра. Хочется встать и уйти. Больше никогда их не видеть. Смотрю на Дениса и вижу его стеклянной фигурой, которая разлетается на тысячи острых осколков.

Их уже не собрать, не склеить, они только еще больше изрежут мне душу.

Застолье продолжается. К нам присоединяются два крупных мужчины в дорогих костюмах. Отец всячески старается показать, насколько мы дружная семья. Я сижу с привычно натянутой на лицо восковой маской-улыбкой.

Время тянется как улитка. А отец упивается спектаклем и не спешит перейти к нашему разговору. В один из особо слащавых моментов, когда Ольга кладет голову на плечо Дену, а мама толкает приторную речь, не выдерживаю и иду в дамскую комнату. Там пахнет значительно лучше, чем за этим столом.

Умываюсь холодной водой. Обессилено прислоняюсь спиной к холодному кафелю, закрываю глаза. Дверь с грохотом открывается, так что вздрагиваю.

– Ай-яй… – вбегает бледная Ольга. – Викусь, как хорошо, что ты тут! – выпаливает, хватая меня ледяными руками чуть выше локтя.

– Угу…

– Помоги мне! – тяжело дышит.

– В чем? – в мозгу мелькает мысль, что она расскажет про инцидент с отцом.

– Мне так плохо! Ааа… подержи мои волосы, пока я… – головой указывает на унитаз.

В этот момент так гадко становится, что я сама готова излить на нее содержимое своего желудка.

– Полагаю, ты сама справишься, – отцепляю ее руку и направляюсь к выходу.

– Нельзя быть такой жестокой! – кричит мне в спину.

Ничего не отвечаю. У каждого человека есть своя чаща терпения, моя уже переполнена куда больше, чем до краев.

Возвращаюсь к столу, присаживаюсь на свое место и милым голосом обращаюсь к Дену:

– Там твоей любимой плохо, она очень нуждается в тебе.

– Да, – рассеянно бормочет.

– Ты же обещал быть с ней постоянно, – режу его взглядом.

– Правильно, Викуся говорит, сходи к Олюне, – мама делает глоток воды. – Что-то я переживаю за нашу девочку. За ней глаз да глаз нужен.

– Не думаю, что мне место в дамской комнате, – Ден поджимает губы.

– Всегда есть исключения, – ухмыляется отец.

Счастливый муж нехотя поднимается и идет к своей супруге. Я отворачиваюсь.

– Какая у нас Викуся заботливая сестренка, – отец прикасается к моему плечу и меня словно кипятком обдает.

– Пап, ты о чем-то хотел со мной поговорить? – спрашиваю, из последних сил сдерживая ярость.

– Любопытная ты моя. Не терпится? – звонко смеется. – Идем, – помогает подняться мне.

В полном молчании проходим вдоль озера. Монстр останавливается на противоположном берегу и указывает мне на беседку:

– Прошу, дочурка.

– Что тебе еще надо? – цежу со злостью, когда мы садимся друг напротив друга.

Глава 18

– Фу, – морщит нос, – Как грубо.

– Это еще мягко, – смотрю ему в глаза, я постараюсь не показать страх.

– Не так я тебя воспитывал, дочь, – цокает языком.

– Хватит этой комедии, выкладывай, зачем я тут. И отстань от Кости! – кладу руки на стол и сцепляю их в замок.

– Вполне логично, что ты тут. Там где и должна быть любящая дочь – рядом со своей семьей, – он вальяжно развалился на скамье.

– Нормальной семьи у меня нет. В этом именно твоя заслуга. Так что сбрасывай свою лживую маску, – я сейчас как оголенный провод, одно неловкое движение и заискрит.

– Ты снова брыкаешься как нерадивая кобыла, – смотрит на меня исподлобья. – А поговорить с отцом, прежде чем принимать важные решения?

– Тебя не касается моя жизнь. Все что ты требовал, я сделала.

– Ты останешься, Виктория, – слова звучат как удары молотка, которые прибивают меня гвоздями к земле.

– Нет! – крик отчаяния вырывается из горла.

– Ты сейчас нужна своей сестре, – продолжает притворно мягко. – Ты нужна мне. У меня сейчас намечается большой скачек в карьере, и мне необходима поддержка семьи.

– Не неси чушь! Какая еще поддержка, – едва сдерживаюсь, чтобы не плюнуть ему в рожу.

– Обычная, Вик, – пожимает плечами. – Мне нужна дужная семья. Чтобы партнеры видели, как дочери ладят, как переживают за отца.

– Дружная семья?! Серьезно?! Это та, где родного сына под следствие?! – делаю несколько глубоких вдохов.

– В семье не без урода, – ухмыляется.

– Я тут вижу только одного урода! – выкрикиваю.

– Тшш… – прикладывает палец к губам, – Ты же не хочешь опозорить своего папочку.

– Если ты не отпустишь нас с Костей, я еще и не так опозорю! – ненависть зашкаливает, едва получается усидеть на месте.

Дали бы мне в руки что-то тяжелое, я бы не задумываясь огрела его.

– Если ты будешь умничкой, то и Константин встанет на путь исправления, – хитро щурится.

– Ты уже искалечил его жизнь! Тебе мало?!

– Во всех его бедах, твой брат виноват сам. Я пытался ему помочь, – в свете фонарей его глаза сверкают.

Все вокруг всегда говорили, что мы с ним похожи. Что глаза у нас одинаковые. Мне же подобное сходство, как ножом по сердцу.

– Сделав его бесплодным? Ведь это по твоей просьбе его избили!

– Это все последствия непослушания, Виктория, – притворно вздыхает.

– Отпусти нас. Отстань от Паулины! Хватит! – сжимаю руки в кулаки.

– Нет.

Одно четкое, ядовитое слово, как хлыстом по сердцу.

– Отпусти! – стою на своем.

– Насчет Паулины, я оберегаю своего сына. Зачем ему портить жизнь зечкой?

– Паулина убила такого же монстра как и ты! Смотри отец, как бы и тебя не постигла подобная участь, – слова сами срываются с губ.

Он загоняет в капкан, и я зверею. С трудом себя контролирую.

– Это угроза? – мерзко смеется.

– Воспринимай как знаешь.

– Виктория, ты остаешься. Поддерживаешь Ольгу. Выказываешь мне свое уважение. Константин вернется на службу. Зечка останется на месте. Точка, – он говорит с уверенностью, ни капли не сомневаясь, что именно так и будет.

– Зачем я тебе тут? – губы дрожат.

– Будешь до рождения моего внука или внучки. Потом я… ммм… возможно, дам свое разрешение на твой переезд. Это все будет зависеть от твоего поведения, – широко улыбается. – Так что не разочаруй меня дочь.

– Нет.

На этот раз мой голос звучит твердо.

Поднимаюсь и ухожу из беседки. Ощущаю спиной его ядовитый взгляд. Не оглядываюсь.

Я еще не знаю, как мы с Косей справимся. Что придумаем. Но я не могу, просто не имею права и дальше идти у него на поводу. Иначе это никогда не закончится.

Подхожу к столу. Забираю свои вещи. Прощаюсь со всеми. Еду домой.

Набираю брата. Но его номер вне зоны. Неспокойно.

Ночь проходит без сна. Раз за разом прокручиваю в голове разговор с отцом. И будто постоянно ощущаю удавку на своей шее, а поводок в руках у монстра, который по какому-то чудовищному капризу судьбы является моим отцом.

А на утро удавка на моей шее затягивается еще сильнее. На телефон мне приходит несколько фотографий с незнакомого номера. На них Костя лежит избитый на железной кровати в камере. Даже по фотографиям видно, насколько ему плохо. Ему нужна медицинская помощь, но никто не собирается ее оказывать. Еще там снимок какого-то жуткого вида мужика и подпись: «Он очень хочет познакомиться с Паулиной ближе. Перед ее переводом».