Текст книги "Егерь. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Александр Быченин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 48 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]

– Это… все… Егеря… умеют?!

– А как же! Думаешь, почему мы все такие мелкие и худосочные? Специально подбирают, чтобы могли далеко ходить, быстро бегать и лазить как обезьяны по всяческим препятствиям. Плюс с такой комплекцией прятаться легче.

– А…

– Ага. Сальто и прочие трюки тоже отсюда, – не дал я сформулировать Гале очередной вопрос. – Но это вынужденная мера. Видела, какой бугаина был этот твой растаман? Мне его обычными методами было никак не свалить, массы не хватало. Вот и приходится идти на ухищрения. Специально такому не учат, это я уже сам использую элементы фрирана в боевой обстановке. Стой, приплыли!

Вот же сволочная вражина! Пока бежали перпендикулярно направлению на катер, все было спокойно. Но как только траектория начала загибаться в нужную сторону, тут же среагировала: путь нам преградил пока еще довольно редкий поток муравьев. Но он с каждым мгновением расширялся, насекомые возникали из ниоткуда, буквально из воздуха, и авангард уже достиг наших ног. Будь я один, можно было бы попытаться перебраться через преграду по деревьям. Но с Галей этот номер не пройдет.

– Бежим! – Я в очередной раз схватил девушку за руку, и мы помчались прочь, оставив мурашей за спиной.

На этот раз я решил действовать хитрее – разорвать дистанцию и лишь потом свернуть. Поначалу казалось, что план работает – минут десять мы бежали на пределе сил, не наблюдая никакой активности со стороны лесной живности, не важно, естественной или искусственно созданной. У меня даже мелькнула надежда, что все закончится благополучно, тем более что лес начал потихоньку редеть и двигаться стало значительно легче. Однако стоило слегка повернуть в сторону, как под ногами появились одиночные муравьи. По мере отклонения от невыгодного нам направления концентрация насекомых на квадратный метр увеличивалась чуть ли не в геометрической прогрессии, так что шагов через пятьдесят пришлось бросить эту затею и вернуться на первоначальную траекторию.

– Плохие наши дела, товарищ Галя! – прохрипел я, остановившись метров через пятьсот. Интенсивная нагрузка даже меня заставила сбить дыхание, про спутницу молчу. – Похоже, нас целенаправленно куда‑то гонят. Присядь, перекур пять минут…

– Я сейчас умру!.. – Галя в изнеможении растянулась на мягком ковре прошлогодней листвы. – Давай просто на месте будем сидеть. Может, не полезут больше.

– Это вряд ли, но попробовать можно. – Признаться, мне и самому отдых бы не помешал. – Лишь бы опять какой‑нибудь монстр на нас не вышел, патронов осталось мало. А рукопашную могу не потянуть, да и защиты теперь нет.

Я присел рядом со спутницей, и та неожиданно подалась мне навстречу, устроилась рядом и прижалась всем телом. Я почувствовал, что ее бьет крупная дрожь. И глаза на мокром месте. Блин, как не вовремя! Нельзя нам сейчас раскисать.

– Тихо, тихо!.. – Я осторожно провел рукой по спине девушки – метод проверенный, даже сквозь скафандр она мое прикосновение почувствовала. – Не надо… Ты же у меня сильная. Соберись. Я еще хочу на свадьбе у тебя погулять.

– Это предложение?! – Женщина всегда остается женщиной, даже в таких экстремальных условиях. При слове «свадьба» Галя встрепенулась и заинтересованно посмотрела мне в глаза. – А с чего ты решил, что я соглашусь?

– А с чего ты решила, что я себя имел в виду? По‑моему, есть еще кандидатуры. Королев, например. А что? Лежит тихо, не бузит, супружеского долга не требует. Со всех сторон одни плюсы!

– Дурак!

Я легко перехватил Галину руку, метнувшуюся было к моей щеке, получение звездюлей в мои планы не входило. Зато спутницу расшевелил, тоже хлеб.

– Побежали! – Я вскочил на ноги и потянул за собой девушку. – И не ной, что устала: не верю! Раз на драку сила есть, значит, справишься.

Темп мы сбавили, но не очень сильно – кто знает, какая реакция будет у нашего таинственного противника. Но и бежать сломя голову, истощая организм, я больше надобности не видел. Весьма вовремя у Гали открылось второе дыхание, и она теперь спокойно за мной успевала, что, с одной стороны, радовало: от муравьев оторвались, зато с другой – не очень: с каждым шагом мы приближались к пункту назначения, определенному врагом. И уж там нас не могло ждать ничего хорошего – к гадалке не ходи.

Еще один раз попытались изменить направление, но результата добились ровно того же: метров через триста концентрация муравьев на земле стала угрожающей, и мы вернулись на безопасную дорогу.

Примерно через полчаса после привала лес кончился, и мы вышли к огромной проплешине, которую назвать поляной совесть не позволяла. Скорее степной «язык», характерный для Среднего Поволжья. Наверняка дальше вместо чащобы начнутся рощицы и перелески. Идти однозначно будет легче, но вот надо ли оно нам? По мне, так лучше затаиться где‑нибудь. Однако я почти на сто процентов уверен, что отсидеться не получится.

– Пошли по опушке влево, посмотрим на реакцию загонщиков, – предложил я, осмотревшись.

Галя возражать не стала, и мы неторопливо направились вдоль полосы деревьев, удалившись от нее метров на двадцать для пущей безопасности. Прошагав чуть больше километра, предприняли попытку углубиться в лес. Результат сюрпризом не стал – все та же река муравьев. Еще дважды повторяли маневр, но ничего не добились. Нас упорно не желали пропускать к спасительному катеру. А потом, где‑то через час, и вовсе пришлось углубиться в степь.

Сначала не происходило ничего необычного, потом я на самой границе слышимости уловил подозрительно знакомый гул. Повернул голову в сторону звука, но пока ничего не заметил. Травостой вокруг не поражал сочностью, скорее чахлая, покрытая пылью растительность. Если мое предположение верно, то скоро и вторичные признаки появятся…

– Ничего не слышишь?

– Нет. А должна? – Галя к этому времени все‑таки выдохлась, а потому отвечала коротко и по существу.

Я вместо ответа снял шлем и распластался на траве, вжавшись ухом в почву. Так и есть – очень знакомый симптомец. Поднялся на ноги, отряхнулся. Пробежался взглядом по горизонту. Опа! А вот и пыль…

– Помнишь, я тебе говорил, что мои страхи посерьезней монстров будут? Можешь считать, что я накаркал.

– Что это? – Галя тоже заметила клубы на пределе видимости, да и шум стал куда отчетливее. – Что‑то катится?

– Можно и так сказать, – хмыкнул я, нахлобучивая шлем. – Хотя ты уже нечто подобное видела. Помнишь: степь, катер, два биолуха и Егерь?

– Там стадо?! – округлила глаза девушка. – И что делать? От него не убежишь!..

– Не думаю, что нас затопчут. Главное – направление верное выбрать. Побежали? – Я склонился перед девушкой в ироничном поклоне, предложив руку.

Танцор из меня никакой, но с этикетом я знаком. Однако Галя игры не приняла: села, где стояла, обняла колени и уставилась невидящим взглядом на столб пыли вдалеке.

– Так, Галина Юрьевна, попрошу без истерик! – Я присел рядом со спутницей, заглянул ей в глаза. – Думаешь, мне сейчас весело? Как бы не так! Мало того что сам в полной заднице, так еще и за тебя отвечаю. А ты мне помогать в спасении твоей, заметь, жизни отказываешься. Мне тебя силой тащить? Тогда точно не уйдем далеко. Все, хорош! Поднимайся.

– Отстань. Я устала.

– Это не смертельно. В отличие от копыт.

– Мне плевать.

– Кто бы сомневался, – хмыкнул я невесело. – На меня, я так понимаю, тоже начхать с высокой колокольни?

– Беги, ты успеешь.

Ну что за народ?! И ведь все гражданские такие – как подопрет, теряют волю и готовы безропотно подчиниться судьбе. Да еще собой жертвуют, в их понимании – чтобы сильные и выносливые спастись могли. Не доходит до них, что никакой нормальный служивый, будь то военный, пожарный или спасатель, на такое не пойдет. Так что своим непротивленством подобные хлюпики не только себя подставляют, но и окружающих. И ведь не объяснишь!

– Галя, послушай меня внимательно. Если бы нас хотели убить, уже давно бы это сделали. Но мы живы. Нас однозначно куда‑то гонят. Не спорю, может случиться так, что там мы будем мечтать о смерти. Но пока что есть шанс. И мы должны бороться до последнего. Ты понимаешь, о чем я? Давай решай скорее. Стадо уже близко. Если побежим дальше в степь, нас не тронут.

– С чего это ты решил?

– Включи логику. Ах да, о чем это я! Хотя тебе это понятие должно быть знакомо, ты ведь все‑таки ученый. Или размазня? Самовлюбленная эгоистка, которая дальше своего носа не видит? Не думал, что ты из породы гламурных кис.

– Сволочь!

– Думаешь, весь мир вокруг твоей персоны крутится? Все тебе обязаны? Все должны по первому твоему кивку падать перед тобой на колени? О величайшая! Мы пыль под твоими ногами!

– Урод!!!

– Ты не пуп вселенной, ты обычная сопливая девчонка! Ты сдалась, когда еще есть шанс! Знай, что именно из‑за тебя мы сегодня кони отбросим. И в аду я буду проклинать тебя. А если так выйдет, что мы будем жариться на соседних сковородках, то я тебя в покое не оставлю! Буду смотреть на тебя укоризненно, и тебя будет мучить совесть! Вечно!!! Ты ни на что не годная плакса!

– Козел!!!

Ну наконец‑то! Обиженная до глубины души Галя вскочила на ноги и попыталась влепить мне пощечину. Судя по скорости движений, вымоталась она порядочно, но не до такой степени, чтобы лежать плашмя и мычать. Жестокий метод сработал.

Я перехватил руку девушки и побежал неторопливой трусцой, потянув ее за собой. От рывка Галя чуть не упала, но я удержал ее на ногах. Та сначала попыталась высвободить запястье, но, убедившись в бесплодности попыток, оставила эту затею. Некоторое время она тупо переставляла ноги, едва поспевая за мной, затем втянулась и побежала веселее. Я с удовлетворением слушал ее злобное сопение – теперь уже точно не свалится. Из апатии вывел, за что честь мне и хвала.

– А знаешь, почему я думаю, что нас не затопчут?

– Да пошел ты, урод!

– Я тебя тоже люблю. Дыхание береги. Вернемся к логике. Если бы нас хотели убить, мы бы уже были мертвы. Но нас довольно бесцеремонно куда‑то ведут. И я уверен, что сейчас мы идем в правильном направлении. Если бы неведомому проводнику это было невыгодно, нас бы уже давно развернули в другую сторону. Но мы почти час шли сюда, нас лишь в лес не пускали. Теперь появилась преграда. Можно убежать. И логичнее всего это делать в обратном направлении. Но в таком случае мы лишь потеряем время. Так что остается степь. Хочешь, проверим?

– Отвали!..

Ага, шипит уже не так злобно! Значит, отходит помаленьку. Еще немного, и думать забудет об оскорблении. Бег все силы отнимет. В принципе это не очень хорошо, ненависть бы позволила ей продержаться подольше. Но что‑то мне подсказывало, что до цели уже недалеко…

Система HD 44594, планета Находка,

9 сентября 2537 года

Мое предположение полностью подтвердилось – стоило нам углубиться в степь, как невидимое стадо перестало к нам приближаться, перемещаясь параллельно в порядочном удалении. Я один раз попытался сблизиться с ним, но получил ответ, не допускавший двойного толкования – гул начал приближаться, сопровождаемый клубами пыли. Больше судьбу искушать мы не стали, так и бежали в определенном неведомым кукловодом направлении, поддерживая заданный темп – при снижении скорости угроза возрастала, о чем свидетельствовали все те же признаки.

Цели достигли где‑то через час, если я правильно определил по светилу. Местность начала немного понижаться, на горизонте отчетливо проступил противоположный склон гигантской котловины, – видимо, с той стороны подъем был гораздо круче. Еще через пару километров на пути возникла небольшая рощица преимущественно из местных аналогов березы и осины, и нам с Галей пришлось ее пройти насквозь. Выбравшись на опушку, я застыл в удивлении. Девушка остановилась рядом, вскрикнув от неожиданности:

– Ой!.. Что ЭТО?!

Хороший вопрос. И кажется, у меня есть на него ответ. Только вряд ли от этого Гале станет легче.

Склон прямо перед нами уходил вниз под крутым углом – градусов тридцать, не меньше. Если свалишься неосторожно, покатишься до самого дна, а это метров триста – четыреста сквозь кусты и разбросанные тут и там довольно крупные валуны. Лично для меня их происхождение загадка: откуда они взялись посреди степи? Уж явно не сами приползли. Разве что это отходы строительства. Спросите, что за строительство? Да самое обыкновенное. Примерно в километре от нас и, учитывая понижение местности, практически под ногами высилось странное сооружение. Сначала я решил, что это скальная гряда причудливой формы, типа той, что была недалеко от места первой высадки, но сразу же отказался от этой версии.

Объект был огромен. Если глаза меня не обманывали, то площадью он не уступал центральной сфере нашей собственной базы, разве что правильностью очертаний похвастаться не мог. Больше всего он напоминал ожившую абстрактную картину: пересекавшиеся под немыслимыми углами плоскости резко контрастировали с плавными линиями перетекающих один в другой пиков. Среди однообразного сероватого камня чужеродными пятнами выделялись антрацитово‑черные округлые горбы, по которым время от времени пробегали тусклые молнии. Загадочное сооружение возвышалось метров на сорок, стены примерно до середины заросли буро‑зеленым плющом или чем‑то очень на него похожим. Расстояние не позволяло различить подробностей, но в растительном происхождении этого покрытия я не сомневался. Кое‑где желтели подозрительные кляксы – то ли плющ высох, то ли еще какая гадость на камне выступила. Метров на сто во все стороны от объекта расходились заросли травы выше человеческого роста. Стебли очень напоминали земной камыш, на их верхушках красовалось нечто вроде сильно вытянутых бурых эллипсоидов.

Кое‑где высокий травостой нарушался самыми натуральными просеками, сверху выглядевшими настоящими проселочными дорогами. По ним беспрестанно сновали твари самых разных размеров и очертаний – от мелких четвероногих до довольно крупных гориллообразных гуманоидов. Многие передвигались группами, причем в хаотичном на первый взгляд трафике опытный глаз мог безошибочно выявить некоторые закономерности. Например, несколько скоплений рослых медведеподобных монстров явно патрулировали подступы к сооружению, а цепочки деловито сновавших муравьев‑переростков – размером с хорошего енота, если не больше, – перемещали какие‑то грузы. В небе тоже было тесно от тел, размахивавших перепончатыми крыльями. Стайки юрких существ носились практически над самой поверхностью загадочного объекта, некоторые бесстрашно пикировали на черные горбы, с разгона заныривали в них и скрывались в недрах скалы. Сразу в трех направлениях непрерывными потоками летели их более крупные собратья – у этих размах крыльев составлял не менее двух‑трех метров, и они отчаянно напоминали давешнюю тварь с локаторами на башке. Существа без особых спецэффектов выныривали из самого крупного горба, уверенно распределялись по колоннам и удалялись от порождавшего их объекта.

– Олег, мне страшно!

Галя прижалась ко мне всем телом, моментально позабыв о недавней обиде. Теперь она еще больше напоминала обычную перепуганную девчонку, куда только весь гонор делся. Признаться, мне и самому бы сейчас поддержка не помешала, особенно артиллерией, но присутствие девушки и так неплохо мобилизовало. Испугаться же было от чего, особенно когда я мысленно сопоставил некоторые любопытные факты.

– Поздравляю вас, Галина Юрьевна! Нобелевка нам практически обеспечена. Это база Первых. На нашу беду, действующая.

Девушка вздрогнула всем телом и еще теснее прижалась ко мне.

– Ты чего?

– Там, в роще…

Уточнять она не стала – я и так понял, что она имела в виду, едва лишь обернулся к деревьям. От опушки к нам двигалась целая делегация: никак не меньше десятка уже знакомых монстров. Редкую цепочку растаманов‑переростков разбавляло несколько хвостато‑зубастых кислотных тварей. Они целенаправленно построились дугой и взяли нас в обхват. Стоявший в самом центре верзила уставился на меня своей неподвижной «хоккейной маской» и сделал жест рукой, не вызывавший сомнений: нам приказали спускаться в горловину.

Ага, щазз! Похоже, пришло время подороже продать свою жизнь. Очень уж не хочется в поликлинику, на опыты. А в подобном исходе я уже практически не сомневался. Если раньше еще была хоть какая‑то надежда, то теперь она развеялась как дым. Я решительно задвинул Галю к себе за спину и поудобнее подхватил ружье. Несколько картечных зарядов у меня есть, пару‑другую монстров угощу от души. А потом придется воспользоваться холодным оружием – благо опыт разделывания чудищ у меня уже был. Кстати, в первую очередь кислотных расстреляю, с ними в ближнем бою проблем не оберешься…

Галя вдруг шагнула вперед, повернулась ко мне лицом и серьезно посмотрела мне в глаза. Положила руку на ствол «уродца», отодвинула в сторону:

– Не надо. Пойдем с ними.

– Ты уверена?

Вместо ответа девушка подошла к срезу котловины и принялась осторожно спускаться по склону. Получалось не очень, хорошо хоть кусты повсюду росли, можно было за них цепляться и тем самым избегать падения. Пожав плечами, я закинул ружье за спину и двинулся следом за девушкой.

Глава 8

О сколько нам открытий чудных…

Система HD 44594, планета Находка,

9 сентября 2537 года

Спускались мы довольно долго, причем ограничивающим фактором выступала Галя. Да кто бы сомневался! В другое время я бы возмутился и наверняка бы извел ее усмешками, но сейчас как‑то не хотелось. Наоборот, благодарить надо за несколько дополнительных мгновений жизни. Ничего хорошего от посещения базы Первых ждать не приходилось. Наша молчаливая охрана или, скорее, конвой ничем не выказывал недовольства, ну и я с ненужной инициативой выступать не стал.

Монстры действовали на удивление слаженно. Растаманы‑переростки степенно шагали, тщательно выбирая место для постановки ноги, при этом могли безо всякого труда выдерживать темп, опережающий нас как бы не вдвое. Кислотные же монстры разбежались кто куда, видимо, они исполняли функции боковых дозоров и арьергарда. Авангарда я не заметил – да и к чему? Вряд ли впереди нас поджидала засада.

Я шагал рядом с Галей, неосознанно выбирая наиболее удобный маршрут, да и ее периодически поддерживал. Ничего сложного, примерно как древнюю бабульку через дорогу переводить – рутинно и скучно. От нечего делать я успевал вертеть головой, стараясь впитать как можно больше информации об окрестностях.

А посмотреть было на что. Углубление, в котором раскинулась база, лишь на первый взгляд казалось колоссальной чашей. При вдумчивом изучении обнаружилось, что это скорее русло пересохшей реки или здоровенный овраг. Если верить местному светилу, подошли мы к объекту примерно с северо‑востока, а шрам в теле земли тянулся почти строго с севера на юг. Восточный склон, как я уже упоминал, был весьма крутым, а вот противоположный полого тянулся на несколько километров. Что, в общем, странно – обычно бывает наоборот, если учесть, что Находка вращается, как и Земля, с запада на восток. С севера почти на пределе видимости высилась плотина или что‑то весьма на нее смахивавшее. Может, скальный массивчик, исторгнутый на поверхность при землетрясении, или, наоборот, оползнем завалило речку, вот она и сменила русло. Скорее всего, ее можно легко отыскать западнее. Простая логика – на нашем пути никаких водных преград не попадалось.

На юге овраг тянулся, насколько хватало взгляда, причем километрах в пяти от базы начинался самый настоящий лес, типа того, по которому нас муравьи и прочие монстры гоняли. И если я не начал страдать зрительными галлюцинациями, даже речушка небольшая по дну текла, ближе к зарослям образуя озерцо. В общем, на первый взгляд весьма перспективное место. Возможно, в сезон дождей здесь случаются серьезные наводнения, а может, и не случаются – особых повреждений на склонах незаметно. Даже наш, крутой восточный, не размыт, повсюду достаточно ровное дерновое покрытие, кусты растут довольно густо, местами деревья попадаются. Да и какой тут сезон дождей, климат все же ближе к умеренно‑континентальному, если только зимой снегом заваливает.

В принципе, если спуститься на самое дно и отвлечь как‑нибудь сопровождение, есть неплохой шанс сначала затеряться в камышовых зарослях, а потом и сдернуть к лесу. Будь я один, пожалуй, так бы и поступил. Но Галя ломала все планы. Хорошенько взвесив все «за» и «против», все же пришел к выводу, что побег бесперспективен. Монстры не позаботились отобрать у меня оружие, но оно тут и не поможет – сколько патронов осталось? пять? семь? Не помню. Чтобы застрелиться, хватит, а вот серьезно повоевать не получится. Шинковать зверюг мачете? Пока одного полосовать буду, остальные самого порвут. Остается только довериться спутнице. Вдруг знаменитая женская интуиция сработала и мы каким‑то чудом сумеем вывернуться из этой передряги? Как говорил персонаж одной книги, остается гребаная надежда…

Между тем спуск как‑то неожиданно кончился, под ногами захлюпало, – видимо, влаги здесь с избытком, можно даже сказать, заболоченное место. Камышу раздолье, если он хоть чуть‑чуть привычками на земной аналог походит. Одновременно с изменением рельефа навалилась глухая тоска, показалось даже, что светило скрылось за тучами, хотя на небе не было ни облачка. Впрочем, через несколько секунд я понял причину возникновения дискомфорта: давило окружение. Мы уже были под самыми стенами базы, а это еще та громада, да и за спиной крутой склон. Еще немного, и приступ клаустрофобии начнется. Ощущение не из приятных – как будто череп сырой ватой набили, да еще к тому же глюки начались. То и дело казалось, что меня кто‑то зовет. Так и подмывало обернуться или задрать голову к небу, но я себя пересилил – не ребенок. Видано ли, чтобы Егерь в расцвете сил на такие провокации велся? Да и опыт какой‑никакой имелся, меня теперь так просто под ментальный контроль не возьмешь.

Оказавшись у края камышовых зарослей, наши конвоиры сменили тактику: кислотные твари подобрались ближе и нарезали круги вокруг тесной кучки растаманов‑переростков, которые окружили нас с Галей и вынудили тем самым перемещаться в строго определенном направлении. Видимо, опасались нашего бегства. Хотя мне на мгновение показалось, что это они нас от остальных зверюг закрывали, потому как концентрация псевдоживности на единицу площади в непосредственной близости от базы просто зашкаливала.

В таком порядке мы выбрались на одну из просек, которые я еще с верхотуры разглядел. Скорость значительно выросла – под ноги можно было особо не глядеть, риск навернуться и сломать шею отсутствовал. Правда, если бы не слякоть, можно было бы и быстрее идти, но монстры особо не торопились. И правильно, куда ж мы денемся с подводной лодки.

Прореха в камышах буквально через пять минут вывела нас к довольно обширной проплешине у огромного провала в монолите стены. А ничего себе так проемчик, тут не только катер, тут эксплорер‑бот свободно пройдет. Настоящий грузовой шлюз, правда, с аркой поверху, что, на мой взгляд, обычное архитектурное излишество, но хозяевам виднее. Зеленое покрытие, отчетливо выступавшее на массиве камня вокруг входа, при ближайшем рассмотрении оказалось скорее губкой, чем мхом: слишком тонкое и однородное, мох так не растет. На плесень оно тоже мало походило, скорее ею могли оказаться желтые пятна. В глубине провала царила тьма, но конвоиры, не задумываясь, шагнули под свод, и мы последовали за ними.

Внутри, против ожидания, оказалось довольно светло, просто проем был перегорожен чем‑то вроде слабого силового щита, почти не пропускавшего волны оптического диапазона. Скорее всего, защита от паразитов – напряженность поля на порядок ниже нашего «Забора», но насекомых легко удержит. Свет в широкий коридор попадал через неправильной формы окна, разбросанные в шахматном порядке на потолке. Или это не окна? Вряд ли кто будет пробивать настолько глубокие световые колодцы, вход дай бог метров десять в высоту, над ним еще три‑четыре этажа свободно поместятся, если судить по размерам базы. Так что наверняка светильники, просто непривычные для глаза. Стены отделаны тщательно пригнанными каменными плашками самых разных форм и размеров, между ними тут и там попадались вкрапления черного хитина. Однозначно не пластик и не полированное дерево – уж очень этот материал напоминал рачьи панцири, а уж в них‑то я хорошо разбираюсь. Хаотичное на первый взгляд расположение элементов декора при длительном рассмотрении складывалось в некий абстрактный узор, но, как мне показалось, смысловой нагрузки не несло.

Дальний торец коридора был перекрыт аналогичным пологом, а вот за ним открылся обширнейший зал, с хороший стадион размером. С первого взгляда становилось понятно, что это ангар для атмосферной техники. Сразу же бросались в глаза пять круглых черных клякс диаметром метров двадцать каждая. Они резко контрастировали с остальной поверхностью потолка, которая больше всего напоминала прозрачные соты – этот легко узнаваемый узор образовывали скругленные шестиугольные ячейки, отделенные друг от друга узкими каменными перемычками. Даже если бы я никогда не бывал в стыковочных комплексах стандартных баз, все равно догадаться об их назначении не составило бы труда – элементарные стартовые люки. Куда логичнее использовать эти приспособления, чем протаскивать летательные аппараты через грузовой наземный шлюз. Тем более что некоторые из имевшихся в зале машин были весьма громоздкими, да и габаритами заметно превосходили сечение коридора, через который мы только что прошли.

Очертаниями техника Первых мало отличалась от нашей: все те же обтекаемые линии, хищные вытянутые силуэты скоростных машин и яйцеобразная форма транспортников, скорее напоминавших гигантских черепах, чем летательные аппараты. На этом сходство заканчивалось. Более всего имевшиеся в наличии образцы напоминали творения свихнувшихся абстракционистов: дикая мешанина камня, хитина и тускло отсвечивающего металла. Ни одной прямой линии, ни одного ярко выраженного угла. Плавные переходы одного материала в другой, волнообразные поверхности, куски хитина, прозрачные в одном месте и совершенно черные в другом, – ни один человеческий дизайнер даже под кайфом до подобного не додумается. Понять, что машина, рядом с которой мы проходим, всего лишь аналог глайдера, можно было только по силуэту. А уж люк найти так вообще проблема, равно как и блистер: участки, которые могли заменить иллюминаторы, окна либо смотровые щели, были разбросаны по всему корпусу хаотично. Только по отражателям сопел я сумел определить, где у данного конкретного экземпляра корма. Попутно сделал еще одно открытие: аппарат был оснащен ионным двигателем, очень уж форма отражателей характерная. Интересно. Значит, не так уж и далеко они от нас ушли, по крайней мере, никаких сверхъестественных технологий в атмосферной технике не использовали. Выбор материалов корпуса оригинальный, не поспоришь, но у каждого свои тараканы в голове – у Первых вот такие.

Все остальные машины от глайдера отличались лишь размерами и обводами. Еще одной их общей чертой являлась безжизненность: я при всем желании не обнаружил ни одного индикатора готовности или чего‑то подобного, равно как и габаритных огней. Плюс ко всему толстая губка, служившая здесь заменителем коврового покрытия – кстати сказать, очень похожая на ту, что стены облепила, – потихоньку начала забираться на борта аппаратов. При этом она нигде не была нарушена, то есть ни одна из этих махин не трогалась с места уже довольно давно. Точнее сказать не могу – кто ее знает, какой темп роста у губки? Может, месяц прошел, а может, и несколько тысяч лет. Но очень похоже, что техника пылится здесь без дела. Какой из этого можно сделать вывод? Да элементарно – нет тех, кто может ею пользоваться. Впрочем, есть альтернативный вариант – они нашли более удобный транспорт. Так что шанс встретиться с таинственными Первыми хоть и ничтожно мал, но не равен нулю. Вот будет хохма, если нас сейчас выйдет встречать одно из этих таинственных существ! Впрочем, это уже перебор, я скорее в пресловутого «бога из машины» поверю. Все признаки налицо.

Конвоиры на окружающие чудеса внимания не обращали – или привыкли, или им вообще все по барабану. Если верно второе, то я с предположением насчет биороботов не ошибся. Хотя надо признать, поведенческая программа у них весьма гибкая: когда мы достаточно удалились от грузового шлюза, кислотные недомерки сразу же умчались куда‑то по своим неведомым делам, оставив нас в компании растаманов‑переростков. Те тоже немного расслабились, разомкнули строй – видимо, поняли, что побега уже можно не опасаться. Эх, если бы не Галя! Я бы им тут такую шикарную партизанщину устроил! А вместо этого приходится безропотно шагать за широкоплечим монстром, который показывал дорогу, и глазеть по сторонам.

Девушка молча шла рядом, неестественно спокойная и даже слегка отрешенная. Стресс? Или, наоборот, в руки себя взяла? Перехватив мой взгляд, она вдруг подмигнула и ободряюще улыбнулась. Я в ответ лишь укоризненно покачал головой – нашла время, честное слово! Удостоверившись, что со спутницей все в порядке (насколько это возможно в нашем положении), я вернулся к созерцанию внутренностей базы.

Зал, как я уже говорил, поражал размерами. Мы добрались почти до его середины, но я так и не заметил признаков функционирующих механизмов. И вообще, на это звание тянули только застывшие на вечном посту летательные аппараты. Никаких лязгов, низкого гула привода подъемно‑транспортных машин, даже вентиляции не слышно. Зато в избытке шорох разной громкости и тональности: каждый наш шаг сопровождался скрипом псевдогубки под ногами. Более тяжелые конвоиры и шума производили больше, однако и им было далеко до местной обслуги: в промежутках между техникой сновали без видимого порядка разнообразные вспомогательные дроны. Мелкие, не больше енота, псевдомуравьи перемещались редкими цепочками, твари покрупнее, похожие на пауков, но размером с хорошую овцу, двигались небольшими группками по три‑четыре особи, многие тащили в жвалах комки слизи, слегка смахивавшей на воск. Но самое большое впечатление произвели местные носильщики – этакая помесь краба с тележкой‑платформой, вроде тех, что портеры на вокзалах используют. Эти узкоспециализированные существа, оснащенные вдобавок могучими клешнями, по габаритам не уступали легким глайдерам, да и по грузоподъемности тоже. Увидев такого монстра впервые, я испытал просто детское желание забраться в «кузов» и прокатиться с ветерком. Еле себя пересилил. Да и охранников нервировать не хотелось. Только тогда я понял, что веду себя совершенно неадекватно: видимо, сумма впечатлений перевалила за некий предел, после которого я уже ничему не удивлялся.