Текст книги "Проклятый клан (СИ)"

Автор книги: Александра Антарио

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 23 страниц)

– Лучше приговорить свой? – вопросом на вопрос ответил целитель. Мотивы предков он пытался понять давно и вроде бы в этом преуспел. – К твоему сведению, вмешивающийся в каскад рискует взять его на себя и тем самым спровоцировать переброс на своей клан. – Магиня вздрогнула. – Об этом ты, полагаю, не знала?

Она медленно покачала головой. В таком ракурсе, возможно, это действительно было безумием. Хотя как посмотреть. В конце концов собственной силы у неё тогда уже не было.

– Думаете, это сработало бы с выгоревшим?

– Могло и сработать. Действует же наше проклятье на связанные с нами рода. Исподволь, незаметно, не напрямую, но действует. И кланы моих матери и бабки тому подтверждение. – Девушка уставилась на него с ужасом. – Если не хочешь новых доказательств, тебе придётся отречься от клана Кримос. Да и от Герт тоже.

Розмари обреченно кивнула. Ради безопасности родного клана она могла сделать и это. Тем более была вообще не уверена, что магия всё ещё считает её их частью.

К Дельфине Герберт договорился заехать вечером после работы. За день он закончил с документами по делу ограбления артефактора и подал несколько запросов, составленных на основе выясненного у Флоренс Герт. Да, можно было бы ещё раз отправить к ней считывателей, но просто считать её воспоминание те из-за её происхождения не могли. Тем более если пожилая магиня чего-то не знала, то не помогут и они. А ему требовались как раз такие сведения.

Жила леди Вестриай в многоэтажке недалеко от места работы. Разумный выбор, учитывая столичные пробки и удаленность столичной резиденции её клана от центра. Герберт и сам подумывал купить или снова снять квартиру, где-нибудь поближе к работе. Одно время он её снимал, но потом стал слишком часто ездить в командировки, чтобы тратить по ползарплаты на съем жилья, в котором бывал от силы по нескольку дней в месяц. Так что переехал обратно к родителям (после чего командировок по закону подлости стало наоборот меньше). И теперь, с обострением материнского желания его женить, весьма о том жалел. Впрочем, давно можно было перебраться в резиденцию Ладер, оттуда и до департамента ближе. Просто соседства с таким количеством родственников не хотелось.

– Вы ведь подали запрос на новое имя Кастора Дарне? – почти с порога поинтересовался следователь, чтобы как-то отвлечься от своих мыслей.

– Подала, конечно, – Дельфина поставила чайник и подвинула к нему пиццу: – Угощайтесь. Ответ сегодня пришёл, так что я даже уже объявила его в розыск.

– Хорошо, – Герберт взял себе кусок пиццы. – Умм. Вкусная.

– Здесь пиццерия недалеко. Могу скинуть их страничку, если хотите, – тайница тоже не собиралась делать вид, что она на диете. Да и до диет ли ей было с такой работой? Тут поесть бы успеть порой.

– Скиньте, – согласился мужчина. А, когда первый голод был утолен, сообщил: – Моё начальство подписало ваш запрос, так что можете уже сказать, над чем нам предстоит работать. Ведь не ДТП Герт и похищение Милы же вас интересует? Исполнители там давно сидят, а всё что они знали, считыватели у них вытащили.

– Вот именно, что исполнители. На заказчиков никто из них указать не смог, они их просто не видели. Впрочем, вы правы, занимаюсь я не делом клана Герт. На меня повесили происшествия с кланом Ренис. – От неожиданности Герберт закашлялся. Дельфина явно поняла, что подавился он не просто так, потому что пояснила: – Старшие раскручивают старые дела, те, где сила была изъята. Там уровень даже близко не мой, да и не разбираюсь я в интригах Большого Совета.

В этом она была права. Уровень, на котором должен был находиться тот, кто подделывал или обстряпывал постановления об изъятии сил, был близко не её. И её начальство, и саму Дельфину можно было понять, Герберт бы тоже в это предпочёл не лезть и заняться исполнителями, а не теми, кто оказался способен приговорить десяток, а то и больше кланов. Да, обреченных, но те же Сортэне несмотря на свою обреченность существовали, увеличивали численность и преумножали богатство уже не первый век.

Доев пиццу, переместились в комнату, к ноутбуку Дельфины. Та пошевелила мышкой, будя его, и запустила нужную программу. Для этого пришлось, как и в случае с их базой, вводить пароль и давать импульс силы, но проделала всё тайница быстро.

– Вас ведь Неростре интересуют, верно понимаю? – уже через минуту поинтересовалась она у отвернувшегося, чтобы не увидеть лишнего, Герберта.

– С чего вы взяли⁈

– Сложила все воедино. Потухшее помолвочное кольцо, то, что девушка осталась жива, и сведения из карточки её матери. Значит, она действительно бастард главы клана?

– Да. – Отрицать было бы глупо. – Что такого в этом клане? – Тут он слегка лукавил. Знал от Тиберия, что Неростре были теми, кто умел проводить чужие инициации на главенство.

– Кроме проклятья? О нём вы, полагаю, уже в курсе? Учитывая, кто ваш начальник?

– Предположим, – осторожно подтвердил Герберт. – Так что же?

– Много всего. Почитайте, – ему подвинули ноутбук. – Я не буду вам мешать.

Дельфина ушла обратно на кухню, где вскоре загремела посудой. Похоже, считала, что злоупотреблять доверием следователь департамента не станет и в другие данные базы тайной канцелярии не полезет. И в общем-то была не далека от истины, копаться в сведениях тайников он бы не рискнул: Слишком много можно узнать лишнего и опасного.

Карточка клана Неростре, которую тайница ему открыла, содержала общие сведения. Отличительные признаки: фиолетовые искры в сочетании с голубыми, серебряными или синими прядями. Родовые способности, в числе которых упоминалась та самая способность проводить через инициации на главенство представителей других кланов. Две другие, причём одна из них считалась утраченной, были с указанием, что передаются они не всем представителям клана. Обе были так или иначе связаны с контролем над силой и манипулированием чужой энергией, в котором, похоже, Неростре достигли впечатляющих успехов. Впрочем, ничего удивительно в этом не было: судя по информации приводящейся ниже, до последней магической войны клан почти целиком состоял из целителей.

Далее шла история вроде даты первого упоминания, участия в магических войнах, перечня наиболее известных представителей и краткого изложения их деяний. Все это было интересно, но не особенно полезно.

После представителей – сплошь целителей с соответствующими достижениями, в которых огневик мало что понял, – начался большой блок о проклятии, так что Герберт заставил себя вчитаться. Основная информация была ему уже знакома, но пару новых для себя нюансов он обнаружил. Да и конкретика едва ли станет лишней. Что там такого особенного углядела во всем этом Дельфина, он не понимал. Потому, когда она вернулась, застав его читающим биографию того, кто проклятье наложил, следователь прямо поинтересовался этим вопросом.

– Вы, я так понимаю, в целительстве совсем не разбираетесь, да?

– Очень поверхностно и на чисто прикладном уровне, – согласился мужчина, уже начиная понимать, к чему этот вопрос.

– Оно и видно, – вздохнула племянница целителя. Пояснила: – Неростре – последний из кланов Инициирующих, тех, кто был, можно сказать, единственной надеждой обреченных. Потому я и говорила, что ваша Розмари способна провести инициацию Алии Ренис. Всё указывало на то, что она – бастард именно этого клана.

– И что в этом такого? Ну то есть, понятно, что для обреченных это важно, для Мари опасно, потому что многие захотят ей воспользоваться, но я не вижу в этом ничего такого.

– Герберт, напомните мне, пожалуйста, какое дело мы расследуем? – мягко поинтересовалась женщина.

– Обреченных родов. И что? Чтобы Мари или её отец могли вмешаться, нужно время. Если все провернуть так, как злоумышленники в основном это делали, его просто не будет.

– Так-то оно так. Но не совсем. И, кстати, глава клана не способен вмешаться в чью-то инициацию на главенство, только взять инициацию с родственника на себя и инициироваться на главенство ещё одного клана сам.

– То есть остается только Мари.

– Да. И её официальное признание равноценно тому, чтобы нарисовать у неё на спине мишень. Девушка потребуется всем и сразу, тем более что о проклятии знают, а значит сколько у неё время никто точно не скажет.

– Лео сказал, что Джулиан возьмёт на себя.

– А тут обреченным без разницы: умрёт она или станет главой клана. Хотя во втором случае клан точно оборвётся, так что первый вариант, возможно, им предпочтительней. А тем, кто собирает силу обреченных кланов, наоборот, выгоднее вариант со смертью старшего Неростре.

– Вы думаете, те, кто замешан в деле обреченных родов, приложили руку к исчезновению кланов Инициирующих?

– Я не знаю. Времени с тех пор прошло слишком много. Но то, что их истребили, это факт. Не тронули только уже проклятых к тому времени Неростре, – она забрала у коллеги ноутбук и в несколько щелчков открыла нужную страницу. – Почитайте. Настоящих виновных так и не нашли, казнили исполнителей. Тех, кого сумели отыскать.

Герберт послушно наклонился над экраном. Дело было старым, уже более чем столетней давности. Уничтожение двух маленьких кланов попытались обставить как несчастный случай, но слишком топорно, чтобы кто-то, особенно зависимые от них обреченные рода, в это поверил. Поднялась шумиха. Тайная канцелярия вцепилась в дело, переловила исполнителей, кого успела до того, как от них избавились, но личность заказчика осталась неизвестной. Что-то в сроках следователю показалось знакомым. На память он не жаловался, да и суть там была похожей, тоже уничтожение клана.

– Клан артефакторов, создавших артефакт Сортэне… Ластре, кажется, был уничтожен незадолго до этого, верно?

Дельфина заметно напряглась и вбила в поиск по базе нужную фамилию. А прочитав общие сведения о том клане, вздрогнула повторно:

– За пять лет до того. Делом тоже занимались, но следы были хорошо затерты.

– Кто им занимался? Конкретно? И кто занимался делом об этих Инициирующих?

– Вы думаете…

– Я считаю, что совпадения очень и очень странные. И тем более странными их делает то, что Неростре прокляли из-за каскада в клане Вирмор, у которого также был артефакт сходный по действию с Сортэне, созданный Ластре.

– Сейчас посмотрим, – тайница открыла первое дело. Список занимавшихся им следователей оказался прикреплён в виде скана, причём не очень хорошего качества. Пришлось увеличить и тогда уже переписывать.

Дельфина взяла большой блокнот, карандаш и, попросив Герберта ей подиктовать, принялась за работу. Потом открыли второе дело и все повторили. Совпадения были, но было ли это ключом или же случайностью сказать было сложно. Всё-таки прошло уже столетие.

– Посмотрю потом, что на них есть в бумажном архиве, – вздохнула она. Похоже, как и в департаменте, оцифровано у тайной канцелярии было далеко не все.

Чтобы как-то разобраться, постарались систематизировать:

– Если предположить, что это все не случайные совпадения и одно связано с другим, получается, что все завязано на Вирмор?

– И как, по-вашему, с ним связано уничтожение Инициирующих кланов? Нет, может, и связано, тут я не спорю, но далеко не факт.

– Не факт, – согласился Герберт. – Но давайте отталкиваться от того, что все же связаны?

– Ладно. Давайте по хронологии. Когда Сортэне заказали артефакт Ластре?

– Грегор Сортэне говорил, что пару столетий назад, без конкретики. Я могу уточнить, хотя не думаю, что это важно.

– Посмотрим. Может, и не важно. После Сортэне такой же артефакт заказывает клан Вирмор. Думаю, чуть позже, но не суть важно. Чужие каскады им становятся не опасны, как и Сортэне, вот только от своего это их не защищает. И тот происходит довольно быстро после этого, – конкретное число тут зависело от того, когда именно одни заказали, а другие отдали артефакт, – глава клана Вирмор умирает, и его сын открывает каскад. Неростре отказываются вмешиваться, несмотря на предварительную договоренность. Первый вопрос: почему? – женщина обвела вопрос. – Идём дальше. Каскад доходит до супруги и детей Тобиаса Истре, он наверняка пытается взять его на себя, но то ли не выходит, то ли ребенок все равно умирает. Сам Тобиас с инициацией справляется и проклинает клан Неростре.

– Силой клана Вирмор проклинает, – уточнил Герберт.

– Родовой силой? – враз севшим голосом переспросила Дельфина.

– Тиберий сказал, что его предок полностью вложил полученное в проклятие.

– Это объясняет силу того. Значит, сила Вирмор к другим Истре не попадает. А остальное? Имущество? Тот же артефакт, раз он у них был?

– Сортэне говорил, что он по типу похож на малые родовые, а значит вероятно был уничто… – следователь не договорил, сообразив, что ошибался. – Проклятье! Если родовая сила влита в проклятье Неростре, родовые артефакты должны были остаться! Все, включая тот самый!

– Получается, что так, – получающаяся картина тайнице не нравилась. Склонившись над ноутбуком, она вбила фамилию Вирмор. – Наследниками первой очереди были признаны представители клана… Кланов…

Герберт заглянул ей через плечо:

– Истре и… Ластре⁈ – удивлению следователя не было предела. Упоминание клана начальника было вполне ожидаемо, а вот, что выгодоприобретателями стал ещё и клан артефакторов, было по меньшей мере странно. – С Истре всё понятно, им якобы перешла сила, так что логично, что достался приоритет. Ластре-то тут при чём?

Дельфина задумалась, покрутила так и эдак эту ситуацию и предположила:

– Может, Истре не смогли получить доступ к артефактам? У нового главы-то силы Вирмор не было. А Ластре – всё же артефакторы. Да и родство, возможно, имело место быть. Если так, это объясняет, и почему они сделали Вирмор артефакт.

– Сортэне-то они его тоже сделали.

– Возможно, Сортэне просто хорошо заплатили, у них деньги всегда водились. На их поместье посмотрите, если сомневаетесь. Отстроить такое в провинции, а потом содержать – это я вам скажу, нешуточных вложений требует. Да и родство тоже могло иметь место, тут надо родословные смотреть, причём старую их часть. Вы ведь, насколько понимаю, так глубоко не копались, когда расследовали кражу артефакта? – предположила и попала в точку леди Вестриай. Герберт покачал головой. – Ну вот. А то, что Сортэне и Вирмор из обреченных едва ли могло Ластре остановить: наверняка себе что-то подобное они тоже сделать могли. Может и сделали.

Тут даже сомневаться было глупо: если для чужого клана смогли сделать, а потом ещё и для другого повторить, наверняка, уж для себя-то сделали не хуже, а то и лучше.

Интересно было другое.

– И буквально через несколько десятилетний после каскада Вирмор и проклятья, лёгшего на Неростре, Ластре были уничтожены. А вскоре после этого кто-то уничтожил и кланы Инициирующих.

Женщина кивнула и вернулась на страницу Ластре. Наследовали сохранившееся имущество тех – а родовое гнездо сгорело дотла, так что того было немного – представители кланов Севри, Майно, а также Ренис.

– Все интересное из клановой резиденции могли вынести прежде, чем её спалили, – счёл за необходимость напомнить Герберт.

– И наверняка вынесли. Вопрос, к кому перешла родовая сила?

– А вы думаете, она перешла? Если в наследство вступали сразу три клана? – По общему правилу наследовал тот же клан, который получил родовую силу. С двумя это ещё могло объясняться завещанием последнего главы или ещё чем-нибудь в этом роде, теми же не откликнувшимися артефактами, с тремя уже вряд ли.

– Тоже верно. Но почему-то как раз Севри тоже вскоре были уничтожены, – тайница ткнула на фамилию, тем самым перейдя по ссылке на один из тех двух Инициирующих кланов, с которых они и начали этот разговор.

– То есть было что-то вне клановой резиденции и это что-то пытались найти. Артефакт Вирмор, перенастроенный артефакторами на другой род?

– Может и его, а может и ещё что-то. Я бы скорее предположила, что либо что-то ещё, либо нужен был именно доработанный артефакт, иначе напали бы раньше. А Севри сразу трогать не стали, из-за того, что было неясно, у кого именно артефакт – с тем же успехом это могли быть Майно и Ренис. Все три уничтожать – это уже ни в какие ворота, да и слишком велик риск, что остальные кланы объединяться, найдут сотворивших это и раскатают тонким слоем по камушкам. Тем более в то время Майно уже уверенно двигались к тому, чтобы если не возглавить фарм. тройку, то по крайней мере достойно в неё войти. Сименти и Катэри это, конечно, не нравилось, так что они ставили им палки в колеса, что не мешало им укреплять отношения друг с другом через браки. Ещё и поэтому связываться с Майно было себе дороже. Конкуренция конкуренцией, а уничтожения Майно алихимические кланы бы никому не простили. Да и Ренис были куда более многочисленными, чем перед недавним взрывом и ещё не обреченными, вроде даже в Десятку входили. Так что нужно было сперва определиться, у кого артефакт или что там убийцы искали.

– Логично. Хотя меня смущают такие совпадения.

– Вы про Ренис? Меня тоже. Но не думаю, что кто-то стал бы ждать полтора столетия, чтобы взяться за них.

– Тоже верно. – Будь временной промежуток поменьше, даже пятьдесят лет, это ещё было бы возможно, но сто пятьдесят? Слишком долго. Нет, взрыв у Ренис с этой старой цепочкой едва ли можно было связать. – Во все это не укладывается только уничтожение Лиоссе. Или кто-то побоялся мести?

– Они были в ту ночь вместе с Серви, – объяснила Дельфина то, чего в краткой справке по делу не было. Похоже, этими кланами она уже успела вплотную поинтересоваться. – Кланы давно уже прочно переплелись. Они собственно все три были родственными, просто те, кто был в близком родстве с Неростре, пострадали от их проклятья.

– И кто им в этом случае наследовал?

– О, вам понравится, – заверили его, а потом нашли нужное место в длинной справке по клану, содержащей множество вспомогательной информации. – Тут прямо совпадение на совпадении.

– Герт и Неростре⁈ Серьезно?

– Говорю же, они были в близком родстве. Лиоссе больше, Серви меньше, поэтому имущество и родовое гнездо первых отошло Неростре, а имущество Серви оказалось во владении Герт. Что то, что другое, правда, как я поняла, уже давно успели частично перепродать.

– Кажется, мне нужны архивы Герт. Или ещё одна встреча с Флоренс. И поговорить с отцом Мари.

– У вас есть для этого все возможности, – пожала плечами тайница. – Мне интереснее другое: получил ли кто-то из них силу Серви или Лиоссе? Или же она также как с Ластре исчезла в неизвестном направлении? И не в том ли же самом, что сила обреченных родов в последние десятилетия?

Вопрос был, что называется, не в бровь, а в глаз. Хотя масштаб, в том числе и временной, если она была права, уже не просто пугал, а ужасал.

Дав гостю время это осмыслить, тайница попросила:

– Не говорите пока ничего начальнику. Я не сомневаюсь, что он ни при чём, но вот то, что его клан тоже в этом замешан, меня несколько напрягает.

– Тиберий не станет покрывать преступника, даже если тот из его клана.

– Уверены? Вы бы не стали?

– Не стал, – уверенно кивнул Герберт.

– Рада за вас. Но за другого я бы на вашем месте говорить не стала. С Тиберием Истре я почти не сталкивалась, а вот с его дядюшкой и дедом приходилось. Те ещё кадры.

Следователь не сразу сообразил, о ком она, но потом вспомнил, что родственники Тиберия занимали должности как раз в тайной канцелярии, и всё встало на свои места. Сам он с ними знаком не был, отношения у них с племянником и внуком были довольно натянутые, а должности достаточно высокие, так что в департаменте они не появлялись. Возможно, со старшим Истре им приходилось сталкиваться на балах, но Герберт бы за это не поручился. Представлены они точно не были.

– Ладно, не буду. Тем более это моя частная инициатива, а не очередное расследование. Пока по крайней мере, – вздохнул Герберт. Он очень надеялся, что ошибается, но в общую картину все укладывалось слишком хорошо. Кроме того, скорее всего, Дельфина была права и признанием дочери Неростре привлечет к Мари всеобщее внимание. Наверняка он и сам это понимал, но едва ли знал о том, какие масштабы это может принять. Вполне возможно, девушку попытаются похитить. – Я поговорю с Леонардом. И, если получится, с Мари. Заодно узнаю у неё про того Дарне. – Тайница кивнула, одобряя такой план, и следователь вернулся к их официальному расследованию: – Что у вас там по Ренис?

По Ренис было немного. Живых в доме из постоянных его обитателей не осталось, выжили только те, кто в эту ночь дома не ночевали. А таких, учитывая какой-то праздник в клане, было немного, и все из младшего круга. В их числе пожилой артефактор, аккурат накануне загремевший в больницу с инсультом, да один из боевых магов, удравший после праздника в город. Одного в курс дела ещё не ввели, боялись ухудшения, другой ничего толкового сказать не мог, хотя его память за тот день считыватели тайной канцелярии прошерстили от и до. До каскада были ещё представители клана, жившие отдельно и опознать часть тел и дать показания они успели, но потом произошёл каскад. Так что теперь оставались записи показаний, другие гости, соседи и камеры. Благо в столице последних хватало. Вот только ночь перед взрывом на всех окрестных камерах была тиха и спокойна.

– А что говорят алхимики насчёт взрыва? Чем он вызван? – поинтересовался огневик.

– Алхимическим составом. Но эпицентр был в лаборатории, и там столько всего разнесло, что сказать, что первым рвануло, уже невозможно.

– То есть кто-то проник в дом и пробрался в лабораторию, а потом покинул их.

– Или не покинул. Часть тел так и не опознали. Может и тот, кто устроил взрыв, там же и остался.

– Даже если так, все равно нужно выяснить, как он туда попал.

Это Дельфина знала и сама. Но соседи и гости уже были опрошены, записи камер пересмотрены и теми, кто занимался делом до неё, и ей, и аналитиками, а зацепки не было.

– А фотографии с этого праздника были? – вдруг поинтересовался Герберт, уже когда они снова переместились на кухню к чайнику и горькому шоколаду, всегда, по её словам, помогавшему тайнице. – В соц. сетях или на фотоаппарате каком, если фотографа приглашали?

– Я не интересовалась. Но давайте посмотрим.

Зайти в соц. сети с мобильного было недолго. Гораздо сложнее просмотреть странички всех членов семейства, пестревшие соболезнованиями от самых разных кланов. Кто-то почти их не вел, использовал, видимо, только для переписки, кто-то вел чуть более активно. Самой активной оказалась Алера Ренис. И вот у неё общие фотографии на странице были как датированные тем вечером, так и уже следующего дня, когда стало известно о взрыве. И, что было очень удобно, часть присутствующих уже была на них отмечена.

– Нужно будет встретиться с этим вашим боевым магом, а если не поможет, то и с Алией Ренис, они с мужем вроде бы как раз в столице. – По крайней мере, что-то такое он слышал.

– В столице, – кивнула Дельфина.

На этом они решили, что на сегодня хватит, потому согласовали планы на завтра, и Герберт отправился восвояси.

Дозировку зелий целитель решил снижать постепенно, так что уже на второй день Мари наконец с радостью поняла, что мысли перестают напоминать варенные макаронины и чтобы сосредоточиться уже не нужно прикладывать такие усилия. Появилось время и возможность наконец обдумать сложившуюся ситуацию. Та девушке не нравилась.

Да, стоило бы порадоваться, что она жива, что её научат целительству, что больше она не будет непризнанным бастардом, но радоваться не получалось: слишком велика была цена этого. И теперь, начав соображать и получив возможность худо-бедно перемещаться по дому, Розмари все больше понимала, насколько высока.

Джулиан был городским целителем, причем куда более адекватным чем пресловутый целитель Чирде, или даже манкирующая порой своими обязанностями Гвендолин. Едва ли не каждый день, а то и несколько раз за день он срывался в ту или иную больницу. И как правило не из-за магов, а ради обычных людей: по её просьбе о случаях, на которые его вызывали, он рассказывал. Были у него и постоянные пациенты, теперь, когда самой Мари стало лучше, зачастившие в дом Неростре. И тоже далеко не все из них были магами. И это только подтверждало то, что Джулиан был хорошим, опытным и отзывчивым целителем, таким, каким хотела быть сама Розмари. И от этого было ещё горше от совершенной глупости, и его решения забрать на себя последствия этой глупости, то самое проклятье. Если бы она просто вернулась в поместье, а не хваталась за соломинку, оказавшуюся бревном, грозящим потопить вовсе не её!