Текст книги "ГСВГ, сержант (СИ)"

Автор книги: Александр Семенов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 23

23

Не смотря на усталость от уроков, день пришлось заканчивать заполняя журнал учёта проведённых занятий. В пять часов, устав как собака, сидел в учебной части и писал, писал, писал. Закончив с писаниной встал и с характерным хрустом позвонков выпрямил спину.

" Ура! Можно идти домой".

В этот самый момент дверь резко распахнулась и на пороге застыл старший лейтенант. Горящим взором он уставился на меня, то ли гипнотизируя, то ли не в состоянии что-то сказать от радости лицезреть меня красивого или ему больше нужен умный?

– Здравие желаю. Товарищ старший лейтенант. Могу я вам чем-то помочь? – спросил его пока он хватал воздух ртом.

– Ты Бывальцев!? – наконец-то то-ли спросил, то-ли утвердил он.

– Да и я очень этому рад. Вы ужинать идёте? – обозначил свои планы я и предлагая поучаствовать в их реализации. – Пойдём вместе.

– Какой ужин, мне тут навешали работы из-за тебя. И не думай, что ты отвертишься от еë выполнения, – выпалил он.

Обычно офицеры люди собранные, способны работать с коллективом, этот же старлей выглядит откровенным паникером. "Шеф всё пропало"– эта фраза прямо просилась в жизненное кредо этого человека.

– Предлагаю прогуляться до столовой, – настоял я.– По пути мы пообщаемся и поймем, что нам нужно сделать для решения всего того, что на вас навешали.

Столовая должна была открыться через пол часа, по этому мы пошли прогулочным шагом. Старлей отдышался и немного успокоился.

– Я председатель комсомольской первички в нашей школы, – наконец начал он.

– Фитиль вставил замполит или командир? – уточнил я скаля зубы.

– Замполит. У него зуб на меня, а тут прямо сорвался минут двадцать описывал какой я молодец, а у меня жена только родила, когда мне тут бегать с комсомолом.

– И очем мечтает наш мозголом?– поинтересовался я, хотя давно догодался о чем пойдет речь.

Старлей махнул рукой.

– Да фигню какую-то организовать, дискотеку. Они договорились с музыкальной группой, она выступит со своими и иностранными хитами, а с нас организация и тебя дали как помошника. Я понятия не имею с чего начинать. Идеи есть?

Пришлось немного успокоить мужика.

– С одной стороны все просто, а с другой сложно. Смотри сам. Разложим мероприятие на отдельные действия. Первое место. Второе оборудование. Третье люди.

С первым уже наверняка определились. Исходя из места начинаем прикидывать состав оборудования и количество задействованных людей. На каждое направление ставим человека который в этом понимает. Тебе остаётся ежедневно принимать рапорт о проделанной работе.

– Звучит действительно просто, но где найти нужных людей? – тупил старлей.

– Люди. Значит с техникой ты уже прикинул, хорошо. Люди у нас только в ротах. До армии как думаешь кем они были?

– Да понятия не имею.

– Вот в этом старший лейтенант твой главный просчёт, оно ведь как? Надо тебе поменять лампочку, кого пошлешь? – спросил я.

– Да хоть кого, эка невидаль лампочка, – за смеялся он.

– Правильно, что там такого, а вот если патрон в который эту лампочку всхтавляешь уже кого попало не пошлешь. Придётся опрашивать людей, а раздай при знакомстве небольшую анкетку, кто чем занимался, какой разряд, что любишь, что знаешь. И быстренько вытащил списочек, прочитал и зовёшь человека, остальных не дергаешь.

– Интересно ты размышляешь, прапорщик. С этим понятно, нам то что сейчас делать? – задался закономерным вопросом старлей.

– Давай искать добровольцев. Пообещать плюшку, не знаю от экзамена от кого-то освободить, но предупредить дилетантов отсеим.

В девять часов вечера, как любят писать ученики средней школы, уставший, но очень довольный я наконец-то попал в общежитие.

К этому времени мы со старлей нашли четырёх парней, что могли провести дискотеку. Двое были из второй роты прапорщиков, один из роты старлея и этот парень по рекомендовал, а точнее сбегал ещё за одним будущим сержантом. Как он выразился.

– Эдик, это икона среди диск-жокеев.

Пообщавшись с ребятами я сам убедился в этом. Парень "рубил фишку" с лету дав список необходимого оборудования, от чего старлей схватился за голову. Список исполнителей. Эдик был знаком с творчеством группы Салли, а узнав что они будут играть на дискотеке пришёл в неописуемый восторг. Так же он примерно обозначил способы обеспечения порядка, я наивный думал до этой встречи, пришли парни, девчонки и танцуют себе. Оказывается нет. Два контура безопасности, правила поведения, рамки дискотеки, всё должно работать до начала звучания первого аккорда. День вымотал и была идея сразу завалиться спать. Но снова взятый в роте фонарик, на один вечер, призвал меня к ответственности и открыв дверь я углубился в изучения мебельного хлама. Ничего интересного я так и не нашёл, принёс на кухню мебельных щитов из старой мебели из которой решил сделать навесные шкафы, нашёл не приличный разделочный стол, который прокорячившимь смог втащить на кухню, на нём очень хорошо смотрелась плитка с открытой спиралью. Ухряпался, устал и мысль была только одна доползти до душа. Не успел включить воду как в дверь постучались.

– Кого там несёт? – пробурчал себе под нос и с тревогой приоткрыл дверь. Сам я был в одних синих, армейских трусах, по этому высунув голову из-за двери посмотрел на посетителей. От удивления у меня чуть не упала челюсть. За дверью стояли две женщины. Одна лет тридцать, тридцать пять. Вторая помоложе. Обе в спортивных костюмах и домашних тапочках.

Симпатичные лица в боевом макияже, светились добродушностью. Перед собой они держали противень с пирогом, от которого шёл умопомрачительный запах.

– Э-э-э. Простите, вам кого? – пялясь на пирог, а ещё больше на то что было за ним, спросил я. Ответила более старшая женщина.

– Здравствуйте, мы ваши соседи пришли поздравить вас с заселением и установить так сказать контакты. Конечно ждали что вы пораньше придете, а вас всё нет и нет. А сейчас Мариночка, – она кивнула в сторону, стоящей и держащей пирог женщины. – Говорит, что вроде кто-то ходит на верху, мы так подумали, что кроме вас больше не кому ходить и пришли. Можно зайти?

– Зайти можно, но я немного не одет, в ванную собрался, вы не против зайти через минуту и подождать меня немного на кухне.

Женщины расплылись в улыбке.

– Хорошо, хорошо! – сказали они в один голос.

Мне юркнуть в ванную, дело трёх секунд, но я заметил, не успела дверь в ванную закрыться как соседки уже открыли входную дверь на распашку.

Быстро помывшись, обвязался полотенцем и прошёл в комнату, надел чистую майку и штаны от технички.

Женщины хозяйничали на кухне. Чайник стоя на плитке фыркал и готов был закипеть. На столе стоял порезанный пирог, вазочка с вареньем, печенье. В одном стакане была насыпана заварка.

– Давайте познакомимся, – предложил я зайдя на кухню.

– А мы знаем, кто ты, – за смеялась молодая женщина.

– Это не справедливо, вы знаете кто я, а о вас мне ничего не известно, ну кроме одного имени Марина, а вас как называть, величать.

– Елена, можно просто Лена.

Садись, сейчас будем пить чай, мы не нашли заварочные, решили по простому в стакане заварить чай.

Расскажешь о себе? Откуда ты. Как здесь нравится.

– Зовут меня Николай, Коля. Служу в Виттштоке. Приехал в школу прапорщиков, – начал было я.

– А дальше мы знаем, – перебила меня Марина. – Расскажи, где живёшь, где твой дом.

– Дома, это на Урале. Удмуртия. На берегу реки Кама. У нас не большой посёлок городского типа, на Каме стоит ГЭС, за Камой Пермская область и целый город, в нём я учился в школе, потом в техникуме. Мои родители пока я в армии получили в нём квартиру. Теперь я не знаю Удмуртский я парень или Пермский. Что вам рассказать ещё?

– Мой говорит ты прямо связист, связист, от Бога. Ты где-то работал?

– На узле связи, в линейной бригаде. Немного в машинно аппаратном зале, кросс. Короче много где по работал. Вы расскажите о себе, как тут живут жены красных командиров.

Женщины хихикнули. И Лена немного рассказала о себе.

– Мы служили в Нобице, мне там нравилось. Малюсинький городок, самое интересное там нас, жён красных командиров, водили на стрельбище. И если плохо по стрелять то командирша, жена командира батальона, на собрании жён прорабатывала. Смешно. А потом нас перевели в школу. Живём второй месяц, всё никак не снимем квартиру, хотим вместе с Мариной вместе жить, пока не получается.

Еë рассказ подхватила Марина.

– Моего из Союза перевели, он в общаге жил привык. Я тут два месяца, скукота. Хорошо, Лену перевели, вместе не так скучно. Идешь в магазин спрашиваешь, хлеб свежий, а тебе улыбаются и ничего не говорят. Бесит.

– Да ладно вам, за граница же. Своя специфика, – начал успокаивать женщин. – Приведите в квартиру и всё наладится.

– Ага муж перестанет пропадать сутками на службе.

Женщин гложит скукота. Надо им предложить какую-то цель, заинтересовать их.

– Знаете, командование дало добро на проведение дискотеки в гарнизоне, по случаю начала сдачи экзаменов. Не хотите по участвовать в организации и проведении? – спросил самое первое, что пришло с голову.

– А что мы там можем делать, только танцевать, – усмехнулась Лена.

– Танцевать конечно, но там будет группа из Подсластить, нужно показать немцам наше гостеприимство, пирог такой же вкусный испечь, побыть гидом, украсить сцену. Женский взгляд на некоторые вещи, отличается от мужского.

– Здоро, но что нам для этого надо сделать?

– Для начала провести собрание среди жён гарнизона, кто хочет участвовать пусть обратятся к командиру школы или майору Бахмутову. Он пошлёт вас к организатором, то есть ко мне. А дальше только ваше желание.

– Ой как здорово, не зря мы пришли в гости, – взгвизнула Марина.

Мы посидели пол часа и женщины ушли. Я только начал мыть посуду, как вернулась Марина и принесла небольшой заварочный чайник.

– Нам он без надобности, больно мал, а тебе на первое время пойдёт. И вообще дай я помою посуду.

Она подошла и начала отодвигать меня от мойки, при этом больше мацала, чем отодвигала. Я вытер руки и уступил ей место, возле мойки. Встав сзади сам начал еë мацать, она со всеми была не против.

Посуда закончилась, а женщина не отходила от мойки.

– Выключи воду, пойдём в комнату. Потянул еë за собой. Ох и жгучая Марина, мне досталась. Мы долго изучали друг, друга, а потом уснули в обнимку. Как приятно проснуться в объятиях женщины. Стараясь не шуметь и не разбудить Марину, занялся утренним туалетом. Бока после сна на полу ломило. Но настроение было отличным. Сделал чай, положил кусочек пирога и отправился к спящей красавице. Она раскидала волосы по подушке и смотрелась очень здорово.

– Доброе утро. Красотка, как вам спалось.

Целуя еë в щеку интересуюсь у неë.

–Какой-то мерзавец пол ночи не давал спать, – Потягиваясь, так что еë два полушария 3++, выскочили из под одеяла, ответила она. – Эммм, как пахнет. Но я ему прощаю, за пирожок всё.

Я начал еë кормить, специально роняя крошки мимо рта.

– Ты меня замараешь, – воскликнула она. На что, я начал собирать крошки ртом и мы немного увлеклись.

Ни на какую пробежку я не побежал, что там пробежка, на завтрак кое как успел и почти опаздал на построение. Чем заслужил укоризненный взгляд начальника штаба. Зато настроение было огонь и я маршировал очень энергично. И весь день прошёл на Ура. Весело. Завтра у меня полигон, до обеда буду гонять на БМП.

Но впереди ещё вечер, а они – вечера, иногда такие коленца выкидывают.

После уроков, заполнив журналы, по рекомендации коллег, отправился в хозяйственный магазин. Мне нужны мебельные стяжки или как их начали кликать в России, комформаторы.

Магазин не подвёл, всмысле шурупов было много и цены были не большие, пока не увидел продукцию фирмы Confirmat. Цена оказалась, ой, ой, ой. Пятьдесят центов за штуку. Фирменный грабёж. Мне на одну полку надо 8 штук, 4 марки. Не господа капиталисты я на такое не подписывался. Пересмотрев продукцию без фирменных заморочек, нашёл очень похожие шурупы, под крестовую отвёртку, с острым носом. И цена две марки за десять штук. Плюсом взял четыре наполнителя с шурупами для крепления в стену, два сверла для отверстия под шурупы и под наполнители в стену . Уложился в восемь марок. Грабёж. Для сравнения зарплата солдата срочника пять марок в месяц. После посещения магазина остался один вопрос, из чего делать дверки для шкафов? И ещё хочу перетащить шкаф, но в одиночку с ним не совладать. Не понятно когда ротный разрешит парням выходить в город, придётся отпрашивать залетчиков.

После ужина взялся за распил щитов, давно не пилил или пила была не лучшего качества, от чего на руке натёр, между большим и указательным пальцами, изрядную мозоль. Собрать каркас дело, ещё получаса и вот первый стоит на столе, без дверок и задней стенки, сразу не вспомнил про ДСП на задних стенку. Придётся повторить набег на чердак.

Глава 24

24

Как не странно сегодня никто меня не будил. Проспал как сурок и проснувшись в пол шестого отправился на пробежку. Размялся знатно, к сорок пятой минуте бега ощущал забитость ног. На улице тепло градусов десять, в одной майке и брюках от технички, сначало казалось зябко, а потом организм адаптировался. Возвращаясь на втором этаже встретил Марину, увидев меня она зарделась, как советский кумач, ну как маленькая. Подмигнул ей и промчался в комнату. Сегодня надо быть в парке в семь тридцать, времени на отдых нет. По быстрому ополоснувшись, спешу в столовую и на инструктаж. Возле автопарка курсанты выстроились в шеренгу, нас командиров машин, девятьнадцать, двадцать водителей. На полигон катим на целый день, запасаемся сухпайки и водой. Парни подсказали взять курева для местных, тогда можно и еду не брать. Руководит всём этим действом капитан, командир кажется пятой роты, с ним два лейтенанта и один прапорщик то есть я. В восемь наша колонна из пяти машин уже пылит в сторону полигона, он не далеко, по меркам СССР, всего почти сорок километров. В колонне мы последние и командир нашей колонны сидит на броне высунувшись из люка. Посмотрев на него, устраиваюсь на втором люке точно так же, здесь обзор хороший, свежий ветер в лицо и пахнет не порохом, потом, а даже совсем на оборот магнолией, которая отцветая местами покрывает землю бело розовыми лепестками. У нас старенькие БТР-70, бегут они до неприличия хорошо, до полигона дорога занимает меньше часа. Сегодня командую БТРом три часа, за это время надо научиться руководить водителем, искать цели и поражать их из пулемётов. Их на моей машине два, на остальных по одному. Катались мы два часа по буеракам, потом встали на рубеж и пошла работа по мишеням. Ищу через перископ цель, что вообще можно увидеть в эту щелочку, а народ воюет и хорошо воюет на такой технике. Веду поиск слева на право и обратно. Ничего не вижу. Уже начав нервничать нахожу первую цель, совмещаю визор в самый верх мишени, выставляю прицел по дальномеру, и даю коротенькую пристрелочную очередь. Машина вздрагивает, но это только пристрелочный пулемет, что будет от основного калибра. Мишень падает, не даёт насладиться стрельбой из 14,5 мм пулемёта. Вторая, третья на них отработал по полной, корпус загудел от работы большого калибра, это слышно даже через шлемофон. Мандраж прошёл и я спокойно кручу ручку, туда сюда в режиме поиска. Вот и четвёртая, пару очередей из маленького и пора искать последнюю мишень. Выполнив упражнение, выкатыапем к месту старта и докладываю капитану, о завершении тренировки.

Он доволен, но выдаёт замечания.

– Во время движения наблюдаешь только вперёд, а противник как раз там и не сидит, нет. Он с боку прячется, в лесопосадке, значит нужно в сторону башню поворачивать откуда возможно атака. В целом хорошо. Механик, хреново водит, но это его недостатки. Сколько израсходовал патронов?

– Не знаю, – озабоченно кручу головой пытаясь вспомнить что знаю про патроны. Капитан сам лезет в машину и вылезает довольный.

– Пристрелочный до пружины, а основной двадцать три, молодец. До шестнадцати часов свободен, на полигон, не лезь, встречаемся здесь в шестнадцать ноль, ноль.

Осмотревшись, побрел в сторону небольших домиков и не ошибся, там была местная часть. Иду к курилке, где лучше всего с местными контакт устанавливать, конечно там. Сам не курю, а вот в довольствии получаю папиросы и с собой прихватил пару пачек. Не успел дойти до курилки как местные начали стрелять сигаретки. С моим приходом в курилке аншлаг. Парни за сигареты рассказывают про местную жизнь. Старшина курить не даёт, кормят хреново, железяки таскают как угорелые. Да жизнь не курорт. Много рассказывают, что и как снял и загнал с техники пригнанной на полигон. С заработанных денег старшина пробовал налог снять, бойцы устроили ему тёмную, он успокоился.

– А куда девается старая техника, которую из корёжило? – меня зацепило в рассказе о металле, что они всегда сгрудают, таскают, а о сдаче металла речи нет. Неужели местные не додумались до такого простого заработка.

– На кладбище вытаскиваем, – сообщили парни.

– Кладбище? Покажите! – и за вторую пачку сигарет, сержант ведет к оврагу. Как выглядит хаос, теперь я знал точно, сотни тон искореженного металла, сваленного в кучу. Сю реализм родился именно в таком месте.

– Слушай, сержант. Как тебя звать, величать?

– Миша, – скромничает он.

– Скажи просто Миша, а бывают дни когда вашего прапора не бывает на полигоне и других отцов командиров, – мои мысли начинают работать, как на этой куче металла заработать.

– Всё выходные, они в городе живут, здесь остаётся только смена на КПП, тут воровать нечего, – не радостно продолжает рассказ сержант.

– Есть вариант по пробовать продать это железо, – я ткул в сторону металлолома. – Если выгорит вам не на гуцульские хватит, а на мальборо.

Глаза сержанта загорелись.

– Что от нас надо? – мысли Миши полетели в нужном направлении.

– Быть в субботу на КПП и пропустить машину с краном.

– Сколько заплатят?

– Не знаю, давай по пробуем и узнаем. По рукам? – предложил ему.

Сержант задумался на секунду, а потом протянул руку.

– По рукам конечно.

У меня прямо зачесалось в одном месте. Мне срочно нужно к отцу Мии. Он упоминал об связях на рынке вторсырья, но сможет ли организовать вывоз металла, это вопрос.

Вернулись мы ближе к шести и я умотал в город. Мия была дома, а вот отец должен был приехать через час.

– Что ты думать? – спросила она.

– Приедет отец расскажу.

Мне пришла мысль прогуляться по городу, успокоиться и всё обдумать. Через час меня ноги принесли обратно. Баркас стоял во дворе.

Отец Мии принял меня и выслушал моё предложение с указанием примерного веса того, что мы готовы предоставить.

В конце разговора решил их добить ценой вопроса.

– За тонну, мы хотим тридцать марок.

Мужчина на долго задумался, крутя в руках подшипник и наконец ответил.

– Морген, равно.

– Что? – не понял я.

Отец про кухтал Мии по немецки и она перевела.

– Завтра отвечать.

– Понял, принял, осознал. Как найдемся? Мне ходить или вы меня искать? – подражая Мии, немного коверкая речь, я спросил их.

Мия спросила отца, тот кивнул.

– Ходи.

На следующий день вечером у них в гостях сидел мужчина в поношенном костюме, ничего примечательного прямые европейские черты, на голове лысина, уши немного вздернуты, но от этого казалось, что он всё время нервничает. А может так оно и было, я не понял. Мия переводила наш разговор.

Мы обговорили условия, они оказались просты. Я и бойцы полигона предоставляем доступ к металлу, он вывозит своим транспортом, за это он платит одну треть от цены металлолома.

– Гер, надо понимать что это разовая акция и дальше наше сотрудничество будет зависеть от вашей жадности. Если всё пройдёт хорошо, то там металла не на один железнодорожный состав, вы сами понимаете перспективу. Да и ещё вы можете обратиться к местным офицерам, но незадача в том, что они не будут работать за одну треть, минимум половина, а то и больше.

Мои тридцать марок его не устроили. Я решил немного по ванговать.

– Друг мой, по моим прогнозам, мы стоим на пороге больших изменений, ваше новое правительство делает огромные шаги по сближению с ФРГ. Подписание экономического союза дело не ближайшего года, это дело ближайшего месяца, а знаешь что это значит?

Немцы уставились на меня, не понимая о чем я говорю.

– Это значит, вы уважаемый через месяц сможете продать этот металлолом за границу, за бундесмарки. После объединения экономик, объединение Германии можно считать делом решены, с согласия совет юнион в течении года, без оного дольше.

– Ха-ха-ха, – заржал немец, отец Мии, так же шмыгнул. – Вы говорите об общей экономике с западными немцами?

– Да. К концу лета, а скорее раньше, вы сможете торговать по всей Германии, только там рынок, а у вас не связей, не знакомств, ничего кроме цены.

Немец веселился, от души. Я же пожал плечами.

– Верить, не верить ваше право, но мы немного отвлеклись, уважаемый, от темы нашего заседания. Как вы будите платить, за наше предприятие? – мой голос вернул размечавшегося немца на землю.

– Загружаем металл, у себя взвешиваю и продаю его и расплачиваюсь с вами, – предложил хитрый немец. Из бумаги, что мы подписали, следовало что его звали Юстас. Знал бы ты чей это позывной.

– Нет, Юстос. Загружаешь, по весам крана смотрим вес и расплачиваешься на месте. Только так, – ответил я. Немец немного по кочевряжился про кран, про наличку, но в конце концов согласился.

– Ну, а теперь осталось согласовать цену вопроса. Вы согласны с тридцатью марками? – я понимал, надо на берегу услышать, да. Иначе потом начнутся ломки и будут обиды, нам этого не надо.

– Десять, – он оказывается сносно говорит по русски.

– Не смешите мои ботинки, пыль полигона стоит дороже, двадцать девять.

– Пятнадцать.

– С вами интересно иметь дело, но эта не та цена за которую я был бы рад услышать. При цене восемьдесят шесть марок за тонну, я думаю справедливо будет. Двадцать семь.

Мужчина за смеялся.

– С вами интересно иметь дело, ставим на двадцати пяти. По рукам?

– Хорошо, но мало. Хотя...– махнул рукой, соглашаюсь. А он очень хорошо говорит по русски.

Попив немного пива с мужчинами, подхватив девочку, мы отправились гулять. После ночной ссоры мы не разговаривали и сейчас я решил выяснить отношения, что бы остаться друзьями.

– Мия, цветочек мой. Мне так хорошо с тобой и я очень переживал наше растование. Но поняв твои доводы понял, ты права надо смотреть на жизнь реально и брать всё что она даёт. Диме я рассказал про Эмму, но он только поржал надо мной. Но я так не могу легко относится к отношениям как он. Ты умница, я завидую тому кто будет с тобой...

Мне нужны контакты среди немцев и отец Мии был первым, кто мне в этом начал помогать. По этому его дочка не должна иметь зуб на меня, будем дружить.

На плёл я знатно, но Мия одной фразой всё наставила по своим местам.

– Ты не сердись. У меня есть Юрган, мы скоро свадьба. Отец хочет с тобой дружба иметь. Я боюсь говорить тебе на свадьба.

– Фу, – выдохнул я и в душе перекрестился.

После этого мы ещё пол часа погуляли, отвёл девушку до дома и отправился к себе в общагу, шкафы сами собой на стену не залезет.

Пятница прошла продуктивно. Подбили состав оборудования которое нашли и которое нужно поискать. У нас оказалось четыре кассетных магнитофона, три катушечных, отличный двух канальный усилитель Грюндик. Не было мелочевки микрофонов, наушников, саббуфера, не хватало светового оборудования. Я предложил сделать стеклянный шар и взял на себя обязательства сделать его за выходные. После этого ко мне сильно не приставали, работа шла и без меня.

В субботу в девять собрание офицеров. Я очень нервничаю, посколько на десять договорился на встречу с Юстосом.

Командир был краток, разобрали успеваемость и так как ничего не произошло, экстро важного, всех распустили. Я же обратился к командиру школы, на выходе из класса.

– Товарищ подполковник, разрешите обратится.

– Обратись, – кивнул он.

– Два вопроса. Первый можно в воскресенье сходить в кросс поход.

– Что за зверь такой? – заинтересовался он.

– Это такой бег, с запасом продуктов, воды часов на пять бежишь куда глаза глядят, – объяснил как смог.

– Не вижу припятствий, беги. А второй.

– Подскажите, где взять стеклорез. Обещал на дискотеку сделать зеркальный шар и понял, что стекло резать нечем. – убивался я, заламывая руки.

– Что и старшина не помог? – увидев моего бывшего ротного он зацепил его рукой. – Капитан помоги молодому, не опытному прапорщику с инструментом.

И посчитав свою миссию выполненной занялся решением других вопросов.

Мы же с капитаном пошли раскулачивать старшину. У него я выклянчил фиговский стеклорез, киперную ленту, клей. И убежал в общагу довольный, как бегемот в болоте, никто не пристал и ладно.